РефератыИсторияРоРоссия во второй половине XIX века

Россия во второй половине XIX века

1. Реформы 60—70-х годов и их
значение


Шестидесятые годы XIX века были для России време­нем крупных и глубоких по своим последствиям реформ. Они охватывали не только экономику, но и социально-поли­тическую структуру общества.


Что же представляла собой Россия середины XIX века, почему она встала на 'путь реформ? Россия была крупней­шим государством Европы и по территории, и по населению. В многонациональной империи проживало 73 млн. человек. Медленно, но неуклонно менялся социальный состав на­селения за счет роста рабочего класса 'и городского населе­ния. В первой половине XIX был, достигнут и определенный прогресс в развитии промышленности, прежде всего в ме­таллургической и обрабатывающей. И все же страна как бы стояла на обочине дороги развития мировой цивилизации, по которой быстро продвигались вперед США и многие стра­ны европейского 'континента.


Развитие капитализма в России сдерживалось сущест­вовавшими феодально-крепостническими отношениями, от­сутствием рынка свободной рабочей силы. Количество сво­бодных вольнонаемных рабочих на фабриках и заводах бы­ло еще незначительным. Основная масса рабочих состояла из тех же крестьян, отпущенных помещиками на оброк, из государственных крестьян и других юридически зависимых людей.


Крепостничество с его атрибутами (оброком, барщиной и малоземельем) вызывало острое недовольство, что нахо­дило свое выражение в росте крестьянских выступлений. То­лько за три предреформенных года их число выросло в 1,5 раза: с 86 — в 1858 г. до 126 — в 1860 г. Крестьянские вы­ступления имели место почти повсеместно, от центральных черноземных губерний до Белоруссии — на западе, Подолии — на юге, Поволжья и Урала — на востоке. Жизнь властно


требовала уничтожения пут крепостничества. Таким обра­зом, необходимость реформ была вызвана потребностями экономического развития страны, и законами развития капи­тализма. Были причины и 'политического характера: пора­жение России в Крымской войне (1853—56 гг.), показавшей гнилость и слабость феодально-крепостнической системы, рост недовольства в широких кругах российской общест­венности.


Самодержавие было поставлено перед выбором: или реформы сверху, или непрерывная война с крестьянством. Не дожидаясь, пока крестьяне освободят себя снизу, Алек­сандр II встал на путь реформ. 19 февраля 1861 года он подписал Манифест об освобождении крестьян («О милости­вейшем даровании крепостным людям прав и состояния сво­бодных сельских обывателей и обустройства их быта»), а также специальное «Положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости».


В чем заключалась суть земельной реформы? Согласно Манифесту крестьяне объявлялись юридически свободными людьми, т. е. получали право торговать, владеть движимым и недвижимым имуществом, заключать сделки и т. д. Но от провозглашения свободы до ее реального экономического обеспечения была еще немалая дистанция.


Дело в том, что земля по-прежнему оставалась собст­венностью помещиков. По соглашению между помещиками и крестьянами (так называемые уставные грамоты) крестья­не получали наделы земли. Их размеры колебались в зави­симости от местных условий от 3 до 12 десятин. Если земе­льные участки крестьян были более предусмотренных норм, то помещик имел право отрезать у них излишки. Именно эти земли, отнятые у крестьян в период реформы, и получи­ли название «отрезков». А это был немалый земельный клин: в среднем по России 20% крестьянских земель, а в Саратовской и Самарской губерниях — до 40 процентов. Если до реформы средний крестьянский надел составлял 4.4 десятины, то после реформы он равнялся 3,6 десятины. Не­редки были случаи, когда помещики отбирали лучшую зем­лю, а крестьянам выделяли неудобья.


Крестьяне с согласия помещиков могли выкупать -уса­дебную и надельную землю. Только выкупившие землю ста­новились крестьянами-собственниками, а остальные до вы­купа назывались временнообязаннымн. Они были обязаны или платить оброк, или отбывать барщину. Временнообязанное состояние определялось в 9 лет, фактически же оно рас­тянулось до 20 лет.


Основное бремя расчетов за выкуп земли у помещиков брало на себя государство — 75—80% стоимости наделов, а остальную часть выплачивали крестьяне. Чтобы облегчить возможность выкупа им выдавалась ссуда на 49 лет при 6% годовых.


