РефератыИсторияСтСтановление Руси

Становление Руси

Русь, избавившись от варяжского ру­ководства, восстанавливалась быстро, хотя и не без неко­торых трудностей.


В 946 г. Свенельд усмирил древлян и возложил на них “дань тяжку”, две трети которой шли в Киев, а осталь­ное—в Вышгород, город, принадлежавший Ольге.


В 947 г. Ольга отправилась на север и обложила данью погосты по Мете и Луге. Но левобережье Днепра осталось независимым от Киева и, по-видимому, в союзе с хазар­ским правительством.


Вряд ли хазарский царь Иосиф был доволен переходом власти в Киеве из рук варяжского конунга к русскому кня­зю, но похода Песаха он не повторил.


Хазарский царь Иосиф счел за благо воздержаться от похода на Русь, но отсрочка не пошла ему на пользу. Ольга отправилась в Константино­поль и 9 сентября 957 г. приняла там крещение, что означа­ло заключение тесного союза с Византией, естественным врагом иудейской Хазарии. Попытка перетянуть Ольгу в ка­толичество, т. е. на сторону Германии, предпринятая епи­скопом Адальбертом, по заданию императора Отгона прибывшим в Киев в 961 г., успеха не имела. С этого мо­мента царь Иосиф потерял надежду на мир с Русью, и это было естественно. Война началась, видимо, сразу после кре­щения Ольги.


Сторонниками хазарского царя в это время были ясы (осетины) и касоги (черкесы), занимавшие в Х в. степи Се­верного Кавказа. Однако преданность их иудейскому прави­тельству была сомнительна, а усердие приближалось к ну­лю. Во время войны они вели себя очень вяло. Примерно так же держали себя вятичи — данники хазар, а болгары вообще отказали хазарам в помощи и дружили с гузами, вра­гами хазарского царя. Последний мог надеяться только на помощь среднеазиатских мусульман.


964 год застал Святослава на Оке, в земле вятичей. Война русов с хазарскими иудеями уже была в полном разгаре, но вести наступление через Донские степи, контролируемые хазарской конницей, киев­ский князь не решился. Сила русов Х в. была в ладьях, а Волга широка. Без излишних столкновений с вятичами русы срубили и наладили ладьи, а весной 965 г. спустились по Оке и Волге к Итилю, в тыл хазарским регулярным войскам, ожидавшим врага между Доном и Днепром.


Поход был продуман безукоризненно. Русы, выбирая удобный момент, выходили на берег, пополняли запасы пи­щи, не брезгуя грабежами, возвращались на свои ладьи и плыли по Волге, не опасаясь внезапного нападения бол­гар, буртасов и хазар. Как было дальше, можно только догадываться.


При впадении р. Сарьгсу Волга образует два протока: за­падный — собственно Волга и восточный - Ахтуба. Между ними лежит зеленый остров, на котором стоял Итиль, серд­це иудейской Хазарии. Правый берег Волги — суглинистая равнина; возможно, туда подошли печенеги. Левый берег Ахтубы — песчаные барханы, где хозяевами были гузы. Ес­ли часть русских ладей спустилась по Волге и Ахтубе ниже Итиля, то столица Хазарии превратилась в ловушку для обороняющихся без надежды на спасение.


Продвижение русов вниз по Волге шло самосплавом. И поэтому настолько медленно, что местные жители (ха­зары) имели время убежать в непроходимые заросли дельты, где русы не смогли бы их найти, даже если бы взду­мали искать. Но потомки иудеев и тюрков проявили древ­нюю храбрость. Сопротивление русам возглавил не царь Иосиф, а безымянный каган. Летописец лаконичен: “И быв­ши брани, одоль Святославъ козаромъ и градъ ихъ взя”. Вряд ли кто из побежденных остался в живых. А куда убежали еврейский царь и его приближенные-соплеменники — неизвестно.


