РефератыОстальные рефератыКуКурс лекций Издательство Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета Москва

Курс лекций Издательство Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета Москва

Иерей Геннадий Егоров


Священное Писание Ветхого Завета



Курс лекций


Издательство Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета


Москва


2007


УДК


ББК


E30


Иерей Геннадий Егоров


Священное Писание Ветхого Завета. Курс лекций. – Москва: Издательство ПСТГУ, 2007 – с.


Предлагаемое издание курса лекций предназначено в качестве учебного пособия по библеистике для студентов, обучающихся по направлению или специальности «Теология», а также для слушателей системы повышения квалификации.


ISBN © Иерей Г. Егоров, 2007


© ПСТГУ, 2007




Содержание



Предисловие. 10


Введение. 11


Раздел 1. Пятикнижие Моисеево. 22


Глава 1. Начало. 23


1.1. Библейский рассказ о сотворении мира. 23


1.2. Соотнесение библейского повествования о сотворении мира с научными гипотезами.. 24


1.3. Сотворение человека. 25


1.4. О нетленности первозданной твари.. 28


1.5. Пребывание людей в раю.. 29


1.6. Грехопадение. 30


1.7. Последствия грехопадения. 31


1.8. Смысл наказания. 34


1.9. Обетование спасения. 34


Глава 2. Начало истории человечества. 35


2.1. Дети Адама. 35


2.2. Допотопное человечество. 37


2.3. Потоп. Ной и его семья. 38


2.4. Завет Бога с Ноем.. 40


2.5. История потомков Ноя. 41


2.6. Вавилонское столпотворение. 42


Глава 3. Патриарх Авраам.. 43


3.1. Призвание. Обетование. 43


3.2. Путешествие в Египет. 45


3.3. Разделение с Лотом.. 45


3.4. Встреча с Мелхиседеком.. 45


3.5. Завет Божий с Авраамом. Рождение Измаила. 46


3.6. Обрезание. 48


3.7. Что такое завет. 49


3.8. Перемена имени и обещание сына. 49


3.9. Шестое явление Бога Аврааму. Откровение Святой Троицы.. 50


3.10. Обстоятельства гибели Содома и Гоморры.. 50


3.11. Наследники Авраама. 51


3.12. Великое искушение Авраама. 52


Глава 4. Патриархи Исаак, Иаков, Иосиф.. 54


4.1. Жизнь Исаака. 54


4.2. Исав и Иаков – первородство и благословение. 54


4.3. Видение лестницы в Вефиле. 55


4.4. Пребывание у Лавана и возвращение. 56


4.5. Поединок в Пенуэле. 56


4.6. Символическое значение истории патриархов. 57


4.7. История Фамари.. 57


4.8. Патриарх Иосиф.. 58


4.9. Благословения, данные патриархом Иаковом своим сыновьям.. 59


4.10. Рождение Фареса и Зары.. 60


4.11. Некоторые обобщения по первоначальной истории человечества. 60


Глава 5. Исход. 61


5.1. Происхождение и призвание Моисея. Откровение об Имени Божием.. 62


5.2. Символическое значение видения купины.. 63


5.3. Возвращение Моисея в Египет. 63


5.4. Казни египетские. Исход из Египта, установление праздника Пасхи.. 63


5.5. Переход через Красное (Чермное) море. 65


5.6. Пророческий смысл Исхода. 65


5.7. Исход как усыновление Богу. 67


5.8. Чудеса на пути до горы Синай.. 67


5.9. Заключение Завета и его смысл. 68


5.10. Утверждение Завета. 70


5.11. Золотой телец. 70


5.12. Синайское богоявление. 71


5.13. О явлении ангелов. 73


5.14. Скиния и ее принадлежности.. 73


5.15. Освящение скинии.. 74


Глава 6. Левит. 75


6.1. Постановления о жертвах. 75


6.2. Постановления о священстве. 76


6.3. Об уделах левитов. 77


6.4. Постановления о праздниках. 78


6.5. Понятие святости.. 81


Глава 7. Числа. История сорокалетнего странствования Израиля по пустыне. 82


7.1. Чудо насыщения народа перепелами.. 82


7.2. Упреки Аарона и Мариам.. 83


7.3. Отказ от вступления в землю обетованную.. 83


7.4. Восстание Корея, Дафана и Авирона. 83


7.5. Жезл Ааронов. 85


7.6. Грех Моисея и Аарона. 85


7.7. Продолжение странствия. 86


7.8. Пророчество Валаама. 86


7.9. Города-убежища. 87


7.10. Поставление Иисуса Навина. 87


Глава 8. Второзаконие. 88


8.1. Повторение закона и новые заповеди.. 88


8.2. Мессианские пророчества. 89


8.3. Закон ужичества (левирата) 89


8.4. Последние указания. Песнь Моисея. 90


8.5. Смерть Моисея. 90


Глава 9. Смысл и значение закона Моисеева. 91


9.1. Разнообразие постановлений Закона. 91


9.2. Общечеловеческое значение закона. Закон как руководство к праведности.. 91


9.3. Отличие Синайского Завета от завета с Авраамом.. 95


9.4. Смысл закона Моисеева. 95


9.5. Преходящее значение закона. 97


Раздел 2. Исторические книги.. 98


Глава 10. Книга Иисуса Навина. 98


10.1. Приготовление и вступление в землю обетованную.. 98


10.2. Начало завоевания земли обетованной.. 99


10.3. Битва за Гаваон. 100


10.4. Окончание завоевания при Иисусе Навине. 101


10.5. Раздел земли и возвращение заиорданских колен. 101


10.6. Жертвенник заиорданских колен. 101


10.7. Завещание Иисуса Навина. 102


Глава 11. Книга Судей.. 102


11.1. Состояние Израиля после смерти Иисуса Навина. 102


11.2. Служение судей.. 103


11.3. Девора. 104


11.4. Гедеон. 104


11.5. Сыновья Гедеона. Авимелех. Первая попытка установления монархии.. 105


11.6. Иеффай.. 105


11.7. Самсон. 106


11.8. История Михи и война с коленом Вениаминовым.. 106


11.9. Хронология эпохи Судей.. 107


11.10. Книга Руфь. 108


Глава 12. Начало эпохи Царств. 109


12.1. Книги Царств и Паралипоменон. 109


12.2. Первосвященник Илий.. 109


12.3. Песнь Анны пророчицы.. 109


12.4. Призвание Самуила (1 Цар. 3 гл.) 110


12.5. Поражение от филистимлян. История ковчега. 110


12.6. Самуил – судья. 111


Глава 13. Царство Саула. 111


13.1. Воцарение Саула. 112


13.2. Победы и отступление Саула. 114


13.3. Окончательное отвержение Саула. 115


13.4. Помазание Давида. 116


13.5. Давид и Саул. 116


13.6. Гибель Саула. 117


Глава 14. Царство Давида. 117


14.1. Начальный период царствования Давида в Хевроне. 117


14.2. Расцвет царства Давида. 118


14.3. Перенесение ковчега. 119


14.4. Обетование Давиду. 119


14.5. Организация богослужения. 120


14.6. Грех Давида. Рождение Соломона. 121


14.7. История Авессалома. 121


14.8. Восстановление власти Давида. 123


14.9. Перепись народа. 123


14.10. Итоги царствования Давида. 124


Глава 15. Царствование Соломона. 125


15.1. Воцарение Соломона. 125


15.2. Дарование Соломону мудрости. Божие обетование Соломону. 126


15.3. Богатство и слава Соломона. 126


15.4. Построение Иерусалимского храма. 127


15.5. Освящение Храма. Молитва Соломона. 128


15.6. Обетование Соломону. 128


15.7. Причины недовольства правлением Соломона. 129


15.8. Грех Соломона. 129


15.9. Обетование Иеровоаму. 130


15.10. Воцарение Ровоама и разделение царства. 130


15.11. О книгах Паралипоменон. 131


Глава 16. История Северного (Израильского) царства. 131


16.1. Первые династии.. 132


16.2. От Ахава до Ассирийского плена. 133


16.3. Пророки Илия и Елисей.. 135


Глава 17. История Южного (Иудейского) царства. 140


17.1. Правление царей Иудейских от Ровоама до Ахаза. 140


17.2. Правление царей Иудейских от Езекии до Иосии.. 145


17.3. Падение иудейского царства. 148


17.4. Судьба оставшихся в Иудее. 150


17.5. Итоги периода царей.. 150


Глава 18. Вавилонский плен. Возвращение. Строительство второго Храма и восстановление Иерусалима. 151


18.1. Иудеи в плену. 151


18.2. Первая книга Ездры. Возвращение иудеев из плена. 153


18.3. Строительство и освящение второго Храма. 154


18.4. Второе возвращение при священнике Ездре. 155


18.5. Книга Неемии. Возрождение Иерусалима. 156


18.6. Возобновление Завета. 157


18.7. Дополнительные сведения о Ездре. 158


18.8. Итоги периода. 158


Глава 19. От Ездры до Ирода Великого. 159


19.1. Завоевание Александра Македонского. 159


19.2. Третья книга Маккавейская. Иудеи в Египте. 160


19.3. Первая и вторая книги Маккавейские. Палестина под властью Египта и Сирии.. 161


19.4. Гонение Антиоха Епифана. 162


19.5. Ветхозаветные мученики за веру. 163


19.6. Восстание священника Маттафии и его сыновей. Успехи Иуды Маккавея. 163


19.7. Продолжение войны. Независимость Иудеи. Начало династии Маккавеев (Хасмонеев) 165


19.8. Правление династии Маккавеев (Хасмонеев). Воцарение Ирода. 166


Раздел 3. Учительные книги.. 169


Глава 20. Книга Иова. 169


20.1. Исторический пролог. 170


20.2. Собеседование Иова с друзьями.. 171


20.3. Речь Елиуя. 175


20.4. Ответ Бога Иову. 176


20.5. Смысл страданий Иова. 177


20.6. Богослужебное употребление книги.. 181


Глава 21. Псалтирь. 182


21.1. Разделение Псалтири.. 182


21.2. Святые Отцы о Псалтири.. 183


21.3. Надписание псалмов. 184


21.4. Виды Псалмов. 184


21.5. Хвалебные и благодарственные псалмы.. 186


21.6. Учительные псалмы.. 187


21.7. Откровение о Христе в псалмах. 188


21.8. Об отношении к врагам – духовное понимание. 190


21.9. Способ исполнения Псалтири.. 191


Глава 22. Писания царя Соломона: Книги Притчей, Екклесиаст и Песнь Песней.. 192


22.1. Книга Притчей Соломоновых. 192


22.2. Екклесиаст. 199


22.3. Порядок книг Соломоновых. 203


22.4. Песнь Песней Соломона. 204


Глава 23. Неканонические учительные книги.. 208


23.1. Неканоническая книга Премудрости Соломона. 208


23.2. Неканоническая книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова. 211


Раздел 4. Пророческие книги.. 214


Глава 24. Пророки. Введение. 214


24.1. Смысл пророческого служения. 214


24.2. История пророческого служения. 215


24.3. Истинное и ложное пророчество. 216


24.4. Способы получения откровения. 218


24.5. Восприятие пророческой проповеди.. 219


24.6. Характерные черты пророческой проповеди.. 220


24.7. Порядок изучения пророческих книг. 220


Глава 25. Книги малых пророков. 221


25.1. Книга пророка Осии.. 221


25.2. Книга пророка Иоиля. 226


25.3. Книга пророка Амoса. 229


25.4. Книга пророка Софонии.. 233


Глава 26. Книга пророка Исаии.. 235


26.1. Служение пророка Исаии.. 235


26.2. Вопрос единства книги.. 236


26.3. Обличение. 237


26.4. Пророчество о Церкви.. 238


26.5. Притча о винограднике. 239


26.6. Призвание пророка Исаии.. 239


26.7. Пророчества о Рождестве Христовом и о Христе. 240


26.8. Пророчества о судьбах языческих народов и о Иерусалиме. 243


26.9. Эсхатологические пророчества: «великий апокалипсис» Исаии.. 244


26.10. Пророчество о краеугольном камне в основании Сиона. 245


26.11. Суд Божий и избавление. 246


26.12. Исторический отдел. Нашествие Сеннахирима. Болезнь Езекии. Предсказание о Вавилонском плене. 247


26.13. Утешительные пророчества. Христос и Церковь. 248


26.14. Церковь. 250


26.15. Призвание язычников. 251


26.16. Заключительные пророчества. 253


Глава 27. Книга пророка Михея. 254


27.1. Суд над Израилем.. 254


27.2. Обличение князей и лжепророков. Наказание и утешение. 255


27.3. Рождество Христово. 256


27.4. Нравственное состояние народа. Конечное торжество Бога. 257


Глава 28. Книги пророков Авдия, Ионы и Наума. 258


28.1. Книга пророка Авдия. 258


28.2. Книга пророка Ионы.. 259


28.3. Книга пророка Наума. 261


Глава 29. Книга пророка Аввакума. 263


29.1. Первый вопрос пророка: почему зло остается безнаказанным?. 263


29.2. Второй вопрос: почему для отмщения избран народ лукавый?. 263


29.3. Пророческая песнь. 264


Глава 30. Книга пророка Иеремии.. 266


30.1. Общая характеристика книги.. 266


30.2. Изображение нравственного состояния жителей Иерусалима и Иудеи.. 267


30.3. Служение пророка Иеремии.. 269


30.4. Служение пророка после падения Иерусалима. 272


30.5. Значение послушания. 273


30.6. Символические видения и действия. 274


30.7. Тема личной ответственности.. 275


30.8. Пророчество о пастырях Израиля. 276


30.9. Пророчество о возвращении из плена и Новом Завете. 277


30.10. Мессианские пророчества. 278


30.11. Окончание книги: пророчества о языческих народах. 279


30.12. Книги Плач Иеремии, Послание Иеремии и Книга пророка Варуха. 279


Глава 31. Книга пророка Иезекииля. 280


31.1. Призвание к пророческому служению.. 281


31.2. Пророчества о гибели Иерусалима (символические действия) 282


31.3. Видение беззакония Иерусалима. Второе видение славы Божией.. 283


31.4. Обетование спасения. 285


31.5. Предсказание о переселении.. 285


31.6. Обличение лжепророков и старейшин-идолопоклонников. 286


31.7. Обличительные и пророческие притчи.. 286


31.8. Притча о кедре и пророчество о Наследнике. 287


31.9. Разорение Иудеи – подтверждение истинности обетований.. 287


31.10. Тема личной ответственности.. 288


31.11. Пророчества о языческих народах. Царь Тирский.. 289


31.12. Пророчества о Пастыре и Новом Завете. 289


31.13. Пророчество о Воскресении.. 291


31.14. Великая битва. 292


31.15. Видение Нового Иерусалима. 292


Глава 32. Книга пророка Даниила. 294


32.1. Даниил и Анания, Мисаил и Азария в Вавилоне. 294


32.2. Сон Навуходоносора. 295


32.3. Золотой истукан. Отроки в печи Вавилонской.. 296


32.4. Безумие Навуходоносора. 297


32.5. Пир Валтасара. 297


32.6. Даниил во рву львином.. 298


32.7. Неканонические добавления. 299


32.8. Видение четырех зверей.. 300


32.9. Видение овна и козла. 301


32.10. Пророчество о седминах. 302


32.11. Видение великой брани.. 303


Глава 33. Книги пророков Аггея, Захарии и Малахии.. 304


33.1. Книга пророка Аггея. 304


33.2. Книга пророка Захарии.. 306


33.3. Книга пророка Малахии.. 312


ПРИЛОЖЕНИЕ.. 316


К Введению.. 316


К главе 1. 324


К главе 2. 339


К главе 3. 339


К главе 4. 345


К главе 5. 349


К главе 6. 357


К главе 7. 359


К главе 8. 359


К главе 9. 360


К главе 11. 362


К главе 12. 363


К главе 13. 368


К главе 15. 368


К главе 17. 369


К главе 19. 369


К главе 20. 371


К главе 21. 372


К главе 22. 376


К главе 23. 393


К главе 24. 394


К главе 25. 394


К главе 26. 395


К главе 28. 396


К главе 29. 397


К главе 30. 397


К главе 31. 397


К главе 32. 399


К главе 33. 403


Литература. 405



Предисловие

Данное учебное пособие представляет собой отредактированный курс лекций по Священному Писанию Ветхого Завета, предназначенный для студентов и слушателей Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, и является введением в изучение Священного Писания. Главная цель курса – подготовить студентов к самостоятельному изучению Библии и, по возможности, привить вкус к этому занятию. Помимо общего обзора содержания ветхозаветных книг, на лекциях рассматриваются данные исагогики и экзегезы, приводятся примеры святоотеческих толкований, а также выясняется сотериологическое и мессианское значение священной истории.


Ограниченность объема лекционного курса не позволяет подробно рассматривать содержание библейских книг и события ветхозаветной истории. Поскольку учащиеся, изучающие данный курс, уже имеют общее представление о ветхозаветной истории, здесь уделяется внимание принципиальным вопросам, понимание которых необходимо для достижения поставленной цели. При этом для облегчения восприятия учебного материала в текст конспекта внесены достаточно объемные цитаты из Священного Писания.


В процессе изложения материала на лекциях, автор по мере возможности старался обращать внимание слушателей на три неразрывно связанные между собой смысловые пласта Писания. В первую очередь, это богословский смысл – откровение о Боге и Его домостроительстве. Затем назидательный смысл – правила взаимоотношений между людьми, нравственный закон. И наконец, мистический смысл, затрагивающий внутреннюю жизнь души.


В качестве эпиграфа для многих современных пособий по данному предмету избраны слова Спасителя: «Исследуйте Писания, ибо вы думаете через них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне
» (Ин. 5:39). Его слушатели являлись знатоками Писания, значит, главный смысл этой фразы в том, что Ветхий Завет свидетельствует о Христе. В рамках курса сделана попытка продемонстрировать учащимся неразрывное единство Ветхого и Нового Заветов, христоцентричность всего Божественного Писания и, наконец, непреходящее его значение и актуальность.


Другой основополагающий принцип, который постоянно учитывался автором при подготовке лекций, сформулирован в 19 правиле Шестого Вселенского собора. Оно гласит: «…если будет изследуемо слово Писания, то не инако да изъясняют оное, разве как изложили светила и учители Церкви в своих писаниях, и сими более да удостоверяются, нежели составлениям собственных слов, дабы, при недостатке умения в сем, не уклониться от подобающаго. Ибо, чрез учение вышереченных отцов, люди, получая познание о добром и достойном избрания, и о неполезном и достойном отвращения, исправляют жизнь свою на лучшее, и не страждут недугом неведения, но, внимая учению, побуждают себя к удалению от зла, и, страхом угрожающих наказаний, соделывают свое спасение».


Одной из особенностей святоотеческой экзегезы является представление о Священном Писании как о едином целом, поэтому автор видел своей задачей привить слушателям навык анализировать тот или иной отрывок, исходя из контекста всей Библии, а не только конкретной книги или главы.


Автор глубоко признателен тем, кто способствовал появлению данного пособия, а также давал свои рекомендации по улучшению текста и вдохновлял автора на дальнейшую работу.


«Не пренебрегай, друг, медоточивым слышанием Божественных Писаний. Диавольская это хитрость, не позволяющая увидеть сокровище, чтобы не приобрели мы богатства. “Слышание Божественных мыслей ничего не приносит”, - так говорит враг, чтобы не увидеть ему деяний, происходящих от сего слышания».


Преподобный Исидор Пелусиот



Введение

О необходимости и пользе изучения Священного Писания
. Преподобный Серафим Саровский говорил, что великая польза для человека хотя бы один раз прочитать всю Библию разумно. Так что не будем пренебрегать этим советом преподобного. К сожалению, опыт показывает, что очень многие современные православные люди чтение Ветхого Завета для себя считают делом совершенно необязательным, бесполезным и, по сравнению с многочисленными брошюрками благочестивого содержания, считают пустой тратой времени. Хотя теоретически, наверное, каждый из вас представляет, что это не так и что от Самого Спасителя, апостолов и святых Отцов нам передана заповедь изучать и вникать в Священное Писание. Оно для нас с вами в первую очередь свидетельство о Христе, свидетельство о Боге. И если мы хоть немного стараемся соблюдать заповедь Божию: «и люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всеми силами твоими»
(Втор. 6:5): «сия есть первая и наибольшая заповедь
» (Мф. 22:37-38) то, наверное, Священное Писание как книга о Том, Кого мы возлюбили всем сердцем своим, всем помышлением своим, всею крепостию своею, – должно быть нам дороже любой другой книги. Священное Писание мы еще называем Божественным Откровением, поскольку оно содержит то, что Богу было угодно открыть нам о Себе, о Своем действии в мире, о Своих отношениях с человеком, поэтому и с этой точки зрения, конечно, Слово Божие для нас необычайно важно.


Собственно, весь наш курс будет строиться именно на этой первой заповеди, и если хоть немного мне удастся вам привить любовь к чтению Библии, я буду очень рад и буду считать свою цель достигнутой. Чтобы вдохновить вас, я хочу вам почитать немного из писаний святых отцов. Святитель Иоанн Златоуст в одной из проповедей говорит своим слушателям о том, как много внимания они уделяют овладению какими-нибудь светскими ремеслами, заботе о своем доме, хозяйстве, а потом говорит: «Скажи мне, если попросить кого-нибудь из вас, здесь присутствующих, кто может прочитать один псалом или какое-либо место из Священного Писания? Конечно, никто, и не только это худо, а то, что, не радея о духовном, на дела сатанинские вы быстрее огня: если кому вздумается наведаться у вас о диавольских песнях, о сладострастных напевах, – найдешь, что многие твердо их знают и произносят с большим удовольствием. И чем оправдываются, если станешь их обвинять? Я, говорят, не монах, но имею жену и детей, хлопочу о доме, а от того-то и выходит весь вред, что чтение Священного Писания считаете приличным для одних только монахов, тогда как сами гораздо больше имеете в этом нужды. Кто живет в мире и каждый день получает новые язвы, для того особенно нужно врачевство, поэтому чтение Писания считать излишним гораздо хуже, чем не читать его – такая мысль есть сатанинское внушение. Не слышите ли сказанного Павлом, что все сие написано в наше наставление». Далее он говорит следующее: «Когда говоришь о богослужении, если у вас нет даже времени читать Писание дома, то почему вы не внимаете ему за богослужением? Слушайте и ужасайтесь: диакон от лика всех стоит и, громко восклицая, говорит: “вонмем” – и это неоднократно. Этот глас, который он произносит, есть общий глас Церкви, но никто не внимает. После него чтец начинает: «пророчества Исаина чтение» – и опять никто не внимает, хотя пророчество содержит в себе нечеловеческое учение. Потом вслух всех вещает: «сия глаголет Господь» – и также никто не внимает, но что я говорю: читается далее нечто страшное и ужасное, но и при этом никто не внимает. И что говорят против этого многие? “Всегда, – говорят, – читается одно и то же”, – но это-то и особенно погубляет вас. Если бы вы знали все это, то тем более не следовало бы оказывать пренебрежение. Ибо и на зрелищах всегда бывает одно и то же, однако вы не знаете в них сытости. О каком одном и том же ты дерзаешь говорить, когда не знаешь даже имен пророков? Не стыдно ли тебе говорить, что ты не слушаешь потому, что всегда читается одно и то же, когда не знаешь даже имен читаемых писателей, хотя и слушаешь всегда одно и то же, ибо ты сам сказал, что читается одно и то же. Если бы я говорил это к твоему осуждению, то тебе надлежало бы обратиться к другому оправданию, а не к такому, которое служит к твоему же осуждению» [30, c. 34 – 36]. «Не будем, возлюбленные, пренебрегать своим спасением – все это написано для нас в научение наше, в них же концы век достигоша. Великая защита от грехов – чтение Писания, а неведение Писания – великая стремнина, глубокая пропасть; великая гибель для спасения – не знать ничего из божественных законов. Это незнание породило ереси, оно ввело развратную жизнь, оно перевернуло все вверх дном, ибо невозможно, чтобы без плода остался тот, кто постоянно с усердием занимается чтением Писания» [30, c. 93 – 94]. Вот в каких убедительных и сильных словах обращался к своим слушателям святитель Иоанн Златоуст более 1500 лет назад. Но с тех пор, к сожалению, не очень сильно мы продвинулись.


В житиях святых мы встречаем такой факт, что некоторые святые, будучи абсолютно неграмотными и никогда нигде не учившись, высотой своего подвига стяжали то, что знали Писания наизусть и всегда к месту его цитировали. Вспомним, например, житие преподобной Марии Египетской; из египетских пустынников – преподобного Патермуфия, преподобного Ора, о которых говорится, что они получили знание Священного Писания сверхъестественным образом. Это тоже возможный путь.


Объяснение его в своих беседах на Евангелие от Матфея дает святитель Иоанн Златоуст: «По-настоящему, нам не следовало бы иметь и нужды в помощи Писания, а надлежало бы вести жизнь столь чистую, чтобы вместо книг служила нашим душам благодать Духа и чтобы, как те, исписанные чернилами, так и наши сердца были исписаны Духом, но как мы отвергли такую благодать, то воспользуемся уж хотя бы вторым путем» [29, т. 7, кн. 1, c. 5].


Тот же святитель, возражая на слова своих слушателей о том, что они иногда читают Писание, но понять в нем ничего не могут, говорит следующее: «Не будем же, прошу, пренебрегать чтением Писания, но понимаем ли содержащееся в нем или не понимаем, – во всяком случае, будем как можно чаще обращаться к нему. Постоянное упражнение в чтении напечатлевает неизгладимо в памяти прочитанное и часто, чего сегодня мы не могли понять при чтении, то вдруг понимаем, приступив к чтению завтра, потому что человеколюбивый Бог невидимо просвещает наш ум», – такие высказывания повторяются нередко у многих святых отцов о том, что растворяемое смирением усердие человека в изучении Священного Писания Богом всегда вознаграждается просвещением его ума.


Святой Симеон Новый Богослов говорил: «Душа, желающая поучаться в законе Божием день и ночь, ни от чего не получает в сем отношении столько пользы, как от исследования Божественных Писаний; потому что внутрь сих Писаний сокрыты помышления благодати Святого Духа, каковыя, быв постигнуты, производят в душе великое некое услаждение, которое возвышает ее над всем земным и мирским и возносит на небеса, располагая помышлять только о божественном, его одного вожделевать и проводить жизнь ангельскую в этом мире» [66, т. 1, c. 285]. Смотрите, каких в течение года можно сподобиться духовных благ, если прилежно заняться изучением нашего предмета.


Преподобный Иоанн Лествичник говорит: «Душа, которая днем непрестанно поучается слову Божию, обыкновенно и во сне упражняется в том же, ибо сие второе является истинным воздаянием за первое делание, для отгнания духов и лукавых мечтаний» (Лествица 20:20, [46]).


Святые Отцы нас предупреждали и предупреждают, что изучение Священного Писания не может сводиться к чисто механическому его перечитыванию, не может быть вполне успешным, даже если мы читаем соответствующие толкования. Настоящее уразумение Писания поддается только тому человеку, который своей жизнью старается исполнять то, что в Писании он встречает. Но и для этого он должен испрашивать помощи от Бога, «ибо, – по словам блаженного Феодорита, - подлинно нужны мудрость и благоразумие как для познания и уразумения словес Божиих, так для их исполнения и соблюдения. Невозможно и уразуметь их неприявшим озарения от Духа Божия, и сохранить не пользующимся помощию свыше» [74, т. 29, с. 270].


Епископ Феодор Поздеевский, ректор МДА, в своей речи на молебне перед началом учебного года в 1912 году сказал: «Ведь если бы и мы смотрели на слово Божие не как на совокупность истин, открытых в интересах только человеческой любознательности, а как на откровение высших истин богоподобной жизни, как на откровение законов нравственного миропорядка, то само собой понятно, что и усвоение и уразумение этих истин совершалось бы иным путем, чем это бывает обычно. Ведь не тайна для каждого из нас, что когда мы начинаем вникать глубже в смысл слов Священного Писания, то эти наши попытки остаются почти совершенно напрасными и как бы какое-то покрывало мешает нам чистыми очами уразуметь сокровенный смысл Писаний. И это, конечно, потому, что “закон
(Божий) духовен
”, а человек “плотян, продан под грех
” (Рим. 7:14), и никогда, конечно, человек, живущий по закону плоти, не может уразуметь законов духовной жизни, жизни богоподобной, ибо, чтобы знать эти законы, нужно приблизиться к ним в самой жизни и опытно познать их. Вот почему и святой Симеон Новый Богослов, рассуждая о способах уразумения Слова Божия, сравнивает его с запертым сундучком с сокровищами. Этот сундучок можно бесполезно таскать на своих плечах и не достать сокровищ, в нем хранящихся, если не иметь к нему ключа. Ключ же к духовному сокровищу, заключенному в Слове Божием, один – нравственная чистота и святость; вот почему и Слово Божие, содержащее в себе все богопознание, нужно изучать не столько умом, сколько чистым сердцем, способным видеть и самого Бога» [71, c. 348 – 349].


Приведу цитату из преподобного Симеона Нового Богослова, на которого ссылается преосвященный Феодор. Преподобный Симеон сравнивает Священное Писание с неким сундуком крепким, внутри которого заперто сокровище. И он говорит, что «как, если кто поднимет этот сундук на плечи, не может еще по одному этому видеть сокровище, которое внутри него, – так, если кто прочитает и даже на память заучит все Божественные Писания и может прочитать их все как один псалом, – не может по одному этому постигнуть благодать Святого Духа, которая сокрыта в них; ибо ни того, что находится внутри сундука, нельзя обнаружить посредством самого сундука, ни того, что скрыто в Божественных Писаниях, нельзя открыть посредством самих писаний» [66, т. 1, c. 443]. Он говорит, что такой человек, который выучил Писания даже наизусть, но механически, подобен тому, кто носит этот сундук на своих плечах. Самое большее, чего он сможет добиться, – это заработать себе какую-нибудь болезнь спины от усердия, а сокровища он таким образом достать не сможет. А вот исполнение заповедей, исполнение добродетелей здесь куда полезнее, он говорит, что «от заповеди рождаются добродетели, а от добродетелей явными делаются таинства, сокрытые в букве Писания. Тогда преуспевают в добродетелях, когда хранят заповеди и, опять, тогда хранят заповеди, когда ревнуют о добродетели, – и от этого уже открывается дверь ведения – то есть, те таинства, которые скрыты в божественном Писании». Так что, видите, оказывается, что, конечно, нужно ревновать о чтении Священного Писания, нужно стараться о том, чтобы знать его как следует, но окончательную пользу можно получить в том случае, если стараться применять в своей жизни то, что открывается.


Общие сведения о Священном Писании
. Из курса Катехизиса вы помните, что Священным Писанием называются «книги, написанные Духом Божиим через освященных от Бога людей, называемых Пророками и Апостолами. Обыкновенно сии книги называются Библиею». В зависимости от времени написания, книги Священного Писания разделяются на два отделения: «Те Священные Книги, которые написаны прежде Рождества Христова, называются Книгами Ветхого Завета, а те, которые написаны после Рождества Христова, называются книгами Нового Завета».


Всего в Священном Писании Ветхого Завета в наших изданиях Библии насчитывается 50 книг, из них 39 книг являются каноническими и 11 неканоническими. Сразу нужно сказать, что это такое, поскольку в курсе Нового Завета вы не сталкивались с понятием неканонических новозаветных книг – все книги, которые содержатся в корпусе Священного Писания Нового Завета, являются каноническими. А вот если мы откроем Священное Писание Ветхого Завета, обнаружим там еще и одиннадцать неканонических книг, таких, как книги Премудрости Соломона; Иисуса, сына Сирахова; послание Иеремии, Маккавейские книги и др.[1]


Эти книги были написаны также в древности, и некоторые из них были написаны в оригинале на еврейском языке, некоторые – по-гречески, но эти книги не были признаны Церковью книгами богодухновенными – об этом понятии сейчас пойдет речь особо. То есть эти книги были признаны весьма добрыми, назидательными, в которых содержатся некие крупицы богооткровенного учения, но которые в целом богодухновенными признаны быть не могут, – слишком силен элемент человеческого мудрования. Поэтому эти книги Отцами оставлены в списках среди других ветхозаветных книг, и, как в определениях отеческих сказано, они предназначаются для назидательного домашнего чтения христианам и для чтения новоначальным, поскольку в них содержится высокое нравственное учение.


Протестанты эти книги отвергают и называют апокрифами. Католики на Тридентском соборе большинство неканонических книг включили в канон. Поэтому у них они иногда называются второканоническими.


Поскольку прозвучал термин «апокриф» стоит пояснить, что применительно к священному Писанию он стал использоваться гностиками, которые называли так «тайные» книги, который апостолы будто бы оставили для «посвященных», в отличие от всем известных книг, предназначенных для простецов. Поскольку эти подложные книги содержали учение, отвергаемое Церковью, то название апокриф со временем утвердилось за всеми книгами, претендующими на то, чтобы быть частью Писания, но отвергаемые Церковью. То есть по темам и жанрам они близки к каноническим книгам Библии, но, в отличие от неканонических, не признаются полезными и назидательными. Из довольно многочисленных ветхозаветных апокрифов можно назвать «Книгу Юбилеев», «Книгу Еноха», Завет двенадцати патриархов».


Идут большие споры по поводу того, отвергаются ли отношение Церкви к неканоническим книгам тем, что они не входят в иудейский канон Священного Писания, или это никак не связано? Мы узнаем, какие книги являются каноническими и какие книги должно читать в Церкви из правил святых отцов и святых Вселенских Соборов[2]
.


Дело в том, что окончательная фиксация канонов, которые ныне признаются иудеями, совершилась уже в начале II века по Рождеству Христову. В данном случае Церковь Христова является в большей степени преемницей Ветхозаветной Церкви, чем современный иудаизм, по сути дела, являющийся новой религией, которая по своему возрасту моложе христианства, поскольку иудаизм возник после разрушения Храма Иерусалимского, когда понадобилось устраивать общинную жизнь на каких-то новых условиях. Поэтому для нас самое главное – это определения Церкви о достоинстве той или иной книги. Несомненно, что определения Церкви Новозаветной являют собой преемство традиций Ветхозаветной Церкви, поскольку многие полагают, что канон книг Ветхозаветных был заключен и составлен еще во времена священника Ездры, то есть в V веке до Рождества Христова. Об этом у нас будет отдельный разговор.


Здесь следует добавить, что церковным текстом Писания всегда был текст Септуагинты, текст перевода семидесяти толковников, которые в III веке до Рождества Христова перевели Священное Писание на греческий язык для египетского царя Птоломея Филадельфа [44]. Вслед за святителем Иоанном Златоустом скажем, что «это было делом домостроительства Божия, чтобы этими книгами воспользовались не только знавшие еврейский язык, но и все обитатели вселенной» [29, т. 4, с. 26].


Итак, в нашей Библии мы видим 39 канонических богодухновенных книг Ветхого Завета. Однако в ряде древних святоотеческих текстов, например, в стихотворном послании святителя Григория Богослова к Амфилохию о том, какие книги должно читать, увидим, что там перечисляются 22 книги. Что это значит? Что во времена святителя Григория меньше было книг? Нет, это значит, что существует разное исчисление и разделение этих книг.


Откуда берется число 22? По числу букв еврейского алфавита, таким же образом они исчисляются и в традиции еврейской Библии. Состав текста тот же самый, просто некоторые книги группируются. Каким образом? В послании святителя Григория предлагается такой порядок: сначала идут книги Пятикнижия, Иисуса Навина, Судей и Руфи; затем две книги Царств – то есть не четыре, как мы сейчас считаем, а две соединяя вместе: первую-вторую, третью-четвертую; Паралипоменон как одна книга и Ездры, то есть 12 книг, которые он называл историческими. Затем 5 книг, которые он называет стихотворными: Иова, Давида, то есть Псалтирь, и 3 Соломоновы: Екклесиаст, Песнь песней и Притчи; 5 книг Духа пророческого: 12 малых пророков как одна книга, Исаии, Иеремии, Иезекииля и Даниила – разделение практически то же самое, которое мы сейчас употребляем для наших практических нужд. Заметим, что он не выделяет книги Пятикнижия как книги законоположительные, как мы сейчас выделяем, но три других критерия ясно различимы: исторические, учительные и пророческие книги. Вы должны помнить, что книги Ветхого Завета по содержанию можно разделить на четыре следующие группы:


1). Книги законоположительные, которые составляют главное основание Ветхого Завета. К ним относятся книги: Бытие, Исход, Левит, Числа и Второзаконие.


2). Книги исторические, которые содержат преимущественно историю благочестия: Иисуса Навина, Судей, Руфь, Царств, Паралипоменон, Ездры, Неемии и Есфирь.


3). Книги учительные, которые содержат учение благочестия: книга Иова, Псалтирь, Притчи Соломона, Екклесиаст, Песнь песней.


4). Книги пророческие, которые содержат пророчества или предсказания о будущем, и в первую очередь, об Иисусе Христе: книги великих пророков Исаии, Иеремии, Иезекииля и Даниила, а также книги двенадцати малых пророков Осии, Иоиля, Амоса, Авдия, Ионы, Михея, Наума, Аввакума, Софонии, Аггея, Захарии, Малахии.


Канон еврейский имеет немного другое деление: Закон, Пророки и Писание – 3 части. Закон (Тора) – это Пятикнижие Моисеево. Пророческие книги (Невиим) включают в себя не только те книги, которые мы называем пророческими, но и книги, которые мы называем историческими, – это совсем не случайно, мы в свое время будем говорить, почему так получается. К пророкам в еврейской Библии относят так называемых ранних пророков: книги Иисуса Навина, Судей, Самуила (вы можете в современных западных изданиях встретить, что первую и вторую книги Царств называют первой и второй книгами Самуила, а третью и четвертую – уже непосредственно книгами Царств), и поздних пророков: книги Исаии, Иеремии, Иезекииля и 12 малых пророков как одну книгу. Обратите внимание, что в этом списке мы не встречаем пророка Даниила, книга которого в еврейском каноне к пророческим книгам не относится. Писания (Кетувим) – это все остальные книги: поэтические, то есть псалмы, притчи Соломоновы, книга Иова, так называемые Пять свитков – это Песнь песней, Руфь, Плач Иеремии, Есфирь, Екклесиаст и исторические книги, к которым относятся книга Даниила, Ездры и Паралипоменон. Как видите, это совсем другое разделение. В нашем курсе мы будем несколько раз к нему обращаться для выяснения некоторых интересных подробностей[3]
.


О богодухновенности Священного Писания
. Может возникнуть вопрос: существуют ли какие-нибудь формальные критерии, по которым определяется богодухновенность той или иной книги? Иногда называют следующие формальные критерии: книга должна быть в оригинале на еврейском языке, что, по крайней мере, характерно для всех канонических книг, и на эту книгу должны быть ссылки в Новом Завете. Однако не прекращающаяся на протяжении столетий полемика между католиками и протестантами о составе канона Писания ясно показывает, что это скорее вторичные признаки. Не на все канонические книги мы находим ссылки в Новом Завете, с другой стороны, есть неканонические книги, бывшие некогда на древнееврейском языке, и ссылки на которые можно при желании найти в новозаветных книгах. Таким образом, следует признать, что формальных признаков каноничности не существует.


Для нас актуально церковное Предание, которое от Ветхозаветной Церкви перешло к Церкви Новозаветной, то есть непосредственное свидетельство Церкви об этих книгах. Именно Церковь Духом Святым свидетельствует о богодухновенности той или иной книги. Формально это свидетельство запечатлено в определениях церковных соборов.


Давайте здесь остановимся и подумаем о том, что мы имеем в виду, когда говорим, что книги «богодухновенны»? Я думаю, что вам это слово хорошо знакомо, поскольку вы его встречали в курсах Катехизиса и Нового Завета, но тем не менее стоит вновь коснуться этого вопроса. Вы наверное знаете определение Пространного христианского катехизиса святителя Филарета: «Мы говорим о богодухновенности, имея в виду, что эти книги были написаны по внушению Духа Святого особыми, избранными Богом людьми, которых мы называем пророками или апостолами». Но здесь есть некая трудность следующего характера. Когда-то эти книги были действительно написаны по внушению Святого Духа, но мы-то имеем совсем не те книги, мы имеем Библию синодального издания, которая была переведена в XIX веке с каких-то списков, а эти списки были переписаны еще с каких-то списков и так далее. Их, может быть, давным-давно уже все испортили: какой-то переводчик ошибся, переписчик не то переписал, какой-нибудь злонамеренный редактор что-нибудь переставил местами. И в результате мы наивно думаем, что читаем богодухновенную книгу, а она совсем не та, что была написана по внушению Духа Святого апостолом или пророком. Такие мнения часто встречаются в современных научных исследованиях.


Но нас это не должно особенно пугать. В Церкви всегда действует Дух Святой. Действовал он и в Церкви Ветхозаветной. И до тех пор, пока Священное Писание пребывает в Церкви, действием Святого Духа оно и сохраняется для нас, и мы в нем читаем и видим то же самое, что Бог хотел нам сказать через пророков и через апостолов. А вот когда какие-то люди от Церкви отходят, – возьмем, к примеру, иудеев в первом веке или протестантов в шестнадцатом, – тогда сохранность Писаний становится целой проблемой.


Сначала раввины занимались толкованием Писания. Но затем в VI веке появляются масореты (от евр. масора – предание, традиция) – хранители традиции. Чем они занимались? Стандартизировали текст Писания и разработали некую «технологию», то есть правила его хранения и переписывания, не допускавшие появления ошибок. Много позже протестанты, а за ними и католики для толкования Писания изобрели тоже разные «научные» способы, но о подлинности и неповрежденности Писания спорят до сих пор. Напрашивается некая аналогия. Когда душа отделяется от тела, то его трудно сохранить. Нечто подобное имеет место и по отношению к Священному Писанию.


И наконец, говоря о богодухновенности, не нужно забывать о том, что, как мы сейчас видели из прочитанных святоотеческих отрывков, Отцы Церкви несомненно, имели в виду, что совершенно особое просвещающее действие Святого Духа имеет место, когда человек читает Священное Писание. Читая Его, человек входит в собеседование с Богом и тоже просвещается тем же самым Духом, под воздействием которого Писание было написано. И более того, понять, что написано, может только тот, кто причастен к действию Духа Святого, по внушению которого это все писалось, – без этого уразуметь Писание невозможно.


Способы толкования ветхозаветных книг
. Толкование по-гречески – экзегесис или экзегеза. Самый простой способ объяснения или толкования Священного Писания – буквальный. Как написано, так и понимается. Буквальный смысл подразделяется иногда на два вида. Если речь идет о прошедших событиях, то это толкование буквально-историческое; если говорится о событиях грядущих, например, сообщается, что такой-то город будет разрушен, то речь идет о буквально-пророческом смысле.


Однако буквальное толкование не всегда применимо. Почему? Как уже было выяснено, смысл Священного Писания часто не лежит на поверхности. Есть места, которые не могут быть поняты буквально. Например, явление Бога Моисею на Синае, когда Бог ставит Моисея в расселину, покрывает его ладонью, потом Моисей видит «задняя Божия». С точки зрения того, что мы знаем о Боге, – это некая нелепость. Несомненно, что здесь есть иносказание, которое связано с тем, что наше мышление, наш язык не вполне годен для того, чтобы божественные тайны вот так просто могли быть переданы и поняты. И тогда применяется иносказательное, или аллегорическое, толкование, когда буквальный смысл замещается смыслом духовным. Иногда подобное происходит и от необходимости более ярко передать учение нравственного порядка. Например, евангельскую фразу об отсечении соблазняющей руки и вырывании глаза никогда не считали предполагающей буквальное исполнение.


Такое толкование доступно только людям, просвещенным благодатью Святого Духа. Без этого оно становится просто плодом человеческих домыслов. Поэтому 19-м правилом Трулльского собора определено толковать Священное Писание только в согласии с писаниями отцов Церкви.


Духовное толкование может быть различным. Начиная с IV века, традиционно выделяют три его типа. Первый тип носит то же название – аллегорическое толкование. Это догматическое толкование, касающееся вероучительных истин. По определению святителя Димитрия Ростовского, когда «под простыми речениями таится нечто приличное вере или Церкви, воюющей на земле» [цит. по 9, т. 1, с. 95].


Второй тип носит название тропологического от греческого «тропос» – нрав. Это толкование имеет целью раскрыть истины нравоучительные, относящиеся к духовной жизни.


И третий тип толкования – анагогия (от греч. «анаго» – возвожу). Анагогическое толкование открывает тайны грядущего Царства. По определению святителя Димитрия, это «нечто, приличное жизни вечной, еяже чаем, или Церкви, в вышних торжествующих, к нейже прейти желаем и надеемся» [цит. по 9, т. 1, с. 95].


Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин таким образом иллюстрирует приведенные типы толкования: «Один и тот же Иерусалим можно понимать в четверояком смысле, – в историческом смысле он есть город Иудеев; в аллегорическом – есть церковь Христова; в анагогическом – есть город Бога небесный, который есть матерь всем нам; в тропологическом – есть душа человека, которую часто под этим именем Господь порицает или похваляет. Об этих четырех родах толкования апостол говорит так: “теперь, если я приду к вам, братия, и стану говорить на незнакомых языках, то какую принесу вам пользу, когда не изъяснюсь вам или откровением, или познанием, или пророчеством, или учением?
” (1 Кор. 14:6). Откровение принадлежит к аллегории, по которой то, что содержит историческое повествование, объясняется в духовном смысле; ... А познание, упоминаемое также апостолом, есть тропология, по которой все, что относится к деятельной рассудительности, что полезно или честно, мы различаем благоразумным исследованием, ... Также пророчество, которое апостол поставил на третьем месте, означает анагогию, которая относится к невидимому и будущему, ... А учение означает простой порядок изложения истории, в которой не содержится никакого более сокровенного смысла, кроме того, какой означается словами» [31, c. 425].


В литературе вы можете встретить упоминание о типологическом (от греческого «типос» – прообраз) толковании. Что это такое? В соответствии с этим толкованием, отдельные ветхозаветные лица или события истолковываются как прообразы лиц или событий новозаветной истории. Классический пример – это история патриарха Иосифа, в которой мы усматриваем пророчество об обстоятельствах служения Господа Иисуса Христа. Иногда в литературе можно встретить противопоставление типологии и аллегории (см. напр. [53]). Однако применительно к христианской экзегезе правильнее было бы рассматривать типологию как один из видов духовного, то есть аллегорического толкования [64, с. 52].


Понятие о ветхозаветной библейской критике
. В настоящее время многими исследователями Священного Писания аллегорическое, в широком смысле, толкование игнорируется, и на его место поставляется так называемая библейская критика. Под библейской критикой подразумевается такой подход к Священному Писанию, когда к его изучению применяются те же научные средства и методы (исторические, археологические, лингвистические и т.п.), какие используются применительно к любому другому историческому документу и литературному тексту с тем, чтобы выяснить его происхождение, первоначальное намерение автора, а также подлинный смысл[4]
.


К сожалению, такой подход получает все более и более широкое распространение и среди православных библеистов. Некоторые из них прямо утверждают, что в наше время никакой другой экзегезы, кроме как библейско-критической, быть не может: ни один современный образованный человек толковать Священное Писание так, как это делал святитель Василий Великий, уже не станет.


Зарождение библейской критики следует отнести к XVI веку. У ее истоков стояли европейские гуманисты: Лоренцо Валла, Иоган Рейхлин, – нередко тяготевшие, как известно, к античной культуре. Известно, что одним из стимулов к изучению древнееврейского языка стало желание познакомиться с каббалистикой. Еврейскому языку и способу комментария учились у раввинов. Постепенно библейская критика приобрела признание сначала у протестантов (и это естественно, так как, отвергнув остатки церковной традиции, они должны были создавать свою), а затем и у католиков [см. 91, кн.1, с.10 – 17]. В конце XIX века среди православных также появились сторонники такого подхода к изучению Священного Писания. Однако из отравленного источника течет отравленный поток. Дело в том, что «подходят к Писанию не из Церкви, не от веры и духа, а извне, из чисто личной рассудочной области, с обычными внешней науке критическим приемами, имеющими в основе всех своих изысканий метод недоверия и сомнения. В этом и заключается коренная ложь. Писания даны только вере и любви Церкви, и только в ней и ее верными сынами могут быть истолковываемы» [50, c. 63].


Описываемые методы несомненно несут на себе отпечаток мировоззрения своих творцов. В этом мы скоро убедимся. Не вдаваясь в подробности, постараюсь дать общее представление о библейской критике, почерпнутое именно у православных авторов.


Одним из решительных сторонников «современных» подходов был профессор А.В. Карташев. Поэтому здесь будут приведены выдержки из его актовой речи, посвященной ветхозаветной библейской критике. Он пытается дать ей догматическое обоснование: «Вот поскольку и святоотеческая мысль <здесь идет ссылка на Толкование книги пророка Исаии свт. Василием Великим, в целом содержащее прямо противоположные высказываемым Карташевым идеи> утвердила положение о полноте действия естественной человеческой психики и об отражении ее в самых писаниях священных авторов, постольку догматически оправданы и узаконены и те методологические операции над текстом и содержанием Библии, которые требуются научным знанием. Критическая работа тут уместна потому, что она прилагается к подлежащему ее ведению человеческому элементу: он здесь полностью дан. Дан, ибо Библия есть не только слово Божие, но и слово человеческое в их гармоническом сочетании, точнее? – слово богочеловеческое. Наше обычное выражение “слово Божие” догматически бесспорно, но неполно, как и выражение “Иисус Христос – Бог” верно, но неполно; точнее: – Богочеловек. Стало быть, формула “Бог – автор священных книг” должна звучать как монофизитский уклон в сторону от настоящего Халкидонского православия. Таким же уклоном было бы и исключительное держание за одно только выражение “слово Божие”. С лозунгом: “слово богочеловеческое”, мы утверждаемся на незыблемой скале Халкидонского догмата. Это чудесный ключ, открывающий путь к самым центральным спасительным тайнам нашей веры, и в то же время это благословение на безгрешное построение в православии критического библейского знания. Конечно, рассуждаем мы здесь не по тождеству, а лишь по аналогии с христологическим догматом, ибо тут нет боговоплощения, здесь лишь сосуществование человеческого начала с божественным. Здесь без ереси уместны формулы антиохийского богословия: обитание Духа Божия в человеческой оболочке слова библейского, как в храме, без неслиянной и нераздельной ипостасности» [37, c. 72 – 73].


До этого места трудно, казалось бы, не согласиться. Но оказывается, что результаты при отказе от приложения, пусть условного, этого догмата получаются все же вполне еретическими. Заявляется, что для того, чтобы понять Слово Божие, следует тщательно изучить его «человеческую оболочку», но при изучении последней потом совершенно забывают о первом. И происходит полное отделение слова человеческого от слова Божьего. Кстати, не могу не отметить здесь, что в своей книге «Вселенские соборы» Карташев всячески выгораживает Нестория, так что тот становится не еретиком, а просто жертвой непонимания со стороны святителя Кирилла и других защитников православия.


В одном современном православном учебнике прямо во вступлении говорится, что «особенность любого литературного произведения заключается в том, что его автор нам более недоступен, и, поэтому, для того, чтобы понять, что именно имел в виду автор, когда писал те или иные слова, мы имеем перед собой только этот текст и соответственно путем изучения психологии древних авторов, путем лингвистического разбора и так далее мы только и можем выяснить для себя, а что же собственно тут написано» [94, c. 1]. Кто-нибудь из вас видит здесь какой-нибудь логический дефект? Если авторство Библии мы относим к Богу, если мы говорим, что Дух Святый глаголал пророкам, то говорить, что автор этого Писания нам больше недоступен, значит заявлять, что мы к Церкви никакого отношения не имеем. В устах какого-нибудь протестанта это звучит естественно, но не из уст профессора православной семинарии.


То или иное место Священного Писания считается теперь вполне истолкованным и объясненным, если где-нибудь в глубинах истории найдено какое-нибудь историческое лицо, которому было выгодно это написать. Скажем, мы нашли псалом 50, оказалось, что его мог отредактировать во времена Вавилонского плена человек, которому очень хотелось, чтобы поскорее восстановили Иерусалим – все, с объяснением закончено. История патриарха Иуды добавлена в книгу Бытия по заказу Давида, чтобы повысить престиж династии. Книга пророка Даниила написана во втором веке до Р. Х., чтобы укрепить иудеев на борьбу с сирийцами. И так далее.


Это ли имел в виду апостол Павел, когда писал, что «все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности, да будет совершен Божий человек, ко всякому доброму делу приуготовлен
» (2 Тим. 3:16-17)?


Но и это еще не все. Оказывается, пророки не знали будущего. Они только догадывались о грядущих событиях. Поэтому, если что-то предсказано точно, имя, например, то это не предсказание, а поздняя современная событию вставка редактора. А если и предсказание, то пророк, конечно, не понимал его смысл. Например, у того же Карташева: «разве знал Исаия, прославляя близкого ему страдальца за Израиль, что его пишущая трость, изображающая прообраз, уже чертит картины Голгофы, чеканя готовые речения для будущих евангелистов; равно как и псалмопевец – автор 21 псалма, – (обратите внимание, что он не говорит: Давид. – о. Г. Е.
), – разве знал он, что его литературный образ: “разделиша ризы Моя себе, и о одежди Моей меташа жребий
” (Пс. 21:19) – есть уже прообраз событий Голгофы, – только нам это открылось и раз и навсегда поразило нас своим совпадением. Не думал, конечно, и подлинный исторический Исаия, когда он, – как читаем в 7 главе этой книги, – как на знамение милости Ягве указал на предстоящее рождение какой-то молодой женщиной сына с именем Еммануил, – не думал Исаия, что это рождение и это символическое имя, хотя сердце пророка и билось при этом мессианскими предчувствиями, что весь этот маленький политический инцидент выйдет потом далеко за пределы этой захолустной провинциальной истории и что все это прообраз Благовещения и Рождества Христова – события, более чем всемирного» [37, с. 33 – 34]. На грани кощунства эти высказывания. И конечно, они находятся в вопиющем противоречии с тем, что говорили и о пророках и о пророчествах святые отцы. Хотя и Карташев, и другие постоянно на святых отцов пытаются ссылаться.


Но не все места Ветхого Завета поддаются легкому перетолкованию. Ведь кое-что разъясняется в апостольских писаниях. Как быть? Но тут у критиков есть замечательный выход, формулируется он так: «Приходится различать евангелистов и апостолов, – это уже о Новом Завете говорится, – как богодухновенных вещателей открытых Христом и вверенных Святым Духом хранению всей церкви абсолютных истин и тех же Матфея, Марка, Луку, Иоанна, Павла и прочих как учеников ограниченной и дефективной школьной раввинистической среды» [37, c. 82 – 83]. То есть, когда нам что-то нравится, мы говорим, что это – богодухновенный автор, а когда что-то не нравится, мы говорим, что это дефективная школьная раввинистическая среда. Очень удобно, очень. Не совсем ясно, правда, как быть со словами Самого Христа о Ветхом Завете и пророках, сохраненными в Евангелиях. Но наверное, и на это есть какая-нибудь уловка, хотя обычно они просто игнорируются.


В итоге мы можем делать со Священным Писанием все, что угодно. Но итог катастрофический: результат исследования Священного Писания с помощью методов библейской критики похож на результат поиска хирургами в человеке души – такое нечто изрезанное и уже бездушное. Точно так же и здесь: таким образом, с помощью разных лингвистических анализов, числовыми методами и так далее тайны Божии не открываются: «блаженны чистые сердцем
, яко тии Бога узрят
» (Мф. 5:8), – так сказано в Писании.


«От того-то и у самих толкователей произошло столько разностей и погрешностей, что, приступая к толкованию Св. Писания, не заботятся об очищении духа: по причине нечистоты сердечной они не только не видят света истины, но еще придумывают много противного вере» [31, c. 69].


Итак, мы наблюдаем разрыв с евангельской, апостольской и святоотеческой традицией. Но может быть, есть какая-то польза от библейской критики? Ведь сколько труда на нее положено? Известный богослов XIX века епископ Михаил (Грибановский) писал, что польза от библейской критики может быть только, если она употребляется для апологетических целей. Огромные усилия потрачены в мире на исследования Писаний в описываемом духе, но они мало способствовали укреплению веры и благочестия. «Превращение боговдохновенных записей, врученных верующему духу Церкви, в простые исторические письменные памятники, подлежащие критике всякого даже вполне неверующего человека, – это прямой признак церковного умирания. Это показывает разрыв с небесной Церковью, от которой идут Писания, со Св. Духом, который говорит в них и воспроизводит в нашей вере живые, когда-то бывшие события. Это значит отнестись к Церкви и ее словам совершенно – в строгом смысле слова – извне, то есть, следовательно, быть вне Церкви, выйти из нее» [50, c. 63].


«Но как же? Разве не возможна, разве не нужна историческая критика в Церкви? Разве не очевидно, что истина не боится исследования и в конце все-таки восторжествует?.. Да, историческая критика нужна в виде защиты, как нужны пушки против пушек врагов. Но нужно знать, что это – метод, враждебный Церкви, чужой для нее. Он нужен, когда нападают на нее, но не для наступления и не для внутреннего подъема жизни. Он может только убивать врага и отражать его и потому должен применяться только к врагам, нападающим на нас. Как нельзя пушки, хотя бы и отбитые у неприятеля, направлять на своих, потому что они только и могут что убивать, куда бы ни были направлены, – так нельзя и внешнюю критику Писаний обращать внутрь Церкви, вводить в ее среду» [50, c. 65].


Последнее, что здесь следует добавить – это то, что, хотя современные библейские исследования выглядят весьма наукообразно, они все же не вполне научны. В чем же дело? Дело в том, что, как об этом справедливо писал еще священник Павел Флоренский в своей работе «Столп и утверждение истины», «научные методы, на которые опирается библейская критика, имеют вероятностный характер» [88, c. 544 – 551]. Дело в том, что происхождение тех или иных особенностей текста Священного Писания может быть объяснено различными причинами. И каждая из них вполне могла иметь место. Таким образом, серьезный, претендующий на научную объективность исследователь может и должен, говоря о том или ином явлении, перечислить его возможные причины, желательно с указанием математической вероятности. И существование одной, более вероятной, не исключает возможности существования всех остальных. Но это еще не все. Помимо вероятности, представляющей собой некоторую величину, лежащую в интервале между нулем и единицей, существует еще математическое ожидание. В приложении к нашему случаю оно может быть названо нравственным ожиданием. Вероятность выиграть в лотерею невелика. Но все же выигрыш возможен. И желание выиграть заставляет пренебречь риском и предпочесть ставку на эту малую вероятность. Вот здесь и встает вопрос веры. Если одна из возможностей совпадает с церковным преданием, разве мы не отдадим ей предпочтение? И разве неверующий ученый, желающий обосновать свое неверие, не отметет ее ради той, которая предпочтительнее для него? Отсюда и происходят бесконечные споры между учеными, каждый из которых отстаивает свою точку зрения, опровергая прочие. Кстати, это еще один аргумент не в пользу библейской критики – пользуясь одними и теми же методами, ученые, опираясь на один и тот же текст, приходят к подчас совершенно противоположным выводам.



Раздел 1. Пятикнижие Моисеево

Пятикнижием называются первые пять книг Священного Писания. Оно занимает важнейшее место среди других книг Священного Писания, потому что в нем содержатся фундаментальные истины библейского Откровения. Во-первых, в этих книгах дается самое общее учение о том, что Бог есть Творец мира, о происхождении мира и о месте человека в этом мире. И, во-вторых, дается как первоначальное место человека в этом сотворенном мире, так и история грехопадения, история повреждения этого мира. Затем – история благодеяний Бога роду человеческому и начало истории спасения человечества, истории деятельности Бога, если можно так выразиться, по приведению человека в его первоначальное достоинство и обетование о том, что это будет сделано. Именно на страницах Пятикнижия мы видим причину, по которой происходит существенное сужение географического кругозора библейских книг от всего человечества до узких рамок одного из народов, населяющих землю.


Термин «Пятикнижие» появляется впервые у Оригена и у Тертуллиана, то есть у христианских авторов. В самом тексте Ветхого Завета эти книги называются «Закон» или «Закон Моисеев», либо «книги Закона Божия». Традиционное иудейское название также «Закон» – «Тора».


Каждая из книг в еврейской традиции обычно называется по первым словам (по аналогии – в современной поэзии ненадписанное автором стихотворение называется по своим первым словам). В традиции Септуагинты, то есть греческого перевода Священного Писания, каждая из этих книг переводчиками была озаглавлена в соответствии с ее основным содержанием: первая книга – Бытие (от греческого «генесис», то есть происхождение или становление), вторая – Исход, третья – Левит, четвертая книга – Числа и пятая – Второзаконие. Как было сказано ранее, важность той или иной книги Священного Писания Ветхого Завета для нас определяется, в том числе, и частотой упоминания и ссылок на эту книгу в Новом Завете. Из этих пяти книг три входят в число пяти наиболее часто цитируемых: Бытие, Исход и Второзаконие, наряду с такими книгами, как Псалтирь и книга пророка Исаии.


Какие же события охватывает Пятикнижие? Начиная от сотворения мира и истории первоначального человечества, эпоху патриархов, время Авраама, переселение потомков Авраама в Египет, выход их оттуда и путешествие к границам той земли, которую Бог обещал дать во владение потомкам Авраама.


Нужно сказать, что до XVII века никогда и никем особенно не оспаривалось авторство Моисея. Начиная с XVII века, такие попытки предпринимались, но каких-то убедительных результатов пока до сих пор не получено. Наиболее серьезные аргументы в пользу того, что все эти книги были написаны очень поздно, вплоть до послепленной эпохи, были выдвинуты в XIX веке. Однако открытия, и исторические, и палеографические, и археологические, сделанные в ХХ веке, во многом обесценили эти достижения науки XIX века и, вернув ученых к тому, что Церковь знала от самого начала – эти книги написаны Моисеем[5]
. Это, впрочем, не исключает действительно каких-то более поздних редакций, которые могут встречаться в тексте этих книг. Например, ничто не мешало более позднему переписчику добавить при описании какого-то места, что сейчас, то есть во время этого переписчика, имя этому месту такое-то, и эта вставка совершенно не должна обозначать, что и целиком весь этот фрагмент написан именно в то время, когда такой топоним действительно употреблялся.



Глава 1. Начало

Первая книга Священного Писания – книга Бытия охватывает собой период от сотворения мира до переселения патриарха Иакова со своими сыновьями в Египет и заканчивается кончиной Иакова и погребением его и смертью Иосифа.


В книге можно выделить три больших раздела. Первый раздел – это сотворение мира, которое описывается в первых двух главах. Второй – история первого мира, начиная с падения человека и кончая гибелью этого первого мира в потопе (с 3-8 гл.). Третий период – это история патриархальной церкви, как ее называет святитель Филарет Московский, начавшаяся после потопа, которая собственно охватывает собой всю оставшуюся часть, то есть с конца восьмой по пятидесятую главу книги Бытия. Здесь сначала идет речь о жизни людей после потопа, от Ноя до Авраама, а затем повествуется о происхождении и образовании избранного народа. Этот последний раздел содержит в себе четыре части, посвященные патриарху Аврааму, его сыну Исааку, внуку Иакову и правнуку Иосифу.


В этой главе мы рассмотрим описанные в книге Бытия события от сотворения мира и грехопадения до обновления мира водами потопа.



1.1. Библейский рассказ о сотворении мира

Повествование книги Бытия начинается с описания сотворения мира: «В начале сотворил Бог небо и землю». Я не стану разбирать подробно состав каждого дня творения, поскольку этому посвящена обширная и доступная литература. Акцентирую внимание на наиболее важных вопросах.


Во-первых, нужно отметить само слово «сотворил» (евр. «бара»). «Берешит бара Элогим», – начинается этот отрывок по-еврейски. Слово «бэрешит» кроме Быт.1:1 встречается в Писании еще 4 раза Иер.26:1, 27:1, 28:1, 49:34 – в одном и том же контексте: «в начале царствования».


В значении «сотворил» здесь употребляется глагол, который в Писании никогда больше не прилагается к каким-то действиям человеческим, то есть тем самым в рамках доступных для нас языковых средств нам внушается мысль, что действительно произошло нечто совершенно новое, а именно в этом мы видим указание на творение из ничего. А в греческом тексте для обозначения творения употребляется глагол «пио» – глагол, который употребляется также для обозначения поэтического творчества: Бог здесь представляется как Творец, как сочинитель, как поэт, художник, который творит этот мир.


Слова: «В начале сотворил Бог небо и землю»
– напоминают нам первые стихи Евангелия от Иоанна: «В начале бе Слово»,
и дальше там говорится «вся Тем быша, и без Него ничтоже бысть, еже бысть»
(Ин.1:1, 3). Мы вправе, и Ветхий Завет позволяет нам, видеть не случайность в одинаковости этого названия, потому что есть в других ветхозаветных книгах более прямые указания на непосредственное участие Второго Лица Святой Троицы – ипостасной Премудрости Божией в творении. Так в книге Притчей Соломоновых, в восьмой главе, мы можем прочитать следующее: «Господь имел меня началом пути Своего, прежде созданий Своих, искони; от века я помазана, от начала, прежде бытия земли. Я родилась, когда еще не существовали бездны»
, – речь идет от лица Премудрости, – «когда еще не было источников, обильных водою. Я родилась прежде, нежели водружены были горы, прежде холмов, когда еще Он не сотворил ни земли, ни полей, ни начальных пылинок вселенной. Когда Он уготовлял небеса, я была там. Когда Он проводил круговую черту по лицу бездны, когда утверждал вверху облака, когда укреплял источники бездны, когда давал морю устав, чтобы воды не переступали пределов его, когда полагал основания земли: тогда я была при Нем художницею, и была радостью всякий день, веселясь пред лицем Его во все время, веселясь на земном кругу Его, и радость моя была с сынами человеческими»
(Прит. 8:22-31). И поэтому неслучайно в прологе Евангелия от Иоанна мы видим указание: «вся Тем быша»
, то есть все Словом Божиим сотворено. Кроме того выражение «в начале» показывает, что, по слову преп. Максима Исповедника, «время от создания мира и земли исчисляется». Таким образом, «Бог сотворил мир не в вечности и не во времени, а вместе со временем» [13, c. 17], которое есть изменчивость бытия.


«Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою»
(Быт. 1:2). Эти слова говорят о Святом Духе, свидетельствуя об участии всех Лиц Святой Троицы в деле творения.


Кроме первых стихов книги Бытия еще ряд текстов Священного Писания говорят о сотворении мира. Одно из важнейших указаний содержится во второй книге Маккавейской, где говорится о том, что все Богом сотворено из ничего. Об этом говорит мать своим детям, когда, укрепляя их перед лицом гонителей, она предлагает им посмотреть на все сотворенное и познать, что «все сотворил Бог из ничего»
(2 Мак. 7:28). Затем в книге Псалтирь мы можем увидеть в 103-м псалме весьма поэтичное описание. Цитирую в русском переводе, непривычном для слуха: «Ты одеваешься светом, как ризою, простираешь небеса, как шатер; устрояешь над водами горние чертоги Твои, делаешь облака Твоею колесницею, шествуешь на крыльях ветра»
(Пс. 103:2–3) и так далее. «Той повеле и быша, той рече и создашася»
, – то же говорится в Псалтири. «Словом Господним небеса утвердишася и духом уст Его – вся сила их»
(Пс. 32:6).


Митрополит Иерофей Влахос пишет: «Согласно св. Никодиму Святогорцу, в первый день, то есть в воскресенье, было начато создание мира и твари, поскольку в этот день был сотворен свет. В воскресенье, с Воскресением Иисуса Христа, началось воссоздание твари, и в воскресенье, с сошествием Святого Духа, оно завершилось. Все создание было сотворено Отцом при участии Сына и Святого Духа; обновлено Сыном при благоволении Отца и при содействии Святого Духа; а завершено Святым Духом, исходящим от Отца и посылаемым в мир через Сына» [24, с. 357 – 358].


В первых стихах книги Бытия также указывается некоторая последовательность сотворения мира, причем принципиальным образом подчеркивается небожественность твари и отсутствие теогонии (происхождения богов), которую мы встречаем в разных языческих религиях[6]
: здесь нет какой-то борьбы богов, рождения мира, пожирания одних богов другими и так далее. Все творится простым речением Божиим: «И сказал Бог: да будет..., и стало так»
. В частности, подчеркивается, например, небожественность светил и их функциональное назначение, что они поставлены для освещения и для разделения ночи и дня.


Замечательно симметричное повествование о творении как бы замыкает свой круг, приводя нас к человеку, сотворенному из земли, но в отличие от первоначально сотворенной, не имеющей образа и вида, он сотворен по образу Божию [20]. Это повествование книги Бытия сразу указывает нам на уникальное место человека в мире. Он является как бы божественной печатью, которой запечатлено творение, которое «хорошо весьма
» (Быт.1:31).



1.2. Соотнесение библейского повествования о сотворении мира с научными гипотезами

Актуальной темой является сопоставление Шестоднева с научными взглядами на происхождение мира. Она многократно встречается на страницах как произведений церковных авторов, так и сочинителей антицерковного направления, потому что именно научными данными пытались опровергнуть истинность Священного Писания и через это вообще поставить под сомнение истинность самой христианской веры. В результате были написаны многие труды, посвященные согласованию научных данных с тем описанием, которое мы видим в книге Бытия.


Но я не буду заниматься обзором имеющихся на настоящее время гипотез. Точные науки учат нас: прежде, чем решать задачу, стараться выяснить принципиальную возможность существования ее решения. Его может и не быть. Мы знаем, что мир первозданный и мир, в котором мы существуем, разделены между собой одним событием – грехопадением. Что произошло в грехопадении? Пал сам человек, он потерял первоначальную чистоту, которую имел, потерял свои первоначальные способности. И по вине человека (и ради человека) земля (но не рай) подпала проклятию. Что же мы имеем? Облеченный в «кожаные ризы» человек своим падшим умом познает мир, подпавший проклятию, подчинившийся суете и тлению, и, изучая этот мир, пытается сопоставить то, что он видит, с тем, что описывается в книге Бытия, где каждый акт творения сопровождается словом: «И увидел Бог, что это хорошо»
.


Мы не знаем, как именно изменился мир. Поэтому, даже придумав самую точную модель его существования после грехопадения, мы не можем ее распространить на время до него. Поэтому имеющиеся «противоречия» Шестоднева, такие, как явный геоцентризм библейской картины мира; сотворение света и растений прежде сотворения светил; особый порядок в находках останков живых существ, противоречат только современному устройству мира и не более того. А тогда мир был просто другим. Мы не знаем, какова была тварь до этого падения, и кроме того мы не знаем даже, каков был ум Адама до того, как он пал, и поэтому, конечно, несколько опрометчиво пытаться сопоставлять то, что мы видим сейчас, с тем, что мы могли бы увидеть, будучи на месте Адама.


Но есть еще вопросы, касающиеся мира после грехопадения. Как объяснить несоответствие библейской хронологии предположительному возрасту Земли и ее обитателей? И почему отсутствуют человеческие останки среди останков древних животных? Здесь следует сказать следующее. Во-первых, порядок расположения останков свидетельствует о том, кто в какой последовательности умер, а не появился на свет. Во-вторых, мир создан для человека. Что мешает нам предположить, что человек был переселен из рая на проклятую землю уже после того, как на ней произошли определенные процессы, и она стала более-менее пригодна для жизни (например, вымерли динозавры)? Ведь между проклятием земли и выдворением людей есть еще некий момент. А вне рая в течение этого момента могло пройти сколько угодно лет. Это лишь гипотеза, но она с научной точки зрения непротиворечива. Тогда нет смысла сопоставлять «возраст вселенной» с продолжительностью жизни людей, указанной в Библии.


В этой связи становится неинтересной и полемика эволюционистов и креационистов. Ведь и те и другие для доказательства своих воззрений оперируют фактами, относящимися к падшему миру.


Мы знаем, что мир этот, в котором мы существуем, будет обновлен, что он сберегается грядущему огню, и что все дела на нем сгорят, и будет новое небо и новая земля, в которых обитает правда (2 Пет. 3, 7–10). Кстати, почему бы не сопоставить и библейское откровение о конце мира с данными науки? Но таких исследований практические не встречается.


В этой связи, конечно, мы должны достаточно осторожно подходить как к попыткам согласования или, наоборот, выявления разногласий научных данных с библейским повествованием, так и к тем выводам об истинности или ложности веры, которые на основании этих попыток делаются.



1.3. Сотворение человека

В начале книги Бытия мы видим два рассказа о сотворении человека (Быт. 1:26–28, 2:7,18–25). Почему так? В одном из этих рассказов (Быт. 1:26–28) сотворение человека поставляется в общую канву библейского повествования о творении, и мы видим, что человек творится в один день с прочими животными. В этом смысле человек не почтен тем, что ему предоставлен какой-то особый день, в который бы он был сотворен, человек полностью принадлежит этому тварному миру, с одной стороны. С другой стороны, творению человека предшествует некий Совет, потому что мы видим, что во всем повествовании прежде о сотворении мира говорится: «И сказал Бог: да будет …, и стало так
», причем еще иногда толкователи отмечают, что использованный в первом стихе книги глагол «бара», то есть «сотворим», который обозначает творение принципиально новое, еще дважды упоминается в этом повествовании, а именно в связи с сотворением жизни и в связи с сотворением человека. Так вот, при сотворении человека делается остановка и говорится: «сотворим человека по образу Нашему /и/ по подобию Нашему
», и определяется назначение: «И да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными ... и над всею землею... И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его»
(Быт. 1:26–27). Здесь ясно подчеркивается отличие человека от всего остального творения. Почему? Потому что именно человек сподобляется чести быть носителем образа Божия. Иногда обращают внимание на то, что первоначально говорится: «сотворим человека по образу Нашему и по подобию
», а творится человек «по образу
». Иногда считается, что образ и подобие – это просто синонимы, а иногда считается, что здесь все-таки обозначаются разные вещи, и образ относится, скажем, более к внутренней сущности того или иного явления, а подобие – к внешнему. Святитель Василий Великий комментировал это место так: «Одно мы имеем в результате творения, другое приобретаем по своей воле. При первоначальном творении нам даруется быть рожденными по образу Божиему; своей же волею приобретаем мы бытие по подобию Божиему» [10, п. 16]. То есть богоуподобление – это и есть та задача, которую получает этот сотворенный человек и ради которой даются ему в раю все прочие заповеди.


Второе повествование о сотворении человека (Быт. 2:7,18–25) более подробно. И также мы видим и в нем двойственность человека, то есть принадлежность его и к миру материальному, видимому, и к миру духовному: взял Бог персть земную, и сотворил из нее человека, и вдохнул в него дыхание жизни (Быт. 2:7). В беседе с Мотовиловым преподобный Серафим Саровский (и у других отцов это встречается) говорит, что прежде того, как Бог вдохнул в человека дыхание жизни, Адам был наподобие скота. То есть отмечается материальность человека с одной стороны, а с другой стороны, такое его возвышенное достоинство, когда человек почтен дыханием жизни от Самого Бога. Не случайно в Псалтири Давид говорит: «что есть человек, что Ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его? Не много Ты умалил его пред Ангелами: славою и честью увенчал его; поставил его владыкою над делами рук Твоих; все положил под ноги его»
(Пс. 8:5-7). То есть человек является сосредоточением двух миров: в себе он должен привести и приблизить весь мир материальный к Богу.


Иногда приходится слышать мнение о том, что слова «вдохнул в него дыхание жизни
» (Быт. 2:7) означают, что человеческая душа божественна по естеству.


Термин «вдохнул», конечно, можно по-разному трактовать. Понятно, что он является одним из антропоморфизмов Священного Писания, то есть когда по отношению к Богу употребляются такие же слова, как и к человеку[7]
. Скажем, «и посмотрел Бог», «и обонял Бог благоухания жертвы», или, скажем, «покрыл Бог рукою Своею», или «дошел глас их до ушей Моих». Все это, конечно, не означает, что у Бога есть руки, ноги и уши. Это делается для обозначения тех или иных действий Божиих. Никогда Церковь не считала, что душа человеческая является божественной по своей природе. Человек является тварью полностью, в том числе душа человеческая тоже тварна. То есть нельзя сказать, что какая-то часть Божественной природы изошла и сделалась душою человеческой.


Слово Божие нам показывает, что для человека естественным является состояние облагодатствованное, нет «чистой» человеческой природы, независимой от Бога. Лишенный благодати человек не является уже человеком в полном смысле слова. Он снова делается «наподобие скота».


Следующим Божественным актом было сотворение Евы. Впервые «не хорошо» в Библии мы встречаем в связи с тем, что не находится Адаму «помощника, подобного ему»
(Быт. 2:20), среди всей твари, и Бог говорит, что «не хорошо быть человеку одному»
(Быт. 2:18). Таким образом, подчеркивается потребность человека иметь себе подобного. Для чего? Вспомним ответ Спасителя на вопрос о том, какая есть наибольшая заповедь в Законе. Спаситель ее указывает двухсоставной: «возлюби Господа Бога твоего всею крепостию твоею»
и «возлюби ближнего твоего, как самого себя»
(Втор. 6:5; Мф. 22:37).


Необходимо отметить, что когда говорится о появлении Евы, то используется другое слово, что «создал Господь Бог из ребра»
(Быт. 2:22), как бы не «сотворил». Ева не является принципиально новым, отличным от Адама творением, – здесь как раз указывается на единство рода человеческого и на полное единство и тождество этой природы, которая отныне начинает существовать в двух полах. Но есть некоторая первичность и вторичность в том, что Ева берется от мужа своего, хотя Адам и говорит: «Вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей
» (Быт. 2:23), – то есть это фактически alter ego, другое Я. Ева называется «помощником» Адаму, подобным ему (2:18). По мнению святителя Филарета, «это делается в ознаменование одинакового с ним естества, в противоположность другим родам животных; ближайшего ему служения (1 Кор. 1:9); всегдашнего с ним собеседования и неразлучного сожития» [81, ч. 1, с. 46].


Появлению Евы тоже предшествует Божественный Совет (Быт. 2:18). Необходимость разделения полов может объясняться по-разному. Аскетическая традиция утверждает, что сотворение Евы произошло в предведении грехопадения и необходимости дальнейшего размножения людей. В современной богословской литературе больший упор делается на реализации в браке возможности общения и совершенствования в любви. Эти трактовки не являются взаимоисключающими.


Можно задаться вопросом: существовал ли брак в раю, или появление потомков, которые должны плодиться и размножаться и населять землю, должно было произойти каким-то другим образом? Здесь мнения тоже расходятся. Ссылаясь на ранние творения святителя Иоанна Златоуста, утверждают, что в раю брак не существовал, и он является последствием греха. Здесь стоит обратиться к словам самого святителя. Он говорит: «Первозданный жил в раю, а о браке и речи не было. Понадобился ему помощник, – и он явился; и при этом брак еще не представлялся необходимым. Его не было бы и доселе, и люди оставались бы без него живя в раю, как на небе, и наслаждаясь беседою с Богом; плотская похоть, зачатие, болезни чадородия и всякая вообще тленность не имели бы доступа к их душе, но, подобно светлому ручью, текущему из чистого источника, люди пребывали бы в том жилище, украшаясь девством. … Какой брак, скажи мне, породил Адама, какие болезни чадородия произвели Еву? Ты ничего не можешь сказать на это. Для чего же напрасно боишься и опасаешься, как бы с прекращением брака не прекратился и род человеческий? Тьмы тем ангелов служат Богу и тысячи тысяч архангелов предстоят Ему (Дан, VII, 10), и ни один из них не произошел по преемству, от родов, болезней чадородия и зачатия. Таким образом Бог тем более мог бы без брака создать людей, как создал Он и первых, от которых произошли все люди» [29, т. 1, с. 307 – 308].


Из этих слов видно, что слово брак можно понимать по-разному. В данном случае святитель говорит не о духовной стороне брака, а о его плотской составляющей, полемизируя с теми, кто возражал против девства, ссылаясь на необходимость продолжения человеческого рода. Многие святые отцы считали, что в раю оно должно было быть иным, а нынешний утвердился после грехопадения. Однако в толковании на Послание к Ефесянам, где апостол Павел уподобляет отношения Христа и Церкви браку, тот же святитель Иоанн Златоуст говорит о браке как о тайне, на которую «указывал, как на нечто великое и дивное, и блаженный Моисей, или лучше – Бог» [29, т. 11, с. 172]. То есть брак может пониматься еще и как образ чистого общения в любви, чуждого всякого греха и страстности. Поэтому и существует в Церкви запрет гнушаться браком, который утвержден Соборами. В Церкви брак в земном его понимании необязателен, так как единение человеческих ипостасей может осуществляться непосредственно через Церковь, минуя брак. Монашество – иной путь реализации этого единства.


Союз мужа и жены в книге Бытия представляется нерасторжимым, вечным, что связано с бессмертием человека, так как он не должен был умирать, но создан для вечности.


Как понимать слова «оставит человек отца и мать свою и прилепится к жене своей»
(Быт. 2:24),
если другого отца, кроме Бога, не было?


На примере этого вопроса можно убедиться, что если брать отдельный стих из Священного Писания вне контекста, то можно на его основании сделать самые неожиданные выводы. Этим всегда пользовались родоначальники разных ересей. Если же мы посмотрим на контекст, как это всегда требуется при толковании, то увидим, что эти слова являются продолжением слов Адама, который говорит о жене, что она «кость от костей моих и плоть от плоти моей»
(Быт. 2:23). Во-первых, эти слова могут быть адресованы Адаму в качестве повеления его потомкам, поскольку уже была дана заповедь «плодитесь и размножайтесь». Во-вторых, эти слова некоторые толкователи присваивают Моисею в качестве писателя Книги Бытия, давшему некоторый комментарий к постановлению о браке. В Евангелии от Матфея Христос эти слова присваивает Богу (Мф. 19:5). Как бы то ни было, относятся они, конечно, к последующим родам, которые должны произойти от Адама и Евы. Кроме того, по объяснению святителя Филарета Московского, заповедь прилепиться к жене своей относится к совокупному жительству, но никак не к отношению к отцу или к матери. Если бы эта заповедь говорила об обязанности навсегда оставить и забыть и отца и мать свою, то отчего же Бог повелевает: «Почитай отца и мать твою»
(Исх. 20:12)? Как почитать, если человек оставил их навсегда? Так что речь идет о вполне определенной стороне дела и противоречия не наблюдается.


Блаженный Иероним Стридонский считал, что здесь заключено пророчество. «Первый человек, Адам, как первый пророк, прорек это о Христе и о Церкви, – что оставит Господь наш и Спаситель Отца Своего Бога и матерь Свою, Иерусалим небесный, и придет на землю ради тела Своего Церкви, и образует ее из ребра Своего: для чего Слово и бысть плоть» [цит. по 79, с. 434].



1.4. О нетленности первозданной твари

Была ли тварь смертной прежде падения Адама? Блаженный Августин считал, что животные в первозданном мире были смертны.


Однако большинство отцов – например, святитель Иоанн Златоуст, преподобные Нил Синайский и Симеон Новый Богослов, святитель Феофан Затворник – согласно утверждают, что тварь была нетленной прежде падения человека и что с падением человека, со смертью человека, входит смерть и в тварный мир. «Адам был создан с телом нетленным, однако же вещественным, а не духовным еще, и поставлен Творцом Богом, как царь бессмертный над нетленным миром, не только над раем, но и над всем творением, сущим под небесами» [66, т. 1, c. 370]. Блаженный Феодорит Кирский и святитель Афанасий Великий говорили, что и Адам по естеству был смертен, но так как жил в общении с Богом, мог пребыть бессмертным, это было делом его выбора.