Но и после выкупа земли далеко не все крестьяне ста­новились ее собственниками. Во многих районах страны вы­куп земли осуществлялся через общину, где существовали периодические 'переделы земельных наделов, круговая пору­ка и так называемое крестьянское самоуправление. Земля становилась собственностью крестьянской общины. Община управлялась «миром», т. е. крестьянским сходом, на кото­ром выбирался староста. Он выполнял функции исполните­льной власти: наблюдал за хозяйством деревни, ее жизнью, выполняя постановления сходов.


Русская община, как проявление непосредственной де­мократии и как низовая ячейка местного самоуправления, безусловно, играла полезную роль. Нельзя не отметить и ее важности с точки зрения сохранения крестьянского уклада жизни, нравственности и традиций многомиллионного рос­сийского крестьянства. Вместе с тем самодержавие исполь­зовало общину как удобный инструмент для взимания с кре­стьян различных податей и повинностей, проведения рекрут­ских наборов в армию.


В условиях быстро развивающегося капитализма общи­на с такими ее изъянами, как периодические переделы земли и различные препоны на выход крестьян, стала тормозом общественного развития, сковывающим свободу и хозяйст­венную инициативу крестьянства. Крестьянин, даже юриди­чески свободный, не мог распоряжаться своим наделом (про­дать или передать по наследству, уйти из деревни). Земель-


7


Крестьянская реформа, разорвав путы крепостничества и открыв путь к свободному рынку рабочей силы, тем самым создала предпосылки для быстрого промышленного прогрес­са. Но, несмотря на, безусловно, прогрессивный характер, она не уничтожила основного социального противоречия между крестьянами и помещиками. Помещичье землевладение со­хранялось, а это значит, что оставалась и объективная осно­ва для социальных конфликтов и потрясений в будущем.


И недаром эта реформа подвергалась резкой критике со стороны Герцена, и Чернышевского, называвших ее мерзо­стью и обманом. А крестьянство встретило ее широкой вол­ной массовых выступлений в Пензенской, Тамбовской и Ка­занской губерниях, Польше, Литве, Белоруссии.


Земская реформа («Положение о губернских и уездных земских учреждениях») начала проводиться с января 1864 года. Она предусматривала введение новых органов местно­го самоуправления—выборных уездных и губернских земств.


Согласно «Положению» земские учреждения должны были состоять из представителей всех сословий. Однако вы­боры в земства не были равными, всеобщими и прямыми. Избирательное право обусловливалось имущественным цен­зом. Гласные земств (представители от сословий) избира­лись


на три


В первой группе были представлены крупные землевла­дельцы, а, также собственники крупных торгово-промышлен­ных предприятий. Мелкие землевладельцы (не менее 10 де­сятин). Объединяясь, выдвигали лишь своих уполномочен­ных. В городах избирательное право получали представите­ли крупной и средней буржуазии. Мелкая буржуазия, ре­месленники, рабочие в выборах гласных не участвовали.


Структура выборов в деревне была многоступенчатой:


Таким образом, система выборов в земские собрания обеспечивала в них преобладание представителей помещи­ков, составлявших вместе с представителями буржуазии по­давляющее большинство. В 1865—1867 гг. по 30 губерниям России состав гласных в уездных земских собраниях выгля­дел следующим образом: дворяне и чиновники — 42%, куп­цы и прочие — 20%, крестьяне — 38 процентов. В губернс­ких земских собраниях дворяне и чиновники составляли 74%, крестьяне — 11 процентов.


Уездные и губернские земские собрания наделялись распорядительными функциями, а исполнительными органа­ми были уездные и губернские управы. Председатель гу­бернской управы утверждался министром внутренних дел, а уездной — губернатором. Губернатор и министр могли отме­нить решения, земских собраний, что обеспечивало полный контроль: правительства. 1


Правобережной Украине, на Кавказе, т. е. в тех регионах, где было мало русских помещиков.


Второй реформой местного самоуправления стало вве­дение «Городового 'положения 16 июня 1870 г.». Она 'прово­дилась, на тех же узких, урезанных основах, что и земская. В соответствии с «Положением» в городах избирались город­ские Думы. Они являлись. Контрольно-распорядительными органами. Функции исполнительной власти выполняли изби­раемые Думой городские управы и городские головы, утвер­ждавшиеся министром внутренних дел или губернатором.