Эта победа решила судьбу войны и судьбу Хазарии. Центр сложной системы исчез, и система распалась. Много­численные хазары не стали подставлять головы под русские мечи. Это им было совсем не нужно. Они знали, что русам нечего делать в дельте Волги, а то, что русы избавили их от гнетущей власти, им было только приятно. Поэтому даль­нейший поход Святослава — по наезженной дороге еже­годных перекочевок тюрко-хазарского хана, через “черные земли” к среднему Тереку, т. е. к Семендеру, затем через ку­банские степи к Дону и, после взятия Саркела, в Киев — прошел беспрепятственно.


Хазарские евреи, уцелевшие в 965 г., рассеялись по окра­инам своей бывшей державы. Некоторые из них осели в Да­гестане (горские евреи), другие — в Крыму (караимы). Поте­ряв связь с ведущей общиной, эти маленькие этносы превратились в реликты, уживавшиеся с многочисленными соседями. Распад иудео-хазарской химеры принес им, как и хазарам, покой. Но помимо них остались евреи, не поте­рявшие воли к борьбе и победе и нашедшие приют в Запад­ной Европе.


Что может натворить один человек.

Установленная княгиней Ольгой дружба Киева с Константинополем была полезна для обеих сторон. Еще в 949 г. 600 русских воинов участвовали в десанте на Крит, а в 962 г. русы сражались в греческих войсках в Сирии против арабов. Там с ними сдружился Калокир, служивший в войсках своей страны; и там же он выучил русский язык у своих боевых товарищей.


Жители Херсонеса издавна славились свободолюбием, что выражалось в вечных ссорах с начальством. Ругать кон­стантинопольское правительство было у них признаком хо­рошего тона и, пожалуй, вошло в стереотип поведения. Но ни Херсонес не мог жить без метрополии, ни Константино­поль — без своего крымского форпоста, откуда в столицу везли зерно, вяленую рыбу, мед, воск и другие коло­ниальные товары. Жители обоих городов привыкли /друг к другу и на мелочи внимания не обращали. Поэтому, когда Никифору Фоке понадобился толковый дипломат со зна­нием русского языка, он дал Калокиру достоинство патри­ция и отправил его в Киев.


Эта надобность возникла из-за того, ч

то в 966 г. Никифор Фока решил перестать платить дань болгарам, которую Византия обязалась выплачивать по договору 927 г.. и вме­сто этого потребовал, чтобы болгары не пропускали вен­гров через Дунай грабить провинции империи. Болгарский царь Петр возразил, что с венграми он заключил мир и не может его нарушить. Никифор счел это вызовом и отправил “ялокира в Киев, дав ему 15 кентинарий золота, чтобы он побудил русов сделать набег на Болгарию и тем принудить ее к уступчивости”. В Киеве предложение было как нельзя более кстати. Святослав со своими языческими сподвижни­ками только что вернулся из похода на вятичей. Вот опять появилась возможность его на время сплавить. Правитель­ство Ольги было в восторге.


Был доволен и князь Святослав, ибо у власти в Киеве находились христиане, отнюдь ему не симпатичные. В похо­де он чувствовал себя гораздо лучше. Поэтому весной 968 г. русские ладьи приплыли в устья Дуная и разбили не ожи­давших нападения болгар. Русских воинов было немного — около 8—10 тыс., но им на помощь пришла печенежская конница. В августе того же года русы разбили болгар около Доростола. Царь Петр умер, и Святослав оккупировал Бол­гарию вплоть до Филипполя. Это совершилось при полном одобрении греков, торговавших с Русью. Еще в июле 968 г. русские корабли стояли в гавани Константинополя.


За зиму 968/969 г. все изменилось. Калокир уговорил Святослава, поселившегося в Переяславце, или Малой Преславе, на берегу р. Варны, посадить его на престол Визан­тии. Шансы для этого были: Никифора Фоку не любили, русы были храбры, а главные силы регулярной армии нахо­дились далеко, в Сирии, и были связаны напряженной вой­ной с арабами. Ведь сумели же болгары в 705 г. ввести во Влахернский дворец безносого Юстиниана в менее благо­приятной ситуации! Так почему же не рискнуть?