«Когда же человек отклонился (от закона) и вышел за предназначенные ему пределы, Бог после потопа, зная неумеренность людей, позволил им употреблять в пищу все: “Все это вкушайте, как зелень травную”
. Этим разрешением и остальные живые существа получили беспрепятственный выбор в еде. Итак, с того времени лев пожирает мясо, коршуны выжидают падаль. А ведь в те времена, когда родились животные, коршуны еще не выискивали (этого) на земле. Ведь еще ничто из того, что получило от Бога свое назначение и существование, не умерло, и коршуны не могли этим насыщаться. И в природе не было раздора, ибо она пребывала в полном цветении; охотники еще не губили (животных), ибо такого занятия (как охота) у людей еще не было. И звери никого не терзали, ибо не были плотоядны. У коршунов обычай кормиться трупами: тогда же не было еще ни трупов, ни трупного запаха, и пища коршунов была иная… Из этого сделай заключение, что и в те времена плотоядные животные поступали таким же образом; они считали своей пищей траву и не нападали друг на друга» [11, п. 6].


В Священном Писании подтверждением этой мысли являются слова апостола Павла из послания к Римлянам о том, что тварь подчинилась суете не добровольно и что как подпадение твари суете, то есть и тлению в том числе, так и ее освобождение связано непосредственно с человеком, то есть с его подпадением закону тления и с его освобождением от него (Рим. 8:19–23).



1.5. Пребывание людей в раю

Согласно книге Бытия человек творится вне рая и вводится в этот рай. О его местоположении нет каких-то однозначных толкований, но поскольку в тексте упоминается река Евфрат, то его условно размещают в Междуречье. Человек поставляется в раю для того, чтобы хранить и возделывать его. Опять же толкования здесь есть самые разные, начиная от буквальных, которые говорят, что человек поставляется в раю для того, чтобы поучаться величию Божию из величия Его творений, и вплоть до таких, которые видят в возделывании рая возделывание своей собственной души и приведение ее в богоподобное состояние[8]
.


В раю человеку даются некоторые заповеди и повеления (Быт. 2:16,17). Согласно одному из них Адам нарекает имена созданиям Божиим – из этого следует, что Адам был способен постигать сущность творения, чего лишены, скажем, мы сейчас. То есть назвать имя – значит постичь, что такое перед тобой. Мы сейчас этого сделать не способны.


Помимо заповеди возделывать сад, Адаму было сказано, что он может вкушать от всякого плода, который есть в раю, кроме плода древа познания добра и зла (Быт. 2:17). На этих запретах я хотел бы остановить ваше внимание. Что это за дерево? Как посредством какого-то дерева человек может познать добро и зло?


Возможно, ключом к ответу будет выяснение значения слова «познание» в данном контексте. «Познать» в библейском словоупотреблении это ведь не только узнать, то есть получить какую-то информацию, а приобщиться к чему-либо (см. Быт. 4:17). И в данном случае вкушением плода этого древа, то есть через преступление заповеди Божией, человек может реальным образом приобщиться к этому опыту зла, который для него еще не существует. Для него зло – это преступление заповеди Божией, и с помощью этого дерева он может ее преступить и таким образом приобщиться, то есть познать, испытать на себе, что такое зло.


Возникает недоуменный вопрос: а зачем же такое дерево нужно было? Не было бы его, не давал бы Бог относительно него заповеди, и все было бы хорошо. Но свобода предполагает и свободу выбора, то есть человек, созданный свободным, призванный к тому, чтобы пребывать в любви Божией, призванный к тому, чтобы быть другом Божиим, эту свободу может употребить и в обратную сторону, то есть отказаться от Бога и отвернуться от Бога. И здесь как раз это дерево и дает возможность испытания, укрепления этой свободы. Отсюда и возможность реализации этой свободы во зло. Если бы у человека не было никакой возможности преступить заповедь Божию, от Бога куда-то скрыться, то его по-настоящему нельзя было бы назвать и свободным.


Этим, конечно, смысл не исчерпывается. Чтобы не остаться на совсем примитивном уровне понимания Писания, обратимся к толкованию преподобного Максима Исповедника: «Так как видимое творение обладает и духовными логосами, питающими ум, и природной силой, услаждающей чувство, то она [природная сила] и названа древом познания добра и зла, то есть, как обладающая ведением добра, когда созерцается духовно, и ведением зла, когда воспринимается телесно. Ибо она становится учительницей страстей для воспринимающих ее телесно, навлекая на них забвение [вещей] божественных. Потому-то, вероятно, Бог и запретил человеку вкушение ее, отлагая это на время, дабы человек прежде – что было весьма справедливо – познал через благодатное причастие Причину свою и через такое вкушение укрепил данное [ему] по благодати бессмертие в причастии и непреложности, а потом уже, став как бы богом в силу обожения, безвредно и в безопасности вместе с Богом созерцал творения Божии и получил ведение о них как бог, а не как человек, имея по благодати одно и то же с Богом премудрое познание сущих, благодаря претворению ума и чувства к обожению» [48, c. 25] (Схолия: «Видимая тварь, говорит он, обладает и духовными логосами для ума, и природной силой для чувства. И умозрения того и другого находятся, подобно древу, посредине сердца, образно понимаемого в качестве рая» [48, c. 184]).


Таким образом, преподобный Максим утверждает, что заповедь эта не имела абсолютный характер, но только временный и указывала человеку на порядок его возрастания в добре и обожении. Здесь замечу, что впредь мы практически не будем обращаться к таким сложным толкованиям. Но не по пренебрежению к ним, а в силу того, что курс носит вводный, ознакомительный характер.



1.6. Грехопадение

В книге Премудрости Соломоновой сказано прямо: «Завистью диавола вошла в мир смерть»
(Прем. 2:24). На первых страницах книги Бытия ничего не говорится ни о диаволе, ни о духах, ни об ангелах. Впервые мы встречаем Херувима в тот момент, когда Адам изгнан из рая, и охранять рай поставлен Херувим с пламенным мечом (Быт. 3:24). Но, тем не менее, самые первые стихи: «В начале сотворил Бог небо и землю»
, – многие понимают так, что здесь идет речь сразу о сотворении и мира материального, и мира духовного, и так, что ангелы Божии были свидетелями творения мира, и что они сотворены прежде, чем сотворен человек. Подтверждение этому находится в книге Иова: «Где был ты, когда Я полагал основания земли? Скажи, если знаешь. Кто положил меру ей, если знаешь? или кто протягивал по ней вервь? На чем утверждены основания ее, или кто положил краеугольный камень ее, при общем ликовании утренних звезд, когда все сыны Божии восклицали от радости?»
(Иов. 38:4–7). Появление зла предшествовало появлению человека, а именно: отпадение Денницы и тех ангелов, которые за ним последовали. Господь Иисус Христос говорит в Евангелии о том, что «диавол человекоубийца искони»
(Ин. 8:44), – как объясняют отцы, поскольку видит человека, возводимого Богом туда, и даже выше того, что он имел прежде и от чего отпал. Поэтому в первом же искушении, которое находит на человека, мы видим действие диавола.


Комментаторы книги Бытия обращают внимание на то, что эта заповедь (Быт. 2:16–17) была необычайно легкой. Свобода Адама и Евы нам труднопредставима. «Человек сотворен был в начале наделенный властью над собственными своими хотениями, обладая свободным стремлением к чему бы то ни захотел: ибо свободно Божество, по образу Которого он сотворен» [38, кн. 2, c. 12]. Ни голод его не томил, ни какая-то нужда – ничто не толкало Адама и Еву к тому, чтобы вкусить от этого древа, а исключительно желание не послушаться голоса Божия, поступить по своей воле. Однако идея преступления возникла не сама по себе, человек следует лукавому предложению змия. Здесь не говорится о том, что это за змей, но нет никакого сомнения, что голос, который здесь звучит, – это не голос животного, поскольку змей есть тварь бессловесная, но голос диавола. Заметим, что, отступив от воли Божией, человек не творит свою волю, но сразу покоряется диаволу.


Искуситель, который назван в Писании змием, приступает к Еве потому, видимо, что заповедь она получила не прямо от Бога, но через Адама. Нужно сказать, что описанное здесь стало типичным для любого искушения злом. Сам процесс и его стадии очень ярко изображены. Все начинается с вопроса. Змий не приходит и не говорит: «Вкуси от древа», поскольку это явное зло и явное отступление от заповеди. Он говорит: «А правда ли, что Бог запретил вам вкушать плоды?» То есть он как бы не знает. И в отстаивании правды Ева делает немного больше, чем следует. Она говорит: «Неправда, но вот от этого древа запрещено вкушать и запрещено прикасаться». Хотя о прикосновении речи не было. Уже начинается путаница. Это обычный сатанинский прием. Сначала он прямо ко злу человека не увлекает, а всегда к некоторой правде примешивает каплю неправды. Почему, кстати, следует удерживаться от всякого рода лжи: ну подумаешь, я где-то чуть-чуть приврал, это не страшно. Это на самом деле страшно. Это как раз та самая капля, которая прокладывает путь ко лжи гораздо большей. После этого уже следует более крупная ложь, потому что змий говорит: «Это не так. Но Бог дал вам эту заповедь потому, что знает, что вы станете как боги, если вкусите от этого дерева. А Он этого не хочет, поэтому вам это дерево и не дает». Здесь снова правда, но уже в других пропорциях, смешана с неправдой. Действительно, человек создан для того, чтобы быть богом. Будучи тварью по своей природе, он по благодати призван к обожению. Действительно, Бог знает, что они будут подобны Ему. Будут как Бог, но не как боги. Своей ложью диавол научил человека многобожию [48, кн. 2, с. 115].


Человек создан для того, чтобы быть богом. Но для этого указан определенный путь в общении и в любви с Богом. А здесь змей предлагает иной путь. Оказывается, можно стать богом и без Бога, без любви, без веры, посредством какого-то действия, какого-то древа – чего-то, что Богом не является. Такими попытками до сих пор занимаются все оккультисты. Грехопадение прародителей – это отказ от крестоношения, отказ от усилия. Хочу в Царство, но без трудов. Пусть само все произойдет.


Грех есть беззаконие. Закон Божий – это закон любви. И грех Адама и Евы – это грех непослушания, но это и грех отступления от любви. Для того, чтобы отторгнуть человека от Бога, диавол предлагает ему в сердце ложный образ Бога, а, значит, идола. И приняв этого идола в сердце вместо Бога, человек отпадает [ср. 13, 197 – 198]. Змей представляет Бога лживым и ревниво отстаивающим какие-то Свои интересы, Свои возможности и скрывающим их от человека. Если на деле Бог все, что имеет, человеку отдает, то в речи змия получается не так. И дальше Ева видит, что это древо вожделенно, и берет плод и вкушает и дает Адаму, и тот тоже ест (Быт. 3:6).



1.7. Последствия грехопадения

Нет другого пути для восстановления утраченного человеком блаженства, кроме пути покаяния. Не случайно именно поэтому с проповедью вышел как Иоанн Предтеча, так и Господь Иисус Христос: «Покайтесь, ибо приблизилось Царствие Небесное»
(Мф. 3:2). В каком-то смысле этот же призыв можно услышать и здесь, на этих страницах. Почему? Потому что вопрос, который Бог задает в этом диалоге, тоже в себе содержит предложение покаяния. А его-то мы с вами уже здесь не наблюдаем. То есть выбор сделан, и человек отделяет себя от Бога, и заметим, что автоматически происходит отделение одного человека от другого. Увидели Адам и Ева, что они наги (Быт. 3:7), – правда? То есть, что такое они увидели? Почему они этого раньше не видели, а теперь вдруг увидели и устыдились? То есть происходит разделение и между людьми: если раньше они были одна плоть, как единое существо, то теперь , как Бог для них стал чужим и посторонним, точно так же и люди друг для друга делаются посторонними, и вот этот взгляд постороннего человека естественно приводит к стыду. Но это – психологическое толкование. А еще следует говорить о главном: о лишении покрова божественной благодати, без которой человек уже не человек. Это и есть источник срама, о котором идет речь в каноне преподобного Андрея Критского. Святитель Филарет Московский пишет: «Обыкновенное действие стыда есть желание скрываться, но сие желание свойственно делам тьмы, а не делам света. Из сего видно, что нагота первых человеков есть такое состояние, в котором они, ходя во свете и истине, ничего не имели скрывать от Бога и своей совести; что наша одежда есть памятник грехопадения; стыдливость – род покаяния, а бесстыдство – нераскаянности и закоснения» [81, ч. 1, c. 50]. Почему Адам боится Бога, прячется? И это признак нераскаянности. Кающемуся грешнику более свойственно не бояться, но любить Бога, так как он ощущает Его милосердие. Ведь введены были в рай Енох и Илия. Значит, и покаявшийся Адам мог быть восстановлен [13, c. 168].


И наконец, изгнание из рая. Почему, зачем? Рай – это место, где человек мог свободно общаться с Богом. После падения Адам пытался скрыться от Бога где-то среди растений райских и отказаться от покаяния, от примирения с Богом. Таким образом, дальнейшее пребывание в раю для него уже было нецелесообразным, поскольку он с Богом быть не желал; с другой стороны, он самовольно уже исполнил срок своего испытания [81, ч. 1, с. 73]. «И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно…»
(Быт. 3:22). Поскольку Адам уже некоторым образом утвердился во зле, причастие вечной жизни для него будет губительным, потому что тогда он вполне уже может идти по пути не богоуподобления, а дьяволоуподобления, все более и более совершенствуясь в делании зла.


Как понимать слова «вот Адам стал как один из Нас
» (Быт. 3:22)? Некоторые толкователи (например, преподобный Максим Исповедник [48, с. 115]) понимают это как выражение некоторой божественной иронии, говоря, что Адам желал стать, как ему было обещано змием, как бог,– и вот то, что получилось. Святитель Филарет Московский полагает, что никакой божественной иронии здесь нет, а представлено внутреннее собеседование Святой Троицы и новый Совет о судьбе падшего человека, подобно Совету первому, о творении (Быт. 1:26). Речь идет о том, что человек, внявший искусителю, не только внутренне возжелал быть Богом, но и самим делом исполнил это желание настолько, насколько смог. И теперь уже ничего больше для себя сделать не может, он сам решил свою судьбу. Рай как место испытания не нужен уже для того, который сам своей волей закончил свое испытание. То есть, то, что человеку предлагалось в раю, человек сам своей волею отверг, поэтому рай ему уже больше был не нужен. Уже как-то по-другому должна устраиваться дальнейшая жизнь человека, и вот он изгоняется из рая на проклятую землю.


Результат этого проклятия мы можем наблюдать постоянно. Огород, за которым никто не ухаживает, немедленно зарастает бурьяном и сорняками, а вовсе не розами и не помидорами. Странно, казалось бы, почему он в равной степени не зарастает и тем, и другим. Тем не менее, это так, и созерцание этих терний и волчцов, которые с удовольствием растут сами в отличие от полезных для человека растений, может нам постоянно напоминать об этом определении.


Та легкость, с которой раньше мог существовать человек, с этого момента прекращается. Для того, чтобы поддерживать свое существование, человек должен трудиться. Вернее, мужчине отдается в удел труд для пропитания, а женщине – чадородие, рождение детей. Таким образом, после грехопадения на период Ветхого Завета такая добродетель, как девство, в каком-то смысле, упраздняется на время. Главным делом женщины становится чадородие, через это она, во-первых, участвует в победе над смертью, в продолжении жизни; во-вторых, именно потому, что через это рождение должно явиться то семя, которое сотрет главу змия (Быт. 3:15). И здесь мы видим подчиненное положение женщины по отношению к мужчине, причем в гораздо большей степени, чем это было при сотворении. И дальше, когда мы будем замечать в Ветхом Завете признаки ущемленного положения женщины, мы должны понимать, что это является не результатом первоначального творения, а результатом грехопадения. Например, в заповеди о субботе мы видим, что в списке тех, кто должен хранить субботний покой, замужняя женщина не значится. Среди тех, кто должен являться в Иерусалим на праздники, опять же женщины не значатся, только мужчины. Но от начала не было так. И от начала женщина поставлена в подчиненное положение к мужу, она сотворена как помощник, но это подчинение в любви. Если мы посмотрим 5 главу послания к Ефесянам апостола Павла, это совершенно отчетливо видно. При том, что Христос есть глава Церкви, никому совершенно в Церкви в голову не приходит свергать иго Христово ради свободы в Церкви, потому что этим-то подчинением свобода и обеспечивается. При том, что Адам является от начала главой Евы, ей вряд ли приходило в голову свергать с себя и «иго» Адама. Другое дело, после грехопадения.


Комментируя слова Бога, обращенные к Еве, святитель Иоанн Златоуст говорит: «Как бы оправдываясь пред женою, человеколюбивый Бог говорит: вначале Я создал тебя равночестною (мужу) и хотел, чтобы ты, будучи одного (с ним) достоинства, во всем имела общение с ним, и как мужу, так и тебе вверил власть Над всеми тварями; но поелику ты не воспользовалась равночестием, как должно, за это подчиняю тебя мужу: и к мужу твоему обращение твое, и той тобою обладати будет
. Так как ты, оставив равночестнаго и имеющаго общую с тобою природу, того, для кого ты создана, решилась вступить в беседу с лукавым животным-змеем, и принять от него совет, то затем Я уже подчиняю тебя ему и объявляю его твоим господином, чтобы ты признавала власть его; так как ты не умела начальствовать, то научись быть хорошею подчиненною. К мужу твоему обращение твое, и той тобою обладати будет
. Лучше тебе быть под его начальством и состоять под его управлением, чем, пользуясь свободою и властию, носиться по стремнинам. И для коня полезнее иметь на себе узду и ходить под управлением, чем без этого носиться по стремнинам. Итак, имея в виду твою пользу, Я хочу, чтобы ты к мужу
имела обращение
, повиновалась ему, как тело голове, и с радостию признавала его господство» [29, т. 4, с. 150]. Это положение не вполне соответствует замыслу Божию, что, впрочем, не оправдывает ни в коем случае феминизм, потому что в условиях падшего мира изменить ситуацию нельзя. Можно только ухудшить ее, снова нарушая Божественную волю.


Все это ни в коей степени не снимает вины с Адама, как вы сами прекрасно понимаете. Вспомните знаменитую сказку «О рыбаке и рыбке». Довольно жалкое зрелище являет собой старик, который только и занимается тем, что ходит к государыне-рыбке и говорит, что совсем взбеленилась его старуха, не предпринимая никаких серьезных попыток противодействия. Как-то раз он ее увещевает, но предпочитает подчиниться ее воле.


Кожаные одежды, которые получает человек, духовно толкуются как дебелость плоти и отделенность и неспособность человека общаться с духовным миром. Эта огражденность его от общения с духовным миром, по-видимому, благодетельна для человека, потому что вы наверняка встречали в литературе описания встреч человека как с ангелами, так и с бесами, и мы видим, что открытое столкновение человека с миром духовным для него бывает труднопереносимо. Поэтому человек покрывается таким непроницаемым покровом. Буквальное толкование этих одежд заключается в том, что была принесена первая жертва после изгнания из рая, которой Адам был научен Самим Богом, и из шкур жертвенных животных была сделана эта одежда [81, ч. 1, с. 73].


Еще раз напоминаю вам, что буквальным пониманием смысл Священного Писания не исчерпывается. Не следует забывать, что как человек принадлежит к духовному миру, так и рай есть также духовное явление. Рай в первую очередь есть возможность пребывания человека с Богом. Его-то и лишается Адам.


Раскрывая духовный смысл проклятия, преподобный Максим Исповедник говорит, что проклятая земля есть сердце человека, лишившееся небесных благ и произращающая «подобно “терниям
” размышления о происхождении телесного бытия и, подобно “волчцам
”, сухие рассуждения о промысле и суде касательно нетелесных [сущностей]» [48, c. 35][9]
.



1.8. Смысл наказания

Главным последствием нарушения заповеди, о котором Бог предупреждал Адама, была смерть (Быт. 2:17). Однако Адам и Ева не умерли мгновенно. По объяснению преподобного Симеона Нового Богослова, «душею Адам умер тотчас, как только вкусил <от древа>, а после, спустя 930 лет, умер и телом. Ибо как смерть тела есть отделение от него души, так и смерть души есть отделение от нее Святого Духа, которым осеняему быть человеку благоволил создавший его Бог» [66, т. 1, с. 23].


Вопрос в том, является ли физическая смертность человека наказанием или благодеянием для самого человека? Несомненно, что она является и тем, и другим, но наказанием не в смысле мстительного желания Бога сделать человеку плохо за то, что он непослушный, а как некое логическое следствие того, что человек сам сотворил. То есть, можно сказать, что если человек выпрыгнул из окна и переломал себе ноги и руки – он этим наказан, но он сам же автор этого наказания. Поскольку человек не самобытен и вне общения с Богом он существовать не может, то смерть полагает и некий предел возможности развиваться во зле.


С другой стороны, смерть, как вы сами из практического опыта можете знать, является очень важным вразумляющим фактором для человека, нередко только перед лицом смерти он оказывается способным задуматься о вечном.


Также мы знаем, что смерть, которая была наказанием для человека, явилась и источником спасения для него впоследствии, поскольку через смерть Спасителя человек был восстановлен, и стало для него возможным утраченное богообщение.


Поставленный прежде возделывать эдемский сад, устроенный для него Богом, Адам теперь изгнан из него, «чтобы возделывать землю, из которой он взят
» (Быт. 3:23). По объяснению святителя Филарета Московского, «ту землю, которую Бог прежде устроил в состав бессмертного тела человеческого, теперь человек сам должен устроять в состав тела смертного; он должен непрестанно, так сказать, пересозидать свое тело, чтобы истребить в нем останки запрещенного плода, и чтобы оно, наконец, паки взято было от земли, и соделалось небесным. Земле, проклятой за его преслушание, он должен возвращать благословение делами послушания и смирения» [81, ч. 1, с. 75].



1.9. Обетование спасения

В изгнании человека из Рая звучит первое обетование Божие человеку о его спасении (Быт. 3:15), когда говорится человеку о том, что проклята земля за него и путем жизни его будет скорбь (Быт. 3:17). Вот здесь впервые появляется в Писании это слово “скорбь”, до этого о скорбях ничего не говорилось. Дается мужу скорбь в трудах, посылается скорбь жене в рождении детей, и потом, когда Господь проклинает змея, сказано, что «вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и между семенем ее; оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту»
(Быт. 3:15). Здесь в скрытом виде содержится пророчество, поскольку говорится о таинственном семени жены, что, вообще говоря, довольно странно, так как в обычном словоупотреблении семя – от мужа, а не от жены. В обетовании о семени жены, несомненно, мы имеем предсказание о Спасителе, Который придет от Девы и поразит змия – диавола и избавит человечество от его власти, в которую человечество добровольно попало. «Семя жены, которому Бог повелевает быть во вражде со змием, есть Господь наш Иисус. Ибо Он один стал семенем жены от жены, без посредства семени мужеского и без умаления Ее чистоты» [35, ч. 1, с. 174]. Поэтому образ семени для нас становится признаком мессианского обетования. Это обетование (Быт. 3:15) называют иногда Первоевангелием.


Здесь уместно привести слова преподобного Симеона, который раскрывает типологическую связь падения и искупления: «Вместо древа познания был крест, вместо ступания ног, которыми прародители шли к запрещенному древу, и вместо простертия рук их, которые простирали они, чтобы взять плод древа, были пригвождены ко кресту непорочные руки и ноги Христовы, вместо вкушения плода было вкушение желчи и оцта, и вместо смерти Адама была смерть Христова» [66, т. 1, с. 24]. И таким образом упразднено будет проклятие, которому подпали Адам и Ева.



Глава 2. Начало истории человечества

Дальше начинается, в собственном смысле, история человечества, в своих проявлениях для нас уже понятная и знакомая, поскольку деяния библейских персонажей мы можем уже соотнести со своим собственным состоянием, потому что эти люди, в отличие от людей первозданных, уже подвержены закону греха, закону тления так же, как и мы. Хотя сейчас это не так безнадежно, поскольку дарован Новый Завет и дана благодать, исцеляющая человека от этого закона.



2.1. Дети Адама

Первого человека, которого рождают люди, называют «приобретением» (Каин от евр. глагола «кана» – приобретать), или «опорой», в надежде, что этот первый человек, Каин, и будет тем Спасителем, через которого Господь обетовал им дать избавление. Но тем не менее мы видим, что получилось совсем не так и что мера греха человеческого стала только увеличиваться. Мы верим в то, что Адам и Ева покаялись, увидев в полноте последствия своего грехопадения. «Седе Адам прямо рая, и свою наготу рыдая плакаше: увы мне, прелестию лукавою увещанну бывшу и окрадену и славы удалену! Увы мне, простотою нагу, ныне же недоуменну! Но о раю, ктому твоея сладости не наслаждуся: ктому не узрю Господа моего и Создателя: в землю бо пойду, от неяже и взят бых. Милостиве щедрый, вопию Ти: помилуй мя падшаго»[10]
. Мы также понимаем, что теперь уже, после изгнания человека из Рая, это покаяние уже не могло само по себе его избавить от смерти без каких-то особых действий со стороны Бога, то есть покаяния человеческого уже было недостаточно для того, чтобы его вернуть в утраченное состояние. И поэтому до прихода в мир Спасителя, до Его победы над смертью все равно, вне зависимости от их покаяния или праведной жизни, все люди были подвержены закону смерти и содержались все в аду.


Далее мы видим, как начинает возрастать мера грехов человеческих и происходит первое убийство. Сейчас модно подчеркивать причину этого убийства: первое в мире убийство происходит на религиозной почве. Но это говорит не о том, что вера как таковая есть источник экстремизма, но о том, что, несомненно, отношения с Богом ясно бывают видны через отношение к людям. Одно с другим связано – Богопочитание и отношение к жизни другого человека.


Дети Адама Каин и Авель приносят жертвы. Откуда взялись жертвы? Если внимательно посмотреть на все то, что мы сейчас знаем о жертвоприношениях людей всех времен и народов, то, в общем-то, ни одна из научных концепций происхождения жертвоприношений не может вполне их объяснить. Остается предположить, что сам Адам был научен Богом принесению жертв. Это объяснение, пожалуй, лучше всего может пролить свет на то, что нам дают разные научные исследования. И делается это не только для регулирования религиозной жизни людей, но и как пророчество, как предуказание на жертву Христову, которой спасется мир. И последующее развитие жертвоприношения у язычников является уже отступлением и извращением этого первоначального опыта, который воспринял Адам. Точно так же, как и история религии скорее показывает нам историю одичания религиозного сознания человечества, нежели постепенного развития религиозных идей. Мы видим, что языческий путь, скорее всего, является результатом, как раз потери смысла первоначальной религии, первоначальной веры в единого Бога. Этой точки зрения придерживаются многие исследователи истории религии настоящего времени.


Вернемся снова к Каину и Авелю. Бог призрел на жертву, которую принес Авель, и не призрел на жертву, принесенную Каином. Традиционно в святоотеческих толкованиях это объясняется тем, что Каин принес жертву небрежно, не разбирая того, что он приносит в жертву не самое лучшее из того, что он мог бы принести. И результатом этого, – человек с небрежностью отнесся к Богу, – следует, если можно так сказать, пренебрежительное отношение Бога к этой жертве. Но это не наказание, не смерть Каина, не проклятие, а скорее некоторое предупреждение о том, что такого рода жертвы (как в русской пословице: прими Боже, что нам негоже) не совсем Богу угодны.


Тем не менее Каин находит путь к тому, как все-таки получить благоволение Божие, но путь этот уже продиктован падшим человеческим разумом: по-видимому, Каин решает, что если он убьет своего брата, то Богу просто не на кого будет изливать Свои благоволения, и Каин опять окажется наследником и любимцем Божьим, потому что больше некого будет любить. Это уже извращенное состояние, поскольку настоящая любовь идет в сторону расширения, простираясь на каждый следующий объект, она не отходит от предыдущего. Любовь есть такое устройство сердца человеческого, в котором никому не тесно. А здесь Бог предполагается действующим не по любви, а по пристрастию, которое, наоборот, всегда идет за счет сужения: я люблю тебя за счет того, что я вот его, его и его не люблю и так далее. Из пристрастного сердца вытесняются все другие люди, и оно оказывается способным любить только самого себя. Это, в отличие от любви, состояние гибели. И Каин не понимает этого, для него любовь связана с соперничеством и с конкуренцией. Поэтому устранение соперника может сделать его обладателем любви.


Каин убил Авеля (Быт. 4:8). Мы уже сказали, что посягательство на жизнь человека есть вопрос религиозный, а именно отношения человека с Богом. Более того, я не случайно обратил ваше внимание на то, что за недостойное жертвоприношение Каин наказание не понес, а вот за убийство Авеля он был наказан. Здесь уже мы приближаемся к двуединой заповеди почитания Бога, то есть любви к Богу и любви к ближнему. Вспомните притчу-описание страшного суда в Евангелии, в которой Господь Иисус Христос говорит: «так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне»
(Мф. 25:40).


И снова мы видим, что человеку представляется возможность раскаяния. Господь показывает Каину, что его путь и намерения Ему известны; однако не хватает его за руку, поскольку никогда не нарушает свободы человека (Быт. 4:6,7). Обратите внимание на параллель в Новом Завете. Господь Иисус Христос многократно указывал Иуде на то, что Он знает, что собирается сделать Иуда. Но тем не менее мы ни разу не видим, чтобы Господь говорил: «Иуда! Немедленно прекрати!» Иуда поставлен в известность о том, что его намерения ведомы, о том, что это беззаконие, тем не менее дальше он сам делает свой выбор. Точно так же и здесь: прежде этого убийства Каин уже поставлен в известность о том, что грех у двери его, то есть грех готов войти в его сердце, и ему дается совет возобладать над ним. Тем не менее, Каин совершает это убийство. И снова ему предлагается покаяние, поскольку Господь спрашивает: «Где Авель, брат твой?»
И в ответ слышатся слова, которые не меньше, чем слова падшего Адама о Еве, являются девизом падшего человечества. Каин говорит: «Не знаю; разве я сторож брату моему?»
(Быт. 4:9). В данном случае следом за грехом (братоубийства) идет новый грех – грех лжи, грех отвержения предложенного покаяния. Варианты этой фразы: это его личное дело, а мне какая разница, это меня не касается, это его проблемы и т.д. В этих словах звучит то же самое каиново: разве я сторож брату моему?


И после этого уже Каин получает проклятие. Господь говорит: «когда ты будешь возделывать землю, она не станет более давать силы своей для тебя; ты будешь изгнанником и скитальцем на земле». И это тоже очень важно. Экологические катастрофы, о которых сейчас говорят, связаны не только с техногенностью нашей цивилизации. Они связаны еще и с тем, что земля не может выносить греховности человека.


Земля более не будет давать силы для Каина, но Каин остается жив в назидание потомкам. На него полагается знамение его изгнания, знамение неприкосновенности. По другому толкованию, само определение Божие было этим знамением. Печать отвержения ясно напечатлелась на челе Каина [81, ч. 1, с. 90 – 91].


Для того, чтобы вы не заскучали от такого буквального и назидательного толкования, приведу толкование преподобного Максима Исповедника убийства Авеля. Вы помните, что имя Каин значит «приобретение». Ева сказала: приобрела я человека от Бога
(Быт. 4:1). Потому, что ей было дано обетование о семени жены, которое доставит спасение. И поэтому, конечно, можно было надеяться, что Каин и есть тот человек, через которого это спасение и будет дано. Имя Авель – «пар» – дано либо как обетование радости, либо как выражение некоторого разочарования в том, что с рождением Каина ничего не изменилось. И прп. Максим Исповедник говорит следующее: «если бы блаженный Авель … не вышел вместе с Каином на поле, то есть не вышел бы до достижения бесстрастия на равнину естественного созерцания, то Каин сущий и именуемый «законом плоти» (то есть навыком естественных сил, действующих на чувства), не восстал бы и не убил бы его с помощью обмана, выманив на совершение добрых дел в соответствии с созерцанием сущих до обретения совершенного навыка в добродетелях. Первый Адам, породивший закон греха, который не создавал для него Бог в раю, стяжал и первый плод преступления, соответственно смысл имени «Каин». Ибо это имя толкуется как «приобретение» [48, c. 135]. Здесь речь идет, прежде всего, о том, что в то время, когда человек принимает какое-то искушение, ему следует воздерживаться от естественного созерцания, в котором проявляется сила ума, и усиливаться в молитве, собирая вместе ум и обращая его только к Богу; о том, что во время искушений молитва гораздо больше дает человеку, чем разумные действия. Адам, посеяв грех, приобрел и результат этого греха – убийство. Иначе говоря, «когда ум еще не приобретший совершенного навыка духовного делания подвергается насмешкам со стороны плотского помышления и выходит с ним в поле (Быт. 4:8), то есть на равнину естественного созерцания, то он убивается, будучи не в силах преодолеть явленность сущих и удовлетворяясь только ими» [48, c. 231]. В этой, казалось бы, по-бытовому простой истории преподобный Максим раскрывает духовный смысл Священного Писания, показывая, что простыми словами нередко передаются утонченные стороны духовной жизни человека.



2.2. Допотопное человечество

От Каина происходит еще более развращенное потомство, и можно обратить внимание на то, что первые серьезные проявления того, что сейчас называют культурой, такие, как изготовление орудий из меди и железа, изготовление музыкальных инструментов и игра на них, усваиваются именно потомкам Каина (Быт. 4:21,22). Почему так происходит? Мы видим в истории примеры, когда автономно существующая или, вернее, пытающаяся автономно от Бога существовать культура пытается собой полностью подменить духовную жизнь. Что относят обычно к духовной сфере жизни человека? Стихи, песни, изобразительное искусство и так далее, – некое порождение души человеческой, душевность, которая претендует на то, чтобы быть духовностью, то есть той областью, в которой собственно происходит встреча и содействие духа человеческого с Духом Божьим. Поэтому не случайно здесь это соотнесение с потомками Каина. Так же потомкам Каина присваивается строительство первого города (Быт. 4:17).


В книгах по библейской археологии вы можете прочитать о раскопках древнего Иерихона[11]
. И хотя вряд ли этот город, сооруженный за девять тысячелетий до Рождества Христова, и есть тот самый, построенный каинитами, тем не менее, он вызывает удивление. На земле, где все живут в шатрах, где нет еще как таковых орудий, приспособленных специально для убийства людей, вдруг кто-то сооружает такой город. Что это? Желание обнести себя стеной, сесть внутри и почувствовать себя, наконец, в безопасности. Еще одно проявление состояния падшего человека: желание забраться куда-нибудь поглубже, загородиться от Бога и от всего мира и в этой мнимой безопасности пребывать.


Из сыновей Адама упомянут в Писании еще один – Сиф. «Бог положил мне другое семя, вместо Авеля, которого убил Каин»
, – говорит Ева (Быт. 4:25). Больше никаких детей Адама и Евы не называется; тем не менее, судя по тому, что заключаются браки и рождаются следующие поколения, существование каких-то еще детей можно предположить, поскольку традиционное учение, которого придерживается Церковь, утверждает происхождение всего человечества от единой пары – от Адама и Евы. Благочестивая ветвь человечества идет от третьего сына Адама – от Сифа, так как о нем сказано: «Тогда начали призывать имя Господа»
(Быт. 4:26). Вероятно потомки Сифа названы в Писании сынами Божиими (Быт. 6:4). Наибольшее внимание из допотопных патриархов, которых было десять, следует уделить Еноху. Почему? – потому, что о нем говорится нечто загадочное: «и ходил Енох пред Богом, и не стало его, потому что Бог взял его»
(Быт. 5:24). Обратите внимание на эти слова: «и ходил Енох пред Богом».
В этих трех словах «ходил пред Богом» очень емко выражена норма ветхозаветной праведности. Здесь показывается все устроение души человека и устроение его сердца, и расположение всех его дел: это человек, который постоянно памятует о Боге, осознает себя пребывающим в присутствии Божием, причем не теоретически, а практически, поскольку говорится, что он «ходил»
. Не просто размышлял о Боге, но все свои дела, все свои действия располагал именно как раб Божий. О Енохе сказано, что он прожил триста шестьдесят пять лет, – остальные патриархи жили гораздо дольше: 800 и 900 лет. О нем же говорится, что он прожил 365 лет, и не стало его, «потому что Бог взял его»
, – в этом он подобен пророку Илии, который также был взят на небо, так и не вкусив смерти (см. 4 Цар. 2:11,12) Енох – первый великий ветхозаветный праведник, хотя о нем ничего не говорится более того, что он «ходил пред Богом»
– запомните это выражение, оно нам еще встретится.



2.3. Потоп. Ной и его семья

Допотопная история заканчивается на патриархе по имени Ной. При Ное дается первое описание людей, не персональное, а общечеловеческое, и говорится, что когда люди начали умножаться на земле, то они развратились (Быт. 6:5). «И сказал Господь [Бог]: не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым человеками [сими], потому что они плоть; пусть будут дни их сто двадцать лет»
(Быт. 6:3). «Потому что они плоть»
– вот в этих словах тоже изображается удивительным образом состояние допотопного человечества, когда невозможным стало действие Духа Божия внутри сердца человеческого, ибо не было стремления человека к Богу. Конечно, внешнее действие Духа Божия не было закрыто и для падшего человечества – тем не менее здесь мы видим такое положение вещей, которое определяется емким выражением: «они плоть»,
– то есть целиком и полностью вся жизнь этих людей посвящена земному, материальному. Нет в ней ничего, где могло бы проявиться действие Духа Божьего.


Если праведность мы увидели изображенную, как хождение пред Богом, Который есть Дух, то обратное состояние изображается как плотяность. Люди полностью потеряли свое человеческое достоинство, перешли в область, можно сказать, чисто животного мира. Человек, оказывается, способен доходить даже и до того, когда ничто духовное его совершенно не затрагивает, – в нем как бы даже и места такого нет, которое бы могло быть этим духовным затронуто: «И увидел Господь, что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время»
(Быт. 6:5). Понятно, что такое человечество уже не могло быть, скажем так, продуктивным с точки зрения своего предназначения; такое человечество уже не оставляло надежд на то, что оно способно воспринять спасение.


И тогда совершается чудесное действие Божие, которое мы называем Великим потопом, когда погибают все люди, за исключением семейства праведного Ноя, от которого происходит новое человечество. Спасается всего восемь душ: Ной, его жена и трое его сыновей со своими женами. Причем потоп приходит не внезапно, поскольку само сооружение Ноем ковчега, несомненно, являлось проповедью покаяния. С одной стороны, это было подвигом веры Ноя, потому что человек на суше строит такой огромный океанский лайнер и сообщает, что вот скоро он на нем поплывет, а кто в него не взойдет, тот погибнет. Можно себе представить, какую потеху доставлял Ной своим современникам, которые были плоть
, и вследствие этого, очевидно, были вполне материалистами, понимали, что этого не может быть, потому что не может быть никогда, потому что это противоречит всем «законам науки». Вполне возможно, что с «наукой» у них было очень хорошо. И, несмотря на это, Ной остался верен слову Бога, Который велел ему строить ковчег.


Кстати, ковчег даже по нашим меркам был внушительным сооружением. 300 локтей (135 м) в длину, 50 локтей (22,5 м) в ширину и 30 локтей (13,5 м) высотой. Сделано это было для того, чтобы спасти часть животных от неминуемой гибели.


Здесь, конечно, содержится нравственный урок. Нам от сложения мира уготовано Царство, и есть некоторый путь, предначертанный нам Богом, который содержится Церковью и который нам указывает, каким образом, через какое делание можем мы сделаться наследниками этого Царства. Есть мир, который нас окружает и который над нами смеется и веселится, говоря о том, что совершенно, с точки зрения здравого смысла, никакого Царствия Божия быть не может, а если оно и есть, то совсем не таким путем надо в него идти; поэтому от христианина тоже требуется долготерпение и верность слову Божию для того, чтобы шествовать евангельским крестным путем. Ной, который спасается в результате потопа, является прообразом Христа Спасителя, потому что от Ноя действительно происходит новое человечество, то есть Ной становится новым Адамом. Христос, проповедав покаяние, создал нерукотворный ковчег – Церковь, Сам став его дверью. «Я есмь дверь: кто войдет Мною, тот спасется, и войдет, и выйдет, и пажить найдет»
(Ин. 10:9). Согласно слову Господа Иисуса Христа, потоп прообразовал собою события Страшного Суда (Мф. 24:35-39).


История потопа является еще одним из направлений антибиблейской полемики. Ищут разные его следы, признаки и иногда находят. В Месопотамии вдруг обнаружены какие-то следы потопа, но вроде бы они и похожи на тот потоп, который описывается в Писании, а вроде бы и не очень, потому что в Библии потоп описывается как всемирная катастрофа, а месопотамский потоп все-таки был локальный. Иногда пытаются объяснить так, что поскольку люди расселились еще не по всей поверхности Земли, то, для того чтобы их погубить, не нужно было заливать полностью всю Землю. Сказать тут что-то довольно сложно, но можно для себя положить одно: вряд ли слово Божие нас пытается обмануть. И можно надеяться, что в свое время, когда все станет явным, то откроется нам и то, каким образом произошел потоп. Известно, что в эпосе народов, которые расселены по всему миру, в той или иной форме, предания встречаются о потопе.
Оно является общечеловеческим достоянием. Его знали и в Междуречье, и в Египте, в Южной Америке и в Австралии. Причем в чертах, соответствующих преданию библейскому. Так что одно это может свидетельствовать о том, что все-таки потоп был, раз людям это событие запомнилось навсегда. Я не буду вдаваться во многие рассуждения по поводу того, как Бог мог потоп навести на землю. Если Господь небо и землю устроить сумел, то, конечно, смог совершить и это.



2.4. Завет Бога с Ноем

Каковы же результаты потопа? Начавшись в 17-й день второго месяца в шестисотый год жизни Ноевой (Быт. 7:11), он окончился «к первому [дню] первого месяца
» следующего года (8:13) и только «во втором месяце, к двадцать седьмому дню месяца, земля высохла
» (8:14). Таким образом, потоп продолжался почти год.


На Земле осталось только одно благочестивое семейство. Первое, что сделал Ной, выйдя из ковчега, было жертвоприношение (Быт. 8:20). Эта жертва есть исполнение подвига праведника: верность перед потопом, твердость и мужество во время всемирного бедствия и, наконец, жертва хваления, которую он приносит сразу же по выходе из ковчега. В связи с жертвоприношением еще раз обращу ваше внимание на употребление антропоморфизмов. Блаженный Феодорит пишет: «Блаженный Моисей сказал, что и при Ное «обоня Господь Бог воню благоухания
» (Быт. 8: 21), то есть похвалил намерение принесших, потому что Бог не имеет нужды в жертвах» [74, т. 29, с. 313].


«И благословил Бог Ноя и сынов его и сказал им: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю. Да страшатся и да трепещут вас все звери земные, и все птицы небесные, все, что движется на земле, и все рыбы морские: в ваши руки отданы они. Все движущееся, что живет, будет вам в пищу; как зелень травную даю вам все. Только плоти с душею ее, с кровью ее, не ешьте. Я взыщу и вашу кровь, [в которой] жизнь ваша, взыщу ее от всякого зверя, взыщу также душу человека от руки человека, от руки брата его. Кто прольет кровь человеческую, того кровь прольется рукою человека: ибо человек создан по образу Божию. Вы же плодитесь и размножайтесь, и распространяйтесь по земле, и умножайтесь на ней
» (Быт. 9:1-7).


И заключил Бог с Ноем завет (это понятие мы раскроем позже, когда речь пойдет о патриархе Аврааме), главное содержание которого в том, что Бог не будет более наводить потоп на Землю, то есть такая, если можно сказать, «хирургическая операция» по уничтожению всего человечества, ставшего проводником зла, более не будет повторяться (Быт. 9:8-17). Знамением завета поставлена радуга. «…В начале словом Божиим небеса и земля составлены из воды и водою: потому тогдашний мир погиб, быв потоплен водою. А нынешние небеса и земля, содержимые тем же Словом, сберегаются огню на день суда и погибели нечестивых человеков»
(2 Пет. 3:5-7).


Человеку в пищу дается плоть, то есть разрешается человеку питаться мясом животных (в первом благословении только зелень травная, растения были благословлены (Быт. 1:29) в пищу человеку). При этом полагается строгий запрет на вкушение крови животных и на пролитие человеческой крови (Быт. 9:4,5). Со вторым ясно – это будущая заповедь «не убий». А вот с первым следует разобраться. В приведенном тексте связываются душа и кровь. Есть и другие места в Священном Писании, где говорится, что «душа тела в крови»
(Лев. 17:11)


По-видимому, эти слова буквально понимать нельзя. По святоотеческому учению, поскольку душа по своей природе выше тела, то не душа содержится в теле, а, наоборот, тело объемлется, поддерживается и сохраняется для жизни именно душой, а не обратно, поэтому бессмысленно рассуждать о том, в каком месте тела содержится душа. А кровь (как и дыхание) является наиболее емким символом жизни вообще; и потеря крови и остановка дыхания ассоциируется всегда с опасностью или с потерей жизни. И термин «кровь» употреблен здесь именно в этом смысле «Я взыщу и вашу кровь, [в которой] жизнь ваша»
(Быт. 9:5).


Почему же запрещается вкушение крови? Этот запрет в Пятикнижии многократно потом повторяется (Лев. 3:17, Втор. 12:16, 15:23). Приведенное сопоставление крови с жизнью говорит о том, что жизнь не есть наша собственность. Ни наша собственная жизнь, ни другого человека, ни животного не является тем, чем мы можем свободно, по своему рассмотрению распоряжаться. Она дана Богом и принадлежит непосредственно Ему, и только Он Сам может распорядиться ею. Жизнь принадлежит Богу, поэтому при жертвоприношении кровь отделяется и не вкушается вместе с остальными частями жертвы. Святитель Кирилл Александрийский говорит о символическом значении этого запрета, так как кровь изображает разумную и бессмертную душу, почему и должна отделяться от приносимых в жертву и умерщвляемых тел [38, кн. 1, с. 471].


«Я назначил ее вам для жертвенника, чтобы очищать души ваши, ибо кровь сия душу очищает»
(Лев. 17:11), сказано в Писании.


Можно предположить также, что строжайший запрет вкушения крови служил приготовлением к таинству Евхаристии. Когда в Капернауме Спаситель сказал: «истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни
» (Ин. 6:53) многим из Его слушателей это показалось безумием, потому что если нельзя вкушать даже кровь животных (по закону впоследствии считалось, что животное, которое убито так, что кровь его осталась в нем – то, что называется удавлениной, – не подлежит вкушению, вкушать можно только мясо тех животных, которые убиты так, что из них истекла кровь), то как же можно вкушать кровь человека? Уникальность, единственность, и спасительность именно этой Крови, которая дается Сыном Божиим в пищу человекам, как раз подчеркивается и приуготовляется запретом на употребление крови в Ветхом Завете. И слова Спасителя о необходимости вкушения Его крови поставили учеников перед дилеммой: либо перед ними безумец, либо истинный Сын Божий, поскольку кто, кроме Бога, может переменить древнюю заповедь, данную еще Ною?


Само же разрешение вкушения мяса после потопа может быть объяснено тем, что в связи с повсеместным развитием греха, человечество все более ослабевает и становится немощным, кроме того, и земля все более оскудевает, поэтому и благословляется вкушение мясной пищи – это самое простое и близкое к буквальному объяснение. Блаженный Феодорит Кирский считал, что это сделано и в видах предотвращения развития идолопоклонства, чтобы не боготворили животных.


Само по себе разделение животных в Ветхом Завете на чистых и нечистых в природе самих этих животных никакого объяснения не находит. В толкованиях преподобного Ефрема Сирина, блаженного Феодорита и других настаивается на том, что это есть указание грядущим поколениям на отличие греха от праведности, чистых помыслов от нечистых, необходимость отличия людей благочестивых от грешников, Церкви от язычников и так далее, – собственно, на разделение в самом роде человеческом и в области духовной деятельности человека. Следовательно, разделение животных на чистых и нечистых имело значение чисто символическое.



2.5. История потомков Ноя

Далее мы видим, что такая внешняя мера, как потоп, не исправила человека, пребывающего в падшем состоянии. Хотя Ной и является прообразом Христа, родоначальником нового человечества, оно отнюдь не стало нравственно обновленным. В семейство Ноя также вошел грех, грех хамства – такое с тех пор он получил название. Этот личный грех – третий из описанных в Писании после грехов Адама и Каина. Значит он имеет, если так можно выразиться, фундаментальное значение. В чем оно заключается?


Казалось бы, формально говоря, Ной сам был виноват: в обнаженном виде лежал среди своего шатра (Быт. 9:20,21) – так мог, по крайней мере, оправдать себя Хам. А он просто пошел и сообщил братьям: «пойдите, посмотрите, что делается». И тем не менее это поступок навлек на его род проклятие. Дело в том, что Хам нарушил фундаментальную заповедь «почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле»
(Исх. 20:12), хотя она еще не была сформулирована. Почитание отца восходит к Богопочитанию. Не случайно Христос сказал: «и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, который на небесах
» (Мф. 23:9) – этим Он не запрещал, по-видимому, называть отца отцом, но учил помнить, что собственно земное отцовство собой изображает и откуда происходит человек. Вспомним родословие Господа Иисуса Христа у евангелиста Луки (Лк. 3:23-38), который возводит его до Адама и дальше до Бога. И вот этот фундаментальный принцип Богопочитания, который раскрывается через почитание отца, здесь был нарушен. Грех Хама повторен иудейскими старейшинами, глумившимися над распятым Сыном Божиим.


И, конечно же, Хамом попрана любовь. Эту любовь, мы видим, являют его братья. Внутреннее нравственное чувство им подсказало, что нужно сделать. Покрыть отца своего, покрыть его внешним образом, конечно же, одеждой, но мы с вами знаем из Писания, что «ненависть возбуждает раздоры, но любовь покрывает все грехи
» (Прит. 10:12). Покрыть любовью – значит, действуя по любви, быть готовым покрыть, то есть не увидеть, тем более, не осудить какую-то немощь, какое-то согрешение ближнего. Что и исполняют братья Хама Сим и Иафет.


Здесь снова следует обратить внимание на то, как Писание может емко характеризовать человека. «Сыновья Ноя, вышедшие из ковчега, были: Сим, Хам и Иафет. Хам же был отец Ханаана
» (Быт. 9:18). В то время, когда вокруг бушевали воды потопа, губившие все живое, Хам обзавелся потомством.


Проклятие, которое произносит Ной, не касается самого Хама. Почему? Потому, что не задолго до этого все семейство Ноя, включая Хама, получило благословение от Бога, поэтому праведник Ной не дерзает человека, благословленного Богом, проклинать, но проклинает его потомство и говорит: «проклят Ханаан; раб рабов он будет у братьев своих. Потом сказал: благословен Господь Бог Симов; Ханаан же будет рабом ему; да распространит Бог Иафета, и да вселится он в шатрах Симовых; Ханаан же будет рабом ему
» (Быт. 9:25-27). По объяснению блаженного Феодорита, «должно знать еще, что слова праведного суть предсказание, а не проклятие. Поелику израильтяне, ведшие род от Сима, должны были принять во владение Палестину, в древности же населяли ее происшедшие от Ханаана, то предсказанию своему Ной дает вид проклятия, предрекая будущее и устрашая последующие роды, чтобы не согрешали против родителей» [73, с. 47 – 48].


Этим пророческое значение слов Ноя не исчерпывается, в нем содержится и предсказание о новозаветной Церкви, поскольку Сим, как и в предыдущем толковании, явился родоначальником еврейского народа, из которого и состояла ветхозаветная Церковь. Под вселением
Иафета в шатры Симовы
понимается толкователями вступление в Церковь прочих народов.



2.6. Вавилонское столпотворение

Затем дается родословие сынов Ноевых: Сима, Хама и Иафета (Быт., 10 гл.). Вслед за этим изображается деяние, которое затрагивает историю общечеловеческую, а именно строительство Вавилонской башни. Мы видим, что всякий дар Божий, который люди имеют, они оказываются способными обратить в какое-то зло. И вот Божий дар – единство, которое люди имели, они тоже сумели извратить строительством башни. Как говорится в повествовании библейском: «построим себе город и башню, высотою до небес, и сделаем себе имя
» (Быт. 11:4). Мы с вами видим, что совсем нередко те технические средства, которые вроде бы позволяют людям теснее общаться, быстрее преодолевать расстояния, быстрее сообщать друг другу какие-то сведения, очень часто используются именно для того, чтобы объединиться в общих греховных начинаниях. Общемировая культура, которая сейчас начинает складываться, носит, пожалуй, выраженный греховный характер; а складываться она начинает очень быстро именно благодаря разным средствам массовой информации и коммуникации. Здесь то же самое: люди решили свое единство каким-то образом обоготворить, то есть единство устроить так, чтобы оно им заменило Бога, а именно – сделать себе имя. И результатом этого деяния было то, что люди были разлучены между собой посредством смешения языков, они перестали понимать друг друга, и беззаконное строительство прекратилось (Быт. 11:7,8).


Вавилонская башня – это еще и образ ложного, не опирающегося на откровения богословия, основанного на плотском мудровании, которое разрушает Бог. Раскрывая духовный смысл события, преподобный Максим Исповедник писал: «Так как строившие башню прежде двинулись с востока – области света (я имею в виду область единственного и истинного ведения о Боге), а затем пришли в землю Сеннаар (Быт. 11:2-4), которая толкуется как «богохульные уста», то они впали в многоразличность мнений о Божестве и, складывая словно кирпичи речи каждого мнения, стали возводить словно башню, многобожное безбожие» [37, с. 83].


Таким образом, они были, с одной стороны, наказаны, а с другой стороны, в этом явилось очередное благодеяние Божие. Через смешение языков появилась возможность для некоторого карантина: если развращается один народ, то, отделенный от других, он не может легко их «заразить» грехом. Мы видим, что единство и неразделенность людей допотопных привели к тому, что развратилось все человечество. Кроме Ноя и его сыновей не был обнаружен никто, достойный того, чтобы его спасать. Разделение языков привело к тому, что у Бога появилась возможность создать себе народ и отделить его от прочих народов так, чтобы в нем хранилось и передавалось истинное благочестие.


Преодоление же описанного греховного разделения мы видим в Новом Завете, когда апостолы получают дар языков (Деян. 2:1- 4). В день Пятидесятницы, после сошествия Святого Духа, апостолы начинают свою проповедь, и мы видим людей из разных народов, говорящих на разных языках, которые слушают эту апостольскую проповедь и понимают ее. Это преодоление древнего разделения. Такое понимание этого события мы видим в кондаке праздника Святой Троицы – Пятидесятницы.



Гла­ва 3. Па­т­ри­арх Ав­ра­ам

После описания строительства Вавилонской башни кни­га Бы­тия пе­ре­клю­ча­ет на­ше вни­ма­ние с об­ще­че­ло­ве­че­с­кой пер­спек­ти­вы на судь­бу од­но­го се­мей­ст­ва, ко­то­рое впос­лед­ст­вии пре­вра­тит­ся в на­род. Глав­ной фи­гу­рой последующего повествования яв­ля­ет­ся па­т­ри­арх Ав­ра­ам, од­но из са­мых зна­чи­тель­ных лиц в Священной истории.



3.1. При­зва­ние. Обе­то­ва­ние

Пер­во­на­чаль­но имя Ав­ра­а­ма бы­ло Ав­рам (отец возвышенный). Он вме­с­те с от­цом Фар­рой жил в Уре Хал­дей­ском. Это – один из древ­них го­ро­дов-го­су­дарств, один из цен­т­ров древ­ней ци­ви­ли­за­ции. Оче­вид­но, что го­род­ская куль­ту­ра с ее цен­т­ра­ли­зо­ван­ным язы­че­с­ким куль­том мог­ла от­ри­ца­тель­но вли­ять на лю­дей, со­хра­няв­ших ве­ру в ис­тин­но­го Бо­га. По по­ве­ле­нию Бо­жию отец Ав­ра­а­ма Фар­ра по­ки­да­ет Ур, до­хо­дит до Хар­ра­на и там ос­та­нав­ли­ва­ет­ся. Там Бог об­ра­ща­ет­ся к Ав­ра­му. «Пой­ди из зем­ли тво­ей, от род­ст­ва тво­е­го и из до­ма от­ца тво­е­го [и иди] в зем­лю, ко­то­рую Я ука­жу те­бе»
(Быт. 12:1). Обратите ваше внимание на то, что мы не знаем, каким образом Бог «сказал» и как Аврам понял, Кто к нему обращается.


Заметим здесь, что, исходя из хронологии, Авраам вышел из Харана до смерти Фары, который умер, прожив 205 лет (Быт. 11:32), а Авраам ушел, когда тому было 145.


Итак, что же пред­ла­га­ет­ся Ав­ра­му? «Пой­ди из зем­ли тво­ей, от род­ст­ва тво­е­го и из до­ма от­ца тво­е­го в зем­лю, ко­то­рую Я ука­жу те­бе. И Я про­из­ве­ду от те­бя ве­ли­кий на­род, и бла­го­слов­лю те­бя, и воз­ве­ли­чу имя твое, и бу­дешь ты в бла­го­сло­ве­ние. Я бла­го­слов­лю бла­го­сло­вляю­щих те­бя, и зло­сло­вя­щих те­бя про­кля­ну; и бла­го­сло­вят­ся в те­бе все пле­ме­на зем­ные
» (Быт. 12:1–3). Ве­ли­кие и уди­ви­тель­ные обетования: Бог обе­ща­ет быть со­юз­ни­ком Ав­ра­му, быть дру­гом всем, кто дру­же­ст­вен­но рас­по­ло­жен к нему, и быть вра­гом для его вра­гов, и обе­ща­ет, что Аврам бу­дет в бла­го­сло­ве­нии. Со­гла­си­тесь, для че­ло­ве­ка это очень мно­го – он дол­жен быть вы­да­ю­щим­ся. Впос­лед­ст­вии уви­дим, что Бог го­ворит о Себе: «Я Бог Ав­ра­а­мов
» (Исх. 3:6), – уди­ви­тель­ные сло­ва. Это мо­жет сви­де­тель­ст­во­вать о двух ве­щах: ли­бо, что это та­кой Бог, Ко­то­рый боль­ше ни­ко­му не ну­жен, ли­бо этот че­ло­век та­ков, что Бо­гу не за­зор­но пред­ста­вить­ся: «Я Бог то­го-то». Приведу при­мер: ви­дя твер­дость му­че­ни­ков, языч­ни­ки вос­кли­ца­ли: «Ве­лик Бог хри­с­ти­ан!» Из одного этого следует, что Ав­рам впол­не мо­жет яв­лять­ся сви­де­те­лем ве­ли­чия Бо­жия. Об­ра­ти­те вни­ма­ние на дан­ное ему обе­то­ва­ние: «бла­го­сло­вят­ся в те­бе все пле­ме­на зем­ные
», – мы уви­дим, что со вре­ме­нем форма этого благословения из­ме­нилась: «И благословятся в семени твоем все народы Земли
» (Быт. 22:18).


Пер­вый шаг, ко­то­рый пред­ла­га­ет­ся сде­лать Ав­ра­му, – это шаг пол­но­го са­мо­от­вер­же­ния, не­что по­доб­ное смер­ти. Дело в том, что в древ­них об­ще­ст­вах особого по­ня­тия о цен­но­с­ти че­ло­ве­ка, о ка­ких-то до­сто­ин­ст­вах че­ло­ве­че­с­кой лич­но­с­ти, или о пра­вах этой лич­но­с­ти не су­ще­ст­во­ва­ло. Че­ло­век ре­а­ли­зо­вы­вал­ся как лич­ность, то есть собственно как че­ло­век, ког­да он был чле­ном со­ци­у­ма, ког­да он был чле­ном ка­ко­го-то об­ще­ст­ва. По­че­му ве­ли­кие древ­ние фи­ло­со­фы так спо­кой­но от­но­си­лись к раб­ст­ву? Че­ло­век – это не­ко­то­рое су­ще­ст­во, ко­то­рое об­ла­да­ет пра­ва­ми граж­дан­ст­ва, яв­ля­ясь граж­да­ни­ном по­ли­са. Ес­ли это су­ще­ст­во (в дан­ном слу­чае раб) граж­да­ни­ном не яв­ля­ет­ся, то оно не яв­ля­ет­ся че­ло­ве­ком. По­это­му ни­ка­кой экс­плу­а­та­ции че­ло­ве­ка че­ло­ве­ком нет, есть про­сто вот та­кое удоб­ное, хо­ро­шее, ум­ное ору­дие тру­да, но че­ло­ве­ком оно не яв­ля­ет­ся, по­то­му что не име­ет граж­дан­ских прав. Ес­ли кто-то убил ка­ко­го-то чу­же­ст­ран­ца в по­ле, то он осо­бо­го пре­ступ­ле­ния не со­вер­шил, точ­но убил про­сто жи­вот­ное, и все.


По­ня­тие о до­сто­ин­ст­ве, о цен­но­с­ти че­ло­ве­че­с­кой лич­но­с­ти – это по­ня­тие уже но­во­за­вет­ное, по­ня­тие хри­с­ти­ан­ское: че­ло­ве­че­с­кая лич­ность цен­на по­то­му, что о ней по­мнит Бог, по­то­му что она со­зда­на по об­ра­зу и по­до­бию Бо­жь­е­му, по­то­му что она в очах Бо­жи­их име­ет свою цен­ность. И вот имен­но этот опыт пред­ла­га­ет­ся при­об­ре­с­ти Ав­ра­му. Един­ст­вен­ной опо­рой, един­ст­вен­ным смыс­лом и цен­но­с­тью в его жиз­ни с это­го мо­мен­та ста­но­вит­ся Бог, Ко­то­рый пред­ла­га­ет ему ид­ти в не­из­ве­ст­ную зем­лю.


И вот ког­да Ав­рам ис­хо­дит из до­ма от­ца сво­е­го, из род­ст­ва сво­е­го, из зем­ли сво­ей, то в ка­ком-то смыс­ле он пол­но­стью от­вер­га­ет­ся са­мо­го се­бя. По­то­му что по­сле это­го ему не на что опе­реть­ся, ни­что не оп­ре­де­ля­ет его че­ло­ве­че­с­ко­го до­сто­ин­ст­ва и ка­ко­го-то ме­с­та под солн­цем, кро­ме Бо­га. Он до­ве­ря­ет се­бя Про­мыс­лу Бо­жию це­ли­ком, ни­че­го не ос­тав­ляя за со­бой. Он мог в лю­бой мо­мент быть ог­раб­лен, убит. По­это­му мы ви­дим, что за­ко­ны ду­хов­ной жиз­ни, ко­то­рые фор­му­ли­ру­ют­ся в Еван­ге­лии, не вновь при­не­сен­ные, – это за­ко­ны веч­ные. Про­сто до оп­ре­де­лен­но­го мо­мен­та они бы­ли за­бы­ты. За об­щим оди­ча­ни­ем че­ло­ве­че­ст­ва не бы­ло уже да­же и воз­мож­но­с­ти эти за­ко­ны под­дер­жи­вать в дей­ст­вии. Тем не ме­нее они дей­ст­во­ва­ли все­гда. И мы ви­дим, что по­двиг Ав­ра­ма на­чи­на­ет­ся имен­но (по­ми­мо то­го, что он хра­нит по­чи­та­ние еди­но­го Бо­га) с са­мо­от­вер­же­ния. Как го­во­рит Хри­с­тос: «если кто хочет идти за Мною, от­верг­нись се­бя, возь­ми крест свой и сле­дуй за Мной
» (Мф. 16:24). Точ­но так же по­сту­па­ет и Ав­рам[12]
. Дальнейшая жизнь патриарха Авраама была крестоношением, которое наиболее ярко раскрылось в принесении в жертву Исаака.


И вот ухо­дит Ав­рам, и с ним идет пле­мян­ник его Лот (Быт. 12:4) – здесь опять же не го­во­рит­ся, по­че­му идет Лот. Зна­ем, что Лот так­же был пра­вед­ни­ком, ве­ро­ят­но, мы ви­дим не­что по­доб­ное вхож­де­нию в Но­ев ков­чег. Лот ве­рой сво­ей про­зрел то, что в этом ис­хо­де Ав­ра­ма из Хар­ра­на про­хо­дит, мо­жет быть, цен­т­раль­ная ли­ния всей че­ло­ве­че­с­кой ис­то­рии. Эта це­поч­ка от Ада­ма ко Хри­с­ту, ли­ния че­ло­ве­че­с­ко­го спа­се­ния, при­об­ще­ния к Цар­ст­ву Не­бес­но­му – она имен­но вот сей­час идет че­рез Ав­ра­ма и ре­а­ли­зу­ет­ся в этом ис­хо­де из Хар­ра­на. И, воз­мож­но, именно по­это­му Лот при­со­е­ди­ня­ет­ся к Ав­ра­му и ухо­дит вме­с­те с ним.


И вот они при­хо­дят в зем­лю Ха­на­ан­скую и ос­та­нав­ли­ва­ют­ся не­да­ле­ко от Си­хе­ма (Быт. 12:6), где Гос­подь яв­ля­ет­ся Ав­ра­му и го­во­рит, что по­том­ст­ву его от­даст Он эту зем­лю. Ав­рам ста­вит на том ме­с­те жерт­вен­ник Бо­гу и при­но­сит там жерт­ву. Здесь впер­вые со вре­ме­ни из­гна­ния из рая в Пи­са­нии го­во­рит­ся о яв­ле­нии Бо­га пра­вед­ни­ку. Это то­же осо­бым об­ра­зом под­чер­ки­ва­ет вы­со­ту по­дви­га Ав­ра­ма. Об­ра­ти­те вни­ма­ние, что до Мо­и­сея, до вре­ме­ни Си­най­ско­го за­ко­на функ­ции свя­щен­ни­ка при­над­ле­жат, как пра­ви­ло, гла­ве се­мьи, и жерт­во­при­но­ше­ния спе­ци­аль­ным об­ра­зом не рег­ла­мен­ти­ру­ют­ся. Жерт­вен­ни­ки ста­вят­ся и жерт­вы со­вер­ша­ют­ся по ка­ким-ли­бо слу­ча­ям там, где это по­на­до­бит­ся.


Этим явлением, воз­мож­но, оп­ре­де­ля­ет­ся сим­во­ли­че­с­кое зна­че­ние Си­хе­ма в даль­ней­шей ис­то­рии Из­ра­и­ля. Здесь пе­ред смер­тью за­клю­чил за­вет с на­ро­дом Ии­сус На­вин (Нав. 24:25); здесь пред­при­ня­та пер­вая по­пыт­ка ус­та­нов­ле­ния мо­нар­хии (Суд. 9:1); здесь со­вер­ша­лось по­став­ле­ние на цар­ст­во сы­на Со­ло­мо­на Ро­во­а­ма (3 Цар. 12:1); здесь на­хо­ди­лась пер­вая сто­ли­ца Се­вер­но­го цар­ст­ва (3 Цар. 12:25).



3.2. Пу­те­ше­ст­вие в Еги­пет

Про­дви­га­ясь на юг стра­ны, Ав­рам был вы­нуж­ден по при­чи­не го­ло­да сов­сем ос­та­вить Па­ле­с­ти­ну и уй­ти в Еги­пет. Здесь, опа­са­ясь быть уби­тым из-за кра­си­вой же­ны, он пред­став­ля­ет ее как свою се­с­т­ру. Это не бы­ло ло­жью, так как она дей­ст­ви­тель­но бы­ла его еди­но­кров­ной се­с­т­рой (Быт. 20:12), но и не бы­ло пол­ной прав­дой. Вве­ряя свою судь­бу и судь­бу Са­ры в ру­ки Бо­жии, Ав­рам, пред­ви­дя не­из­беж­ность раз­лу­че­ния, пре­до­хра­ня­ет егип­тян от по­ся­га­тель­ст­ва на убий­ст­во [29, т. 4, с. 344 – 345; 73, с.50 – 51][13]
.



3.3. Раз­де­ле­ние с Ло­том

Че­рез не­ко­то­рое вре­мя по­сле при­хо­да в Па­ле­с­ти­ну Ав­рам раз­де­лил­ся с Ло­том. Ког­да ум­но­жи­лись их ста­да, воз­ник­ли тре­ния меж­ду па­с­ту­ха­ми, тог­да Ав­рам пред­ло­жил Ло­ту: «да не бу­дет раз­до­ра меж­ду мною и то­бою..., от­де­лись же от ме­ня: ес­ли ты на­ле­во, то я на­пра­во; а ес­ли ты на­пра­во, то я на­ле­во»
(Быт. 13:8-9). Суб­ор­ди­на­ция на­ру­ше­на, по­сколь­ку он как стар­ший впол­не имел пра­во на этот вы­бор. Тем не ме­нее, он его пре­до­став­ля­ет Ло­ту, и тот, как мы ви­дим, скром­но вы­би­ра­ет се­бе луч­шую зем­лю – ниж­нюю часть до­ли­ны Иор­да­на. Ав­рам пол­но­стью до­ве­ря­ет Про­мыс­лу Бо­жь­е­му и на этот вы­бор Ло­та со­гла­ша­ет­ся. И по­сле то­го, как Лот от­де­ля­ет­ся, «ска­зал Гос­подь Ав­ра­му: воз­ве­ди очи твои и с ме­с­та, на ко­то­ром ты те­перь, по­смо­т­ри к се­ве­ру и к югу, и к вос­то­ку и к за­па­ду. Ибо всю зем­лю, ко­то­рую ты ви­дишь, те­бе дам Я и по­том­ст­ву тво­е­му на­ве­ки
» (Быт. 13:14-15). Отойдя от Аврама, Лот лишился со­уча­с­тия в этом обе­то­ва­нии.



3.4. Встре­ча с Мел­хи­се­де­ком

Даль­ше повествуется о том, как со­юз из че­ты­рех ца­рей за­хва­тил Со­дом и Го­мор­ру, увел от­ту­да с со­бою плен­ни­ков, в том чис­ле и Ло­та (Быт. 14:11,12). Ав­ра­м, взяв 318 слуг, до­гоняет этих ца­рей, ус­т­раивает ноч­ной раз­гром и возвращает из пле­на Ло­та и со­дом­ских ца­рей, от ко­то­рых, од­на­ко, от­ка­зывается брать ка­кое-ли­бо воз­на­г­раж­де­ние (Быт. 14:22,23). На обратном пути Ав­рама встречает Мел­хи­се­де­к – один из таинственных героев Вет­хо­го За­ве­та. Царь, о ко­то­ром ни до, ни по­сле это­го эпи­зо­да ни­че­го не го­во­рит­ся в вет­хо­за­вет­ной ис­то­рии. «Мел­хи­се­дек, царь Са­лим­ский, вы­нес хлеб и ви­но. Он был свя­щен­ник Бо­га Все­выш­не­го. И бла­го­сло­вил его, и ска­зал: бла­го­сло­вен Ав­рам от Бо­га Все­выш­не­го, Вла­ды­ки не­ба и зем­ли; и бла­го­сло­вен Бог Все­выш­ний, Ко­то­рый пре­дал вра­гов тво­их в ру­ки твои. [Ав­рам] дал ему де­ся­тую часть из все­го
» (Быт. 14:18-20).


Мел­хи­се­дек по име­ни сво­е­му – «царь прав­ды», по­то­му что «мелх» или «малх» зна­чит царь; по ме­с­ту – царь Са­ли­ма, то есть «царь ми­ра». Он прообразует со­бой, не­со­мнен­но, Хри­с­та. В Псал­ти­ри ска­за­но: «Ты ие­рей во век по чи­ну Мел­хи­се­де­ко­ву
» (Пс. 109:4). Что это за чин? Это чин свя­щен­ст­ва, ко­то­рое не име­ет ни на­ча­ла, ни кон­ца, по­сколь­ку здесь ни о про­ис­хож­де­нии Мел­хи­се­де­ка, ни о его даль­ней­шей судь­бе не го­во­рит­ся, – здесь го­во­рит­ся толь­ко, что он свя­щен­ник Бо­га Все­выш­не­го
. Мы ви­дим, что он встречает Ав­ра­ма хле­бом и ви­ном – те­ми да­ра­ми, ко­то­рые бу­дут впос­лед­ст­вии при­но­сить­ся хри­с­ти­а­на­ми во вре­мя жерт­во­при­но­ше­ния Бо­же­ст­вен­ной Ев­ха­ри­с­тии (cр. [35, ч. 1, с. 176]).


Патриарх Ав­рам при­но­сит ему де­ся­ти­ну. Как впос­лед­ст­вии объ­яс­нил апо­с­тол Па­вел: Ле­вий ро­до­на­чаль­ник свя­щен­ст­ва вет­хо­за­вет­но­го, тог­да еще, бу­ду­чи в чрес­лах Ав­ра­ма, при­нес де­ся­ти­ну Мел­хи­се­де­ку, по­сколь­ку мень­ший бла­го­слов­ля­ет­ся боль­шим
(Евр., 7:6-7). По мнению апостола Павла, это свидетельствует о том, что свя­щен­ст­во Хри­с­то­во по чи­ну Мел­хи­се­де­ко­ву пре­вос­хо­дит ле­вит­ское вет­хо­за­вет­ное свя­щен­ст­во.



3.5. За­вет Бо­жий с Ав­ра­а­мом. Рож­де­ние Из­ма­и­ла

В 15 главе книги Бытия опи­сы­ва­ет­ся ве­ли­кое со­бы­тие – за­клю­че­ние за­ве­та Бо­га с Ав­ра­а­мом. Об­ра­ти­те вни­ма­ние, что опи­са­ние заключения за­ве­та рас­тя­ги­ва­ет­ся на не­сколь­ко глав, а по вре­ме­ни это три­над­цать лет жиз­ни Ав­ра­а­ма.


Че­рез де­сять лет по­сле то­го, как впер­вые Ав­ра­му бы­ло обе­ща­но Богом пе­ре­дать зем­лю Ха­на­ан­скую его по­том­кам, он го­во­рит: «Вла­ды­ка Гос­по­ди! что Ты дашь мне? я ос­та­юсь без­дет­ным; рас­по­ря­ди­тель в до­ме мо­ем этот Ели­е­зер из Да­ма­с­ка. И ска­зал Ав­рам: вот, Ты не дал мне по­том­ст­ва, и вот, до­мо­ча­дец мой на­след­ник мой
» (Быт. 15:2-3). Де­ло в том, что по древ­ним за­ко­нам, ес­ли у че­ло­ве­ка не бы­ло по­том­ст­ва, то его на­след­ни­ком мог стать его до­мо­пра­ви­тель. И вот Ели­е­зер из Да­ма­с­ка, ино­пле­мен­ник, дол­жен был стать на­след­ни­ком до­ма Ав­ра­мо­ва, по­сколь­ку у не­го не бы­ло де­тей. И это при­том, что ему бы­ло обе­ща­но по­том­ст­во, как пе­сок мор­ской. «И бы­ло сло­во Гос­по­да к не­му, и ска­за­но: не бу­дет он тво­им на­след­ни­ком, но тот, кто про­изой­дет из чресл тво­их, бу­дет тво­им на­след­ни­ком. И вы­вел его вон и ска­зал: по­смо­т­ри на не­бо и со­счи­тай звез­ды, ес­ли ты мо­жешь счесть их. И ска­зал ему: столь­ко бу­дет у те­бя по­том­ков. Ав­рам по­ве­рил Гос­по­ду, и Он вме­нил ему это в пра­вед­ность
» (Быт. 15:4-6). Это од­но из клю­че­вых мест Вет­хо­го За­ве­та. Ав­рам (за­ме­тим, что ему бы­ло уже 85 лет) по­ве­рил Бо­гу, и это вме­ни­лось ему в пра­вед­ность
, – по­ми­мо всех про­чих его за­слуг и всех про­чих его дел, ко­то­рые бы­ли в боль­шин­ст­ве сво­ем имен­но про­яв­ле­ни­ем ве­ры. За­тем бы­ло со­вер­ше­но символическое дей­ст­вие, об­ряд вступ­ле­ния в за­вет, ког­да три жерт­вен­ных жи­вот­ных – трех­лет­няя те­ли­ца, ко­за и овен – бы­ли рас­се­че­ны по­по­лам и по­ло­же­ны ря­дом (Быт. 15:9-10). При на­ступ­ле­нии тем­но­ты дым и пла­мя про­шли меж­ду рас­се­чен­ны­ми жи­вот­ны­ми. Это из­ве­ст­ный хал­дей­ский об­ряд, сим­во­ли­зи­ру­ю­щий един­ст­во, в ко­то­рое всту­па­ют две сто­ро­ны, и од­но­вре­мен­но, по-видимому, по­ка­зы­ва­ю­щий, что бу­дет с тем, кто этот до­го­вор на­ру­шит. Объ­яс­няя это ме­с­то Пи­са­ния, свя­ти­тель Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский го­во­рит: «Под ви­дом ог­ня ра­зу­ме­ет­ся опять Бо­же­ст­во, по обы­чаю хал­де­ев со­вер­ша­ю­щее клят­ву. По­се­му и бо­же­ст­вен­ный Па­вел по­ни­ма­ет это в зна­че­нии клят­вы, го­во­ря: «Бог, да­вая обе­то­ва­ние Ав­ра­а­му, как не мог ни­кем выс­шим клясть­ся, клял­ся Са­мим Со­бою, го­во­ря: ис­тин­но бла­го­слов­ляя бла­го­слов­лю те­бя и раз­мно­жая раз­мно­жу те­бя. И так Ав­ра­ам, дол­го­тер­пев, по­лу­чил обе­щан­ное. Лю­ди кля­нут­ся выс­шим, и клят­ва во удо­с­то­ве­ре­ние окан­чи­ва­ет вся­кий спор их. По­се­му и Бог, же­лая пре­иму­ще­ст­вен­нее по­ка­зать на­след­ни­кам обе­то­ва­ния не­пре­лож­ность Сво­ей во­ли, упо­тре­бил в по­сред­ст­во клят­ву
» (Евр.6:13-17)» [38, кн. 2, с. 74].


По объяснению преподобного Ефрема Сирина, «в том, что Авраам от уготованной им жертвы отгонял хищных птиц, Бог показывает ему. что семя его за грехи свои будет злострадать, но по молитвам праведников спасется; в образе огненной пещи, низшедшй с неба, Бог давал ему разуметь, что спасение послано будет с небес, когда не станет среди них праведников» [22, т. 6, с. 280].


За­тем Ав­ра­му бы­ло от­кры­то, что впос­лед­ст­вии его по­том­ки бу­дут при­шель­ца­ми в земле еги­пет­ской и 400 лет бу­дут там в раб­ст­ве, но по­том вер­нут­ся и на­сле­ду­ют эту зем­лю. Далее в об­щих чер­тах дается описание тер­ри­то­рии, ко­то­рая ему обе­ща­на: от ре­ки Еги­пет­ской, до ве­ли­кой ре­ки, ре­ки Ев­фра­та[14]
.


Видимой при­чи­ной от­сут­ст­вия у Аврама на­след­ни­ка бы­ло не­плод­ст­во Са­ры (Быт. 16:2). Са­ра да­ет Ав­ра­му в на­лож­ни­цы свою слу­жан­ку Агарь с тем, что­бы рож­ден­ный ею на ко­ле­ни гос­по­жи ре­бе­нок счи­тал­ся по­том их, то есть его и Са­ры, за­кон­ным сы­ном. Ро­див­ше­му­ся мла­ден­цу да­ют имя Из­ма­ил (Быт. 16:15). Од­на­ко не ему долж­но бы­ло стать на­след­ни­ком обетования, данного Авраму.


Еще 13 лет спу­с­тя, ког­да Ав­ра­му бы­ло де­вя­но­с­то де­вять лет, а Са­ре, со­от­вет­ст­вен­но, де­вя­но­с­то, сно­ва Бог явил­ся Ав­ра­му и ска­зал ему: «Я Бог Все­мо­гу­щий; хо­ди пре­до Мною и будь не­по­ро­чен; и по­став­лю за­вет Мой меж­ду Мною и то­бою, и весь­ма, весь­ма раз­мно­жу те­бя. И пал Ав­рам на ли­це свое. Бог про­дол­жал го­во­рить с ним и ска­зал: Я – вот за­вет Мой с то­бою: ты бу­дешь от­цом мно­же­ст­ва на­ро­дов. И не бу­дешь ты боль­ше на­зы­вать­ся Ав­ра­мом, но бу­дет те­бе имя: Ав­ра­ам, ибо Я сде­лаю те­бя от­цом мно­же­ст­ва на­ро­дов. И весь­ма, весь­ма размножу те­бя, и про­из­ве­ду от те­бя на­ро­ды, и ца­ри про­изой­дут от те­бя. И по­став­лю за­вет Мой меж­ду Мною и то­бою и меж­ду по­том­ка­ми тво­и­ми по­сле те­бя в ро­ды их, за­вет веч­ный в том, что Я бу­ду Бо­гом тво­им и по­том­ков тво­их по­сле те­бя; и дам те­бе и по­том­кам тво­им по­сле те­бя зем­лю, по ко­то­рой ты стран­ст­ву­ешь, всю зем­лю Ха­на­ан­скую, во вла­де­ние веч­ное; и бу­ду им Бо­гом
» (Быт. 17:1–8). Рас­смо­т­рим этот текст.


«Хо­ди пре­до Мною и будь не­по­ро­чен»
. Мы уже встре­ча­ли это вы­ра­же­ние: пер­вый раз по от­но­ше­нию к Ено­ху, и вто­рой раз по от­но­ше­нию к Ною, ко­то­рый был не­по­ро­чен и хо­дил пред Бо­гом. Мож­но пред­по­ло­жить, в свя­зи с тем, что мы уже об Ав­р­а­ме зна­ем, что не­по­роч­ность и хож­де­ние пред Бо­гом
уже бы­ли свой­ст­вен­ны его жиз­ни, его ду­ше, и здесь Бог не тре­бу­ет от не­го че­го-то но­во­го, но ут­верж­да­ет его на том пу­ти, на ко­то­ром он уже пре­бы­ва­ет.


Да­лее Бог возвещает Ав­раа­му, что бу­дет ум­но­же­но его по­том­ст­во, что с ни­ми так­же бу­дет по­став­лен за­вет, что ему и по­том­кам в на­сле­дие бу­дет да­на зем­ля, ко­то­рую он ви­дит во­круг се­бя. «Я бу­ду Бо­гом тво­им и по­том­ков тво­их по­сле те­бя
» (Быт. 17:7), – в этом от­рыв­ке это обе­ща­ние по­вто­ря­ет­ся триж­ды, что, не­со­мнен­но, тре­бу­ет вни­ма­ния. Впос­лед­ст­вии, ког­да бу­дет за­клю­чать­ся за­вет со всем на­ро­дом из­ра­иль­ским че­рез Мо­и­сея (Исх. 19:3–6) и ког­да Бог всту­пит в за­вет с Да­ви­дом лич­но (2 Цар. 7:8–16), не­из­мен­ным пунк­том все­гда бу­дет это обе­ща­ние. О чем идет речь? О вос­ста­нов­ле­нии по­те­рян­но­го Бо­го­об­ще­ния. Ведь это са­мое страш­ное по­след­ст­вие гре­хо­па­де­ния. И обе­то­ва­ние вос­ста­нов­ле­ния это­го Бо­го­об­ще­ния при­сут­ст­ву­ет во всех этих за­ве­тах.