Выборы гласных Думы, проходили по трем куриям, в зависимости от размеров уплачиваемого налога. Каждая ку­рия избирала равное количество гласных сроком на 4 года. Такой характер выборов обеспечивал преобладание в Думах «отцов города» — промышленников и купцов.


В компетенцию городского самоуправления входили все вопросы жизни города: благоустройство, торговля, проти­вопожарная безопасность, медицинское обслуживание, на­родное образование и проч.


И все же, несмотря на свою узость и ограниченность, городская реформа 'носила буржуазный характер, способст­вовала формированию капиталистических общественных от­ношений, была шагом вперед по сравнению с сословной го­родской Думой, существовавшей со времен Екатерины II.


На страже феодально-крепостнических отношений, их незыблемости' стояли созданные еще Петром I судебная сис­тема и порядок судопроизводства. Им были присущи сослов­ная ограниченность судебных органов, многостепенность су­дебных инстанций, тайна судебного производства без учас­тия сторон, широкое применение телесных наказаний. В су­дах господствовали произвол и волокита, всемогущее значе­ние имела взятка. С точки зрения буржуазного права, эта система была наиболее отсталой и несостоятельной.


В ноябре 1864 года Александр II подписал Указ и «Но­вые судебные уставы», которые вносили изменения в судеб­ную систему и судопроизводство.


В соответствии с Указом суд и судопроизводство строи­лись на основных принципах буржуазного права: равенства всех сословий перед законом, открытости и гласности суда, независимости судей, состязательности обвинения и защиты, присутствия присяжных заседателей.


По новым судебным уставам мелкие преступления рас­сматривали мировые судьи, выбираемые земскими собрани­ями и городскими Думами. Более сложные гражданские и уголовные дела рассматривались окружными судами при­сяжных, решения которых были окончательными. Если суд был без присяжных, то можно было подавать апелляции в судебную палату, которая рассматривала дела о государст­венных и политических преступлениях. Высшей судебной ин­станцией являлся Сенат, который в кассационном порядке мог отменить решения других судебных инстанций.


В 60—70 годы по инициативе военного министра Д. А. Милю тина была проведена и военная реформа. К ней под­толкнуло правительство поражение в Крымской войне. Сво­ей основной целью она ставила создание кадровой армии буржуазного типа и предусматривала не только перевоору­жение армии, но и изменение ее структуры, принципа комп­лектования и подготовки кадров. Прежде всего, было реор­ганизовано военное министерство, страна делилась на воен­ные округа, для подготовки офицерских кадров создавалась сеть военных гимназий, училищ, академий.


В 1874 г. был принят Устав об обязательной воинской повинности, в соответствии, с которым отменялись так назы­ваемые рекрутские наборы и регулярно призывалось в ар­мию мужское население всех сословий по достижении 20 лет. Изменялись и сроки военной службы. Вместо 25 лет для сол­дат устанавливался 6-летний срок действительной службы, после чего их переводили в запас на 9 лет. 'Во флоте дейст­вительная служба продолжалась 7 лет, а состояние в запа­се — три года. Срок службы сокращался лицам, получив­шим образование. Освобождался от службы единственный сын в семье, если он являлся кормильцем. На лиц мусуль­манской, иудейской и некоторых других религий воинская повинность не распространялась, так как для царизма это был «ненадежный» элемент.


11


Новые условия хозяйственной и общественной жизни пореформенной России настоятельно требовали подготовлённых и грамотных людей. Необходимо было значительно рас­ширить 'базу народного образования. С этой целью с 1864 г. начала проводиться реформа народного образования.


Реформа регламентировалась рядом законодательных актов, принятых в 60—70 годы XIX века. Согласно «Поло­жению» 1864 г. общественным организациям и частным ли­цам разрешалось открывать начальные народные училища. В сельской местности несколько позже они стали называть­ся церковно-приходскими школами с 3-летним сроком обу­чения. В них обучали детей из народа чтению, письму и сче­ту. Большое внимание уделялось изучению закона божьего и церковному (хоровому) 'пению.


В среднем звене образования (средняя школа) сущест­вовали 'платные гимназии, они делились на классические и реальные. Реальные гимназии затем были преобразованы в реальные училища.


В классических гимназиях большое внимание уделя­лось изучению греческого и латинского языков, гуманитар­ных дисциплин. Они готовили молодежь для поступления в университеты. Сначала срок обучения в них был семилет­ний, а с 1871 года — восьмилетний.