А Святослав думал о бессмысленности возвращения в Киев, где его христианские недруги в лучшем случае от­правили бы его еще куда-нибудь. Болгария примыкала к Русской земле — территории уличей. Присоединение к Ру­си Восточной Болгарии, выходившей к Черному морю, да­вало языческому князю территорию, где он мог быть неза­висим от своей матери и ее советников.


Лавина покатилась.

Весной 969 г. левобережные пече­неги осадили Киев. Для Ольги и киевлян это было совер­шенно неожиданно, ибо повод для нарушения мира был им неизвестен. Киев оказался в отчаянном положении, а вой­ска, которое привел по левому берегу воевода Претич на выручку престарелой княгини, было явно недостаточно для отражения противника. Но когда печенежский вождь всту­пил с Претичем в переговоры, то выяснилось, что война ос­нована на недоразумении. Партия княгини и не помышляла о войне с Византией, и “отступиша печеньзи от града”, а то нельзя было даже напоить коней в речке Лыбедп.


Однако Святославу в Киеве было неуютно. Нестор при­писывает это его неуживчивому характеру, но надо думать, что дело обстояло куда трагичнее. 11 июля скончалась Оль­га и была похоронена по православному обряду, причем могила ее не была отмечена, хотя по ней плакали “...людье вси плачемъ великомъ”.


Иными словами, Ольга вела себя как тайная христианка, а в Киеве было много и христиан и язычников. Страсти накалялись.


Что делал Святослав после смерти матери, летопись не сообщает, а вернее, умалчивает. Но из последующих собы­тий очевидно, что Святослав не просто покинул Киев, а был вынужден его покинуть и уйти в дунайскую оккупационную армию, которой командовали его верные сподвижники:


На княжеские столы были посажены внуки Ольги: Ярополк — в Киеве, Олег — в Древлянской земле, а Владимир, сын ключницы Малуши, плененной при покорении дре­влян. — в Новгороде, потому что туда никто не хотел идти из-за буйного нрава новгородцев. Но для самого Святосла­ва места на родной земле не нашлось. Это не домысел. Ес­ли бы Святослав в июле 969 г. собирался бороться с грека­ми, он не стал бы терять темп. Если бы он чувствовал твердую почву под ногами, он вернул бы войско из Болга­рии. Но он не сделал ни того, ни другого... и началась серия проигрышей.


Великий раскол церквей 1054 г. изолировал русских за­падников от католических стран, ибо переход в латинство стал рассматриваться в Киеве как вероотступничество. Но Ярослав, его сын Изяслав и внук Святополк, нуждаясь в деньгах, покровительствовали киевской колонии немецких евреев, осуществлявших связь киевских князей с католиче­ской Европой. Деньги, попадавшие в княжескую казну, ев­реи получали с местного населения, скорбевшего о том, что евреи “отняли все промыслы христиан и при Святополке имели великую свободу и власть, через что многие купцы и ремесленники разорилися”. Тот же источник сообщает, что евреи “многих прельстили в их закон”, но, как интер­претировать это сведение, неясно. Скорее всего это навет, но сам факт наличия религиозных споров и дискредитации православия подтверждается другим автором — Феодосием Печерским, который имел обыкновение спорить с евреями в частных беседах, “поелику желал быть убитым за испове­дание Христа” Что его надежды были небезосновательны, мы увидим позже, но его роль в поддержке Изяслава и ува­жение народа спасли Феодосия от мученического венца.


Весь этот раскол на несколько партий, под которым крылись субэтнические различия, заслуживает внимания, ибо лишь при Владимире Мономахе наступило торжество православия на Руси. Православие сплотило этносы Восточ­ной Европы, хотя этому духовному единению сопутствова­ло политическое разъединение, о котором и пойдет речь ниже.


При подготовке этой работы были использованы материалы с сайта http://www.studentu.ru

Сохранить в соц. сетях:
Обсуждение:
comments powered by Disqus

Название реферата: Становление Руси

Слов:1648
Символов:11363
Размер:22.19 Кб.