Обе­то­ва­ние зем­ли мож­но по­нять в уз­ком смыс­ле, что в ка­кие-то вре­ме­на те лю­ди, ко­то­рые про­изой­дут от Ав­ра­а­ма, бу­дут жить на оп­ре­де­лен­ной ге­о­гра­фи­че­с­кой тер­ри­то­рии, и Бог бу­дет им вся­че­с­ки по­кро­ви­тель­ст­во­вать. Но мож­но, ко­неч­но, по­нять это и бо­лее глу­бо­ко. И да­же са­мо Свя­щен­ное Пи­са­ние за­став­ля­ет нас по­ни­мать это та­ким об­ра­зом. По­че­му? По­то­му что ес­ли бы речь шла толь­ко о про­стом фи­зи­че­с­ком ум­но­же­нии по­том­ков Ав­ра­а­ма и при­об­ре­те­нии ими оп­ре­де­лен­ной тер­ри­то­рии (что са­мо по се­бе ис­пол­ни­лось), то Свя­щен­ное Пи­са­ние Вет­хо­го За­ве­та впол­не мог­ло на­счи­ты­вать в се­бе толь­ко шесть книг: Пя­ти­кни­жие и кни­гу Ии­су­са На­ви­на. По­сколь­ку в кни­ге Ии­су­са На­ви­на мы ви­дим весь­ма раз­мно­жив­ших­ся по­том­ков Ав­ра­а­ма, ко­то­рые за­хва­ти­ли се­бе зем­лю ханаанскую, хо­тя не сов­сем в тех гра­ни­цах, как здесь ска­за­но, но ос­нов­ную ее часть. Соб­ст­вен­но, по­сле это­го обя­за­тель­ст­во Бо­га пе­ред людь­ми было вы­пол­не­но и со­дер­жа­ние Вет­хо­го За­ве­та ис­чер­па­но. Од­на­ко по­сле это­го мы ви­дим еще ты­ся­че­лет­нюю ис­то­рию, ко­то­рая свидетельствует о том, что речь идет не толь­ко о при­об­ре­те­нии ка­ко­го-то уча­ст­ка зем­ной по­верх­но­с­ти. Ведь Ав­ра­ам лич­но так ни­че­го и не по­лу­чил. Зна­чит, зем­ля обе­то­ван­ная есть про­об­раз че­го-то. По­нят­но че­го – Цар­ст­вия Не­бес­но­го. Сле­до­ва­тель­но, речь идет о воз­вра­ще­нии че­ло­ве­ку по­те­рян­но­го рая, глав­ной осо­бен­но­с­тью ко­то­ро­го бы­ла пол­но­та и сво­бо­да Бо­го­об­ще­ния, бли­зость Бо­га к че­ло­ве­ку. Ког­да мы бу­дем го­во­рить о кни­гах про­ро­че­с­ких и най­дем там обе­то­ва­ние о Но­вом За­ве­те (Иер. 31:31–34), то главным достоинством его бу­дет то, что Гос­подь обе­ща­ет быть Бо­гом тех, кто вой­дет с Ним в этот За­вет. Так что мож­но сме­ло ут­верж­дать, что по ве­ре сво­ей Ав­ра­ам по­лу­чил обе­то­ва­ние о Но­вом За­ве­те.



3.6. Об­ре­за­ние

И, на­ко­нец, за­вет за­пе­чат­ле­ва­ет­ся за­по­ве­дью об­ре­за­ния (Быт. 17:10–14), ко­то­рое долж­но со­вер­шать­ся в вось­мой день. На этом ветхозаветном обряде нуж­но ос­та­но­вить­ся не­сколь­ко по­дроб­нее. У об­ре­за­ния мы мо­жем уви­деть два зна­че­ния: пер­вое – по­учи­тель­ное, ко­то­рое го­во­рит нам о том, что об­ре­за­ние – это не толь­ко фор­маль­ный знак при­над­леж­но­с­ти к из­бран­но­му на­ро­ду и за­ве­ту с Ним. Уже в кни­гах за­ко­но­по­ло­жи­тель­ных в ус­тах са­мо­го Мо­и­сея зву­чат вы­ра­же­ния, ко­то­рые го­во­рят нам о том, что это есть не толь­ко фор­маль­ный те­ле­сный знак. На­при­мер, в кни­ге Ле­вит в 26 гла­ве упо­ми­на­ет­ся серд­це «не­об­ре­зан­ное», в кни­ге Вто­ро­за­ко­ние Мо­и­сей го­во­рит: «Об­режь­те край­нюю плоть серд­ца ва­ше­го»
, да­лее про­рок Ие­ре­мия в сво­ей кни­ге в 9 гла­ве го­во­рит, что «весь дом Из­ра­и­лев с не­об­ре­зан­ным серд­цем
» (Иер. 9:26). И, на­ко­нец, что­бы закончить этот ряд свидетельств, при­ве­дем сло­ва пер­во­му­че­ни­ка Сте­фа­на пе­ред су­ди­ли­щем, ког­да он обличал иудеев: «же­с­то­ко­вый­ные! Лю­ди с не­об­ре­зан­ным серд­цем и уша­ми
» (Де­ян. 7:51), – не­со­мнен­но, что да­же эти не­сколь­ко ци­тат по­ка­зы­ва­ют, что в этом обряде мы долж­ны уви­деть не­что боль­шее простого те­ле­сно­го зна­ка. Ну, уши еще мож­но об­ре­зать ка­ким-то об­ра­зом, но ес­ли че­ло­ве­ку об­ре­зать серд­це, то ле­таль­ный ис­ход обес­пе­чен. Та­ким об­ра­зом, нуж­но по­нять, ка­кой же здесь вну­т­рен­ний смысл. Связь с же­с­то­ко­вый­но­с­тью го­во­рит о том, что об­ре­за­ние – это есть знак и сим­вол под­чи­не­ния че­ло­ве­ка во­ле Бо­жи­ей, сим­вол не­об­хо­ди­мо­с­ти от­ре­шить­ся от гре­хов­ных дел пло­ти и ду­ха, и по­это­му глав­ным объ­ек­том, ко­то­ро­му это об­ре­за­ние долж­но по­ла­гать­ся, яв­ля­ет­ся серд­це, из ко­то­ро­го вы­хо­дят злые по­мы­ш­ле­ния и злые де­ла. Цель об­ре­за­ния – вступ­ле­ние с Бо­гом в за­вет и в на­сле­дие Его обе­то­ва­ния. А про­об­ра­зо­ва­тель­ное зна­че­ние об­ре­за­ния – таинство кре­ще­ния. В 30-й гла­ве кни­ги Вто­ро­за­ко­ние Бог обе­ща­ет Сам че­рез оп­ре­де­лен­ное вре­мя по­сле пле­на об­ре­зать серд­ца из­ра­иль­тян (Втор. 30:6). Апо­с­тол Па­вел в по­сла­нии к Рим­ля­нам го­во­рит о том, что об­ре­за­ние Ав­ра­а­ма есть «пе­чать пра­вед­но­с­ти че­рез ве­ру
» (Рим. 4:11), а в по­сла­нии к Ко­лос­ся­нам го­во­рит, что «в Нем, –
то есть во Хри­с­те, в Ко­то­ром оби­та­ет вся пол­но­та Бо­же­ст­ва те­ле­сно, – вы и об­ре­за­ны об­ре­за­ни­ем не­ру­ко­тво­рен­ным, со­вле­че­ни­ем гре­хов­но­го те­ла пло­ти, об­ре­за­ни­ем Хри­с­то­вым
» (Кол. 2:9–11). И в по­сла­нии к Рим­ля­нам апо­с­тол Па­вел так­же го­во­рит об об­ре­за­нии серд­ца Ду­хом (Рим. 2:29). И как это не­ру­ко­твор­ное об­ре­за­ни­е ве­ру­ю­щих в Но­вом За­ве­те на­зы­ва­ет­ся Хри­с­то­вым, так ­же вет­хое ру­ко­твор­ное об­ре­за­ние то­же есть Хри­с­то­во и про­об­ра­зу­ет его. Как го­во­рит бла­жен­ный Фе­о­до­рит Кир­ский: «На­ше об­ре­за­ние есть не отъ­я­тие не­ко­то­рой ма­лой ча­с­ти те­ла, но ос­во­бож­де­ние все­го от по­вреж­де­ния» [цит. по 80, с. 116]. А свя­ти­тель Фе­о­фан За­твор­ник го­во­рит, что «хри­с­ти­ан­ское об­ре­за­ние – об­ре­за­ние серд­ца Ду­хом по ве­ре в Гос­по­да Ии­су­са Хри­с­та, в ко­ем че­ло­век сбра­сы­ва­ет с се­бя ти­ран­ст­во гре­ха» [80, с. 117]. Со­вер­ша­ет­ся оно в ку­пе­ли кре­ще­ния, по­сле ко­то­рой хри­с­ти­а­нин ста­но­вит­ся мерт­вым гре­ху и жи­вым Бо­гу (Рим. 6:14). При­чем тем, что об­ре­зы­ва­ет­ся муж­ской пол, жен­ский «не ис­клю­ча­ет­ся от за­ве­та, но вхо­дит в не­го сво­им рож­де­ни­ем от об­ре­зан­ных и об­ре­за­ни­ем» [81, ч. 2, c. 111] тех, кто от них рож­да­ет­ся. И об­ре­за­ние, как и про­ро­че­ст­во о се­ме­ни же­ны, ука­зы­ва­ет на му­же­с­кий пол Хри­с­та, че­рез ко­то­ро­го со­вер­шит­ся вос­ста­нов­ле­ние.



3.7. Что та­кое за­вет

Те­перь вре­мя вы­яс­нить для се­бя, что оз­на­ча­ет сло­во за­вет
. Ев­рей­ское слово «брит» точ­нее бы­ло бы пе­ре­ве­с­ти сло­вом «со­юз»[15]
или «до­го­вор». Это дву­сто­рон­ние от­но­ше­ния, в ко­то­рых оп­ре­де­ле­ны пра­ва и обя­зан­но­с­ти каждой из сто­рон. Ка­жет­ся, в слу­чае Ав­ра­а­ма, так и есть. Ав­ра­а­му предъ­яв­ля­ют­ся не­ко­то­рые ус­ло­вия: хо­дить пред Бо­гом
и быть не­по­роч­ным
. В Свою оче­редь, Бог бе­рет на Се­бя не­ко­то­рые обя­за­тель­ст­ва: бла­го­сло­вить
, раз­мно­жить
, дать зем­лю
. На­вер­ное, это и долж­но бы­ло быть на­зва­но до­го­во­ром Бо­га с Ав­ра­а­мом. Но семь­де­сят тол­ков­ни­ков по­че­му-то пе­ре­ве­ли это сло­во на гре­че­с­кий как «ди­а­фи­ки» – «за­ве­ща­ние, за­вет». По­че­му? По при­чи­не не­ра­вен­ст­ва до­го­ва­ри­ва­ю­щих­ся сто­рон. В слу­чае до­го­во­ра, на­ру­ше­ние его ус­ло­вий од­ной сто­ро­ной ве­дет к ос­во­бож­де­нию от сво­их обя­за­тельств дру­гой. Но здесь, с од­ной сто­ро­ны, че­ло­век – «яко трава дние его, яко цвет сельный, тако отцветет
» (Пс. 102:15), а с дру­гой сто­ро­ны, Бог – веч­ный и не­из­мен­ный. «До­го­вор, то есть обе­ща­ние, на­зы­ва­ет Бо­же­ст­вен­ное Пи­са­ние За­ве­том, по при­чи­не его твер­до­с­ти и не­на­ру­ши­мо­с­ти, по­то­му что до­го­во­ры ча­с­то на­ру­ша­ют­ся, за­кон­ные же за­ве­ты не­на­ру­ши­мы» [35, ч. 1, c. 344] го­во­рит пре­по­доб­ный Иси­дор Пе­лу­си­от. При том, что че­ло­век впос­лед­ст­вии не­од­но­крат­но на­ру­шал ус­ло­вия за­ве­та, Бог все­гда ос­та­вал­ся и ос­та­ет­ся ве­рен то­му, что Он ска­зал. Имен­но из-за вер­но­с­ти Бо­га до­го­вор и по­лу­ча­ет на­зва­ние за­ве­та
, то есть за­ве­ща­ния, ко­то­рое за­ви­сит уже толь­ко от во­ли то­го, кто его да­ет, не­за­ви­си­мо от во­ли тех, ко­му это за­ве­ща­но. Кро­ме то­го апо­с­тол Па­вел го­во­рит, что, как за­ве­ща­ние всту­па­ет в си­лу в тот мо­мент, ког­да уми­ра­ет за­ве­щав­ший (Евр. 9:16,17), так же и бла­го­сло­ве­ние Бо­жие, ко­то­рое да­но в за­ве­те
, всту­па­ет в си­лу, ког­да Бог уми­ра­ет на кре­с­те. По­сле смер­ти и вос­кре­се­ния Хри­с­то­ва че­ло­ве­че­ст­во всту­па­ет в об­ла­да­ние на­след­ст­вом, ко­то­рое за­ве­ща­но Бо­гом.



3.8. Пе­ре­ме­на име­ни и обе­ща­ние сы­на

Ав­ра­му да­ет­ся но­вое имя: Ав­ра­ам – отец множества народов (Быт. 17:5). В Свя­щен­ном Пи­са­нии не­сколь­ко раз встре­чаются при­ме­ры то­го, как че­ло­ве­ку ме­ня­ют имя. Зна­че­ние это­го со­бы­тия, по край­ней ме­ре, трой­ст­вен­ное: пер­вое – кто-то хо­чет явить свою власть, как, на­при­мер, фа­ра­он меняет имя Ели­а­ки­ма на Ио­а­ки­ма (4 Цар. 23:34), вто­рое – в ука­за­ние будущего пред­наз­на­че­ния, как, на­при­мер, Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос говорит Си­мо­ну, «ты на­ре­чешь­ся Ки­фа
» (Ин. 1:42), и тре­тье – в па­мять о ка­ком-ли­бо со­бы­тии, на­при­мер, по­сле не­ко­то­ро­го та­ин­ст­вен­но­го по­един­ка Иа­ко­ву дается но­вое имя Из­ра­иль (Быт. 32:28). Так и здесь: в знак по­кор­но­с­ти Ав­ра­а­ма Бо­гу и в па­мять о за­клю­че­нии это­го за­ве­та, и в знак пред­зна­ме­но­ва­ния бу­ду­щей судь­бы по­том­ков Ав­ра­а­ма да­ет­ся ему это но­вое имя. Са­ра ста­но­вит­ся Сар­рой (Быт. 17:15), что зна­чит «гос­по­жа».


«Я бла­го­слов­лю ее и дам те­бе от нее сы­на; бла­го­слов­лю ее, и про­изой­дут от нее на­ро­ды, и ца­ри на­ро­дов про­изой­дут от нее. И пал Ав­ра­ам на ли­це свое, и рас­сме­ял­ся, и ска­зал сам в се­бе: не­уже­ли от сто­лет­не­го бу­дет сын? и Сар­ра, де­вя­но­с­то­лет­няя, не­уже­ли ро­дит? И ска­зал Ав­ра­ам Бо­гу: о, хо­тя бы Из­ма­ил был жив пред ли­цем Тво­им! Бог же ска­зал: имен­но Сар­ра, же­на твоя, ро­дит те­бе сы­на, и ты на­ре­чешь ему имя: Иса­ак; и по­став­лю за­вет Мой с ним за­ве­том веч­ным [и] по­том­ст­ву его по­сле не­го
» (Быт. 17:16–19). В этих сло­вах есть чер­ты, на­по­ми­на­ю­щие Бла­го­ве­ще­ние. Преж­де чу­дес­но­го рож­де­ния сы­на уже да­ет­ся имя и обе­ща­ет­ся по­став­ле­ние веч­но­го за­ве­та.


У Авраама меняется и звучание и значение имени, он становится отцом верующих. У Сарры – только звучание, что возможно означает ее причастие к Завету через Авраама. Свт. Иоанн Златоуст объясняет это так: «Как тебе, говорит Бог Аврааму, через приложение буквы Я назнаменовал, что будешь отцом многих народов, так подобным образом и к имени Сары прилагаю букву, дабы ты знал, что теперь наступает время исполниться прежним обетованиям» [29, т. 4, с. 435].


Можно задаться вопросом, почему после того, как Аврааму было дано обетование, то есть обещание, с ним заключается еще и Завет, который налагает обязательства и на Авраама? Не является ли предъявление ему дополнительных условий нарушением справедливости? Ведь ради обетования он пришел в землю Ханаанскую, и тут оказалось, что от него требуется что-то еще.


На самом деле все требования Завета (кроме обрезания) Авраам соблюдал раньше, чем они ему были явным образом предъявлены. И внимательное сравнение двух текстов показывает нам, что обетование дано лично Аврааму. А завет, скрепляемый обрезанием, относится главным образом к его потомкам. «Ибо Я избрал его для того, чтобы он заповедал сынам своим и дому своему после себя, ходить путем Господним, творя правду и суд
» (Быт.18:19). Чтобы они не думали, что сам факт происхождения от Авраама делает их наследниками обетования, Бог указал, что именно будет отличать истинных наследников и чад Авраама - хождение пред Богом и непорочность. Потому-то и сказал Христос иудеям: «Если бы вы были дети Авраама, то дела Авраамовы делали бы
» (Ин. 8:39).



3.9. Ше­с­тое яв­ле­ние Бо­га Ав­ра­а­му. От­кро­ве­ние Свя­той Тро­и­цы

Ше­с­тое бо­го­яв­ле­ние про­изо­ш­ло у ду­б­ра­вы Ма­м­ре (то есть при­над­ле­жав­шей Ма­м­ре амор­ре­я­ни­ну, со­юз­ни­ку Ав­ра­а­ма – Быт. 14:13), где по­се­лил­ся Ав­ра­ам по­сле раз­де­ле­ния с Ло­том.


«И явил­ся ему Гос­подь у ду­б­ра­вы Ма­м­ре, ког­да он си­дел при вхо­де в ша­тер, во вре­мя зноя днев­но­го. Он воз­вел очи свои и взгля­нул, и вот, три му­жа сто­ят про­тив не­го. Уви­дев, он по­бе­жал на­вст­ре­чу им от вхо­да в ша­тер и по­кло­нил­ся до зем­ли, и ска­зал: Вла­ды­ка! ес­ли я об­рел бла­го­во­ле­ние пред оча­ми Тво­и­ми, не прой­ди ми­мо ра­ба Тво­е­го
» (Быт. 18:1-3). Во вре­мя это­го яв­ле­ния Ав­ра­ам по­лу­ча­ет под­тверж­де­ние то­го, что имен­но от Сар­ры мень­ше чем че­рез год ро­дит­ся сын.


Свя­ти­тель Ам­вро­сий Ме­ди­о­лан­ский счи­тал, что в ви­де трех ан­ге­лов яви­лись три ли­ца Свя­той Тро­и­цы, – ка­жет­ся, это един­ст­вен­ное та­кое свя­то­оте­че­с­кое мне­ние. Бла­жен­ный Ав­гу­с­тин полагал, что это бы­ли про­сто три ан­ге­ла. И, на­ко­нец, це­лый ряд от­цов – это Иу­с­тин Фи­ло­соф, Ири­ней Ли­он­ский, Свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст – счи­та­ли, что это бы­ло яв­ле­ние двух ан­ге­лов и Сы­на Бо­жия. Од­ним из глав­ных ар­гу­мен­тов в поль­зу это­го мне­ния яв­ля­ет­ся то, что уже по­сле это­го Бо­го­яв­ле­ния го­во­рит­ся, что два му­жа «по­ш­ли в Со­дом; Ав­ра­ам же еще сто­ял пред ли­цем Гос­по­да»
(Быт. 18:22). И еще то, что имен­но со Вто­рым Ли­цом Свя­той Тро­и­цы в Пи­са­нии и свя­зы­ва­ет­ся имя Ан­ге­ла. Мы уви­дим под­тверж­де­ние это­му в по­сле­ду­ю­щих кни­гах.


Свя­ти­тель Фи­ла­рет Мос­ков­ский го­во­рит о том, что «обык­но­ве­ние Церк­ви пред­став­лять на ико­нах тай­ну Свя­той Тро­и­цы в об­ра­зе трех ан­ге­лов, явив­ших­ся Ав­ра­а­му, по­ка­зы­ва­ет, что бла­го­че­с­ти­вая древ­ность точ­но в чис­ле
этих ан­ге­лов по­ла­га­ла сим­вол Свя­той Тро­и­цы, ибо, впро­чем, в ли­цах их нель­зя ис­кать се­го сим­во­ла, пое­ли­ку Бо­га От­ца и Бо­га Ду­ха Свя­то­го ни­ког­да ни­кто не пред­став­лял в об­ра­зе ан­ге­лов» [81, ч. 2, c. 122]. Не слу­чай­но, что на из­ве­ст­ной ико­не пре­по­доб­но­го Ан­д­рея Руб­ле­ва от­ме­ча­ет­ся схо­жесть ли­ков трех ан­ге­лов, так что тол­ко­ва­те­ли ино­гда пред­ла­га­ют раз­ные изъ­яс­не­ния, ка­кой ан­гел ка­кое ли­цо Свя­той Тро­и­цы со­бой пред­став­ля­ет. Этот факт под­тверж­да­ет спра­вед­ли­вость мне­ния свя­ти­те­ля Фи­ла­ре­та.



3.10. Об­сто­я­тель­ст­ва ги­бе­ли Со­до­ма и Го­мор­ры

В свя­зи с ис­то­ри­ей ги­бе­ли Со­до­ма и Го­мор­ры хо­чет­ся сде­лать сле­ду­ю­щие за­ме­ча­ния. «И ска­зал Гос­подь: утаю ли Я от Ав­ра­а­ма, что хо­чу де­лать!»
(Быт. 18:17). Эти сло­ва про­ли­ва­ют свет на тай­ну про­ро­че­с­ко­го слу­же­ния. По­че­му бы и не ута­ить? Та­ко­ва Его во­ля. «Ибо Гос­подь Бог ни­че­го не де­ла­ет, не от­крыв Сво­ей тай­ны ра­бам Сво­им, про­ро­кам»
(Ам. 3:7). «Я уже не на­зы­ваю вас ра­ба­ми, ибо раб не зна­ет, что де­ла­ет гос­по­дин его; но Я на­звал вас дру­зь­я­ми, по­то­му что ска­зал вам все, что слы­шал от От­ца Мо­е­го»
(Ин. 15:15). Итак, Ав­ра­ам есть друг Бо­жий.


Об­ра­ти­те вни­ма­ние еще вот на ка­кое об­сто­я­тель­ст­во. Ког­да Бог со­би­ра­ет­ся по­ра­зить Со­дом и Го­мор­ру, Он про­яв­ля­ет как бы не­ко­то­рую не­ре­ши­тель­ность и не­зна­ние всех об­сто­я­тельств де­ла (Быт. 18:20,21). Нас это уже не долж­но удив­лять, по­сколь­ку по­доб­ная си­ту­а­ция уже не в пер­вый раз встре­ча­ет­ся нам на стра­ни­цах кни­ги Бы­тия (Быт. 3:9-11; 4:9). И каж­дый раз она свя­за­на с тем, что че­ло­ве­ку тем са­мым да­ет­ся ка­кая-то но­вая воз­мож­ность. В дан­ном слу­чае бла­го­да­ря этой «не­ре­ши­тель­но­с­ти» Ав­ра­ам по­лу­ча­ет воз­мож­ность вы­сту­пить хо­да­та­ем к ми­ло­сер­дию Бо­жию. Он мо­лит Гос­по­да по­ща­дить го­род, и ра­ди де­ся­ти пра­вед­ни­ков Гос­подь со­гла­сен по­ми­ло­вать Со­дом и Го­мор­ру (Быт. 18:32), но да­же и де­ся­ти там не на­хо­дит­ся, хо­тя го­ро­да, ка­за­лось бы, бы­ли боль­шие. Спас­ся от­ту­да толь­ко Лот с до­черь­ми, от ко­то­рых бе­рут на­ча­ло Мо­а­ви­тя­не и Ам­мо­ни­тя­не (Быт. 19:30-38).



3.11. На­след­ни­ки Ав­ра­а­ма

По­сле рож­де­ния Иса­а­ка «уви­де­ла Сар­ра, что сын Ага­ри Егип­тян­ки, ко­то­ро­го она ро­ди­ла Ав­ра­а­му, на­сме­ха­ет­ся. И ска­за­ла Ав­ра­а­му: вы­го­ни эту ра­бы­ню и сы­на ее, ибо не на­сле­ду­ет сын ра­бы­ни сей с сы­ном мо­им Иса­а­ком. И по­ка­за­лось это Ав­ра­а­му весь­ма не­при­ят­ным ра­ди сы­на его. Но Бог ска­зал Ав­ра­а­му: не огор­чай­ся ра­ди от­ро­ка и ра­бы­ни тво­ей; во всем, что ска­жет те­бе Сар­ра, слу­шай­ся го­ло­са ее, ибо в Иса­а­ке на­ре­чет­ся те­бе се­мя. И от сы­на ра­бы­ни Я про­из­ве­ду на­род, по­то­му что он се­мя твое
» (Быт. 21:9-13). Из­ма­ил от­сы­ла­ет­ся, а на­след­ни­ком обе­то­ва­ния де­ла­ет­ся Иса­ак.


Очень назидателен при­мер тол­ко­ва­ния Свя­щен­но­го Пи­са­ния, ко­то­рый мы встре­ча­ем в бе­се­дах свя­ти­те­ля Фи­ла­ре­та от­но­си­тель­но трех по­сле­до­ва­тель­ных на­след­ни­ков Ав­ра­а­ма: Ели­е­зе­ра, Из­ма­и­ла и Иса­а­ка. В их ли­це он ви­дит изо­б­ра­же­ние трех пе­ри­о­дов жиз­ни Церк­ви – па­т­ри­ар­халь­ный, под­за­кон­ный и но­во­за­вет­ный.


Кро­ме то­го в них мож­но уви­деть три ви­да ус­т­ро­е­ния че­ло­ве­че­с­кой ду­ши по от­но­ше­нию к Цар­ст­ву Не­бес­но­му.


Ели­е­зер изо­б­ра­жа­ет со­бой ес­те­ст­вен­но бла­го­ус­т­ро­ен­ную жизнь: че­ло­век на­чи­на­ет тру­дить­ся, де­лая ка­кие-то пер­вые опы­ты са­мо­от­вер­же­ния, но пре­бы­ва­ет в не­до­уме­нии и не­из­ве­ст­но­с­ти от­но­си­тель­но сво­е­го спа­се­ния. И уто­мив­шись от этой не­из­ве­ст­но­с­ти, че­ло­век на­чи­на­ет счи­тать свое при­род­ное со­сто­я­ние за бла­го­дат­ное. Он опи­ра­ет­ся на ес­те­ст­вен­ные до­б­ро­де­те­ли: че­ло­ве­ко­лю­бие, ми­ло­сер­дие, что­бы на них ос­но­вать все пра­во на­сле­дия Веч­но­го. Де­ла­ет­ся сие из про­сто­ты, и ес­ли че­ло­век мо­лит­ся Бо­гу, то ему от­кры­ва­ет­ся, что эти до­б­ро­де­те­ли, – по­рож­де­ние пло­ти и кро­ви, Цар­ст­во Бо­жие не на­сле­ду­ют. Не­ред­ко при­хо­дит­ся слы­шать о ком-то: он в Бо­га не ве­ру­ет, в цер­ковь не хо­дит, но он хо­ро­ший, до­б­рый, всем по­мо­га­ет, ни­ко­го не оби­жа­ет – раз­ве он не спа­сет­ся? Так вот, ока­зы­ва­ет­ся, что ес­те­ст­вен­ная лег­кость ха­рак­те­ра, хо­ро­шее вос­пи­та­ние, при­ят­ность в об­ра­ще­нии еще не де­ла­ют нас сы­но­вь­я­ми Бла­го­дат­но­го Цар­ст­ва, как Ели­е­зер, ко­то­ро­му Ав­рам сна­ча­ла со­би­ра­лся ос­та­вить весь свой дом, дей­ст­ви­тель­но не стал на­след­ни­ком обе­то­ва­ния.


Сле­дом Из­ма­ил, ко­то­рый вследствие не­плод­ст­ва Сар­ры ро­дил­ся от Ага­ри. Это рож­де­ние тол­ку­ет­ся сле­ду­ю­щим об­ра­зом. Без­дет­ность Са­ры и Ав­ра­ма яв­ля­ет со­бой при­мер ду­ши, ко­то­рая дол­го не чув­ст­ву­ет спа­си­тель­ных пло­дов воз­рож­де­ния и уве­рен­но­с­ти в ис­ти­не бла­го­дат­ных обе­то­ва­ний, и по не­тер­пе­ли­во­с­ти стре­мит­ся уси­лен­ны­ми дей­ст­ви­я­ми спо­соб­ст­во­вать ско­рей­ше­му при­ше­ст­вию бла­го­да­ти. Эти уси­лия, эта де­я­тель­ность про­яв­ля­ют­ся в ка­ких-то де­лах внеш­них, в де­лах внеш­не­го бла­го­че­с­тия или, как в Вет­хом За­ве­те, де­лах за­кон­ных. И вот это сме­ше­ние Ав­ра­ма с Ага­рью есть сме­ше­ние жи­во­тво­ря­ще­го ду­ха ве­ры с уби­ва­ю­щей бук­вой за­ко­на, сво­бо­ды ве­ры, ко­то­рую изо­б­ра­жа­ет Ав­ра­ам, с раб­ст­вом за­ко­на (ср. Гал. 4:24-25).


Как го­во­рит свя­ти­тель Фи­ла­рет: «В де­лах пло­ти по за­ко­ну че­ло­век мнит об­ре­с­ти пра­во на рож­де­ние, по­ве­рив в ду­хов­ное чад­ст­во Бо­жие. Эта де­я­тель­ность, нрав­ст­вен­ная по сво­е­му ис­точ­ни­ку, по­сколь­ку эти за­ко­ны про­ис­хо­дят от Бо­га или ус­та­нав­ли­ва­ют­ся Цер­ко­вью, ес­ли го­во­рить к на­ше­му вре­ме­ни, но раб­ская по сво­е­му об­ра­зу, по­это­му не об­ре­та­ет сво­е­го по­коя, сво­ей суб­бо­ты в Бо­ге». Свя­ти­тель Фи­ла­рет го­во­рит, что «в лю­дях, на­хо­дя­щих­ся в сем со­сто­я­нии, не­ред­ко при­ме­чать мож­но из­ма­и­ло­во свой­ст­во – на­ла­гать ру­ки на всех», – та­кое го­во­рит­ся Ага­ри по по­во­ду Из­ма­и­ла, что «ру­ки его на всех»
(Быт. 16:12), он бу­дет по­сто­ян­но во­ин­ст­во­вать на всех, кто его ок­ру­жа­ет. В ис­то­ри­че­с­ком пла­не это обе­ща­ние ис­пол­ня­ет­ся по­столь­ку, по­сколь­ку Из­ма­и­ла сво­им пред­ком счи­та­ют ара­бы, и их во­ин­ст­вен­ная ис­то­рия на про­тя­же­нии ве­ков счи­та­ет­ся ис­пол­не­ни­ем это­го про­ро­че­с­ко­го от­кро­ве­ния Ага­ри. В ду­хов­ном смыс­ле, на­ла­гать ру­ки на всех – то есть осуж­дать всех тех, ко­то­рые идут не од­ним с ни­ми пу­тем и во­ору­жать­ся про­тив них силь­ною, но не все­гда бла­го­рас­суд­ною рев­но­с­тью» [81, ч. 2, c. 100]. Ес­ли Ели­е­зер пред­став­ля­ет со­бой со­сто­я­ние че­ло­ве­ка до­за­кон­ное, не­ко­то­рое со­сто­я­ние ес­те­ст­вен­ной пра­вед­но­с­ти, Из­ма­ил – со­сто­я­ние Вет­хо­за­вет­ное, то есть под­чи­нен­ность и раб­ст­во, то бла­го­дат­ное со­сто­я­ние сво­бо­ды изо­б­ра­жа­ет­ся Иса­а­ком, ко­то­рый есть рож­де­ние в сво­бо­ду чад Бо­жи­их.


Итак, тре­тий об­раз – это Иса­ак, ко­то­рый есть рож­де­ние в сво­бо­ду чад Бо­жи­их. Девяностодевятилет­ний Ав­ра­ам с изум­ле­ни­ем слы­шит о рож­де­нии от не­го сы­на. Это изум­ле­ние Ав­ра­а­ма на­по­ми­на­ет изумление, ко­то­рое ис­пы­тал Ни­ко­дим в бе­се­де со Спа­си­те­лем, ког­да Он ему сказал, что «долж­но вам ро­дить­ся свы­ше
» (Ин. 3:7). Здесь идет речь об од­ном и том же: бла­го­дат­ное, на­сто­я­щее ду­хов­ное воз­рож­де­ние че­ло­ве­ка, его дей­ст­ви­тель­ное вхож­де­ние в обе­то­ва­ние, усы­нов­ле­ние Бо­жие про­ис­хо­дит со­вер­шен­но для че­ло­ве­ка не­по­нят­ным, сверхъ­е­с­те­ст­вен­ным об­ра­зом. Жизнь вну­т­рен­няя ут­верж­да­ет­ся на раз­ва­ли­нах внеш­них. Как го­во­рит свя­ти­тель Фи­ла­рет Московский: «Бог не от­вер­га­ет Из­ма­и­ла, но завет вечный поставляет с Исааком: Бог не отвергает дел закона, которым помоществует, и за которые предстательствует вера; но к веч­но­му с со­бой со­еди­не­нию пре­до­пре­де­ля­ет токмо бла­го­да­тью на­саж­да­е­мою в ду­ше вну­т­рен­нюю жизнь ве­ры и люб­ви» [81, ч. 2, c. 116], – все эти про­ме­жу­точ­ные ста­дии, ко­то­рые символизируют Ели­е­зер и Из­ма­ил, еще не есть то, чем на­сле­ду­ет­ся обе­то­ва­ние, а оно на­сле­ду­ет­ся имен­но бла­го­да­тью Бо­жи­ей.


Ког­да Бог да­ет Ав­ра­му обе­то­ва­ние о рождении Иса­а­ка, то пе­ча­тью это­го обе­то­ва­ния и за­ло­гом его рож­де­ния является но­вое имя Ав­ра­ам и закон об­ре­за­ния, ко­то­рые прообразуют со­бой та­ин­ст­во крещения, по­сколь­ку в кре­ще­нии хри­с­ти­а­нин по­лу­ча­ет но­вое та­ин­ст­вен­ное имя и переживает но­вое, ду­хов­ное рож­де­ние.



3.12. Ве­ли­кое ис­ку­ше­ние Ав­ра­а­ма

И на­ко­нец, седь­мое и вось­мое Бо­го­яв­ле­ния свя­за­ны с при­не­се­ни­ем в жерт­ву сы­на Ав­ра­а­ма – Иса­а­ка. Пе­ред на­ми вста­ет во­прос, ко­то­рый ча­с­то вы­зы­ва­ет не­до­уме­ние да­же у са­мих пра­во­слав­ных: за­чем Бо­гу нуж­но бы­ло про­ве­рять ве­ру Ав­ра­а­ма? Раз­ве Бог не знал, что Ав­ра­ам в не­го ве­ру­ет, ког­да уже Ав­ра­ам по­ве­рил Бо­гу, и ве­ра эта вме­ни­лась ему в пра­вед­ность? Ино­гда фор­му­ли­ру­ют бо­лее же­ст­ко: раз­ве мож­но так из­де­вать­ся над от­цом, ве­леть ему при­не­с­ти в жерт­ву соб­ст­вен­но­го сы­на, за­чем это бы­ло нуж­но? Обыч­ный от­вет – в этой жерт­ве мы ви­дим про­об­раз кре­ст­ной жерт­вы Сы­на Бо­жия – сра­зу про­бле­му не сни­ма­ет. Сто­ит ли ра­ди со­зда­ния про­об­ра­за так же­с­то­ко об­ра­щать­ся с Ав­ра­а­мом? Го­во­рят: нет, все-та­ки Бог у вас ка­кой-то злой, с людь­ми зло и не­хо­ро­шо об­ра­ща­ет­ся – нам Бог та­кой не нра­вит­ся. А Ав­ра­ам про­сто фа­на­тик.


Бог, ко­неч­но, в на­шей за­щи­те не нуж­да­ет­ся, но, тем не ме­нее, хо­тя бы для сво­е­го соб­ст­вен­но­го ура­зу­ме­ния, здесь, на­вер­ное, все-та­ки нуж­но что-то ска­зать. Да­вай­те по­ду­ма­ем, мо­жет быть, Ав­ра­ам при­об­рел в ре­зуль­та­те что-то та­кое, че­го ни­ка­ким дру­гим об­ра­зом при­об­рес­ти не­воз­мож­но? Что же Ав­ра­ам мог пе­ре­жи­вать, чув­ст­во­вать по­ми­мо ве­ли­кой скор­би от не­об­хо­ди­мо­с­ти при­не­се­ния этой жерт­вы? Клю­чом мо­гут слу­жить сло­ва Гос­по­да Ии­су­са Хри­с­та, ска­зан­ные иу­де­ям: «Ав­ра­ам, отец ваш, рад был уви­деть день Мой; и уви­дел, и воз­ра­до­вал­ся
» (Ин. 8:56), – ког­да, в ка­кой мо­мент уви­дел и воз­ра­до­вал­ся Ав­ра­ам, ког­да он умер за­дол­го до Хри­с­та? – ска­за­ли Ему иу­деи: «Те­бе нет еще пя­ти­де­ся­ти лет, – и Ты ви­дел Ав­ра­а­ма?
» (Ин. 8:7). Свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст ком­мен­ти­ру­ет это так: «под днем Он ра­зу­ме­ет здесь день Хри­с­та, ко­то­рый Ав­ра­ам про­об­ра­зо­вал при­не­се­ни­ем ов­на и Иса­а­ка. <…> Этим по­ка­зы­ва­ет, что не по не­во­ле идет на стра­да­ния (Гос­подь), по­то­му что хва­лит То­го, Кто ра­до­вал­ся о кре­с­те, так как крест был спа­се­ни­ем все­лен­ной» [29, т. 8, c. 362]. Итак, свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст ут­верж­да­ет нам, что Ав­ра­ам ра­до­вал­ся имен­но о Кре­с­те и о дне Кре­с­та.


Мы зна­ем, что путь в Цар­ст­вие Не­бес­ное ле­жит че­рез Крест, ле­жит че­рез Гол­го­фу, при­чем этот путь и этот за­кон по­ло­жен не толь­ко лю­дям но­во­за­вет­ным, не толь­ко тем, ко­то­рые жи­вут по­сле Хри­с­та, но это путь еди­ный для всех лю­дей. И ес­ли по­смо­т­рим на жизнь вет­хо­за­вет­ных пра­вед­ни­ков: па­т­ри­ар­хов, про­ро­ков – то все­гда уви­дим этот же са­мый за­кон: не­се­ния Кре­с­та и со­ст­ра­да­ния Хри­с­ту. На путь са­мо­от­вер­же­ния Ав­ра­ам всту­пил, вы­хо­дя из Хар­ра­на. Вся его по­сле­ду­ю­щая жизнь бы­ла кре­с­то­но­ше­ни­ем. Те­перь же мы ви­дим его куль­ми­на­цию. Не­со­мнен­но, что этот про­об­раз кре­ст­ной жерт­вы, ко­неч­но же, от­кры­ва­ет­ся не толь­ко нам, но, в пер­вую оче­редь, сам Ав­ра­ам сде­лал­ся сви­де­те­лем Хри­с­ту, и имен­но ему от­кры­лась эта тай­на Сы­на Бо­жия. В этом со­мне­вать­ся со­вер­шен­но не при­хо­дит­ся. Апо­с­тол Па­вел в 11 гла­ве по­сла­ния к Ев­ре­ям го­во­рит о том, что «ве­рою Ав­ра­ам, бу­ду­чи ис­ку­ша­ем, при­нес
в жерт­ву Иса­а­ка...
» (Евр. 11:17). Ка­кой ве­рой? Ве­рой в то, что Бог, дав­ший Иса­а­ка от омерт­ве­лой ут­ро­бы Сар­ри­ной, спо­со­бен «и из мерт­вых вос­кре­сить»
его,
по­сколь­ку имен­но че­рез не­го долж­но бы­ло бы прий­ти ис­пол­не­ние обе­то­ва­ния. (Сра­зу от­ме­тим, что на­ме­ре­ние апо­с­тол при­рав­ни­ва­ет к са­мо­му дей­ст­вию). Вот эта ве­ра во Хри­с­та «стра­дав­ша, и по­гре­бен­на, и вос­крес­ша­го в тре­тий день
» и сде­ла­ла его сви­де­те­лем и со­уча­ст­ни­ком тай­ны Хри­с­то­ва стра­да­ния. Толь­ко действенная ве­ра, а не одно знание того, что Бог есть, яв­ля­ет­ся спа­си­тель­ной.


Окон­ча­тель­но убе­дить­ся в спра­вед­ли­во­с­ти та­ко­го объ­яс­не­ния это­го со­бы­тия поз­во­ля­ет тот факт, что имен­но во вре­мя по­сле­до­вав­ше­го за ним бо­го­яв­ле­ния Ав­ра­а­му из­ме­ня­ет­ся фор­му­ли­ров­ка обе­то­ва­ния. Ес­ли преж­де го­во­ри­лось, что «бла­го­сло­вят­ся в те­бе все пле­ме­на зем­ные
» (Быт. 12:3), или что в по­том­ст­ве тво­ем бла­го­сло­вят­ся все ко­ле­на зем­ная, то те­перь го­во­рит­ся, что «бла­го­сло­вят­ся в се­ме­ни
тво­ем все на­ро­ды зем­ли
» (Быт. 22:18). Мы уже с ва­ми этот тер­мин – се­мя
– встре­ча­ли в Пер­во­еван­ге­лии (Быт. 3:15) и го­во­ри­ли о его мес­си­ан­ском зна­че­нии. Здесь уже кон­крет­ное ука­за­ние, что не в Ав­ра­а­ме лич­но и не во всей со­во­куп­но­с­ти по­том­ков, а имен­но во Хри­с­те бу­дет его бла­го­сло­ве­ние и из­бав­ле­ние, тай­ну ко­то­ро­го Ав­ра­ам созерцал здесь, во вре­мя этой жерт­вы.


Те­перь нам со­вер­шен­но яс­на при­чи­на оби­лия про­об­ра­зо­ва­тель­ных черт. Это не про­сто ин­сце­ни­ров­ка, два со­бы­тия име­ют глу­бо­кую вну­т­рен­нюю связь. Хри­с­тос без­ро­пот­но под­чи­ня­ет­ся От­цу, и Иса­ак под­чи­ня­ет­ся; Хри­с­тос не­сет крест, и Иса­ак не­сет дро­ва. Преж­де жерт­вы Ав­ра­ам с сы­ном со­вер­ша­ют трех­днев­ное пу­те­ше­ст­вие. И ес­ли мыс­лен­но Ав­ра­ам за­клал Иса­а­ка сра­зу, то трех­днев­ное пу­те­ше­ст­вие пре­ду­ка­зы­ва­ет на трех­днев­ное пре­бы­ва­ние Спа­си­те­ля во гро­бе. И на­ко­нец, как вме­с­то Иса­а­ка при­но­сит­ся в жерт­ву аг­нец, так и Хри­с­тос-Аг­нец при­но­сит­ся в жерт­ву за всех лю­дей.


Ав­ра­ам яв­ля­ет ве­ли­кую вы­со­ту са­мо­от­вер­жен­ной люб­ви к Бо­гу, ко­то­рая де­ла­ет его при­ча­ст­ни­ком тай­ны. Это та же са­мая вы­со­та, на ко­то­рой Мо­и­сей мо­лил Бо­га о спа­се­нии Из­ра­иль­тян да­же це­ной сво­е­го соб­ст­вен­но­го от­вер­же­ния и сво­ей соб­ст­вен­ной ги­бе­ли. Точ­но так же Апо­с­тол Па­вел го­во­рил, что он го­тов был быть от­ре­шен­ным от Хри­с­та ра­ди спа­се­ния сво­е­го на­ро­да (Рим. 9:3).


Го­ра есть об­раз ду­хов­но­го вос­хож­де­ния. Свя­ти­тель Фи­ла­рет так го­во­рит в этой свя­зи. Вы по­мни­те, что Ав­ра­ам с Иса­а­ком по­ш­ли на го­ру на­верх, а ра­бы Ав­ра­а­мо­вы ос­та­лись вни­зу сто­ро­жить ос­лов, на ко­то­рых они при­еха­ли. Свя­ти­тель Фи­ла­рет Мос­ков­ский го­во­рит, что «лю­ди, по­ра­бо­щен­ные или за­ко­ну пло­ти по­хо­тью, или за­ко­ну внеш­них толь­ко дел: гор­до­с­тью и ли­це­ме­ри­ем, не до­сти­га­ют этой вы­со­ты люб­ви, не по­сти­га­ют ее и да­же от­вер­га­ют. “Ду­шев­ный че­ло­век не при­ни­ма­ет то­го, что от Ду­ха Бо­жия”
, – го­во­рит апо­с­тол Па­вел (1 Кор. 2:14), – вме­с­то то­го, что­бы, ос­та­вив все зем­ное и не­ся крест свой, вос­хо­дить на го­ру яв­ля­ю­ще­го­ся Бо­га, да­бы при­ча­с­тить­ся смер­ти и вос­кре­се­ния Хри­с­то­ва, они ос­та­ют­ся под го­рою и сте­ре­гут ос­ля свое» [81, ч. 2, c. 178].


И по­след­нее. Го­ра, на ко­то­рой со­вер­ша­ет­ся жерт­во­при­но­ше­ние Иса­а­ка, по пре­да­нию, го­ра Мо­риа (ср. Быт. 22:2), на ко­то­рой впос­лед­ст­вии был со­ору­жен Ие­ру­са­лим­ский храм.



Гла­ва 4. Па­т­ри­ар­хи Иса­ак, Иа­ков, Ио­сиф

Не ме­нее важ­ной, чем жизнь Ав­ра­а­ма, для по­ни­ма­ния пу­тей до­мо­ст­ро­и­тель­ст­ва спа­се­ния яв­ля­ет­ся и ис­то­рия его бли­жай­ших по­том­ков. В ней, в ос­нов­ном че­рез про­об­ра­зы, под­тверж­да­ет­ся и про­яс­ня­ет­ся дан­ное Ав­ра­а­му обе­то­ва­ние и рас­кры­ва­ют­ся но­вые гра­ни до­б­ро­де­те­ли.



4.1. Жизнь Иса­а­ка

Мы про­пу­с­тим пе­ре­сказ со­бы­тий из жиз­ни па­т­ри­ар­ха Иса­а­ка, упо­мя­нув толь­ко о том, что обе­то­ва­ние, дан­ное Ав­ра­а­му, бы­ло по­вто­ре­но Иса­а­ку. Жизнь его, в от­ли­чие от его пред­ше­ст­вен­ни­ка и по­сле­до­ва­те­ля, бы­ла до­ста­точ­но ста­тич­ной: все пе­ре­ме­ще­ния Иса­а­ка, ко­то­рые мы ви­дим из Свя­щен­но­го Пи­са­ния, ле­жа­ли бук­валь­но в пре­де­лах 200 км, хо­тя про­жил Иса­ак жизнь до­ста­точ­но дол­гую.


Этот че­ло­век был не­о­бы­чай­но мир­но­го и крот­ко­го ус­т­ро­е­ния, ко­то­рый все свои кон­флик­ты и не­до­уме­ния с со­се­дя­ми ре­шал ис­клю­чи­тель­но пу­тем то­го, что он им бес­ко­неч­но ус­ту­пал, бес­ко­неч­но все про­щал, и Бог яв­ным со­вер­шен­но об­ра­зом воз­ве­ли­чи­вал его и воз­на­г­раж­дал за это и про­слав­лял его пе­ред ли­цом всех со­се­дей.


Пер­вое от­кро­ве­ние бы­ло да­но Иса­а­ку че­рез же­ну его Ре­век­ку о судь­бе двух его сы­но­вей. Гос­подь от­крыл ей, что во чре­ве ее бо­рют­ся два пле­ме­ни, при­чем боль­ший
на­род бу­дет слу­жить мень­ше­му
(Быт. 25:23).


Пер­вое бо­го­яв­ле­ние Иса­а­ку – на пу­ти в Ге­рар по до­ро­ге в Еги­пет (Быт. 26:1,2). По­ве­ле­ние стран­ст­во­вать в Ха­на­а­не с обе­ща­ни­ем по­кро­ви­тель­ст­ва. По­вто­ре­ние обе­то­ва­ний, дан­ных Ав­ра­а­му (Быт. 26:1-3).


Вто­рое бо­го­яв­ле­ние Иса­а­ку – в Вир­са­вии, ку­да он при­шел из пре­де­лов Ге­рар­ских, при­тес­ня­е­мый та­мош­ни­ми жи­те­ля­ми. Гос­подь уве­ря­ет Иса­а­ка, что ему не­че­го бо­ять­ся, ибо Он по­мнит Свои обе­ща­ния.


Опыт патриарха Исаака противостоит опыту Хама. Это опыт послушания и всецелой преданности воле Божией. В целом его жизнь является прекрасной иллюстрацией заповеди блаженств, гласящей о том, что кроткие наследуют землю (Мф. 5:5).



4.2. Исав и Иа­ков – пер­во­род­ст­во и бла­го­сло­ве­ние

На фо­не мир­ной и бла­го­че­с­ти­вой жиз­ни патриарха Исаака сов­сем по-дру­го­му вы­гля­дит жизнь его сы­на Иа­ко­ва, ко­то­рая бы­ла ис­пол­не­на мно­гих при­клю­че­ний и скор­бей.


Пер­вое, что мы долж­ны се­бе уяс­нить по по­во­ду Иа­ко­ва, – это смысл его, на пер­вый взгляд без­нрав­ст­вен­ных дей­ст­вий по на­сле­до­ва­нию обе­то­ва­ния Бо­жия. Он – млад­ший сын, обе­то­ва­ние при­над­ле­жит Иса­ву. Иа­ков, пу­тем не­ко­то­рых стран­ных дей­ст­вий, ста­но­вит­ся на­след­ни­ком это­го обе­то­ва­ния. Ког­да он встре­ча­ет го­лод­но­го бра­та, то от­ка­зы­ва­ет­ся его кор­мить про­сто так, а кор­мит его – ни мно­го, ни ма­ло – в об­мен на пра­во пер­во­род­ст­ва, что, в об­щем-то, сов­сем не соответствует брат­скому по­ве­де­нию. Вто­рое, что мы ви­дим: он яв­ля­ет­ся к от­цу, пе­ре­одев­шись так, чтобы быть похожим на бра­та, при­но­сит по­лу­чен­ное от ма­те­ри сво­ей Ре­век­ки лю­би­мое ку­ша­нье от­ца. Иса­ак, за­сом­не­вав­шись, спра­ши­ва­ет: «ты ли сын мой Исав?»
(Быт. 27:24). Иа­ков го­во­рит: «я»
, – то есть здесь лу­кав­ст­во пе­ре­хо­дит в пря­мую и от­кры­тую ложь. Та­ким об­ра­зом, два, по край­ней ме­ре, не­бла­го­вид­ных де­я­ния ле­жат на пу­ти по­лу­че­ния Иа­ко­вом обе­то­ва­ний Бо­жи­их. По­че­му же все-та­ки Гос­подь это обе­то­ва­ние ему да­ет, да­ет бла­го­сло­ве­ние и име­ну­ет­ся Бо­гом Ав­ра­а­ма, Иса­а­ка и Иа­ко­ва
?


Мы долж­ны по­ни­мать, что к лю­дям Вет­хо­го За­ве­та мы не мо­жем предъ­я­вить всей пол­но­ты еван­гель­ских нрав­ст­вен­ных тре­бо­ва­ний, ибо они не име­ли укрепляющей благодати, преображающей сердце человека. По­это­му по­ста­ра­ем­ся вник­нуть в суть. Иса­ву бы­ло да­но вто­рое имя Едом (Крас­ный), он бе­рет се­бе двух жен ино­пле­мен­ниц, ко­то­рые в тя­гость Иса­а­ку и Ре­век­ке (Быт. 26:34,35). Мы ви­дим его че­ло­ве­ком гру­бым и не­о­буз­дан­ным, ко­то­ро­му де­ла ма­ло до всех обе­то­ва­ний. Был бы сыт.


Свя­щен­ное Пи­са­ние очень яр­ко изо­б­ра­жа­ет сце­ну про­да­жи или пе­ре­хо­да пер­во­род­ст­ва. Исав го­во­рит: «вот, я уми­раю, что мне в этом пер­во­род­ст­ве?»
(Быт. 25:32), – хо­тя, су­дя по то­му, что он сам при­шел с охо­ты, смерть еще, по-ви­ди­мо­му, не бы­ла пер­спек­ти­вой бли­жай­ших ми­нут или ча­сов. Он мгно­вен­но со­гла­ша­ет­ся на сдел­ку с Иа­ко­вом, и даль­ше го­во­рит­ся, что Исав «ел и пил, и встал и по­шел»
(ст. 34). От се­бя до­ба­вим: и гла­зом не морг­нул от­то­го, что он толь­ко что про­ел свое пер­во­род­ст­во, продал ве­ли­кие обе­то­ва­ния Бо­жии, ко­то­рых ни­кто на зем­ле не имел. А Иа­ко­ва во­прос бла­го­сло­ве­ния яв­но вол­но­вал. И в дан­ном слу­чае он пре­сле­ду­ет не про­сто ка­кой-то свой лич­ный ин­те­рес в том, что­бы стать на­след­ни­ком от­ца, Иса­а­ка, но он пред­ла­га­ет сдел­ку имен­но по­то­му, что вот здесь, сей­час со­вер­ша­ет­ся де­ло спа­се­ния Бо­гом че­ло­ве­че­ст­ва, и оно го­то­во по­пасть в ру­ки не­до­стой­но­го.


Оче­вид­но, имен­но этим оп­ре­де­ля­лись и по­ступ­ки Ре­век­ки, ко­то­рая и пред­ло­жи­ла Иа­ко­ву пред­стать пе­ред от­цом вме­с­то бра­та. Не бу­дем за­бы­вать, что еще до рож­де­ния де­тей она по­лу­чи­ла от­кро­ве­ние о том, что «боль­ший по­ра­бо­та­ет мень­ше­му
» (Быт. 25:23). В от­вет на опа­се­ние сы­на быть про­кля­тым, в слу­чае ес­ли об­ман от­кро­ет­ся, она ска­за­ла: «на мне пусть бу­дет про­кля­тие твое, сын мой, толь­ко по­слу­шай­ся слов мо­их»
(Быт. 27:13). Пре­по­доб­ный Иси­дор Пе­лу­си­от срав­ни­вал Ре­век­ку в дан­ной си­ту­а­ции с апо­с­то­лом Пав­лом, ска­зав­шим: «я же­лал бы сам быть от­лу­чен­ным от Хри­с­та за бра­ть­ев мо­их, род­ных мне по пло­ти»
(Рим. 9:3).


Та­ким об­ра­зом, речь идет не о том, что пер­во­род­ст­во мож­но ку­пить и бла­го­сло­ве­ние Бо­жие по­лу­чить об­ма­ном, а о том, что оно до­ста­ет­ся до­стой­но­му. Глав­ное в дей­ст­ви­ях Ре­век­ки и Иа­ко­ва – это дерз­но­ве­ние ве­ры. При том, что Иа­ков по­том мно­го по­ст­ра­дал имен­но за эту свою ложь, за свое лу­кав­ст­во, – жизнь его бы­ла ис­пол­не­на мно­гих скор­бей, но тем не ме­нее Гос­подь при­ни­ма­ет его дерз­но­ве­ние. Да­же Иса­ак, ког­да об­на­ру­жи­ва­ет­ся эта под­ме­на, от­ка­зы­ва­ет­ся что-то из­ме­нить и за­брать бла­го­сло­ве­ние у Иа­ко­ва и вер­нуть то­му, кто фор­маль­но был сы­ном пер­во­род­ным. Впро­чем, не бу­дем за­бы­вать, что пер­во­род­ст­во он уже про­дал, так что прав на пре­тен­зии не имел.


Ко­неч­но, сов­сем без бла­го­сло­ве­ния Исав не ос­тал­ся. Но речь идет имен­но о том, что на­сле­до­ва­ние обе­то­ва­ния Бо­жия, ко­то­рое бы­ло да­но Ав­ра­а­му, пе­ре­хо­дит имен­но к Иа­ко­ву – Иа­ков де­ла­ет­ся на­след­ни­ком это­го обе­то­ва­ния и его по­том­ки, а не Исав со сво­и­ми по­том­ка­ми, от ко­то­ро­го про­ис­хо­дит дру­гой на­род (идумеи) со сво­ей ис­то­ри­ей.



4.3. Ви­де­ние ле­ст­ни­цы в Ве­фи­ле

Вы­нуж­ден­ный бе­жать из до­ма, Иа­ков от­пра­вил­ся в Хар­ран. По до­ро­ге в ме­с­те, име­ну­е­мом Луз, ему в ви­де­нии сон­ном та­ин­ст­вен­но яв­ля­ет­ся ле­стни­ца, ко­то­рая про­сти­ра­ет­ся от зем­ли до не­ба, по ко­то­рой вос­хо­дят и нис­хо­дят Ан­ге­лы Бо­жии (Быт. 28:12). Там Гос­подь по­вто­ря­ет ему обе­то­ва­ния, ко­то­рые да­ва­лись его от­цу и де­ду, и го­во­рит­ся о том, что он бла­го­по­луч­но вер­нет­ся в эту зем­лю.


Видение Иаковом лестницы тра­ди­ци­он­но тол­ку­ет­ся как про­об­раз Бо­жи­ей Ма­те­ри, со­еди­нив­шей Со­бою зем­ное и не­бес­ное, по Ко­то­рой Сын Бо­жий со­шел на зем­лю. И в этом ме­с­те Иа­ков ус­т­ро­ил жерт­вен­ник, и воз­лил на не­го елей, и дал имя это­му ме­с­ту: Ве­филь («бейт-эль») – дом Бо­жий.


Ког­да Иа­ков упо­ко­ил­ся на кам­не, тог­да уви­дел от­вер­стое не­бо и ан­ге­лов. Тог­да он воз­двиг и по­ма­зал этот ка­мень. Здесь мы встре­ти­ли еще один мес­си­ан­ский символ – ка­мень. В Свя­щен­ном Пи­са­нии Вет­хо­го За­ве­та че­ло­век ни­где не упо­доб­ля­ет­ся кам­ню, но толь­ко Бог (см. Ис. 8:14, 28:16, Пс. 117:22).



4.4. Пре­бы­ва­ние у Ла­ва­на и воз­вра­ще­ние

Добравшись до Харрана, Иаов поселяется у своего дяди Лавана, который выдает за него замуж двух своих дочерей, за каждую из которых он отработал 7 лет. Эта история хорошо известна, поэтому я не буду на ней подробно останавливаться. У Иакова родилось дочь и 12 сыновей, которые стали впоследствии родоначальниками двенадцати колен (то есть родов), составлявших израильский народ.


По повелению Божию Иаков со всей семьей тайно покидает Лавана и направляется обратно в Палестину. Здесь обычно вызывает недоумение сле­ду­ю­щее событие. Во вре­мя бег­ст­ва Ра­хиль за­би­ра­ет у от­ца те­ра­фи­мов – до­маш­них идо­лов (Быт. 31:19). Их ис­чез­но­ве­ние очень бес­по­ко­ит Ла­ва­на и его сы­но­вей. Идет ли здесь речь об идо­ло­по­клон­ст­ве? Нет. Де­ло в том, что по обы­чаю то­го вре­ме­ни об­ла­да­ние те­ра­фи­ма­ми оз­на­ча­ло пе­ре­ход пра­ва на на­след­ст­во. Ес­ли вспом­нить сло­ва Лии и Ра­хи­ли: «по­се­му все бо­гат­ст­во, ко­то­рое Бог от­нял у от­ца на­ше­го, есть на­ше и де­тей на­ших»
(Быт. 31:16), то этот по­сту­пок ста­но­вит­ся по­нят­ным. Что­бы эти бож­ки не ста­ли пред­ме­том по­чи­та­ния, по при­хо­де в Па­ле­с­ти­ну Иа­ков их за­ко­пал.


За­ме­тим се­бе, что при всех не­спра­вед­ли­во­с­тях, ко­то­рые при­шлось пре­тер­петь Иа­ко­ву, он по­ки­да­ет те­с­тя не рань­ше, чем Бог по­ве­ле­ва­ет ему сде­лать это. По­слу­ша­ние во­ле Бо­жи­ей есть об­щая чер­та па­т­ри­ар­хов. Об Ав­ра­а­ме в этой свя­зи уже бы­ло ска­за­но мно­го. Иса­ак не по­шел в Еги­пет из по­слу­ша­ния Бо­гу. Иа­ков воз­вра­ща­ет­ся в Па­ле­с­ти­ну, не­смо­т­ря на страх пе­ред Иса­вом.


Эта история имеет и свой духовный смысл. Примеры его раскрытия мы находим в 4-й песне Великого канона преподобного Андрея Критского: «Жены ми две разумей, деяние же и разум в зрении, Лию убо деяние, яко многочадную, Рахиль же разум, яко многотрудную; ибо кроме трудов ни деяние, ни зрение, душе, исправится». Слабая глазами Лия изображает путь трудов и скорбей, который необходимо пройти прежде радости духовного созерцания, изображаемого Рахилью. «Дванадесяте патриархов великий в патриарсех детотворив, тайно утверди тебе лествицу деятельнаго, душе моя, восхождения: дети, яко основания, степени, яко восхождения, премудренно подложив». Каждый из сыновей символически изображает одну из добродетелей в порядке их прохождения.



4.5. По­еди­нок в Пе­ну­э­ле

Мы зна­ем, что у Иа­ко­ва ро­ди­лись 12 сы­но­вей, ко­то­рые ста­ли ро­до­на­чаль­ни­ка­ми две­над­ца­ти ко­лен Из­ра­и­ле­вых. По­че­му пред­ка зва­ли Иа­ков, а на­род на­зы­ва­ет­ся Из­ра­и­ле­м? В жиз­ни Иа­ко­ва бы­ло та­ин­ст­вен­ное со­бы­тие, ког­да он так же, как и Ав­ра­ам – его пре­док, по­лу­чил но­вое имя. По пу­ти об­рат­но в зем­лю Ха­на­ан­скую, не­за­дол­го до рас­све­та «ос­тал­ся Иа­ков один. И бо­рол­ся Не­кто с ним до по­яв­ле­ния за­ри; и, уви­дев, что не одо­ле­ва­ет его, кос­нул­ся со­ста­ва бе­д­ра его и по­вре­дил со­став бе­д­ра у Иа­ко­ва, ког­да он бо­рол­ся с Ним. И ска­зал: от­пу­с­ти Ме­ня, ибо взо­шла за­ря. [Иа­ков] ска­зал: не от­пу­щу Те­бя, по­ка не бла­го­сло­вишь ме­ня. И ска­зал: как имя твое? Он ска­зал: Иа­ков. И ска­зал: от­ны­не имя те­бе бу­дет не Иа­ков, а Из­ра­иль, ибо ты бо­рол­ся с Бо­гом, и че­ло­ве­ков одо­ле­вать бу­дешь. Спро­сил и Иа­ков, го­во­ря: ска­жи имя Твое. И Он ска­зал: на что ты спра­ши­ва­ешь о име­ни Мо­ем? И бла­го­сло­вил его там. И на­рек Иа­ков имя ме­с­ту то­му: Пе­ну­эл; ибо, [го­во­рил он], я ви­дел Бо­га ли­цем к ли­цу, и со­хра­ни­лась ду­ша моя»
(Быт. 32:24-30). Пенуэл («пниэль») – лице Божие.


С кем бо­рол­ся Иа­ков? На этот счет су­ще­ст­ву­ет не­сколь­ко мне­ний. Ори­ген и бла­жен­ный Ав­гу­с­тин по­ла­гали, что это был ан­гел, как и во­об­ще во всех по­доб­ных ви­де­ни­ях Вет­хо­го За­ве­та. Та­кие от­цы, как св. Иу­с­тин му­че­ник, свя­ти­тель Афа­на­сий Ве­ли­кий, свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст, св. Ила­рий Пик­та­вий­ский бла­жен­ный Фе­о­до­рит, Кли­мент Алек­сан­д­рий­ский го­во­ри­ли о том, что бо­ров­ший­ся был Сы­ном Бо­жи­им [см. 81, ч. 3, c. 66]. На­при­мер, у бла­жен­но­го Фе­о­д­ри­та: «Здесь должно заметить, что одного и того же назвал человеком и Богом. Ибо сказал: укрепился еси с Богом и с человеки силен будеши. И прозва имя месту тому Вид Божий; видех бо Бога лицем к лицу, и спасеся душа моя
(Быт. 32:30). И еще: воссия же солнце, егда прейде Вид Божий
(32:31). Из всего этого познаем, что и здесь явился Иакову Единородный Божий Сын и Бог» [73, с. 66].


Здесь есть про­об­раз гря­ду­ще­го уни­чи­же­ния Сы­на Бо­жия, во­че­ло­ве­че­ния, о ко­то­ром Апо­с­тол Па­вел го­во­рит в по­сла­нии к Фи­лип­пий­цам о том, что Он при­нял зрак ра­ба, явил­ся в уни­чи­жен­ном ви­де: «уни­чи­жил Се­бя Са­мо­го, при­няв об­раз ра­ба, сде­лав­шись по­доб­ным че­ло­ве­кам...»
(Флп. 2:7). Бог мо­жет по­бе­дить Иа­ко­ва, но не де­ла­ет это­го – и че­рез это до­став­ля­ет ему бла­го­сло­ве­ние, о ко­то­ром сам Иа­ков про­сит.


От­каз Со­пер­ни­ка на­звать Свое имя пре­по­доб­ный Иси­дор Пе­лу­си­от объ­яс­ня­ет тем, что «ес­те­ст­во Бо­жие не име­ну­е­мо. А Иа­ков во­про­шал об име­ни То­го, Кто с ним бо­рол­ся и при­кос­но­ве­ни­ем к жи­ле бе­д­ра на­учал ук­реп­лять­ся про­тив стра­с­тей. И ска­за­но ему: Вскую во­про­ша­е­ши име­не Мо­е­го?
(Быт. 32:29) Не под за­ко­ном и не до за­ко­на жи­ву­щим воз­мож­но по­знать сие. Но в по­зд­нее вре­мя, ког­да при­идет ис­пол­не­ние вре­мен и ум­но­жат­ся гре­хи люд­ские, во­че­ло­ве­чив­шись, на­ре­кусь Ии­су­сом, что зна­чит Спа­си­тель, по­то­му что для спа­се­ния греш­ных со­вер­шу оное до­мо­ст­ро­и­тель­ст­во» [35, ч. 1, с. 184]


В ре­зуль­та­те это­го по­един­ка Иа­ков по­лу­ча­ет но­вое имя: Из­ра­иль – Бо­го­бо­рец – са­мый тра­ди­ци­он­ный пе­ре­вод это­го име­ни, по­то­му что Не­кто ска­зал ему: «от­ны­не имя те­бе будет не Иа­ков, а Из­ра­иль, ибо ты бо­рол­ся с Бо­гом и че­ло­ве­ков одо­ле­вать бу­дешь»
(Быт. 32:28). Та­ин­ст­вен­ный смысл этой борь­бы по-раз­но­му мо­жет быть объ­яс­нен. Но не­со­мнен­но, что здесь при­сут­ст­ву­ет от­кро­ве­ние, без ко­то­ро­го не об­хо­ди­лись и дру­гие пра­вед­ни­ки: при­об­ще­ние к тай­не Хри­с­то­вой. И дано оно в самый критический момент этой истории: навстречу Иакову идет Исав и ведет с собой четыреста человек, явно намереваясь отомстить брату.



4.6. Сим­во­ли­че­с­кое зна­че­ние ис­то­рии па­т­ри­ар­хов

По объяснению свт. Филарета Московского [81, ч. 3, с. 73 – 74], пу­те­ше­ст­вия па­т­ри­ар­хов сим­во­ли­зи­ру­ют стран­ст­вие че­ло­ве­че­ст­ва или стран­ст­вие от­дель­но­го че­ло­ве­ка к сво­е­му оте­че­ст­ву Не­бес­но­му, но в не­сколь­ко раз­ных смыс­лах. Так Ав­ра­ам, ко­то­рый идет из Хар­ра­на в зем­лю Ха­на­ан­скую, в се­бе изо­б­ра­жа­ет дви­же­ние от со­сто­я­ния при­род­но-ес­те­ст­вен­но­го к со­сто­я­нию бла­го­дат­но­му, по­сколь­ку обе­то­ван­ная зем­ля Па­ле­с­ти­на вез­де в Свя­щен­ном Пи­са­нии сим­во­ли­зи­ру­ет со­бой Цар­ст­во Не­бес­ное. Пу­те­ше­ст­вие Иа­ко­ва, ко­то­рый вы­хо­дит из Ха­на­а­на в Хар­ран, по­том воз­вра­ща­ет­ся, изо­б­ра­жа­ет хож­де­ние сы­на бла­го­да­ти меж­ду сы­на­ми при­ро­ды – жизнь ду­ши хри­с­ти­ан­ской в ми­ру[16]
.



4.7. Ис­то­рия Фа­ма­ри

В продолжение темы о приобретении Иаковом первородства посредством обмана, обратим внимание на историю не­ве­ст­ки па­т­ри­ар­ха Иу­ды Фа­ма­ри.


Фа­марь те­ря­ет сво­е­го му­жа Ира (Быт. 38:7), не имея де­тей. Вто­рой муж Онан (брат пер­во­го) уми­ра­ет, как и пер­вый, за свои гре­хи. Опа­са­ясь за тре­ть­е­го сво­е­го сы­на, Иу­да не от­да­ет Фа­марь ему в же­ны, на­ру­шая тем са­мым древ­ний обы­чай (Втор. 25:5-10). И тог­да Фа­марь идет, оде­ва­ет­ся блуд­ни­цей, при­вле­ка­ет к се­бе Иу­ду и за­чи­на­ет от не­го. Ког­да это от­кры­ва­ет­ся, ее при­во­дят к Иу­де, и он го­во­рит, что ее на­до сжечь за этот грех, но ког­да вы­яс­ня­ет­ся, ка­ким об­ра­зом это про­изо­ш­ло, Иу­да от­ме­ня­ет при­го­вор и го­во­рит: «Она пра­вее ме­ня»
(Быт. 38:26).
Что здесь про­ис­хо­дит? Фа­марь – ино­пле­мен­ни­ца. И вот она ви­дит, что пе­ред ней на­род, пле­мя, че­рез ко­то­рое Гос­подь со­де­лы­ва­ет спа­се­ние, нить, ко­то­рая тя­нет­ся от Ада­ма ко Хри­с­ту. И для то­го, что­бы спа­с­тись, тре­бу­ет­ся быть этой ли­нии, это­му по­то­ку при­ча­ст­ной. И вот ее без вся­кой ви­ны без­за­кон­но от­ст­ра­ня­ют. Тог­да она дерз­но­вен­но идет на грех, на пре­ступ­ле­ние ра­ди то­го, что­бы не ока­зать­ся в сто­ро­не. Мы ви­дим, что Гос­подь ее при­ни­ма­ет, и в еван­гель­ском ро­до­сло­вии Хри­с­та она упоминается (Мф. 1:3). Сам Иу­да сви­де­тель­ст­ву­ет о том, что «она пра­вее ме­ня»
(Быт. 38:26).


Здесь как раз и по­ка­зы­ва­ет­ся, что, соб­ст­вен­но, яв­ля­лось в эти вет­хо­за­вет­ные вре­ме­на глав­ным для че­ло­ве­ка, – ве­ра. Ра­ди этой дерз­но­вен­ной ве­ры, ра­ди же­ла­ния пе­ре­шаг­нуть че­рез все, что­бы быть с Бо­гом (ра­ди то­го, что­бы быть со Хри­с­том), этим вет­хо­за­вет­ным лю­дям все ос­таль­ное про­ща­ет­ся.



4.8. Па­т­ри­арх Ио­сиф

Да­лее ис­то­рия по­ве­ст­ву­ет нам о не­ко­то­рых сы­но­вь­ях Иа­ко­ва. Мы уже рас­сма­т­ри­ва­ли ис­то­рию Иу­ды и Фа­ма­ри. Рассказывается ис­то­рия из­би­е­ния си­хем­лян Си­ме­о­ном и Ле­ви­ем в отместку за бесчестие своей сестры Дины (Быт. 34). Но цен­т­раль­ной фи­гу­рой по­ве­ст­во­ва­ния яв­ля­ет­ся пред­по­след­ний сын Иа­ко­ва Ио­сиф, в ко­то­ром то­же яр­чай­шим об­ра­зом про­яв­ля­ют­ся гря­ду­щие чер­ты слу­же­ния Спа­си­те­ля. Так мы ви­дим, что Ио­сиф за свою чи­с­то­ту, за свою из­бран­ность не­на­ви­дим бра­ть­я­ми, как и Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос был не­на­ви­дим на­чаль­ни­ка­ми Иу­дей­ски­ми за Свое пре­вос­ход­ст­во над ни­ми. Эта не­лю­бовь вы­ли­ва­ет­ся в же­ла­ние его убить и в кон­це кон­цов про­яв­ля­ет­ся в де­я­нии фак­ти­че­с­ки рав­ном убий­ст­ву – в про­да­же его куп­цам. Сум­ма, за ко­то­рую он про­дан, – 20 се­ре­б­рен­ни­ков – как бы на­ро­чи­то не­сколь­ко мень­ше той, за ко­то­рую был про­дан Спа­си­тель. И очень ха­рак­тер­но имя бра­та, ко­то­рый при­ду­мал со­вер­шить эту сдел­ку, – Иу­да. За­тем – без­вин­ное ок­ле­ве­та­ние его в Егип­те, за­клю­че­ние, тюрь­ма, и, на­ко­нец, оп­рав­да­ние и воз­не­се­ние во сла­ве до вто­ро­го ме­с­та во всем Егип­те. И че­рез это – спа­се­ние Егип­та, и про­ще­ние, и спа­се­ние сво­их бра­ть­ев, – при­чем спа­се­ние, ко­то­рое до­став­ля­ет­ся им по­сред­ст­вом да­ро­ва­ния хле­ба. Так же и Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос по вос­кре­се­нии Сво­ем про­ща­ет Сво­их рас­пи­на­те­лей, да­ет им воз­мож­ность спа­с­тись, по­да­вая им в снедь Хлеб та­ин­ст­вен­ный в та­ин­ст­ве Ев­ха­ри­с­тии. И да­же са­мо имя, ко­то­рое да­ет­ся фа­ра­о­ном Ио­си­фу в Егип­те, Цаф­наф-па­не­ах
(Быт. 41:45) – Спа­си­тель ми­ра – го­во­рит са­мо за се­бя.


Событие, ко­то­рое вы­зы­ва­ет иногда за­труд­не­ния: для че­го Ио­сиф ус­т­ра­и­ва­ет ис­пы­та­ние с ча­шей, под­ло­жен­ной в ме­шок Ве­ни­а­ми­на? Ио­сиф от­кры­ва­ет­ся бра­ть­ям толь­ко по­сле то­го, как стар­шие бра­тья го­то­вы по­жерт­во­вать со­бой, ос­тать­ся здесь в Егип­те вме­с­то Ве­ни­а­ми­на. Ког­да они го­во­рят: «мы на­ка­зы­ва­ем­ся за грех про­тив бра­та нашего; <...> за то и по­стиг­ло нас го­ре сие»
(Быт. 42:21), – то есть, ког­да в них от­кры­ва­ет­ся по­ка­я­ние, ког­да в них от­кры­ва­ет­ся спо­соб­ность к са­мо­от­вер­же­нию – пре­одо­ле­нию соб­ст­вен­но­го эго­из­ма, – тог­да толь­ко им от­кры­ва­ет­ся Ио­сиф. Опять это мож­но со­от­не­с­ти с тем, что Хри­с­тос от­кры­ва­ет­ся ду­ше че­ло­ве­че­с­кой, ког­да в ней есть по­ка­я­ние, ког­да в ней есть пре­одо­ле­ние сво­ей са­мо­сти, от­ступ­ле­ние от сво­ей гор­ды­ни, го­тов­ность при­нять спа­се­ние, идя пу­тем жерт­вен­ной люб­ви.


Ис­то­рия кни­ги Бы­тия кон­ча­ет­ся тем, что к Ио­си­фу в Еги­пет пе­ре­се­ля­ет­ся Иа­ков со всем се­мей­ст­вом и они при­ня­ты там бла­го­с­клон­но: по­лу­ча­ют се­бе в поль­зо­ва­ние не­кую зем­лю к вос­то­ку от Ни­ла и жи­вут там мир­но и сча­ст­ли­во. Кон­ча­ет­ся все смер­тью Иа­ко­ва и по­гре­бе­ни­ем его там же, где и его пред­ки, то есть в Ха­на­а­не и смер­тью Ио­си­фа, ко­то­ро­го по­греб­ли в Егип­те, но с за­по­ве­дью от­вез­ти и похоронить его там, где по­гре­бе­ны его пред­ки, в Ха­на­а­не. В этом со­дер­жит­ся про­ро­че­ст­во о вы­хо­де из­ра­иль­тян из зем­ли еги­пет­ской в по­сле­ду­ю­щие вре­ме­на.


Мож­но пред­по­ло­жить, что пе­ре­се­ле­ние в Еги­пет сов­па­ло со вре­ме­нем прав­ле­ния в Егип­те не­еги­пет­ских ди­на­с­тий. Вы, на­вер­ное, по­мни­те, что бы­ло на­ше­ст­вие гик­сов, ког­да власть в Егип­те на вре­мя ока­за­лась в ру­ках чу­же­ст­ран­цев. Это един­ст­вен­ный пе­ри­од ис­то­рии Егип­та, в ко­то­рый мож­но се­бе пред­по­ло­жить та­кое яв­ле­ние, ког­да при­хо­дит не­кое чу­же­зем­ное пле­мя, ко­то­рое так бла­го­с­клон­но при­ни­ма­ет­ся, и фа­ра­он да­же про­сит Иа­ко­ва его бла­го­сло­вить. Учи­ты­вая тра­ди­цию Егип­та не счи­тать ино­пле­мен­ни­ков за пол­но­цен­ных лю­дей, по-ви­ди­мо­му, сле­ду­ет при­вя­зать это пе­ре­се­ле­ние ко вре­ме­ни правления в Египте не­еги­пет­ских ди­на­с­тий. Со­от­вет­ст­вен­но, мы име­ем воз­мож­ность уточ­нить хро­но­ло­гию вет­хо­за­вет­ной ис­то­рии, уже мо­жем го­во­рить о да­ти­ров­ках это­го пе­ре­се­ле­ния.



4.9. Бла­го­сло­ве­ния, дан­ные па­т­ри­ар­хом Иа­ко­вом сво­им сы­но­вь­ям

Преж­де сво­ей кон­чи­ны Иа­ков пре­по­дал де­тям бла­го­сло­ве­ние (Быт. 49:1-28). Пер­вым он при­звал Ио­си­фа и дал ему двой­ное бла­го­сло­ве­ние (Быт. 48:8-20).. Он бла­го­слов­ля­ет и усы­нов­ля­ет его сы­но­вей: Еф­ре­ма и Ма­нас­сию, при­чем де­ла­ет это сим­во­ли­че­с­ким об­ра­зом. Отец подвел их таким образом, что­бы пра­вая ру­ка лег­ла на стар­ше­го, а ле­вая на млад­ше­го. Но Иа­ков кре­с­то­об­раз­но воз­ла­га­ет на них ру­ки, вы­де­ляя, тем са­мым, млад­ше­го и да­вая ему боль­шее бла­го­сло­ве­ние, вы­де­ляя Еф­ре­ма по срав­не­нию с Ма­нас­си­ей. По тол­ко­ва­нию пре­по­доб­но­го Иси­до­ра Пе­лу­си­о­та и дру­гих свя­тых от­цов, «Со­про­вож­да­е­мое бла­го­же­ла­ни­я­ми бла­го­сло­ве­ние па­т­ри­ар­ха, ка­кое дал он сы­нам Ио­си­фо­вым, не на них од­них ис­пол­ни­лось, но слу­жи­ло про­об­ра­зо­ва­ни­ем бо­лее важ­но­го. Ибо пре­ме­не­ние рук (Быт. 48:14) пре­ды­зо­б­ра­жа­ло спа­си­тель­ный Крест и пред­по­чте­ние мень­ше­го сы­на ука­зы­ва­ло на но­вый на­род, как бы про­воз­гла­шая чрез этот об­раз: ког­да на бла­го­сло­ве­ние явит­ся Крест, тог­да воз­ве­ли­чит­ся на­род мень­ший и сми­ря­яй­ся воз­не­сет­ся
(Лк.14:11)» [35, ч. 1, с. 151].


Ког­да Иа­ков пе­ред смер­тью со­брал сво­их сы­но­вей, он стал бла­го­слов­лять их по оче­ре­ди. Заметим, что здесь, как и в других местах Священного Писания, благословение и проклятие следует понимать как пророчества [73, с. 47]. Пер­вых трех сыновей Ру­ви­ма, Си­ме­о­на и Ле­вия Иаков ли­шил бла­го­сло­ве­ния за раз­ные пре­гре­ше­ния. Та­ким об­ра­зом, пра­во пер­вен­ст­ва пе­ре­хо­дит к Иу­де. Этот переход не происходит механически, поскольку тогда это было бы несправедливо по отношению к Иосифу. Но Иуда в истории с чашей в мешке Вениамина, когда все братья молчали перед лицом Иосифом, взял на себя всю ответственность, то есть роль старшего, и предложил себя вместо младшего брата (Быт. 44:16-34). Кроме того, не будем забывать и о Фамари, родившей от Иуды наследников.


Бла­го­сло­ве­ние, ко­то­рое по­лу­ча­ет Иуда, является пророчеством мес­си­ан­ским. «Иу­да! те­бя вос­хва­лят бра­тья твои. Ру­ка твоя на хреб­те вра­гов тво­их; по­кло­нят­ся те­бе сы­ны от­ца тво­е­го. Мо­ло­дой лев Иу­да, с до­бы­чи, сын мой, под­ни­ма­ет­ся. Пре­кло­нил­ся он, лег, как лев и как льви­ца: кто под­ни­мет его? Не отой­дет ски­петр от Иу­ды, и за­ко­но­да­тель от чресл его, до­ко­ле не при­дет При­ми­ри­тель, и Ему по­кор­ность на­ро­дов. Он при­вя­зы­ва­ет к ви­но­град­ной ло­зе ос­лен­ка сво­е­го и к ло­зе луч­ше­го ви­но­гра­да сы­на ос­ли­цы сво­ей; мо­ет в ви­не одеж­ду свою и в кро­ви гроз­дов оде­я­ние свое»
(Быт. 49:8-11). Это про­ро­че­ст­во, в пер­вую оче­редь, го­во­рит о том, что Спа­си­тель про­изой­дет имен­но из ко­ле­на Иу­ди­на. Ино­гда комментаторы вы­де­ля­ют здесь толь­ко то, что «не отой­дет ски­петр от Иу­ды, и за­ко­но­да­тель от чресл его, до­ко­ле не при­дет При­ми­ри­тель, и Ему по­кор­ность на­ро­дов»
(ст. 10). Однако здесь есть не­ко­то­рая слож­ность, по­сколь­ку ца­ри из ко­ле­на Иу­ди­на прекратились во вре­мя ва­ви­лон­ско­го пле­на. По­сле пле­на Иу­дея до­ста­точ­но дол­гое вре­мя яв­ля­ет­ся про­сто про­вин­ци­ей раз­ных го­су­дарств, по­том вос­ста­нав­ли­ва­ет­ся ди­на­с­тия, но уже не из Иу­ди­на ко­ле­на, а из ко­ле­на Ле­ви­на – ди­на­с­тия Мак­ка­ве­ев – это по­том­ки свя­щен­ни­ка Мат­та­фии. И по­том воцаря­ет­ся Ирод Иду­ме­я­нин, ко­то­рый и ста­но­вит­ся, соб­ст­вен­но, ца­рем, – и вот как раз во вре­ме­на Иро­да и настало вре­мя яв­ле­ния При­ми­ри­те­ля
. По­это­му здесь не все так про­сто: пришествие Спа­си­те­ля совпало с тем вре­ме­нем, ког­да царский ски­петр по­па­да­ет уже в ру­ки ино­пле­мен­ни­ка.