В реальных училищах, наоборот, предпочтение отдава­лось изучению естественных и технических дисциплин. Они готовили молодежь для поступления в технические вузы.


Формально в гимназии был открыт доступ для детей всех сословий. Но высокая плата за обучение являлась серь­езной преградой для детей простых людей, особенно кре­стьянских.


В 60-е годы было положено начало женскому образо­ванию. В этих целях создавались женские гимназии и выс­шие женские курсы в Петербурге, Москве, Киеве, Казани.


В 1863 году был принят новый Устав для университетов. Он предусматривал восстановление упраздненной Ни­колаем I автономии. Непосредственное руководство универ­ситетами возлагалось па совет профессоров, который изби-


12


рал ректоров, деканов факультетов и преподавательский со­став. Но автономия не исключала возможности надзора, а порой и вмешательства со стороны министра народного об­разования или попечителя (куратора) округа. Студенческие организации в университетах не разрешались.


В середине 60-х годов, (1865 г.) правительство вынуж­дено было ввести некоторые послабления и в сфере печати. При печатании книг значительного объема (10—20 п. л.), а также для периодических изданий отменялась цензура. Но она сохранялась для литературы массового характера. Пра­вительство также сохраняло за собой право на меры воздей­ствия за нарушения закона. Могло запретить розничную продажу, временно приостановить периодическое издание или совсем его закрыть, а в некоторых случаях привлекать к су­дебной ответственности владельцев типографий, редакторов, авторов статей и брошюр.


Реформы 60—70-х годов, несмотря на их ограничен­ность и половинчатость, стали мощным импульсом для уско­рения темпов экономического роста и изменения всего укла­да российской жизни. Благодаря им Россия встала на об­щую дорогу развития мировой цивилизации. Однако дви­жение по этой дороге было неровным, а иногда и натужным, из-за колдобин и завалов старой крепостнической системы.


2. Александр III и его внутренняя политика.


В начале 80-х годов процесс реформирования страны замедлился, а в политической и духовной сферах начался и откат назад. Связано это было в первую очередь с убий­ством народовольцами 1 марта 1881 года Александра II. Случилось то, что не раз бывало в истории: благие намере­ния и действия революционеров не привели к тем результа­там, на которые они рассчитывали.


На смену царю-реформатору на престол взошел его сын Александр III — человек консервативных взглядов, ко­торому был ближе и понятнее старый уклад жизни, а не новые реальности и явления, связанные с развитием в стране капиталистических отношений.


характерного для всего послереформенного периода. А с 1888 года кривая промышленного роста вновь стала неук­лонно и сильно подниматься вверх.


Нельзя не отметить, что в период царствования Алек­сандра III началась и деятельность выдающегося россий­ского реформатора С. Ю. Витте, сначала в качестве минист­ра путей сообщения, а с 1892 года — министра финансов.


Александр III и правительство не могли не считаться и с 'реальностями, сложившимися в деревне после земельной реформы. Движение назад могло стать самоубийственным шагом. Но у царя не было желания и решимости последова­тельно идти вперед по пути ликвидации помещичьего земле­владения. А поэтому правительство и ограничивалось полу­мерами, мелкими уступками, более рассчитанными на созда­ние видимости заботы о крестьянах, чем на решение дейст­вительно важных и насущных для них вопросов. Так. В де­кабре 1881 г. был принят Закон о повсеместном прекраще­нии временнообязанных отношений бывших крепостных кре­стьян. Согласно этому закону помещики должны были до 1 января 1883 года перевести на выкуп всех крестьян, не со­вершивших выкупных сделок. Этим же законом было про­изведено незначительное снижение размеров выкупных пла­тежей: в великорусских губерниях — на один рубль с душе­вого надела, а в украинских — на 16 процентов.


В 1882 году было положено начало отмене ненавистной для крестьян подушной подати, но делалось это опять-таки нерешительно и непоследовательно. Закон входил в силу лишь с 1 января 1884 года и распространялся только на крестьян, совершенно лишенных земли, для всех же осталь­ных она уменьшалась лишь на 10 процентов. Окончатель­ная же отмена подушной подати (с заменой ее другими нало­гами) была 'произведена только 1

в 1885 году.