Но этим не ис­чер­пы­ва­ет­ся объ­ем мес­си­ан­ско­го про­ро­че­ст­ва. О том, что Гос­подь лев от колена Иу­ди­на
, нам го­во­рит Апо­ка­лип­сис (Откр. 5:5); и слова, что этот лев лег, и кто под­ни­мет его?
– не­со­мнен­но, ука­зы­ва­ют нам на смерть и вос­кре­се­ние Хри­с­то­во, по­сколь­ку Хри­с­тос вос­кре­са­ет Сам, бу­ду­чи Бо­гом. За­тем ос­ле­нок и ос­ли­ца нам на­по­ми­на­ют о Вхо­де Гос­под­нем в Ие­ру­са­лим. Сим­во­ли­че­с­кое тол­ко­ва­ние это­го вхо­да с вос­се­да­ни­ем на этих двух жи­вот­ных есть при­ве­де­ние ко Хри­с­ту как подъ­я­рем­ных – иу­де­ев, так и не объ­ез­жен­ных, быв­ших вне яр­ма – языч­ни­ков. И то, что здесь Иу­да при­вя­зы­ва­ет и тех, и дру­гих к ло­зе ви­но­гра­да сво­е­го, говорит о том, что ло­за – это есть об­раз Церк­ви (см. Ин:15), и что спа­се­ние тех и дру­гих, объ­е­ди­не­ние тех и дру­гих про­ис­хо­дит в Церк­ви. На­ко­нец, стран­ный об­раз мы­тья одеж­ды в кро­ви гроз­дов, то есть в ви­не. Ни один нор­маль­ный че­ло­век в ви­не свою одеж­ду обыч­но не мо­ет, по­то­му что она по­сле это­го мо­жет ис­пор­тить­ся, так что это, не­со­мнен­но, есть об­раз­ное вы­ска­зы­ва­ние. В ви­де­ни­ях Апо­ка­лип­си­са мы ви­дим пра­вед­ни­ков, одеж­ды ко­то­рых убе­ле­ны и омы­ты кро­вью Агнца (Откр. 7:14).


В кни­ге про­ро­ка Иса­ии в 63 гла­ве изо­б­ра­жен Спа­си­тель, со­вер­ша­ю­щий Свой по­двиг в ви­де топ­чу­ще­го ви­но­град в то­чи­ле («Я топ­тал то­чи­ло один, и из на­ро­дов ни­ко­го не бы­ло со Мною»
(Ис. 63:3). Здесь идет речь об омо­ве­нии кро­вью Христа естества человеческого, и об очи­ще­нии гре­хов кро­вью Спа­си­те­ля. Блеск очей и белизна зубов, по сло­ву бла­жен­но­го Фе­о­до­ри­та, означают радость спасения, доставленного страданием, и чистоту проповеданного учения [73, с. 75 – 76].



4.10. Рож­де­ние Фа­ре­са и За­ры

И по­след­нее, что сле­ду­ет от­ме­тить из про­ро­че­с­ких со­бы­тий кни­ги Бы­тия, это рож­де­ние от Фа­ма­ри Фа­ре­са и За­ры (Быт. 38:27-30). Сна­ча­ла при ро­дах по­яв­ля­ет­ся За­ра, ко­то­ро­му на­вя­зы­ва­ют на ру­ку крас­ную нить, по­сле че­го он возвратил руку свою, и рож­да­ет­ся Фа­рес, а за­тем уже рож­да­ет­ся За­ра, что в пе­ре­во­де оз­на­ча­ет «вос­ход». Это событие прообразует то, что че­рез па­т­ри­ар­хов яви­лось пред­ва­ря­ю­щее обе­то­ва­ние Но­во­го За­ве­та, ко­то­рое по­том скры­лось под се­нью за­ко­на, се­нью Вет­хо­го За­ве­та, ко­то­рый изо­б­ра­жа­ет­ся рож­де­ни­ем Фа­ре­са. Толь­ко по­том уже рож­де­ние За­ры – «вос­хо­да», окон­ча­тель­ное его рож­де­ние, изо­б­ра­жа­ет «по­се­ще­ние Вос­то­ка свы­ше
» (Лк. 1:78), яв­ле­ние но­во­за­вет­ной бла­го­да­ти. Та­ким об­ра­зом тол­ку­ет­ся изо­б­ра­же­ние слож­но­го про­цес­са рож­де­ния этой двой­ни [73, с. 67].



4.11. Не­ко­то­рые обоб­ще­ния по пер­во­на­чаль­ной ис­то­рии че­ло­ве­че­ст­ва

В раз­ви­тии че­ло­ве­че­с­кой ис­то­рии сле­ду­ет за­ме­тить не­ко­то­рую особенность. Эта особенность вы­ра­жается в том, что че­ло­ве­че­ст­во ре­гу­ляр­но ос­ту­па­ет­ся на сво­ем пу­ти, впа­да­ет в грех, но по­след­ст­вия это­го гре­ха осо­бым бо­же­ст­вен­ным дей­ст­ви­ем ис­прав­ля­ют­ся и са­ми де­ла­ют­ся ис­точ­ни­ком бла­го­де­я­ний. Не по­то­му, что­ бы­ли до­б­ры са­ми по се­бе, но по пре­воз­мо­га­ю­ще­му все дей­ст­вию Про­мыс­ла Бо­жия. «Вот, вы умы­ш­ля­ли про­тив ме­ня зло; но Бог об­ра­тил это в до­б­ро, что­бы сде­лать то, что те­перь есть: со­хра­нить жизнь ве­ли­ко­му чис­лу лю­дей»
, – го­во­рит Ио­сиф бра­ть­ям (Быт. 50:20). А апо­с­тол Па­вел вы­ра­зил ту же мысль еще рез­че: «ког­да ум­но­жил­ся грех, ста­ла пре­изо­би­ло­вать бла­го­дать»
(Рим. 5:20). Не по­то­му, что грех уго­ден Бо­гу, но по­то­му, что Бог же­ла­ет спа­с­ти че­ло­ве­ка.


Свя­щен­ная ис­то­рия есть ис­то­рия пре­да­тельств и ис­то­рия бла­го­сло­ве­ний, ис­то­рия из­бра­ний, бла­го­да­ря ко­то­рым Бог ис­прав­ля­ет че­ло­ве­че­ст­во и ве­дет его к Рож­де­ст­ву Хри­с­то­ву. Мы ви­дим со­тво­ре­ние Ада­ма и да­ро­ва­ние ему пол­но­ты всех благ, и да­ро­ва­ние ему воз­мож­но­с­ти со­вер­шен­ст­во­вать­ся в этих бла­гах, однако эта воз­мож­ность со­вер­шен­ст­во­ва­ния и воз­ра­с­та­ния ис­поль­зу­ет­ся им во зло. В этом па­де­нии че­ло­ве­ку да­ет­ся в ка­че­ст­ве на­ка­за­ния смерть, но мы зна­ем, что че­рез смерть Спа­си­те­ля впос­лед­ст­вии че­ло­век вос­ста­нов­лен в сво­ем пер­во­здан­ном до­сто­ин­ст­ве. Вслед за гре­хо­па­де­ни­ем пер­вых лю­дей да­ет­ся мес­си­ан­ское обе­то­ва­ние о се­ме­ни же­ны (Быт. 3:15). За по­то­пом сле­ду­ет бла­го­сло­ве­ние лю­дей и за­вет Бо­га с Но­ем (Быт. 9:1–17). За па­де­ни­ем Ха­ма – бла­го­сло­ве­ние Си­ма и Иа­фе­та. За стро­и­тель­ст­вом Ва­ви­лон­ской баш­ни и раз­де­ле­ни­ем язы­ков сле­ду­ет из­бра­ние па­т­ри­ар­ха Ав­ра­а­ма и за­клю­че­ние с ним за­ве­та та­ко­го, что Ав­ра­ам на­зы­ва­ет­ся впос­лед­ст­вии от­цом всех ве­ру­ю­щих. Ко­ли­че­ст­во при­ме­ров мож­но ум­но­жать.


В крат­кой фор­ме ос­нов­ные идеи кни­ги Бы­тия из­ло­же­ны у апо­с­то­ла Пав­ла в один­над­ца­той гла­ве по­сла­ния к Ев­ре­ям. «Ве­ра же есть осу­ще­ств­ле­ние ожи­да­е­мо­го и уве­рен­ность в не­ви­ди­мом. В ней сви­де­тель­ст­во­ва­ны древ­ние. Ве­рою по­зна­ем, что ве­ки ус­т­ро­е­ны сло­вом Бо­жи­им, так что из не­ви­ди­мо­го про­изо­ш­ло ви­ди­мое. Ве­рою Авель при­нес Бо­гу жерт­ву луч­шую, не­же­ли Ка­ин; ею по­лу­чил сви­де­тель­ст­во, что он пра­ве­ден, как за­сви­де­тель­ст­во­вал Бог о да­рах его; ею он и по смер­ти го­во­рит еще. Ве­рою Енох пе­ре­се­лен был так, что не ви­дел смер­ти; и не ста­ло его, по­то­му что Бог пе­ре­се­лил его. Ибо преж­де пе­ре­се­ле­ния сво­е­го по­лу­чил он сви­де­тель­ст­во, что уго­дил Бо­гу. А без ве­ры уго­дить Бо­гу не­воз­мож­но; ибо на­доб­но, что­бы при­хо­дя­щий к Бо­гу ве­ро­вал, что Он есть, и ищу­щим Его воз­да­ет. Ве­рою Ной, по­лу­чив от­кро­ве­ние о том, что еще не бы­ло ви­ди­мо, бла­го­го­вея, при­го­то­вил ков­чег для спа­се­ния до­ма сво­е­го; ею осу­дил он (весь) мир, и сде­лал­ся на­след­ни­ком пра­вед­но­с­ти по ве­ре. Ве­рою Ав­ра­ам по­ви­но­вал­ся при­зва­нию ид­ти в стра­ну, ко­то­рую имел по­лу­чить в на­сле­дие, и по­шел, не зная, ку­да идет. Ве­рою оби­тал он на зем­ле обе­то­ван­ной, как на чу­жой, и жил в ша­т­рах с Иса­а­ком и Иа­ко­вом, со­нас­лед­ни­ка­ми то­го же обе­то­ва­ния; ибо он ожи­дал го­ро­да, име­ю­ще­го ос­но­ва­ние, ко­то­ро­го ху­дож­ник и стро­и­тель Бог. Ве­рою и са­ма Сар­ра (бу­ду­чи не­плод­на) по­лу­чи­ла си­лу к при­ня­тию се­ме­ни, и не по вре­ме­ни воз­ра­с­та ро­ди­ла, ибо зна­ла, что ве­рен Обе­щав­ший. И по­то­му от од­но­го, и при­том омерт­ве­ло­го, ро­ди­лось так мно­го, как мно­го звезд на не­бе и как бес­чис­лен пе­сок на бе­ре­гу мор­ском. Все сии умер­ли в ве­ре, не по­лу­чив обе­то­ва­ний, а толь­ко из­да­ли ви­де­ли оные, и ра­до­ва­лись, и го­во­ри­ли о се­бе, что они стран­ни­ки и при­шель­цы на зем­ле; ибо те, ко­то­рые так го­во­рят, по­ка­зы­ва­ют, что они ищут оте­че­ст­ва. И ес­ли бы они в мыс­лях име­ли то оте­че­ст­во, из ко­то­ро­го вы­шли, то име­ли бы вре­мя воз­вра­тить­ся; но они стре­ми­лись к луч­ше­му, то есть к не­бес­но­му; по­се­му и Бог не сты­дит­ся их, на­зы­вая Се­бя их Бо­гом: ибо Он при­го­то­вил им го­род. Ве­рою Ав­ра­ам, бу­ду­чи ис­ку­ша­ем, при­нес в жерт­ву Иса­а­ка и, имея обе­то­ва­ние, при­нес еди­но­род­но­го, о ко­то­ром бы­ло ска­за­но: в Иса­а­ке на­ре­чет­ся те­бе се­мя. Ибо он ду­мал, что Бог си­лен и из мерт­вых вос­кре­сить, по­че­му и по­лу­чил его в пред­зна­ме­но­ва­ние. Ве­рою в бу­ду­щее Иса­ак бла­го­сло­вил Иа­ко­ва и Иса­ва. Ве­рою Иа­ков, уми­рая, бла­го­сло­вил каж­до­го сы­на Ио­си­фо­ва и по­кло­нил­ся на верх жез­ла сво­е­го. Ве­рою Ио­сиф, при кон­чи­не, на­по­ми­нал об ис­хо­де сы­нов Из­ра­и­ле­вых и за­ве­щал о ко­с­тях сво­их
» (Евр. 11:1-22). В этой гла­ве, где де­ла­ет­ся крат­кий об­зор вет­хо­за­вет­ной ис­то­рии, 40 сти­хов. Из них 22 по­свя­ще­ны кни­ге Бы­тия, что го­во­рит о ее фун­да­мен­таль­ном зна­че­нии.



Гла­ва 5. Ис­ход

Кни­га Ис­ход от­кры­ва­ет но­вый боль­шой пе­ри­од вет­хо­за­вет­ной ис­то­рии. На ме­с­то од­но­го бла­го­че­с­ти­во­го се­мей­ст­ва Авраама при­хо­дит про­ис­шед­ший от не­го на­род, по­сред­ст­вом ко­то­ро­го Бог сви­де­тель­ст­ву­ет о Се­бе лю­дям. Вы­ве­дя евреев из Егип­та, Бог яв­ля­ет на них ве­ли­кие чу­де­са, ог­ра­жа­дет от бед и всту­па­ет с ними в за­вет.


Кни­га Исход, по­ми­мо сво­ей цен­но­с­ти ис­то­ри­че­с­кой, име­ет еще, не­со­мнен­но, цен­ность про­ро­че­с­кую: в ней со­дер­жит­ся мно­же­ст­во про­об­ра­зов, ка­са­ю­щих­ся вре­мен но­во­за­вет­ных и ус­т­ро­е­ния спа­се­ния че­ло­ве­че­ст­ва че­рез Гос­по­да Ии­су­са Хри­с­та.



5.1. Про­ис­хож­де­ние и при­зва­ние Мо­и­сея. От­кро­ве­ние об Име­ни Бо­жи­ем

Начало книги Исход повествует об уг­не­те­нии ев­ре­ев в Егип­те, рож­де­нии Мо­и­сея – че­ло­ве­ка, ко­то­ро­му уго­то­ва­но бы­ло стать избавителем израильского на­ро­да, спа­си­те­лем от ис­треб­ле­ния его в ус­ло­ви­ях еги­пет­ско­го раб­ст­ва. Воспитанный при дворе фараона, он не отрекся от своего народа, был вынужден бежать и водворился в Аравии, откуда вернулся потом. чтобы вывести Израиль из Египта.


Таким образом, жизнь Мо­и­сея де­лит­ся на три рав­ные ча­с­ти: 40 лет в Егип­те, по­том 40 лет в земле Мадиамской и 40 лет странствия во главе на­ро­да Из­ра­иль­ско­го. Все­го 120 лет. Мы не станем подробно разбирать первые два периода и начнем с призвания Моисея к служению.


Бог открылся Моисею на горе Хорив в видении неопалимой купины (Исх. 3:2–14). Че­рез это яв­ле­ние Мо­и­сей был призван для слу­же­ния. При этом Бог Сам впер­вые от­кры­ва­ет­ся Мо­и­сею, на­зы­вая Свое Имя. В кни­ге Бы­тия мы встре­ча­ли ряд имен Бо­жи­их, та­ких, как Все­выш­ний
, Все­мо­гу­щий
, Бог не­ба и зем­ли
, Бог, ви­дя­щий ме­ня
, Бог Ав­ра­а­ма, Иса­а­ка и Иакова
и дру­гие. Здесь же было дано не­ко­то­рое но­вое от­кро­ве­ние. «И ска­зал Мо­и­сей Бо­гу: вот, я при­ду к сы­нам Из­ра­и­ле­вым и ска­жу им: Бог от­цов ва­ших по­слал ме­ня к вам. А они ска­жут мне: как Ему имя? Что ска­зать мне им? Бог ска­зал Мо­и­сею: Я есмь Су­щий [Ие­го­ва]. И ска­зал: так ска­жи сы­нам Из­ра­и­ле­вым: Су­щий по­слал ме­ня к вам. И ска­зал еще Бог Мо­и­сею: так ска­жи сы­нам Из­ра­и­ле­вым: Гос­подь, Бог от­цов ва­ших, Бог Ав­ра­а­ма, Бог Иса­а­ка и Бог Иа­ко­ва по­слал ме­ня к вам. Вот имя Мое на ве­ки, и па­мя­то­ва­ние о Мне из ро­да в род
» (Исх. 3:13–15).


Су­щий
или Сый
(в славянской версии) – это по­пыт­ка пе­ре­во­да «свя­щен­ной те­т­ра­грам­мы» הוה (Исх. 3:14) – сло­ва, о ко­то­ром ни­кто не зна­ет сей­час, как оно долж­но про­из­но­сить­ся [75]. В преж­ние вре­ме­на оно про­чи­ты­ва­лось как «Ие­го­ва», сей­час – как «Ях­ве». По ка­кой при­чи­не? Древ­не­ев­рей­ский язык, по­доб­но не­ко­то­рым дру­гим, фик­си­ро­вал в пись­ме толь­ко со­глас­ные бук­вы, а ог­ла­сов­ка за­ви­се­ла толь­ко от сте­пе­ни под­го­тов­лен­но­с­ти че­ло­ве­ка, – тре­бо­вал­ся не­кий на­чаль­ный уро­вень гра­мот­но­с­ти для то­го, что­бы чи­тать и пи­сать. Не­ко­то­рое по­до­бие это­му мы ви­дим в сла­вян­ском язы­ке: сло­ва под тит­ла­ми, – ес­ли че­ло­ве­ку при­выч­но, то не бы­ва­ет за­труд­не­ний в чтении, по­сколь­ку он зна­ет зна­че­ние этих слов. Мы зна­ем за­по­ведь Бо­жию о не­про­из­не­се­нии име­ни Бо­жь­е­го всуе (Исх. 20:7) – за­по­ведь эта со вре­ме­нем ста­ла ис­пол­нять­ся сре­ди иу­де­ев на­столь­ко стро­го, что един­ст­вен­ный раз в го­ду пер­во­свя­щен­ник про­из­но­сил это имя во вре­мя Дня Очи­ще­ния, вхо­дя во Свя­тое Свя­тых (Лев. 23:27–31). В ос­таль­ных слу­ча­ях го­во­ри­лось «то са­мое имя», или «Адо­наи» – Гос­подь, как сей­час мы ви­дим это в сла­вян­ском или в рус­ском тек­с­те Биб­лии. По­сле то­го, как пре­кра­ти­лось вет­хо­за­вет­ное бо­го­слу­же­ние, по­во­да для про­из­не­се­ния это­го сло­ва не ста­ло во­все, и, по-ви­ди­мо­му, то, как оно про­из­но­сит­ся, бы­ло про­сто за­бы­то. Тем бо­лее что хри­с­ти­ан­ская Цер­ковь от на­ча­ла поль­зо­ва­лась гре­че­с­ким тек­с­том се­ми­де­ся­ти тол­ков­ни­ков, а не тек­с­том ев­рей­ским.


Имя «Су­щий
» ука­зы­ва­ет на То­го, Кто име­ет жизнь в Са­мом Се­бе, Кто яв­ля­ет­ся ис­точ­ни­ком бы­тия, бы­ти­ем. На­зы­вая Се­бя так, Гос­подь го­во­рит: «Я есть тот, кто Я есть», по­то­му что Бог для че­ло­ве­ка не­по­зна­ва­ем в Сво­ем су­ще­ст­ве.


Бог призывает Мо­и­сея на слу­же­ние сво­е­му на­ро­ду, что­бы вы­ве­с­ти его из Егип­та. Мо­и­сей от­ка­зы­ва­ет­ся, ссы­ла­ясь на то, что он че­ло­век кос­но­языч­ный и был та­кой и вче­ра, и в мо­ло­до­с­ти сво­ей (Исх. 4:10). И тог­да Гос­подь на­зна­ча­ет Мо­и­сею в по­мощ­ни­ки его бра­та Аа­ро­на, сказав: «он бу­дет тво­и­ми ус­та­ми, а ты бу­дешь ему вме­с­то Бо­га
» (Исх. 4:16), и еще «смо­т­ри, Я по­ста­вил те­бя Бо­гом фа­ра­о­ну, а Аа­рон, брат твой, бу­дет тво­им про­ро­ком
» (Исх. 7:1). Запомним эти слова, поскольку в этом оп­ре­де­ле­нии мис­сии Аа­ро­на дано ука­за­ние на смысл про­ро­че­с­ко­го слу­же­ния.



5.2. Сим­во­ли­че­с­кое зна­че­ние ви­де­ния ку­пи­ны

Ви­де­ние пророком Моисеем ку­пи­ны кроме своего буквального смысла имеет и пророческое значение. Са­мое тра­ди­ци­он­ное толкование – это ука­за­ние на Бо­жью Ма­терь, Ко­то­рая при­ня­ла в Се­бя Бо­га – огонь по­па­ля­ю­щий – и при этом ни­ка­ко­го по­вреж­де­ния не ис­пы­та­ла. Это тол­ко­ва­ние мы ча­с­то мо­жем встре­тить в бо­го­слу­жеб­ных пес­но­пе­ни­ях. Например, в богородичном догматике второго гласа: «прейде сень законная, благодати пришедши: якоже бо купина не сгараше опаляема, тако Дева родила еси, и Дева пребыла еси…» Существует и со­от­вет­ст­ву­ю­щая ико­но­гра­фия.


Дру­гое тол­ко­ва­ние интерпретирует неопалимую купину как прообраз пло­ти Гос­под­ней, Его че­ло­ве­че­с­кой при­ро­ды, ко­то­рая не бы­ла опа­ле­на и со­жже­на при ее со­еди­не­нии с бо­же­ст­вен­ной. Та­кое по­ни­ма­ние мы мо­жем встре­тить в пес­но­пе­ни­ях на пра­зд­ник Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня.


Кроме двух основных толкований существуют и другие. Так, например, свя­ти­тель Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский [38, кн. 1, с. 187] ви­дит здесь изо­б­ра­же­ния из­ра­иль­ско­го на­ро­да, внеш­ним об­ра­зом вос­при­няв­ше­го за­кон и не вос­при­няв­шим его теп­ло­ты и све­та.



5.3. Воз­вра­ще­ние Мо­и­сея в Еги­пет

По­сле Богоявления на горе Хорив Мо­и­сей воз­вра­ща­ет­ся в Еги­пет, взяв с со­бой свою же­ну Сеп­фо­ру и двух сы­но­вей (Исх. 4:18-20). По до­ро­ге Господь хо­чет умерт­вить Мо­и­сея, но Господь милует его по­сле то­го, как его же­на со­вер­ша­ет над сы­ном об­ре­за­ние (Исх. 4:24-26). Возможно, это был младший сын, обрезать которого прежде не давала Сепфора, так как мадианитяне обрезывали детей в 13 лет [69, т. 1, с. 287 – 288].


Пре­по­доб­ный Иси­дор Пе­лу­си­от го­во­рит о том, что по­сколь­ку Мо­и­сей дол­жен был стать за­ко­но­да­те­лем Из­ра­и­ля, в его се­мье не долж­ны на­ру­шать­ся ус­та­нов­ле­ния, быв­шие преж­де не­го. Этим са­мым по­ка­зы­ва­ет­ся, что преж­де все­го он дол­жен быть строг к се­бе и к сво­е­му се­мей­ст­ву [35, ч. 1, c. 61 – 62]. Пред­ше­ст­вен­ник пре­по­доб­но­го Иси­до­ра и его учи­тель свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст го­во­рит дру­гое. Он го­во­рит, что этим по­ка­зы­ва­ет­ся то, что не долж­но было се­мей­ст­ву – же­не и де­тям Моисея – от­прав­лять­ся в Еги­пет; по­сколь­ку он идет ту­да не жить, а для то­го, что­бы вы­ве­с­ти на­род из той зем­ли. О том, что Мо­и­сей дей­ст­ви­тель­но ото­слал же­ну, говорит тот факт, что впос­лед­ст­вии, ког­да Мо­и­сей уже вы­шел с из­ра­иль­тя­на­ми из Егип­та, ему на­вст­ре­чу вы­шел тесть вме­с­те с его же­ной [29, т. 6, кн. 1, c. 621]. На этом примере видно, что в та­ком во­про­се не­прин­ци­пи­аль­но­го, не­дог­ма­ти­че­с­ко­го ха­рак­те­ра меж­ду дву­мя свя­ты­ми от­ца­ми, – при­чем один из ко­то­рых был уче­ни­ком дру­го­го, возможно раз­но­гла­сие. Заметим при этом, что разногласие не означает противоречия, од­но толкование не ис­клю­ча­ет дру­го­го, а до­пол­ня­ет, полнее раскрывая глубину смысла толкуемого отрывка.



5.4. Каз­ни еги­пет­ские. Ис­ход из Егип­та, ус­та­нов­ле­ние пра­зд­ни­ка Па­с­хи

При­дя в Еги­пет и убе­див соп­ле­мен­ни­ков в сво­ем по­слан­ни­че­ст­ве, Мо­и­сей вме­с­те с Аа­ро­ном пред­стал пе­ред фа­ра­о­ном (Исх. 5 гл.). Но фа­ра­он оже­с­то­ча­ет свое серд­це и не хо­чет от­пу­с­тить из­ра­иль­тян в пу­с­ты­ню. Сна­ча­ла ему да­ют­ся те зна­ме­ния, ко­то­рые удо­с­то­ве­ря­ли пол­но­мо­чия Мо­и­сея: жезл, ко­то­рый пре­вра­ща­ет­ся в змея, и ру­ка, по­кры­тая про­ка­зой. За­тем Господ поражает Египет десятью казнями: пре­вра­ще­ние во­ды в кровь; жа­бы; мош­ки; пе­сьи му­хи; ги­бель ско­та; яз­ва на лю­дях и ско­те; град; са­ран­ча; тьма; ги­бель пер­вен­цев (Исх. 8 – 12 гл.). Фа­ра­он в ка­кие-то мо­мен­ты да­же го­тов от­пу­с­тить из­ра­иль­тян, но не со­гла­сен с ра­ди­каль­ным тре­бо­ва­ни­ем Мо­и­сея от­пу­с­тить всех, с же­на­ми, де­ть­ми и со всем иму­ще­ст­вом. В ре­зуль­та­те рас­ста­ва­ние про­ис­хо­дит по­сле са­мой страш­ной де­ся­той каз­ни, ког­да по­гиб­ли все пер­вен­цы еги­пет­ские (Исх. 12:29) и стра­на по­гру­зи­лась в тра­ур.


Современные комментаторы не­ред­ко пы­та­ют­ся объ­яс­нить египетские казни ес­те­ст­вен­ны­ми при­чи­на­ми, по­ка­зы­вая, как од­но со­бы­тие ста­но­ви­лось при­чи­ной по­сле­ду­ю­ще­го. Од­на­ко сле­ду­ет за­ме­тить, что это бы­ли зна­ме­ния для фа­ра­о­на. Ес­ли все эти со­бы­тия лег­ко могут быть объ­яс­не­ны при­чи­на­ми ес­те­ст­вен­ны­ми, то на фа­ра­о­на они не про­из­ве­ли бы впе­чат­ле­ния. Яс­но, что в них бы­ла вид­на все­мо­гу­щая дес­ни­ца Бо­жия. Также следует заметить, что чудо вовсе не всегда требует какого-то существенного нарушения так называемых законов природы. Часто вполне достаточно лишь изменения привычного или ожидаемого порядка вещей, но такого, через которое дается некоторое знамение или откровение духовного мира.


В чем же ви­на фа­ра­о­на, ес­ли Бог, как ска­за­но, «оже­с­то­чил серд­це»
его (Исх. 10:1)? Ведь фа­ра­он по­лу­ча­ет­ся в дан­ном слу­чае про­сто иг­руш­кой в ру­ках Бо­жи­их? Это не сов­сем так. Од­но и то же дей­ст­вие Бо­жие по-раз­но­му на раз­ных лю­дях ска­зы­ва­ет­ся, в за­ви­си­мо­с­ти от их соб­ст­вен­но­го рас­по­ло­же­ния. Со­дей­ст­вие Бо­га из­ра­иль­тя­нам служит для них ук­реп­ле­ни­ем ве­ры, а для фа­ра­о­на – ис­точ­ни­ком все бо­лее и бо­лее же­с­то­ко­го со­про­тив­ле­ния (ср. Исх. 7:13, 14, 23 – «серд­це фа­ра­о­на оже­с­то­чи­лось»
; 8:15, 32; 9:35). «Де­ло не в том, что про­ти­во­дей­ст­вие бы­ло вло­же­но в ду­шу фа­ра­о­на по бо­же­ст­вен­ной во­ле, но в том, что он по соб­ст­вен­но­му вы­бо­ру вслед­ст­вие склон­но­с­ти к по­ро­ку не при­нял до­во­дов, смяг­ча­ю­щих это про­ти­во­дей­ст­вие» [16, c. 45]. Чем бо­лее Бог яв­ля­ет Свои чу­де­са и со­дей­ст­ву­ет из­ра­иль­тя­нам, тем бо­лее оже­с­то­ча­ет­ся фа­ра­он. Точ­но так же, как в Еван­гель­ской ис­то­рии, мы ви­дим: чем бо­лее Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос яв­ля­ет Свое мес­си­ан­ское до­сто­ин­ст­во и Свое Бо­же­ст­во, тем бо­лее яростно опол­ча­ют­ся на Не­го про­тив­ни­ки. Блаженный Феодорит добавляет, что десять казней наведены на Египет не только из-за упорства фараона, но как наказание за упорное идолопоклонство [73, с. 82 – 86].


Особенно показательной в этом смысле является девятая казнь: тьма. Объясняя смысл этого знамения, свя­ти­тель Гри­го­рий Нис­ский го­во­рит сле­ду­ю­щее: «не по при­нуж­де­нию свы­ше по­лу­ча­ет­ся так, что один че­ло­век ока­зы­ва­ет­ся во мра­ке, а дру­гой на све­ту; но мы, лю­ди, по при­ро­де и соб­ст­вен­но­му вы­бо­ру име­ем са­ми в се­бе ис­точ­ник све­та или тьмы, в за­ви­си­мо­с­ти от то­го, к че­му мы хо­тим прий­ти. И в по­ве­ст­во­ва­нии не го­во­рит­ся, что сол­неч­ные лу­чи бы­ли за­те­не­ны и скры­ты от глаз егип­тян ка­кой-то сте­ной или го­рой. Солн­це ис­пу­с­ка­ло лу­чи для всех в рав­ной сте­пе­ни, но ев­реи на­слаж­да­лись све­том, а егип­тя­не ос­та­ва­лись не­чув­ст­ви­тель­ны к его бла­го­да­ти. Точ­но так же всем от­кры­та воз­мож­ность жиз­ни во све­те, но од­ни лю­ди блуж­да­ют во тьме, го­ни­мы сво­и­ми дур­ны­ми склон­но­с­тя­ми во мрак по­ро­ка, а дру­гие про­све­ща­ют­ся све­том до­б­ро­де­те­ли» [16, c. 46]. Здесь про­сле­жи­ва­ет­ся пря­мая связь с тем, что ска­за­но Господом в бе­се­де с Ни­ко­ди­мом (Ин. 3 гл.).


Для избавления от де­ся­той каз­ни, в от­ли­чие от всех про­чих, от израильтян требуется особое действие. По по­ве­ле­нию Бо­жию они за­кла­ют агнца и по­ма­зы­ва­ют его кро­вью ко­ся­ки две­рей (Исх. 12:21,22). За­тем они долж­ны бы­ли это­го агнца, за­пек­ши на ог­не, съесть всей се­мь­ей так, что­бы ни­че­го не ос­та­ва­лось до ут­ра. Вку­шать его они долж­ны бы­ли, одев­шись и стоя, что­бы сра­зу по­сле это­го отправиться в путь. В свя­зи со ско­рым уходом они не мог­ли сде­лать квас­ных хле­бов и ели в пу­ти оп­рес­но­ки (Исх. 12:39).


А егип­тя­не, ко­то­рые не были ограждены кровью агнцев, вы­нуж­де­ны бы­ли оп­ла­ки­вать сво­их по­гиб­ших пер­вен­цев (Исх. 12:30). В Псал­ты­ри уточ­ня­ет­ся, что Гос­подь «по­ра­зил пер­вен­цев Егип­та от че­ло­ве­ка до ско­та»
(Пс. 134:8). Пе­ред вы­хо­дом евреи долж­ны бы­ли одол­жить у со­се­дей зо­ло­тые ук­ра­ше­ния, вос­ста­но­вив тем са­мым спра­вед­ли­вость – компенсировав свой тяжелый труд на египтян. Од­на­ко по­сколь­ку так спра­вед­ли­вость не вос­ста­нав­ли­ва­ет­ся, оче­вид­но, что здесь со­крыт и ду­хов­ный смысл. «Тем, кто пе­ре­хо­дит к сво­бод­ной и до­б­ро­де­тель­ной жиз­ни, та­ким об­ра­зом пред­пи­сы­ва­ет­ся за­па­с­тись бо­гат­ст­ва­ми язы­че­с­кой об­ра­зо­ван­но­с­ти, ко­то­рой ук­ра­ша­ют­ся чуж­дые ве­ре лю­ди. <…> Они при­го­дят­ся поз­же, ког­да по­на­до­бит­ся ук­ра­сить храм Бо­жи­е­го та­ин­ст­ва сло­вес­ным уб­ран­ст­вом», – пишет свт. Григорий Нисский [16, c. 54].


Пра­зд­ник, ус­та­нов­лен­ный в честь вы­хо­да ев­ре­ев из Егип­та, был назван Па­с­хой («Песах»), что оз­на­ча­ет «про­шел ми­мо», в вос­по­ми­на­ние о том, как Господь миновал из­ра­иль­тян, когда поражал египтян (Исх. 12:27). Бог за­по­ве­до­вал из­ра­иль­тя­нам еже­год­но его со­вер­шать в 14-й день пер­во­го ме­ся­ца. Вет­хо­за­вет­ная Па­с­ха бы­ла про­об­ра­зом Па­с­хи Но­во­за­вет­ной, пасхальный аг­нец – про­об­разом Хри­с­та, Кровь Ко­то­ро­го из­бав­ля­ет нас от смер­ти.



5.5. Пе­ре­ход че­рез Крас­ное (Черм­ное) мо­ре

Оставив Египет, весь Из­ра­иль­ский на­род ис­хо­дит в пу­с­ты­ню, и этот ис­ход так­же со­про­вож­да­ет­ся чу­де­са­ми. Ангел Божий дви­жет­ся пе­ред бег­ле­ца­ми в ви­де стол­па ог­нен­но­го, ос­ве­щая путь, а по­за­ди них в ви­де стол­па об­лач­но­го (Исх. 14:19). Из­ра­иль­тя­не идут не крат­чай­шей до­ро­гой в Па­ле­с­ти­ну, а на юг в сто­ро­ну Крас­но­го мо­ря. Этому две при­чи­ны: во-пер­вых, в Древ­нем Егип­те гра­ни­ца хо­ро­шо ох­ра­ня­лась, и вся­кий че­ло­век, ко­то­рый ее пе­ре­се­кал, дол­жен был прой­ти мас­су фор­маль­ных про­це­дур: объ­яс­нить кто он, от­ку­да, за­чем сле­ду­ет и по­лу­чить со­от­вет­ст­ву­ю­щее раз­ре­ше­ние. И кро­ме то­го эта гра­ни­ца бы­ла до­ста­точ­но проч­но ук­реп­ле­на, по­то­му что имен­но с это­го на­прав­ле­ния шли обыч­но на­ше­ст­вия с се­ве­ра и с Меж­ду­ре­чья, и со сто­ро­ны Ма­лой Азии. Ко­неч­но, для Бо­га это не пре­пят­ст­вие. Но Он же­лал, не­со­мнен­но, явить чу­до та­кое, ко­то­рое бы не за­бы­лось уже ни­ког­да. И этим чу­дом яв­ля­ет­ся как раз спа­се­ние из­ра­иль­тян в от­ча­ян­ных об­сто­я­тель­ст­вах, а имен­но пе­ре­ход их че­рез Крас­ное мо­ре.


С этим пе­ре­хо­дом у со­вре­мен­ных комментаторов возникают затруднения, по­то­му что не­по­нят­но, как так получилось, что во­да рас­сту­пи­лась, и лю­ди про­шли по су­ше? Вы­дви­га­ют­ся раз­ные тол­ко­ва­ния, что это бы­ло не мо­ре, а бо­ло­то или, мо­жет быть, озе­ро, где во­ды бы­ло по ко­ле­но, так что мож­но бы­ло бы прой­ти пеш­ком. А еги­пет­ские ко­лес­ни­цы про­сто увяз­ли в гря­зи. И ког­да из­ра­иль­тя­не смог­ли убе­жать и вы­шли на ту сто­ро­ну, они по­ня­ли, что это чу­до и от ра­до­с­ти ста­ли петь, что про­шли по дну мо­ря (Исх. 15 гл.).


Раз­ве со­тво­рить не­бо и зем­лю про­ще, чем раз­дви­нуть море? Но да­же ес­ли пе­рей­ти в об­ласть чи­с­то пси­хо­ло­ги­че­с­кую, то мож­но ска­зать сле­ду­ю­щее. Вряд ли та­кое со­бы­тие, как хож­де­ние по ко­ле­но в бо­ло­те мог­ло про­из­ве­с­ти столь силь­ное впе­чат­ле­ние на этот на­род, ко­то­рый по­сто­ян­но за­тем вос­ста­вал на Бо­га и Мо­и­сея, что ос­та­лось в его па­мя­ти, как пе­ре­ход че­рез мо­ре. Не­уже­ли они мог­ли при этом так се­рь­ез­но от­но­сить­ся к соб­ст­вен­ной вы­дум­ке? А ведь этот пе­ре­ход стал од­ним из цен­т­раль­ных фак­тов на­ци­о­наль­но­го са­мо­со­зна­ния евреев. Сам Бог ча­с­то на не­го ссы­ла­ет­ся, го­во­ря: «Я Бог, Ко­то­рый вы­вел те­бя из Егип­та»
(Исх. 20:2). Оче­вид­но, что это чу­до бы­ло на­столь­ко по­ра­зи­тель­ным, что­ ос­па­ри­вать его не пред­став­ля­лось ни­ка­кой воз­мож­но­с­ти.



5.6. Про­ро­че­с­кий смысл Ис­хо­да

После того, как из­ра­иль­тяне перешли Чермное море, Мо­и­сей и за­тем Ма­ри­ам на бе­ре­гу вос­пе­ва­ют Гос­по­ду хва­леб­ную песнь: «По­им Гос­по­де­ви, слав­но бо про­сла­ви­ся: ко­ня и всад­ни­ка ввер­же в мо­ре: по­мощ­ник и по­кро­ви­тель бысть мне во спа­се­ние: сей мой Бог и про­слав­лю Его, Бог от­ца мо­е­го и воз­не­су Его…» (Исх. 15:1-21). Песнь эта со­став­ля­ет со­бой ос­но­ву пер­вой пес­ни ка­но­на на ут­ре­ни[17]
. Мес­си­ан­ский ее смысл вы­яс­ня­ет­ся при рас­смо­т­ре­нии про­ро­че­с­ко­го смыс­ла вос­пе­то­го в ней со­бы­тия.


Пре­да­ние го­во­рит, что Мо­и­сей, про­сти­рая жезл на мо­ре, изо­б­ра­зил им крест: «Крест на­чер­тав Мо­и­сей впря­мо жез­лом, Черм­ное мо­ре пре­се­че Из­ра­и­лю пе­ше­хо­дя­щу, той же об­рат­но фа­ра­о­но­вым ко­лес­ни­цам уда­рив со­во­ку­пи, во­пре­ки на­пи­сав не­по­бе­ди­мое ору­жие»[18]
.


Ис­ход евреев из Египта – пер­вый этап пу­те­ше­ст­вия в зем­лю обе­то­ван­ную. Эта зем­ля не есть са­мо­цель, и на­сле­до­ва­ние ее не есть ко­неч­ная цель вет­хо­за­вет­ной ис­то­рии. Зем­ля обе­то­ван­ная есть об­раз Цар­ст­вия Не­бес­но­го – по­кой и бла­го­по­лу­чие, ко­то­рые долж­ны бы­ли по­лу­чить из­ра­иль­тя­не в этой зем­ле, – об­раз по­коя и бла­жен­ст­ва, которые обретут лю­ди, при­об­щив­шись Цар­ст­ва Не­бес­но­го. Не­со­мнен­но, что пе­ре­ход че­рез Черм­ное мо­ре
, как пер­вый этап путешествия, есть об­раз кре­ще­ния, ко­то­рое по­сле об­ре­те­ния ве­ры не­об­хо­ди­мо для спа­се­ния.


Апо­с­тол Па­вел пи­шет в по­сла­нии к Ко­рин­фя­нам: «Не хо­щу же вас не ве­де­ти, бра­тие, яко от­цы на­ши вси под об­ла­ком бы­ша, и вси скво­зе мо­ре про­идо­ша: и вси в Мо­и­сея кре­с­ти­ша­ся во об­ла­це и в мо­ри» (1 Кор. 10:1-2). Свя­ти­тель Фе­о­фан За­твор­ник в тол­ко­ва­нии на по­сла­ние к Ко­рин­фя­нам со ссылкой на толкование блаженного Феодорита го­во­рит так: «“Быв­шее с ни­ми есть об­раз со­вер­ша­ю­ще­го­ся у нас: ибо мо­ре упо­доб­ля­лось ку­пе­ли, об­ла­ко – бла­го­да­ти Ду­ха, Мо­и­сей – ие­рею, жезл – кре­с­ту, пре­шед­ший мо­ре Из­ра­иль – кре­ща­е­мым, а пре­сле­ду­ю­щие егип­тя­не пред­став­ля­ли со­бой об­раз де­мо­нов, сам же фа­ра­он слу­жил изо­б­ра­же­ни­ем ди­а­во­ла” (блж. Фе­о­до­рит). Как в Мо­и­сея кре­с­ти­лись? Не соб­ст­вен­но в Мо­и­сея, но в То­го, Ко­го он про­об­ра­зо­вал. <…> Кре­с­тить­ся в ко­го-то зна­чит дать обя­за­тель­ст­во быть чьим-то, при­над­ле­жать ему все­душ­но. Хо­тя об из­ра­иль­тя­нах ска­за­но, что в пе­ре­хо­де че­рез Черм­ное мо­ре они по­ве­ри­ли Мо­и­сею, ра­бу Бо­жию (Исх. 14:31), но ос­но­ва уве­рен­но­с­ти не в нем, а в Бо­ге, явив­шем че­рез не­го та­кое за­ступ­ле­ние. По­это­му и кре­ще­ние из­ра­иль­тян в об­ла­ке и в мо­ре бы­ло че­рез не­го в Бо­га и в Гос­по­да» [77, c. 350 – 351].


Еги­петское рабство сим­во­ли­зи­ру­ет гре­хов­ную, стра­ст­ную жизнь. Ас­ке­ти­че­с­кий ас­пект Ис­хо­да рас­кры­ва­ет свя­ти­тель Гри­го­рий Нис­ский: «Здесь по­ве­ст­во­ва­ние учит, что пе­ре­шед­шие че­рез во­ду не долж­ны по вы­хо­де из нее брать с со­бою ни­че­го из вра­же­с­ко­го вой­ска. Ведь ес­ли враг вы­бе­рет­ся от­ту­да вме­с­те с из­ра­иль­тя­ни­ном, то и по­сле пе­ре­хо­да че­рез во­ду ос­та­нет­ся у не­го в раб­ст­ве, так как вы­пу­с­тил ти­ра­на жи­вым и не по­то­пил его в мор­ской пу­чи­не. Ес­ли мы рас­кро­ем смысл это­го об­ра­за, то пой­мем, что все, пе­ре­шед­шие та­ин­ст­вен­ную во­ду кре­ще­ния, долж­ны уто­пить в ней злое во­ин­ст­во: жад­ность, не­воз­дер­жа­ние, по­хоть, по­мы­ш­ле­ние о гра­бе­же, страсть тще­сла­вия и вы­со­ко­ме­рия, яро­ст­ные чув­ст­ва, гнев, не­го­до­ва­ние и про­чие по­доб­ные им, сле­ду­ю­щие обыч­но за на­шей при­ро­дой, – са­ми эти стра­с­ти, а так­же лу­ка­вые по­мы­ш­ле­ния и их по­след­ст­вия. То же са­мое мы ви­дим и в та­ин­ст­ве Па­с­хи. За­кон по­ве­ле­ва­ет есть с па­с­хой прес­ный хлеб, – то есть та­кой, в ко­то­ром не мо­жет при­ме­шать­ся ста­рая за­ква­с­ка, и да­ет нам та­ким об­ра­зом по­нять, что ни­ка­кой ос­та­ток гре­ха не дол­жен при­ме­ши­вать­ся к но­вой жиз­ни. По­сле­ду­ю­щую жизнь нуж­но на­чать за­но­во, об­ра­ща­ясь к до­б­ру, и от­се­кая тем са­мым при­выч­ку сле­до­вать по­ро­кам» [16, c. 56].


У нас нет воз­мож­но­с­ти рас­сма­т­ри­вать все мно­го­об­ра­зие тол­ко­ва­ний на Ис­ход. Отметим только, что это событие прообразовало и Рождество Христово. Для при­ме­ра при­ве­дем Бо­го­ро­ди­чен дог­ма­тик 5-го гла­са: «В Черм­нем мо­ри Не­ис­ку­со­брач­ныя Не­ве­с­ты об­раз на­пи­са­ся ино­гда: та­мо Мо­и­сей, раз­де­ли­тель во­ды: зде же Га­в­ри­ил, слу­жи­тель чу­де­се. Тог­да глу­би­ну ше­ст­во­ва не­мо­крен­но Из­ра­иль: ны­не же Хри­с­та ро­ди без­се­мен­но Де­ва. Мо­ре по про­ше­ст­вии Из­ра­и­ле­ве пре­бысть не­про­ход­но: Не­по­роч­ная по Рож­де­ст­ве Эм­ма­ну­и­ле­ве пре­бысть Не­тлен­на. Сый, и преж­де Сый, яв­лей­ся яко Че­ло­век, Бо­же, по­ми­луй нас».



5.7. Ис­ход как усы­нов­ле­ние Бо­гу

«Ког­да Из­ра­иль был юн, Я лю­бил его и из Егип­та вы­звал сы­на Мо­е­го»
(Ос. 11:1). По­че­му Из­ра­иль на­зван здесь сы­ном?


Выведя из Египта народ Израильский, Бог спа­са­ет его от ги­бе­ли. Вы­ше мы вы­яс­ни­ли, что это спа­се­ние бы­ло за­ло­гом и про­об­ра­зом на­ча­ла спа­се­ния че­ло­ве­че­ст­ва во Хри­с­те. Это спа­се­ние Бог со­вер­ша­ет, усы­нов­ляя се­бе Из­ра­иль. «И го­во­рил Я: как по­став­лю те­бя в чис­ло де­тей и дам те­бе вож­де­лен­ную зем­лю, пре­крас­ней­шее на­сле­дие мно­же­ст­ва на­ро­дов? И ска­зал: ты бу­дешь на­зы­вать Ме­ня от­цом тво­им и не от­сту­пишь от Ме­ня»
(Иер. 3:19). В этой свя­зи смерть пер­вен­цев еги­пет­ских при­об­ре­та­ет осо­бый смысл. «И ска­жи фа­ра­о­ну: так го­во­рит Гос­подь: Из­ра­иль [есть] сын Мой, пер­ве­нец Мой; Я го­во­рю те­бе: от­пу­с­ти сы­на Мо­е­го, что­бы он со­вер­шил Мне слу­же­ние; а ес­ли не от­пу­с­тишь его, то вот, Я убью сы­на тво­е­го, пер­вен­ца тво­е­го»
(Исх. 4:22-23)[19]
.


Свя­той апо­с­тол Па­вел учит, что мы спа­се­ны Бо­гом че­рез усы­нов­ле­ние во Ии­су­се Хри­с­те Сы­не Бо­жи­ем (Рим. 8:15; Гал. 4:5; Еф. 1:5). При этом связь усы­нов­ле­ния с Ис­хо­дом как про­об­ра­зом кре­ще­ния со­вер­шен­но оче­вид­на, по­сколь­ку имен­но в кре­ще­нии мы со­еди­ня­ем­ся со Хри­с­том (ср. 1 Кор. 10:2).



5.8. Чу­де­са на пу­ти до го­ры Си­най

Во­ды Мер­ры.
Путь по пу­с­ты­не от Черм­но­го мо­ря до го­ры Си­най со­про­вож­дал­ся ря­дом чу­дес­ных со­бы­тий. Че­рез три дня пу­ти по пу­с­ты­не Сур из­ра­иль­тя­не при­шли в Мер­ру (Исх. 15:23). Здесь был ис­точ­ник горь­кой во­ды, ко­то­рую Моисей превращает в слад­кую, бро­сив в нее дре­во, ука­зан­ное Бо­гом. Это древо про­об­ра­зу­ет Крест, ко­то­рым го­речь жиз­ни, по­ра­бо­щен­ной гре­ху, об­ра­ща­ет­ся в сла­дость ра­до­с­ти Цар­ст­ва Не­бес­но­го.


Дви­га­ясь даль­ше, из­ра­иль­тя­не при­шли в Елим, где по­ста­ви­ли стан при две­над­ца­ти ис­точ­ни­ках и се­ми­де­ся­ти паль­мах (Исх. 15:27).


Пе­ре­пе­ла и ман­на.
Во вре­мя стран­ст­вия по пу­с­ты­не Син начали оскудевать запасы пищи, народ возроптал, но был утешен тем, что налетело большое количество перепелов, опустившихся прямо в стане. Сразу после этого Гос­подь дал в пи­щу израильтянам ман­ну, выпавшую поутру как роса, и ко­то­рой они с тех пор пи­та­лись до са­мо­го вступ­ле­ния в зем­лю обе­то­ван­ную. «Ман­на» в переводе с еврейского: «что это?». В са­мом на­зва­нии нет ни­ка­ко­го объ­яс­не­ния то­му, что же это бы­ла за пи­ща. В раз­ных ме­с­тах Свя­щен­но­го Пи­са­ния мы встре­ча­ем упо­ми­на­ние о ман­не. О ней го­во­рит­ся, что вкус ее был, как у ле­пе­шек с ме­дом (Исх. 16:31) и как у ле­пе­шек с еле­ем (Чис. 11:8). В дру­гом ме­с­те читаем, что в ус­тах каж­до­го она да­ва­ла тот вкус, ко­то­ро­го ему в тот мо­мент хо­те­лось. В Псал­ти­ри о ней ска­за­но, что «хлеб ан­гель­ский ел че­ло­век»
(Пс. 77:25). Свя­ты­ми от­ца­ми это тол­ку­ет­ся в двух смыс­лах. Во-пер­вых, манна – хлеб ан­гель­ский, по­сколь­ку пре­по­да­вал­ся он по­сред­ст­вом ан­ге­лов; во-вто­рых, поскольку вку­шая ман­ну, из­ра­иль­тя­не по­лу­ча­ли еще и не­ко­то­рое ду­хов­ное ук­реп­ле­ние от ан­ге­лов. Ман­на так­же, не­со­мнен­но, бы­ла про­об­ра­зом та­ин­ст­ва Ев­ха­ри­с­тии, о чем Сам Гос­подь го­во­рил иу­де­ям, ука­зы­вая на ман­ну как на про­об­раз то­го ис­тин­но­го Хле­ба Не­бес­но­го, ко­то­рым Он Сам яв­ля­ет­ся (Ин. 6:31-51).


Най­ти ис­чер­пы­ва­ю­щее ес­те­ст­вен­ное объ­яс­не­ние это­му чу­ду (если такое желание возникнет), по-ви­ди­мо­му, не пред­став­ля­ет­ся воз­мож­ным, по­то­му что у манны бы­ло та­кое свой­ст­во, что ес­ли ее со­би­ра­лось слиш­ком ма­ло, то всем хва­та­ло, ес­ли со­би­ра­ли мно­го, то не бы­ло в ней из­быт­ка. При по­пыт­ке сде­лать за­па­сы она вски­пе­ла чер­вя­ми. На­ка­ну­не же суб­бо­ты со­би­ра­ли двой­ное ко­ли­че­ст­во, и не пор­ти­лась, и в суб­бо­ты не вы­па­да­ла (Исх. 16:18-27).


Законодатель отметил, что сыны Израилевы ели манну сорок лет, доколе не пришли к пределам земли Ханаанской (Исх. 16:35).


Во­да из ска­лы.
Сле­ду­ю­щие чу­де­са про­изо­ш­ли в Ре­фи­ди­ме. Пер­вое – это из­ве­де­ние во­ды из ска­лы, ког­да Мо­и­сей по по­ве­ле­нию Бо­жь­е­му уда­рил жез­лом сво­им в ска­лу и из нее по­ш­ла во­да (Исх. 17:6). Здесь сле­ду­ет про­дол­жить уже при­во­див­шу­ю­ся ци­та­ту из по­сла­ния к ко­рин­фя­нам: «и все ели од­ну и ту же ду­хов­ную пи­щу; и все пи­ли од­но и то же ду­хов­ное пи­тие: ибо пи­ли из ду­хов­но­го по­сле­ду­ю­ще­го кам­ня; ка­мень же был Хри­с­тос»
(1 Кор. 10:3-4). «Из ду­хов­ного по­сле­ду­ю­ще­го ка­м­ня»
– то есть кам­ня, ко­то­рый за ни­ми сле­ду­ет. Свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст, объясняя мысль св. апостола Павла, го­во­рит, что «хо­тя это бы­ло чув­ст­вен­но [то есть ман­на и во­да, чу­дес­ным об­ра­зом про­из­ве­ден­ная из ска­лы], од­на­ко по­да­ва­лось ду­хов­но, не по за­ко­нам при­ро­ды, а по бла­го­да­ти. <…> Не ка­мень по ес­те­ст­ву сво­е­му ис­то­чал во­ду, … но все это сде­лал не­ко­то­рый дру­гой, ду­хов­ный ка­мень, то есть Хри­с­тос, Ко­то­рый по­сто­ян­но со­пут­ст­во­вал им и тво­рил все чу­де­са и по­это­му го­во­рит по­сле­ду­ю­ща­го. Ви­дишь ли му­д­рость Пав­ла, как он объ­яс­ня­ет, что Хри­с­тос есть по­да­тель и то­го и дру­го­го, и та­ким об­ра­зом сбли­жа­ет про­об­раз с ис­ти­ною?» [77, c. 352]. Свя­ти­тель Гри­го­рий Нис­ский го­во­рит об этом так: «ибо тот, кто ос­та­вил в во­де мерт­во­го егип­тя­ни­на [стра­с­ти], по­знал сла­дость дре­ва и по­не­жил­ся в апо­с­толь­ских ис­точ­ни­ках, от­ды­хая под те­нью пальм [в Ела­ме], спо­со­бен от­ны­не при­нять и Бо­га. Ибо ска­ла, как го­во­рит апо­с­тол, – это Хри­с­тос (1 Кор. 10:4), не­до­ступ­ный и твер­дый для не­ве­ру­ю­щих. Но ес­ли кто-то при­но­сит жезл ве­ры, то Он ста­но­вит­ся во­дой для жаж­ду­щих и вхо­дит внутрь при­ни­ма­ю­щих Его. Как Он го­во­рит: Я и Отец Мой – “Мы при­дем к не­му и оби­тель у не­го со­тво­рим”
(Ин. 14:23)» [16]. Здесь ука­зы­ва­ет­ся на то, что имен­но ве­ра яв­ля­ет­ся воз­мож­но­с­тью при­об­щить­ся к ду­хов­ным да­ро­ва­ни­ям, ко­то­рые изо­биль­но из Бо­га из­ли­ва­ют­ся. Жезл Аа­ро­на есть жезл ве­ры. И не­ко­то­рое под­тверж­де­ние это­му мы уви­дим тог­да, ког­да узнаем, как со­гре­ши­ли Мо­и­сей и Аа­рон, в ре­зуль­та­те че­го они не смог­ли вой­ти в зем­лю обе­то­ван­ную.


Бит­ва с ама­ли­ки­тя­на­ми.
Сле­ду­ю­щее чу­до – это по­ра­же­ние ама­ли­ки­тян, ко­то­рые при­шли и во­е­ва­ли с из­ра­иль­тя­на­ми. Ии­сус На­вин, уче­ник Мо­и­сея, ру­ко­во­дил бит­вой, а Мо­и­сей в это вре­мя мо­лил­ся на вер­ши­не хол­ма. При­чем бы­ло за­ме­че­но, что ког­да Мо­и­сей мо­лит­ся, воз­де­вая ру­ки, то по­беж­да­ют из­ра­иль­тя­не, ког­да Мо­и­сей ос­ла­бе­ва­ет, то из­ра­иль­тя­не на­чи­на­ют про­иг­ры­вать (Исх. 17:11). Тог­да вста­ли по сто­ро­нам его Ор и Аа­рон, ко­то­рые и под­дер­жи­ва­ли его ру­ки та­ким же об­ра­зом, ка­ким впос­лед­ст­вии бы­ли рас­про­с­тер­ты ру­ки Хри­с­та во вре­мя рас­пя­тия.


Важ­ной символической чер­той яв­ля­ет­ся и то, что по­бе­ду одер­жи­ва­ет Ии­сус, а не Мо­и­сей, чем по­ка­зы­ва­ет­ся не­мощь за­ко­на. «Ибо закон, данный как образ и тень грядущего (Евр. 8:5), уже неспособен вести истинные сражения. в которых командует теперь Исполнитель закона и Преемник Моисея, – и Имя Его предвозвещено в имени тогдашнего полководца» [16, с. 62].


Пе­ред при­хо­дом на Си­най по со­ве­ту сво­е­го те­с­тя Ио­фо­ра, Мо­и­сей дает Из­ра­илю но­вое ад­ми­ни­с­т­ра­тив­ное ус­т­ро­е­ние. До это­го он сам ре­шал все про­бле­мы, сам су­дил все спо­ры, и по­это­му на­род с ут­ра до ве­че­ра сто­ял, ожи­дая, ког­да смо­жет к нему по­пасть (Исх. 18:14). Ио­фор, при­дя, уви­дел это и ска­зал, что нель­зя так му­чить себя и на­род, что необходимо поставить де­сят­ни­ков, пя­ти­де­сят­ни­ков, сот­ни­ков и ты­сяч­ни­ков, ко­то­рые бы ре­ша­ли все мел­кие во­про­сы. И толь­ко са­мые важ­ные де­ла дол­жен был ре­шать Мо­и­сей.



5.9. За­клю­че­ние За­ве­та и его смысл

Ко­неч­ным пунк­том пер­вой ча­с­ти пу­те­ше­ст­вия бы­ла го­ра Си­най, воз­ле ко­то­рой че­рез пять­де­сят дней по­сле Па­с­хи был за­клю­чен За­вет.


На­род рас­по­ло­жил­ся ста­ном у го­ры, а «Мо­и­сей взо­шел к Бо­гу [на го­ру], и воз­звал к не­му Гос­подь с го­ры, го­во­ря: так ска­жи до­му Иа­ков­ле­ву и воз­ве­с­ти сы­нам Из­ра­и­ле­вым: вы ви­де­ли, что Я сде­лал Егип­тя­нам, и как Я но­сил вас [как бы] на ор­ли­ных кры­ль­ях, и при­нес вас к Се­бе; итак, ес­ли вы бу­де­те слу­шать­ся гла­са Мо­е­го и со­блю­дать за­вет Мой, то бу­де­те Мо­им уде­лом из всех на­ро­дов, ибо Моя вся зем­ля, а вы бу­де­те у Ме­ня цар­ст­вом свя­щен­ни­ков и на­ро­дом свя­тым; вот сло­ва, ко­то­рые ты ска­жешь сы­нам Из­ра­и­ле­вым. И при­шел Мо­и­сей и со­звал ста­рей­шин на­ро­да и пред­ло­жил им все сии сло­ва, ко­то­рые за­по­ве­дал ему Гос­подь. И весь на­род от­ве­чал еди­но­глас­но, го­во­ря: все, что ска­зал Гос­подь, ис­пол­ним. И до­нес Мо­и­сей сло­ва на­ро­да Гос­по­ду
» (Исх. 19:3-8). Как ви­дим, Мо­и­сей вы­сту­па­ет в ро­ли по­сред­ни­ка.


В те­че­ние трех дней на­род го­то­вит­ся к по­лу­че­нию от­кро­ве­ния. И вот в день, ко­то­рый был пя­ти­де­ся­тым с мо­мен­та вы­хо­да из Егип­та, Гос­подь в гро­ме, мол­нии, ды­ме и труб­ном зву­ке «со­шел на го­ру»
и воз­ве­с­тил Мо­и­сею и на­ро­ду сло­ва За­ко­на, ко­то­рые на­чи­на­лись де­ся­тью за­по­ве­дя­ми – Де­ка­ло­гом.


Сра­зу от­ме­тим, что За­вет за­клю­ча­ет­ся в пу­с­ты­не, на «ни­чьей» зем­ле. И та­ким об­ра­зом можно сказать, что этот за­вет име­ет ха­рак­тер не ме­ст­ный, но все­мир­ный, от­но­ся­щий­ся ко все­му че­ло­ве­че­ст­ву.


О том, что та­кое за­вет, мы уж го­во­ри­ли. Да­вай­те по­смо­т­рим, в чем осо­бен­ность за­ве­та Си­най­ско­го.


Струк­ту­ра за­ве­та, как за­ме­че­но со­вре­мен­ны­ми ис­сле­до­ва­те­ля­ми [45, с. 135-136], фор­маль­но име­ет до­воль­но боль­шое сход­ст­во с обыч­ны­ми или, как сей­час го­во­рят, ти­по­вы­ми до­го­во­ра­ми меж­ду по­ве­ли­те­лем (сю­зе­ре­ном) и под­дан­ным (вас­са­лом), из­ве­ст­ны­ми во вто­ром ты­ся­че­ле­тии до Рож­де­ст­ва Хри­с­то­ва. Не­ма­ло та­ких до­го­во­ров бы­ло най­де­но в тек­с­тах хет­тов в ар­хи­ве Бо­газ­кей [45, с. 136]. В них есть ряд стан­дарт­ных раз­де­лов: пер­вый – пре­ам­бу­ла, где оп­ре­де­ля­ет­ся, кто всту­па­ет в до­го­вор, при­во­дят­ся ти­ту­лы. Здесь Гос­подь го­во­рит: «Я Гос­подь, Бог твой»
(Исх. 20:2). Даль­ше обыч­но ис­то­ри­че­с­кий про­лог, где ука­зы­ва­ет­ся ис­то­рия пре­ды­ду­щих от­но­ше­ний вас­са­ла со сво­им гос­по­ди­ном и оказанные ему бла­го­де­я­ния, ко­то­рые долж­ны лечь в ос­но­ву по­сле­ду­ю­щих вза­и­мо­от­но­ше­ний – «Я Господь, Бог твой, Ко­то­рый вы­вел те­бя из зем­ли Еги­пет­ской»
(Исх. 20:2). За­тем ого­ва­ри­ва­ют­ся ус­ло­вия до­го­во­ра: пер­вое и са­мое глав­ное ус­ло­вие – ус­ло­вие твер­дой вер­но­с­ти со­ю­зу. За­тем ча­ст­ные ус­ло­вия, ко­то­рые ре­гу­ли­ру­ют те или иные сто­ро­ны вза­и­мо­от­но­ше­ния. В данном случае это в пер­вую оче­редь де­ка­лог и по­том мно­же­ст­во раз­лич­ных ука­за­ний. Осо­бым пунк­том пре­ду­с­ма­т­ри­ва­лось, что текст до­го­во­ра дол­жен хра­нить­ся в хра­ме, как это бы­ло и с за­ко­ном Мо­и­се­е­вым, ко­то­рый хра­нил­ся в ски­нии, и что этот до­го­вор ре­гу­ляр­но дол­жен ог­ла­шать­ся вслух все­му на­ро­ду, что ука­за­но в кни­ге Вто­ро­за­ко­ние (Втор. 31:10-13). И, на­ко­нец, про­кля­тия и бла­го­сло­ве­ния со­от­вет­ст­вен­но за на­ру­ше­ние и ис­пол­не­ние до­го­во­ра. Они так­же со­дер­жат­ся в кни­ге Вто­ро­за­ко­ние. За­тем пред­по­ла­га­лась фор­маль­ная клят­ва или про­це­ду­ра вступ­ле­ния в до­го­вор­ные от­но­ше­ния. Един­ст­вен­но, че­го Си­най­ский за­вет в се­бе не со­дер­жит – это пе­ре­чис­ле­ния тех бо­гов, ко­то­рые бу­дут по­ру­чи­те­ля­ми это­го до­го­во­ра. При­чи­на впол­не по­нят­на. Ка­кие идо­лы мо­гут быть по­ру­чи­те­ля­ми при Бо­ге Твор­це?


Та­ким об­ра­зом, фор­маль­ная сто­ро­на де­ла пред­став­ля­ет­ся до­ста­точ­но оче­вид­ной. Од­на­ко мы уже име­ли воз­мож­ность убе­дить­ся в от­ли­чии по­ня­тия за­ве­та от до­го­во­ра. Это от­ли­чие ос­та­ет­ся в си­ле и здесь.


«Не за пра­вед­ность твою и не за пра­во­ту серд­ца тво­е­го идешь ты на­сле­до­вать зем­лю их, но за не­че­с­тие на­ро­дов сих Гос­подь, Бог твой, из­го­ня­ет их от ли­ца тво­е­го, и да­бы ис­пол­нить сло­во, ко­то­рым клял­ся Гос­подь от­цам тво­им Ав­ра­а­му, Иса­а­ку и Иа­ко­ву; по­се­му знай, что не за пра­вед­ность твою Гос­подь, Бог твой, да­ет те­бе ов­ла­деть сею до­б­рою зем­лею, ибо ты на­род же­с­то­ко­вый­ный
» (Втор. 9:5-6).


Со­блю­де­ние за­ко­на не есть спо­соб по­лу­че­ния от Бо­га раз­лич­ных благ. Это оче­вид­но из то­го, что за­вет пред­ла­га­ет­ся уже по­сле то­го, как Бог вы­вел Из­ра­иль из Егип­та, спас от фа­ра­о­на; они по­лу­чи­ли в пу­с­ты­не пи­щу и во­ду, по­бе­ди­ли ама­ли­ки­тян. И при­том, что от них ни­че­го не тре­бо­ва­лось вза­мен. Это по­ка­зы­ва­ет, что на са­мом де­ле ни­че­го Гос­подь не тре­бу­ет в ка­че­ст­ве не­пре­мен­но­го ус­ло­вия для по­да­чи ми­ло­с­тей, Он их ­да­ет да­ром. Но Гос­подь хо­чет быть сре­ди них, желает во­ди­тель­ст­во­вать этим на­ро­дом. Но что­бы Гос­подь мог пре­бы­вать сре­ди них, они долж­ны стре­мить­ся к свя­то­с­ти и к чи­с­то­те. По­это­му не Бог «при­вя­зы­ва­ет­» Себя к на­ро­ду из­ра­иль­ско­му, как это не­ред­ко впос­лед­ст­вии им ка­за­лось, а «при­вя­зы­вает» их к Себе. Спасение израильского народа от духовной гибели – вот глав­ная цель за­ко­на.


Гос­подь го­во­рит: вы «бу­де­те Мо­им уде­лом
из всех на­ро­дов, ибо Моя вся зем­ля, а вы бу­де­те у Ме­ня цар­ст­вом свя­щен­ни­ков
и на­ро­дом свя­тым
» (Исх. 19:5-6). Итак, они ста­но­вят­ся уде­лом Бо­жи­им сре­ди всех на­ро­дов, по­то­му что Гос­подь Сам их из­би­ра­ет и же­ла­ет имен­но в сво­ем уде­ле про­из­ра­с­тить плод спа­се­ния. За­тем они долж­ны быть цар­ст­вом свя­щен­ни­ков
. Как свя­щен­ни­ки бы­ли вы­де­ле­ны для осо­бо­го слу­же­ния вну­т­ри са­мо­го это­го на­ро­да, точ­но так же и сам этот на­род вы­де­ля­ет­ся из чис­ла про­чих на осо­бое слу­же­ние. Че­рез них долж­но ос­вя­тить­ся че­ло­ве­че­ст­во. И еще они долж­ны быть на­ро­дом свя­тым для то­го, что­бы быть спо­соб­ны­ми слу­жить Бо­гу. «Свя­ты будь­те, ибо свят Я Гос­подь, Бог ваш
» (Лев. 19:2). Здесь на­ча­ло пу­ти к Еван­гель­ской за­по­ве­ди. Еще не ука­за­на ме­ра, но на­зва­на при­чи­на.



5.10. Ут­верж­де­ние За­ве­та

Сна­ча­ла весь на­род слы­шит го­лос Бо­жий, иду­щий с го­ры, а по­том в стра­хе пред­ла­га­ет Мо­и­сею взять на се­бя функ­цию по­сред­ни­ка, что­бы Мо­и­сей воз­ве­щал им слова Божии. И Мо­и­сей дей­ст­ви­тель­но ста­но­вит­ся та­ким по­сред­ни­ком: он воз­ве­ща­ет сло­ва, ко­то­рые Бог ему го­во­рит, на­ро­ду, и на­род от­ве­ча­ет: «все, что ска­зал Гос­подь, сде­ла­ем и бу­дем по­слуш­ны»
(Исх. 24:3). В об­ли­чи­тель­ной еван­гель­ской прит­че о двух сы­но­вь­ях (Мф. 21:28-31) пер­вый из них ска­зал: «пой­ду»
и не по­шел. Под этим пер­вым сы­ном под­ра­зу­ме­ва­ет­ся на­род Из­ра­иль­ский. Вот этот мо­мент при го­ре Си­най, ког­да они все друж­но ре­ша­ют: «все, что ска­зал Гос­подь, сде­ла­ем и бу­дем по­слуш­ны»
(Исх. 24:3).


Ус­т­ро­ив у под­но­жия го­ры жерт­вен­ник, Мо­и­сей со­вер­ша­ет жерт­во­при­но­ше­ние и, ок­ро­пив по­ло­ви­ной кро­ви жерт­вен­ник, дру­гой по­ло­ви­ной окропляет на­род (Исх. 24:6–8). «Пер­вый [за­вет] был ут­верж­ден не без кро­ви»
(Евр. 9:18), – за­ме­ча­ет апо­с­тол Па­вел. Эта жерт­вен­ная кровь бы­ла про­об­ра­зом кро­ви Хри­с­то­вой, на ко­то­рой ут­верж­ден Но­вый За­вет.



5.11. Зо­ло­той те­лец

По­сле за­клю­че­ния за­ве­та Мо­и­сей сно­ва взо­шел на го­ру, где ему бы­ло да­но от­кро­ве­ние о ски­нии (Исх. 25 – 31 гл.). Но пре­бы­ва­ние на го­ре бы­ло пре­рва­но, и пер­вые ка­мен­ные скри­жа­ли с за­по­ве­дя­ми бы­ли раз­би­ты Мо­и­се­ем, ког­да Из­ра­иль­тя­не в его от­сут­ст­вие ус­т­ро­и­ли се­бе тель­ца и ста­ли ему по­кло­нять­ся, ста­ли петь и иг­рать во­круг не­го. Воз­ни­ка­ет во­прос: по­че­му бук­валь­но че­рез не­сколь­ко дней по­сле то­го, как по­обе­ща­ли, что «все, что ска­зал Гос­подь, сде­ла­ем и бу­дем по­слуш­ны»
, по­че­му по­сле всех чу­дес по­на­до­би­лось со­ору­жать ка­ко­го-то тель­ца, нарушая тем самым вторую заповедь.


Мож­но дать здесь не­ко­то­рое пси­хо­ло­ги­че­с­кое объ­яс­не­ние [42, c. 121 – 122]. Это был мо­мент на­и­боль­ше­го бла­го­при­ят­ст­во­ва­ния, мо­мент, ког­да ка­жет­ся, что Бог мак­си­маль­но рас­по­ло­жен к людям, и возникает соблазн: нель­зя ли сде­лать что-ни­будь та­кое, что­бы эту си­ту­а­цию за­фик­си­ро­вать, что­бы Бог слу­чай­но как-то не пе­ре­ме­нил Сво­е­го по­ве­де­ния. Но и по­нят­но, что мож­но по­про­бо­вать как-то это­го Бо­га от­лить в ви­де идо­ла, на­чать при­но­сить Ему жерт­вы, что­бы Он ни­ку­да не убе­жал и ни­че­го не стал де­лать не­по­ло­жен­но­го.


Это мо­жет по­ка­зать­ся стран­ным, но тем не ме­нее та­кое не­ред­ко про­ис­хо­ди­ло, хо­тя и не все­гда это де­ла­лось в ви­де зо­ло­то­го тель­ца, а ча­ще, уже в со­вре­мен­ном ми­ре, это про­ис­хо­дит в ви­де то­го, что творится не­ко­то­рый мыс­лен­ный идол, ко­то­ро­му че­ло­век с удо­воль­ст­ви­ем по­кло­ня­ет­ся. Жить с ним в чем-то да­же очень удоб­но. В на­ши дни этот идол обыч­но но­сит на­зва­ние: «Бог в ду­ше». Я ду­маю, вы не­од­но­крат­но с этим стал­ки­ва­лись. Ни­че­го не нуж­но, глав­ное иметь бо­га в ду­ше: у ме­ня в ду­ше бог есть, и мне по­это­му хо­ро­шо и удоб­но. А пра­виль­нее бы­ло бы ска­зать – в кар­ма­не. По­че­му это удоб­но? По­то­му что он там ти­хо си­дит, не ме­ша­ет; я его мо­гу поз­вать, ког­да на­до, ино­гда ска­зать: «по­мол­чи, по­жа­луй­ста». Удоб­но? То­го же са­мо­го удоб­ст­ва, впол­не воз­мож­но, ис­ка­ли Из­ра­иль­тя­не, ког­да со­ору­жа­ли се­бе зо­ло­то­го тель­ца и го­во­ри­ли: «вот бог твой,Израиль, ко­то­рый вы­вел тебя из земли Египе­тской»
(Исх. 32:8). Мож­но быть уве­рен­ны­ми, что та­кой бог не бу­дет пу­гать их не­о­жи­дан­но­с­тя­ми. Он не ро­дит­ся от Де­вы, не явит­ся где-то в Га­ли­лее, не бу­дет си­деть за сто­лом с греш­ни­ка­ми, не пой­дет на Крест. Все бу­дет чин­но. Он бу­дет сто­ять, мы бу­дем хо­ро­во­ды во­круг не­го во­дить, и жить нам бу­дет удоб­но и хо­ро­шо.


Воз­ни­ка­ет во­прос о том, по­че­му Аа­рон при­нял уча­с­тие в этом ме­ро­при­я­тии? Од­но­знач­но­го ответа на этот вопрос не существует. Не­ко­то­рые толкователи по­ри­ца­ют Аарона, другие на­хо­дят ему из­ви­не­ния. Пре­по­доб­ный Еф­рем Си­рин, в тол­ко­ва­ни­ях ко­то­ро­го при­во­дит­ся мно­го древ­них пре­да­ний, об­ра­ща­ет вни­ма­ние на сле­ду­ю­щее: на­чи­ная с этой ис­то­рии, мы боль­ше ни­где не встре­ча­ем упо­ми­на­ние об Оре. Он объясняет это тем, что ког­да Ор по­пы­тал­ся вос­про­ти­вить­ся это­му со­ору­же­нию, он был убит, и Аа­рон, не же­лая по­сле­до­вать его уча­с­ти, со­гла­сил­ся на тре­бо­ва­ние на­ро­да [22, т. 6, с. 373]. По сви­де­тель­ст­ву са­мо­го Мо­и­сея, «и на Аа­ро­на весь­ма про­гне­вал­ся Гос­подь [и хо­тел] по­гу­бить его; но я мо­лил­ся и за Аа­ро­на в то вре­мя»
(Втор. 9:20). Бла­жен­ный Фе­о­до­рит Кир­ский за­щи­ща­ет Аа­ро­на: «Ис­сле­до­вав де­ло, най­дем, что Аа­рон не со­вер­шен­но ли­шен из­ви­не­ния. Ког­да брат его со­рок дней пре­был на вер­ши­не го­ры, на­род при­шел в не­ис­тов­ст­во и стре­мил­ся воз­вра­тить­ся в Еги­пет. Аа­рон пы­тал­ся сна­ча­ла обуз­дать стрем­ле­ние их сло­вом. По­ели­ку же уви­дел их не­по­кор­ны­ми, то ис­про­сил у жен зо­ло­тые ве­щи, про­тив од­ной стра­с­ти вос­став­ляя дру­гую, лю­бовь к на­ря­дам и лю­бо­стя­жа­тель­ность – про­тив бе­зум­но­го су­е­ве­рия. Но и сия хи­т­рость не уга­си­ла их не­ис­тов­ст­ва. По­се­му при­нуж­ден был сде­лать тель­ца» [73, с. 110].


По­че­му Из­ра­иль­тя­не изо­б­ра­зи­ли Бо­га имен­но в ви­де тель­ца? Это был до­воль­но рас­про­ст­ра­нен­ный у се­ми­тов спо­соб изо­б­ра­же­ния бо­же­ст­ва, сим­во­ли­зи­ро­вав­ший его мо­гу­ще­ст­во. В Егип­те то­же по­чи­та­ли свя­щен­но­го тель­ца – бо­га Апи­са. По­это­му здесь ни­ка­ко­го изо­б­ре­та­тель­ст­ва не бы­ло, из­бран был тра­ди­ци­он­ный об­раз. Имен­но в ви­де зо­ло­тых тель­цов изо­б­ра­зил Бо­га впос­лед­ст­вии царь Ие­ро­во­ам, установив их в Ве­фи­ле и Да­не (3 Цар. 12:28,29).


Гос­подь повелел Мо­и­сею отой­ти от это­го на­ро­да, ибо он бу­дет унич­то­жен, а от Мо­и­сея бу­дет про­из­ве­ден но­вый на­род, «который будет сильнее и многочисленней их
» (Втор. 9:14). То есть Моисей мог уподобиться Ною и Аврааму. Мо­и­сей стал умо­лять Гос­по­да: «от­вра­ти пла­мен­ный гнев Твой и от­ме­ни по­губ­ле­ние на­ро­да Тво­е­го»
(Исх. 32:12), – что его из­ве­ст­ным об­ра­зом ха­рак­те­ри­зу­ет. Он по­лон люб­ви, не­о­быч­ной для сво­е­го вре­ме­ни, – та­кой люб­ви, с ка­кой апо­с­тол Па­вел го­во­рит: «я же­лал бы сам быть от­лу­чен­ным от Хри­с­та за бра­ть­ев мо­их... Из­ра­иль­тян»
(Рим. 9:3).


Од­на­ко поклонение евреев тельцу не ос­та­лось не­на­ка­зан­ным. Мо­и­сей го­во­рит: «кто Гос­по­день, [иди] ко мне!»
(Исх. 32:26), – и к не­му со­би­ра­ют­ся ле­ви­ты, ко­то­рые уби­ва­ют идо­ло­по­клон­ни­ков в ста­не (до трех ты­сяч че­ло­век). В этот мо­мент ме­ня­ет­ся судь­ба ко­ле­на Ле­вия. Хо­тя Иа­ков ли­шил Ле­вия бла­го­сло­ве­ния, ле­ви­ты сво­ей пре­дан­но­с­тью Бо­гу смог­ли ис­пра­вить по­ло­же­ние (в от­ли­чие от по­том­ков Си­ме­о­на).



5.12. Си­най­ское бо­го­яв­ле­ние

Мо­и­сей, по­лу­чив та­кие воз­вы­шен­ные от­кро­ве­ния, на­чи­на­ет про­сить: «итак, ес­ли я при­об­рел бла­го­во­ле­ние в очах Тво­их, то мо­лю: от­крой мне путь Твой, да­бы я по­знал Те­бя, что­бы при­об­ре­с­ти бла­го­во­ле­ние в очах Тво­их
» (Исх. 33:13). «[Мо­и­сей] ска­зал: по­ка­жи мне сла­ву Твою. И ска­зал [Гос­подь]: Я про­ве­ду пред то­бою всю сла­ву Мою и про­воз­гла­шу имя Ие­го­вы пред то­бою, и ко­го по­ми­ло­вать – по­ми­лую, ко­го по­жа­леть – по­жа­лею. И по­том ска­зал Он: ли­ца Мо­е­го не мож­но те­бе уви­деть, по­то­му что че­ло­век не мо­жет уви­деть Ме­ня и ос­тать­ся в жи­вых. И ска­зал Гос­подь: вот ме­с­то у Ме­ня, стань на этой ска­ле; ког­да же бу­дет про­хо­дить сла­ва Моя, Я по­став­лю те­бя в рас­се­ли­не ска­лы и по­крою те­бя ру­кою Мо­ею, до­ко­ле не прой­ду; и ког­да сни­му ру­ку Мою, ты уви­дишь Ме­ня сза­ди, а ли­це Мое не бу­дет ви­ди­мо
» (Исх. 33:18-23). В цер­ков­но­сла­вян­ском тек­с­те «... и тог­да уз­ри­ши зад­няя Моя: ли­це же Мое не явит­ся те­бе
» (Исх. 33:23). Этот текст про­ти­во­ре­чит на­шим пред­став­ле­ни­ям о Бо­ге: ру­ки, ли­цо, сза­ди, – что это? Как это по­ни­мать в при­ло­же­нии к Бо­гу? Бук­валь­ное про­чте­ние это­го от­рыв­ка со­вер­шен­но для нас не­воз­мож­но. Но для нас воз­мож­но ду­хов­ное по­ни­ма­ние. Где и ка­ким об­ра­зом мо­жет че­ло­век встре­тить­ся с Бо­гом? В ка­кой ска­ле?


Об­раз кам­ня нам уже встре­чал­ся и в ис­то­рии Иа­ко­ва, и в ис­то­рии стран­ст­вия по пу­с­ты­не. И вот свя­ти­тель Гри­го­рий Нис­ский го­во­рит, что имен­но Хри­с­тос есть то «ме­с­то», где про­ис­хо­дит встре­ча че­ло­ве­ка с Бо­гом. Хри­с­тос есть Тот, че­рез Ко­го от­кры­ва­ет­ся Бог че­ло­ве­ку [16, с. 86 – 87]. Еван­ге­лие от Ио­ан­на го­во­рит нам о том, что «Бо­га не ви­дел ни­кто ни­ког­да; Еди­но­род­ный Сын, су­щий в не­дре От­чем, Он явил
» (Ин. 1:18). Со­вре­мен­ный гре­че­с­кий бо­го­слов ми­т­ро­по­лит Ие­ро­фей (Вла­хос) в ду­хе свя­то­оте­че­с­кой тра­ди­ции пи­шет, что «вет­хо­за­вет­ные от­кро­ве­ния Бо­га яв­ля­лись от­кро­ве­ни­я­ми Вто­ро­го Ли­ца Свя­той Тро­и­цы – бес­плот­но­го Бо­га Сло­ва. По­сколь­ку же яв­ле­ние Сло­ва не про­ис­хо­дит не­за­ви­си­мо от Свя­то­го Ду­ха, то бес­плот­ное Сло­во яв­лял про­ро­кам имен­но Свя­той Дух. Че­рез Не­го от­кры­ва­лось и со­вер­ше­ние гря­ду­щих та­инств» [24, c. 367].