Для возмещения ущерба казне, нанесенного отменой 'подушной подати, на обязательный выкуп земли были пере­ведены 10 млн. крестьянских хозяйств — бывших государст­венных крестьян. Сумма выкупных платежей, установленная правительством для государственных крестьян2
, превышала


1 Ко времени издания закона временнообязанных крестьян остава­лось еще не менее 11—15% всех «освобожденных».


2 Государственные крестьяне — это вторая то численности катего­рия крестьянства России.


16


сумму взимавшейся с них подушной подати почти на 50 про­центов. Таким образом за счет фактического повышения на­логов на бывших государственных крестьян казна получила значительную компенсацию.


В 1882 году был принят «Закон об учреждении Кресть­янского поземельного 'банка», 'который оказывал кредитную помощь крестьянам при условии, если они в состоянии бы­ли покрыть часть выкупной цены на приобретаемую землю из собственных средств. Создатели банка делали ставку на крестьян-собственников. И не случайно поэтому приобрете­ние крестьянами земли через Крестьянский банк шло очень слабо. Открытие этого банка еще более способствовало по­вышению цен на землю, что могло быть выгодно только крупным землевладельцам, продававшим землю через банк. Приобретение же земли для трудового крестьянства стано­вилось все менее доступным.


Крестьянские наделы после 1861 года постепенно мель­чали, и одной из причин этого был рост числа семейных раз­делов. Новый закон 1886 года должен был воспрепятство­вать этому. Утверждая старые начала «патриархальности», закон рассматривал крестьянскую семью как «рабочую се­мью», как ...«союз родственников, подчиняющихся главенст­ву старшего члена и трудящихся в общую пользу». Это бы­ла попытка правительства сделать крестьянскую семью и крестьянскую общину опорой своей политики в деревне. Ес­ли раньше для раздела требовалось лишь согласие боль­шинства сельского схода, то теперь требовалось также со­гласие родителя или старшего в семье.


Среди помещиков не было единодушия во взглядах на крестьянскую общину. Часть из них были сторонниками со­хранения общины и видели в ней основное средство против обезземеливания крестьянства. Они рассматривали общину и как своеобразное полицейско-фискальное учреждение, раз­рушение которого ослабило бы государство. Другие считали


17


общину главным препятствием к развитию купечества и


крепких крестьянских хозяйств, в которых видели опору го­сударственной власти,


Результатом таких противоречивых взглядов на общи­ну стал новый закон, принятый в июне 1893 года. Он не за­прещал переделов, но обусловил их проведение длительным сроком (12 годами), а также согласием схода, земского на­чальника и уездного съезда.


По-иному выглядела политика правительства в полити­ческой и духовной сферах жизни российского общества. Здесь сразу вполне определенно наметилась и с каждым го­дом стала усиливаться тенденция к ревизии законов време­ни Александра II. Откат назад был
явным.


Первыми жертвами наступающей реакции стали печать и школа. Назначенный в мае 1882 года министром внутрен­них дел Д. А. Толстой уже в августе провел через кабинет министров новый закон о печати в виде «временных пра­вил». Согласно этим правилам, периодические издания, при­остановленные после третьего предупреждения, при возоб­новлении своего выхода должны были представлять очеред­ные номера в цензуру накануне выхода к 11 часам вечера, и цензор мог задерживать номер по своему усмотрению. «Пра­вила» фактически предусматривали запрет на публикации революционеров и эмигрантов, поскольку по требованию Ми­нистерства внутренних дел редакции были обязаны сооб­щать имена авторов статей, помещенных под псевдонимом.


В результате такой политики уже в 1883—1884 годах перестали выходить все радикальные и значительная часть либеральных изданий. Даже выпуск таких, вполне лояльных к правительству буржуазных изданий, как газеты «Голос», «Телеграф», «Курьер», журнал «Русская мысль» приостана­вливался на длительные сроки. В апреле 1884 года был за­крыт демократический журнал «Отечественные записки».


Наряду с печатью удары реакции были направлены и на школу. В ноябре 1882 года Министерство народного про­свещения издало специальный циркуляр, в котором отмеча­лось, что за последнее время в средней школе произошли «крупные коллективные беспорядки», а отдельные ученики


18


поддались «влиянию преступной пропаганды». В связи с этим предписывалось строго выполнять все распоряжения по дисциплинарной и воспитательной части, что предполагало усиление надзора за учащимися. Вся сеть церковноприход­ских школ была передана непосредственно в ведение Си­нода.


Были приняты меры для ограничения доступа в сред­нюю школу детям трудящихся и евреев. 5 июня 1887 года был издан циркуляр, получивший тогда в кругах прогрессив­ной общественности название циркуляра о «кухаркиных де­тях». Он рекомендовал принимать в гимназии и прогимна­зии ...«только таких детей, которые находятся на попечении лиц, представляющих достаточное ручательство в правиль­ном над ними дотошном надзоре». Это должно было, по за­мыслу авторов, затруднить доступ в среднее звено образо­вания «...детям кучеров, лакеев, поваров, прачек, мелких ла­вочников и тому подобных людей, детей коих, за исключени­ем разве одаренных необыкновенными способностями, вовсе не следует выводить из среды, к коей они принадлежат». С этой же целью была повышена и плата за обучение.


В тиски полицейского режима зажималась и высшая школа. Новый университетский указ 1884 года полностью ликвидировал автономию университетов и отдавал их во власть министра и попечителя учебного округа. Все выбор­ные по уставу 1863 года должности — ректора, деканов и профессоров — подлежали замещению по назначению, при­чем при назначении того или иного лица учитывались не то­лько профессиональные качества и заслуги, но и политичес­кая благонадёжность. Соответственно сужались права уче­ных коллегий, советов и факультетских собраний.


Ближайшим помощником ректора в организации и про­ведении внутреннего режима выступал инспектор, призван­ный наблюдать за поведением студентов не только в здании университета, но и вне его. Введение специальной формы облегчало 'наблюдение за ними.


1 См.: История СССР, часть вторая, раздел I, Россия в период промышленного капитализма. М., ,196й, с. 146.


19


ное, буржуазно-либеральное и революционно-демократиче­ское.


Консерваторов представляла значительная часть дво­рянства, главным образом его аристократическое крыло, а также высшая чиновная бюрократия. Эти силы выступали против реформ, которые, на их взгляд, были слишком ради­кальными. Московское дворянство, например, вообще высту­пало за сохранение жалованной грамоты Екатерины II 1785 года, по которой дворянству устанавливались сословные привилегии.


Представители этого течения отстаивали незыблемость так называемой триады — самодержавия, православия и народности. Эти фундаментальные устои государства, по их мнению, были основой стабильности, мощи и величия России.


Либералы — это те представители дворянства, либера­льно-монархической буржуазии, разночинной интеллиген­ции, которые признавали необходимость реформ, 'не затра­гивающих основ самодержавной власти. Их социальная про­грамма — освобождение крестьян при сохранении помещи­чьего землевладения и обязательном выкупе крестьянских наделов — преследовала и политическую цель: предотвра­тить возможные революционные потрясения.


Как политическое течение либерализм делился на два крыла — правое и левое. Лидеры правых либералов — Кавелин К. Д., Милютин Н. А., Чечерин Б. Н., Катков М. Н. (позднее консерватор) выступали за сделку с «верха­ми» на основе сохранения и частичного реформирования аб­солютной монархии.


Представители левого крыла выступали за отмену со­словных привилегий и созыв Земского собора, за расшире­ние прав органов местного самоуправления и установление в России буржуазных свобод — свободы слова, печати, со­вести и т. д.


В 90-е годы XIX века размежевание внутри либераль­ного движения стало более заметным. Левые либералы ра­дикального толка из числа земских деятелей во главе с Петрункевичем И. И. стали уже исповедовать идеи конститу-


22


ционализма и стремились объединить вокруг себя сторонни­ков этой идеи.


К началу 60-х годов сложилось и революционно-демо­кратическое течение, родоначальником которого был В. Г. Белинский. Социальной основой этого течения была так на­зываемая разночинная интеллигенция.


Революционные Демократы являлись продолжателями революционных традиций дворянских революционеров, Вы­дающимися идеологами революционеров-демократов были А. И. Герцен, Н. А. Добролюбов, Д. И. Писарев и др. Обще­признанным вождем нового поколения революционеров был Н. Г. Чернышевский — человек необычайно широкой эруди­ции, беспредельно веривший в 'идеалы революции.


До середины 60-х годов в русской революционной де­мократии существовало два центра: один в Лондоне при журнале «Колокол», издаваемом А. И. Герценом и Н. П. Огаревым, второй — вокруг журнала «Современник», душой которого были Н. Г. Чернышевский и Н. А. Добролюбов.