В сво­ем тру­де «Про­тив ере­сей» (IV.20.9) свя­той Ири­ней Ли­он­ский пи­шет: «И Са­мо Сло­во яв­ля­лось и го­во­ри­ло с Мо­и­се­ем, “как го­во­рит че­ло­век с дру­гом сво­им
” (Исх. 33:11). Но Мо­и­сей же­лал яс­но ви­деть го­во­рив­ше­го с ним, и ему бы­ло ска­за­но: “стань на этой скале. Когда же будет проходить слава Моя, Я поставлю тебя в расселине скалы, и покрою тебя рукою Моею, доколе не пройду. И когда сниму руку Мою, ты увидишь Меня сзади, а лице Мое не будет видимо (тебе)
” (Исх. 33:21-23) «потому что человек не может увидеть Меня, и остаться в живых»
(Исх. 33:20). Здесь ука­зы­ва­ет­ся и то, и дру­гое: и что че­ло­ве­ку не­воз­мож­но ви­деть Бо­га, и что по пре­му­д­ро­с­ти Бо­жи­ей че­ло­век в по­след­ние вре­ме­на уви­дит Его на вы­со­те ска­лы, то есть по при­ше­ст­вии Его как че­ло­ве­ка. И по­это­му Он ли­цом к ли­цу бе­се­до­вал с ним на вы­со­те го­ры в при­сут­ст­вии так­же Илии, как по­ве­ст­ву­ет Еван­ге­лие (Мф. 17:3), и, на­ко­нец, ис­пол­нил древ­нее обе­ща­ние» [34, с. 374][20]
.


Не слу­чай­но на Фа­во­ре при Пре­об­ра­же­нии два бо­го­вид­ца, Мо­и­сей и Илия, сви­де­тель­ст­во­ва­ли Хри­с­ту о том, что Он и есть Тот са­мый Бог, Ко­то­рый яв­лял­ся им на Си­нае и Хо­ри­ве.


Хри­с­тос го­во­рил, что же­ла­ю­щие быть его уче­ни­ка­ми долж­ны сле­до­вать за Ним. А раз так, то и ви­деть Его как бы сза­ди. О чем здесь и идет речь. Тот, ко­го ве­дет Бог, не мо­жет ви­деть ли­ца Ве­ду­ще­го [ср. 16, с. 88]. Хо­тя в дру­гом ме­с­те Гос­подь го­во­рит, что не бы­ло и не бу­дет та­ко­го про­ро­ка в Из­ра­и­ле, как Мо­и­сей, которого Господь знал лицом к лицу (Втор. 34:10). Здесь в раз­ных смыс­лах ис­поль­зу­ет­ся этот об­раз.


Необходимо ска­зать, что в свя­то­оте­че­с­ких тол­ко­ва­ни­ях[21]
жизнь Мо­и­сея рас­сма­т­ри­ва­ет­ся не толь­ко в ис­то­ри­че­с­ком пла­не, но и как об­раз вос­хож­де­ния ду­ши по пу­ти со­вер­шен­ст­ва, вос­хож­де­ния че­ло­ве­ка к Бо­гу. Об­ра­ти­те вни­ма­ние, где про­ис­хо­дят важ­ней­шие биб­лей­ские со­бы­тия. Ков­чег Ноя при­ста­ет к го­ре; Иса­ак при­но­сит­ся в жерт­ву на го­ре; Мо­и­сей по­лу­ча­ет за­по­ве­ди на го­ре, Бог ему от­кры­ва­ет­ся на го­ре; Илия про­рок вос­хо­дит на го­ру Хо­рив, где ему от­кры­ва­ет­ся Бог; со­стя­за­ние со жре­ца­ми Ва­а­ла то­же про­ис­хо­дит на го­ре. Так­же и в но­во­за­вет­ной ис­то­рии – Пре­об­ра­же­ние, На­гор­ная про­по­ведь, Крест, Воз­не­се­ние. Ду­хов­ный смысл это­го об­сто­я­тель­ст­ва та­ков. Го­ра есть об­раз ду­хов­но­го вос­хож­де­ния, ког­да, от­ре­ша­ясь от все­го зем­но­го, ду­ша по­лу­ча­ет воз­мож­ность при­бли­зить­ся к Бо­гу. Во­круг го­ры Си­най бы­ла про­ве­де­на чер­та, даль­ше ко­то­рой бы­ло за­пре­ще­но на­хо­дить­ся и лю­дям и ско­ту. Ес­ли ка­кая-ни­будь ко­ро­ва или ов­ца че­рез эту чер­ту по на­прав­ле­нию к го­ре пе­ре­сту­пит, то она долж­на бы­ла быть уби­та (Исх. 19:12–13). Этим изо­б­ра­жа­ют­ся плот­ские и зем­ные по­мы­ш­ле­ния и стра­с­ти, ко­то­рые не мо­гут при­бли­жать­ся ту­да, где пре­бы­ва­ет Бог.



5.13. О яв­ле­нии ан­ге­лов

На Си­нае Гос­подь обе­ща­ет Мо­и­сею по­слать с ни­ми ан­ге­ла, что­бы он вел их по пу­с­ты­не. Здесь са­мое вре­мя сде­лать не­сколь­ко за­ме­ча­ний о яв­ле­ни­ях ан­ге­лов, опи­сан­ных в Пя­ти­кни­жии. Мы об­ра­ща­ли уже вни­ма­ние на то, как стран­но ино­гда ре­а­ги­ро­ва­ли пра­вед­ни­ки на яв­ле­ние ан­ге­лов. Ска­жем, ког­да яв­ля­ет­ся ан­гел в пу­с­ты­не Ага­ри из­гнан­ной Са­рой, та по­том го­во­рит: «ты Бог, ви­дя­щий ме­ня»
(Быт. 16:13). Яв­ля­ет­ся ан­гел Иа­ко­ву во сне, и Иа­ков го­во­рит же­нам: «Ан­гел Бо­жий ска­зал мне во сне: Я Бог, яв­ляв­ший­ся те­бе в Ве­фи­ле»
(Быт. 31:11, 13). За­тем, во вре­мя Ис­хо­да го­во­рит­ся, что «ан­гел Бо­жий шел впе­ре­ди в ви­де стол­па ог­нен­но­го и по­за­ди в ви­де стол­па об­лач­но­го».
А по­том: «и воз­зрел Бог на стан Егип­тян из стол­па ог­нен­но­го и об­лач­но­го»
(Исх. 14:24). При­ме­ры мож­но ум­но­жать.


Про­ис­хо­дит стран­ная за­ме­на: «явил­ся ему Ан­гел Гос­по­день в пла­ме­ни ог­ня из сре­ды тер­но­во­го ку­с­та
» (Исх. 3:2) – «и воз­звал к не­му Бог из сре­ды ку­с­та
» (Исх. 3:4).


На­и­бо­лее яр­ким в этом от­но­ше­нии в Пя­ти­кни­жии яв­ля­ет­ся эпи­зод, на ко­то­ром мы ос­та­но­ви­лись. Гос­подь го­во­рит: «Вот, Я по­сы­лаю пе­ред то­бою Ан­ге­ла [Мо­е­го] хра­нить те­бя на пу­ти и вве­с­ти те­бя в то ме­с­то, ко­то­рое Я при­го­то­вил [те­бе]; блю­ди се­бя пред ли­цом Его и слу­шай гла­са Его; не упор­ст­вуй про­тив Не­го, по­то­му что Он не про­стит гре­ха ва­ше­го, ибо имя Мое в Нем»
(Исх. 23:20-21). Что это за Ан­гел, Ко­то­рый мо­жет про­щать гре­хи, Ко­то­рый во­ди­тель­ст­во­вал ими и тво­рил чу­де­са, и спа­сал их от ги­бе­ли во вре­мя пу­те­ше­ст­вия в пу­с­ты­не, и ввел их в зем­лю Ха­на­ан­скую?


Здесь речь идет об от­кро­ве­нии Вет­хо­го За­ве­та о Хри­с­те Сы­не Бо­жи­ем, по­то­му что имен­но Хри­с­тос в на­и­боль­шей сте­пе­ни есть Ан­гел – по­слан­ник, ве­ст­ник Бо­жий, ве­ст­ник из­бав­ле­ния че­ло­ве­ка от осуж­де­ния и смер­ти. Так бла­жен­ный Фе­о­до­рит в ком­мен­та­рии на видение Иа­ко­ва го­во­рит: «Должно заметить, что явившегося назвав выше ангелом, теперь показывает, что Он и Бог, потому что Сам говорит: Аз есмь Бог явивыйся тебе
на пути. Ви­дел же он ан­ге­лов, вос­хо­дя­щих и нис­хо­дя­щих по ле­ст­ни­це, а Гос­по­да – ут­верж­дав­ше­го­ся ввер­ху ее. Его-то на­и­ме­но­вал здесь и ан­ге­лом, и Бо­гом: Бо­гом – по ес­те­ст­ву, ан­ге­лом же – да зна­ем, что явив­ший­ся не Отец, но Еди­но­род­ный Сын. Ибо чьим ан­ге­лом бу­дет Отец? Сын же – и Бог, и Ве­ли­ко­го Со­ве­та Ан­гел, по­то­му что воз­ве­с­тил нам тай­ны От­ца. Ибо го­во­рит: яже слы­шах от от­ца Мо­е­го, ска­зах вам
» (Ин. 15, 15)» [73, с. 64].



5.14. Ски­ния и ее при­над­леж­но­с­ти

«Ког­да ра­зум Мо­и­сея был очи­щен эти­ми за­ко­на­ми, он был воз­ве­ден к еще бо­лее вы­со­кой сте­пе­ни по­свя­ще­ния в та­ин­ст­ва, ког­да Бо­же­ст­вен­ная си­ла яви­ла ему сра­зу всю ски­нию (Исх. 25–27)… А что­бы кра­со­та и точ­ное ус­т­рой­ст­во все­го уви­ден­но­го не ус­кольз­ну­ло бы из па­мя­ти, и он мог бы по­ка­зать это чу­до ос­тав­шим­ся вни­зу лю­дям, Мо­и­сею был дан со­вет не ог­ра­ни­чи­вать­ся про­стым опи­са­ни­ем, а вос­про­из­ве­с­ти не­ма­те­ри­аль­ное тво­ре­ние в ма­те­ри­аль­ном со­ору­же­нии, ис­поль­зуя са­мые яр­кие и ве­ли­ко­леп­ные ма­те­ри­а­лы, ка­кие толь­ко мож­но най­ти на зем­ле» [16, c. 23].


Гос­подь так и го­во­рит: по­ст­рой ски­нию «по то­му об­раз­цу, ка­кой по­ка­зан те­бе на го­ре»
(Исх. 25:40). Ски­ния – это па­лат­ка, по­ход­ный храм. Тех­ни­че­с­ки она пред­став­ля­ла со­бой двор, раз­ме­ром при­мер­но 50 на 25 ме­т­ров, ого­ро­жен­ный стол­ба­ми и об­тя­ну­тый тка­нью. Во дво­ре сто­ял жерт­вен­ник и умы­валь­ник. Жерт­вен­ник, на ко­то­ром при­но­си­лись жерт­во­при­но­ше­ния, имел квадратную форму, был сделан из ака­ций (де­ре­во сит­тим) и оби­т ме­дью (Исх. 27:1-8). В глу­би­не дво­ра на­хо­ди­лись два кры­тых по­ме­ще­ния: свя­ти­ли­ще, в ко­то­ром сто­ял зо­ло­той ал­тарь ка­диль­ный, се­ми­свеч­ник и стол с хле­ба­ми пред­ло­же­ния, и Свя­тое Свя­тых (око­ло пя­ти ме­т­ров во всех из­ме­ре­ни­ях) где находился ков­чег За­ве­та с херувимами на крышке. Свя­тое Свя­тых по­кры­ва­лось льня­ны­ми, шер­стя­ны­ми и ко­жа­ны­ми за­ве­са­ми.


Ка­ков смысл это­го со­ору­же­ния? Ски­ния – об­раз Бо­го­во­пло­ще­ния. «Не­ру­ко­твор­ная по сво­ей при­ро­де, эта ски­ния ста­новит­ся твар­ной, ког­да ей нуж­но быть воз­двиг­ну­той по­сре­ди нас. … Это и есть Еди­но­род­ный Бог, объ­ем­лю­щий Со­бою все­лен­ную, но и сре­ди нас ус­т­ро­ив­ший Свою ски­нию» [16, c. 69]. Ког­да еван­ге­лист Ио­анн го­во­рит: «И Сло­во плоть бысть и все­ли­ся в ны»
(Ин. 1:14), вот это «все­ли­ся в ны»
мо­жет быть истолковано как «по­ста­вил Свой ша­тер по­сре­ди нас».


Ски­ния сто­я­ла по­сре­ди ста­на Из­ра­иль­ско­го. Ес­ли вы про­чи­та­е­те вни­ма­тель­но его опи­са­ние, то уви­ди­те, что из­ра­иль­тя­не рас­по­ла­га­лись так, что их стан в пла­не пред­став­лял со­бою крест, и в цен­т­ре это­го кре­с­та на­хо­ди­лась ски­ния (Числ. 2 гл.). Ски­ния бы­ла сим­во­лом пре­бы­ва­ния Бо­га сре­ди на­ро­да израильского, ее осеняло облако и наполняла слава Господня (Исх. 40:35). В каноне на Воздвижение (песнь 4 тропарь 3) говорится: «Священнии ополчаются четверочастнии людие, предходяще образом свидетельства скинии, крестообразными чинми прославляеми».


Устройство скинии, раз­ные ее де­та­ли и цве­та тка­ней про­об­ра­зовали Те­ло Хри­с­то­во, сви­де­тель­ст­вовали, что это пре­бы­ва­ние осу­ще­ст­вит­ся че­рез Во­пло­ще­ние. Но Те­ло Хри­с­то­во есть и Цер­ковь. Явление Бога в скинии пророчески изображает устройство Богом Церкви, через которую Он явил на земле Свое грядущее Царство. Этот же образ присутствует в пророческих видениях Апокалипсиса. «И ус­лы­шал я гром­кий го­лос с не­ба, го­во­ря­щий: се, ски­ния Бо­га с че­ло­ве­ка­ми, и Он бу­дет оби­тать с ни­ми; они бу­дут Его на­ро­дом, и Сам Бог с ни­ми бу­дет Бо­гом их
» (Откр. 21:3).


Ино­гда ус­т­рой­ст­во ски­нии толкуется как про­ро­че­ст­во о Бо­жи­ей Ма­те­ри, в Ко­то­рую все­лил­ся Бог Сло­во. Су­ще­ст­ву­ют два обыч­ных апо­с­толь­ских за­ча­ла на Бо­го­ро­дич­ные пра­зд­ни­ки: пер­вое – это по­сла­ние к Фи­лип­пий­цам (2:5-11) о пер­вен­ст­ве и са­мо­уни­чи­же­нии Хри­с­то­вом, вто­рое – по­сла­ние к Ев­ре­ям (9:1-7), в ко­то­ром как раз и го­во­рит­ся о ски­нии. Во-пер­вых, по­то­му, что ски­ния про­об­ра­зо­ва­ла Са­му Бо­жию Ма­терь, во-вто­рых, по­то­му, что Бо­го­ро­ди­ца по­слу­жи­ла де­лу Бо­го­во­пло­ще­ния, ко­то­рое про­ро­че­с­ким об­ра­зом изо­б­ра­жа­лось этой ски­ни­ей.



5.15. Ос­вя­ще­ние ски­нии

По­ве­ст­во­ва­ние кни­ги Ис­ход за­кан­чи­ва­ет­ся опи­са­ни­ем ос­вя­ще­ния ски­нии. Ус­т­ро­ив все по по­ве­ле­нию Бо­жию, в пер­вый день пер­во­го ме­ся­ца (то есть че­рез год по­сле вы­хо­да из Егип­та) Мо­и­сей ос­вя­тил ски­нию, по­ма­зав ее и все при­над­леж­но­с­ти еле­ем. Бы­ли так­же по­свя­ще­ны и по­ма­за­ны на слу­же­ние Аа­рон и его сы­но­вья.


«И по­кры­ло об­ла­ко ски­нию со­бра­ния, и сла­ва Гос­под­ня на­пол­ни­ла ски­нию; и не мог Мо­и­сей вой­ти в ски­нию со­бра­ния, по­то­му что осе­ня­ло ее об­ла­ко, и сла­ва Гос­под­ня на­пол­ня­ла ски­нию. Ког­да под­ни­ма­лось об­ла­ко от ски­нии, тог­да от­прав­ля­лись в путь сы­ны Из­ра­и­ле­вы во все пу­те­ше­ст­вие свое; ес­ли же не под­ни­ма­лось об­ла­ко, то и они не от­прав­ля­лись в путь, до­ко­ле оно не под­ни­ма­лось, ибо об­ла­ко Гос­под­не сто­я­ло над ски­ни­ею днем, и огонь был но­чью в ней пред гла­за­ми все­го до­ма Из­ра­и­ле­ва во все пу­те­ше­ст­вие их
» (Исх. 40:34-38).


Явление Бога в скинии пророчески изображает устройство Богом Церкви, через которую Он явит на земле Свое грядущее Царство.


Хо­чу во избежание путаницы на­пом­нить, что преж­де со­ору­же­ния этой ски­нии бы­ла еще ски­ния вне ста­на на рас­сто­я­нии суб­бот­не­го пу­ти (Исх. 33:7). Она су­ще­ст­во­ва­ла от вре­ме­ни по­кло­не­ния тель­цу до ус­т­рой­ст­ва по­сто­ян­ной ски­нии. В ней от­кры­вал­ся Бог, но не бы­ло бо­го­слу­же­ния.



Гла­ва 6. Ле­вит

Кни­га Ле­вит бо­лее, чем лю­бая дру­гая книга Священного Писания, пред­став­ля­ет со­бой сбор­ник пра­вил и ус­та­нов­ле­ний. В ней все­го два крат­ких по­ве­ст­во­ва­тель­ных эпи­зо­да (Лев. 10:1-6; 24:10-23). Преж­де чем го­во­рить об этих ус­та­нов­ле­ни­ях, нуж­но ска­зать, что в на­шей со­вре­мен­ной жиз­ни мы их не ис­пол­ня­ем и прак­ти­че­с­кая цен­ность ее для нас рав­на ну­лю. Воз­ни­ка­ет во­прос, нуж­на ли нам эта кни­га? Иногда можно услышать такой ответ: «Ин­те­рес­но, как жи­ли древ­ние ев­реи, ка­кие у них бы­ли тра­ди­ции, обы­чаи». Ин­те­рес­но, ко­неч­но же, но сто­ит ли на это тра­тить свое дра­го­цен­ное вре­мя? Ка­кое это к нам име­ет от­но­ше­ние?


К нам это име­ет от­но­ше­ние са­мое пря­мое в свя­зи с тем сим­во­ли­че­с­ким и про­об­ра­зо­ва­тель­ным зна­че­ни­ем, ко­то­рое скры­то во всех ус­та­нов­ле­ни­ях этой кни­ги. Во-пер­вых, не­со­мнен­но, что свя­тость, к ко­то­рой при­зва­ны бы­ли чле­ны из­ра­иль­ско­го об­ще­ст­ва, есть то же са­мое, к че­му при­зва­ны мы с ва­ми. Во-вто­рых, во всех ус­та­нов­ле­ни­ях этой кни­ги со­дер­жит­ся ука­за­ние на Ии­су­са Хри­с­та как на пер­во­свя­щен­ни­ка Но­во­го За­ве­та, на жерт­ву, ко­то­рой Он очи­с­тил нас от гре­ха. По­сколь­ку Хри­с­тос есть со­дер­жа­ние всей на­шей жиз­ни, есть Тот, Ко­го мы лю­бим боль­ше все­го, то, ес­те­ст­вен­но, что все ука­зы­ва­ю­щее на То­го, Кто на­ми лю­бим, к Ко­му мы бо­лее все­го стре­мим­ся, долж­но быть для нас цен­ным. В этой свя­зи для нас не­о­бы­чай­но до­ро­ги и цен­ны ука­за­ния кни­ги Ле­вит, ка­ки­ми бы они стран­ны­ми на пер­вый взгляд ни ка­за­лись.



6.1. По­ста­нов­ле­ния о жерт­вах

Весь строй вет­хо­за­вет­ных жертв, на­чи­ная с жерт­вы па­с­халь­ной, совершенной при Ис­хо­де, и кон­чая хлеб­ным при­но­ше­ни­ем, не­со­мнен­но, ука­зы­ва­ет на жерт­ву Христову, бла­го­да­ря ко­то­рой лю­ди дей­ст­ви­тель­но по­лу­чи­ли очи­ще­ние, ис­куп­ле­ние и про­ще­ние всех сво­их гре­хов. Не слу­чай­но, ког­да Ио­анн Пред­те­ча на Иор­да­не го­во­рит сво­им уче­ни­кам: «се Аг­нец Бо­жий, взем­ляй гре­хи ми­ра
» (Ин. 1:29), то, по край­ней ме­ре, не­ко­то­рые из них по­ня­ли, о чем идет речь, хо­тя сам этот об­раз без вет­хо­за­вет­ных сво­их ос­но­ва­ний не­по­ня­тен. Для неподготовленного слушателя ло­гич­нее бы­ло бы услышать: слон или бык, ко­то­рый бе­рет на се­бя гре­хи ми­ра, по­то­му что чем крупнее жи­вот­ное тем больше, наверное, мо­жет гре­хов по­не­с­ти. А для слу­ша­те­лей святого Ио­ан­на Пред­те­чи, воспитанных на Священном Писании, об­раз агнца со­вер­шен­но по­ня­тен, как и то, ка­ким об­ра­зом он мо­жет взять на се­бя гре­хи ми­ра.


Ка­кие же бы­ли ви­ды вет­хо­за­вет­ных жертв? Ос­нов­ных вет­хо­за­вет­ных жертв бы­ло пять: это жерт­ва все­со­ж­же­ния
(1 гл.), ко­то­рая при­но­си­лась еже­днев­но (ут­ром и ве­че­ром), – так она на­зы­ва­лась по­то­му, что по­сле за­кла­ния всё жи­вот­ное це­ли­ком, кро­ме шку­ры, сжи­га­лось на жерт­вен­ни­ке.


Жерт­ва мир­ная
(3 гл.), ко­то­рая име­ла ха­рак­тер пра­зд­нич­но­го тор­же­ст­ва, бла­го­да­ре­ния.


Жертва за грех
(4 гл.) приносилась за грехи, совершенные против заповедей Господних по слабости и неведению. В жерт­ву при­но­си­лись раз­ные жи­вот­ные, чем вы­ше был по сво­е­му по­ло­же­нию че­ло­век, тем круп­нее жертва. Ес­ли это был свя­щен­ник или князь на­род­ный, то от не­го тре­бо­вал­ся те­лец, а ес­ли это был про­стой че­ло­век, то до­ста­точ­но бы­ло ов­цы или коз­ла, или в са­мых край­них слу­ча­ях, по бед­но­с­ти, – па­ры го­лу­бей или гор­лиц.


Жерт­ва повинности
(6 гл.), ко­то­рая при­но­си­лась за гре­хи со­зна­тель­ные. Как пра­ви­ло, гре­хи, ко­то­рые искупались этой жерт­вой, бы­ли про­тив ближ­не­го. Обыч­но кро­ме жерт­вы для ис­куп­ле­ния их тре­бо­ва­лось и воз­ме­ще­ние ущер­ба потерпевшим.


Бес­кров­ная или хлеб­ная
жерт­ва (2 гл.), ко­то­рая при­но­си­лась в ви­де муч­ной по­хлеб­ки или в ви­де прес­ных ле­пе­шек. Часть хле­бов сжи­га­лась, а часть шла в поль­зу свя­щен­ни­ков и долж­на бы­ла потребляться в ски­нии. Она могла приноситься как самостоятельная, или сопровождала другие жертвы, в первую очередь мирную. Хлебное приношение полагалось приносить в праздники (Лев. 23:37). Оно приносилось священниками при помазании (Лев. , Хлебное приношение сопровождало жертвы по случаю очищения от проказы (Лев. 14:10, 20). Таким образом, можно заключить, что основной характер хлебной жертвы – благодарственный.


Во­об­ще, кро­ме слу­чая жерт­вы все­со­ж­же­ния, обыч­но толь­ко часть жерт­вы сжи­га­лась на ог­не, а дру­гая шла в поль­зу свя­щен­ни­ков (если только приносилась не от самих священников), или часть шла в поль­зу свя­щен­ни­ков, а часть съе­да­лась те­ми, кто при­но­сил эти жерт­вы на со­от­вет­ст­ву­ю­щих тра­пе­зах, в за­ви­си­мо­с­ти от ви­да жертв.


В жерт­ву пред­наз­на­ча­лось толь­ко 5 по­род жи­вот­ных: тель­цы, ов­цы, ко­зы, го­лу­би и гор­ли­цы, при­чем все эти жи­вот­ные долж­ны бы­ли быть без те­ле­сных не­до­стат­ков. Тот че­ло­век, ко­то­рый при­но­сил жерт­ву, ес­ли это бы­ла ча­ст­ная жерт­ва, обыч­но сам дол­жен был при­ве­с­ти жи­вот­ное из тех, что он име­л, при­чем оно долж­но было быть са­мым луч­шим. Свя­щен­ник воз­ла­гал его ру­ки на го­ло­ву этой жерт­вы, и че­ло­век ис­по­ве­до­вал свои гре­хи, по­сле че­го че­ло­век дол­жен был сам за­класть эту жерт­ву – за­ре­зать это жи­вот­ное, и уже по­сле это­го свя­щен­ник раз­де­лял её долж­ным об­ра­зом и оп­ре­де­лял каж­дую часть на то, что по­ла­га­лось. Кровь жертв, как пра­ви­ло, вы­ли­ва­лась к под­но­жию жерт­вен­ни­ка.


Мо­же­те се­бе пред­ста­вить, что со­бою пред­став­ля­ло вет­хо­за­вет­ное бо­го­слу­же­ние. Потоки кро­ви, дым от сжи­га­е­мых ча­с­тей туш. Ко­неч­но, для че­ло­ве­ка, жи­ву­ще­го в то вре­мя, за­ре­зать ов­цу про­бле­мы не со­став­ля­ло, тем не ме­нее, при­ве­с­ти са­мое луч­шее, что он вы­ра­с­тил сво­и­ми ру­ка­ми, и за­клать это в жерт­ву са­мо­сто­я­тель­но, все-та­ки, я ду­маю, бы­ло свя­за­но с нрав­ст­вен­ны­ми пе­ре­жи­ва­ни­я­ми. Преж­де все­го жерт­во­при­но­ше­ние по­ка­зы­ва­ет то, что плод гре­ха есть смерть, и про­ис­хо­дит не­ко­то­рое са­мо­отож­де­ств­ле­ние греш­ни­ка с той жерт­вой, смерть ко­то­рой сле­ду­ет вслед за его гре­хом.


Жерт­вы яв­ля­ют­ся от­кро­ве­ни­ем люб­ви Бо­жи­ей к греш­ни­ку и не­на­ви­с­ти ко гре­ху. Греш­ник ос­та­ет­ся жив, а по­ги­ба­ет жерт­ва. И пол­ное от­кро­ве­ние этой люб­ви есть жерт­ва Хри­с­то­ва, ког­да за гре­хи мно­гих Сам Бог Себя по человечеству при­но­сит в жерт­ву.


При этом по мне­нию пре­по­доб­но­го Иси­до­ра Пе­лу­си­о­та, «за­кон или по­сред­ст­вом жертв, или по­сред­ст­вом ми­ло­с­тынь, или по­сред­ст­вом очи­ще­ний да­вал от­пу­ще­ние гре­хов толь­ко мни­мых, а не дей­ст­ви­тель­ных. Ибо за гре­хи не­про­сти­тель­ные он на­ка­зы­вал смер­тью и впа­да­ю­щих в оные по­ве­ле­вал вся­че­с­ки ис­треб­лять» [35, ч. 2–3, с. 451].


Духовный и пророческий смысл ветхозаветные постановлений о жертвах подробным образом раскрыт в трудах таких толкователей как святитель Кирилл Александрийский, преподобный Ефрем Сирин, блаженный Феодорит Кирский и других. Некоторые из их толкований приведены в Приложении.



6.2. По­ста­нов­ле­ния о свя­щен­ст­ве

Все израильские свя­щен­ни­ки бы­ли из по­том­ков Аа­ро­на (Исх. 28, 29 гл.). Пер­во­свя­щен­ни­ком дол­жен был быть стар­ший, это служение передавалось по наследству, и пер­во­свя­щен­ни­ки не долж­ны бы­ли сме­нять­ся, хотя Писание приводит пример того, как царь смещает первосвященника (3 Цар. 2:26). В эпоху же эллинского и римского владычества такая практика становится постоянной.


Главной функцией священников было совершение жертвоприношений, также священники должны были учить народ Закону, данному через Моисея (Лев. 10:11). Вместе с судьями они принимали участие в судопроизводстве (Втор 17:9).


Для служения священники облачались в специальные одежды. Особым великолепием отличалось облачение первосвященника, хотя с точки зрения принесения жертв его служение отличалось только в День Очищения, когда он приносил жертву для очищения всего народа.


От свя­щен­ни­ков тре­бо­ва­лась осо­бая чи­с­то­та и свя­тость жиз­ни, и не толь­ко от них самих, но и от чле­нов их се­мей. На­при­мер, к до­че­рям свя­щен­ни­ков за блудные грехи при­ме­ня­лась го­раз­до бо­лее стро­гая ка­ра, чем к про­стым де­вуш­кам-из­ра­иль­тян­кам (см. Лев. 21:9). Закон запрещал священнику жениться на разведенной женщине (Лев. 21:7). Священник не должен был при­сту­пать к слу­же­нию в не­трез­вом ви­де, что­бы он слу­чай­но не пе­ре­пу­тал чи­с­то­го и не­чи­с­то­го и не со­вер­шил че­го-ни­будь не долж­ным об­ра­зом (Лев. 10:9-10).


На содержание священников, как и всех левитов, определялась десятина со всех израильтян. Кроме того, им предназначалась часть приносимых людьми жертв по разным частным случаям.


Вет­хо­за­вет­ным свя­щен­ни­кам по­ла­га­лось раз­ли­чать про­ка­зу и сви­де­тель­ст­во­вать о про­хож­де­нии про­ка­зы (13, 14 гл.), при­чем го­во­рит­ся о не­кой та­ин­ст­вен­ной про­ка­зе на до­мах (Лев. 14:33-53), ко­то­рой ни­ка­ко­го объ­яс­не­ния нет, кро­ме то­го, что, по-ви­ди­мо­му, это бы­ло не­кое сверхъ­е­с­те­ст­вен­ное зна­ме­ние, ко­то­рое являлось толь­ко на до­ма­х из­ра­иль­тян. Ни­ка­ко­го ес­те­ст­вен­но­го объ­яс­не­ния этому яв­ле­нию, как оно опи­сы­ва­ет­ся в Пи­са­нии, по­ка что не най­де­но.


Ветхозаветные законы о проказе бла­жен­ный Фе­о­до­ри­т объ­яс­нял так: «Те­ле­сны­ми стра­да­ни­я­ми <Писание> ука­зы­ва­ет на бо­лез­ни ду­шев­ные и, го­во­ря о бо­лез­нях не­про­из­воль­ных, об­ви­ня­ет за про­из­воль­ные. Ибо ес­ли ес­те­ст­вен­ные бо­лез­ни ка­жут­ся не­чи­с­ты­ми, тем па­че не­чи­с­ты бо­лез­ни нрав­ст­вен­ные. Го­во­рит же и о раз­ли­чи­ях про­ка­зы, по­то­му что есть раз­ность и в гре­хах. Есть на­ча­ло про­ка­зы, по­то­му что есть и на­ча­ло гре­ха. Но как про­ка­зу раз­ли­ча­ет ие­рей, так ему же на­доб­но быть су­дь­ей и ду­шев­ных гре­хов. Про­ка­же­ни­ем же на­зы­ва­ет пе­с­т­ро­ту цве­та на ко­же; так по­рок, вой­дя в ду­шу, де­ла­ет ее про­ка­жен­ною» [73, с. 125].


Особым делом священника было вопрошание воли Божией через урим и туммим, которые возлагались на наперсник судный (Исх. 28:30). Так об Иисусе Навине сказано, что он «будет обращаться к Елеазару священнику и спрашивать его о решении, посредством урима пред Господом; и по его слову должны выходить, и по его слову должны входить он и все сыны Израилевы
» (Чис. 27:21). Так поступали Израильтяне во времена судей (Суд. 1:1-2, 20:27-28), Саул (1 Цар. 14:36-37, 2 Цар. 5:19), Давид (1 Цар. 23:9-12). После времени Давида этот способ вопрошания Господа не упоминается. Что такое урим и туммим нам неизвестно, как неизвестно и то, как именно отвечал Господь. Из Писания следует, что ответы давались не только как «да» и «нет», но и развернутыми предложениями. Иногда Господь не отвечал, из чего следует, что это не было аналогом распространенного у язычников гадания.



6.3. Об уде­лах ле­ви­тов

Говоря о ветхозаветном священстве, хочется отметить, что в Свя­щен­ном Пи­са­нии не ме­нее 10 раз встре­ча­ет­ся ука­за­ние на то, что ле­ви­ты не долж­ны иметь сво­е­го соб­ст­вен­но­го зе­мель­но­го на­де­ла. С чем это свя­за­но? Некогда патриарх Иаков, благословляя сыновей, предрек Симеону и Левию: «Си­ме­он и Ле­вий бра­тья, ору­дия же­с­то­ко­с­ти ме­чи их. В со­вет их да не вни­дет ду­ша моя, и к со­бра­нию их да не при­об­щит­ся сла­ва моя. Ибо они во гне­ве сво­ем уби­ли му­жа... Про­клят гнев их, ибо же­с­ток.., раз­де­лю их в Иа­ко­ве и рас­сею их в Из­ра­и­ле
» (Быт. 49:5-7), – здесь речь мо­жет ид­ти как о раз­де­ле­нии и рас­се­я­нии тер­ри­то­ри­аль­ном, так и о раз­де­ле­нии нрав­ст­вен­ном. Однако судьба этих двух колен различна.


Ког­да евреи со­вер­шают по­кло­не­ние зо­ло­то­му тель­цу, то на воз­глас Мо­и­сея: «кто Гос­по­день, [иди] ко мне!
» (Исх. 32:26), – к не­му при­ходят имен­но ле­ви­ты. Да­лее, ког­да из­ра­иль­тя­не на­чи­на­ют блу­до­дей­ст­во­вать в сте­пях мо­а­вит­ских, то ле­вит Фи­не­ес по­ра­жа­ет из­ра­иль­тя­ни­на (Зимри, сын Салу), ко­то­рый от­кры­то при­вёл к се­бе в ша­тёр мо­а­ви­тян­ку. Этим из­ра­иль­тя­ни­ном ока­зы­ва­ет­ся не кто иной, как на­чаль­ник ко­ле­на Си­ме­о­но­ва (Чис. 25:6-15). В пе­ре­пи­сях, ко­то­рые есть в кни­ге Чи­сел, мы ви­дим, что на­род из­ра­иль­ский ис­чис­ля­ет­ся сна­ча­ла пе­ред вы­хо­дом от Си­ная (Чис. 1 гл.) и за­тем пе­ред вступ­ле­ни­ем в зем­лю обе­то­ван­ную (Чис. 26 гл.). Последняя перепись показала, что ле­ви­тов ста­ло боль­ше, а чис­лен­ность ко­ле­на Си­ме­о­но­ва су­ще­ст­вен­но со­кра­ти­лась (с 59300 до 22200 человек) и оно стало самым малочисленным. Ког­да из­ра­иль­тя­не по­де­ли­ли меж­ду со­бой зем­лю, то ко­ле­но Си­ме­о­но­во ока­за­лось рас­се­я­но на территории колена Иудина. В книге Иисуса Навина (Нав. 19:1-9) не указаны границы удела Симеона, а только предназначенные им города. В масоретском тексте книги Второзаконие в бла­го­сло­ве­нии, ко­то­рое да­ет Мо­и­сей ко­ле­нам Из­ра­иль­ским, Си­ме­он да­же не упо­ми­на­ет­ся (см. Втор. 33 гл.).


О ко­ле­не Ле­ви­ном бла­жен­ный Фе­о­до­рит го­во­рит, что «ко­ле­но Ле­ви­но рас­се­я­но по при­чи­не вы­со­кой че­с­ти, что­бы в каж­дом ко­ле­не жи­ли ле­ви­ты и жре­цы, и все при­об­ре­та­ли от них поль­зу» [73, с. 73]. Ле­ви­там было отведено 48 го­ро­дов, в том чис­ле 6 го­ро­дов-убе­жищ. В кни­ге Чи­сел читаем: «И ска­зал Гос­подь Аа­ро­ну: в зем­ле их не бу­дешь иметь уде­ла, и ча­с­ти не бу­дет те­бе меж­ду ни­ми; Я часть твоя и удел твой сре­ди сы­нов Из­ра­и­ле­вых
» (Чис. 18:20).


Даль­ше Гос­подь говорит: «де­ся­ти­ну сы­нов Из­ра­и­ле­вых, ко­то­рую они при­но­сят в воз­но­ше­ние Гос­по­ду, Я от­даю ле­ви­там в удел, по­то­му и ска­зал Я им: меж­ду сы­на­ми Из­ра­и­ле­вы­ми они не по­лу­чат уде­ла» (Чис. 18:24), – для обес­пе­че­ния жиз­ни ле­ви­тов да­ет­ся де­ся­ти­на, что­бы они мог­ли слу­жить спо­кой­но при ски­нии, не за­ни­ма­ясь по­пе­че­ни­я­ми жи­тей­ски­ми. «Я – часть твоя и удел твой», и по­это­му де­ся­ти­ну, ко­то­рая при­но­сит­ся Бо­гу, Бог от­да­ет на про­пи­та­ние ле­ви­там.


В кни­ге Вто­ро­за­ко­ние сказано несколько раз: «по­то­му нет ле­ви­ту ча­с­ти и уде­ла с бра­ть­я­ми его: Сам Гос­подь есть удел его, как го­во­ри­л ему
Гос­подь, Бог твой
» (Втор. 10:9; 14:27,29). Бо­лее то­го, даже в кни­ге про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля, ког­да про­рок опи­сы­ва­ет ви­де­ние но­во­го Ие­ру­са­ли­ма и Свя­той Зем­ли и рас­се­ле­ние ко­лен Из­ра­и­ля во­круг это­го но­во­го хра­ма, Бог го­во­рит: «А что до уде­ла их, то Я их удел. И вла­де­ния не да­вай­те им в Из­ра­и­ле: Я их вла­де­ние
» (Иез. 44:28).


По­сле то­го как ле­ви­ты доказали, что они Гос­под­ни (Исх. 32:26), Мо­и­сею бы­ло при­ка­за­но сде­лать сле­ду­ю­щее, – напомним, что вся­кий пер­ве­нец дол­жен был быть по­свя­щен Гос­по­ду, чтобы слу­жить при ски­нии (Исх. 13:1,11-15), – всех пер­вен­цев Из­ра­и­ле­вых заменить для служ­бы при ски­нии ле­ви­тами (Чис. 3:45). По­сле переписи бы­ло об­на­ру­же­но, что пер­вен­цев в Из­ра­и­ле боль­ше, чем ле­ви­тов, тогда за ос­тав­ших­ся пер­вен­цев был вне­сен вы­куп Аарону и сынам его (Числ. 13:46-51).


Ле­ви­ты долж­ны бы­ли стать осо­бым вы­де­лен­ным ро­дом сре­ди на­ро­да из­ра­иль­ско­го. И то, что их уде­лом яв­ля­ет­ся не Свя­тая Зем­ля, а Сам Бог, – яв­ля­ет­ся про­ро­че­ст­вом о Но­вом За­ве­те, в ко­то­ром дей­ст­ви­тель­но уже ре­аль­но от­кры­ва­ет­ся то, что уде­лом хри­с­ти­ан, их со­кро­ви­щем и до­сто­я­ни­ем яв­ля­ет­ся не ка­кая-то зем­ля или го­су­дар­ст­во, но Сам Бог: «Ибо не име­ем здесь по­сто­ян­но­го гра­да, но ищем бу­ду­ще­г
о» (Евр. 13:14). То есть, на­шим но­вым гра­дом и но­вым жи­тель­ст­вом яв­ля­ет­ся Цер­ковь, ко­то­рая есть Хри­с­тос.



6.4. По­ста­нов­ле­ния о пра­зд­ни­ках

Кроме законов о жертвах и постановлений о священстве кни­га Ле­вит повествует о пра­зд­ни­ках Господних (23 гл.). Название праздник свидетельствует о том, что в эти дни не полагалось делать никакой работы, но посвящать их делам благочестия – молитве, жертвоприношениям и положенным обрядам, чтению Закона.


Па­с­ха.
Па­с­ха – это со­бы­тие, свя­зан­ное с Ис­хо­дом, пред­две­рие Па­с­хи но­во­за­вет­ной, вос­кре­се­ния Хри­с­то­ва. Здесь мож­но от­ме­тить мысль, что в ре­зуль­та­те Бо­жь­е­го по­се­ще­ния по­ги­ба­ют пер­вен­цы еги­пет­ские, по­то­му что они не Бо­жии, а пер­вен­цы из­ра­иль­ские, бла­го­да­ря по­ма­за­нию кро­вью, бла­го­да­ря то­му, что они Бо­жии, как раз при по­се­ще­нии Бо­жи­ем ос­та­ют­ся жи­вы имен­но по­то­му, что они по­свя­ще­ны Бо­гу, и Гос­подь со­хра­ня­ет то, что че­ло­век Ему по­свя­тил (Исх. 13:2, 11-16). То, что от­да­но че­ло­ве­ком Бо­гу, в ре­зуль­та­те к са­мо­му че­ло­ве­ку воз­вра­ща­ет­ся, – в дан­ном слу­чае жизнь этих пер­вен­цев, ко­то­рые по­свя­ще­ны Бо­гу, – она Им воз­вра­ща­ет­ся, и она Им со­хра­ня­ет­ся че­рез по­ма­за­ние. Я ду­маю, что о Па­с­хе мно­го го­во­рить нет нуж­ды: её об­ра­зы впол­не нам по­нят­ны.


Пра­ви­ла празднования Пасхи установлены при исходе евреев из Египта (Исх. 12:1-27; 13:5-10), за­тем некоторые уточ­не­ния относительно порядка жертвоприношений да­ет­ся в кни­ге Ле­вит (23:4-8). На Па­с­ху по­ла­га­лось вку­шать агнца, который запекался целиком и кость ко­то­ро­го не долж­на со­кру­шать­ся (Исх.12:10), что прообразует стра­да­ние Спа­си­те­ля. Преподобный Исидор Пелусиот говорит: «ев­реи ели мя­со агнца, пе­че­ное ог­нем, про­об­ра­зо­ва­тель­но пред­став­ляя та­ким вку­ше­ни­ем ве­ли­кое та­ин­ст­во Бо­же­ст­вен­но­го до­мо­ст­ро­и­тель­ст­ва и пред­ва­ри­тель­но по­зна­вая Те­ло Агнца, Ко­то­рый не­из­ре­чен­но со­еди­нил в Се­бе огнь Бо­же­ст­вен­ной сущ­но­с­ти с пло­тью, ны­не на­ми вку­ша­е­мою и да­ру­ю­щею нам ос­тав­ле­ние гре­хов» [35, ч. 1, с. 101].


Па­с­ху сле­до­ва­ло вку­шать с горь­ки­ми тра­ва­ми в вос­по­ми­на­ние пле­на язы­че­с­ко­го и с прес­ны­ми хле­ба­ми в воспоминание бегства. Ни­че­го квас­но­го не долж­но бы­ло ос­та­вать­ся. Это бы­ло свя­за­но с тем, что ког­да евреи покидали Египет, то не бы­ло вре­ме­ни за­ква­ши­вать те­с­то, по­это­му те­с­то бы­ло из­го­тов­ле­но из то­го, что бы­ло, то есть прес­ное, на ско­рую ру­ку, а сим­во­ли­че­с­ки это оз­на­ча­ло, что за­ква­с­ка, как ос­тат­ки ста­рой вы­печ­ки, изо­б­ра­жа­ла со­бой не­ко­то­рое гни­е­ние – на­сле­дие гре­ха и по­ро­ка. Кста­ти, вся­кая жерт­ва обязательно долж­на бы­ла по­сы­пать­ся со­лью (Лев. 2:13), – соль в дан­ном слу­чае как предотвращающая гни­е­ние была сим­во­лом твер­до­с­ти и веч­но­с­ти, а также любви, без которой жертва не имеет цены [22, т. 6, с. 387]. Опресноки зна­ме­ну­ют чи­с­то­ту: ни­что гре­хов­ное и по­роч­ное не мо­жет вой­ти в Цар­ст­во Не­бес­ное.


С пра­зд­ни­ком Па­с­хи был свя­зан дру­гой пра­зд­ник, а имен­но: пра­зд­ник Сно­пов
– на­чат­ков уро­жая (Лев. 23:10-14). Никто не должен был есть от нового урожая, прежде чем первый сноп жатвы священник вознесет пред Господом (Лев. 23:14), в зна­ме­ние то­го, что Хри­с­тос есть на­ча­ток умер­ших, и до Хри­с­та ни­кто не мог вой­ти в Его не­бес­ную ски­нию, не мог при­бли­зить­ся к Бо­гу. Ес­ли, со­глас­но еван­ге­ли­с­ту Ио­ан­ну, Ве­ли­кая Суб­бо­та бы­ла днем иу­дей­ской Па­с­хи, то сле­ду­ю­щий день (вос­кре­се­ние) – это день при­не­се­ния на­чат­ков уро­жая. Та­ким об­ра­зом, это ус­та­нов­ле­ние ука­зы­ва­ло на Хри­с­та как на на­ча­ток вос­кре­се­ния из мерт­вых (ср. Кол. 1:18) [38, кн. 1, с. 712; 22, т. 6, с. 388].


Пя­ти­де­сят­ни­ца.
Че­рез 50 дней по­сле Па­с­хи от­ме­чал­ся пра­зд­ник Пя­ти­де­сят­ни­цы. В этот день вспо­ми­на­лось дарование за­ко­на на Си­нае. В этот день, по­ми­мо ос­нов­ных жертв, при­но­си­лись в жерт­ву пред Бо­гом два кис­лых хле­ба и два хле­ба квас­ных. Смысл этой за­ква­с­ки сов­сем дру­гой, чем в дни опресноков. Свя­ти­тель Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский го­во­рит, что это «не за­ква­с­ка по­роч­но­с­ти и не­прав­ды, о ко­то­рой го­во­ри­лось на Па­с­ху, а слав­ная и по­лез­ная си­ла бо­же­ст­вен­но­го еван­гель­ско­го на­став­ле­ния», – и вспо­ми­на­ет сло­ва Спа­си­те­ля, ко­то­рый го­во­рил: «Цар­ст­вие Не­бес­ное по­доб­но за­ква­с­ке, ко­то­рую жен­щи­на, взяв, по­ло­жи­ла в три ме­ры му­ки, до­ко­ле не вскис­ло все
» (Мф. 13:33), – за­ква­с­ка, при­но­си­мая в пра­зд­ник Пя­ти­де­сят­ни­цы, есть уже про­об­раз той за­ква­с­ки Цар­ст­вия Не­бес­но­го, ко­то­рую при­нес Хри­с­тос, ибо, по сло­ву свя­ти­те­ля Ки­рил­ла, «вхо­дя в ум и серд­це, жи­во­твор­ное дей­ст­вие еван­гель­ско­го на­став­ле­ния пре­об­ра­зу­ет ду­шу, те­ло и дух как бы в свое соб­ст­вен­ное ка­че­ст­во» [38, кн. 1, c. 715]. Мы по­ни­ма­ем это как указание на схождение Святого Духа в день Пятидесятницы. Этот пра­зд­ник вет­хо­за­вет­ной Пя­ти­де­сят­ни­цы был про­об­ра­зом новозаветной Пя­ти­де­сят­ни­цы, ког­да дей­ст­ви­ем Свя­то­го Ду­ха дей­ст­ви­тель­но бы­ло освящено но­вое че­ло­ве­че­ст­во, написан новый закон на «скрижалях сердца» (Иер. 31:33), на­ча­лось рас­про­ст­ра­не­ние Цар­ст­вия Бо­жия сре­ди лю­дей. Два хле­ба Пя­ти­де­сят­ни­цы изображают 2 за­ко­на.


Пра­зд­ник Труб.
Закон пред­пи­сы­ва­ет­ со­вер­шать пра­зд­ни­к Труб в пер­вый день седь­мо­го ме­ся­ца го­да (Лев. 23:24) – это время ко­нца убор­ки уро­жая, при­бли­же­ния зи­мы. Это пра­зд­ник, ко­то­рый в граж­дан­ско­му го­ду был пер­вым, – пра­зд­ник но­во­ле­тия. В этот пра­зд­ник по­ла­га­лось бла­го­да­рить Бо­га за все по­лу­чен­ные бла­го­де­я­ния. И эти тру­бы, в ко­то­рые тру­би­ли в кон­це го­да, оз­на­ча­ли со­бой те, при зву­ке ко­то­рых во Вто­ром при­ше­ст­вии явит­ся Сам Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос. О том, что та­кая сим­во­ли­ка впол­не по­лу­ча­ет свое под­тверж­де­ние, сви­де­тель­ст­ву­ют сле­ду­ю­щие два пра­зд­нич­ных со­бы­тия, ко­то­рые должны были праздноваться че­рез десять и че­рез пятнадцать дней по­сле пра­зд­ни­ка Труб. Сим­во­ли­че­с­ки же это­т пра­зд­ни­к ука­зы­ва­л­ на то, что каж­дый прежде конца должен собрать со­кро­ви­ща в со­кро­вищ­ни­цу не­бес­ную.


День Очи­ще­ния.
В 10-й день того же ме­ся­ца тисри, че­рез 10 дней по­сле пра­зд­ни­ка Труб, пра­зд­но­вал­ся день Очи­ще­ния (Лев. 16; 23:27-32). Ис­то­ри­че­с­ки этот день был ус­та­нов­лен по­сле то­го, как два стар­ших сы­на Аа­ро­на, На­дав и Ави­уд, вне­сли чуж­дый огонь во свя­ти­ли­ще (Лев. 10:1-7) и бы­ли по­па­ле­ны. По­сле это­го бы­ло ус­та­нов­ле­но еже­год­но со­вер­шать день Очи­ще­ния, ког­да при­но­си­лась жерт­ва за весь на­род и кровь этой жерт­вы свя­щен­ни­к вно­си­л един­ст­вен­ный раз в год во Свя­тое Свя­тых, где се­ми­крат­но кро­пил ею на крыш­ку ков­че­га (Лев. 16:14-19).


Кроме того, в этот день по­ла­га­лось при­но­сить в жерт­ву двух коз­лов, один из ко­то­рых за­ка­лал­ся, а дру­гой был из­го­ня­ем в пу­с­ты­ню (Лев. 16:7-10, 21-22), и пре­по­доб­ный Еф­рем Си­рин го­во­рит о том, что «один ко­зел, то есть гос­по­день, слу­жил зна­ком кре­по­с­ти Бо­жи­ей, а дру­гой – от­сы­ла­ем был к прав­де Бо­жи­ей, ко­то­рая в пу­с­ты­не пре­да­ла смер­ти мно­гие ты­ся­чи. По­сколь­ку обо­их коз­лов при­во­дил Аа­рон и од­но­го за­ка­лал, а дру­го­го от­пу­с­кал к Аза­зе­лу, то ко­зёл за­ка­ла­е­мый оз­на­чал Хри­с­та, за нас за­клан­но­го, а дру­гой ко­зёл изо­б­ра­жал то­го же Хри­с­та по Его рас­пя­тии и смер­ти, ког­да Он, взяв на Се­бя гре­хи мно­гих, ис­шел жи­вым и бес­смерт­ным» [22, т. 6, c. 395].


Этот день был днем стро­гого по­ста и по­ка­я­ния, по дру­го­му он на­зы­вал­ся «день Суд­ный» и об­ра­зом сим­во­ли­зи­ро­вал Страш­ный Суд [38, ч. 1, с. 718].


Пра­зд­ник Ку­щей.
В 15 день седьмого месяца на­чи­нал­ся пра­зд­ник Ку­щей. Ку­ща – это па­лат­ка, шалаш или ша­тер. Во вре­мя это­го пра­зд­ни­ка, на про­тя­же­нии 8-ми дней, ев­реи долж­ны бы­ли жить в ку­щах, ук­ра­шен­ных цве­та­ми и ветвями де­ре­вьев. В 1-ый и в 8-ой день пра­зд­ни­ка пред­пи­сы­вал­ся пол­ный по­кой и осо­бые тор­же­ст­вен­ные со­бра­ния, су­гу­бые жерт­во­при­но­ше­ния (Лев. 23:39-43). Этот пра­зд­ник должен был напоминать евреям жизнь в шатрах, когда их отцы странствовали в пустыне (Лев. 23:43), а про­об­ра­зо­ва­тель­но ус­та­нов­ка кущ сим­во­ли­зи­ру­ет вос­ста­нов­ле­ние тел че­ло­ве­че­с­ких, их все­об­щее вос­кре­се­ние при Вто­ром при­ше­ст­вии Сы­на Бо­жия [38, ч. 1, с. 722]. Пер­вый день по­коя сим­во­ли­зи­ро­вал ра­дость пре­бы­ва­ния пер­во­здан­но­го Ада­ма в раю. Восьмой день покоя сим­во­ли­зи­ро­вал со­бой по­кой и ра­дость пра­вед­ни­ков в Цар­ст­вии Не­бес­ном – тех са­мых пра­вед­ни­ков, ко­то­рые со­бра­ли се­бе до­б­рые со­кро­ви­ща на не­бе­сах и ко­то­рые бы­ли оп­рав­да­ны в День Суд­ный. В законе сказано, что в этот пра­зд­ник нуж­но бы­ло веселиться пред Господом семь дней (Лев. 23:40), что яв­ля­ет­ся ука­за­ни­ем гря­ду­щей ра­до­с­ти и ве­се­лия в Цар­ст­вии Не­бес­ном.


Суб­бо­та.
В книге Левит суббота названа первой в череде праздничных дней (Лев. 23:2-3). Суббота была освящена Самим Богом и в Декалоге заповедано помнить этот день. В субботу не по­ла­га­лось де­лать ни­ка­ко­го-либо де­ла (Исх. 20:10,11). Как го­во­рит свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст, за­прет на де­ла­ние в суб­бо­ту был на са­мом де­ле за­прет де­ла­ния дел гре­хов­ных и злых, но, по­сколь­ку вет­хим лю­дям ес­ли раз­ре­шить что-то од­но, то они раз­ре­шат се­бе и все ос­таль­ное, то при­хо­ди­лось за­пре­щать пол­но­стью вся­кое дей­ст­вие. По­это­му тре­бо­ва­ние суб­бот­не­го по­коя не рас­про­ст­ра­ня­ет­ся на че­ло­ве­ка, об­нов­лён­но­го бла­го­да­тью, по­сколь­ку сам он ес­те­ст­вен­ным об­ра­зом всё вре­мя стре­мит­ся к до­б­ро­му и ук­ло­ня­ет­ся от вся­ко­го зло­го де­ла [29, т. 7, с. 425]. Нуж­но здесь за­ме­тить, что суб­бо­та бы­ла осо­бен­но­с­тью из­ра­иль­тян, так как, не имея ка­кой-то осо­бой свя­той и ос­вя­щен­ной зем­ли, пред­наз­на­чен­ной для по­кло­не­ния Бо­гу (особенно это актуально было в период странствия и впоследствии в плену Вавилонском), они все­гда име­ли осо­бое ос­вя­щен­ное Бо­гом вре­мя, в ко­то­рое они долж­ны бы­ли со­вер­шать Ему по­кло­не­ние.


Суб­бот­ние и юби­лей­ные го­ды.
Суб­бот­ний год – каж­дый 7-ой год, в ко­то­рый по­ла­га­лось да­вать по­кой зем­ле, не об­ра­ба­ты­вать ее, а Бог обе­щал шестой год благословить, и он принесет урожай на три года (Лев. 25:21), что­бы хва­та­ло на суб­бот­ний год и на год по­сле не­го, ког­да зем­ля бу­дет толь­ко за­се­вать­ся. Кро­ме то­го, в этот год по­ла­га­лось от­пу­с­кать ра­бов из ев­ре­ев.


От­но­си­тель­но ра­бов, кста­ти ска­зать, ус­та­нов­ле­ния бы­ли та­кие, что раб из ино­пле­мен­ни­ков мог пре­бы­вать на по­ло­же­нии ра­ба в до­ме на­всег­да и пе­ре­хо­дить в ка­че­ст­ве на­след­ст­ва от от­ца к сы­но­вь­ям, толь­ко эти ра­бы долж­ны быть, тем не ме­нее, все рав­но об­ре­за­ны. А вот ес­ли вдруг ка­кой-то обед­нев­ший ев­рей про­да­вал сам се­бя в раб­ст­во, он не дол­жен был экс­плу­а­ти­ро­вать­ся как раб, но дол­жен был жить на пра­вах на­ем­ни­ка в до­ме, по­сколь­ку он был еди­но­пле­мен­ни­ком. В год же суб­бот­ний он дол­жен был от­пу­с­кать­ся на во­лю и воз­вра­щать­ся в свой удел.


Юби­лей­ным го­дом на­зы­вал­ся каж­дый 7-ой суб­бот­ний год, то есть 50-й год по­сле 49-лет­не­го цик­ла (Лев. 25:11), и в юби­лей­ный год, по­ми­мо обыч­ных ус­та­нов­ле­ний го­да суб­бот­не­го, долж­но бы­ло со­вер­шать­ся воз­вра­ще­ние всех куп­лен­ных зе­мель в тот род, ко­то­ро­му они при­над­ле­жа­ли (Лев. 25:8). И ес­ли раб, от­пу­щен­ный на сво­бо­ду, не всегда мог этой сво­бо­дой вос­поль­зо­вать­ся, не имея постоянных средств к сво­е­му су­ще­ст­во­ва­нию (временное пособие полагалось при выходе из рабства), то в год юби­лей­ный он впол­не мог уже се­бе по­лу­чить ус­ло­вия для обес­пе­че­ния имен­но бла­го­да­ря этим зем­лям. И в этой свя­зи в за­ко­не пре­ду­с­ма­т­ри­ва­ет­ся, что сто­и­мость зем­ли долж­на быть оце­не­на в за­ви­си­мо­с­ти от то­го, сколь­ко вре­ме­ни ос­та­лось до юби­лей­но­го го­да, че­рез ка­кое вре­мя она долж­на быть воз­вра­ще­на в то ко­ле­но, ко­то­ро­му при­над­ле­жит, и сколь­ко уро­жая ус­пе­ет ре­аль­но с нее со­брать че­ло­век, ко­то­рый всту­па­ет во вре­мен­ное ее поль­зо­ва­ние. Раз­де­ле­ние зем­ли меж­ду ко­ле­на­ми, меж­ду ро­да­ми долж­но бы­ло со­хра­нять­ся та­ким не­зыб­ле­мым, поддерживая ус­ло­вие для не­ко­е­го со­ци­аль­но­го рав­но­ве­сия вну­т­ри это­го об­ще­ст­ва. Кро­ме то­го эти суб­бот­ние и юби­лей­ные го­ды долж­ны бы­ли быть по­сто­ян­ным на­по­ми­на­ни­ем из­ра­иль­тя­нам о про­мыс­ле Бо­жи­ем, о ми­ло­с­ти Бо­жи­ей, ко­то­рая ни­ког­да не ос­тав­ля­ет, в свя­зи с те­ми боль­ши­ми уро­жа­я­ми, ко­то­рые на­ка­ну­не долж­ны бы­ли они по­лу­чать. В суб­бот­ний год по­ла­га­лось пуб­лич­ное и все­на­род­ное чте­ние Закона.



6.5. По­ня­тие свя­то­с­ти

В кни­ге Ле­вит читаем: «Свя­ты будь­те, ибо свят Я, Гос­подь Бог ваш
» (Лев. 19:2). Что та­кое свя­тость? Употребленное здесь слово «святой» в древ­нем ми­ре оз­на­ча­ло «вы­де­лен­ный» или «от­де­лен­ный». Соответственно святым считалось то, что вы­де­ле­но из обыч­но­го упо­треб­ле­ния для ри­ту­аль­ных или куль­то­вых це­лей: ка­кой-то уча­с­ток зем­ли, зда­ние, пред­мет. Такое по­ня­тие свя­то­с­ти ни­как не бы­ло со­по­с­тав­ле­но с тре­бо­ва­ни­я­ми нрав­ст­вен­но­с­ти. В ча­ст­но­с­ти, хра­мо­вые блуд­ни­цы или че­ло­ве­че­с­кие жерт­во­при­но­ше­ния то­же назывались этим словом (ср. 3Цар. 15:12, Ос.4:14), по­то­му что являлись частью куль­та [45, с.143].


Осо­бен­ность Вет­хо­за­вет­но­го От­кро­ве­ния заключается в том, что свя­тость человеческая прямо взаимосвязана со свя­то­с­тью Бо­жи­ей. Слово Божие по­ка­зы­ва­ет, что Бог, бу­ду­чи аб­со­лют­ным Ду­хом, Твор­цом вселенной, от­де­лен от всей тва­ри и чуж­д вся­ко­го гре­ха, име­ет пол­но­ту нрав­ст­вен­но­го со­вер­шен­ст­ва. Вся­кая свя­тость че­ло­ве­че­с­кая яв­ля­ет­ся от­кли­ком и при­об­ще­ни­ем к свя­то­с­ти Бо­жи­ей. В биб­лей­ском контексте слово «святой» при­об­ре­та­ет новое зна­че­ние нрав­ст­вен­но­го со­вер­шен­ст­ва.


Но мы уви­дим в даль­ней­шем при изу­че­нии Свя­щен­но­го Пи­са­ния, что та­кое по­ня­тие свя­то­с­ти, хо­тя оно бы­ло уже за­ло­же­но в са­мом за­ко­не Мо­и­се­е­вом, сов­сем не сра­зу бы­ло ус­во­е­но из­ра­иль­тя­на­ми. По­тре­бо­ва­лись ещё огромные уси­лия и тру­ды про­ро­ков, великие потрясения в жизни народа для то­го, что­бы ста­ла по­нят­на связь внеш­них за­по­ве­дей, де­ся­тин, жерт­во­при­но­ше­ний и т.п. с тре­бо­ва­ни­ем нрав­ст­вен­ной чи­с­то­ты, прав­ды и со­вер­шен­ст­ва. Эта проблема остается актуальной для каждого человека и до наших дней. Не случайно в Евангелии мы видим, как Христос неустанно напоминал об это своим слушателям.



Гла­ва 7. Чис­ла. Ис­то­рия со­ро­ка­лет­не­го стран­ст­во­ва­ния Изра­и­ля по пу­с­ты­не

Сто­ян­ка у Си­ная про­дол­жа­лась око­ло го­да (Чис. 1:1). Затем Мо­и­се­й и Аа­ро­н совершили пе­ре­пись всех из­ра­иль­тян по ко­ле­нам (Чис. 1:2–47) и отпраздновали Па­с­ху (Чис. 9 гл.). По­сле это­го из­ра­иль­тя­не дви­ну­лись в путь. Гос­подь ска­зал Моисею: «ты ве­ди этот на­род в зем­лю обе­то­ван­ную, а Я не пой­ду с ва­ми, по­то­му что это на­род же­с­то­ко­вый­ный, и вы все мо­же­те по­гиб­нуть, ес­ли Я пой­ду с ва­ми», – од­на­ко Мо­и­сей умо­лил Бо­га, что­бы Он пред­во­ди­тель­ст­во­вал на­ро­дом (Исх. 33:1–17).


Ис­то­рия это­го пу­те­ше­ст­вия опи­са­на в кни­ге Чи­сел. Она ох­ва­ты­ва­ет со­бы­тия, на­чи­ная от при­го­тов­ле­ния к пу­те­ше­ст­вию у го­ры Си­най и заканчивая вы­хо­дом из­ра­иль­тян на ис­ход­ный ру­беж за­хва­та, то есть в сте­пи мо­а­вит­ские в Заиорданье (Чис. 26:3). Это путешествие подтвердило слова Господа, что на­род, ко­то­рым пред­во­ди­тель­ст­во­вал Мо­и­сей, есть на­род же­с­то­ко­вый­ный. Мно­же­ст­во раз­ных ис­ку­ше­ний при­шлось пре­тер­петь Моисею от израильтян в пустыне. Сна­ча­ла из­ра­иль­тя­не на­пра­ви­лись в Па­ле­с­ти­ну на­и­бо­лее пря­мым и ес­те­ст­вен­ным пу­тем, продви­га­ясь в нее с юга меж­ду Сре­ди­зем­ным и Мерт­вым мо­рем.



7.1. Чу­до на­сы­ще­ния на­ро­да пе­ре­пе­ла­ми

В пути сна­ча­ла ино­пле­мен­ни­ки, а по­том и са­ми из­ра­иль­тя­не ста­ли роп­тать, го­во­ря, что уже не мо­гут боль­ше есть «эту ман­ну
», и подробно вспо­ми­на­ют пи­щу, ко­то­рой они пи­та­лись в Егип­те: «мы по­мним ры­бу, ко­то­рую в Егип­те мы ели да­ром, огур­цы и ды­ни, и лук, и репчатый лук и чес­нок
» (Чис. 11:5).


Мо­и­сей, ког­да услышал ропот евреев, стал молиться Богу, говоря: «для че­го Ты му­чишь ра­ба Тво­е­го? и по­че­му я не на­шел ми­ло­с­ти пред оча­ми Тво­и­ми, что Ты воз­ло­жил на ме­ня бре­мя все­го на­ро­да се­го? раз­ве я но­сил во чре­ве весь на­род сей, и раз­ве я ро­дил его, что Ты го­во­ришь мне: не­си его на ру­ках тво­их, как нянь­ка но­сит ре­бен­ка, в зем­лю, ко­то­рую Ты с клят­вою обе­щал от­цам его? от­ку­да мне взять мя­са, что­бы дать все­му на­ро­ду се­му? ибо они пла­чут пре­до мною и го­во­рят: дай нам есть мя­са. Я один не мо­гу не­сти все­го на­ро­да се­го, по­то­му что он тя­жел для ме­ня; ког­да Ты так по­сту­па­ешь со мною, то луч­ше умерт­ви ме­ня, ес­ли я на­шел ми­лость пред оча­ми Тво­и­ми, что­бы мне не ви­деть бед­ст­вия мо­е­го
» (Чис. 11:11-15). Эта мо­лит­ва на­по­ми­на­ет нам мо­лит­ву Ио­ва, мо­лит­ву про­ро­ка Ие­ре­мии, слу­же­ние ко­то­рых то­же бы­ло ис­пол­не­но по­сто­ян­ной скор­би. Она отчасти позволяет нам уразуметь какой подвиг несли эти праведники. Чтобы облегчить бремя Моисея, Гос­подь по­став­ля­ет 70 ста­рей­шин, на ко­то­рых схо­дит Дух Свя­той (Чис. 11:24,25), чтобы они по­мо­гали Мо­и­сею уп­рав­лять на­ро­дом.


Затем Гос­подь го­во­рит Мо­и­сею, что на­род бу­дет есть мя­со, и не один день: «И ска­зал Мо­и­сей: 600 ты­сяч пе­ших в на­ро­де сем, сре­ди ко­то­ро­го я на­хо­жусь, а Ты го­во­ришь: Я дам им мя­са, и бу­дут есть це­лый ме­сяц. За­ко­лоть ли всех овец и во­лов, чтоб им бы­ло до­воль­но или вся ры­ба мор­ская со­бе­рет­ся, что­бы удов­ле­тво­рить их? И ска­зал Гос­подь Мо­и­сею: Раз­ве ру­ка Гос­под­ня ко­рот­ка? ны­не ты уви­дишь, сбу­дет­ся ли сло­во Мое к те­бе или нет
» (Чис. 11:21-23). Гос­подь по­сы­ла­ет евреям це­лую го­ру пе­ре­пе­лов («на два почти лок­тя от зем­ли
») так что, объ­ев­шись, они на­чи­на­ют уми­рать (Чис. 11:33). В па­мять об этом событии ме­с­то ста­ло на­зы­вать­ся «гро­бы по­хо­те­ния
» (Чис. 11:34) (чем по­ка­зы­ва­ет­ся от­ли­чие от по­хо­же­го со­бы­тия, быв­ше­го в на­ча­ле стран­ст­вия).


Эта ис­то­рия очень на­по­ми­на­ет еван­гель­ское чу­до на­сы­ще­ния пяти ты­сяч (Мк. 6:30-44). Со­гла­си­тесь, что ди­а­лог между Моисеем и Господом очень на­по­ми­на­ет тот, ко­то­рый про­изо­шел меж­ду Хри­с­том и апо­с­то­ла­ми, ког­да они вы­яс­ня­ли, где же взять столь­ко хле­ба, что­бы на­кор­мить та­кое мно­же­ст­во. Это под­тверж­да­ет зна­че­ние это­го еван­гель­ско­го чу­да как мес­си­ан­ско­го зна­ме­ния, по­то­му что оно нас от­сы­ла­ет к то­му чу­ду, ко­то­рое со­вер­шил Гос­подь во вре­ме­на Мо­и­сея. При­чем апо­с­то­лам от­во­дит­ся роль, ана­ло­гич­ная ро­ли Мо­и­сея. Зна­чит, тем са­мым Хри­с­тос ука­зы­ва­ет на Свое бо­же­ст­вен­ное до­сто­ин­ст­во.



7.2. Уп­ре­ки Аа­ро­на и Ма­ри­ам

Еще одно ис­ку­ше­ние по­стиг­ло Мо­и­сея от самых близких ему людей – сестры Мариам и брата Аарона, которые упрекали его за же­ну эфи­оп­лян­ку (по дру­го­му воз­мож­но­му про­чте­нию – из пле­ме­ни Хуш) (Чис. 12:1). В этой же связи сказано: «Моисей же был кротчайший из всех людей на Земле
» (Чис. 12:3). И на его за­щи­ту, в об­ла­ке у входа ски­нии, явил­ся Гос­подь и ска­зал: «слу­шай­те сло­ва Мои: ес­ли бы­ва­ет у вас про­рок Гос­по­день, то Я от­кры­ва­юсь ему в ви­де­нии, во сне го­во­рю с ним; но не так с ра­бом Мо­им Мо­и­се­ем, - он ве­рен во всем до­му Мо­ем: ус­та­ми к ус­там го­во­рю Я с ним, и яв­но, а не в га­да­ни­ях, и об­раз Гос­по­да он ви­дит; как же вы не убо­я­лись уп­ре­кать ра­ба Мо­е­го, Мо­и­сея?
» (Чис. 12:6–8). Гнев Господень воспламенился на них, и Мариам была поражена проказой (Чис. 12:10). Только молитвой Моисея была она исцелена (Чис. 12:13–15).



7.3. От­каз от вступ­ле­ния в зем­лю обе­то­ван­ную

Вначале сыны Израилевы подошли к земле Ханаанской с юга и от­пра­ви­ли 12 со­гля­да­та­ев на раз­вед­ку. Вер­нув­шись и при­не­ся пло­ды этой зем­ли (боль­шую ви­но­град­ную гроздь), они ста­ли го­во­рить, что зем­ля эта силь­но ук­реп­ле­на и жи­вут в ней исполины, так что мы пе­ред ни­ми, как стая са­ран­чи (Чис. 14:34), и Гос­подь при­вел нас сю­да, что­бы по­гу­бить, что­бы все мы по­гиб­ли, сра­жа­ясь с эти­ми ве­ли­ка­на­ми. Толь­ко двое из по­слан­цев – Ии­сус На­вин и Ха­лев го­во­ри­ли, что Гос­подь от­даст нам эту зем­лю во вла­де­ние (Чис. 14:6-9). Народ по­слу­ша­л их и решил, что нуж­но по­бить кам­ня­ми Мо­и­сея и Аа­ро­на: «И роп­та­ли на Мо­и­сея и Аа­ро­на все сы­ны Из­ра­и­ле­вы, и все об­ще­ст­во ска­за­ло им: О, ес­ли бы мы умер­ли в зем­ле Еги­пет­ской, или бы умер­ли в пу­с­ты­не сей! И для че­го Гос­подь ве­дет нас в зем­лю сию, что­бы мы па­ли от ме­ча? Же­ны на­ши и де­ти на­ши до­ста­нут­ся в до­бы­чу [вра­гам]; не луч­ше ли нам воз­вра­тить­ся в Еги­пет? И ска­за­ли друг дру­гу: по­ста­вим се­бе на­чаль­ни­ка и воз­вра­тим­ся в Еги­пет
» (Чис. 14:2-4).


Гос­подь ска­зал Мо­и­сею, что на­ме­рен не­мед­лен­но ис­тре­бить на­род и сде­лать Мо­и­сея ро­до­на­чаль­ни­ком но­во­го (уже во вто­рой раз за вре­мя пу­те­ше­ст­вия). Но Мо­и­сей мо­лил­ся и го­во­рил: «ес­ли Ты ис­тре­бишь на­род сей, как од­но­го че­ло­ве­ка, то на­ро­ды, ко­то­рые слы­ша­ли сла­ву Твою, ска­жут: Гос­подь не мог вве­с­ти на­род сей в зем­лю, ко­то­рую Он с клят­вою обе­щал ему, а по­то­му и по­гу­бил его в пу­с­ты­не... Про­сти грех на­ро­ду се­му по ве­ли­кой ми­ло­с­ти Тво­ей, как Ты про­щал на­род сей от Егип­та до­се­ле
» (Чис. 14:15, 16, 19).


Господь простил евреев по слову Моисея. Однако по числу сорока дней, в которые соглядатаи осматривали землю, народ израильский сорок лет будет странствовать по пустыне, и никто, кроме Иисуса и Халева, не увидит земли обетованной. Таким образом должно было исполниться их неразумное пожелание умереть в пустыне.


Как и следовало ожи­дать, из­ра­иль­тя­не огор­чи­лись и объ­я­ви­ли Мо­и­сею, что они пе­ре­ду­ма­ли, и уже по собственному почину пошли на за­во­е­ва­ние зем­ли. Как го­во­рит нам Пи­са­ние, Мо­и­сей не хо­дил с ни­ми и пре­бы­вал в ста­не (Чис. 15:44). По­че­му? По­то­му что рас­ка­я­ние бы­ло уже за­поз­да­лым, и их поход закончился великим по­ра­же­ни­ем и бег­ст­вом, так что хананеи гна­ли их об­рат­но до са­мо­го ста­на.



7.4. Вос­ста­ние Ко­рея, Да­фа­на и Ави­ро­на

Далее Законодатель повествует о восстании Ко­рея (ле­ви­та, сына Каафова), Да­фа­на и Ави­ро­на, ко­то­рых под­дер­жа­ли 250 че­ло­век (Чис. 16:1-35). Ка­ко­во бы­ло со­дер­жа­ние их пре­тен­зий? «И со­бра­лись про­тив Мо­и­сея и Аа­ро­на, и ска­за­ли им: Пол­но вам, все об­ще­ст­во, все свя­ты, и сре­ди их Гос­подь! По­че­му же вы ста­ви­те се­бя вы­ше на­ро­да Гос­под­ня?
» (Чис. 16:3).


В чем здесь де­ло? Ес­ли в патриархальные времена гла­ва се­мьи был для сво­е­го ро­да свя­щен­ни­ком и при­но­сил жерт­вы, то со вре­мен Мо­и­сея для слу­же­ния в ски­нии бы­ли избраны одни ле­ви­ты, а со­вер­ше­ние жерт­во­при­но­ше­ний бы­ло от­да­но толь­ко до­му Аа­ро­на. Все ос­таль­ное со­об­ще­ст­во бы­ло, та­ким об­ра­зом, ис­клю­че­но из ак­тив­но­го при­не­се­ния жертв, что и послужило формальной причиной восстания. Мо­и­сей пред­ла­га­ет им сде­лать се­бе ка­диль­ни­цы, по­ло­жить в них ку­ре­ния и прий­ти с этим ку­ре­ни­ем к ски­нии на сле­ду­ю­щий день. Они так и поступили, за что бы­ли по­ра­же­ны ог­нем. Затем «ска­зал Гос­подь Мо­и­сею и Аа­ро­ну, го­во­ря: от­де­ли­тесь от об­ще­ст­ва се­го, и Я ис­треб­лю их во мгно­ве­ние. Они же па­ли на ли­ца свои и ска­за­ли: Бо­же,Боже ду­хов вся­кой пло­ти! Один че­ло­век со­гре­шил, и Ты гне­ва­ешь­ся на все об­ще­ст­во? И ска­зал Гос­подь Мо­и­сею, говоря: ска­жи об­ще­ст­ву: от­сту­пи­те со всех сто­рон от жи­ли­ща Ко­рея, Да­фа­на и Ави­ро­на
» (Чис. 16:20-24). В ре­зуль­та­те за­ступ­ле­ния Мо­и­сея по­гиб­ли толь­ко до­ма зачинщиков мятежа. «И сказал Моисей: из сего узнаете, что Господь послал меня делать все дела сии, а не по своему произволу [я делаю сие]: если они умрут, как умирают все люди, и постигнет их такое наказание, какое постигает всех людей, то не Господь послал меня; а если Господь сотворит необычайное, и земля разверзет уста свои и поглотит их [и домы их и шатры их] и все, что у них, и они живые сойдут в преисподнюю, то знайте, что люди сии презрели Господа
» (Чис. 16:28-30). При­чем даль­ше уточняется, что из до­ма Ко­рея по­гиб толь­ко сам Ко­рей, ко­то­рый един­ст­вен­ный из всех из них был ле­ви­том, а сы­но­вья его ос­та­лись жи­вы (Чис. 26:11). Ес­ли вы об­ра­ща­ли вни­ма­ние на над­пи­са­ние псал­мов, то там есть не­сколь­ко псал­мов сы­нов Ко­ре­е­вых. Кро­ме них по­гиб­ли и те лю­ди, ко­то­рые дерз­ну­ли прий­ти с каж­де­ни­ем к ски­нии. Из их ка­диль­ниц бы­ла сде­ла­на об­шив­ка для жерт­вен­ни­ка все­со­ж­же­ния.


По сло­ву пре­по­доб­но­го Еф­ре­ма Си­ри­на, «Ко­рей и про­чие, воз­му­тив­ши­е­ся про­тив Аа­ро­на и же­лав­шие по­лу­чить его свя­щен­ст­во, пред­став­ля­ют об­раз пер­во­свя­щен­ни­ков, воз­му­тив­ших­ся про­тив Гос­по­да на­ше­го, и, по ска­зан­но­му в прит­че о ви­но­град­ни­ке, вос­хо­тев­ших по­лу­чить его на­сле­дие» [22, т. 6, с. 414]


По­сле гибели Корея, Дафана и Авирона, ос­таль­ной на­род стал опять воз­му­щать­ся про­тив Мо­и­сея и Аарона, говоря: «вы умертвили народ Господень
» (Чис. 16:41). Вновь воз­го­рел­ся гнев Бо­жий, и опять на­ча­лось по­ра­же­ние в ста­не (Чис. 16:46). «И ска­зал Гос­подь Мо­и­сею, говоря: от­сто­ро­ни­тесь от об­ще­ст­ва се­го, и Я по­губ­лю их во мгно­ве­ние
» (Чис. 16:44-45). Уже в чет­вер­тый раз со вре­ме­ни вы­хо­да из Егип­та та­кие сло­ва го­во­рит Гос­подь Мо­и­сею. Как поступили Моисей и Аарон? Они опять пали на ли­ца свои. Здесь мы видим под­тверж­де­ние слов Пи­са­ния, что Мо­и­сей был крот­чай­ший из всех лю­дей
(Чис. 12:3). Что та­кое кро­тость? В чем ее про­яв­ле­ние? В том, что­бы без гне­ва тер­пе­ли­во пе­ре­но­сить вся­кие ос­кор­б­ле­ния и нападки.


«И ска­зал Мо­и­сей Аа­ро­ну: возь­ми ка­диль­ни­цу и по­ло­жи в нее ог­ня с жерт­вен­ни­ка и всыпь ку­ре­ния, и не­си ско­рее к об­ще­ст­ву и за­сту­пи их, ибо вы­шел гнев от Гос­по­да, [и] на­ча­лось по­ра­же­ние. И взял Аа­рон, как ска­зал Мо­и­сей, и по­бе­жал в сре­ду об­ще­ст­ва, и вот, уже на­ча­лось по­ра­же­ние в на­ро­де. И он по­ло­жил ку­ре­ния и за­сту­пил на­род. Стал он меж­ду мерт­вы­ми и жи­вы­ми, и по­ра­же­ние пре­кра­ти­лось
» (Чис. 16:46-48). Об­ра­ти­те вни­ма­ние, как дей­ст­ву­ет Аа­рон. Он не про­сто по­шел, не будем забывать, что ему уже за во­семь­де­сят, он по­бе­жал. По­бе­жал, что­бы встать меж­ду жи­вы­ми и мерт­вы­ми и прекратить ги­бель лю­дей, весь­ма враж­деб­но по от­но­ше­нию к не­му на­ст­ро­ен­ных. Это свидетельство исключительного великодушия Моисея и Аарона, их вы­со­кого нравственного со­сто­я­ния, которое го­раз­до вы­ше то­го, что мож­но тре­бо­вать от че­ло­ве­ка, жив­ше­го до Хри­с­та. Это при­мер па­с­тыр­ско­го слу­же­ния, ко­то­рый яв­ля­ет пер­во­свя­щен­ник Аа­рон. Мы ви­дим Моисея и Аарона за­ступ­ни­ка­ми и пред­сто­я­те­ля­ми народа, не­су­щи­ми свое слу­же­ние с ве­ли­чай­шим са­мо­от­вер­же­ни­ем.



7.5. Жезл Аа­ро­нов

Господь подтвердил богоизбранность ветхозаветного священства. Ког­да от всех ко­лен бы­ло по­ло­же­но по жез­лу перед ковчегом завета, то жезл с именем Аарона, положенный от колена Левия, не про­сто рас­цвел, но и при­нес пло­ды (Чис. 17:8). Этот жезл впос­лед­ст­вии хра­нил­ся в Свя­тая Свя­тых, и пре­да­ние го­во­рит, что он ни­ког­да не за­сы­хал. Это чу­до яв­ля­ет­ся про­ро­че­с­ким. Пре­по­доб­ный Еф­рем Си­рин объ­яс­ня­ет его при­ме­ни­тель­но к вос­кре­се­нию: «Жезл Аа­ро­нов, ко­то­рый один из всех жез­лов про­зяб, слу­жит об­ра­зом до­сто­пок­ла­ня­е­мой пло­ти Ем­ма­ну­и­ло­вой, ибо Ем­ма­ну­ил, став сы­ном ес­те­ст­ва тлен­ных, один пре­был во гро­бе не­тлен­ным, и по­нес­ши не­по­вин­ное стра­да­ние, в Се­бе Са­мом явил тай­ну не­тле­ния, бес­ст­ра­с­тия и бес­смер­тия» [22, т. 6, с. 415]. Так­же про­зяб­ший жезл про­об­ра­зу­ет Бо­го­ро­ди­цу. Осо­бен­но распространено это тол­ко­ва­ние в бо­го­слу­жеб­ных тек­с­тах. Например, в каноне праздника Введения во Храм «Прозябе иногда жезл Аронов, прообразующий, чистая, Божественное рождество, яко без семени зачнеши, и нетленна пребудеши, и по рождестве девствующи явишися» (2-й канон, песнь 4, тр. 6).



7.6. Грех Мо­и­сея и Аа­ро­на

Во вре­мя сто­ян­ки в Ка­де­се уми­ра­ет Ма­ри­ам (Чис. 20:1). В на­ро­де сно­ва воз­ни­ка­ет ро­пот из-за не­хват­ки во­ды, по­хо­жий на тот, что был в на­ча­ле пу­те­ше­ст­вия. Гос­подь по­ве­ле­ва­ет Мо­и­сею и Аа­ро­ну ска­зать сло­во ска­ле на глазах всего народа, и она из­ве­дет во­ду. Од­на­ко Мо­и­сей, труд­но ска­зать, по ка­кой при­чи­не, по не­до­стат­ку ли ве­ры или по раз­дра­же­нию на народ, вме­с­то то­го, что­бы бук­валь­но ис­пол­нить по­ве­ле­ние Бо­жие, уда­ря­ет жез­лом по этой ска­ле, при­чем уда­ря­ет дваж­ды. При этом он произносит укоризненное слово, не имея на то указания от Бога, че­го ра­нее ни­ког­да не де­лал. В ре­зуль­та­те, Гос­подь го­во­рит Моисею и Аарону, что «за то, что вы не по­ве­ри­ли Мне, что­бы явить свя­тость Мою пред оча­ми сы­нов Из­ра­и­ле­вых, не вве­де­те вы на­ро­да се­го в зем­лю, ко­то­рую Я даю ему
» (Чис. 20:12). По­нят­но, что и в пер­вый раз от­нюдь не си­лою уда­ра бы­ла из­ве­де­на во­да из кам­ня, но ми­ло­с­тью Бо­жи­ей. Ес­ли Гос­подь ска­зал, что до­ста­точ­но бу­дет только слов, то сле­до­ва­ло это­му по­ве­рить. Еще в этой связи хочу обратить ваше внимание на ответственность, которую пророк Божий несет за каждое произнесенное им слово. И нам с вами Господь прямо сказал: «за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда
» (Мф. 12:36).


В том, что Мо­и­сей не ввел на­род в зем­лю обе­то­ван­ную, ко­неч­но, есть и глу­бо­кий сим­во­ли­че­с­кий смысл. Ка­кой? Пророк Мо­и­сей в пер­вую оче­редь ас­со­ци­и­ру­ет­ся с за­ко­ном и яв­ля­ет­ся его сим­во­лом. В Евангелии имя Моисея тождественно Закону (см. Лк. 16:29). Но ес­ли обе­то­ван­ная зем­ля есть про­об­раз Цар­ст­вия Не­бес­но­го, а за­кон не мо­жет в­ве­с­ти туда че­ло­ве­ка, то и Мо­и­сей при­во­дит на­род толь­ко до бе­ре­га Иор­да­на, где во гла­ве его ста­но­вит­ся че­ло­век по име­ни Ии­сус. И уже он вво­дит из­ра­иль­тян в зем­лю обе­то­ван­ную, что, ко­неч­но, яв­ля­ет­ся сим­во­лом то­го, что за­кон и про­ро­ки – до Хри­с­та, а по­сле это­го уже бла­го­да­тью спа­са­ет­ся че­ло­век и что за­кон яв­ля­ет­ся де­то­во­ди­те­лем ко Хри­с­ту.


«А что и за­кон на­зы­ва­ет­ся Мо­и­се­ем, мы до­ка­за­ли уже это, пред­ста­вив сви­де­тель­ст­ва Пи­са­ния. Ибо ска­за­но: имут Мо­и­сеа и про­ро­ки
(Лк. 16, 29), и: да­же до днесь, вне­гда чтет­ся Мо­и­сей, по­кры­ва­ло на серд­це их ле­жит
(2 Кор. 3, 15). По­се­му как по ис­то­рии, ког­да скон­чал­ся Мо­и­сей, Ии­сус ввел на­род в Обе­то­ван­ную зем­лю, так по кон­чи­не за­ко­на явив­ший­ся нам Ии­сус от­верз бла­го­че­с­ти­вым лю­дям Не­бес­ное Цар­ст­вие» [73, с. 194].


Вы по­мни­те, что Мо­и­сей и Илия яви­лись Спа­си­те­лю на го­ре Фа­вор, во вре­мя Пре­об­ра­же­ния. Ког­да па­мять про­ро­ка Илии, мы все пре­крас­но по­мним, а ког­да па­мять про­ро­ка Мо­и­сея? Ма­ло кто мо­жет при­пом­нить. По­че­му? Мо­и­сей, как он преж­де но­сил этот на­род же­с­то­ко­вый­ный и го­тов был да­же уме­реть за не­го в пу­с­ты­не, точ­но так­ же и до сих пор как бы свя­зан с За­ко­ном, и со вре­ме­ни Евангельского благовестия, вме­с­те с за­ко­ном ос­та­ет­ся в те­ни. Хо­тя Гос­подь ска­зал, что Мо­и­сей бу­дет об­ли­чать иу­де­ев на су­де, то есть ре­аль­но зна­че­ние его не ума­ля­ет­ся. Гос­подь го­во­рит, что Мо­и­сей пи­сал о Нем (Ин. 5:46); зна­че­ние Мо­и­сея Хри­с­тос ни­как не ума­лял, но в пе­да­го­ги­че­с­ких це­лях па­мять его не­сколь­ко ото­шла на вто­рой план. По сло­ву свя­ти­те­ля Ки­рил­ла Алек­сан­д­рий­ско­го, «бла­жен­ный Мо­и­сей есть для нас об­раз за­ко­на: имут Мо­и­сеа и про­ро­ки (Лк. 16, 29),– го­во­рит в еван­гель­ских ска­за­ни­ях бла­жен­ный Ав­ра­ам, Мо­и­сей дей­ст­ви­тель­но пред­ста­ви­тель<соб­ст­вен­но: ли­це, просопон (греч
.) (греч.
)> за­ко­на» [38, кн. 1, с.187].



7.7. Про­дол­же­ние стран­ст­вия


За­тем рас­ска­зы­ва­ет­ся о том, как из­ра­иль­тя­не по­до­шли к зем­ле обе­то­ван­ной. Им пришлось обогнуть землю идумеев (потомков Исава), так как Господь не разрешил с ними сражаться, а они не позволили пройти по их территории. Описано как израильтянам при­шлось встре­тить­ся и сра­зить­ся с те­ми на­ро­да­ми, ко­то­рые жи­ли во­круг Ха­на­а­на: мо­а­ви­тя­нами, ам­мо­ни­тя­нами, амор­реями (21 гл.), и о тех по­бе­дах, ко­то­рые си­лой Бо­жи­ею одер­жи­ва­ли из­ра­иль­тя­не.


В 20 главе рассказывается о смер­ти Аа­ро­на на горе Ор, и о том, что пе­ред его смер­тью Мо­и­сей снял с не­го пер­во­свя­щен­ни­че­с­кие одеж­ды и воз­ло­жил на сы­на его Еле­а­за­ра (Чис. 20:28).


Следует обратить внимание на одно грозное чудо в силу его важного прообразовательного значения. В наказание за поднявшийся в очередной раз ропот Господь послал на израильтян ядовитых змей. Когда люди со страхом и покаянием обратились к Моисею, он по повелению Божию поставил медное изображение змея на древке. Ужаленный человек, взглянув на этого змея, оставался жив (Числ. 20:5–9). Объяснение пророческому значению этого чуда дал Сам Господь Иисус Христос: «И как Моисей вознес змию в пустыне, так должно вознесену быть Сыну Человеческому, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную
» (Ин. 3:14–15).


7.8. Про­ро­че­ст­во Ва­ла­а­ма

Повествование о продвижении израильтян по равнинам Моава содержит ис­то­рию про­ро­ка Ва­ла­а­ма (Чис. 22 – 24). Валаам – известный в Междуречьи волхв, был специально вызван Валаком – царем Моавитским, что бы проклясть Израиль (Чис. 22:1-6). Че­ты­реж­ды Ва­ла­ам бла­го­слов­ля­ет из­ра­иль­тян, хо­тя Ва­лак, царь мо­а­вит­ский, вся­че­с­ки уго­ва­ри­ва­ет его про­клясть и го­во­рит, что он на­ни­мал Валаама, чтобы про­кли­нать их, а вме­с­то это­го тот бла­го­слов­ля­ет. Благословление Валаама со­дер­жит следующее пророчество: «Ви­жу Его, но ны­не еще нет, зрю Его, но не близ­ко. Вос­хо­дит звез­да от Иа­ко­ва, и вос­ста­ет жезл
(то есть сим­вол вла­с­ти) от Из­ра­и­ля
» (Чис. 24:17). Эти сло­ва тра­ди­ци­он­но по­ни­ма­лись Церковью как про­ро­че­ст­во о про­ис­хож­де­нии от Иакова Хри­с­та, Мес­сии. Мес­си­ан­ские чер­ты есть и в дру­гих бла­го­сло­ве­ни­ях Валаама: «пре­кло­нил­ся, ле­жит, как лев и как льви­ца, кто под­ни­мет его? Бла­го­слов­ля­ю­щий те­бя бла­го­сло­вен, и про­кли­на­ю­щий те­бя про­клят
» (Чис. 24:9). Вы по­мни­те, что об­раз ле­жа­ще­го льва, ко­то­ро­го ни­кто не мо­жет под­нять, ес­ли он это­го сам не за­хо­чет, мы встре­ча­ли уже в бла­го­сло­ве­нии Иа­ко­вом сво­их сы­но­вей (Быт. 49:9) и от­но­си­ли этот об­раз к вос­кре­се­нию Хри­с­то­ву.


Од­на­ко тем не ме­нее Ва­ла­ам все-та­ки ока­зы­ва­ет не­ко­то­рую «ус­лу­гу» тем, кто его на­ни­мал (Числ. 31:16). По­сле не­сколь­ких по­бед, из­ра­иль­тя­не уже жи­ли в мо­а­вит­ских сте­пях. Для то­го, что­бы ос­ла­бить си­лу на­ро­да, Ва­ла­ам со­ве­ту­ет мо­а­ви­тя­нам по­слать жен­щин, что­бы скло­нить из­ра­иль­тян к блу­ду. За это Ва­ла­а­ма впо­след­ст­вии по­стиг­ла ги­бель (Числ. 31:8). Со­вет ока­зал­ся эф­фек­тив­ным. Израиль оказался на краю гибели. Пре­кра­ща­ет­ся это не­сча­с­тье тем, что Фи­не­ес, внук Аа­ро­на, сын Еле­а­за­ра, уби­ва­ет из­ра­иль­тя­ни­на Зи­м­ри, од­но­го из вож­дей ко­ле­на Си­ме­о­но­ва, ко­то­рый ввел в ша­тер свой Ма­ди­а­ни­тян­ку (Чис. 25:8).


Мож­но вспом­нить, что мы го­во­ри­ли о благочестии и о раз­ли­чии су­деб Си­ме­о­но­ва и Ле­ви­и­на ко­лен. Здесь это раз­ли­чие ярко про­яви­лось. Рев­ность Фи­не­е­са, ко­то­рая вылилась в то, что он убил Зи­м­ри и Ма­ди­а­ни­тян­ку, вме­ни­лась ему в по­двиг, и Гос­подь да­ет Фи­не­е­су за­вет ми­ра и обе­ща­ет ему по­сто­ян­ное пре­бы­ва­ние его по­том­ков в свя­щен­ст­ве (Чис. 25:12–13).


Пе­ред за­хва­том зем­ли обе­то­ван­ной Мо­и­сей де­ла­ет но­вое ис­чис­ле­ние из­ра­иль­тян, ко­то­рое по­ка­зы­ва­ет, что ни­ко­го уже не ос­та­лось из тех, кто вы­шел из Егип­та в воз­ра­с­те стар­ше 20 лет, кро­ме Мо­и­сея, а так­же Ии­су­са и Ха­ле­ва, тех двух со­гля­да­та­ев, ко­то­рым Гос­подь обе­щал, что за их твер­дость и му­же­ст­во они уви­дят зем­лю обе­то­ван­ную. При исчислении колено Симеоново оказалось самым малочисленным.


Некоторое смущение может вызвать строгость определения: не войдут в землю обетованную все, кто вышел из Египта старше двадцати лет. Но мы уже знаем, что такие определения Божии обычно являются пророчествами.


Действительно, те, кому при Исходе было от 20-ти до 30-ти лет к моменту окончания странствия было не более 70-ти. А Моисею – 120. Так что умирали они не от старости. От чего же умирали люди в пустыне?


Умирали, объевшись мяса, восстав на Моисея и Аарона, пренебрегая медным змеем, блудодействуя в Моаве. То есть умирали те, кто грешил в пустыне. Поэтому, говоря о смерти людей в пустыне, Господь через Моисея предрекал очищение народа от недостойных, которым нечего было делать в земле обетованной. Справедливость, как видим, не была нарушена. Об этом в послании к Евреям пишет св. апостол Павел (Евр. 3:7–19).


7.9. Города-убежища

В кни­ге Чи­сел есть ряд по­ста­нов­ле­ний, ка­са­ю­щих­ся жиз­ни из­ра­иль­тян в зем­ле обе­то­ван­ной. Одно из них ог­ра­ни­чи­ва­ло воз­мож­но­с­ти для кров­ной ме­с­ти, ко­то­рая, по-ви­ди­мо­му, име­ла ме­с­то. Убий­ца на­ме­рен­ный дол­жен был быть каз­нен, од­на­ко че­ло­век, со­вер­шив­ший убий­ст­во непред­на­ме­рен­но, имел воз­мож­ность ук­рыть­ся. Для это­го вы­де­ле­ны бы­ли шесть так на­зы­ва­е­мых го­ро­дов-убе­жищ; и в слу­чае, ес­ли та­кой че­ло­век ту­да уда­лял­ся, ни­кто не мог на не­го воз­ло­жить ру­ку, ко­неч­но, ког­да не бы­ла до­ка­за­на пред­на­ме­рен­ность убий­ст­ва. Эти го­ро­да долж­ны бы­ли быть рас­пре­де­ле­ны с 2-х сто­рон от Иор­да­на и рас­тя­ну­ты с се­ве­ра на юг, что­бы быть ото­всю­ду до­ступ­ны­ми. Че­ло­век дол­жен был пре­бы­вать в этом го­ро­де-убе­жи­ще до вре­ме­ни смер­ти пер­во­свя­щен­ни­ка, по­сле че­го он мог вый­ти на сво­бо­ду, и уже ни­кто не имел пра­ва под­ни­мать на не­го ру­ку (Чис. 35:25). В од­ном современном тол­ко­ва­нии го­во­рит­ся: «В го­ро­де-убе­жи­ще та­кой убий­ца дол­жен был на­хо­дить­ся до смер­ти вер­хов­но­го жре­ца. Ус­та­нов­ле­ние, смысл ко­то­ро­го не ясен». Свя­то­оте­че­с­кая тра­ди­ция, од­на­ко, го­во­рит, что смысл это­го ус­та­нов­ле­ния оче­ви­ден. Оно име­ет про­ро­че­с­кий смысл, ука­зы­вая на смерть Пер­во­свя­щен­ни­ка Хри­с­та, ко­то­рая ос­во­бож­да­ет че­ло­ве­ка от по­вин­но­с­ти гре­ху и де­ла­ет его сво­бод­ным от смер­ти [35, ч. 2–3, с. 130].



7.10. По­став­ле­ние Ии­су­са На­ви­на

По­сле то­го, как Мо­и­сей сде­лал все, что­бы из­ра­иль­тя­не во­шли в зем­лю обе­то­ван­ную, он по­став­ля­ет Ии­су­са На­ви­на, ко­то­рый прежде был во­ен­ным вож­дем сре­ди из­ра­иль­тян, и слу­жи­те­лем Моисея (Исх. 24:13), не отходившем от скинии (Исх. 33:11). За­ме­тим, что не сы­но­вь­ям сво­им пе­ре­да­ет он власть. Мо­и­сей про­сит Гос­по­да, что­бы по­сле его смер­ти не ос­тал­ся на­род, «как ов­цы, у ко­то­рых нет па­с­ты­ря
» (Чис. 27:17, ср. Мф 9:36). В от­вет Гос­подь по­ве­ле­ва­ет ему по­ста­вить Ии­су­са На­ви­на, «че­ло­ве­ка, в ко­то­ром есть Дух
» (Чис. 27:18). Че­рез воз­ло­же­ние рук Мо­и­се­й пред всем на­ро­дом ставит Ии­суса На­вина вож­дем над из­ра­иль­тя­на­ми (Чис. 27:22–23).


Здесь мож­но уви­деть двой­ное про­ро­че­ст­во. С од­ной сто­ро­ны, Ии­сус На­вин про­об­ра­зу­ет Хри­с­та, по­сколь­ку он вво­дит иу­де­ев, при­няв их от Мо­и­сея, в Зем­лю Обе­то­ван­ную. С дру­гой сто­ро­ны, в Еван­ге­лии ска­за­но: «Ви­дя тол­пы на­ро­да, Он сжа­лил­ся над ни­ми, что они бы­ли из­ну­ре­ны и рас­се­я­ны, как ов­цы, не име­ю­щие па­с­ты­ря
. Тог­да го­во­рит уче­ни­кам Сво­им: жат­вы мно­го, а де­ла­те­лей ма­ло; итак мо­ли­те Гос­по­ди­на жат­вы, что­бы вы­слал де­ла­те­лей на жат­ву Свою
» (Мф. 9:36–38). Апо­с­то­лы при­зы­ва­ют­ся к слу­же­нию Хри­с­том, как Ии­сус На­вин – Мо­и­се­ем.



Гла­ва 8. Вто­ро­за­ко­ние

В книге Второзаконие пророк Моисей кратко напоминает историю странствия новому поколению израильтян, тем, кому во время Исхода было меньше 20 лет. Кроме того, он напоминает им заповеди, данные на Синае. Это происходит в сороковой год по выходе евреев из Египта (Втор. 1:3). В связи с предстоящим вступлением в землю обетованную израильтяне получают ряд новых заповедей.



8.1. По­вто­ре­ние за­ко­на и но­вые за­по­ве­ди

В нашем курсе за­по­ве­дям по­свя­щен осо­бый раз­дел, по­это­му сей­час они подробно рассматриваться не будут. На­пом­ню толь­ко, что все три от­ве­та на ис­ку­си­тель­ные во­про­сы, ко­то­рые ди­а­вол за­да­вал Спа­си­те­лю в пу­с­ты­не, бы­ли ци­та­та­ми из кни­ги Вто­ро­за­ко­ние (Втор. 8:3; 6:16; 6:13; 10:20). И пер­вая часть дву­еди­ной за­по­ве­ди «Воз­лю­би Гос­по­да Бо­га тво­е­го всем серд­цем тво­им
» взя­та то­же из этой кни­ги Вто­ро­за­ко­ние (Втор. 6:5). Из­ра­иль­тя­не долж­ны бы­ли эту за­по­ведь на­пи­сать на пра­вой ру­ке и на лбу, в ре­зуль­та­те че­го и воз­ник обы­чай из­го­тов­лять «хра­ни­ли­ща
», о рас­ши­ре­нии ко­то­рых фа­ри­се­я­ми го­во­рит Гос­подь в Еван­ге­лии (Мф. 23:5) (во вре­мя мо­лит­вы иу­деи при­вя­зы­ва­ли се­бе на лоб и на ру­ку ко­ро­боч­ки, где бы­ла на­пи­са­на за­по­ведь «Слу­шай, Из­ра­иль, Гос­подь – Бог наш и Гос­подь един есть
» (Втор. 6:4). Кро­ме то­го, для на­по­ми­на­ния о за­по­ве­ди Бо­жи­ей че­рез Мо­и­сея Бог по­ве­ле­ва­ет всем сде­лать се­бе на краях одежд ки­с­ти, и вставлять в них нити из голубой шерсти, гля­дя на ко­то­рые из­ра­иль­тя­не мог­ли бы вспо­ми­нать о за­по­ве­дях Бо­жи­их (Чис. 15:38–40). Эти ки­с­ти – «вос­кри­лия риз
» – Гос­подь то­же упо­ми­на­ет, ког­да об­ли­ча­ет фа­ри­се­ев, по­сколь­ку из­го­тов­ле­ние этих ко­ро­бо­чек и ки­с­тей ста­ло не­кой са­мо­дов­ле­ю­щей цен­но­с­тью с заб­ве­ни­ем то­го, ра­ди че­го это все де­ла­ет­ся.


Об­ра­щу ва­ше вни­ма­ние на не­ко­то­рые но­вые по­ста­нов­ле­ния, записанные в книге Второзаконие, так как они понадобятся нам для понимания ряда событий истории Израиля.


В кни­ге Вто­ро­за­ко­ние пред­пи­сы­ва­ет­ся ве­де­ние во­ен­ных дей­ст­вия си­ла­ми опол­че­ния, так как не пре­ду­с­ма­т­ри­ва­лось ре­гу­ляр­но­го вой­ска. Пе­ред на­ча­лом вой­ны свя­щен­ни­ки долж­ны бы­ли ук­реп­лять на­род, го­во­ря, что «Гос­подь, Бог ваш, идет с ва­ми, что­бы сра­зить­ся за вас с вра­га­ми ва­ши­ми [и] спа­с­ти вас
» (Втор. 20:4).


Но в опол­че­ние сле­до­ва­ло брать не всех. «Над­зи­ра­те­ли же пусть объ­я­вят на­ро­ду, го­во­ря: кто по­ст­ро­ил но­вый дом и не об­но­вил его, тот пусть идет и воз­вра­тит­ся в дом свой, да­бы не умер на сра­же­нии, и дру­гой не об­но­вил его. И кто на­са­дил ви­но­град­ник и не поль­зо­вал­ся им, тот пусть идет и воз­вра­тит­ся в дом свой, да­бы не умер на сра­же­нии, и дру­гой не вос­поль­зо­вал­ся им. И кто об­ру­чил­ся с же­ною и не взял ее, тот пусть идет и воз­вра­тит­ся в дом свой, да­бы не умер на сра­же­нии, и дру­гой не взял ее. И еще объ­я­вят над­зи­ра­те­ли на­ро­ду, и ска­жут: кто бо­яз­лив и ма­ло­ду­шен, тот пусть идет и воз­вра­тит­ся в дом свой, да­бы он не сде­лал роб­ки­ми серд­ца бра­ть­ев его, как его серд­це
» (Втор. 20:5-8). Брать та­ких лю­дей счи­та­лось, во-пер­вых, же­с­то­ко, во-вто­рых, не сов­сем по­лез­но, по­сколь­ку их серд­це бы­ло да­ле­ко от во­ен­ных дей­ст­вий.


Толкуя данные постановления аллегорически, свя­ти­тель Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский объ­яс­ня­ет, что в ду­хов­ном смыс­ле, по­ст­ро­ив­шие дом суть не ищу­щие оте­че­ст­ва не­бес­но­го, а по­са­див­шие ви­но­град­ник и же­нив­ши­е­ся – пле­нен­ные стра­с­тя­ми. И те, и дру­гие не мо­гут и не хо­тят ве­с­ти ду­хов­ной бра­ни [38, кн. 1, c. 271].


В кни­ге пред­ска­за­но, что, при­дя в зем­лю обе­то­ван­ную, из­ра­иль­тя­не по­про­сят се­бе ца­ря, и из­ло­же­ны за­ко­ны, ка­са­ю­щи­е­ся цар­ской вла­с­ти (Втор. 17:14-20). Царь не может быть из ино­пле­мен­ни­ков. Он дол­жен иметь спи­сок За­ко­на и по­учать­ся в нем всю жизнь. Царю нельзя ум­но­жать се­бе ко­ней, бо­гат­ст­ва, жен.



8.2. Мессианские пророчества

В кни­ге со­дер­жит­ся важ­ное мес­си­ан­ское про­ро­че­ст­во: «Я воз­двиг­ну им Про­ро­ка из сре­ды бра­ть­ев их, та­ко­го как ты, и вло­жу сло­ва Мои в ус­та Его, и Он бу­дет го­во­рить им все, что Я по­ве­лю Ему; а кто не по­слу­ша­ет слов Мо­их, ко­то­рые [Про­рок тот] бу­дет го­во­рить Мо­им име­нем, с то­го Я взы­щу
» (Втор. 18:18-19). Речь идет о том, что Хри­с­тос бу­дет но­вым За­ко­но­да­те­лем, име­ю­щим власть не мень­шую, чем Мо­и­сей. В свя­зи с этим про­ро­че­ст­вом осо­бый смысл при­об­ре­та­ют сло­ва На­гор­ной про­по­ве­ди: «Вы слы­ша­ли, что ска­за­но древ­ним:
<…> А Я го­во­рю вам…
» (Мф. 5:21-22). Они подвигают слушателей задать вопрос: по какому праву Ты так говоришь? Ответ скрыт в этом пророчестве.


Осо­бо хо­чу об­ра­тить ва­ше вни­ма­ние на следующее выражение: «Про­клят всяк, ви­сяй на дре­ве
» (Втор. 21:23). Свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст та­ким об­ра­зом по­яс­ня­ет его: «Так как оп­ре­де­ле­но бы­ло тем, ко­то­рые не ис­пол­ня­ют за­кон: “про­клят всяк, иже не пре­бу­дет во всех
”, пи­сан­ных в кни­ге сей, го­во­рит Мо­и­сей в за­ко­не (Втор. 27:26), а Хри­с­тос как ис­пол­нив­ший за­кон не мог под­ле­жать это­му про­кля­тию, то Он вме­с­то это­го про­кля­тия при­нял на се­бя дру­гое, бу­ду­чи по­ве­шен на дре­ве» [29, т. 6, кн. 1, c. 632]. «Хри­с­тос ис­ку­пил нас от клят­вы за­ко­на, сде­лав­шись за нас клят­вою
» (Гал. 3:13), – пишет апостол Павел.


Пророческие слова «жизнь твоя бу­дет ви­сеть пред то­бою, и бу­дешь тре­пе­тать но­чью и днем, и не бу­дешь уве­рен в жиз­ни тво­ей
» (Втор. 28:66) кроме буквального, имеют еще и мессианский смысл. По объяснению блаженного Феофилакта Болгарского, в одно и то же время указывает и на распятие словом "висеть" и на воскресение словом "жизнь" [Толкование на Евангелие от Луки 24:25–35].


Еще одно пророчество содержится в прощальной песни Моисея, о чем речь пойдет ниже.



8.3. За­кон ужи­че­ст­ва (ле­ви­ра­та)

При изу­че­нии ро­до­сло­вия Спа­си­те­ля вы познакомились с за­ко­ном ужи­че­ст­ва (от слав. южик «соплеменник», «родственник») или ле­ви­ра­та (от ла­т. levir «де­ве­рь», «бра­т му­жа»). Это на­зва­ние от­но­сят к двум ус­та­нов­ле­ни­ям Пи­са­ния (Чис. 36:8; Втор. 25:5-10). Первое го­во­рит о том, что ес­ли у ка­ко­го-то от­ца есть толь­ко до­че­ри, то в на­след­ст­во его уде­ла всту­па­ют имен­но эти до­че­ри, но они не име­ют пра­ва вы­хо­дить за муж­чин из дру­го­го ко­ле­на, что­бы не бы­ло пе­ре­хо­да уде­ла из од­но­го ко­ле­на в дру­гое (Чис. 36:8). Второе постановление говорит, что ес­ли че­ло­век умер без­дет­ным, тог­да брат его дол­жен взять се­бе его же­ну, и ре­бе­нок, ко­то­рый от это­го бра­ка ро­дит­ся, бу­дет счи­тать­ся пол­но­прав­ным пре­ем­ни­ком и на­след­ни­ком умер­ше­го. Че­ло­века, отказавшегося ис­пол­нить этот за­кон, подвергали позору (Втор. 25:5-10).


В свя­зи с этим за­ко­ном воз­ни­ка­ет ино­гда пу­та­ни­ца, го­во­рят, что во­об­ще нель­зя бы­ло же­нить­ся на жен­щи­не из дру­го­го ко­ле­на. И вста­ет во­прос, а как же тог­да Де­ва Ма­рия мог­ла быть род­ст­вен­ни­цей Ели­за­ве­те, ко­то­рая бы­ла из до­ма Аа­ро­на, если сама Мария была обручена Иосифу – мужу из колена Иудина?


Есть не­сколь­ко вет­хо­за­вет­ных при­ме­ров, про­яс­ня­ю­щих этот вопрос. У пер­во­свя­щен­ни­ка Аа­ро­на бы­ла же­на Ели­за­ве­та из ко­ле­на Иу­ди­на, – дочь Ами­на­да­ва и се­с­т­ра На­ас­со­на (Исх. 6:23), – тех са­мых Ами­на­да­ва и На­ас­со­на, ко­то­рые упо­ми­на­ют­ся в ро­до­сло­вии Спа­си­те­ля. Здесь мы ви­дим пер­вое пе­ре­се­че­ние ко­ле­на Ле­ви­и­на и Иу­ди­на, при­чем пе­ре­се­че­ние ли­ний свя­щен­ни­че­с­кой и цар­ской. За­тем в 4 Цар. 11 гл. опи­сан мо­мент, ког­да дочь Аха­ва и Ие­за­ве­ли Го­фо­лия, ко­то­рая бы­ла вы­да­на за­муж за Ио­ра­ма, сы­на Иу­дей­ско­го ца­ря Ио­са­фа­та, по­сле смер­ти му­жа и сы­на-на­след­ни­ка по­пы­та­лась ис­тре­бить всех по­том­ков Да­ви­да (4 Цар. 11:1). Един­ст­вен­но­го уце­лев­ше­го на­след­ни­ка цар­ско­го до­ма царевича Иоаса, сына Охозии, спа­са­ет у се­бя пер­во­свя­щен­ник Ио­дай вме­с­те со сво­ей же­ной Ио­са­ве­фой, до­че­рью ца­ря Ио­ра­ма (2 Пар. 22:11). То есть же­на пер­во­свя­щен­ни­ка бы­ла не про­сто из Иу­ди­на ко­ле­на, а ца­ре­вна из ро­да Да­ви­до­ва. Вот вто­рое пе­ре­се­че­ние этих двух ко­лен, при­чем в ли­нии свя­щен­ни­че­с­кой и цар­ской, на стра­ни­цах Вет­хо­го За­ве­та. По­это­му вопросов по по­во­ду то­го, что Ма­рия бы­ла род­ст­вен­ни­цей Ели­за­ве­ты, у нас уже быть не мо­жет, по­сколь­ку да­же на стра­ни­цах Пи­са­ния мы ви­дим, по край­ней ме­ре, два пе­ре­се­че­ния этих двух ро­дов.



8.4. По­след­ние ука­за­ния. Песнь Мо­и­сея

Приближаясь к концу своей жизни, пророк Мо­и­сей произносит по­след­ние наставления сынам Израиля: «Гос­подь пред­ло­жил те­бе два пу­ти: путь жиз­ни и путь смер­ти
», то есть путь под­чи­не­ния во­ле Бо­жи­ей, ис­пол­не­ния за­по­ве­дей Бо­жи­их и путь ук­ло­не­ния от Бо­га. «Вот, я се­го­дня пред­ло­жил те­бе жизнь и до­б­ро, смерть и зло. [Ес­ли бу­дешь слу­шать за­по­ве­ди Гос­по­да Бо­га тво­е­го,] ко­то­рые я за­по­ве­дую те­бе се­го­дня - лю­бить Гос­по­да, Бо­га тво­е­го, хо­дить по [всем] пу­тям Его и ис­пол­нять за­по­ве­ди Его и по­ста­нов­ле­ния Его и за­ко­ны Его, то бу­дешь жить и раз­мно­жишь­ся, и бла­го­сло­вит те­бя Гос­подь, Бог твой, на зем­ле, в ко­то­рую ты идешь, чтоб ов­ла­деть ею; ес­ли же от­вра­тит­ся серд­це твое, и не бу­дешь слу­шать, и за­блу­дишь, и ста­нешь по­кло­нять­ся иным бо­гам и бу­дешь слу­жить им, то я воз­ве­щаю вам се­го­дня, что вы по­гиб­не­те и не про­бу­де­те дол­го на зем­ле, [ко­то­рую Гос­подь Бог да­ет те­бе,] для ов­ла­де­ния ко­то­рою ты пе­ре­хо­дишь Иор­дан
» (Втор. 30:15-18).


В до­вер­ше­ние все­го Мо­и­сей вос­пе­ва­ет про­щаль­ную песнь, ко­то­рая на­чи­на­ет­ся сло­ва­ми: «Вон­ми, не­бо, и воз­гла­го­лю...
». Эта песнь Мо­и­сея (Втор. 32 гл.) за богослужением употребляется в качестве вто­рой биб­лей­ской пес­ни ка­но­на на ут­ре­не обычно толь­ко во вре­мя Ве­ли­ко­го По­ста, во вре­мя осо­бо­го по­ка­я­ния[22]
.


Пророк Мо­и­сей, пред­ви­дя от­ступ­ле­ние из­ра­иль­тян от Господа, опи­сы­ва­ет го­ре­с­ти, ко­то­рые за этим по­сле­ду­ют, но, тем не ме­нее, обе­ща­ет, что в кон­це кон­цов Гос­подь их помилует и из­ба­вит от всех вра­гов.


В кон­це этой пес­ни весть об из­бав­ле­нии от вра­гов свя­зы­ва­ет­ся с про­ро­че­ст­вом о Хри­с­те: «Ви­ди­те, ви­ди­те, яко Аз есмь, и несть Бог раз­ве Ме­не: Аз убию и жи­ти со­тво­рю: по­ра­жу и Аз ис­це­лю, и несть иже из­мет от ру­ку Мо­ею: <…> Воз­ве­се­ли­те­ся, не­бе­са, куп­но с Ним, и да по­кло­нят­ся Ему вси ан­ге­ли Бо­жии: воз­ве­се­ли­те­ся, язы­цы, с людь­ми Его, и да ук­ре­пят­ся Ему вси сы­но­ве Бо­жии
» (Втор. 32:39, 43). По­бе­де Хри­с­та воз­ра­ду­ет­ся не­бо и зем­ля, иу­деи и языч­ни­ки. «Поя древ­ле Мо­и­сей ве­ли­кий взы­ва­ше: да по­кло­нят­ся вос­хо­дя­щу Хри­с­ту не­бес­нии ан­ге­ли яко всех Ца­рю
» (2-й ка­нон Воз­не­се­ния песнь 7, тр. 3).



8.5. Смерть Мо­и­сея

На­ко­нец, Мо­и­сей вос­хо­дит на го­ру Не­во, бла­го­слов­ля­ет из­ра­иль­тян и, ос­мо­т­рев с этой го­ры зем­лю, к ко­то­рой он по­след­нюю треть сво­ей жиз­ни стре­мил­ся и вел израильский на­род, уми­ра­ет. Хотя ему бы­ло 120 лет, но зре­ние его не при­ту­пи­лось и кре­пость в нем не ис­то­щи­лась (Втор. 34:7). По­гре­бен он в до­ли­не, в зем­ле мо­а­вит­ской, и ни­кто не зна­ет ме­с­то по­гре­бе­ния. Пи­са­ние спе­ци­аль­но под­чер­ки­ва­ет, что смерть Мо­и­сея бы­ла вы­зва­на не ка­ким-то из­не­мо­же­ни­ем, его ста­ро­стью и т.д., но что по оп­ре­де­ле­нию Бо­жию, когда Мо­и­сей ис­пол­нил свое слу­же­ние, пе­ре­да­в его Ии­су­су На­ви­ну, он отошел в мир иной. Этим за­кан­чи­ва­ет­ся ис­то­рия Пя­ти­кни­жия.


В свя­зи с опи­са­ни­ем смер­ти Мо­и­сея, возникает вопрос, как мог Мо­и­сей опи­сать свою соб­ст­вен­ную кон­чи­ну? Как пророк, он мог заранее знать ее обстоятельства (примеры имеются и в житиях святых). Можно также предположить, что Ии­сус На­вин позже дополнил писание Моисея.



Глава 9. Смысл и значение закона Моисеева

9.1. Разнообразие постановлений Закона

Пе­ре­чис­лю в об­щих чер­тах ряд во­про­сов, ре­гу­ли­ру­е­мых За­ко­ном, что­бы вы се­бе пред­став­ля­ли объ­ём тем, ко­то­рые в нем за­тра­ги­ва­ют­ся. Во-пер­вых, ус­та­нов­ле­ние еди­но­бо­жия и за­прет идо­ло­по­клон­ст­ва (Исх. 20:2-6). За­тем – об­ре­за­ние, за­прет про­из­не­се­ния име­ни Бо­жия (Исх. 20:7), за­прет лож­ной клят­вы и бо­го­хуль­ст­ва, за­кон о суб­бо­те (Исх. 20:11), за­кон о по­чи­та­нии от­ца и ма­те­ри (Исх. 20:12) – эти за­ко­ны о по­чи­та­нии от­ца и ма­те­ри есть в кни­гах Ис­ход, Ле­вит и Вто­ро­за­ко­ние, где с раз­ных сто­рон рас­сма­т­ри­ва­ет­ся от­но­ше­ние де­тей и ро­ди­те­лей, по­чи­та­ние стар­цев. За­прет на убий­ст­во (Исх. 20:13), ре­гу­ли­ро­ва­ние кров­ной ме­с­ти и за­кон о го­ро­дах-убе­жи­щах (Втор. 19 гл.), по­гре­бе­ние не­из­ве­ст­ных лю­дей, стран­ни­ков, за­ко­ны о дра­ках и о чле­но­вре­ди­тель­ст­ве (Исх. 20:18-36), за­прет на пре­лю­бо­де­я­ние (Исх. 20:14), ри­ту­аль­ные ис­пы­та­ния жен­щин, об­ви­нен­ных в не­вер­но­с­ти (Чис. 5 гл.). За­прет во­ров­ст­ва, за­прет на­ру­ше­ния ме­жи меж­ду по­ля­ми, уве­ща­ние не же­лать чу­жо­го. Пра­во­вое по­ло­же­ние ра­бов-ино­пле­мен­ни­ков и ра­бов из ев­ре­ев, по­хи­ще­ние и про­да­жа лю­дей, за­прет на бра­ки с ино­пле­мен­ни­ка­ми. За­кон ле­ви­ра­та (Втор. 25:5-10) и пра­ви­ла раз­во­да, пра­во­вое по­ло­же­ние сы­но­вей и за­кон о на­сле­дии до­че­рей. Пра­ви­ла ве­де­ния вой­ны, при­зы­ва на во­ин­скую служ­бу и слу­чаи ос­во­бож­де­ния от во­ин­ской обя­зан­но­с­ти (Втор. 20 гл.), по­ря­док раз­де­ла до­бы­чи. По­ло­же­ния о пра­зд­ни­ках: о суб­бот­нем дне, о Па­с­хе, о празднике седмиц и празднике кущей (Втор. 16 гл.; Лев. 23 гл.). За­кон о взи­ма­нии про­цен­тов и на­ло­гов, ор­га­ни­за­ции су­да, сви­де­те­лях и на­ка­за­нии за лже­сви­де­тель­ст­во, прин­ци­пах лич­ной от­вет­ст­вен­но­с­ти. Пра­ви­ла о при­не­се­нии де­ся­ти­ны ле­ви­там. Пра­ви­ла об обе­тах, о на­зо­ре­ях (Чис. 6 гл.) и об обе­тах жен­щин. Пра­ви­ла о чи­с­том и не­чи­с­том, пра­ви­ла об очи­ще­нии от про­ка­зы, раз­лич­ные пра­ви­ла ри­ту­аль­ной чи­с­то­ты. Эти за­по­ве­ди со­бра­ны в не­сколь­ко боль­ших групп по­ми­мо Де­ка­ло­га, ко­то­рый по­вто­ря­ет­ся дважды – в кни­ге Ис­ход и в кни­ге Вто­ро­за­ко­ние. Один ко­декс за­ко­нов со­дер­жит­ся с 20-й по 23-ю гла­вы кни­ги Ис­ход, другой с 17-й по 26-ю гла­ву кни­ги Ле­вит – сбор­ник, ко­то­рый ино­гда на­зы­ва­ют «Ко­дексом Свя­то­с­ти», а также в Кни­ге Вто­ро­за­ко­ние с 12-й по 27-ю гла­ву; хо­тя от­дель­ные ука­за­ния встре­ча­ют­ся и вне свя­зи с дру­ги­ми, ког­да за­по­ве­ди да­ют­ся по ка­ким-то ча­ст­ным слу­ча­ям.



9.2. Об­ще­че­ло­ве­че­с­кое зна­че­ние за­ко­на. Закон как руководство к праведности

Цен­т­ром все­го за­ко­но­да­тель­ст­ва был, ко­неч­но, Де­ка­лог (Исх. 20:2-17). Все ос­таль­ные за­по­ве­ди в ка­кой-то сте­пе­ни яв­ля­ют­ся его рас­кры­ти­ем и ис­тол­ко­ва­ни­ем. За­кон, дан­ный в пу­с­ты­не, на «ни­чьей зем­ле», пред­наз­на­чен не для оп­ре­де­лен­ной стра­ны, но име­ет зна­че­ние об­ще­че­ло­ве­че­с­кое. При­ня­то го­во­рить, что за­по­ве­ди Де­ка­ло­га ле­жат в ос­но­ве об­ще­че­ло­ве­че­с­кой нрав­ст­вен­но­с­ти. Это вер­но, по­сколь­ку за­кон со­от­вет­ст­ву­ет при­ро­де че­ло­ве­ка. Его заповеди дают правильные ориентиры для развития че­ло­ве­че­с­кой ду­ши, ко­то­рая со­зда­на для жиз­ни нрав­ст­вен­ной, а не на­обо­рот. Без­нрав­ст­вен­ная жизнь для че­ло­ве­ка раз­ру­ши­тель­на. Прав­да, здесь сле­ду­ет быть ос­то­рож­ны­ми, по­сколь­ку, ког­да го­во­рит­ся об об­ще­че­ло­ве­че­с­ких цен­но­с­тях, Декалог не­ред­ко су­ще­ст­вен­но со­кра­ща­ет­ся. Ес­ли спро­сить у со­вре­мен­но­го «светского» школь­ни­ка, слы­шал ли он о за­по­ве­дях, он от­ве­тит по­ло­жи­тель­но. Ес­ли его за­тем по­про­сить их пе­ре­чис­лить, то он нач­нет с ше­с­той (пя­тая сей­час не­по­пу­ляр­на). А вот пер­вые че­ты­ре тра­ди­ци­он­но вы­зы­ва­ют за­труд­не­ние. Это не слу­чай­но, по­сколь­ку пер­вые че­ты­ре за­по­ве­ди мно­ги­ми не счи­та­ют­ся «об­ще­че­ло­ве­че­с­ки­ми цен­но­с­тя­ми». Но без них цен­но­с­тей во­об­ще не ос­та­ет­ся.


Пустоту «автономной» этики демонстрирует Евангельская история с богатым юношей (Мф.19:16-24 и паралл.). Он соблюл 5 – 10 заповеди, но не пожелал исполнить в полноте первую, и поэтому не может войти в Царство Небесное.


Пер­вая часть Де­ка­ло­га при­да­ет ос­таль­ным нрав­ст­вен­ным ука­за­ни­ям аб­со­лют­ное зна­че­ние, по­то­му что сам Бог аб­со­лю­тен, Бог есть аб­со­лют­ное до­б­ро. Нрав­ст­вен­ные по­сту­ла­ты, не со­от­не­сен­ные с Бо­гом, не име­ют аб­со­лют­ной цен­но­с­ти. Ес­ли мы зна­ем, что «не убий
», по­то­му что так Бог ве­лел, то тут уже ни­ку­да не деть­ся, даже если мы не можем это объяснить (хотя мы можем), по­то­му что с Бо­гом не по­спо­ришь. Ес­ли «не убий
», по­то­му что это про­сто не­хо­ро­шо, не при­ня­то, то тог­да вклю­ча­ет­ся в дей­ст­вие смер­дя­ков­ский прин­цип: «ес­ли Бо­га нет, то все доз­во­ле­но». Ес­ли Бог не яв­ля­ет­ся источником, ох­ра­ни­те­лем и га­ран­том этих за­по­ве­дей, то что, соб­ст­вен­но, ме­ня мо­жет удер­жать от то­го, что­бы их пре­сту­пить? Ни­что.


Именно в этом состоит прин­ци­пи­аль­ное от­ли­чие за­ко­на Мо­и­се­е­ва от обыч­но­го за­ко­но­да­тель­ст­ва. Обыч­ное за­ко­но­да­тель­ст­во слу­жит для вза­им­но­го ог­ра­ни­че­ния че­ло­ве­че­с­ко­го эго­из­ма. Каж­дое де­я­ние су­дит­ся с точ­ки зре­ния при­чи­нен­но­го или по­тен­ци­аль­но­го ущер­ба. Здесь де­ло об­сто­ит по-дру­го­му. Моисеев Закон осуждает мно­гие де­я­ния толь­ко по­то­му, что это – мер­зость пе­ред Бо­гом. И как бы лю­ди их не оп­рав­ды­ва­ли, не рас­суж­да­ли об их поль­зе или без­вред­но­с­ти, де­ло от это­го не ме­ня­ет­ся. За­кон со­дер­жит пря­мую от­сыл­ку к во­ле Бо­жи­ей и тре­бу­ет по­слу­ша­ния ей. При­ве­ду яр­кий при­мер. «Ме­с­то долж­но быть у те­бя вне ста­на, ку­да бы те­бе вы­хо­дить; кро­ме ору­жия тво­е­го долж­на быть у те­бя ло­пат­ка; и ког­да бу­дешь са­дить­ся вне [ста­на], вы­ко­пай ею [яму] и опять за­рой [ею] ис­праж­не­ние твое; ибо Гос­подь Бог твой хо­дит сре­ди ста­на тво­е­го, что­бы из­бав­лять те­бя и пре­да­вать вра­гов тво­их [в ру­ки твои], а [по­се­му] стан твой дол­жен быть свят, что­бы Он не уви­дел у те­бя че­го срам­но­го и не от­сту­пил от те­бя
» (Втор. 23:12-14). Ка­за­лось бы, чи­с­то ги­ги­е­ни­че­с­кая нор­ма и та име­ет вы­со­кое обос­но­ва­ние – не долж­но быть ни­ка­кой не­чи­с­то­ты, не­до­стой­ной при­сут­ст­вия Бо­жия.


Выше мы упомянули, что Закон должен был руководить человека к нравственной жизни. Основанием (и содержанием тоже) нравственной жизни является союз с Богом, пребывание с Ним.


Грех, в свою очередь (по смыслу самого термина от греч. αμαρτια «промах», «отклонение»), есть действие, которое уводит человека от Бога, препятствуют союзу с Ним. Поэтому, обличая те или иные действия, Закон указывает на стоящие за ними те или иные состояния души, разрушительные для нее.


Как мы видели, Синайское законодательство содержит ши­ро­кий пе­ре­чень раз­но­об­раз­ных за­ко­нов. Мож­но по­дроб­ным об­ра­зом изу­чать их раз­лич­ные хо­зяй­ст­вен­ные, со­ци­аль­ные и дру­гие ас­пек­ты, но нам ин­те­рес­но не это, а то, на что в пер­вую оче­редь об­ра­ща­ет на­ше вни­ма­ние Но­вый За­вет.


Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос го­во­рит сле­ду­ю­щее: «Го­ре вам, книж­ни­ки и фа­ри­сеи, ли­це­ме­ры, что да­е­те де­ся­ти­ну с мя­ты, ани­са и тми­на, и ос­та­ви­ли важ­ней­шее в за­ко­не: суд, ми­лость и ве­ру; сие над­ле­жа­ло де­лать, и то­го не ос­тав­лять
» (Мф. 23:23).


Дей­ст­ви­тель­но, по­ми­мо чи­с­то внеш­них и фор­маль­ных пред­пи­са­ний, за­кон со­дер­жит еще и ука­за­ния, от­но­ся­щиеся не­по­сред­ст­вен­но к нрав­ст­вен­но­с­ти че­ло­ве­ка. Рас­смо­т­рим это на кон­крет­ных при­ме­рах.


При ус­та­нов­ле­нии Па­с­хи го­во­рит­ся, что «один за­кон да бу­дет и для при­род­но­го жи­те­ля и для при­шель­ца, по­се­лив­ше­го­ся меж­ду ва­ми
» (Исх. 12:49). Та­кое бы­ло ред­ко­с­тью в те вре­ме­на, ра­вен­ст­во прав меж­ду при­род­ным жи­те­лем и при­шель­цем. Обыч­но бы­ло (да и сей­час есть) сов­сем по-дру­го­му.


«Не вы­да­вай ра­ба гос­по­ди­ну его, ког­да он при­бе­жит к те­бе от гос­по­ди­на сво­е­го; пусть он у те­бя жи­вет, сре­ди вас на ме­с­те, ко­то­рое он из­бе­рет в ка­ком–ни­будь из жи­лищ тво­их, где ему по­нра­вит­ся; не при­тес­няй его
» (Втор. 23:15-16), по­то­му что ина­че его ожи­да­ет рас­пра­ва.


В седь­мой год Бог повелевает про­щать все дол­ги соп­ле­мен­ни­кам.


«Ес­ли най­дешь во­ла вра­га тво­е­го, или ос­ла его за­блу­див­ше­го­ся, при­ве­ди его к не­му; ес­ли уви­дишь ос­ла вра­га тво­е­го упав­шим под но­шею сво­ею, то не ос­тав­ляй его; раз­вьючь вме­с­те с ним
» (Исх. 23:4-5). Пре­по­доб­ный Иси­дор Пе­лу­си­от, разъ­яс­няя смысл этой за­по­ве­ди, пи­шет, что Бог дал ее «не столь­ко имея по­пе­че­ние о жи­вот­ном, но на­и­бо­лее ра­ди са­мих лю­дей. Враг, при­шед­ший под­нять пав­шее жи­вот­ное, без со­мне­ния, всту­пит в бе­се­ду с вра­гом и ска­жет: “Там под­ни­ми ты, а я под­ни­му здесь”. Бе­се­да же есть на­ча­ло при­ми­ре­ния и путь, ве­ду­щий к друж­бе. По­се­му Бо­же­ст­вен­ная Ти­ши­на по­ста­ра­лась до­стиг­нуть трех пре­крас­ных це­лей: пер­вой – что­бы жи­вот­ное не по­гиб­ло, вто­рой – что­бы не по­тер­пел убыт­ка вла­де­лец, и тре­ть­ей – что­бы вра­ги при­ми­ри­лись и ста­ли дру­зь­я­ми. Ибо, ко­му сде­ла­но до­б­ро, тот, ес­ли он и бес­чув­ст­вен­нее кам­ней, по­ста­ра­ет­ся воз­на­гра­дить бла­го­де­те­ля, а при­знан­но­го бла­го­де­те­лем, ко­неч­но, уже не бу­дут бо­лее по­чи­тать вра­гом. Ви­дишь ли, как не­из­ре­чен­ная Пре­му­д­рость уза­ко­ни­ва­ет все, имея в ви­ду бла­гость и че­ло­ве­ко­лю­бие?» [35, ч. 2–3, с. 293 – 294].


Далее я приведу ряд заповедей, не нуждающихся в комментарии.


«Ког­да бу­де­те жать жат­ву на зем­ле ва­шей, не до­жи­най до края по­ля тво­е­го, и ос­тав­ше­го­ся от жат­вы тво­ей не под­би­рай, и ви­но­град­ни­ка тво­е­го не оби­рай до­чи­с­та, и по­па­дав­ших ягод в ви­но­град­ни­ке не под­би­рай; ос­тавь это бед­но­му и при­шель­цу. Я Гос­подь, Бог ваш
» (Лев. 19:9-10).


«Не кра­ди­те, не лги­те и не об­ма­ны­вай­те друг дру­га. Не кля­ни­тесь име­нем Мо­им во лжи, и не бес­че­с­ти име­ни Бо­га тво­е­го. Я Гос­подь. Не оби­жай ближ­не­го тво­е­го и не гра­би­тель­ст­вуй. Пла­та на­ем­ни­ку не долж­на ос­та­вать­ся у те­бя до ут­ра
» (Лев. 19:11-13).


«Пе­ред ли­цем се­до­го вста­вай и по­чи­тай ли­це стар­ца, и бой­ся [Гос­по­да] Бо­га тво­е­го
» (Лев. 19:32).


В пят­над­ца­той гла­ве Вто­ро­за­ко­ния рас­смо­т­ре­ны три сте­пе­ни нуж­ды – бед­ность, ни­ще­та и про­да­жа се­бя в раб­ст­во.


«Ес­ли да­шь день­ги взай­мы бед­но­му из на­ро­да Мо­е­го, то не при­тес­няй его и не на­ла­гай на не­го рос­та. Ес­ли возь­мешь в за­лог одеж­ду ближ­не­го тво­е­го, до за­хож­де­ния солн­ца воз­вра­ти ее, ибо она есть един­ст­вен­ный по­кров у не­го, она – оде­я­ние те­ла его: в чем бу­дет он спать? Итак, ког­да он во­зо­пи­ет ко Мне, Я ус­лы­шу, ибо Я ми­ло­серд
» (Исх. 22:25-27), – в этой за­по­ве­ди со­дер­жит­ся пря­мой при­зыв к со­ст­ра­да­нию, заботе о милосердии более, чем о справедливости. «Ес­ли же он (ближ­ний) бу­дет че­ло­век бед­ный, то ты не ло­жись спать, имея [у се­бя] за­лог его: воз­вра­ти ему за­лог при за­хож­де­нии солн­ца, чтоб он лег спать в одеж­де сво­ей и бла­го­сло­вил те­бя, – и те­бе по­ста­вит­ся сие в пра­вед­ность
пред Гос­по­дом Бо­гом тво­им
» (Втор. 24:12-13).


О ни­щем ска­за­но: «дай ему [взай­мы], и ког­да бу­дешь да­вать ему, не долж­но скор­беть серд­це твое
, ибо за то бла­го­сло­вит те­бя Гос­подь, Бог твой, во всех де­лах тво­их и во всем, что бу­дет де­лать­ся тво­и­ми ру­ка­ми; ибо ни­щие все­гда бу­дут
сре­ди зем­ли [тво­ей]; по­то­му я и по­ве­ле­ваю те­бе: от­вер­зай ру­ку твою бра­ту тво­е­му, бед­но­му тво­е­му и ни­ще­му тво­е­му на зем­ле тво­ей
» (Втор. 15:10-11).


В седь­мой год по­ла­га­лось от­пу­с­кать на свободу ра­бов. От­пу­с­кая, хо­зя­ин дол­жен был дать ему не­об­хо­ди­мое для жиз­ни из сво­е­го иму­ще­ст­ва. «Не счи­тай это­го для се­бя тяж­ким

, что ты дол­жен от­пу­с­тить его от се­бя на сво­бо­ду, ибо он в шесть лет за­ра­бо­тал те­бе вдвое про­тив пла­ты на­ем­ни­ка; и бла­го­сло­вит те­бя Гос­подь, Бог твой, во всем, что ни бу­дешь де­лать
» (Втор. 15:18).


Об­ра­ти­те вни­ма­ние, что речь идет не толь­ко о внеш­ней сто­ро­не де­ла, но и о вну­т­рен­нем рас­по­ло­же­нии сердца, без че­го нет до­б­ро­де­те­ли. Точ­но так же су­дят­ся не толь­ко дей­ст­вия, или на­ме­ре­ния, при­чи­нив­шие ко­му-то вред. Су­дит­ся са­мо нрав­ст­вен­ное со­сто­я­ние че­ло­ве­ка. За­кон да­ет­ся как пря­мое ука­за­ние: ты дол­жен; про­клят вся­кий, по­сту­па­ю­щий так. Ино­гда чи­с­то праг­ма­ти­че­с­кий смысл той или иной за­по­ве­ди со­вер­шен­но не­ясен.


«Про­клят, кто сле­по­го сби­ва­ет с пу­ти! … Про­клят, кто пре­врат­но су­дит при­шель­ца, си­ро­ту и вдо­ву!
» (Втор. 27:18-19).


«Не зло­словь глу­хо­го и пред сле­пым не кла­ди ни­че­го, что­бы пре­тк­нуть­ся ему; бой­ся [Гос­по­да] Бо­га тво­е­го. Я Гос­подь [Бог ваш]
» (Лев. 19:14). Глу­хой не тер­пит ущер­ба от зло­сло­вия, зна­чит де­ло не в этом, а в ус­т­ро­е­нии то­го, кто так по­сту­па­ет.


Тре­бо­ва­ния за­ко­на пре­ду­с­ма­т­ри­ва­ют точ­ность при вся­кой ме­ре и при вся­кой тор­гов­ле, «ибо мер­зок пред Гос­по­дом Бо­гом тво­им вся­кий де­ла­ю­щий не­прав­ду
» (Втор. 25:16).


В законе сказано, что ес­ли чей-то вол за­бо­да­ет че­ло­ве­ка на­смерть, то хо­зя­ин его не ви­но­вен. Од­на­ко ес­ли хо­зя­ин знал и вче­ра и тре­ть­е­го дня, что его вол бод­лив и не пред­при­нял ни­ка­ких мер, то хо­зя­ин под­ле­жит смер­ти (Исх. 21:28-29), – в дан­ном слу­чае под­ра­зу­ме­ва­ет­ся пре­ступ­ная не­бреж­ность, что по ха­лат­но­с­ти сво­ей че­ло­век это до­пу­с­тил.


Относительно суда в Законе сказано: «Не вни­май пу­с­то­му слу­ху, не да­вай ру­ки сво­ей не­че­с­ти­во­му, чтоб быть сви­де­те­лем не­прав­ды. Не сле­дуй за боль­шин­ст­вом на зло
, и не ре­шай тяж­бы, от­сту­пая по боль­шин­ст­ву от прав­ды; и бед­но­му не по­твор­ст­вуй
в тяж­бе его
» (Исх. 23:1-3). Здесь от­вер­га­ет­ся глав­ный прин­цип де­мо­кра­тии: «боль­шин­ст­во все­гда пра­во», и ком­му­ни­с­ти­че­с­кий ло­зунг о том, что бед­ный все­гда прав. При тре­бо­ва­нии за­щи­щать вдо­ву, за­щи­щать си­ро­го и убо­го­го, тем не ме­нее, ого­ва­ри­ва­ет­ся: «бед­но­му не по­твор­ст­вуй в тяж­бе его
», бед­ность не мо­жет быть пред­ло­гом к лу­кав­ст­ву.


«От­цы не долж­ны быть на­ка­зы­ва­е­мы смер­тью за де­тей, и де­ти не долж­ны быть на­ка­зы­ва­е­мы смер­тью за от­цов; каж­дый дол­жен быть на­ка­зы­ва­ем смер­тью за свое пре­ступ­ле­ние
» (Втор. 24:16).


Ес­ли че­ло­век лже­сви­де­тель­ст­ву­ет на ко­го–то и бы­ва­ет в этом ули­чен, то он дол­жен быть под­верг­нут той каз­ни, ко­то­рой бы под­верг­ся тот, про­тив ко­го он лже­сви­де­тель­ст­во­вал.


Здесь сле­ду­ет за­ме­тить, что от­но­си­тель­но каж­дой из за­по­ве­дей Де­ка­ло­га, кро­ме 10-ой, есть оп­ре­де­лен­ные ус­ло­вия, при ко­то­рых ее на­ру­ше­ние на­ка­зы­ва­ет­ся смер­тью.


За­кон про­воз­гла­ша­ет прин­цип талиона, то есть равного воз­мез­дия: «око за око и зуб за зуб
» (Лев. 24:20, Исх. 21:24). Для тех вре­мен это было весь­ма спра­вед­ли­вое и полезное постановление: не го­ло­ву за око, не сто че­ло­век за один зуб, а рав­ное воз­мез­дие. Впро­чем, в слу­ча­ях тяж­ких те­ле­сных по­вреж­де­ний тре­бо­ва­лось оп­ла­тить ле­че­ние и не­тру­до­спо­соб­ность, а в слу­ча­ях во­ров­ст­ва обыч­но пред­по­ла­га­лось воз­ме­ще­ние в 4–5-ти крат­ном раз­ме­ре.


Как уже го­во­ри­лось, за­кон ог­ра­ни­чи­ва­ет воз­мож­но­с­ти кров­ной ме­с­ти. За пред­на­ме­рен­ное убий­ст­во по­ла­га­лась казнь, од­на­ко че­ло­век, со­вер­шив­ший убий­ст­во непред­на­ме­рен­но, имел воз­мож­ность ук­рыть­ся в од­ном из го­ро­дов- убе­жищ, о ко­то­рых речь шла выше.


Очевидно, что при­ве­ден­ных ци­тат до­ста­точ­но, что­бы убе­дить­ся, что, ука­зы­вая на ми­лость, суд и ве­ру в за­ко­не, Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос апеллировал не к че­му-то не­из­ве­ст­но­му. Не слу­чай­но на во­прос за­кон­ни­ка: «ка­кая на­и­боль­шая за­по­ведь в за­ко­не?
», Спаситель от­ве­тил: «Воз­лю­би Гос­по­да Бо­га тво­е­го всем серд­цем тво­им, и всею ду­шею тво­ею, и всем ра­зу­ме­ни­ем тво­им. Сия есть пер­вая и на­и­боль­шая за­по­ведь; вто­рая же по­доб­ная ей: воз­лю­би ближ­не­го тво­е­го, как са­мо­го се­бя; на сих двух за­по­ве­дях ут­верж­да­ет­ся весь за­кон и про­ро­ки
» (Мф. 22:37-40).


«Не ос­та­вай­тесь долж­ны­ми ни­ко­му ни­чем,
– пишет апостол Павел – кро­ме вза­им­ной люб­ви; ибо лю­бя­щий дру­го­го ис­пол­нил за­кон. Ибо за­по­ве­ди: не пре­лю­бо­дей­ст­вуй, не уби­вай, не кра­ди, не лже­сви­де­тель­ст­вуй, не по­же­лай чу­жо­го и все дру­гие за­клю­ча­ют­ся в сем сло­ве: лю­би ближ­не­го тво­е­го, как са­мо­го се­бя. Лю­бовь не де­ла­ет ближ­не­му зла; итак лю­бовь есть ис­пол­не­ние за­ко­на
» (Рим. 13:8-10).



9.3. От­ли­чие Синайского Завета от за­ве­та с Ав­ра­а­мом

В чем от­ли­чие за­ве­та Си­най­ско­го от за­ве­та, ко­то­рый за­клю­чил Бог с Ав­ра­а­мом? Там было сказано: «хо­ди пре­до Мною и будь не­по­ро­чен; <…> Я бу­ду Бо­гом тво­им...
» (Быт. 17:1, 7) Здесь, мы мо­жем уви­деть то же са­мое: «хо­ди пре­до Мною и будь не­по­ро­чен; Я бу­ду Бо­гом тво­им, и вы бу­де­те мо­им на­ро­дом
». Но в дан­ном слу­чае ус­ло­вие – «хо­ди пре­до Мною и будь не­по­ро­чен
» – по­дроб­ней­шим об­ра­зом де­та­ли­зи­ру­ет­ся в свя­зи с тем, что хо­дить пред Бо­гом и быть не­по­роч­ным по указаниям совести ма­ло кто был спо­со­бен. Казалось бы Закон, который является условием пребывания в Завете, заключенным при Синайской горе, стал шагом вперед по сравнению с заветом Авраамом, условия которого были сформулированы несколько абстрактно. Но не все так просто, поскольку в Новом Завете утверждается как достоинство Закона, Так и его ущербность по сравнению с Авраамовым заветом.


В за­ко­не Моисеевом 365 за­пре­ти­тель­ных за­по­ве­дей то­го, что не нуж­но де­лать, и 278 по­ло­жи­тель­ных, того, что де­лать нуж­но. По­нят­но чем обусловлен во­прос к Спа­си­те­лю: «ка­кая на­и­боль­шая за­по­ведь в за­ко­не?
» (Мф. 22:36). Пред­ставь­те се­бе, ес­ли у вас в инструкции, регулирующей жизнь, по­ряд­ка ше­с­ти­сот пя­ти­де­ся­ти пунк­тов. Лег­ко ли бу­дет жить? Вме­с­то го­ло­вы тогда нуж­но иметь ком­пью­тер. Кро­ме то­го, как быть, ес­ли две за­по­ве­ди друг с дру­гом пе­ре­се­ка­ют­ся? По­это­му Сам Хри­с­тос сви­де­тель­ст­во­вал, что ни­кто не ис­пол­ня­ет за­ко­н. И апо­с­то­лы сви­де­тель­ст­ву­ют, что ни­ко­му не уда­ва­лось ис­пол­нить за­кон в пол­ном объ­е­ме вви­ду его слож­но­с­ти и вы­со­ты тре­бо­ва­ний (Деян. 15:10). Че­го сто­ит за­по­ведь: «не по­же­лай то­го, что у ближ­не­го тво­е­го
» (Исх. 20:17), ес­ли и хри­с­ти­а­на­ми, об­нов­лен­ны­ми и ук­реп­лен­ны­ми бла­го­да­тью, не все­гда эта за­по­ведь ис­пол­ня­ет­ся. Что же мож­но бы­ло тре­бо­вать от лю­дей вет­хо­за­вет­ных? За­чем же тог­да бы­ло да­вать та­кой за­кон? Ведь те же са­мые эле­мен­тар­ные по­ня­тия о че­ст­но­с­ти, ми­ло­сер­дии, со­ст­ра­да­нии мож­но бы­ло из­ло­жить в про­стых и по­нят­ных для не­мощ­но­го че­ло­ве­ка за­по­ве­дях, что­бы, со­хра­няя их, он имел мир с Бо­гом.


В этом-то все и де­ло. Бо­гу не нуж­ны де­ла че­ло­ве­че­с­кие. Бо­гу ну­жен сам че­ло­век. По­это­му не ра­ди то­го, что­бы че­ло­век мог быть пе­ред Бо­гом «хо­ро­шим» да­ны эти за­по­ве­ди, «по­то­му что де­ла­ми за­ко­на не оп­рав­да­ет­ся пред Ним ни­ка­кая плоть
» (Рим. 3:20).


Между повествованиями о двух заветах можно усмотреть следующую параллель. Авраам верою покидает Харран и заключает завет. Также и Израиль покидает Египет. Зачем понадобилось такое продолжительное пребывание в Египте, почему потомки Иакова не могли остаться и умножаться в Палестине? Возможно, для того, чтобы вера была положена в снование завета, который будет с этим народом заключен. Более драматические обстоятельства выхода через чудо избавления (Исход) и более «строгий», по сравнению с авраамовым, Завет были таковыми потому, что в массе своей потомки были не таковы, каков был Авраам.


Авраам поверил Богу, и это вменилось ему в праведность. Эта праведность стала основой Завета со стороны человека, праведность от веры. Синайский завет раскрыл понятие праведности в системе заповедей. Но так как спасение не от праведности, а жертвой Христа, то он и не спасал. Новый Завет возвращает нас к изначальной простоте завета Аврамова, которая часто затмевалась сложностью многочисленных и разнородных предписаний Закона.



9.4. Смысл за­ко­на Моисеева

Апо­с­тол Па­вел го­во­рит, что «за­кон был для нас де­то­во­ди­те­лем ко Хри­с­ту, да­бы нам оп­рав­дать­ся ве­рою
» (Гал. 3:24). За­по­ве­ди за­ко­на бы­ли ус­т­ро­е­ны та­ким об­ра­зом, что че­ло­век, ко­то­рый стре­мил­ся всем серд­цем уго­дить Бо­гу че­рез со­блю­де­ние за­по­ве­дей, че­рез изу­че­ние за­ко­на, не­со­мнен­но, при­бли­жал­ся к то­му, что­бы по­знать не­об­хо­ди­мость спа­се­ния и не­об­хо­ди­мость при­ше­ст­вия Хри­с­то­ва на зем­лю. Речь идет о та­ком от­но­ше­нии к за­ко­ну, ка­кое пред­став­ле­но в 118 псал­ме, ког­да за­по­ве­ди пы­та­ют­ся ис­пол­нить из люб­ви к Бо­гу, а не в на­деж­де по­лу­чить ка­кое-то воз­на­г­раж­де­ние.


Свя­ти­тель Фе­о­фан За­твор­ник та­ким об­ра­зом рас­кры­ва­ет эту мысль: «Оп­ре­де­лен­ное для яв­ле­ния Спа­си­те­ля ми­ру вре­мя по пла­нам Бо­жи­им бы­ло еще да­ле­ко. Меж­ду тем, на­сту­пал для че­ло­ве­че­ст­ва пе­ри­од юно­ше­с­кий (мысль митр. Фи­ла­ре­та), ког­да воз­буж­де­ние жиз­нен­ных сил и по­треб­но­с­тей, и ду­шев­ных и те­ле­сных, не да­ет ра­зу­му и со­ве­с­ти дер­жать че­ло­ве­ка в долж­ных пре­де­лах. Пред­сто­ял все­об­щий раз­лив мно­го­об­раз­ной стра­ст­но­с­ти. А при этом не­из­беж­на по­те­ря вся­кой да­же мыс­ли об име­ю­щем ис­це­лить всех от уязв­ле­ния Се­ме­ни же­ны.


Что­бы это­го не слу­чи­лось, бла­гое Про­мы­ш­ле­ние Бо­жие, ос­тав­ляя все на­ро­ды ид­ти сво­им ес­те­ст­вен­ным пу­тем, из­би­ра­ет од­но пле­мя, ор­га­ни­зу­ет его так, что­бы оно и от без­за­кон­ных по­ры­вов бы­ло обуз­ды­ва­е­мо, и хра­ни­ло ве­ру, что при­дет, на­ко­нец, Се­мя, «ему­же обе­то­ва­ся
» (Гал. 3:19). Для это­го был дан за­кон и по­сы­ла­е­мы бы­ли про­ро­ки.


За­кон обуз­ды­вал, на­ла­гая це­пи: не кос­ни­ся, ни­же вку­си, ни­же ося­жи… Но вну­т­рен­них по­зы­вов греш­ных не от­ни­мал, серд­ца не об­ре­зы­вал, не ожив­лял ду­хов­но. Этим стес­не­ни­ем внеш­ним без вну­т­рен­не­го из­ме­не­ния он рас­по­ла­гал под­за­кон­ных жаж­дать из­бав­ле­ния, ина­че же­лать вну­т­рен­не­го из­ме­не­ния, ко­то­рое сде­ла­ло бы из­лиш­ним и внеш­ние це­пи. В этом су­ще­ст­во из­бав­ле­ния; и оно мог­ло быть по­да­но толь­ко «по
ве­ре в Ии­суса Хри­с­та
» (Гал. 3:22). Та­ким об­ра­зом, за­кон, как бы за ру­ку взяв­ши под­за­кон­ни­ков, при­во­дил их ко Хри­с­ту, был пе­с­ту­ном во Хри­с­та.


В этом, впро­чем, от­но­ше­нии не сов­сем бы­ли за­бы­ты и языч­ни­ки. В ду­хе их ос­тав­ле­ны не­ис­тре­би­мы­ми страх Бо­жий и тре­бо­ва­ния со­ве­с­ти. <…> Та­ким об­ра­зом, эти две ду­хов­ные си­лы бы­ли для языч­ни­ков то же, что для иу­де­ев за­кон со сво­и­ми гроз­ны­ми ка­ра­ми. И они за­став­ля­ли ис­кать из­бав­ле­ния, ос­тав­ляя, од­на­ко же, ищу­щих в пол­ной не­о­пре­де­лен­но­с­ти от­но­си­тель­но се­го ис­ка­ния» [78, c. 261 – 262].


Апо­с­тол Па­вел го­во­рит, что «за­кон ду­хо­вен
» (Рим. 7:14). Ду­хов­ность его за­клю­ча­ет­ся в пер­вую оче­редь в том, что в каж­дой его чер­те, и это осо­бен­но яс­но вид­но в свя­то­оте­че­с­ких тол­ко­ва­ни­ях, за­пе­чат­лен Лик Хри­с­тов. И тот, кто с до­б­рым рас­по­ло­же­ни­ем пре­бы­вал под гне­том за­ко­на, по­лу­чал на серд­це как бы от­пе­ча­ток это­го Ли­ка, с тем, что­бы, ког­да явит­ся Хри­с­тос, уз­нать Его. Во мно­гих еван­гель­ских эпи­зо­дах мы ви­дим, как это про­ис­хо­ди­ло. По сло­ву свя­ти­те­ля Ки­рил­ла Алек­сан­д­рий­ско­го, «со­вер­шен­ст­во в зна­нии и не­по­вреж­ден­ность в ве­ре во­дво­ря­ет в ду­шах всех нас об­раз Спа­си­те­ля, и это есть в нас как бы не­ко­то­рое бо­же­ст­вен­ное се­я­ние» [38, кн. 1, c. 382].


За­ме­ча­тель­ное сви­де­тель­ст­во со­дер­жит­ся в кни­ге про­ро­ка Ва­ру­ха, в за­ча­ле, чи­та­е­мом на Рож­де­ст­во. При­ве­ду боль­шой фраг­мент, где речь идет о пре­му­д­ро­с­ти.


«Кто взо­шел на не­бо, и взял ее
<Премудрость>, и снес с об­ла­ков? Кто пе­ре­шел мо­ря и на­шел ее, и кто при­не­сет ее, луч­шую чи­с­то­го зо­ло­та? Нет ни­ко­го, зна­ю­ще­го путь ее, ни по­мы­ш­ля­ю­ще­го о сте­зе ее. Но Зна­ю­щий все зна­ет ее; Он от­крыл ее Сво­им ра­зу­мом, Тот, Ко­то­рый со­тво­рил зем­лю на веч­ные вре­ме­на и на­пол­нил ее чет­ве­ро­но­ги­ми ско­та­ми, Ко­то­рый по­сы­ла­ет свет, и он идет, при­звал его, и он по­слу­шал­ся Его с тре­пе­том; и звез­ды вос­си­я­ли на стра­жах сво­их, и воз­ве­се­ли­лись. Он при­звал их, и они ска­за­ли: “вот мы”, и вос­си­я­ли ра­до­с­тью пред Твор­цом сво­им. Сей есть Бог наш, и ни­кто дру­гой не срав­нит­ся с Ним. Он на­шел все пу­ти пре­му­д­ро­с­ти и да­ро­вал ее ра­бу Сво­е­му Иа­ко­ву и воз­люб­лен­но­му Сво­е­му Из­ра­и­лю. По­сле то­го Он явил­ся на зем­ле и об­ра­щал­ся меж­ду людь­ми. Вот кни­га за­по­ве­дей Бо­жи­их и за­кон, пре­бы­ва­ю­щий во­век.
Все, дер­жа­щи­е­ся ее, бу­дут жить, а ос­тав­ля­ю­щие ее ум­рут. Об­ра­тись, Иа­ков, и возь­ми ее, хо­ди при си­я­нии све­та ее. Не от­да­вай дру­го­му сла­вы тво­ей, и по­лез­но­го для те­бя – чу­жо­му на­ро­ду. Сча­ст­ли­вы мы, Из­ра­иль, что мы зна­ем, что бла­го­угод­но Бо­гу
» (Вар. 3:28 – 4:4).



9.5. Пре­хо­дя­щее зна­че­ние за­ко­на

Итак, за­кон дол­жен был при­го­то­вить лю­дей к при­ше­ст­вию Хри­с­та. «Как ви­дя­щий тень вер­но за­клю­ча­ет, что есть те­ло, да­ю­щее сию тень, и по очер­та­ни­ям те­ни де­ла­ет за­клю­че­ние о ви­де са­мо­го те­ла, воз­гре­вая всем этим же­ла­ние уви­деть са­мое те­ло; вет­хо­за­вет­ные по­ста­нов­ле­ния так бы­ли на­чер­та­ны, что ука­зы­ва­ли на бу­ду­щее, предъ­и­зо­б­ра­жа­ли его, сколь­ко мож­но, и воз­буж­да­ли же­ла­ние по­ско­рее уви­деть со­бы­тие, изо­б­ра­жен­ное ими. Пи­тать это же­ла­ние и ча­я­ние бы­ло глав­ною це­лью всех по­ста­нов­ле­ний» [80, c. 133 – 134]. Эта ус­т­рем­лен­ность к Еван­ге­лию в ветхозаветных законах про­сту­па­ет по­все­ме­ст­но. Де­вять за­по­ве­дей го­во­рят о де­лах, де­ся­тая – о по­же­ла­ни­ях. Че­ты­ре глав­ные жерт­вы кро­ва­вые, пя­тая – бес­кров­ная, и так во всем.


«Та часть за­ко­на, ко­то­рая учи­ла нас жиз­ни и по­ве­де­нию, не бы­ла не­яс­на, – ина­че он был бы дан на­прас­но, – а толь­ко те ча­с­ти его бы­ли при­кро­вен­ны, из ко­то­рых мы мог­ли уз­нать, что за­кон че­рез Хри­с­та уп­ра­зд­ня­ет­ся. Под­лин­но, и это бы­ло де­лом пре­му­д­ро­с­ти Бо­жи­ей – вве­с­ти за­кон, го­во­ря­щий о се­бе са­мом, что Хри­с­тос, при­шед­ши, уп­ра­зд­нит его, и что во Хри­с­те он пре­кра­тит­ся» [29, т. 6, кн. 2, c. 464].


Сле­до­ва­тель­но, по­сле при­ше­ст­вия Хри­с­то­ва не­об­хо­ди­мость в за­ко­не от­па­да­ет. «По­то­му что ко­нец за­ко­на
– Хри­с­тос, к пра­вед­но­с­ти вся­ко­го ве­ру­ю­ще­го
» (Рим. 10:4). Это­му есть и еще од­на при­чи­на. «Для че­го же за­кон? Он дан по­сле по при­чи­не пре­ступ­ле­ний, до вре­ме­ни при­ше­ст­вия се­ме­ни, к ко­то­ро­му [от­но­сит­ся] обе­то­ва­ние, и пре­по­дан че­рез Ан­ге­лов, ру­кою по­сред­ни­ка
» (Гал. 3:19). Об­ра­тим вни­ма­ние на по­след­нее об­сто­я­тель­ст­во. По­сред­ник тре­бу­ет­ся для то­го, чтобы при­ми­рить не­со­впа­да­ю­щие ин­те­ре­сы сто­рон. «Ии­сус ска­зал им в от­вет: по же­с­то­ко­сер­дию ва­ше­му он на­пи­сал вам сию за­по­ведь
» (Мк. 10:5). При рас­смо­т­ре­нии за­ко­на мы ви­де­ли, что за­кон ог­ра­ни­чи­ва­ет воз­мож­ность ме­с­ти, но не от­ме­ня­ет ее, ре­гу­ли­ру­ет от­но­ше­ния с ра­ба­ми, но не от­ме­ня­ет раб­ст­ва, да­ет пра­ви­ла от­но­си­тель­но раз­во­да, но не за­пре­ща­ет про­го­нять же­ну. В этом яс­но про­яв­ля­ет­ся со­от­не­сен­ность за­ко­на (при всей его вы­со­те) с со­сто­я­ни­ем пад­ше­го че­ло­ве­ка, не­ко­то­рое сни­с­хож­де­ние к его не­мо­щи. По­это­му он не яв­ля­ет­ся со­вер­шен­ным вы­ра­же­ни­ем прав­ды Бо­жи­ей. Под­тверж­де­ние это­му мы сно­ва на­хо­дим в Пи­са­нии: «И по­пу­с­тил им уч­реж­де­ния не­до­б­рые и по­ста­нов­ле­ния, от ко­то­рых они не мог­ли быть жи­вы
», по-сла­вян­ски – «И Аз дах им за­по­ве­ди не до­б­ры, и оп­рав­да­ния, в них­же не бу­дут жи­ви
» (Иез. 20:25).


Все это значит, что Хри­с­том будет дан но­вый, со­вер­шен­ный за­кон: «Будь­те со­вер­шен­ны, как со­вер­шен Отец ваш Не­бес­ный
» (Мф. 5:48).



Раздел 2. Исторические книги

Мы пе­ре­хо­дим к рас­смо­т­ре­нию сле­ду­ю­ще­го раз­де­ла Свя­щен­но­го Пи­са­ния – ис­то­ри­че­с­ким книгам. Необходимо заметить, что и в Пя­ти­кни­жии со­дер­жит­ся ис­то­рия, и в про­ро­че­с­ких кни­гах есть ис­то­ри­че­с­кие части, следовательно, это де­ле­ние до­воль­но ус­лов­но, по пре­иму­ще­ст­вен­но­му ве­су то­го или ино­го ма­те­ри­а­ла в этих кни­гах. Но тем не ме­нее исторические кни­ги Ветхого Завета не яв­ля­ют­ся про­стой ис­то­ри­ей, ле­то­пи­сью. По­че­му? Об­ра­ти­те вни­ма­ние, что в ев­рей­ском ка­но­не они не вы­де­лены в отдельную группу. Боль­шая их часть, та­кие, как книга Ии­суса На­вина, Су­дей, Кни­ги Царств, в иудаистском каноне от­но­сят­ся к раз­де­лу книг про­ро­че­с­ких, где со­став­ля­ют раз­дел ран­них про­ро­ков. Этот отголосок древней традиции зна­ме­на­телен и по­ка­зы­ва­ет нам, что тех, кто пи­сал эти кни­ги, конечно, по указанию Ду­ха Свя­та­го, боль­ше ин­те­ре­со­ва­ли не са­ми по се­бе ис­то­ри­че­с­кие со­бы­тия: пе­ред ни­ми не сто­я­ла за­да­ча си­с­те­ма­ти­че­с­ко­го из­ло­же­ния ис­то­рии на­ро­да Из­ра­иль­ско­го. Но их целью было по­ка­зать че­рез опи­са­ние ис­то­ри­че­с­ких со­бы­тий, де­я­ний ветхозаветных лиц, пу­ти Про­мыс­ла Бо­жия в ис­то­рии, то есть ис­то­рию спа­се­ния; как, ка­ки­м образом Гос­подь готовил че­ло­ве­че­ст­во к при­ня­тию Ии­су­са Хри­с­та.


В Кни­гах Царств осо­бен­но за­мет­но, что по­сле то­го, как в де­я­ни­ях то­го или ино­го ца­ря рас­ска­за­но о со­бы­ти­ях, ко­то­рые име­ют осо­бен­ную зна­чи­мость в изо­б­ра­же­нии вза­и­мо­от­но­ше­ний че­ло­ве­ка с Бо­гом, ав­тор до­бав­ля­ет, что про­чие его де­я­ния следует смо­т­реть в кни­ге ца­рей Из­ра­иль­ских или в ле­то­пи­си царей Иудейских. Ес­ли ко­му-то ин­те­рес­но, что он по­ст­ро­ил, что он ку­пил, как он во­е­вал, то об этом есть и дру­гие кни­ги, в ко­то­рых об этом на­пи­са­но. Не­ко­то­рые пе­ри­о­ды прав­ле­ния, ко­то­рые бы­ли от­ме­че­ны с ис­то­ри­че­с­кой точ­ки зре­ния ве­ли­ки­ми свер­ше­ни­я­ми — рас­ши­ре­ни­ем гра­ниц, рас­цве­том эко­но­ми­ки, тор­гов­ли и т.д., обой­де­ны вни­ма­ни­ем на стра­ни­цах Свя­щен­но­го Пи­са­ния имен­но по­то­му, что не военная история и не со­сто­я­ние Из­ра­иль­ской эко­но­ми­ки ин­те­ре­со­ва­ло тех, кто это пи­сал и для нас это хо­тел со­хра­нить.