Подъем революционного движения ускорил возникно­вение объединенной тайной организации для руководства борьбой против царизма. Окончательно она оформилась в 1861 году и с 1862 года стала называться «Земля и воля». Возглавлял организацию «Русский центральный народный комитет», находившийся в Петербурге. Из наиболее актив­ных деятелей «Земли и воли» следует отметить братьев Сер-но-Соловьевичей, Н. Н. Обручева, В. С. Курочкина, Н. И. Утина, А. А. Слепцова. Активно содействовали организации А. И. Герцен и Н. П. Огарев. Местные отделения «Земли и воли» были созданы в Москве, Саратове, Казани, Нижнем Новгороде, Перми, Туле и др. городах России. Военной ор­ганизацией «Земли и воли», находившейся в Польше, руко­водил русский офицер Андрей Потебня.


Программа требований революционной демократии предусматривала установление республиканского строя, пе­редачу земли крестьянам, расширение прав органов местно­го самоуправления, равноправие женщин.


23


Идейной основой деятельности революционных демо­кратов была теория общинного крестьянского социализма, родоначальником которой был А. И. Герцен. Революционные демократы считали, что Россия, в отличие от Западной Ев­ропы, может миновать капиталистическую стадию развития и при помощи крестьянской общины перейти к социализму.


Нельзя 'не заметить, что их взгляды на социализм бы­ли утопическими. Однако революционные демократы были на голову выше социалистов-утопистов Запада: они рас­сматривали народ как главную силу общественного разви­тия и считали, что путь к социализму лежит через крестьян­скую революцию.


Революционные демократы настойчиво и целеустрем­ленно искали пути и средства борьбы с самодержавием. Они хорошо видели язвы капитализма, но в условиях еще незре­лых капиталистических отношений не смогли найти правиль­ного выхода,


К революционно-демократическому лагерю примыкали и народники 70-х годов. В этот период они занимали веду­щее положение в революционном движении. Выдающимися представителями революционного народничества являлись А. Желябов, С. Перовская, Н. Кибальчич, В. Фигнер и др. В 1876 году народники создали свою организацию «Земля и воля», позаимствовав название организации революционе­ров-демократов, распущенной ими в 1864 году, когда поли­цейские преследования и наступление реакции пресекли ее деятельность.


Что же это за течение, какова его основа? Народниче­ство — это мелкобуржуазное, крестьянское направление в революционном российском движении. Социально-экономиче­ской основой народничества являлась незрелость обществен­ных отношений России, слабость пролетариата и преоблада­ние 'в стране крестьянства.


Идейной основой народничества была также теория крестьянского социализма. Как и революционные демокра­ты, они верили в самобытность развития России, идеализи­ровали крестьянство, недооценивали революционную роль пролетариата, а общину считали ячейкой будущего социа-


24


лизма. Но в отличие от революционных демократов они от­рицали роль народа как главного творца истории и чрезмер­но преувеличивали роль личности. Особенно рельефно субъ­ективный идеализм этих взглядов проявился в народничес­кой теории героев и толпы.


По своим тактическим взглядам и взглядам на револю­цию народничество не было однородным. Оно делилось на три основные группы: пропагандистов, анархистов-бунтарей н террористов.


Пропагандисты, общепризнанным лидером которых был П. Лавров (1823—1900 гг.) выступали за ведение длитель­ной социалистической пропаганды среди крестьянства в це­лях подготовки его к революции. Они шли в народ, селились в деревнях, где работали в качестве врачей, учителей или сезонных рабочих. Наибольший размах «хождение в народ» получило в Поволжье. Здесь, по мнению народников, как ни­где в России, был жив вольнолюбивый дух крестьянства, со­хранившийся со времен Разина и Пугачева.


Местом деятельности целого ряда выдающихся народ­ников был и наш край. В 1870 году Мария Апполоновна Тур­генева, в прошлом жена богатого помещика, добилась от­крытия в Ставрополе народной школы, в которой сама и преподавала. Позднее она открыла еще несколько школ в селах Ставропольского уезда, а весной 1872 года организо­вала учительские курсы, на которых по ее приглашению пре­подавала С. Перовская.


Летом 1874 года царское правительство нанесло жесто­чайший удар «хождению в народ». Массовые аресты моло­дежи, начавшиеся в Поволжье, прокатились по многим уез­дам России. Было арестовано и привлечено к следствию свы­ше 700 человек.