Благодаря этому ис­то­ри­че­с­кие кни­ги Библии име­ют боль­шое на­зи­да­тель­ное зна­че­ние. Они по­ка­зы­ва­ют разнообразные фор­мы вза­и­мо­от­но­ше­ний че­ло­ве­ка с Бо­гом. В них отражена не только историческая жизнь с Богом израильского народа, но и путь к Бо­гу отдельной человеческой души.



Гла­ва 10. Кни­га Ии­су­са На­ви­на

10.1. При­го­тов­ле­ние и вступ­ле­ние в зем­лю обе­то­ван­ную

Открывает исторический раздел кни­га Ии­су­са На­ви­на. Эта кни­га по сво­е­му со­дер­жа­нию тес­но при­мы­ка­ет к Пя­ти­кни­жию. В ней яр­ко опи­сы­ва­ет­ся, как ис­пол­ня­ют­ся бла­гие обе­то­ва­ния, ко­то­рые Гос­подь дал патриархам и че­рез Мо­и­сея – всем из­ра­иль­тя­нам.


Осо­бен­ное вни­ма­ние в ней уде­ле­но при­го­тов­ле­нию и на­чаль­но­му эта­пу за­во­е­ва­ния зем­ли обе­то­ван­ной. При при­го­тов­ле­нии к втор­же­нию в Ханаан Ии­сус На­вин, как не­ког­да Мо­и­сей, от­прав­ля­ет двух со­гля­да­та­ев в Ие­ри­хон. Взгляд на карту немедленно покажет нам, что этот город за­ни­ма­л клю­че­вое по­ло­же­ние в этой ме­ст­но­с­ти и имел стра­те­ги­че­с­кое зна­че­ние с точ­ки зре­ния обо­ро­ны Ханаана от втор­же­ния с юго-вос­то­ка. И по­это­му пер­вое, с чем столкнулись из­ра­иль­тя­не, – это с не­об­хо­ди­мо­с­тью за­хва­тить Иерихон, что от­кры­ло бы им путь даль­ше. Ии­сус На­вин по­сы­ла­ет ту­да двух со­гля­да­та­ев, ко­то­рых там об­на­ру­жи­ва­ют, но их спа­са­ет блуд­ни­ца Ра­ав. Она скры­ва­ет их и да­ет им воз­мож­ность бе­жать. Раав го­во­рит им, что она знает, что Бог пре­дал этот го­род и этот народ израильтянам, и про­сит их, что­бы они, ког­да за­хва­тят этот го­род, со­хра­ни­ли весь дом ее (Нав. 1:12–13). Соглядатаи обещают выполнить ее просьбу и в ка­че­ст­ве зна­ка, ко­то­рый дол­жен по­слу­жить то­му, что­бы ее дом ос­тал­ся не­при­кос­но­вен­ным, они велят ей привязать крас­но­го цве­та ве­рев­ку к окну. В свя­то­оте­че­с­кой тра­ди­ции этот знак интерпретируется как прообраз искупления кровью Христовой всех верующих [73, с. 196].


Возвращаясь к уже затрагивавшейся ранее теме праведности и безнравственных с нашей точки зрения поступках, скажем несколько слов и о Раав.


Блудница Ра­ав, ко­то­рая при­ня­ла у се­бя шпи­о­нов, скры­ла их и поз­во­ли­ла им бе­жать от пре­сле­до­ва­те­лей, фак­ти­че­с­ки ста­ла из­мен­ни­цей, она пре­да­ла свой го­род в об­мен на со­хра­не­ние сво­ей се­мьи. Но фор­му­ли­ру­ет это она не так: пу­с­кай весь го­род сго­рит, толь­ко бы я и моя се­мья бы­ли жи­вы. Нет, она го­во­рит: «я знаю, что Гос­подь от­дал зем­лю сию вам»
(Нав. 2:9), – имен­но это яв­ля­ет­ся для нее оп­ре­де­ля­ю­щим. Все об этом зна­ли, но ни­кто кро­ме нее не за­хо­тел по­ко­рить­ся. Уви­дев дей­ст­вие Бо­жие, уви­дев при­бли­же­ние Бо­га, она ос­тав­ля­ет все и идет на это пре­да­тель­ст­во ра­ди то­го, что­бы быть вме­с­те с из­бран­ным Бо­жь­им на­ро­дом. И Гос­подь ее при­ни­ма­ет: в ро­до­сло­вии Спа­си­те­ля мы находим так­же и Раав.


Здесь как раз по­ка­зы­ва­ет­ся, что яв­ля­лось в вет­хо­за­вет­ные вре­ме­на глав­ным для че­ло­ве­ка – ве­ра. Ра­ди этой дерз­но­вен­ной ве­ры, ра­ди же­ла­ния пе­ре­шаг­нуть че­рез все, что­бы быть с Бо­гом (ра­ди то­го, что­бы быть со Хри­с­том), вет­хо­за­вет­ным лю­дям все ос­таль­ное про­ща­ет­ся.


Первое чудо при вступлении евреев в землю обетованную – это пе­ре­ход че­рез Иор­дан (Нав. 3). Свя­щен­ни­ки, не­су­щие ков­чег, при­бли­зи­лись к Иор­да­ну, и как толь­ко они в не­го во­шли, во­да ос­та­но­ви­лась и сто­я­ла стеною до тех пор, по­ка не пе­ре­шли все из­ра­иль­тя­не. Этим чудом Бог прославил Иисуса Навина, и все евреи узнали, что Господь будет с ним, как был с Моисеем. Иисус Навин повелел народу по­ста­вить два па­мят­ни­ка: один из 12 кам­ней на дне Иор­да­на и вто­рой на бе­ре­гу в па­мять об этом со­бы­тии. Свя­ти­тель Гри­го­рий Нис­ский го­во­рит, что «Ии­сус На­вин, по­ло­жив­ши в по­то­ке 12 кам­ней, оче­вид­но, сим предъ­и­зо­б­ра­зил 12 уче­ни­ков, слу­жи­те­лей кре­ще­ния» [цит. по: 59, с. 155], и по­сле это­го чу­дес­но­го пе­ре­хо­да го­во­рит­ся, что ста­ли сы­ны Из­ра­и­ле­вы бо­ять­ся Ии­су­са На­ви­на, как бо­я­лись Мо­и­сея (Нав. 4:14). Про­слав­ле­ние Ии­су­са На­ви­на по­сле это­го чу­да на Иор­да­не про­об­ра­зу­ет то, что Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос про­сла­вил­ся и стал из­ве­ст­ным то­же по­сле кре­ще­ния в Иор­да­не.


Затем евреи поставили стан в Галгале (Нав. 4:19), где Иисус Навин обрезал тех, кто не был обрезан во время странствия по пустыне. Здесь же евреи совершили Пасху. В эти дни перестала выпадать манна и израильтяне начали питаться плодами земли обетованной.


Комментируя обрезание, совершенное в Галгале, блаженный Феодорит замечает, «что обрезанные подверглись различным нареканиям и истреблены, а необрезанные спаслись, отцы погибли, а дети прияли обетование… Ибо Аврааму Владыка Бог, предвозвестив время пресельничества, повелел обрезаться, от тех же, которые освободились от египетского рабства и жили в пустыне, не потребовал хранения сего закона и не наказал их за нарушение оного, потому что, живя особо и свободные от смешения с народами иноплеменными, не имели они нужды в сем знамении. Но когда Бог ввел их наконец в землю Обетованную, тогда повелел обрезаться, чтобы смешение с иноплеменниками не повредило благочестию» [73, с. 198 – 199].



10.2. На­ча­ло за­во­е­ва­ния зем­ли обе­то­ван­ной

Да­лее опи­сы­ва­ет­ся взя­тие Ие­ри­хо­на. Израильтяне в те­че­ние ше­с­ти дней об­хо­ди­ли с тру­ба­ми и ков­че­гом завета во­круг города, и по­сле то­го, как они в седь­мой день обошли Иерихон семь раз и вос­тру­би­ли в тру­бы, сте­ны города рух­ну­ли.


Из Ие­ри­хо­на спа­са­ет­ся толь­ко Ра­ав. Ии­сус На­вин повелел народу: «Го­род бу­дет под за­кля­ти­ем, и все, что в нем, – Гос­по­ду, толь­ко Ра­ав блуд­ни­ца пусть ос­та­нет­ся в жи­вых, она и вся­кий, кто у нее в до­ме, по­то­му что она ук­ры­ла по­слан­ных, ко­то­рых мы по­сы­ла­ли» (Нав. 6:16). Свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст пишет: «Ии­сус На­вин, го­во­ря­щий: «блуд­ни­ца да бу­дет жи­ва», был про­об­ра­зом Гос­по­да Ии­су­са, ко­то­рый го­во­рит: лю­бо­дей­цы и мы­та­ри пред­ва­ря­ют вас в Цар­ст­вии Не­бес­ном (Мф. 21:31)» [цит. по: 59, с. 155].


Слово «за­кля­тие», по-ев­рей­ски «хе­рем», мно­го­крат­но встре­ча­ющееся в книге Иисуса Навина, оз­на­ча­ет, что ни­че­го из до­бы­чи не долж­но быть за­хва­че­но, но долж­но быть все унич­то­же­но: на­се­ле­ние и все ве­щи, ко­то­рые ему при­над­ле­жа­т. Поэтому кни­га эта до­воль­но же­с­то­кая: идет сплош­ная рез­ня, ис­треб­ляют­ся це­лые го­рода, сжи­га­ет­ся все, что в них есть. Ии­сус На­вин поклялся: тот, кто вос­ста­но­вит Иерихон, тот бу­дет про­клят (Нав. 6:25). Книга Иисуса Навина снова ставит перед нами проблему жестокости в Ветхом Завете. Е острота связана с тем, что повеление изгнать всех хананеев исходит от Самого Бога.


Мы уже разбирали этот вопрос, изучая Пятикнижие. Кроме того, говоря о Законе, мы выяснили, что он не является полным откровением правды Божией, но был приспособлен к общей неспособности человечества к добродетельной жизни. Все эти рассуждения в полной мере приложимы и здесь. По­че­му нель­зя бы­ло мир­но прий­ти, пе­ре­вос­пи­тать всех ха­на­не­ев и жить с ни­ми в ми­ре и бла­го­по­лу­чии? Вы наверняка знаете примеры и знаете из ис­то­рии, что ког­да ка­кой-то ко­че­вой на­род за­хва­ты­ва­ет тер­ри­то­рию, где есть осед­лое на­се­ле­ние, то обычно че­рез сто лет происходит ас­си­ми­ля­ция. При­чем, кто ко­го ас­си­ми­ли­ру­ет? Зем­ле­дель­цы ко­чев­ни­ков. Ес­ли бы из­ра­иль­тя­не за­хва­тили Па­ле­с­ти­ну вме­с­те со все­ми ха­на­не­я­ми, ко­то­рые там жи­ли, то че­рез сто лет, ско­рее все­го, от из­ра­иль­тян ни­че­го уже не ос­та­лось, а были бы все те же са­мые ха­на­неи с до­бав­ле­ни­ем ев­рей­ской кро­ви, со­вер­ша­ю­щие свои об­ря­ды и слу­жа­щие сво­им язы­че­с­ким бо­гам. А культ у них был в худших тра­ди­ци­ях древ­них вре­мен, то есть с при­но­ше­ни­я­ми в жертву мла­ден­цев, с ри­ту­аль­ным блу­дом и т.д. Мож­но ска­зать, что ме­ра без­за­ко­ния этих на­ро­дов уже ис­пол­ни­лась. Таким образом, израильтяне выступили как орудия Божественной кары. Точно так же, как впоследствии в этой по отношению к уподобившимся хананеям израильтянам роли выступили Ассирия и Вавилон.


Ес­ли сим­во­ли­че­с­ким об­ра­зом ис­тол­ко­­вать завоевание земли обетованной, то хананеи прообразуют раз­ные стра­с­ти и гре­хов­ные по­мыс­лы, ко­то­рые долж­ны быть пол­но­стью ис­ко­ре­не­ны.


Сле­ду­ю­щий го­ро­д, ко­то­рый из­ра­иль­тя­нам пред­сто­я­ло по­ко­рить, был Гай, при­чем, в от­ли­чие от Ие­ри­хо­на, из­ра­иль­тя­не по­тер­пе­ли здесь по­ра­же­ние (Нав. 6:4). Тогда они ста­ли вы­яс­нять, в чем де­ло, и оказалось, что Ахан из колена Иудина нарушил Божий завет и взял из заклятого (Нав. 7:16-21), в ре­зуль­та­те че­го по­ст­ра­дал весь на­род. Ахан был каз­нен, а город Гай предан заклятию. Обращу здесь ваше внимание на то, что полагаясь на помощь Божию, Иисус Навин провел операцию по захвату Гая по всем правилам военного искусства, не прибегая к прямому штурму.



10.3. Бит­ва за Га­ва­он

Далее повествуется о встрече израильтян с жителями города Гаваона. Вся стра­на уже бы­ла на­пу­га­на тем, что с вос­то­ка вторгся ма­ло­из­ве­ст­ный на­род, пе­ред ко­то­рым ни­кто не мо­жет ус­то­ять; и жи­те­ли Га­ва­о­на решили схитрить: они являются израильтянам в ис­тер­тых одеж­дах, с за­плес­не­ве­лы­ми хле­ба­ми, де­лая вид, что при­шли из­да­ле­ка и пред­ла­га­ют за­клю­чить со­юз на очень вы­год­ных ус­ло­ви­ях (Нав. 9:1-6). Израильтяне, не во­про­шая во­ли Бо­жи­ей, но по­ла­га­ясь на свое соб­ст­вен­ное ра­зу­ме­ние, за­клю­ча­ют до­го­вор с га­ва­о­ни­тя­на­ми и в ре­зуль­та­те ока­зы­ва­ют­ся об­ма­ну­ты­ми, ибо вы­яс­ня­ет­ся, что Га­ва­он нах­од­ит­ся от них­ в не­сколь­ких ки­ло­ме­т­рах. Это очень важ­ный мо­мент, поскольку по­сле пер­вых по­бед у израильтян по­яв­ля­ет­ся не­ко­то­рое са­мо­мне­ние, самонадеянность, ко­то­рая тут же при­во­дит их к та­ко­му по­срам­ле­нию.


Од­на­ко до­го­вор с гаваонитянами за­клю­чен, и со­юз амор­рей­ских ца­рей под­ни­ма­ет­ся, что­бы ото­мстить га­ва­о­ни­тя­нам за та­кую из­ме­ну. В зна­ме­ни­том сра­же­нии у Га­ва­о­на Гос­подь во­ю­ет за из­ра­иль­тян. И ска­за­но, что Гос­подь по­ра­зил ка­мен­ным гра­дом боль­ше вра­гов, чем это мог­ли сде­лать из­ра­иль­тя­не ме­чом. Во время битвы за Гаваон про­ис­хо­дит из­ве­ст­ное чу­до, ког­да солнце уже на­чи­на­ет скло­нять­ся к за­ка­ту и ста­но­вит­ся не­воз­мож­ным пре­сле­до­ва­ние вра­гов, и тог­да Ии­сус На­вин го­во­рит: «Стой, солн­це, над Га­ва­о­ном, и лу­на, над до­ли­ною Аи­а­лон­скою! И ос­та­но­ви­лось солн­це, и лу­на сто­я­ла, до­ко­ле на­род мстил вра­гам сво­им. Не это ли на­пи­са­но в кни­ге Пра­вед­но­го: “сто­я­ло солн­це сре­ди не­ба и не спе­ши­ло к за­па­ду поч­ти це­лый день”? И не бы­ло та­ко­го дня ни преж­де, ни по­сле то­го, в ко­то­рый Гос­подь [так] слу­шал бы гла­са че­ло­ве­че­с­ко­го. Ибо Гос­подь сра­жал­ся за Из­ра­и­ля
» (Нав. 10:12-14). Не бу­дем вда­вать­ся в раз­ные со­об­ра­же­ния относительно то­го, как же это мог­ло быть. Я в дан­ном слу­чае сто­рон­ник бук­валь­но­го по­ни­ма­ния тек­с­та, хо­тя, ко­неч­но, как это мо­жет быть, я очень сла­бо се­бе пред­став­ляю фи­зи­че­с­ки, но Гос­по­ду вид­нее.


В связи с этим чудом бла­жен­ный Фе­о­до­рит го­во­рит, что «сим про­об­ра­зу­ет­ся чу­до­дей­ст­вие Спа­си­те­ля. Ког­да про­рок сра­жал­ся — солн­це ста­ло, и ког­да Спа­си­тель наш раз­ру­шил смер­тию смерть, удер­жа­ло солн­це лу­чи свои, и в пол­день на­пол­ни­ла все­лен­ную тьма» [73, с. 202]. Свя­ти­тель Ам­вро­сий Ме­ди­о­лан­ский го­во­рит, что «солн­це ста­ло, по­то­му что в Ии­су­се На­ви­не по­зна­ло об­раз бу­ду­ще­го, ибо не сво­ею си­лою Ии­сус На­вин, но та­ин­ст­вом Хри­с­та вла­ст­во­вал над не­бес­ны­ми све­ти­ла­ми» [цит. по: 59, с. 156].



10.4. Окон­ча­ние за­во­е­ва­ния при Ии­су­се На­ви­не

Описание дальнейшей истории завоевания земли обетованной укладывается в две главы 10-ю и 11-ю: на­ча­ло по­хо­да в Юж­ный Ха­на­ан с по­дроб­ным пе­ре­чис­ле­ни­ем за­хва­чен­ных го­ро­дов и ца­рей, а за­тем – по­ход на се­вер. Тер­ри­то­рия, ко­то­рую за­хва­ти­ли израильтяне при Ии­су­се На­ви­не, про­сти­ра­лась от Ка­де­са, к ко­то­ро­му из­на­чаль­но по­до­шли из­ра­иль­тя­не с Мо­и­се­ем, до го­ры Ер­мон на се­ве­ре и от Иор­да­на с за­па­да до той же са­мой го­ры Ер­мон. Еще бы­ли земли на востоке со вре­мен Мо­и­сея. Ког­да сте­пи Моава к вос­то­ку от Иор­да­на бы­ли за­во­е­ва­ны, то потомки Рувими и Гада по­про­си­ли Мо­и­сея, что­бы он от­дал им те зем­ли, и Мо­и­сей выполнил их просьбу при ус­ло­вии, что они бу­дут во­е­вать вместе со все­ми ос­таль­ны­ми израильтянами до тех пор, по­ка не окажется за­хва­че­нной вся зем­ля. Всего Ии­су­с На­ви­н поразил 31-го царя. Су­дя по это­му опи­са­нию, не все го­ро­да и об­ла­с­ти Ханаана бы­ли завоеваны, од­на­ко из­ра­иль­тя­не господствовали на значительной тер­ри­то­рии. Не были покорены филистимские города: Га­за, Ас­ка­лон, Азот, Ек­рон и Геф (Нав. 13:3), с которыми потом израильтянам пришлось долго воевать.



10.5. Раз­дел зем­ли и воз­вра­ще­ние за­и­ор­дан­ских ко­лен

Когда Ии­сус На­вин состарился, Господь повелевает ему разделить завоеванную землю в удел девяти коленам и по­ло­ви­не колена Ма­нас­си­и­на (Нав. 13:1-8). Сна­ча­ла по­лу­ча­ют свои уделы Иу­да, Еф­рем и вто­рая по­ло­ви­на ко­ле­на Ма­нас­си­и­на. Им достаются цен­т­раль­ные зем­ли; не слу­чай­но по­том Из­ра­иль – се­вер­ное цар­ст­во – на­зы­ва­ет­ся еще Еф­ре­мом, в си­лу до­ми­ни­ру­ю­ще­го по­ло­же­ния это­го ко­ле­на. И за­тем раз­де­ля­ют­ся по жре­бию остальные уде­лы. Ле­ви­ты уде­ла не по­лу­чи­ли (Нав. 13:14, 33), им были даны сорок восемь городов среди владения сынов Израилевых (Нав. 21:41). Сам Ии­сус На­вин се­бе ни­ка­ко­го уде­ла не вы­де­лил, и тог­да из­ра­иль­тя­не пре­до­ста­ви­ли ему удел. Бла­жен­ный Фе­о­до­рит объ­яс­ня­ет это тем, что Ии­сус На­вин, бу­ду­чи со­имен­ным Хри­с­ту, пророчески «под­ра­жал сми­ре­нию Вла­ды­ки, пре­бы­вав­ше­го в край­ней ни­ще­те» [73, с. 204].



10.6. Жерт­вен­ник за­и­ор­дан­ских ко­лен

По­сле этого ухо­дят колена Рувимово, Гадово и половина колена Манассиина. Они отправляются в землю своего владения – Галаад, где сооружают жертвенник, тем са­мым на­ру­шая рас­по­ря­же­ние о том, что жерт­вен­ник у из­ра­иль­тян дол­жен быть один. Остальные израильтяне подумали, что они со­би­ра­ют­ся ус­т­ро­ить у се­бя соб­ст­вен­ный культ, соб­ст­вен­ные жерт­во­при­но­ше­ния. И это со­бы­тие вы­зы­ва­ет та­кой ре­зо­нанс, что чуть не воз­ни­ка­ет граж­дан­ская вой­на меж­ду за­пад­ны­ми и вос­точ­ны­ми ко­ле­на­ми. Од­на­ко все раз­ре­ша­ет­ся тем, что за­и­ор­дан­ские ко­ле­на объ­яс­ня­ют, что для па­мя­ти по­том­кам сво­им они по­ста­ви­ли этот жерт­вен­ник; не для со­вер­ше­ния на нем жертв, но как па­мят­ник и сим­вол един­ст­ва с те­ми, кто жи­вет не­по­сред­ст­вен­но в Па­ле­с­ти­не, чтобы впоследствии «не сказали ваши сыны сынам нашим: «нет вам части в Господе
» (Нав. 22:27).



10.7. За­ве­ща­ние Ии­су­са На­ви­на

Перед своей кончиной Иисус Навин призывает старейшин Израиля и напоминает им, что Гос­подь ис­пол­нил ныне то, что обе­щал из­ра­иль­тя­нам: Гос­подь из­гнал от них ха­на­не­ев, Гос­подь дал им в наследие зем­лю и «по­се­му вся­че­с­ки ста­рай­тесь лю­бить Гос­по­да Бо­га ва­ше­го. Ес­ли же вы от­вра­ти­тесь и при­ста­не­те к ос­тав­шим­ся из на­ро­дов сих, ко­то­рые ос­та­лись меж­ду ва­ми, и всту­пи­те в род­ст­во с ни­ми, и бу­де­те хо­дить к ним, и они к вам, то знай­те, что Гос­подь Бог ваш не бу­дет уже про­го­нять от вас на­ро­ды сии, но они бу­дут для вас пет­лею и се­тью, би­чом для ре­бер ва­ших и тер­ном для глаз ва­ших, до­ко­ле не бу­де­те ис­треб­ле­ны с сей до­б­рой зем­ли, ко­то­рую дал вам Гос­подь Бог ваш
» (Нав. 23:11–13). И со­брав весь на­род в Си­хе­ме, ко­то­рый позже стал од­ним из важ­ней­ших куль­то­вых цен­т­ров всего Из­ра­и­ля, Ии­сус На­вин на­по­ми­на­ет израильтянам обо всех бла­го­де­я­ни­ях Божиих и пред­ла­га­ет им сно­ва об­но­вить за­вет с Бо­гом, сно­ва дать Бо­гу обе­ща­ние быть Ему по­слуш­ным. «И от­ве­чал на­род и ска­зал: нет, не бу­дет то­го, что­бы мы ос­та­ви­ли Гос­по­да и ста­ли слу­жить дру­гим бо­гам!
» (Нав. 24:16). Ии­сус На­вин впи­сы­ва­ет эти сло­ва в кни­гу за­ко­на Бо­жия и ста­вит боль­шой ка­мень под ду­бом, как свидетельство об этом об­нов­ле­нии за­ве­та (Нав. 24:26). По­сле это­го Ии­сус На­вин умер и по­хо­ро­ни­ли его на го­ре Еф­ре­мо­вой (Нав. 24:29, 30).


Одно из по­след­них со­бы­тий книги – это по­гре­бе­ние ко­с­тей Ио­си­фа, ко­то­рые вы­нес­ли сы­ны Из­ра­и­ле­вы из зем­ли Еги­пет­ской и схо­ро­ни­ли их в Си­хе­ме, на том уча­ст­ке, ко­то­рый еще при­над­ле­жал Иа­ко­ву. В Сеп­ту­а­гин­те кни­га Ии­су­са На­ви­на име­ет дополнение, где го­во­рит­ся: «И ста­ли сы­ны Из­ра­и­ле­вы слу­жить Ас­тар­те и Ас­та­ро­фу и бо­гам ок­ре­ст­ных на­ро­дов; и пре­дал их Гос­подь в ру­ки Ег­ло­на, ца­ря Мо­а­вит­ско­го, и он вла­дел ими во­сем­над­цать лет
» (Нав. 24:36). Мы видим, что здесь бо­лее по­зд­ние пе­ре­вод­чи­ки сде­ла­ли за­ме­ча­ние, что, не ус­пев при­сяг­нуть на вер­ность Бо­гу, из­ра­иль­тя­не тут же от Не­го от­сту­па­ют.



Гла­ва 11. Кни­га Су­дей

Сле­ду­ю­щий пе­ри­од из­ра­иль­ской ис­то­рии опи­сан в кни­ге Су­дей Из­ра­и­ле­вых и име­ну­ет­ся эпо­хой су­дей. Как кни­га Ии­су­са На­ви­на яс­но по­ка­зы­ва­ет, что в слу­чае по­слу­ша­ния Бо­гу все бла­го­сло­ве­ния Бо­жии, из­ре­чен­ные че­рез Мо­и­сея, вы­пол­ня­ют­ся, точ­но так же кни­га Су­дей Из­ра­и­ле­вых очень яр­ко ри­су­ет те не­вз­го­ды и бед­ст­вия, ко­то­рые об­ру­ши­ва­ют­ся на из­ра­иль­тян, ког­да они от­сту­па­ют от вер­но­с­ти За­ве­ту.



11.1. Со­сто­я­ние Из­ра­и­ля по­сле смер­ти Ии­су­са На­ви­на

Кни­га Су­дей име­ет ввод­ную часть (Суд. 1 – 2:10), в ко­то­рой об­ри­со­вы­ва­ют­ся ре­зуль­та­ты за­во­е­ва­ний Ханаана Иисусом Навином и сказано, что ког­да Из­ра­иль при­шел в си­лу, то во многих местах сде­лал ха­на­не­ев дан­ни­ка­ми, но не из­гнал их (Суд. 1:28). О каж­дом ко­ле­не го­во­рит­ся, что на его территории жили Хананеи, ко­то­рых из­ра­иль­тя­не сде­ла­ли сво­и­ми дан­ни­ка­ми, вме­с­то то­го, что­бы из­гнать их по за­по­ве­ди, ко­то­рая да­на бы­ла им че­рез Мо­и­сея. То есть на первый взгляд они по­сту­пи­ли до­воль­но му­д­ро: и зем­лю по­лу­чи­ли, и ос­та­ви­ли на ней не­ко­то­рое ко­ли­че­ст­во на­се­ле­ния, что­бы оно ра­бо­та­ло, а им уже во­все мож­но было ни­че­го не де­лать, толь­ко дань со­би­рать. Вро­де как и Бо­гу уго­ди­ли, и са­ми то­же не спло­хо­ва­ли, и да­же еще луч­ше обу­с­т­ро­и­лись на этой зем­ле, чем им Гос­подь обе­щал. Но та­кая му­д­рость привела к печальным результатам: «И при­шел Ан­гел Гос­по­день из Гал­га­ла в Бо­хим [и в Ве­филь и к до­му Из­ра­и­ле­ву] и ска­зал [им: так го­во­рит Гос­подь]: Я вы­вел вас из Егип­та и ввел вас в зем­лю, о ко­то­рой клял­ся от­цам ва­шим [дать вам], и ска­зал Я: “не на­ру­шу за­ве­та Мо­е­го с ва­ми во­век. И вы не всту­пай­те в со­юз с жи­те­ля­ми зем­ли сей; [бо­гам их не по­кло­няй­тесь, из­ва­я­ния их раз­бей­те,] жерт­вен­ни­ки их раз­рушь­те”. Но вы не по­слу­ша­ли гла­са Мо­е­го. Что вы это сде­ла­ли? И по­то­му го­во­рю Я: [не ста­ну уже пе­ре­се­лять лю­дей сих, ко­то­рых Я хо­тел из­гнать,] не из­го­ню их от вас, и бу­дут они вам пет­лею, и бо­ги их бу­дут для вас се­тью. Ког­да Ан­гел Гос­по­день ска­зал сло­ва сии всем сы­нам Из­ра­и­ле­вым, то на­род под­нял гром­кий вопль и за­пла­кал
» (Суд. 2:1-4).


В ре­зуль­та­те это­го от­ступ­ни­че­ст­ва Гос­подь не стал боль­ше из­го­нять ха­на­не­ев. Далее в тексте следуют еще два до­бав­ле­ния, для чего это бы­ло сде­ла­но. Гос­подь го­во­рит: «Я не ста­ну уже из­го­нять от них ни од­но­го из тех на­ро­дов, ко­то­рых ос­та­вил Ии­сус [На­вин на зем­ле], ког­да уми­рал, что­бы ис­ку­шать ими Из­ра­и­ля, ста­нут ли они дер­жать­ся пу­ти Гос­под­ня, хо­дить по не­му, как дер­жа­лись от­цы их или нет. И ос­та­вил Гос­подь на­ро­ды сии
...» (Суд. 2:21–23). Мы можем увидеть не­ко­то­рую ана­ло­гию с дре­вом по­зна­ния до­б­ра и зла в том, что Гос­подь ос­тав­ля­ет эти на­ро­ды, что­бы ис­ку­сить ими из­ра­иль­тян, по­слу­ша­ют­ся они или бу­дут слу­жить бо­гам этих на­ро­дов. И, на­ко­нец, еще до­пол­ни­тель­ное ука­за­ние Свя­щен­но­го Пи­са­ния, чи­с­то прак­ти­че­с­ко­го характера: «Вот те на­ро­ды, которых ос­та­вил Гос­подь, что­бы ис­ку­шать ими Из­ра­иль­тян, всех, которые не знали о всех войнах Ханаанских, для то­го только, что­бы они зна­ли и учи­лись вой­не по­сле­ду­ю­щие роды сы­нов Из­ра­и­ле­вых, ко­то­рые преж­де не зна­ли ее
» (Суд. 3:1–2). Итак, с од­ной сто­ро­ны, это на­ка­за­ние, с дру­гой сто­ро­ны, это и воз­мож­ность ис­пра­вить­ся и явить все­му ми­ру свою вер­ность за­ве­ту с Бо­гом.


Бог искушает народ Израиля не с той целью, чтобы спровоцировать его на грех. Блаженный Феодорит Кирский объясняет это так:


«Ибо и Авраама не для того Бог искушал, чтобы узнать расположение Авраамово, потому что и там сказано, что Бог ведал, яко заповесть
Авраам сыном своим дому своему по себе
сохранять все суды Господа Бога (Быт. 18:19). Поэтому Бог искушает не для того, чтобы Самому узнать, но чтобы научить неведущих. Как Адаму дал заповедь для упражнения его разума, так и здесь оставил некоторые народы, чтобы показать благочестие одних и обличить злочестие других. Сие и говорит писатель: да искусит ими Израиля, да увесть, аще послушают заповедий, яже заповеда отцем их рукою Моисеовою
(Суд. 3:4)» [73, с. 212].


Относительно незавершенности завоевания блаженный Феодорит говорит следующее: «Думаю же, что есть и другая причина, по которой евреи не овладели всею землею Обетованною, именно следующая: для сохранения сообразного с законом образа жизни требовалась страна, заключенная в весьма тесные пределы, потому что закон повелевал три раза в год праздновать всем, сошедшись в одно место, на котором впоследствии соорудили божественный храм. Там повелел Бог приносить начатки и десятины, первородных овец и другие жертвы. Посему, сообразно с сим, Бог ограничил евреев небольшим пространством земли, чтобы и ленивые без труда собирались в посвященный Богу храм» [73, с. 211].



11.2. Служение су­дей

Глав­ное служение израильских су­дей – при­во­дить на­род к по­ка­я­нию и из­бав­лять от уг­не­те­ния и при­тес­не­ния. Вто­рич­ное их слу­же­ние – это уп­рав­ле­ние на­ро­дом. Однако в ос­нов­ном функ­ции уп­рав­ле­ния при­над­ле­жа­ли ста­рей­ши­нам, а глав­ное и пер­вое зна­че­ние су­дьи – это вос­ста­нов­ле­ние бо­го­по­чи­та­ния и из­бав­ле­ние из­ра­иль­тян от уг­не­та­те­лей.


Ес­ли мы по­смо­т­рим по кни­ге Су­дей, ка­кие на­ро­ды уг­не­та­ли из­ра­иль­тян в рассматриваемую эпоху, то уви­дим, что тут пред­став­ле­на вся ок­ре­ст­ная «ге­о­гра­фия». Сколь­ко бы ни бы­ло во­круг на­ро­дов, все по оче­ре­ди, ви­ди­мо, в том по­ряд­ке, в ка­ком из­ра­иль­тя­не при­ни­ма­ли раз­ных идо­лов, при­хо­ди­ли с ору­жи­ем в ру­ках — мо­а­ви­тя­не, ам­мо­ни­тя­не, ма­ди­а­ни­тя­не, фи­ли­с­тим­ля­не и да­же из Ме­со­по­та­мии – что­бы за­во­е­вать их.


Священное Писание повествует о следующих судьях: Го­фо­ни­иле, ос­во­бо­див­шем стра­ну от уг­не­те­ния Хусарсафамом царем Ме­со­по­та­мским, Аоде, из­ба­вив­шем из­ра­иль­тян от мо­а­ви­тян, Де­во­ре и Ва­раке, спасшим евреев от ха­на­не­ев, Ге­де­оне, сра­жав­шим­ся про­тив Ма­ди­а­ни­тян, и его сыне Ави­ме­лехе, без­за­кон­но пытавшемся сделаться царем, а также о Фо­ле и Иа­и­ре, Иеф­фае, ко­то­рый сра­жал­ся про­тив ам­мо­ни­тян, Есе­во­нке, Ело­не и Ав­до­не; по­след­ний су­дья – Сам­сон, ко­то­рый бо­рол­ся с фи­ли­с­тим­ля­на­ми. О не­ко­то­рых из них мы по­го­во­рим по­дроб­но.



11.3. Девора

Во времена, когда Израиль за нечестие был предан в руки Ханаанского царя Иавина, служение судьи исполняла женщина, по имени Девора, жившая между Рамой и Вефилем (Суд.4: 4-5). Призвав к себе Варака из Кедеса, она открыла ему повеление Божие о том, что он должен идти с войчком на Фавор, где Бог предаст в его руки войско военачальника Иавина Сисары. Варак отказался идти без Деворы, на что она отетила: «пойти пойду с тобою; только не тебе уже будет слава на сем пути, в который ты идешь; но в руки женщины предаст Господь Сисару. И встала Девора и пошла с Вараком в Кедес
» (Суд.4:9). Во время битвы при Фаворе хананеи побежали и Сисара скрылся для отдыха в шатре женщины по имени Иаиль, которая убила его, когда он уснул. В этой истории, хотя полководцем и был мужчина, главными действующими лицами являются женщины.



11.4. Ге­де­он

Судья Ге­де­он был при­зван к сво­е­му слу­же­нию чу­дес­ным об­ра­зом. Он «вы­ко­ла­чи­вал тогда пше­ни­цу в то­чи­ле, что­бы скрыть­ся от ма­ди­а­ни­тян
» (Суд. 6:11), то есть явно не по­мы­ш­ляя ни о ка­ких по­дви­гах, и тог­да яв­ля­ет­ся ему Ан­гел Гос­по­день и при­зы­ва­ет к слу­же­нию. Пер­вое, что делает Ге­де­он, – разрушает жерт­вен­ник Ва­а­лу, стоявший в том се­ле­нии, и срубает де­ре­во, око­ло ко­то­ро­го со­вер­ша­лось идо­ло­по­клон­ст­во (Суд. 6:28). Жи­те­ли ста­ли весь­ма гне­вать­ся на не­го за это и яви­лись к его от­цу с тре­бо­ва­ни­ем на­ка­зать сы­на, на что отец ска­зал: «вам ли всту­пать­ся за Ва­а­ла..? Ес­ли он бог, то пусть сам всту­пит­ся за се­бя
…» (ст. 31). В ре­зуль­та­те Ге­де­о­ну да­ли про­зви­ще Ие­ро­ва­ал (Суд. 6:37).


Но прежде, чем при­нять на се­бя слу­же­ние су­дьи, Гедеон про­сит зна­ме­ния у Бо­га, и ему да­ет­ся дваж­ды зна­ме­ние ру­на (руно – стриженная шерсть). Пер­вый раз вся шерсть бы­ла мо­к­рой, а во­круг бы­ла су­хая зем­ля, и из шер­сти он вы­жал це­лую ча­шу во­ды (Суд. 6:38). Во вто­рой раз ро­са лег­ла всю­ду на зем­лю кро­ме этой шер­сти, а шерсть ос­та­лась су­хой. Из это­го он дей­ст­ви­тель­но убе­дил­ся в том, что Гос­подь его при­зы­ва­ет.


В зна­ме­нии ру­на Цер­ковь все­гда ви­де­ла изо­б­ра­же­ние Бо­жи­ей Ма­те­ри, чу­дес­но при­няв­шей во чре­ве Сво­ем Сы­на, всех Бо­га: «По­доб­но ро­се рож­де­ние Твое
» (Пс. 109:3). Бо­лее ред­кое тол­ко­ва­ние – как про­об­раз церк­ви. Сна­ча­ла оро­шен­ное ру­но и су­хая зем­ля во­круг прообразовали ветхозаветную церковь, имеющую Закон и обетования, во­круг ко­то­ро­й бы­ло бес­пло­дие язы­че­с­кое, а вто­рое зна­ме­ние, ког­да шерсть ис­сох­ла, а во­круг ле­жа­ла ро­са, прообразовало рас­про­ст­ра­не­ние хри­с­ти­ан­ской но­во­за­вет­ной церк­ви сре­ди всех на­ро­дов. При этом сам на­род Из­ра­иль­ский по про­мыс­лу Бо­жию ока­зал­ся от­пав­шим от этой бла­го­да­ти [73, с. 215].


Ге­де­он одер­жи­ва­ет по­бе­ду над Мадианитянами, при­чем он со­би­ра­ет до­воль­но мно­го на­ро­ду, но Гос­подь ве­лит ему взять с со­бой толь­ко 300 че­ло­век, что­бы ни­кто не по­ду­мал, что по­бе­да эта одер­жа­на си­ла­ми че­ло­ве­че­с­ки­ми (Суд. 7 гл.).



11.5. Сы­но­вья Ге­де­о­на. Ави­ме­лех. Первая попытка установления монархии

Когда сыны Израиля увидели, что Гедеон спас их от Мадианитян, они предложили ему стать ца­рем. Ге­де­он ска­зал им: «Ни я не бу­ду вла­деть ва­ми, ни мой сын не бу­дет вла­деть ва­ми, Гос­подь да вла­де­ет ва­ми
» (Суд. 8:22-23). Мы дей­ст­ви­тель­но ви­дим, что в это вре­мя на­род не уп­рав­ля­ет­ся по­сто­ян­ны­ми вож­дя­ми, это была эпо­ха те­о­кра­тии, ког­да Сам Бог уп­рав­ля­ет израильским на­ро­дом по­сред­ст­вом Сво­е­го За­ко­на.


Ге­де­он ре­ши­тель­но от­ка­зы­ва­ет­ся стать ца­рем, од­на­ко один из его мно­го­чис­лен­ных сы­но­вей Ави­ме­лех все-та­ки ре­ша­ет во­ца­рить­ся. Он умерт­вил всех сво­их бра­ть­ев (за­ме­тим – еще не по­явил­ся царь, как уже на­ча­лось то, что так ча­с­то на про­тя­же­нии ис­то­рии со­про­вож­да­ет мо­нар­хию), кро­ме од­но­го, Ио­фа­ма, ко­то­ро­му уда­лось скрыть­ся, и во­ца­рил­ся в Си­хе­ме (Суд. 9:6). Придя через некоторое время к Сихему, Ио­фам про­из­нес та­кую прит­чу: «...По­слу­шай­те ме­ня жи­те­ли Си­хе­ма, и по­слу­ша­ет вас Бог. По­ш­ли не­ког­да де­ре­ва по­ма­зать над со­бою ца­ря и ска­за­ли мас­ли­не: “цар­ст­вуй над на­ми. Мас­ли­на ска­за­ла: ос­тав­лю я мас­ло свое, ко­то­рым че­ст­ву­ют бо­гов и лю­дей, и пой­ду ли ски­тать­ся по де­ре­вь­ям?” И ска­за­ли де­ре­вья смо­ков­ни­це: “Иди и ты цар­ст­вуй над на­ми.” Смо­ков­ни­ца ска­за­ла: “Ос­тав­лю я сла­дость мою и хо­ро­ший плод мой и пой­ду ли ски­тать­ся по де­ре­вь­ям?” И ска­за­ли де­ре­вья ви­но­град­ной ло­зе: “Иди, и ты цар­ст­вуй над на­ми.” И ви­но­град­ная ло­за ска­за­ла им: “Ос­тав­лю ли я сок мой, ко­то­рый ве­се­лит бо­гов и че­ло­ве­ков, и пой­ду ли ски­тать­ся по де­ре­вь­ям?” И, на­ко­нец, ска­за­ли все де­ре­вья тер­нов­ни­ку: “Иди, и ты цар­ст­вуй над на­ми”. Тер­нов­ник ска­зал де­ре­вь­ям: “Ес­ли по­ис­ти­не по­став­ля­е­те ме­ня ца­рем над со­бой, то иди­те и по­кой­тесь под те­нью мо­ей, а ес­ли же нет, то вый­дет огонь из тер­нов­ни­ка и по­жжет ке­д­ры Ли­ван­ские”
» (Суд. 9:7-15). В этой прит­че Ио­фам выражает свое от­но­ше­ние к цар­ской вла­с­ти. Он говорит, что цар­ская власть вещь бес­по­лез­ная, толь­ко что-то не­год­ное, вро­де тер­нов­ни­ка, от ко­то­ро­го ни пло­да, ни де­ре­ва, ни мас­ла – ни­че­го по­лу­чить не­воз­мож­но, толь­ко и го­дит­ся на то, что­бы цар­ст­во­вать, по­то­му что боль­ше ни­ко­му это не нуж­но и ни­ка­кой поль­зы от это­го не про­изой­дет. Здесь мы ви­дим до­воль­но скеп­ти­че­с­кое от­но­ше­ние к цар­ской вла­с­ти. В притче Иофам также предсказал деспотический характер будущего правления Авимелеха.


В кон­це кон­цов Ави­ме­лех по­ссо­рил­ся с Си­хем­ля­на­ми и был убит (Суд. 9:53).



11.6. Иеф­фай

Иеф­фай был сы­ном блуд­ни­цы. Братья Иеффая по отцу из­гна­ли его из до­ма, ска­зав: «ты не наследник в доме отца нашего
» (Сую 11:2). «И со­бра­лись к Иеффаю пра­зд­ные лю­ди и вы­хо­ди­ли с ним
» (Суд. 11:3). Возможно, эти слова означают, что он стал гла­ва­рем шай­ки раз­бой­ни­ков. Но в трудную минуту этот че­ло­век через старейшин был при­зван к слу­же­нию су­дьи. Иеффай сначала попытался переговорами отклонить притязания аммолитян на земли за Иорданом. Когда переговоры не удались, он одер­жал над ам­мо­ни­тя­на­ми по­бе­ду. Ког­да он шел на них вой­ной, то дал Бо­гу обет, что пер­вое, «что вый­дет из ворот до­ма мо­е­го на­вст­ре­чу мне, бу­дет Гос­по­ду, и воз­не­су сие на все­со­ж­же­ние
» (Суд. 11:31). И случилось так, что при воз­вра­ще­нии ему на­вст­ре­чу вы­хо­дит его соб­ст­вен­ная дочь. Сре­ди тол­ко­ва­те­лей встре­ча­ют­ся раз­но­гла­сия относительно того, при­нес ли он свою дочь во все­со­ж­же­ние, что бы­ло за­пре­ще­но за­ко­ном, или этот обет был ре­а­ли­зо­ван та­ким об­ра­зом, что она со­хра­ни­ла дев­ст­во на всю жизнь, слу­жа тем са­мым Гос­по­ду, по­сколь­ку в ка­ком-то смыс­ле это бы­ло рав­но­знач­но жерт­ве все­со­ж­же­ния. По­че­му? По то­му от­но­ше­нию к бра­ку и ча­до­ро­дию, ко­то­рое бы­ло у из­ра­иль­тян, че­ло­век, ли­шенный де­тей, считался от­вер­жен­ным, умер­шим для Бо­га. Но Пи­са­ние не да­ет нам воз­мож­но­с­ти ре­шить этот во­прос, в нем лишь го­во­рит­ся, что «она по­ш­ла с по­дру­га­ми своими и оп­ла­ки­ва­ла дев­ст­во свое в го­рах. По про­ше­ст­вии двух ме­ся­цев она воз­вра­ти­лась к от­цу сво­е­му, и он со­вер­шил над ней обет свой, ко­то­рый дал, и она не по­зна­ла му­жа
» (ст. 38–39).



11.7. Сам­сон

В по­сла­нии к Ев­ре­ям сказано: «Не до­ста­нет мне вре­ме­ни, что­бы по­ве­ст­во­вать о Ге­де­о­не, о Ва­ра­ке, о Сам­со­не и Иеф­фае … и про­ро­ках, ко­то­рые ве­рою по­беж­да­ли цар­ст­ва, тво­ри­ли прав­ду, по­лу­ча­ли обе­то­ва­ния, за­граж­да­ли ус­та львов, уга­ша­ли си­лу ог­ня, из­бе­га­ли ос­т­рия ме­ча…
» (Евр. 11:32–34).


Родителям Самсона еще до его рож­де­ния было от­кры­то Ан­ге­лом, что «от са­мо­го чре­ва мла­де­нец сей бу­дет на­зо­рей Бо­жий, и он нач­нет спа­сать Из­ра­и­ля от ру­ки Фи­ли­с­тим­лян
» (Суд. 13:5).


«И ро­ди­ла же­на сы­на, и на­рек­ла имя ему: Сам­сон. И рос мла­де­нец, и бла­го­слов­лял его Гос­подь. И на­чал Дух Гос­по­день дей­ст­во­вать в нем в ста­не Да­но­вом, меж­ду Цо­рою и Ес­та­о­лом
» (Суд. 13:24–25). Став взрослым, Сам­сон про­сит родителей взять ему в же­ны фи­ли­с­тим­лян­ку. Де­ло здесь было не в пре­ступ­ной при­хо­ти: «отец его и мать его не зна­ли, что это от Гос­по­да, и что он ищет слу­чая [от­мстить] Фи­ли­с­тим­ля­нам. А в то вре­мя Фи­ли­с­тим­ля­не гос­под­ст­во­ва­ли над Из­ра­и­лем
» (Суд. 14:4). Этим бра­ком Самсон вос­поль­зу­ет­ся для то­го, что­бы начать вой­ну про­тив фи­ли­с­тим­лян как свое лич­ное де­ло, а не от име­ни Из­ра­и­ля, ко­то­рый тогда был на это не­спо­со­бен.


Свои по­дви­ги Сам­сон со­вер­шал, дви­жи­мый Ду­хом Бо­жи­им (ср. Суд. 14:6, 19; 15:14–15). Но ког­да его серд­це скло­ня­лось к жен­щи­нам, тог­да он тер­пит не­уда­чи. Так с по­мо­щью не­ве­с­ты Сам­со­на фи­ли­с­тим­ля­не раз­га­да­ли его за­гад­ку, а с по­мо­щью Да­ли­ды и во­все смог­ли его пле­нить и ос­ле­пить. При­чем де­ло не толь­ко в ос­т­ри­же­нии во­лос, но в том, что он поступил своевольно и «Гос­подь от­сту­пил от не­го
» (Суд. 16:20). Очевидно, Самсон, будучи в темнице, раскаялся и снова получил силу, что внешне совпало с отрастанием волос: «И воз­звал Сам­сон к Гос­по­ду и ска­зал: Гос­по­ди Бо­же! вспом­ни ме­ня и ук­ре­пи ме­ня толь­ко те­перь, о Бо­же! что­бы мне в один раз от­мстить Фи­ли­с­тим­ля­нам за два гла­за мои <…> И бы­ло умер­ших, ко­то­рых умерт­вил [Сам­сон] при смер­ти сво­ей, бо­лее, не­же­ли сколь­ко умерт­вил он в жиз­ни сво­ей
» (Суд. 16:28, 30) – «Сам­сон во об­раз Хри­с­та го­раз­до бо­лее умерт­вил ино­пле­мен­ни­ков при смер­ти, не­же­ли при жиз­ни» (блаж. Ие­ро­ним) [цит. по: 59, с. 158].



11.8. Ис­то­рия Ми­хи и вой­на с ко­ле­ном Ве­ни­а­ми­но­вым

Общее устройство жизни израильтян в период судей характеризуется трижды повторяющейся в книге фразой: «В те дни не бы­ло ца­ря у Из­ра­и­ля, и каж­дый де­лал то, что ему ка­за­лось спра­вед­ли­вым
» (Суд. 17:6; 18:1; 21:25). Мак­си­ма, на пер­вый взгляд, до­воль­но не­пло­хая. Но не­пло­ха она толь­ко в том слу­чае, ког­да каж­до­му спра­вед­ли­вым пред­став­ля­ет­ся что-то, что та­ко­вым яв­ля­ет­ся на са­мом де­ле. Как толь­ко про­ис­хо­дит ка­кая-то нрав­ст­вен­ная де­гра­да­ция, жизнь в об­ще­ст­ве, ко­то­рое уп­рав­ля­ет­ся та­ким об­ра­зом, ста­но­вит­ся, по-ви­ди­мо­му, не­воз­мож­ной, по­то­му что каж­дый счи­та­ет спра­вед­ли­вым ско­рее все­го то, что ему са­мо­му удоб­но. В конце кни­ги Судей мы уви­дим на­гляд­ные при­ме­ры то­го, ко­му что ка­за­лось спра­вед­ли­вым.


В 17 и 18 гла­вах изо­б­ра­жа­ет­ся не­кий Ми­ха, ко­то­рый сна­ча­ла ук­рал се­ре­б­ро у сво­ей ма­те­ри, и мать про­кля­ла во­ра. Тог­да он ей в стра­хе вер­нул это се­ре­б­ро, и, надеясь из­бе­жать про­кля­тия, они ре­ши­ли из это­го се­ре­б­ра ус­т­ро­ить свя­ты­ню, сде­лав из не­го идо­ла ли­то­го и бо­го­слу­жеб­ные при­над­леж­но­с­ти. Сна­ча­ла Ми­ха по­ста­вил од­но­го из сво­их сы­но­вей слу­жить при идо­ле, а за­тем на­нял пра­зд­но­го ле­ви­та, ко­то­рый сде­лал­ся свя­щен­ни­ком при нем. За­вер­ша­ет­ся это тем, что ко­ле­но Да­но­во, про­дви­га­ясь на се­вер для при­об­ре­те­ния но­вых тер­ри­то­рий, за­би­ра­ет у Ми­хи идо­ла и свя­щен­ни­ка его, а са­мо­го Ми­ху гро­зят убить, ес­ли он бу­дет со­про­тив­лять­ся (Суд. 18:25).


Кар­ти­на, с точ­ки зре­ния За­ко­на, до­воль­но не­при­гляд­ная. Она по­ка­зы­ва­ет глу­бо­кое оди­ча­ние из­ра­иль­тян. На ос­но­ва­нии этих за­ри­со­вок скептически настроенный исследователь может предположить, что не бы­ло при Мо­и­сее ни­ка­ко­го за­ко­на да­но, по­то­му что ес­ли бы существовал за­кон, то не мог­ли бы так из­ра­иль­тя­не жить во вре­ме­на су­дей, на­вер­ня­ка за­кон написали поз­же. Ес­ли ис­хо­дить из это­го прин­ци­па, то за 2000 лет со времен Рождества мож­но най­ти та­кие пе­ри­о­ды в ис­то­рии хри­с­ти­ан­ских на­ро­дов, что, ка­жет­ся, буд­то не име­ли они Еван­ге­лия. Это было время ре­ли­ги­оз­но­го оди­ча­ния, ког­да да­же та­кие пре­ступ­ные, с точ­ки зре­ния За­ко­на, де­ла, как ус­т­ро­е­ние идо­ла и на­ем­ный до­маш­ний свя­щен­ник при нем, вос­при­ни­ма­лись впол­не ес­те­ст­вен­но.


Далее книга Судей рассказывает о некоем левите, у ко­то­ро­го бы­ла на­лож­ни­ца. Эта си­ту­а­ция ри­су­ет­ся как ес­те­ст­вен­ная и обыч­ная, хо­тя и она бы­ла за­пре­ще­на за­ко­ном. В Ги­ве Ве­ни­а­ми­но­вой со­вер­ша­ет­ся насилие над на­лож­ни­цей и она по­ги­ба­ет. Жи­те­ли го­ро­да от­ка­зы­ва­ют­ся вы­дать ви­нов­ных, и на­чи­на­ет­ся вой­на других колен про­тив ко­ле­на Ве­ни­а­ми­но­ва. В ре­зуль­та­те этой граж­дан­ской вой­ны колено Вениаминово ока­зы­ва­ет­ся поч­ти пол­но­стью ис­треб­лен­ным.


Та­ким об­ра­зом, тот образ жиз­ни, о ко­то­ром го­во­рит Пи­са­ние (не бы­ло ца­ря в Из­ра­и­ле, и каж­дый по­сту­пал так, как счи­тал спра­вед­ли­вым), при раз­вра­ще­нии нра­вов де­ла­ет су­ще­ст­во­ва­ние все бо­лее труд­ным, опас­ным и гу­би­тель­ным. Под не­по­сред­ст­вен­ным во­ди­тель­ст­вом Бо­жи­им мо­жет жить толь­ко свя­той на­род, как об этом и бы­ло ска­за­но у Си­ная (Исх. 23:22).



11.9. Хро­но­ло­гия эпо­хи Су­дей

Ес­ли пред­по­ло­жить, что опи­сы­ва­е­мые со­бы­тия про­ис­хо­ди­ли по­сле­до­ва­тель­ным об­ра­зом и про­сум­ми­ро­вать все сро­ки правления судей, упо­ми­на­е­мые в кни­ге, то по­лу­чит­ся 410 лет. Имен­но та­ким об­ра­зом счи­тал апо­с­тол Па­вел (Де­ян. 13:20). Такая про­дол­жи­тель­ность этого периода ни­как не мо­жет быть со­гла­со­ва­на ни с внеш­ни­ми ис­то­ри­че­с­ки­ми об­сто­я­тель­ст­ва­ми, ни с ука­за­ни­я­ми са­мо­го Свя­щен­но­го Пи­са­ния. Почему? В тре­ть­ей кни­ге Царств (3 Цар. 6:1) го­во­рит­ся, что от вре­ме­ни Ис­хо­да до вто­ро­го го­да прав­ле­ния Со­ло­мо­на про­шло 440 (в ма­со­рет­ском тек­с­те – 480) лет. Ес­ли из этих 480 лет уб­рать 410, то ос­та­ет­ся все­го 70 лет на стран­ст­вие из­ра­иль­тян по пу­с­ты­не, на вре­мя от Сам­со­на до Са­у­ла и на цар­ст­во­ва­ние Са­у­ла и Да­ви­да. Это­го яв­но ма­ло. Толь­ко стран­ст­вие про­дол­жа­лось 40 лет, плюс еще вре­мя, в ко­то­рое про­ис­хо­дил за­хват зем­ли ха­на­ан­ской, то есть око­ло 25 лет. Яс­но, что по­пыт­ка по­сле­до­ва­тель­но сло­жить да­ты кни­ги Су­дей не впол­не спра­вед­ли­ва. По-ви­ди­мо­му, сле­ду­ет пред­по­ло­жить, что по­сколь­ку об­ласть де­я­тель­но­с­ти су­дей, как пра­ви­ло, ог­ра­ни­чи­ва­лась од­ним или не­сколь­ки­ми ко­ле­на­ми и ред­ко рас­про­ст­ра­ня­лась на весь со­юз ко­лен, то ряд из этих со­бы­тий имел ме­с­то од­но­вре­мен­но в раз­ных ча­с­тях Свя­той Зем­ли.


О вре­ме­ни Ис­хо­да в со­вре­мен­ной биб­ле­и­с­ти­ке су­ще­ст­ву­ют два пред­по­ло­же­ния. Пер­вое, ко­то­рое ис­поль­зо­ва­лось в пре­ды­ду­щем рас­суж­де­нии, ори­ен­ти­ру­ет­ся на ука­за­ние тре­ть­ей кни­ги Царств от­но­си­тель­но на­ча­ла прав­ле­ния Со­ло­мо­на. Оно оп­ре­де­ля­ет вре­мя Ис­хо­да при­мер­но 1440 годом и, со­от­вет­ст­вен­но, 1400 – вре­мя вступ­ле­ния в Ха­на­ан.


Дру­гая да­ти­ров­ка, ори­ен­ти­ру­ю­ща­я­ся на из­ве­ст­ные ис­то­ри­че­с­кие ре­а­лии, пред­по­ла­га­ет на­и­бо­лее ве­ро­ят­ным вре­ме­нем Ис­хо­да XIII век, около 1270 год, счи­тая, что фа­ра­оном, о ко­то­ром речь идет в кни­ге Ис­ход, был Рам­зес II, по­сколь­ку имен­но при нем стро­и­лись те го­ро­да, на стро­и­тель­ст­ве ко­то­рых экс­плу­а­ти­ро­ва­лись из­ра­иль­тя­не. Ес­ли при­ни­мать эту бо­лее по­зд­нюю да­ти­ров­ку, то тог­да еще бо­лее ко­рот­ким (180 лет) долж­но быть при­зна­но вре­мя су­дей, по­сколь­ку из­ве­ст­но, что Да­вид окон­ча­тель­но воцарился в Из­ра­и­ле око­ло 1010 го­да до Рож­де­ст­ва Хри­с­то­ва. Дан­ная ци­ф­ра луч­ше со­гла­су­ет­ся с упо­мя­ну­тым ука­за­ни­ем тре­ть­ей кни­ги Царств.



11.10. Кни­га Руфь

Принципиально иную кар­ти­ну эпохи судей ри­су­ет следующая кни­га – Ру­фь. В ней повествуется о не­коем се­мей­ст­ве из­ра­иль­тян, ко­то­рые по причине голода переселились из Вифлеема в Мо­ав, где сы­но­вья же­нят­ся и по­том уми­ра­ют, ос­тав­ляя тро­их: мать и сво­их вдов, из ко­то­рых од­на, Орфа, воз­вра­ща­ет­ся в дом сво­е­го от­ца, а дру­гая, Руфь, го­во­рит сво­ей све­кро­ви, что пой­дет с ней в зем­лю ее пред­ков и Бог Израиля бу­дет ее Бо­гом. Руфь, вер­нув­шись в Па­ле­с­ти­ну, вы­хо­дит за­муж за род­ст­вен­ни­ка мужа – Во­оза и вхо­дит в род­ст­во с из­бран­ным на­ро­дом. Это от­ра­же­но в ро­до­сло­вии Гос­по­да Ии­су­са Хри­с­та. Она ста­но­вит­ся пра­баб­кой ца­ря Да­ви­да. В ре­зуль­та­те это­го бра­ка рож­да­ет­ся Овид, у Ови­да рож­да­ет­ся Иес­сей, у Иес­сея рож­да­ет­ся Да­вид. Ис­то­рия этой кни­ги яв­ля­ет­ся пе­ре­ход­ным мос­ти­ком от эпо­хи су­дей к эпо­хе ца­рей.


Чем важна эта кни­га и по­че­му она вклю­че­на в канон Свя­щен­ного Пи­са­ния? Во-пер­вых, она сно­ва по­ка­зы­ва­ет не ­за­кры­тость и не ­за­мк­ну­тость на­ро­да Из­ра­иль­ско­го, впос­лед­ст­вии иу­дей­ско­го, для всех ос­таль­ных на­ро­дов, а зна­чит, и от­кры­тость За­ве­та Бо­жия для все­го че­ло­ве­че­ст­ва. За­вет Бо­жий при­над­ле­жит не толь­ко из­ра­иль­тя­нам, но от­но­сит­ся ко все­му ми­ру. За­прет за­ко­на на сме­ше­ние с ино­пле­мен­ни­ка­ми (Втор. 7:3) был имен­но за­пре­том на сме­ше­ние с языч­ни­ка­ми по ве­ре, за­пре­том на по­те­рю чи­с­то­ты ве­ры и чи­с­то­ты бо­го­по­чи­та­ния. Руфь же пе­ре­ста­ет быть языч­ни­цей и ис­по­ве­ду­ет ве­ру в Бо­га Са­ва­о­фа, Бо­га Ав­ра­а­мо­ва, поэтому за­прет на нее пе­ре­ста­ет рас­про­ст­ра­нять­ся. Позже Ез­д­ра же­ст­ко и по­сле­до­ва­тель­но про­вел прин­цип эт­ни­че­с­ко­го от­де­ле­ния всех ос­таль­ных на­ро­дов, за­ста­вил всех, у ко­го бы­ли же­ны неев­рей­ки, раз­ве­с­тись, а жен от­пра­вить об­рат­но по до­мам (Езд. 10:3). Из кни­ги Руфь вид­но, что Свя­щен­ное Пи­са­ние та­ко­го тре­бо­ва­ния в таком крайнем ви­де не со­дер­жит.


В про­об­ра­зо­ва­тель­ном смыс­ле кни­га го­во­рит о при­зва­нии языч­ни­ков в цер­ковь. Ка­ким об­ра­зом? Руфь для то­го, чтоб вой­ти в чис­ло из­ра­иль­тян, ос­тав­ля­ет свою зем­лю, свое род­ст­во, все свои ве­ро­ва­ния, и толь­ко по­сле это­го она ока­зы­ва­ет­ся при­чтен­ной к из­ра­иль­тя­нам; точ­но так же, как и язы­че­с­кие на­ро­ды мог­ли вой­ти в Цер­ковь, толь­ко ос­та­вив свои преж­ние за­блуж­де­ния. Во­оз же­нит­ся на Ру­фи толь­ко по­сле то­го, как бо­лее близ­кий ее род­ст­вен­ник от­ка­зы­ва­ет­ся ис­пол­нить за­кон ле­ви­ра­та и взять ее в же­ны (Руфь 4:6). Это прообразует следующее. По­сле вет­хо­за­вет­но­го за­ко­на, ко­то­рый ока­зал­ся бес­пло­дным и не спо­со­бным был про­све­тить языч­ни­ков, пришел Хри­с­тос, Ко­то­рый, при­нял в Цер­ковь уверовавших из языч­ни­ков.


Род­ст­вен­ник му­жа Ру­фи от­ка­зы­ва­ет­ся ис­пол­нить за­кон из со­об­ра­же­ний вы­го­ды. За­чем вы­ку­пать по­ле, ес­ли при­дет­ся от­дать его сы­ну Ру­фи, ра­ди рож­де­ния ко­то­ро­го и дол­жен он всту­пить в брак? Из это­го сле­ду­ет, что Во­оз взял Руфь толь­ко из со­об­ра­же­ний бла­го­че­с­тия и со­ст­ра­да­ния. И был воз­на­г­раж­ден. Ведь в ро­до­сло­вии Спа­си­те­ля, в нару­ше­ние за­ко­на ле­ви­ра­та (так как формально Овид, сын Воза должен был считаться сыном Махлона, первого мужа Руфи, который некогда покинул землю отцов и на чужбине женился на моавитянке), пра­де­дом Да­ви­да на­зван имен­но Во­оз (Мф. 1:5). А имя родственника даже не упомянуто. Закон здесь оказался нарушенным не случайно, ведь Махлон, первый муж Руфи, покинул землю израильскую и женился на иноплеменнице, то есть отпал от обетований.


Кни­га Ру­фь в ев­рей­ской Биб­лии вхо­дит в чис­ло «Пя­ти свит­ков» – книг, чи­тав­ших­ся в пра­зд­ни­ки. В вет­хо­за­вет­ные вре­ме­на она чи­та­лась в пра­зд­ник Пя­ти­де­сят­ни­цы, чем впол­не под­тверж­да­ет­ся ее про­об­ра­зо­ва­тель­ный смысл.



Гла­ва 12. На­ча­ло эпо­хи Царств

12.1. Кни­ги Царств и Па­ра­ли­по­ме­нон

Пер­вые две кни­ги Царств в ев­рей­ской тра­ди­ции на­зы­ва­ют­ся кни­гами Са­му­и­ла, а тре­тья и чет­вер­тая кни­ги Царств - кни­гами ца­рей. Та­кое раз­де­ле­ние при­ня­то и во мно­гих со­вре­мен­ных за­пад­ных из­да­ни­ях Биб­лии.


По­ве­ст­во­ва­ние книг Царств ох­ва­ты­ва­ет пе­ри­од от слу­же­ния про­ро­ка Са­му­и­ла и ус­та­нов­ле­ния мо­нар­хии до па­де­ния цар­ст­ва, ко­то­рое в процессе существования раз­де­ли­лось на Се­вер­ное и Юж­ное. В начале описывается па­де­ние Се­вер­но­го царства, а затем – захват Юж­но­го и увод боль­шей ча­с­ти из­ра­иль­тян в плен, раз­гром Ие­ру­са­ли­ма, положение плен­ни­ков в Ва­ви­ло­не. Этот пе­ри­од охватывает 500 лет (с XI по VI вв. до Рож­де­ст­ва Хри­с­то­ва)[23]
.



12.2. Пер­во­свя­щен­ник Илий

По­ве­ст­во­ва­ние Пер­вой кни­ги Царств на­чи­на­ет­ся с опи­са­ния рождения Са­му­и­ла. В это вре­мя слу­же­ние пер­во­свя­щен­ни­ка и слу­же­ние су­дьи со­че­та­ют­ся в од­ном ли­це, а имен­но в ли­це пер­во­свя­щен­ни­ка Илия, ко­то­рый слу­жит при ски­нии, рас­по­ло­жен­ной в Си­ло­ме. Однажды к не­му яв­ля­ет­ся не­кая бес­плод­ная жен­щи­на, ко­то­рая мо­лит­ся Бо­гу о да­ро­ва­нии ей ча­да. Господь исполнил прошение Анны (так звали мать Самуила) – родился младенец, ко­то­ро­го мать обе­ща­ла по­свя­тить Бо­гу. Так на­чи­на­ет­ся ис­то­рия про­ро­ка Са­му­и­ла.


Слу­же­ние при ски­нии в ту эпоху да­ле­ко от­сто­ит от то­го иде­а­ла, ко­то­рый изо­б­ра­жен в Пя­ти­кни­жии. Все выглядит очень про­сто, нет да­же осо­бо­го упо­ми­на­ния о ле­ви­тах, есть Илий – пер­во­свя­щен­ник, и два его сы­на (1 Цар. 1:3). Когда Анна была в храме Господнем и молилась в великой скорби о даровании ей сына, священник Илий решил, что она пьяна (1 Цар. 1:9–14). Воз­мож­но, это про­изо­ш­ло из-за необычности ее мо­лит­вы. Можно предположить, что ев­реи тра­ди­ци­он­но мо­ли­лись вслух и до­ста­точ­но гром­ко. Ес­ли по­смо­т­рим на то, как изо­б­ра­жа­ет­ся мо­лит­ва в Псал­ти­ри, то уви­дим, что там по­сто­ян­но ис­поль­зу­ет­ся та­кое сло­во, как «вос­клик­нем
», ко­то­рое ука­зы­ва­ет на до­ста­точ­но гром­кое про­из­не­се­ние мо­литв. Об­раз скорб­ной мо­лит­вы Анны от­ли­чал­ся от тра­ди­ци­он­но­го, что и поз­во­ли­ло пред­по­ло­жить пер­во­свя­щен­ни­ку, что она пья­на. Мо­жет быть, это был не един­ст­вен­ный ин­ци­дент по­доб­но­го ро­да, что совпадает с ха­рак­те­ристикой этой эпо­хи, данной в книге Судей.



12.3. Песнь Ан­ны про­ро­чи­цы

Ра­дость о рож­дении сына у Ан­ны, вы­ра­жа­ет­ся в фор­ме тор­же­ст­вен­но­го пес­но­пе­ния, ко­то­рое при­во­дит­ся во вто­рой гла­ве кни­ги Царств. Бла­го­да­ря сво­ей воз­вы­шен­но­с­ти и про­ро­че­с­ко­му со­дер­жа­нию, оно во­шло в со­став еже­днев­но­го бо­го­слу­же­ния. Эта песнь ста­ла тре­ть­ей биб­лей­ской пес­ней ка­но­на на ут­ре­не. «Ут­вер­ди­ся серд­це мое в Гос­по­де, воз­не­се­ся рог мой в Бо­зе мо­ем, раз­ши­ри­ша­ся ус­та моя на вра­ги моя, воз­ве­се­лих­ся о спа­се­нии Тво­ем <…> яко не­пло­ды ро­ди седмь, и мно­гая в ча­дех из­не­мо­же: Гос­подь мерт­вит и жи­вит, низ­во­дит во ад и воз­во­дит <…> да не хва­лит­ся пре­му­д­рый пре­му­д­ро­с­тию сво­ею, и да не хва­лит­ся силь­ный си­лою сво­ею, и да не хва­лит­ся бо­га­тый бо­гат­ст­вом сво­им: но о сем да хва­лит­ся хва­ляй­ся, еже ра­зу­ме­ти и зна­ти Гос­по­да, и тво­ри­ти суд и прав­ду по­сре­де зем­ли: Гос­подь взы­де на не­бе­са и воз­гре­ме: Той су­дит кон­цем зем­ли, пра­ве­ден сый, и дастъ кре­пость ца­рем на­шым и воз­не­сет рог Хри­с­та Сво­е­го
» (1 Цар. 2:1, 5–6, 10).


Здесь впер­вые в Свя­щен­ном Пи­са­нии зву­чит про­ро­че­ст­во о По­ма­зан­ни­ке. Ес­ли преж­де про­ро­че­ст­ва о Хри­с­те называли Его прикровенно как се­мя же­ны, ча­я­ние на­ро­дов, жезл кре­по­с­ти, то здесь впер­вые Он на­зы­ва­ет­ся По­ма­зан­ни­ком, по-ев­рей­ски – Мес­си­ей, по-гре­че­с­ки Хри­с­том. Рог – символ могущества, бла­го­со­сто­я­ния и по­бе­ды. Ког­да го­во­рит­ся о том, что Гос­подь «взы­де на не­бе­са и воз­гре­ме
», то про­ро­че­ст­ву­ет­ся о воз­не­се­нии Гос­под­нем.



12.4. При­зва­ние Са­му­и­ла (1 Цар. 3 гл.)

Своего сына Анна ос­тав­ля­ет в до­ме Илия, что­бы он слу­жил при ски­нии, а у нее рождаются еще трое сыновей и две дочери.


Ес­ли Илий был че­ло­веком пра­вед­ной жиз­ни, то его сы­но­вья по­сту­па­ли бес­чин­но. Они во­пре­ки за­ко­ну бра­ли се­бе из жертв не толь­ко то, что им пред­наз­на­ча­лось, но и то, что им хо­те­лось, при­чем не­ред­ко тре­бо­ва­ли, что­бы их часть бы­ла им от­да­на прежде, чем со­вер­ше­но жерт­во­при­но­ше­ние. Они ве­ли раз­врат­ную жизнь, на­род роп­тал, а Илий не пред­при­ни­мал про­тив них ни­ка­ких се­рь­ез­ных мер, кро­ме крот­ко­го уве­ща­ния, на ко­то­рое они вни­ма­ния не об­ра­ща­ли. За­ме­тим, что го­во­рит Пи­са­ние о сы­но­вь­ях Илия: «они не зна­ли Гос­по­да
» (1 Цар. 2:12). Че­рез че­ло­ве­ка Бо­жия, не на­зван­но­го по име­ни, Илий по­лу­ча­ет от­кро­ве­ние о том, что дом его не ус­то­ит, и что сам он, хо­тя и не бу­дет от­лу­чен от свя­щен­ст­ва, но все его по­том­ки не бу­дут до­жи­вать до ста­ро­сти. А оба его не­че­с­ти­вых сы­на по­гиб­нут в один день (1 Цар. 2:33-34). «И по­став­лю Се­бе свя­щен­ни­ка вер­но­го; он бу­дет по­сту­пать по серд­цу Мо­е­му и по ду­ше Мо­ей; и дом его сде­лаю твер­дым, и он бу­дет хо­дить пред по­ма­зан­ни­ком Мо­им во все дни
» (1 Цар. 2:35).


Са­му­ил при­зы­ва­ет­ся Бо­гом к слу­же­нию но­чью и сна­ча­ла пер­вые два ра­за при­бе­га­ет к Илию, ду­мая, что тот его зо­вет. И толь­ко в тре­тий раз, ког­да пер­во­свя­щен­ник на­учил его, ус­лы­шав го­лос, об­ра­тить­ся к Бо­гу, он по­лу­ча­ет от­кро­ве­ние о том, что грех до­ма Илия не за­гла­дит­ся во­век (1 Цар. 3:1-14).


«И воз­рос Са­му­ил, и Гос­подь был с ним; и не ос­та­лось ни од­но­го из слов его не­ис­пол­нив­шим­ся. И уз­нал весь Из­ра­иль от Да­на до Вир­са­вии, что Са­му­ил удо­с­то­ен быть про­ро­ком Гос­под­ним
» (1 Цар. 3:19–20). Вот на­ча­ло его слу­же­ния. При­знак ис­тин­но­го про­ро­че­ст­ва, ко­то­рый со­дер­жит­ся в Пя­ти­кни­жии (что ис­тин­ный про­рок есть тот, чьи сло­ва ис­пол­ня­ют­ся), здесь, в на­ча­ле слу­же­ния Са­му­и­ла, иг­ра­ет ре­ша­ю­щую роль. Преж­де это­го в Пи­са­нии про­ро­ка­ми на­зва­ны Ав­ра­ам (Быт. 20:3-7), Мо­и­сей (Втор. 18:15; 34:10), Аа­рон (Исх. 7:1), стар­цы, про­ро­че­ст­во­вав­шие в ста­не (Чис. 11:25-26), и не­из­ве­ст­ный про­рок во вре­ме­на Ге­де­о­на (Суд. 6:7-10).



12.5. По­ра­же­ние от фи­ли­с­тим­лян. Ис­то­рия ков­че­га

Сле­ду­ю­щее со­бы­тие – это вой­на с фи­ли­с­тим­ля­на­ми. Борь­бой с фи­ли­с­тим­ля­на­ми бы­ла на­пол­не­на вся жизнь Сам­со­на; ко времени Самуила эта си­ту­а­ция не раз­ре­ши­лась. Фи­ли­с­тим­ля­не – это один из так называемых на­ро­дов мо­ря, на­се­ляв­ший при­бреж­ную по­ло­су, ко­то­рую не уда­лось в свое вре­мя за­во­е­вать Ии­су­су На­ви­ну. В тех­ни­че­с­ком от­но­ше­нии фи­ли­с­тим­ля­не бы­ли бо­лее развиты, чем из­ра­иль­тя­не. Они об­ла­да­ли же­лез­ным ору­жи­ем, при­чем власть их над из­ра­иль­тя­на­ми бы­ла та­ко­ва, что из­ра­иль­тя­не не мог­ли не толь­ко са­ми из­го­тав­ли­вать се­бе ору­жие из же­ле­за, но да­же, ес­ли им нуж­но бы­ло по­то­чить ка­кое-то ору­дие, то они долж­ны бы­ли об­ра­щать­ся к фи­ли­с­тим­ля­нам или тем, кто был ими на это упол­но­мо­чен. Кстати, одно из своих названий – Палестина – Святая Земля получила именно по имени этого народа. И вот из­ра­иль­тя­не вы­сту­пи­ли про­тив фи­ли­с­тим­лян на вой­ну. По­сле пер­во­го по­ра­же­ния они ре­ши­ли для ук­реп­ле­ния сво­их сил по­не­с­ти пе­ред со­бой ков­чег, по­ла­гая, что сам факт пред­не­се­ния ков­че­га бу­дет яв­лять­ся за­ло­гом то­го, что и Бог пой­дет впе­ре­ди них, что­бы, как в бы­лые вре­ме­на, со­кру­шить вра­гов. Два не­че­с­ти­вых сы­на Илия бе­рут ков­чег и от­прав­ля­ют­ся впе­ре­ди из­ра­иль­тян, твер­до уве­рен­ные, что Бог за ков­че­гом обя­за­тель­но пой­дет. Кон­ча­ет­ся это пла­чев­но – из­ра­иль­тя­не раз­би­ты, сы­но­вья Илия уби­ты, ков­чег за­хва­чен как цен­ный во­ен­ный тро­фей. Илий, ус­лы­шав о ги­бе­ли сво­их сы­но­вей, упал на зем­лю и, сло­мав се­бе хре­бет, уме­р. Так ис­пол­нил­ся суд Бо­жий над его до­мом.


Даль­ше при­во­дит­ся очень на­зи­да­тель­ный рассказ о судь­бе ков­че­га сре­ди фи­ли­с­тим­лян (1 Цар. 5, 6 гл.). Они при­но­сят ков­чег в храм сво­е­го бо­же­ст­ва Да­го­на, и идол раз­ру­ша­ет­ся. По­сле че­го сре­ди них на­чи­на­ют­ся бо­лез­ни, они на­чи­на­ют по­ги­бать и сра­зу же по­ни­ма­ют, в чем де­ло, что все эти бе­ды про­ис­хо­дят от ков­че­га. Об­ра­ти­те вни­ма­ние на скорость реакции. Ес­ли до из­ра­иль­тян по­доб­ные ве­щи до­хо­дят ино­гда по 10 – 20 лет, по изо­б­ра­же­нию кни­ги Су­дей, фи­ли­с­тим­ля­не, эти языч­ни­ки, го­раз­до бы­с­т­рее разобрались в про­ис­хо­дя­щем. Для вер­но­с­ти они ре­ша­ют ус­т­ро­ить ре­ли­ги­оз­ный экс­пе­ри­мент. Они бе­рут не­дав­но оте­лив­ших­ся ко­ров, за­пря­га­ют их в по­воз­ку, ста­вят свер­ху ков­чег и решают, что ес­ли ко­ро­вы пой­дут к сво­им те­ля­там, зна­чит, на­до ис­кать дру­гую при­чи­ну бед, а ес­ли ко­ро­вы по­ве­зут ков­чег об­рат­но к из­ра­иль­тя­нам, зна­чит, догадка о том, что ковчег стоит вернуть, правильная (1 Цар. 6 гл.). И дей­ст­ви­тель­но, про­ис­хо­дит так, как пред­по­ла­га­ли жрецы и прорицатели: по­воз­ка от­прав­ля­ет­ся в сто­ро­ну из­ра­иль­тян. В ка­че­ст­ве жерт­во­при­но­ше­ния фи­ли­с­тим­ля­не положили к ков­че­гу зо­ло­тые изо­б­ра­же­ния на­ро­с­тов, от ко­то­рых они уми­ра­ли, и мы­шей, ко­то­рые вне­зап­но так силь­но раз­мно­жи­лись.


По­воз­ка при­шла в Веф­са­мис. Жи­те­ли рас­ко­ло­ли ее на дро­ва и при­нес­ли ко­ров в жерт­ву. Но они ока­за­лись людь­ми лю­бо­пыт­ны­ми и ре­ши­ли по­смо­т­реть, что ле­жит в ков­че­ге. За это они бы­ли на­ка­за­ны великим по­ра­же­ни­ем (1Цар. 6:19–20). Ре­шив, что ни­ка­ко­го до­б­ра им от ков­че­га не бу­дет, от­пра­ви­ли его в дру­гое по­се­ле­ние, Ки­ри­а­фу-И­а­рим, где в до­ме некоего Ами­на­да­ва ков­чег про­сто­ял целых 20 лет. Это то­же ха­рак­те­ри­зу­ет ре­ли­ги­оз­ное со­сто­я­ние из­ра­иль­тян, так как 20 лет ков­чег на­хо­дил­ся в ча­ст­ном до­ме не­зна­чи­тель­но­го по­се­ле­ния, и ни­ко­го это не вол­но­ва­ло до вре­ме­ни царя Да­ви­да.


Не сов­сем по­нят­на судь­ба ски­нии после смерти Илия. Су­дя по от­ры­воч­ным ука­за­ни­ям, ко­то­рые со­дер­жат­ся в Свя­щен­ном Пи­са­нии, Си­лом, где нес свое слу­же­ние Илий, был раз­ру­шен и раз­граб­лен фи­ли­с­тим­ля­на­ми. Но ски­ния не бы­ла унич­то­же­на. Вто­рая кни­га Па­ра­ли­по­ме­нон (2 Пар. 1:3–6) го­во­рит о том, что Со­ло­мон и на­чаль­ни­ки, быв­шие при нем, от­пра­ви­лись в Га­ва­он, где бы­ла ски­ния со­бра­ния, ко­то­рую ус­т­ро­ил некогда Мо­и­сей (Исх. 33:7), и где был мед­ный жерт­вен­ник, сде­лан­ный еще во вре­ме­на Мо­и­сея.



12.6. Са­му­ил – су­дья

Са­му­ил ус­т­роил жерт­вен­ник в Раме и там со­вер­ша­л жерт­во­при­но­ше­ния. Постепенно ему удается от­вра­тить израильский на­род от идо­ло­по­клон­ст­ва и вер­нуть к бо­го­по­чи­та­нию (1 Цар. 7:3, 4). Израильтяне вновь стали со­би­рать­ся для бо­го­слу­же­ния. И вскоре получили по­мощь Бо­жию. Ког­да все израильтяне собрались к Са­му­и­лу в Мас­си­фу, фи­ли­с­тим­ля­не использовали это как удоб­ный по­вод для нападения. Но по за­ступ­ни­че­ст­ву Са­му­и­ла Гос­подь явил фи­ли­с­тим­ля­на­м та­кие гроз­ные при­род­ные яв­ле­ния, что на дол­гое вре­мя у них про­па­ла вся­кая охо­та де­лать на­па­де­ния на из­ра­иль­тян. «Так усмирены были Филистимляне, и не стали более ходить в пределы Израилевы; и была рука Господня на Филистимлянах во все дни Самуила
» (1 Цар. 7:13). Са­му­ил ревностно ис­пол­нял свое слу­же­ние, каждый год он обходил Вефиль, Галгал и Массифу и судил народ.