Понеся большие потери и убедившись в неэффективно­сти своей деятельности среди крестьян, многие народники-пропагандисты, в том числе и сам Лавров, принимают об­щую для подавляющего большинства народников конца 70-х годов тактику революционного заговора и индивидуального террора.


25


Большим влиянием в народническом движении пользо­валось анархистско-бунтарское 'направление во главе с М. А. Бакуниным (1814—1876 гг.) — личностью выдающейся и противоречивой. Его политические взгляды представляли со­бой причудливое смешение самых разнообразных идей: бун­тарских и реформистских, утопических и революционных. Но при всей этой эклектике им высказаны 'и такие взгляды 'на революцию и организацию власти, которые заслуживают пристального внимания и в наше время. Это, прежде всего вопрос о самоуправлении народа, идущего снизу вверх, о роли автономии в решении национального вопроса, о коопе­рации и др.


Не следует также забывать, что Бакунин был непри­миримым противником всякого угнетения 'и насилия, фана­тично преданным идеалам свободы, равенства и братства. Рассматривая революцию как всеобщее разрушение старо­го, бакунисты выступали против какой-либо подготовки ре­волюции, считая, что крестьянство России готово к восста­нию и его надо только взбунтовать, «зажечь спичку».


Как и 'народники-пропагандисты, бакунисты тоже «хо­дили в народ», 'но в отличие от них вели так называемую «летучую пропаганду», то есть призывали крестьян к всерос­сийскому бунту против царя и помещиков.


Идеи анархизма не нашли понимания у крестьян. Бы­вали случаи, когда крестьяне сами вылавливали и отводили в полицейские управы пришлых людей, «высказывающих ху­лы против царя».


Часть народников во главе с П. Ткачевым (1844— 1885 гг.) отстаивала тактику заговора и террора. Они счита­ли, что царизм не имеет опоры в массах и поэтому достаточ­но уничтожить правящую верхушку, чтобы решить все вопросы революции.


Как и все народники, террористы связывали будущее страны с крестьянством, но в отличие от остальных отрица­ли его решающую роль в революции. Они считали, что исто­рический переворот может совершить только интеллигенция, организованная в партию.


26


Одним из направлений народничества в конце 60-х — 'начале 70-х годов 'была так называемая нечаевщина. Лидер этого движения С. Нечаев (1847—1882 гг.) выступал как анархист-бунтарь крайнего направления. Но ему были не чужды и заговорщицкие (бланкистские) взгляды.


С. Нечаев и созданная им осенью 1869 года конспира­тивная организация «Народная расправа» в своей деятель­ности исповедовали чудовищный по своей безнравственнос­ти принцип: для достижения своих целей хороши все спосо­бы и средства. Нечаевщина, как политическое явление, была ничем иным, как смесью революционного фанатизма, поли­тического авантюризма и 1иезуитства.


«Народная расправа» была очень быстро разгромлена полицией. Нечаев бежал за границу, но в 1872 году был вы­дан России швейцарскими властями и в 1873 году пригово­рен к 20 годам каторги. Умер он в Алексеевском равелине Петропавловской крепости после 10-летнего заключения.


Неудача «хождения в народ» и попыток поднять кре­стьян на революцию породила оживленные споры в среде народников. Они велись вокруг вопроса о путях дальнейшей борьбы. В 1879 году разногласия привели к расколу «Земли и воли». Одна ее часть во главе с Г. В. Плехановым создала организацию «Черный передел», которая по-прежнему при­держивалась тактики пропаганды социалистических идей и передела земли, а другая часть во главе с А. Желябовым— партию «Народная воля», развернувшую непримиримую тер­рористическую борьбу против царизма.


Высшей точкой в деятельности этой группы народников стало убийство Александра II. Этим актом народничество практически исчерпало себя. Начался его глубокий идейный кризис. Часть народников продолжала безуспешные попытки цареубийства. К ним принадлежал и брат В. И. Ленина Александр Ульянов, который принимал участие в покуше­нии на нового царя 1 марта 1887 года. Большинство же на­родников встало на путь отказа от революционной борьбы.

Сохранить в соц. сетях:
Обсуждение:
comments powered by Disqus

Название реферата: Россия во второй половине XIX века

Слов:4554
Символов:36516
Размер:71.32 Кб.