Гла­ва 13. Цар­ст­во Са­у­ла

Вре­мя служения Са­му­и­ла яви­лось пе­ре­ход­ным периодом к но­вой эпо­хе, ког­да ко­рен­ным об­ра­зом из­ме­ни­лась си­с­те­ма уп­рав­ле­ния в Из­ра­и­ле. На ме­с­то те­о­кра­тии при­шла мо­нар­хия. И уже в прав­ле­ние пер­во­го ца­ря стали оче­вид­ны все пре­иму­ще­ст­ва и не­до­стат­ки но­вой фор­мы прав­ле­ния. В эпоху Судей Бог Сам управлял Своим народом посредством данного им закона. Текущие вопросы разрешались старейшинами родов и колен. В трудных обстоятельствах Бог призывал к служению судей. Не было ни центрального аппарата управления, только общее святилище. Не было постоянной армии, так как Бог Сам воевал за Израиля. Для нормальной жизни при таких условиях требуется высокий уровень религиозного сознания, готовность служить Богу и жить по закону. Если этого нет, то получается то, что мы видели в конце книге Судей. Монархическое государство обладает многими возможностями оказывать воздействие на своих подданных в нужном направлении. Конечно, это воздействие внешнее. Между народом и Богом появляется посредник – царь. Первые цари избирались Богом, но добровольно принимались народом. Таким образом, от царя и его благочестия зависит очень много. Благочестивый царь может влиять на своих подданных самым благоприятным образом, нечестивый – довести до состояния крайнего развращения. Это становится особенно значимым тогда, когда царская власть начинает переходить по наследству независимо от нравственных достоинств человека. Кроме того традиции, существовавшие у других народов, также могли оказывать свое негативное влияние на действия царей.


Поскольку служение первосвященника тоже передавалось по наследству и не всегда поэтому было должным образом исполняемо, в период царств особое значение получило служение пророков, которые призывались непосредственно Богом и не были связаны никаким земными обязательствами.


Однако переход к монархии не был только приспособлением к неспособности израильтян жить в условиях теократии. Ведь говоря о жизни будущего века, Писание говорит о Царстве Божием. И вот явить некоторый образ этого Царства и было призвано царство Израильское.



13.1. Во­ца­ре­ние Са­у­ла

Ког­да Самуил со­ста­рил­ся, он думал по­ста­вить су­дь­я­ми над Из­ра­и­лем двух сво­их сы­но­вей. Но они ук­ло­ни­лись от праведного пу­ти: бра­ли по­дар­ки и су­ди­ли пре­врат­но. Воз­ник­ли пред­по­сыл­ки к то­му, что­ Из­ра­иль сно­ва откатится к прискорбному состоянию, так часто наступавшему в промежутках между служением судей. Поэтому из­ра­иль­тя­не стали просить Самуила поставить им ца­ря. Мож­но указать много причин для этого, на­при­мер, не­по­сто­ян­но­му опол­че­нию бы­ло слож­но сра­жать­ся про­тив по­движ­ных и про­фес­си­о­наль­ных от­ря­дов фи­ли­с­тим­лян. Слож­но с че­ло­ве­че­с­кой точ­ки зре­ния. Опыт по­ка­зы­ва­ет, что ес­ли Бог ох­ра­ня­ет из­ра­иль­тян, то нет и не­об­хо­ди­мо­с­ти в царской за­щи­те, по­то­му что Сам Гос­подь спо­со­бен вся­кое на­ше­ст­вие пре­дот­в­ра­тить. Дру­гая при­чи­на в том, что труд­но было при от­сут­ст­вии ви­ди­мо­го ав­то­ри­те­та при­ве­с­ти к по­ка­я­нию и сми­ре­нию ка­кое-то из ко­лен, как это бы­ло с ко­ле­ном Ве­ни­а­ми­но­вым, ко­то­рое при­шлось чуть ли не пол­но­стью ис­тре­бить. Ре­зуль­та­том та­ко­го ма­ло­ве­рия и та­кой не­мо­щи че­ло­ве­че­с­кой бы­ло то, что из­ра­иль­тя­не по­же­ла­ли по­ста­вить се­бе ца­ря.


Са­му­ил не­га­тив­но отре­а­ги­ро­вал на эту по­пыт­ку, по­сколь­ку они го­во­ри­ли: ты «по­ставь над на­ми ца­ря, что­бы он су­дил нас, как у про­чих на­ро­дов
» (1 Цар. 8:5). Эту формулировку, видимо, следует понимать так: «хо­тим жить, как все». И ска­зал тог­да Гос­подь Са­му­и­лу: «Не те­бя они от­вер­г­ли, но от­вер­г­ли Ме­ня, что­б Я не цар­ст­во­вал над ни­ми. Как они по­сту­па­ли с то­го дня, в который Я вы­вел их из Егип­та, и до се­го дня, ос­тав­ля­ли Ме­ня и служили иным богам, так по­сту­па­ют они и с то­бою
. Итак, по­слу­шай го­ло­са их; только пред­ставь им и объ­я­ви им пра­ва ца­ря, ко­то­рый бу­дет цар­ст­во­вать над ни­ми
» (1 Цар. 8:7–9). И Са­му­ил пред­став­ля­ет им пра­ва ца­ря, го­во­ря о тех тя­го­тах, ко­то­рые ца­ри на них на­ло­жат: «Вос­сте­на­е­те тог­да от ца­ря ва­ше­го, ко­то­ро­го вы из­бра­ли себе, и не бу­дет Гос­подь от­ве­чать вам тог­да
» (1 Цар. 8:11–18). Но на­род не со­гла­сил­ся и ска­зал: «Нет, пусть царь бу­дет над на­ми, и мы бу­дем, как про­чие на­ро­ды, бу­дет су­дить нас царь наш и хо­дить пред на­ми и ве­с­ти вой­ны на­ши
» (1 Цар. 8:19–20).


В за­ко­не Моисеевом пре­ду­с­мо­т­ре­на си­ту­а­ция по­став­ле­ния ца­ря и даны по это­му по­во­ду некоторые за­по­ве­ди, в ко­то­рых, в ча­ст­но­с­ти, го­во­рит­ся о том, что царь не дол­жен се­бе ум­но­жать ко­ли­че­ст­во ко­ней и ко­лес­ниц и не дол­жен со­би­рать мно­го зо­ло­та в до­ме сво­ем (Втор. 17:14-20). В Пя­ти­кни­жии ука­за­ние от­но­си­тель­но цар­ст­ва выглядит впол­не ней­т­раль­но. Однако в свя­зи с по­пыт­кой во­ца­ре­ния Ави­ме­ле­ха в книге Судей приводится обличительная прит­ча о тер­нов­ни­ке, ко­то­рый готов был во­ца­рить­ся над дру­ги­ми де­ре­вь­я­ми (Суд. 9:8-15). И мы видим здесь уже болезненную реакцию Самуила и указание от Бога о том, что они не только Самуила, но и Его Самого отвергли, желая быть как прочие народы, отказываясь от порядка, установленного во время Исхода. Тем не ме­нее и в этом от­ступ­ле­нии Гос­подь про­мыс­ли­тель­но для них со­вер­шает добро, как некогда ска­зал своим бра­ть­ям Ио­сиф: вы сде­ла­ли зло, но Бог об­ра­тил его в до­б­ро. Гре­хов­ное и не­пра­вед­ное по сво­им по­сыл­кам де­я­ние Гос­подь ис­прав­ля­ет; и ре­зуль­та­том это­го ус­та­нов­ле­ния цар­ско­го прав­ле­ния яв­ля­ет­ся по­яв­ле­ние Да­ви­да, ко­то­рый стал по­том об­раз­цом ца­ря, об­раз­цом пра­вед­но­с­ти для по­сле­ду­ю­щих по­ко­ле­ний и с ко­то­рым Гос­подь за­клю­чил за­вет, что имен­но из по­том­ков Да­ви­да про­изой­дет ис­тин­ный царь Из­ра­и­ля, Сын Бо­жий, Ко­то­ро­го пре­стол Гос­подь ук­ре­пит во­ве­ки.


Пер­вым израильским ца­рем был избран Са­ул из ко­ле­на Ве­ни­а­ми­но­ва. Из этого можно заключить, что, несмотря на историю, описанную в книге Судей (Суд. 19 – 21), колено Вениаминово не было отвергнуто Богом. Возможно, эта история приведена в Писании еще и для того, чтобы уберечь Вениамитян от превозношения тем фактом, что из их числа избран царь.


Саул был сыном знатного человека по имени Кис. Он был «молодой и красивый; и не было никого из Израильтян красивее его; он от плеч своих был выше всего народа
» (1 Цар. 9:2). Призвание на царство стало для него полной неожиданностью. Будучи посланным отцом на поиски потерявшихся ослиц и не найдя их, он собирался вернуться домой. Однако слуга посоветовал ему обратиться к человеку Божию, который «что ни скажет, сбывается
» (1 Цар. 9:6). Сделаю небольшое отступление и замечу, что Саул затрудняется, поскольку у него нет никакого подарка. У слуги находится четверть сикля серебра, и они, успокоившись, отправляются к прозорливцу, «ибо тот, кого называют ныне пророком, прежде назывался прозорливцем
» (1 Цар. 9:9). Из этих указаний можно заключить, что у людей простых отношение к пророкам имело нередко прагматический характер – пойти к ним с подарком, чтобы получить верный совет по хозяйственным проблемам.


Итак, Саул пришел к Самуилу, которому Господь открывает, что этого человека он должен помазать «в правители народу моему
» (1 Цар. 9:16). Са­му­ил так и де­ла­ет, возлив на голову Саула елей из сосуда. Для то­го, что­бы Са­ул ут­вер­дил­ся в сво­ем из­бра­нии, убе­дил­ся, что он дей­ст­ви­тель­но при­зван Бо­гом на это слу­же­ние, ему да­ет­ся зна­ме­ние. Са­му­ил го­во­рит ему: ты сей­час пой­дешь от ме­ня, встре­тишь двух че­ло­век, ко­то­рые ска­жут те­бе, что на­шлись ос­ли­цы, и вот отец ищет те­бя, по­том пой­дешь от­ту­да даль­ше и встре­тят те­бя три че­ло­ве­ка, один не­сет коз­лят, дру­гой – три хле­ба и тре­тий – мех с ви­ном, и за­тем пой­дешь даль­ше и встре­тишь там сонм про­ро­ков с псал­ти­рью и гус­ля­ми, и най­дет на те­бя Дух Гос­по­день, и ты бу­дешь про­ро­че­ст­во­вать с ни­ми и сде­ла­ешь­ся иным че­ло­ве­ком (1 Цар. 10:2-6). Это по­доб­но тем зна­кам, ко­то­рые Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос да­вал Сво­им уче­ни­кам, от­прав­ляя их, что­бы ус­т­ро­ить все для тай­ной ве­че­ри, ког­да Он го­во­рит, что вы пой­де­те в го­род и встре­ти­те че­ло­ве­ка, не­су­ще­го кувшин воды, иди­те за ним и спро­си­те, где та гор­ни­ца, в ко­то­рой Мне по­до­ба­ет пра­зд­но­вать (Мк. 14:13–14).


Вернувшись домой, Саул никому ничего не сказал о помазании. Тогда Са­му­ил со­би­ра­ет из­ра­иль­тян в Мас­си­фу и ус­т­ра­и­ва­ет фор­маль­ную про­це­ду­ру из­бра­ния через жребий. Жре­бий сна­ча­ла ука­зы­ва­ет на ко­ле­но Ве­ни­а­ми­но­во, по­том на со­от­вет­ст­ву­ю­щее пле­мя, на дом Ки­сов, и, на­ко­нец, был назван Са­ул. В мо­мент из­бра­ния Саул ве­дет се­бя до­воль­но скром­но, пы­та­ясь спря­тать­ся сре­ди по­во­зок. Са­му­ил его пред­став­ля­ет как ца­ря: «И изложил Самуил народу права царства, и написал в книгу, и положил пред Господом» (1 Цар. 10:25). Но не все на тот момент его при­ни­ма­ют, не­ко­то­рые го­во­рят: «Ему ли спа­сать нас? И пре­зре­ли его и не под­нес­ли ему да­ров
» (1 Цар. 10:27).


Са­ул из­би­ра­ет­ся по во­ле Бо­жи­ей. Дваж­ды го­во­рит­ся о том, что Гос­подь нис­по­сы­лал на не­го Ду­ха. Пер­вый раз, ког­да он толь­ко шел от Са­му­и­ла и встре­тил про­ро­ков и сам вме­с­те с ни­ми про­ро­че­ст­во­вал. За­тем, ког­да он от­пра­вил­ся на сра­же­ние с ам­мо­ни­тя­на­ми, ко­то­рые оса­ди­ли Иа­вис Га­ла­ад­ский, со­шел Дух Бо­жий на Са­у­ла, и он вышел на сра­же­ние (1 Цар. 11:6). Са­ул из­би­ра­ет­ся и по­лу­ча­ет особые да­ры от Бо­га на свое слу­же­ние. Те­о­кра­тия впол­не воз­мож­на для из­ра­иль­тян и в та­ком ви­де, ког­да над ни­ми сто­ит царь, но царь не обожествляющий се­бя, не пытающийся при­сво­ить се­бе всю власть над на­ро­дом, но понимающий се­бя как по­ма­зан­ни­ка и слу­жи­те­ля Бо­жия, ко­то­рый по­став­лен для это­го на­ро­да. Не слу­чай­но царь пре­бы­ва­ет в по­слу­ша­нии у про­ро­ка, открывающего ему во­лю Бо­жию, что до­ста­точ­но не­ха­рак­тер­но для вос­то­ка. Там ско­рее самому ца­рю свой­ст­вен­но быть вер­хов­ным жре­цом и са­мо­му об­щать­ся с бо­же­ст­вом, пе­ре­да­вать эту во­лю бо­же­ст­ва и соб­ст­вен­ную во­лю сво­им под­дан­ным. А здесь эти два слу­же­ния – цар­ское и про­ро­че­с­кое - па­рал­лель­ны, и оба из­бран­ни­ка яв­ля­ют­ся по­ма­зан­ни­ка­ми Бо­жь­и­ми, по­став­лен­ны­ми на слу­же­ние.



13.2. По­бе­ды и отступление Са­у­ла

Первым деянием Саула было освобождение города Иависа Галаадского от осадивших его аммонитян (1 Цар. 11 гл.). Отметим, что когда пришли послы из Иависа с просьбой о помощи, Саул «пришел … позади волов с поля
» (1 Цар. 11:5), то есть, жизнь царя не сильно пока изменилась.


Собрав объединенное войско израильтян, Саул выступил в поход. По­сле по­бе­ды над ам­мо­ни­тя­на­ми ав­то­ри­тет Саула ста­но­вит­ся не­пре­ре­ка­е­мым, и народ требует умертвить тех людей, ко­то­рые бы­ли про­тив его во­ца­ре­ния, но Саул прощает их. Са­му­ил сла­га­ет с се­бя зва­ние су­дьи, на­по­ми­ная на­ро­ду о том, что его соб­ст­вен­ное слу­же­ние бы­ло бес­по­роч­но и, что ес­ли они от­сту­пят от Бо­га и бу­дут слу­жить дру­гим бо­гам, то по­не­сут на­ка­за­ние, но ес­ли они ос­та­нут­ся вер­ны, то Гос­подь не ос­та­вит на­ро­да Сво­е­го (1 Цар. 12:20-25). Народ приносит покаяние в том, что отступил от Бога, потребовав себе царя, на что Самуил возвещает им прощение, а также обещает неотступно молиться за них.


Даль­ше Саул на­чи­на­ет­ вой­ну с фи­ли­с­тим­ля­на­ми, ко­то­рые пред­став­ля­ют со­бой на­и­боль­шую опас­ность для из­ра­иль­тян. Разбив охранный отряд филистимлян, Са­ул с вой­ском на­хо­дил­ся в Галгале. Фи­ли­с­тим­ля­не готовились к нападению, а Са­му­и­ла, ко­то­рый дол­жен был прий­ти, при­не­с­ти жерт­ву и со­вер­шить мо­лит­вы пе­ред на­ча­лом бит­вы, все не было. По­сле не­де­ли ожи­да­ния Са­ул ре­ша­ет исправить положение и са­мо­сто­я­тель­но при­но­сит жерт­ву (1 Цар. 13:8, 9). Вой­ско у не­го уже есть, фи­ли­с­тим­ля­не близ­ко, по­это­му нуж­но по­ско­рее за­кон­чить с этим де­лом и ид­ти во­е­вать.


Ед­ва кон­чил он воз­но­ше­ние все­со­ж­же­ния, «при­хо­дит Са­му­ил, и вы­шел Са­ул к не­му на­вст­ре­чу, что­бы при­вет­ст­во­вать его, но Са­му­ил ска­зал: “Что ты сде­лал?”, Са­ул от­ве­чал: «Я ви­дел, что на­род раз­бе­га­ет­ся от ме­ня, а ты не при­хо­дил к на­зна­чен­но­му вре­ме­ни... Тог­да по­ду­мал я: “те­перь при­дут на ме­ня фи­ли­с­тим­ля­не в Гал­гал, а я еще не во­про­сил Гос­по­да”, и по­то­му ре­шил­ся при­не­с­ти все­со­ж­же­ние
» (1 Цар. 13:11–12).
И ска­зал Са­му­ил Са­у­лу: «Ху­до по­сту­пил ты, что не ис­пол­нил по­ве­ле­ние Гос­по­да Бо­га тво­е­го, ко­то­рое да­но бы­ло те­бе, ибо ны­не уп­ро­чил бы Гос­подь цар­ст­во­ва­ние твое над Из­ра­и­лем на­всег­да
» (1 Цар. 13:13). Очень важ­ный мо­мент. Это ожи­да­ние, это за­мед­ле­ние Са­му­и­ла бы­ло не­ким ис­ку­ше­ни­ем для Са­у­ла, про­вер­кой, на­сколь­ко он тверд в сво­ей ве­ре, на­сколь­ко он го­тов до­ве­рить­ся Про­мыс­лу Бо­жию, на­сколь­ко он по­ла­га­ет­ся на Бо­га и на­сколь­ко он по­ла­га­ет­ся на се­бя. «Ибо ны­не уп­ро­чил бы Гос­подь цар­ст­во­ва­ние твое над Из­ра­и­лем на­всег­да, но те­перь не ус­то­ять цар­ст­во­ва­нию тво­е­му. Гос­подь най­дет Се­бе му­жа по серд­цу Сво­е­му и пове­лит ему Гос­подь быть вож­дем на­ро­да Сво­е­го, так как ты не ис­пол­нил то­го, что бы­ло по­ве­ле­но те­бе Гос­по­дом
» (1 Цар. 13:13–14). Хо­тя здесь еще не про­ис­хо­дит пол­но­го от­вер­же­ния Са­у­ла, оно ему уже пред­ре­ка­ет­ся.


По­ка еще это про­ро­че­ст­во. Мы ви­дим ге­ро­и­че­с­кие по­бе­ды, ви­дим по­двиг Ио­на­фа­на, сы­на Са­у­ло­ва, бла­го­да­ря ко­то­ро­му не­сколь­ким во­и­нам уда­лось одер­жать по­бе­ду и об­ра­тить фи­ли­с­тим­лян в бег­ст­во (1 Цар. 14:15). При этом Са­ул, ко­то­рый, кажется, был скло­нен к эф­фект­ным же­с­там и не­про­ду­ман­ным клят­вам, ска­зал, что бу­дет про­клят вся­кий, кто вку­сит пи­щу преж­де, чем бу­дет одер­жа­на окон­ча­тель­ная по­бе­да над фи­ли­с­тим­ля­на­ми. Ио­на­фан, ко­то­рый был в аван­гар­де и не знал ни­че­го об этих клят­вах от­ца, в те­че­ние сра­же­ния съел не­мно­го ди­ко­го ме­да для под­креп­ле­ния сил и, вер­нув­шись, уз­нал, что он по­пал под про­кля­тие и дол­жен быть каз­нен. Толь­ко за­ступ­ле­ние на­ро­да по­мог­ло Ио­на­фа­ну, который внес решающий вклад в победу, из­бе­жать ги­бе­ли. Это при­мер не­об­ду­ман­ной клят­вы и упор­ст­ва в до­ве­де­нии ее до кон­ца. По­хо­жая ис­то­рия мно­го поз­же привела к казни св. Иоанна Предтечи (Мф. 14:6-9; Мк. 6:21-28).


Продолжая войну про­тив фи­ли­с­тим­лян, Саул ос­во­бож­да­ет гор­ный рай­он ко­ле­на Еф­ре­мо­ва, ве­дет вой­ны про­тив ок­ру­жа­ю­щих на­ро­дов: мо­а­ви­тян, ам­мо­ни­тян, идумеев. Ес­ли рань­ше у из­ра­иль­тян, в со­от­вет­ст­вии с За­ко­ном, тра­ди­ци­он­но бы­ло «народное опол­че­ние», и в на­ча­ле царствования Са­у­ла бы­ло так же, то со временем царь на­чи­на­ет фор­ми­ро­вать во­круг се­бя ре­гу­ляр­ное вой­ско: «ког­да Са­ул ви­дел какого-либо че­ло­ве­ка силь­но­го и во­ин­ст­вен­но­го, брал его к се­бе
» (1 Цар. 14:52). Конечно удоб­но, ког­да под ру­кой у правителя по­сто­ян­но есть во­ору­жен­ные и обу­чен­ные лю­ди. Но это бы­ло от­ступ­ле­ни­ем от Бо­гом ус­та­нов­лен­но­го по­ряд­ка, и, как и пер­вая от­ме­чен­ная при­чи­на, про­во­ци­ро­ва­ло Са­у­ла все боль­ше и боль­ше по­ла­гать­ся на свои соб­ст­вен­ные си­лы и на си­лы сво­ей за­рож­да­ю­щей­ся ар­мии.


С этого времени ви­дна по­сте­пен­ная ду­хов­но-нрав­ст­вен­ная де­гра­да­ция Са­у­ла. Пер­вой при­чи­ной, воз­мож­но, ста­ло то, что по­сле пер­вых же по­бед на­род на­чал воз­да­вать честь и сла­ву за них ца­рю, в от­ли­чие от то­го, что бы­ло рань­ше, ког­да на­род за да­ро­ва­ние по­бе­ды все­гда про­слав­лял Бо­га. Сми­ре­ние, ко­то­рое преж­де бы­ло при­су­ще Са­у­лу, его ос­та­ви­ло. Го­тов­ность ос­та­вать­ся в тех рам­ках, ко­то­рые для не­го бы­ли установлены Са­му­и­лом и ко­то­рые на­кла­ды­ва­лись на не­го за­ко­ном Бо­жи­им, то­же по­сте­пен­но ос­ла­бе­ва­ет.



13.3. Окон­ча­тель­ное от­вер­же­ние Са­у­ла

Окон­ча­тель­ное от­вер­же­ние Са­у­ла Богом про­изо­ш­ло в ре­зуль­та­те его дей­ст­вий­ во вре­мя вой­ны про­тив ама­ли­ки­тян. Эта вой­на име­ла со­вер­шен­но осо­бен­ное зна­че­ние, по­то­му что в свое вре­мя, ког­да ама­ли­ки­тя­не пре­пят­ст­во­ва­ли из­ра­иль­тя­нам во вре­мя Ис­хо­да, Гос­подь по­ве­лел Мо­и­сею ос­та­вить по­сле се­бя на­каз о том, что ама­ли­ки­тя­не долж­ны быть ис­треб­ле­ны. И вот ис­пол­нить это за­ве­ща­ние вы­па­ло Са­у­лу. Са­му­ил го­во­рит ему: «Гос­подь по­слал ме­ня по­ма­зать те­бя ца­рем над на­ро­дом Его…, те­перь по­слу­шай гла­са Гос­по­да,… иди и по­ра­зи Ама­ли­ка … и ис­тре­би все, что у не­го; не бе­ри се­бе ни­че­го у них, но унич­тожь и пре­дай за­кля­тию все
» (1 Цар. 15:1–3). Са­ул от­прав­ля­ет­ся в по­ход, дей­ст­ви­тель­но одер­жи­ва­ет по­бе­ду, но луч­ших из овец и во­лов и все хо­ро­шее у амаликитян он не захо­те­л ис­тре­бить, а уничтожил все ма­ло­важ­ное и ху­дое. Нечто подобное мы ви­де­ли при опи­са­нии за­хва­та зем­ли обе­то­ван­ной в кни­ге Су­дей (Суд. 1:27-35). Са­ул и его во­и­ны ра­зом сде­ла­ли два якобы по­лез­ных де­ла: ис­пол­ни­ли, как посчитали нужным, за­по­ведь Бо­жию и за­хва­ти­ли се­бе мно­го хо­ро­шей до­бы­чи.


Ког­да Са­ул воз­вра­ща­ет­ся из по­хо­да, на­вст­ре­чу вы­хо­дит ему Са­му­ил, ко­то­ро­го Са­ул при­вет­ст­ву­ет пер­вым: «Бла­го­сло­вен ты у Гос­по­да, я ис­пол­нил сло­во Гос­по­да
». И ска­зал Са­му­ил: «А что это за бле­я­ние овец в ушах мо­их и мы­ча­ние во­лов, ко­то­рое я слы­шу?
» И ска­зал Са­ул: «При­ве­ли их от Ама­ли­ка, так как на­род по­ща­дил луч­ших из овец и во­лов для жерт­во­при­но­ше­ния Гос­по­ду Бо­гу тво­е­му, про­чее же мы ис­тре­би­ли
». Заметим эту особенность – «Богу твоему
». И ска­зал Са­му­ил Са­у­лу: «Не­уже­ли все­со­ж­же­ния и жерт­вы столь­ко же при­ят­ны Гос­по­ду, как по­слу­ша­ние гла­су Господа? По­слу­ша­ние луч­ше жерт­вы, и по­ви­но­ве­ние луч­ше ту­ка ов­нов, ибо не­по­кор­ность есть та­кой же грех, что вол­шеб­ст­во, и про­тив­ле­ние - то же, что идо­ло­по­клон­ст­во. За то, что ты от­верг сло­во Гос­по­да, и Он от­верг те­бя, что­бы ты не был ца­рем над Из­ра­и­лем
» (1 Цар. 15:13–15, 22–23). И хо­тя Саул пы­та­ет­ся при­не­с­ти ка­кую-то ви­ди­мость по­ка­я­ния, но со­вер­шен­но оче­вид­но, что это имен­но ви­ди­мость, и боль­ше его за­бо­тит то, что­бы все это не сде­ла­лась яв­ным и ви­ди­мым для на­ро­да, чем то, что он отвержен Богом. По­сле это­го Са­му­ил ушел в Раму и бо­лее не ви­дел­ся с Са­у­лом до дня смер­ти сво­ей (1 Цар. 15:35).



13.4. По­ма­за­ние Да­ви­да

«Но пе­ча­лил­ся Са­му­ил о Са­у­ле, по­то­му что Гос­подь рас­ка­ял­ся, что во­ца­рил Са­у­ла над Из­ра­и­лем
» (1 Цар. 15:35). У это­го че­ло­ве­ка бы­ло вна­ча­ле все, но он сво­ей не­вер­но­с­тью Бо­гу, сво­им от­ступ­ле­ни­ем от за­по­ве­дей, все воз­мож­но­с­ти, все, что ему Гос­подь дал, те­ря­ет, по­ло­жив­шись толь­ко на соб­ст­вен­ные си­лы и на свое ра­зу­ме­ние. Тогда Гос­подь по­сы­ла­ет Са­му­и­ла в Вифлеем в дом Иес­сея, чтобы млад­ше­го из его сы­но­вей – Да­ви­да, по­ма­зать на цар­ст­во. О Да­ви­де го­во­рит­ся так: «Он был бе­ло­кур, с кра­си­вы­ми гла­за­ми и при­ят­ным ли­цом. И ска­зал Гос­подь: встань, по­мажь его, ибо это он. И взял Са­му­ил рог с еле­ем и по­ма­зал его сре­ди бра­ть­ев его, и по­чи­вал Дух Гос­по­день на Да­ви­де с то­го дня и по­сле
» (1 Цар. 16:12–13). По­сле по­ма­за­ния Са­ул то­же спо­доб­лял­ся схождения Духа Свя­того, ук­реп­лявшего его в слу­же­нии. Те­перь же по­ма­зан­ни­ком Бо­жи­им стал Да­вид, при­чем о Да­ви­де, в от­ли­чие от Са­у­ла, го­во­рит­ся, что на нем Дух пре­бы­вал все вре­мя с то­го дня. От Саула же «отступил Дух Господень» (1 Цар. 16:14).



13.5. Да­вид и Са­ул

Пер­во­на­чаль­ная ис­то­рия Да­ви­да при дво­ре Са­у­ла хорошо из­ве­ст­на. Да­вида приглашают во дво­рец Са­у­ла, чтобы он ус­по­ка­и­вал му­чи­мо­го злым ду­хом царя иг­рой на гус­лях. Саул сделал его своим оруженосцем. За­тем Да­вид про­сла­вил­ся по­бе­дой над Го­ли­а­фом. При­ведем сим­во­ли­че­с­кое тол­ко­ва­ние этой по­бе­ды бла­жен­ным Фе­о­до­ри­том: «Да­вид от­сек Го­ли­а­фу го­ло­ву, вос­поль­зо­вав­шись его ме­чом, пред­на­пи­суя по­бе­ду Про­ис­шед­ше­го от не­го по пло­ти, ибо ди­а­вол ко кре­с­ту при­гвоз­див Гос­по­да на­ше­го, кре­с­том низ­ло­жен и ли­шен вла­с­ти» [цит. по: 59, с. 163]. Через непродолжительное время Давид был поставлен военачальником. Сла­ва Да­ви­да вы­ра­жа­лась в вос­кли­ца­ни­ях жен­щин о том, что Са­ул по­бе­дил ты­ся­чи, а Да­вид де­сят­ки ты­сяч, по­сколь­ку по­сле ги­бе­ли Го­ли­а­фа фи­ли­с­тим­ля­не по­бе­жа­ли. Про­ис­хо­дит при­бли­же­ние Да­ви­да к Са­у­лу, Да­вид же­нит­ся на до­че­ри Са­у­ла – Мелхоле, становится его зятем и ус­та­нав­ли­ва­ет­ся очень креп­кая и неж­ная друж­ба меж­ду Да­ви­дом и сы­ном Са­у­ла Ио­на­фа­ном.


Царь Са­ул, му­чи­мый злым ду­хом, ви­дя воз­вы­ше­ние Да­ви­да, предчувствуя, что он бу­дет его пре­ем­ни­ком, вся­че­с­ки ищет его убить. В кон­це кон­цов, Да­вид, пре­ду­преж­ден­ный Ио­на­фа­ном, вы­нуж­ден бе­жать, и по­сле это­го на­чи­на­ет­ся очень некрасивая стра­ни­ца в истории цар­ст­во­ва­ния Са­у­ла. Он, бро­сив все де­ла сво­е­го цар­ст­ва, с вой­ском го­ня­ет­ся по всей стра­не за Да­ви­дом. В этой по­го­не он со­вер­шен­но не зна­ет ни­ка­кой ме­ры. Ког­да Да­вид при­­шел к свя­щен­ни­ку Ахи­ме­ле­ху и забрал у не­го меч Го­ли­а­фа и взял хле­бы, чтобы подкрепить себя и бывших с ним (те са­мые хле­бы пред­ло­же­ния, на ко­то­рые по­том ссы­ла­ет­ся Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос, ког­да Его уче­ни­ков об­ви­ня­ют в том, что они в суб­бо­ту рас­ти­ра­ют ко­ло­сья се­бе в пи­щу), Са­ул уби­л и са­мо­го Авимелеха и 80 дру­гих свя­щен­ни­ков, счи­тая, что они изменили ему и по­мо­га­ют Да­ви­ду. В этом сно­ва про­яв­ля­ет­ся его дей­ст­ви­тель­ное от­но­ше­ние и к за­ко­ну Бо­жи­е­му, и к слу­жи­те­лям Бо­жи­им. Свой ин­те­рес и лич­ная враж­да становятся вы­ше все­го, вплоть до то­го, что он го­тов убить пер­во­свя­щен­ни­ка толь­ко за то, что тот, как ему ка­жет­ся, по­мог Да­ви­ду. Хо­тя Ахи­ме­лех до­воль­но спра­вед­ли­во го­во­рит ца­рю, что от­нюдь не впер­вые он ви­дит Да­ви­да и что все­гда Да­вид со­про­вож­дал ца­ря и не бы­ло ни­ка­ких при­чин для то­го, что­бы от­ка­зать Да­ви­ду в по­мо­щи.


Во вре­мя пре­сле­до­ва­ния Са­ул неоднократно ока­зы­ва­ет­ся в ситуации, когда Да­вид име­ет воз­мож­ность безнаказанно его умерт­вить и тем са­мым из­ба­вить­ся от пре­сле­до­ва­ния. Но Давид по­чи­та­ет по­ма­зан­ни­ка Бо­жия, ис­крен­не счи­тая Са­у­ла ца­рем и по­ма­зан­ни­ком, и не под­ни­ма­ет на не­го ру­ки. Вот один из мо­мен­тов, ког­да Да­вид по­ка­зал край одеж­ды, от­ре­зан­ный у Са­у­ла, в до­ка­за­тель­ст­во то­го, что тот был в его ру­ке, и сказал: «Да рас­су­дит Гос­подь меж­ду мною и то­бою, и да ото­мстит те­бе Гос­подь за ме­ня; но ру­ка моя не бу­дет на те­бе, как го­во­рит древ­няя прит­ча – от без­за­кон­ных ис­хо­дит без­за­ко­ние, а моя ру­ка не бу­дет на те­бе. Про­тив ко­го вы­шел царь Из­ра­иль­ский? За кем ты го­ня­ешь­ся? За мерт­вым псом, за од­ною бло­хою. Гос­подь да бу­дет су­дь­ею и рас­су­дит меж­ду мною и то­бою
...» (1 Цар. 24:13–16). Видя это, Са­ул дважды при­хо­дит в ка­кое-то уми­ле­ние и рас­ка­я­ние. Но это умиление было кратковременным. Саул возобновил преследования.


В результате Да­вид с отрядом в 600 человек вы­нуж­ден был во­все по­ки­нуть пре­де­лы Из­ра­иль­ских по­се­ле­ний и уй­ти к фи­ли­с­тим­ля­нам и там по­се­лить­ся и служить им, так что во вре­мя по­след­ней ре­ша­ю­щей бит­вы меж­ду фи­ли­с­тим­ля­на­ми и Са­у­лом Да­ви­ду чуть да­же не при­шлось вы­сту­пить в этом сра­же­нии на сто­ро­не фи­ли­с­тим­лян, от че­го все-та­ки Гос­подь его из­ба­вил (1 Цар. 29).



13.6. Ги­бель Са­у­ла

Ко­нец Са­у­ла был трагичным. С Са­му­и­лом до са­мой смер­ти по­след­не­го Са­ул боль­ше не встре­чал­ся. Гос­подь ни­ка­ким об­ра­зом не от­ве­чал боль­ше на во­про­ша­ния Са­у­ла, так что тот в кон­це кон­цов от­прав­ля­ет­ся в Аэндор к вол­шеб­нице, про­тив ко­то­рых он в луч­шие го­ды сво­е­го цар­ст­во­ва­ния из­да­вал не­од­но­крат­но стро­гие рас­по­ря­же­ния и в со­от­вет­ст­вии с за­ко­ном Бо­жи­им из­го­нял из пре­де­лов стра­ны. И вот он сам, пе­ре­одев­шись, приходит к вол­шеб­ни­це и про­сит ее вызвать ему из цар­ст­ва мерт­вых Са­му­и­ла. В этот мо­мент Саулу яв­ля­ет­ся Са­му­ил и го­во­рит ему, что он от­вер­жен Бо­гом и цар­ст­во бу­дет от­да­но другому. «И пре­даст Гос­подь Из­ра­и­ля вме­с­те с то­бою в ру­ки Фи­ли­с­тим­лян: за­в­т­ра ты и сы­ны твои бу­де­те со мною, и стан Из­ра­иль­ский пре­даст Гос­подь в ру­ки Фи­ли­с­тим­лян
» (1 Цар. 28:19).


Кто же пред­стал пе­ред Са­у­лом? Есть два мне­ния. Од­но­го при­дер­жи­вал­ись бла­жен­ный Фе­о­до­рит и свя­ти­тель Ам­вро­сий Ме­ди­о­лан­ский, что по осо­бо­му дей­ст­вию Бо­жию сам Са­му­ил в том об­ли­ке, ко­то­рый он имел при жиз­ни, пред­стал пе­ред Са­у­лом для то­го, что­бы его об­ли­чить, предстал не бла­го­да­ря вол­х­во­ва­нию этой жен­щи­ны, а для то­го, что­бы про­из­не­с­ти над Са­у­лом по­след­ний суд. Со­глас­но дру­гой точ­ке зре­ния, по вол­х­во­ва­нию этой жен­щи­ны явил­ся не­кий бес в об­ли­ке Са­му­и­ла, но, тем не ме­нее, со­дер­жа­ние то­го, что он ска­зал, впол­не со­от­вет­ст­ву­ет со­дер­жа­нию сло­ва Бо­жия от­но­си­тель­но Са­у­ла.


После этого на го­ре Гел­вуй про­изо­ш­ло сра­же­ние фи­ли­с­тим­лян с из­ра­иль­тя­на­ми, в ко­то­ром па­ли сы­но­вья Са­у­ла, и сам Са­ул, что­бы не по­пасть в плен, бро­сил­ся на меч и по­кон­чил с со­бой (1 Цар. 31 гл.). Так со­вер­шен­но бес­слав­но окон­чи­лось его цар­ст­во­ва­ние, и луч­шие из его сы­но­вей, ко­то­рые мог­ли быть на­след­ни­ка­ми, так­же по­гиб­ли. Израиль остался обезглавленным, филистимляне торжествовали (2 Цар. 1:1–12).



Гла­ва 14. Цар­ст­во Да­ви­да

14.1. На­чаль­ный пе­ри­од цар­ст­во­ва­ния Да­ви­да в Хе­в­ро­не

Известие о гибели Саула застало Давида в филистимлянском городе Секелаге, где он находился со своими людьми. О ней Да­ви­да из­вестил один ама­ли­ки­тя­нин, при­шед­ший к не­му с целью сни­с­кать ми­лость Да­ви­да и со­об­щив­ший, что он лич­но убил Са­у­ла на по­ле бра­ни. Же­ла­е­мой це­ли он не до­стиг, по­сколь­ку Да­вид ответил ему: «Как не по­бо­ял­ся ты под­нять ру­ку, что­бы убить по­ма­зан­ни­ка Гос­под­ня?
» (2 Цар. 1:14). Он ве­лел каз­нить это­го са­мо­воль­но­го «бла­го­ве­ст­ни­ка» и вос­пел тро­га­тель­ную песнь на смерть Са­у­ла и сво­е­го дру­га Ио­на­фа­на (2 Цар. 1:19-27).


По­сле это­го Да­вид вме­с­те с от­ря­дом по пря­мо­му ука­за­нию Бо­жию пе­ре­ме­ща­ет­ся в Хе­в­рон, где ста­но­вит­ся ца­рем над ко­ле­ном Иу­ди­ным, при­няв по­ма­за­ние от лю­дей это­го ко­ле­на. В это же вре­мя во­е­на­чаль­ник Са­у­ла Аве­нир во­ца­рил над Из­ра­и­лем сы­на Са­у­ла Ие­во­с­фея. На­чи­на­ет­ся граж­дан­ская вой­на меж­ду ко­ле­ном Иу­ди­ным и те­ми, кто счи­тал по­том­ка Са­у­ла за­кон­ным на­след­ни­ком цар­ско­го пре­сто­ла. Во гла­ве вой­ска Да­ви­да по­ми­мо не­го са­мо­го сто­ят его пле­мян­ни­ки Ио­ав, Авес­са и Аса­ил, во гла­ве войск Ие­во­с­фея – Аве­нир.


Граж­дан­ская вой­на все­гда яв­ля­ет­ся тра­ге­ди­ей, по­сколь­ку бра­тья сра­жа­ют­ся про­тив бра­ть­ев. Во вре­мя пер­во­го же сра­же­ния, про­изо­шед­ше­го у Га­ва­он­ско­го пру­да, ког­да брат Авес­сы и Ио­а­ва Аса­ил пре­сле­до­вал бе­гу­ще­го Аве­ни­ра, тот просил его: «От­стань от ме­ня, чтоб я не по­верг те­бя на зем­лю; тог­да с ка­ким ли­цом яв­люсь я к Ио­а­ву, бра­ту тво­е­му?
» (2 Цар. 2:22). Он по­ни­мал, что как го­раз­до бо­лее опыт­ный силь­ный во­ин, вый­дет по­бе­ди­те­лем из по­един­ка. Од­на­ко Аса­ил не внял и был убит Аве­ни­ром. Так лич­ные вза­и­мо­от­но­ше­ния меж­ду на­чаль­ни­ка­ми двух враж­ду­ю­щих ла­ге­рей бы­ли на­всег­да ис­пор­че­ны.


Аве­нир был главной опо­рой по­том­ков Са­у­ла в этой вой­не. Он имел весь­ма боль­шие при­тя­за­ния и не исключал возможности самому стать ца­рем. Меж­ду ним и Ие­во­с­фе­ем про­ис­хо­дит ссо­ра, по­сле кото­рой Аве­нир при­хо­дит к Да­ви­ду и пред­ла­га­ет ему по­кор­ность ос­таль­ных ко­лен, то есть пред­ла­га­ет ему стать его со­юз­ни­ком и спо­соб­ст­во­вать во­ца­ре­нию Да­ви­да над все­ми ко­ле­на­ми Из­ра­и­ле­вы­ми. Да­вид соглашается и заключает со­юз с Аве­ни­ром. Од­на­ко Ио­ав, уз­нав о том, до­го­ня­ет Аве­ни­ра и пре­да­тель­ским об­ра­зом его уби­ва­ет, что, ко­неч­но, яв­ля­ет­ся бо­лью и огор­че­ни­ем для Да­ви­да. Но сде­лать он по­ка ни­че­го не мо­жет, по­сколь­ку, как он сам го­во­рит, «эти лю­ди, сы­но­вья Са­руи, силь­нее ме­ня. Пусть же воз­даст Гос­подь де­ла­ю­ще­му злое по зло­бе его
» (2 Цар. 3:38–39). Аве­ни­ра с по­че­с­тя­ми по­греб­ли в Хе­в­ро­не.


По­сле ги­бе­ли Аве­ни­ра де­ло сто­рон­ни­ков Ие­во­с­фея в военном отношении ста­но­вит­ся без­на­деж­ным. На­хо­дят­ся два во­е­на­чаль­ни­ка, ко­то­рые уби­ва­ют царевича яв­ля­ют­ся к Да­ви­ду с го­ло­вой уби­то­го, же­лая этим сни­с­кать ми­лость Да­ви­да. Да­вид в от­вет пре­да­ет каз­ни их са­мих. Но те­перь нет дру­гой кан­ди­да­ту­ры на цар­ст­во, кро­ме Да­ви­да. Ста­рей­ши­ны всех ко­лен Из­ра­и­ле­вых при­хо­дят к Да­ви­ду в Хеврон, при­зна­ют его ца­рем и по­ма­зы­ва­ют его на цар­ст­во (2 Цар. 5:3).


Таким образом Да­вид был триж­ды по­ма­зан на цар­ст­во. По мне­нию свя­ти­те­ля Афа­на­сия Ве­ли­ко­го, тро­е­крат­ное по­ма­за­ние Да­ви­да в ца­ря (сна­ча­ла в до­ме от­ца, по­том в Хе­в­ро­не от иу­де­ев и затем там же от всех ко­лен) про­об­ра­зо­ва­ло со­бой то, что «Хри­с­тос рож­ден ца­рем преж­де всех ве­ков, по­том, во­пло­тив­шись от Де­вы, при­знан ца­рем не­мно­ги­ми, а по­сле Вос­кре­се­ния да­на Ему вся­кая власть на не­бе­си и на зем­ли (Мф. 28:18)» [цит. по: 59, с.166].



14.2. Рас­цвет цар­ст­ва Да­вида

Да­ви­ду, ког­да он во­ца­рил­ся, бы­ло 30 лет. К это­му вре­ме­ни он уже был опыт­ным во­е­на­чаль­ником и по­ли­тиком. Но не это глав­ное. О Са­у­ле дваж­ды го­во­рит­ся, что Дух Бо­жий схо­дил на не­го, один раз как знамение после помазания, другой – пе­ред первым военным походом, а о Да­ви­де ска­за­но, что по­сле по­ма­за­ния Са­му­и­ло­м Дух Бо­жий со­шел на не­го и пре­бы­вал на Да­ви­де во все вре­мя жиз­ни его. С мо­мен­та его во­ца­ре­ния на­чи­на­ет­ся ис­то­рия од­но­го из на­и­бо­лее слав­ных, ес­ли не са­мо­го слав­но­го прав­ле­ния в Израиле, ко­то­рое про­дол­жа­лось 40 лет.


Ка­ко­ва же ис­то­рия это­го прав­ле­ния? Да­вид пред­при­ни­ма­ет не­сколь­ко ре­ши­тель­ных по­хо­дов, преж­де все­го, про­тив фи­ли­с­тим­лян (2 Цар. 8:1). Ес­ли рань­ше фи­ли­с­тим­ская уг­ро­за по­сто­ян­но до­вле­ла над из­ра­иль­тя­на­ми, то Да­вид пол­но­стью вы­тес­нил фи­ли­с­тим­лян в их соб­ст­вен­ные пре­де­лы, а впос­лед­ст­вии одер­жал над ни­ми решительную по­бе­ду. Не­смо­т­ря на то, что окон­ча­тель­но за­во­е­ва­ны они так и не бы­ли, но тем не ме­нее на­дол­го ока­за­лись за­ви­си­мы­ми от из­ра­иль­тян. За­тем Да­ви­д предпринял не­сколь­ко ус­пеш­ных по­хо­дов про­тив ок­ру­жа­ю­щих на­ро­дов, так что ему уда­лось по­ми­мо ос­во­бож­де­ния тех зе­мель, ко­то­рые за­хва­тил в свое вре­мя Ии­сус На­вин, расширить тер­ри­то­рию сво­е­го цар­ст­ва. На юге зем­ли, от не­го за­ви­ся­щие, до­сти­га­ли Крас­но­го мо­ря, на се­ве­ре – вер­хо­вий Ев­фра­та, на вос­то­ке ему бы­ли под­чи­не­ны зем­ли мо­а­ви­тян и ам­мо­ни­тян. Относительную не­за­ви­си­мость со­хра­ни­ли зем­ли фи­ли­с­тим­ские и фи­ни­кий­ские.


Семь с по­ло­ви­ной лет Да­вид цар­ст­во­вал, имея ре­зи­ден­цию в Хе­в­ро­не. Окончательно утвердившись в Из­ра­и­ле, он пред­при­нял поход на невусеев и завоевал город Иерусалим, преж­де на­зы­вав­ший­ся Са­ли­мом. До вре­ме­ни Да­ви­да он не при­над­ле­жал ни од­но­му из ко­лен и на­хо­дил­ся в очень удоб­ном ме­с­те на пе­ре­се­че­нии глав­ных до­рог, со­еди­ня­ю­щих ча­с­ти цар­ст­ва. После за­хва­та Иерусалим ста­л собственностью царя (2 Цар. 5:6-9). В этот го­род Да­вид пе­ре­но­сит свою сто­ли­цу и на­чи­на­ет его обу­с­т­ра­и­вать: ук­реп­ля­ет кре­пость, стро­ит дво­рец. На­чи­на­ет­ся но­вая куль­тур­ная эпо­ха для из­ра­иль­тян, по­сколь­ку та­кой осо­бой го­род­ской «столичной» куль­ту­ры до это­го мо­мен­та не было. Да­вид, ко­то­рый имел уже не­сколь­ко жен и сы­но­вей, на­чи­на­ет обу­с­т­ра­и­вать свой двор. Он строит дворец, за­во­дит у се­бя ад­ми­ни­с­т­ра­цию: дее­пи­са­те­ля, то есть ле­то­пис­ца, на­чаль­ни­ков над ра­бо­та­ми, во­е­на­чаль­ни­ков и т.д., от­ча­с­ти по­вто­ряя ус­т­рой­ст­во еги­пет­ской ад­ми­ни­с­т­ра­ции, хо­тя по-преж­не­му он сам яв­ля­ет­ся глав­ным на­чаль­ни­ком над вся­ким ро­дом государственной де­я­тель­но­с­ти в Из­ра­и­ле (2 Цар. 8:15-18).



14.3. Пе­ре­не­се­ние ков­че­га

Обу­с­т­ро­ив Ие­ру­са­лим, Да­вид ре­шил сде­лать его и ре­ли­ги­оз­ным цен­т­ром. Са­ул с заметным не­бре­же­нием от­но­сил­ся к ре­ли­ги­оз­ной сто­ро­не жиз­ни на­ро­да. Со вре­мен по­ра­же­ния при пер­во­свя­щен­ни­ке Илии ков­чег на­хо­дил­ся в Ки­ри­а­фи­а­ри­ме, в до­ме Ами­на­да­ва. Да­вид ре­ша­ет пе­ре­не­с­ти ков­чег за­ве­та в Ие­ру­са­лим. Он от­прав­ля­ется за ним во главе 80-ти тысяч человек, од­на­ко ков­чег уже не несут на руках по древ­не­му обы­чаю, а ста­вят на по­воз­ку. Во вре­мя транс­пор­ти­ров­ки по­воз­ка на­кре­ни­лась, один из слу­жи­те­лей, Оза, хотел под­дер­жать ков­чег, «простер руку свою к ковчегу Божию [чтобы придержать его] и взялся за него» и за это дерз­но­ве­ние он умер (2 Цар. 6:6-8).


Да­вид, сму­тив­шись этим об­сто­я­тель­ст­вом, принимает решение не не­сти ков­чег в Ие­ру­са­лим, а по­вре­ме­нить, ожи­дая, что же бу­дет даль­ше, и ос­тав­ля­ет его не­по­да­ле­ку от ме­с­та, где про­изо­ш­ло по­ра­же­ние израильтян, в до­ме Авед­да­ра Ге­фя­ни­на. Ког­да че­рез три ме­ся­ца Да­ви­ду со­об­щи­ли, что Гос­подь бла­го­сло­вил Авед­да­ра и весь дом его, он пе­ре­нес ков­чег в Ие­ру­са­лим с ве­ли­ким тор­же­ст­вом, и сам с ра­до­с­тью пля­сал и ска­кал пе­ред ков­че­гом, чем (то есть неподобающим царю поведением) на­влек на се­бя осуж­де­ние сво­ей же­ны Мел­хо­лы, до­че­ри Са­у­ла (2 Цар. 6:20).



14.4. Обе­то­ва­ние Да­ви­ду

Пе­ре­не­ся ков­чег, Да­вид ре­ша­ет по­ст­ро­ить Храм для по­кло­не­ния Бо­гу, го­во­ря: «Я жи­ву в до­ме ке­д­ро­вом, а ков­чег Бо­жий на­хо­дит­ся под ша­т­ром
» (2 Цар. 7:2), сле­до­ва­тель­но, пер­во­на­чаль­но Да­вид со­ору­дил для ков­че­га в Ие­ру­са­ли­ме ски­нию (преж­няя, судя по указанию (1 Пар. 21:29), на­хо­ди­лась, по–ви­ди­мо­му, в Га­ва­о­не). Про­рок На­фан сначала одо­б­ря­ет это ус­т­ро­е­ние, но за­тем по­лу­ча­ет от­кро­ве­ние от Бо­га, в ко­то­ром го­во­рит­ся, что Да­вид Дом не по­ст­ро­ит: «Ска­жи ра­бу Мо­е­му Да­ви­ду: так говорит Господь: ты ли по­ст­ро­ишь Мне дом для Мо­е­го оби­та­ния, ког­да Я не жил в до­ме с то­го вре­ме­ни, как вы­вел сы­нов Из­ра­и­ле­вых из Егип­та, и до се­го дня, но пере­хо­дил в ша­т­ре и в ски­нии? Где Я ни хо­дил со все­ми сы­на­ми Из­ра­и­ля, го­во­рил ли Я хо­тя сло­во ка­ко­му-ли­бо из ко­лен, ко­то­ро­му Я на­зна­чил па­с­ти на­род Мой, Из­ра­и­ля: “по­че­му не по­ст­ро­и­те Мне ке­д­ро­во­го до­ма”? И те­перь так ска­жи ра­бу Мо­е­му Да­ви­ду, так го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф: Я взял те­бя от ста­да овец, что­бы ты был вож­дем на­ро­да Мо­е­го, Из­ра­и­ля, и был с то­бою вез­де, ку­да ни хо­дил ты, и ис­тре­бил всех вра­гов тво­их пред ли­цем тво­им, и сде­лал имя твое ве­ли­ким, как имя ве­ли­ких на зем­ле. И Я ус­т­рою ме­с­то для на­ро­да Мо­е­го, для Из­ра­и­ля, и уко­ре­ню его, и бу­дет он спо­кой­но жить на ме­с­те сво­ем, и не бу­дет тре­во­жить­ся боль­ше, и лю­ди не­че­с­ти­вые не ста­нут бо­лее тес­нить его, как преж­де, с то­го вре­ме­ни, как Я по­ста­вил су­дей над на­ро­дом Мо­им, Из­ра­и­лем; и Я ус­по­кою те­бя от всех вра­гов тво­их. И Гос­подь воз­ве­ща­ет те­бе, что Он ус­т­ро­ит те­бе дом. Ког­да же ис­пол­нят­ся дни твои, и ты по­чи­ешь с от­ца­ми тво­и­ми, то Я вос­став­лю по­сле те­бя се­мя твое, ко­то­рое про­изой­дет из чресл тво­их, и уп­ро­чу цар­ст­во его. Он по­ст­ро­ит дом име­ни Мо­е­му, и Я ут­вер­жу пре­стол цар­ст­ва его на­ве­ки, Я бу­ду ему от­цом, и он бу­дет Мне сы­ном, и ес­ли он со­гре­шит, Я на­ка­жу его жез­лом му­жей и уда­ра­ми сы­нов че­ло­ве­че­с­ких, но ми­ло­с­ти Мо­ей не от­ни­му от не­го, как Я от­нял от Са­у­ла, ко­то­ро­го я от­верг пред ли­цем тво­им. И бу­дет не­по­ко­ле­бим дом твой и цар­ст­во твое на­ве­ки пред ли­цом Мо­им, и пре­стол твой ус­то­ит во ве­ки
». (2 Цар. 7:5–16).


Таким образом, од­но­вре­мен­но с от­ка­зом Да­ви­ду в построении Храма ему дано было обе­то­ва­ние о се­ме­ни от чресл его, сы­не, ко­то­рый по­ст­ро­ит храм. В бли­жай­шей пер­спек­ти­ве, ко­неч­но же, это обе­то­ва­ние ка­са­лось Со­ло­мо­на, ко­то­рый дей­ст­ви­тель­но воз­двиг храм Бо­жий, но ес­ли быть вни­ма­тель­ны­ми, то мож­но за­ме­тить, что ска­зан­ное пол­но­стью на Со­ло­мо­не не ис­пол­ня­ет­ся. То, что бу­дет ут­верж­ден пре­стол его во ве­ки, о том, что он сы­ном Бо­жи­им на­ре­чет­ся, на Со­ло­мо­не бук­валь­но не ис­пол­ни­лось.


Здесь речь, ко­неч­но, идет о Хри­с­те, произошедшем то­же от се­ме­ни Да­ви­да. Во вре­мя Бла­го­ве­ще­ния Ар­хан­гел Га­в­ри­ил, об­ра­ща­ясь к Де­ве Ма­рии, напоминает от этом обе­то­ва­нии: «Он бу­дет ве­лик и на­ре­чет­ся Сы­ном Все­выш­не­го, и даст Ему Гос­подь Бог пре­стол Да­ви­да, от­ца Его; и бу­дет цар­ст­во­вать над до­мом Иа­ко­ва во­ве­ки, и цар­ст­ву Его не бу­дет кон­ца
» (Лк. 1:32–33). И апо­с­то­лы в сво­ей про­по­ве­ди ука­зы­ва­ли на эти сло­ва, как на про­ро­че­ст­во о Хри­с­те (Деян. 2:30).


Да­вид в от­вет воз­но­сит бла­го­дар­ст­вен­ную мо­лит­ву к Бо­гу, где воз­ве­ли­чи­ва­ет имя Гос­под­не. В кни­ге Па­ра­ли­по­ме­нон, за­ве­щая Со­ло­мо­ну по­ст­ро­ить храм, Да­вид до­бав­ля­ет, что Гос­подь не бла­го­сло­вил ему са­мо­му это стро­и­тель­ст­во, по­сколь­ку он про­лил мно­го кро­ви и вел боль­шие вой­ны (1 Пар. 22:6–16). Впро­чем, Да­вид не ос­тал­ся во­все не­при­ча­с­тен к по­ст­рой­ке Хра­ма, по­сколь­ку он за­нял­ся при­го­тов­ле­ни­ем все­го по­треб­но­го для его со­ору­же­ния. Это­му мно­го спо­соб­ст­во­вал его со­юз и друж­ба с Хи­ра­мом, ца­рем Тир­ским, ко­то­рый до­став­лял Да­ви­ду стро­и­тель­ный ма­те­ри­ал (1 Пар. 14:1).



14.5. Ор­га­ни­за­ция бо­го­слу­же­ния

Пер­вая кни­га Па­ра­ли­по­ме­нон до­бав­ля­ет новые факты о деяниях Да­ви­да в Ие­ру­са­ли­ме: ус­т­ро­е­нии ле­вит­ско­го и свя­щен­ни­че­с­ко­го слу­же­ния при Хра­ме, раз­де­ле­нии семей свя­щен­но­слу­жи­те­лей на 24 че­ре­ды с тем, что­бы каж­дая че­ре­да не­сла свое слу­же­ние в хра­ме оп­ре­де­лен­ное ко­ли­че­ст­во вре­ме­ни. По­это­му, ког­да мы читаем, что свя­щен­ник За­ха­рия был из Ави­е­вой чре­ды (Лк. 1:5), вспоминаем, что это рас­пре­де­ле­ние сохранилось еще со вре­ме­н Да­ви­да.


Кро­ме то­го, из чис­ла ле­ви­тов он поставил су­дей и учи­те­лей по тер­ри­то­рии царства и, на­ко­нец, ис­пол­нил пред­пи­са­ние Мо­и­се­я о пре­до­став­ле­нии 48 го­ро­дов ле­ви­там и выделении из них 6 го­ро­дов-убе­жищ (Чис. 35:6-7). Де­ло в том, что не­ко­то­рые го­ро­да, ука­зан­ные Мо­и­се­ем в ка­че­ст­ве го­ро­дов-убе­жищ, до вре­ме­ни Да­ви­да во­об­ще не при­над­ле­жа­ли из­ра­иль­тя­нам, по­это­му толь­ко при нем ста­ло воз­мож­ным окон­ча­тель­но ис­пол­нить это ука­за­ние.



14.6. Грех Да­ви­да. Рож­де­ние Со­ло­мо­на

Когда царство Давида упрочилось и он находился на вершине славы, процветания и благополучия, произошла по­учи­тель­ная ис­то­рия с Вир­са­ви­ей, же­ной Урии Хет­те­я­ни­на (2 Цар. 11 гл.). Она всем из­ве­ст­на, на ее пе­ре­ска­зе я не бу­ду ос­та­нав­ли­вать­ся. Важно отметить, что это произошло в мо­мент про­цве­та­ния, по­коя и сла­вы – самый опасный в духовном плане момент жизни как человека, так и общества.


По­сле то­го, как Да­вид всту­пил в пре­ступ­ную связь и ус­т­ро­ил убий­ст­во Урии через посредство Ио­а­ва, он был об­ли­чен про­ро­ком На­фа­ном через прит­чу об ов­це бед­ня­ка (2 Цар. 12:1-10). Ког­да Да­вид про­из­нес суд, то На­фан объ­я­вил ему, что суд этот он про­из­нес сам на се­бя. По­ка­яв­ший­ся Да­вид был про­щен, но про­рок ска­зал: «Как ты этим де­лом по
дал по­вод вра­гам Гос­по­да ху­лить Его
, то ум­рет ро­див­ший­ся у те­бя сын
» (2 Цар. 12:14). Весь­ма на­зи­да­тель­но то, как вел се­бя Да­вид пе­ред ли­цом это­го на­ка­за­ния. Ког­да ре­бе­нок за­бо­лел, Да­вид мо­лил­ся, ле­жа на зем­ле, и по­стил­ся, и от­ка­зы­вал­ся есть, и так про­дол­жа­лось семь дней до тех пор, по­ка ре­бе­нок не умер. Слу­ги бо­я­лись со­об­щить об этом Да­ви­ду, опа­са­ясь, что ес­ли он так оп­ла­ки­вал бо­лезнь, из­ве­с­тия о смер­ти он не пе­ре­не­сет. До­га­дав­шись о ги­бе­ли мла­ден­ца, Да­вид спро­сил об этом, ему от­ве­ти­ли; по­сле это­го он, к удив­ле­нию всех слу­жи­те­лей, встал, одел­ся, по­шел и по­мо­лил­ся в ски­нии, по­сле че­го вер­нул­ся до­мой и сел­ за тра­пе­зу. Ког­да его спро­си­ли о стран­но­с­ти та­ко­го по­ве­де­ния, он ска­зал, что до это­го мо­мен­та бы­ла на­деж­да на то, что Гос­подь сми­лу­ет­ся и со­хра­нит жизнь ре­бен­ку, но сей­час, как ска­зал Да­вид: «я пой­ду к не­му, а он не воз­вра­тит­ся ко мне
», по­это­му те­перь нет нуж­ды по­стить­ся и се­то­вать. За­ме­тим, Да­вид не пе­ре­ста­ет на­де­ять­ся на ми­ло­сер­дие Бо­жие да­же по­сле вы­не­се­ния стро­го­го при­го­во­ра и не роп­щет, ког­да его на­деж­да ос­та­лась тщет­ной. В уте­ше­ние ему, от Вир­са­вии ро­дил­ся вто­рой сын, ко­то­рый по­лу­чил имя Ие­ди­диа, то есть «воз­люб­лен­ный Бо­гом» или Со­ло­мон – «ми­ро­лю­би­вый» (2 Цар. 12:15–25).


Да­вид в этот пе­ри­од сво­ей жиз­ни об­ла­дал тра­ди­ци­он­ной в вос­точ­ном по­ни­ма­нии пол­но­той по­че­та, бо­гат­ст­ва и знат­но­с­ти. В ча­ст­но­с­ти, у не­го бы­ло мно­го жен и мно­го де­тей. Со­ло­мон от­нюдь не был са­мым стар­шим из них, по­ми­мо не­го еще бы­ло не­сколь­ко сы­но­вей, ко­то­рые име­ли го­раз­до боль­ше прав на пре­стол. По край­ней ме­ре, еще трое име­ли пе­ред ним пер­вен­ст­во стар­шин­ст­ва. Правда, следует заметить, что выражение «право на престол» здесь употреблено не в строгом смысле слова. Переход власти по наследству практиковался у окружающих Израиль народов. Но в самом Израиле монархия находилась в стадии становления. И Саул, и Давид были выборными царями и порядок наследования престола не был определен, что позволяло претендовать на царство не только сыновьям, но и видным военачальникам, каковым некогда был и сам Давид.



14.7. Ис­то­рия Авес­са­ло­ма

Пер­вый и са­мый стар­ший из цар­ских сы­но­вей Ам­нон по­гиб, совершив пре­ступ­ле­ние про­тив своей се­с­т­ры Фа­ма­ри (2 Цар. 13 гл.). За это преступление он был убит сво­им бра­том Авес­са­ло­мом. То, что Авес­са­лом убил Ам­но­на свя­за­но, по-ви­ди­мо­му, не толь­ко с же­ланием ото­мстить за се­с­т­ру, но и с намерением тем са­мым из­ба­вить­ся от со­пер­ни­ка, по­сколь­ку по­сле это­го убий­ст­ва он ста­но­вил­ся са­мым стар­шим сы­ном. Здесь мы ви­дим вто­рое по­след­ст­вие гре­ха Да­ви­да с Вир­са­ви­ей. Нрав­ст­вен­ное раз­ло­же­ние сре­ди сы­но­вей од­ной из при­чин име­ло грех их от­ца.


Сам Авес­са­лом по­сле со­вер­шен­но­го им убий­ст­ва бе­жал за пре­де­лы цар­ст­ва Да­ви­да, в Гес­сур, и про­жил там три го­да. По­сле че­го, по хо­да­тай­ст­ву Ио­а­ва (напомню, что Ио­ав и Авес­са бы­ли пле­мян­ни­ка­ми Да­ви­да, сы­но­вь­я­ми его се­с­т­ры и таким образом Авес­са­лом при­хо­дил­ся Ио­а­ву дво­ю­род­ным бра­том), Да­вид воз­вра­ща­ет Авес­са­ло­ма в Ие­ру­са­лим. Од­на­ко не встре­ча­ет­ся с ним, показывая, что тот на­хо­дит­ся в опа­ле.


Толь­ко че­рез два го­да Да­вид, на­ко­нец, при­ми­ря­ет­ся с Авес­са­ло­мом, впро­чем, се­бе на бе­ду, по­сколь­ку че­с­то­лю­бие Авес­са­ло­ма бы­ло вы­ше всех род­ст­вен­ных чувств. Пользуясь изменением своего положения, Авес­са­лом на­чи­на­ет при­вле­кать к се­бе серд­ца из­ра­иль­тян. Бу­ду­чи очень кра­си­вым внеш­не и, ви­ди­мо, че­ло­ве­ком оба­я­тель­ным, он, си­дя у во­рот, встре­чал­ тех, кто шел к ца­рю ра­ди су­да или ра­ди ре­ше­ния ка­ких–то во­про­сов, и го­во­рил: «де­ло твое до­б­рое и спра­вед­ли­вое, но у ца­ря не­ко­му вы­слу­шать те­бя… О, ес­ли бы ме­ня по­ста­ви­ли су­дь­ей в этой зем­ле! ко мне хо­дил бы вся­кий, кто име­ет спор и тяж­бу, и я су­дил бы его по прав­де… Так по­сту­пал Авес­са­лом со вся­ким Из­ра­иль­тя­ни­ном, при­хо­див­шим на суд к ца­рю, и вкра­ды­вал­ся Авес­са­лом в серд­це Из­ра­иль­тян
» (2 Цар. 15:3–6), – еще од­на ва­ри­а­ция на те­му Ка­и­на и Ха­ма. На­ко­нец, при­об­ре­тя до­ста­точ­ное ко­ли­че­ст­во при­вер­жен­цев, Авес­са­лом, вый­дя из Ие­ру­са­ли­ма и при­дя в Хе­в­рон, объ­яв­ля­ет се­бя ца­рем. Если вникнуть в слова Авессалома, то, возможно, выбор именно этого города – старой столицы – должен был символизировать возврат к патриархальной простоте нравов в противоположность «официальному быту» Иерусалима. Да­вид ока­зы­ва­ет­ся к это­му со­вер­шен­но не го­то­вым и не хо­чет ве­рить, что это дей­ст­ви­тель­но так, но ког­да он по­лу­ча­ет под­тверж­де­ние, то вы­нуж­ден с бли­жай­ши­ми со­рат­ни­ка­ми и слу­га­ми пеш­ком сроч­но бе­жать из Ие­ру­са­ли­ма (2 Цар. 15 гл.).


В бег­ст­ве Да­ви­да из Ие­ру­са­ли­ма и в дей­ст­ви­ях Авес­са­ло­ма от­кры­ва­ют­ся очень яр­кие про­ро­че­с­кие чер­ты. Нач­нем с то­го, что, хо­тя бы­ло мно­го раз­ных до­рог, Да­вид ухо­дит из Ие­ру­са­ли­ма че­рез по­ток Ке­д­рон, че­рез го­ру Еле­он­скую. На этой го­ре он уз­на­ет о том, что его бли­жай­ший со­рат­ник и со­вет­ник Ахи­то­фел пе­ре­шел на сто­ро­ну Авес­са­ло­ма, и там Да­вид мо­лит­ся: «Гос­по­ди, Бо­же мой, раз­рушь со­вет Ахи­то­фе­ла
» (2 Цар. 15:31). Параллель с Геф­си­ман­ской мо­лит­вой Хри­с­та.


За­тем Да­вид ухо­дит даль­ше от Ие­ру­са­ли­ма, и человек по имени Се­мей идет по скло­ну хол­ма, ки­да­ет кам­ни в Да­ви­да, зло­сло­вит его и кри­чит: «Ухо­ди, убий­ца и без­за­кон­ник! Гос­подь об­ра­тил на те­бя всю кровь до­ма Са­у­ло­ва, вме­с­то ко­то­ро­го ты во­ца­рил­ся, и пре­дал Гос­подь цар­ст­во в ру­ки Авес­са­ло­ма, сы­на тво­е­го; и вот, ты в бе­де, ибо ты
– кро­во­пий­ца
» (2 Цар. 16:7–8). Авес­са пред­ла­га­ет Да­ви­ду не­мед­лен­но пой­ти и убить это­го че­ло­ве­ка, од­на­ко Да­вид ему за­пре­ща­ет и го­во­рит: «Ос­тавь­те его, пусть он зло­сло­вит, ибо Гос­подь по­ве­лел ему зло­сло­вить Да­ви­да… Мо­жет быть, Гос­подь при­зрит на уни­чи­же­ние мое, и воз­даст мне Гос­подь бла­го­стию за те­пе­реш­нее его зло­сло­вие
» (2 Цар. 16:10–12). Пре­по­доб­ный Еф­рем Си­рин про­во­дит здесь па­рал­лель с тем, как Гос­подь в Геф­си­ман­ском са­ду за­пре­тил апо­с­то­лу Пе­т­ру при­бег­нуть к ору­жию для Его за­щи­ты, а Се­мея упо­доб­ля­ет свя­щен­ни­кам и книж­ни­кам, ко­то­рые ху­ли­ли Ии­су­са Хри­с­та, из­не­мо­гав­ше­го под бре­ме­нем кре­с­та [59, c. 170].


Об­ра­тим вни­ма­ние на со­вет­ни­ка Да­ви­до­ва – Ахи­то­фе­ла. Ког­да Авес­са­лом за­ни­ма­ет Ие­ру­са­лим, око­ло не­го ока­зы­ва­ют­ся два преж­них со­вет­ни­ка Да­ви­да: до­б­ро­воль­но пе­ре­шед­ший к не­му Ахи­то­фел (кста­ти, дед Вир­са­вии) и Ху­сий, друг Да­ви­да. По­след­не­го сам Да­вид по­про­сил не ид­ти с ним, а вер­нуть­ся к Авес­са­ло­му для то­го, что­бы по­ме­шать Ахи­то­фе­лу да­вать свои со­ве­ты. Ахи­то­фел дей­ст­ви­тель­но был ис­кус­ным со­вет­ни­ком и пред­став­лял со­бой ве­ли­кую опас­ность для Да­ви­да как че­ло­век дав­но его знав­ший и способный не­о­пыт­но­го и мо­ло­до­го Авес­са­ло­ма на­ста­вить на весь­ма вер­ные по­ли­ти­че­с­кие и во­ен­ные ре­ше­ния. Так и про­изо­ш­ло. «И ска­зал Ахи­то­фел Авес­са­ло­му: “Вы­бе­ру я 12 ты­сяч че­ло­век, и вста­ну, и пой­ду в по­го­ню за Да­ви­дом в эту ночь. И на­па­ду на не­го, ког­да он бу­дет утом­лен и с опу­щен­ны­ми ру­ка­ми, и при­ве­ду его в страх; и все лю­ди, ко­то­рые с ним раз­бе­гут­ся; и я убью од­но­го ца­ря, и всех лю­дей об­ра­щу к те­бе. И ког­да не бу­дет од­но­го, ду­шу ко­то­ро­го ты ищешь, тог­да весь на­род бу­дет в ми­ре”. И по­нра­ви­лось это сло­во Авес­са­ло­му и всем ста­рей­ши­нам Из­ра­и­ле­вым
» (2 Цар. 17:1–4). Это очень на­по­ми­на­ет из­ве­ст­ный со­вет Ка­и­а­фы (Ин. 11:50).


Ре­а­ли­за­ция пла­на Ахи­то­фе­ла су­ли­ла ги­бель Да­ви­ду и его лю­дям. Бог не оставил их, и Ху­сию уда­ет­ся от­го­во­рить Авес­са­ло­ма от по­доб­ных дей­ст­вий. Тог­да Ахи­то­фел по­ни­ма­ет, что по­сколь­ку Авес­са­лом его не по­слу­шал­ся, не по­гнал­ся за Да­ви­дом и не убил его сра­зу, то де­ло его про­иг­ра­но. Со­от­вет­ст­вен­но, про­иг­ра­но и де­ло са­мо­го Ахи­то­фе­ла. «И уви­дел Ахи­то­фел, что не ис­пол­нен со­вет его, и осед­лал ос­ла, и со­брал­ся, и по­шел в дом свой, в город свой, и сде­лал за­ве­ща­ние до­му сво­е­му, и уда­вил­ся, и умер
» (2 Цар. 17:23). Это един­ст­вен­ное ме­с­то в ка­но­ни­че­с­ких кни­гах Вет­хо­го За­ве­та, где го­во­рит­ся о по­доб­ном са­мо­убий­ст­ве, по­это­му оно зна­чи­тель­но и ука­зы­ва­ет на смерть Иу­ды. Соб­ст­вен­но, об­раз Ахи­то­фе­ла здесь тол­ку­ет­ся как изо­б­ра­же­ние са­та­ны, ко­то­рый вло­жил в серд­це Иу­ды по­гу­бить Хри­с­та, и са­мо­го Иу­ды, ко­то­рый пре­дал сво­е­го Гос­по­ди­на и Учи­те­ля [59, с.169].


О том, что все это вос­ста­ние было де­лом ди­а­воль­ским, сви­де­тель­ст­ву­ет не толь­ко то, что Авес­са­лом кле­ве­тал на от­ца, но и то, что он при жиз­ни по­ста­вил се­бе па­мят­ник (2 Цар. 18:18). Зна­чит, не ис­ка­ние спра­вед­ли­во­с­ти, а имен­но гор­дость бы­ла при­чи­ной его дей­ст­вий. Ка­кой ра­зи­тель­ный кон­траст по срав­не­нию с дей­ст­ви­я­ми Да­ви­да по от­но­ше­нию к Са­у­лу. При­том что Да­вид был по­ма­зан­ни­ком, а Авес­са­лом – нет.


По­сле то­го, как Да­ви­ду уда­лось уй­ти за Иор­дан, он со­брал во­круг се­бя вер­ных лю­дей, организовал их в вой­ско и дал сра­же­ние вой­скам Авес­са­ло­ма. Сво­им во­е­на­чаль­ни­кам и во­и­нам он дал ука­за­ние со­хра­нить жизнь Авес­са­ло­ма, при­ве­с­ти его жи­вым. Не­смо­т­ря на это, Ио­ав, ко­то­рый имел для это­го пол­ную воз­мож­ность, хлад­но­кров­но Авес­са­ло­ма убил. Уз­нав об этом, Да­вид был до край­но­с­ти огор­чен и плакал о по­гиб­ше­м сы­не (2 Цар. 18:33). Од­на­ко свою скорбь Да­вид вы­нуж­ден был скрыть по тре­бо­ва­нию Ио­а­ва, ко­то­рый за­явил, что царь, ока­зы­ва­ет­ся, боль­ше за­бо­тит­ся о сво­их вра­гах, чем о дру­зь­ях, и в тот день, ког­да одер­жана по­бе­да, царь ус­т­ра­и­ва­ет день скор­би. Тем са­мым он за­став­ля­ет Да­ви­да вый­ти, при­вет­ст­во­вать на­род и по­з­д­рав­лять его с по­бе­дой.



14.8. Вос­ста­нов­ле­ние вла­с­ти Да­ви­да

Да­вид воз­вра­ща­ет­ся в Ие­ру­са­лим; и те, ко­то­рые его пре­сле­до­ва­ли, и те, кто при­мы­ка­ли к Авес­са­ло­му, ста­ра­ют­ся с ним по­ми­рить­ся и по­лу­чить про­ще­ние. Тем не ме­нее цар­ст­во­ва­ние Да­ви­да про­дол­жа­ет быть бес­по­кой­ным. По­сле по­бе­ды над Авес­са­ло­мом пер­вы­ми Да­ви­да при­зва­ли вер­нуть­ся в Ие­ру­са­лим пред­ста­ви­те­ли ко­ле­на Иу­ди­на. Они же и встре­ти­ли его у Иор­да­на. Это вы­зва­ло не­до­воль­ст­во и бес­по­кой­ст­во про­чих из­ра­иль­тян, чем вос­поль­зо­вал­ся не­кий Са­вей из колена Вениаминова. Он пы­та­ет­ся от­де­лить ко­ле­на Из­ра­иль­ские от Иу­деи и ус­т­ра­и­ва­ет вос­ста­ние, воз­гла­сив: «Нет нам ча­с­ти в Да­ви­де, и нет нам до­ли в сы­не Иес­се­е­вом; все по ша­т­рам сво­им, Из­ра­иль­тя­не!
» (2 Цар. 20:1).


Да­вид по­сле убий­ст­ва Авес­са­ло­ма был огор­чен и ос­кор­б­лен дей­ст­ви­я­ми Ио­а­ва. По­это­му во гла­ве вой­ска, ко­то­рое по­сы­ла­ет­ся про­тив Са­вея, он ста­вит дру­го­го че­ло­ве­ка – Амес­сая (2 Цар. 20:4). Од­на­ко Ио­ав, уз­нав об этом, до­го­ня­ет Амес­сая, уби­ва­ет его и сам воз­глав­ля­ет по­го­ню (2 Цар. 20:10). Это еще од­но де­я­ние Ио­а­ва, ко­то­рое по­ка­зы­ва­ет, на­сколь­ко тот за­бо­тил­ся о сво­ем соб­ст­вен­ном по­ло­же­нии при дво­ре ца­ря. Ра­ди это­го он не ос­та­нав­ли­ва­лся пе­ред убийствами, ко­то­рые со­вер­шал хлад­но­кров­но, рас­чет­ли­во и ко­вар­но. Как в слу­чае с Аве­ни­ром (2 Цар. 3:27), так и в слу­чае с Амес­са­ем.


Иоав осадил Савея в Авеле-Беф-Маахе. Жители, увидев, что город может быть взят и разрушен, отсекли Савею голову и отдали Иоаву (2 Цар. 20:15-22).



14.9. Пе­ре­пись на­ро­да

В са­мые по­след­ние го­ды сво­е­го прав­ле­ния Да­вид неожиданно для своих приближенных ре­ша­ет ус­т­ро­ить пе­ре­пись на­се­ле­ния. Ио­ав возражал: «Гос­подь Бог твой да ум­но­жит столь­ко на­ро­да, сколь­ко есть, и еще во сто раз столь­ко, а очи гос­по­ди­на мо­е­го ца­ря да уви­дят это; но для че­го гос­по­дин мой царь же­ла­ет это­го де­ла?
» (2 Цар. 24:3). Для че­го, соб­ст­вен­но, пе­ре­пи­сы­ва­ли лю­дей в древ­но­с­ти? С дву­мя це­ля­ми: что­бы оп­ре­де­лить, во-пер­вых, сколь­ко че­ло­век мож­но при­звать в слу­чае во­ен­ных дей­ст­вий, во-вторых, чтобы знать, сколь­ко на­ло­гов и по­да­тей мож­но со­брать с той или иной тер­ри­то­рии. Во вре­ме­на Да­ви­да не было ре­гу­ляр­но­го на­ло­го­об­ло­же­ния, его бла­го­со­сто­я­ние дер­жит­ся главным образом на во­ен­ной до­бы­че, на под­но­ше­ни­ях и да­ни ок­ре­ст­ных на­ро­дов. Но уже в его вре­мя на­чи­на­ет­ся содержание ца­ря и его двора за счет вну­т­рен­них го­су­дар­ст­вен­ных ре­зер­вов. Что касается военной мощи, мы неоднократно видели, что Сам Гос­подь обес­пе­чи­вал из­ра­иль­тя­нам по­бе­ду. Не­ред­ко да­же по ука­за­нию Бо­жию ко­ли­че­ст­во вой­ска со­кра­ща­лось пе­ред сра­же­ни­ем для то­го, что­бы имен­но Бо­жия по­бе­да бы­ла яв­ле­на для всех. Если две переписи в пустыне проводились по благословению Божию и имели назидательное значение (вспомним о судьбе колен Симеона и Левия), а также явились началом израильских родословных записей, то у этой переписи не было никакой благословенной причины.


Писание открывает нам причину происходящего: «Гнев Господень опять возгорелся на Израильтян, и возбудил он в них Давида сказать: пойди, исчисли Израиля и Иуду
» (2 Цар. 24:1). По попущению Божию «восстал сатана на Израиля, и возбудил Давида сделать счисление Израильтян
» (1Пар.21:1). Пре­по­доб­ный Иси­дор Пе­лу­си­от го­во­рит, что это произошло из-за предательского уча­с­тия на­ро­да в вос­ста­ни­ях Авес­са­ло­ма и Са­вея [66, т. 1, с. 200].


Перепись, хотя и не полностью, была проведена, и «поразил Бог Израиля
». Давид, не зная истинных причин происходящего, искренне считает себя виновным в происходящем. «И сказал Давид Богу: весьма согрешил я, что сделал это. И ныне прости вину раба Твоего, ибо я поступил очень безрассудно
» (1Пар.21:8).


Гос­подь пред­ла­га­ет че­рез про­ро­ка Га­да на­ка­за­ние, ко­то­рое па­да­ет не на са­мо­го Да­ви­да, а на весь на­род. Гос­подь пред­ла­га­ет ему ли­бо не­сколь­ко лет го­ло­да, ли­бо пре­сле­до­ва­ния от вра­гов, ли­бо три дня мо­ро­вой яз­вы. «И сказал Давид Гаду: тяжело мне очень; но пусть впаду я в руки Господа, ибо велико милосердие Его; только бы в руки человеческие не впасть мне
» (2Цар.24:14).


Ког­да это бед­ст­вие до­хо­дит до Ие­ру­са­ли­ма, то Да­вид, ви­дя Ан­ге­ла Бо­жия, ко­то­рый при­шел опу­с­то­шать Ие­ру­са­лим, об­ра­ща­ет­ся к Бо­гу с мо­лит­вой, го­во­ря: «Вот, я со­гре­шил, я по­сту­пил без­за­кон­но; а эти ов­цы, что сде­ла­ли они? Пусть же ру­ка Твоя об­ра­тит­ся на ме­ня и на дом от­ца мо­е­го
» (2 Цар. 24:17). И тог­да Гад при­хо­дит к Да­ви­ду и ве­лит ему по­ста­вить жерт­вен­ник на том ме­с­те, где он ви­дел Ан­ге­ла: на гум­не Ор­ны Ие­ву­се­я­ни­на (2 Цар. 24:18). Да­вид по­ку­па­ет этот уча­с­ток зем­ли и ста­вит там жерт­вен­ник. По­сле при­но­ше­ния жерт­вы по­ра­же­ние пре­кра­ща­ет­ся (2 Цар. 24:24-25). Впос­лед­ст­вии ря­дом с Ие­ру­са­ли­мом на месте, где Давид по­ста­вил жерт­вен­ник, Со­ло­мон вы­ст­ро­ил храм Бо­жий.


Этот эпи­зод об­ра­щал на се­бя вни­ма­ние свя­тых от­цов, ко­то­рые в сло­вах Да­ви­да: «да бу­дет ру­ка твоя на мне
», видели указание на то, что Хри­с­тос до­б­ро­воль­но пре­да­ет Се­бя на смерть за грех мира. Согласно блаженному Феодориту, «Да­вид, не зная причины, совершившееся признавал собственным грехом и умо­лял про­из­не­с­ти прав­ди­вый при­го­вор на не­го и на его род, вы­ра­жа­ясь как ис­тин­ный па­с­тырь, и под­ра­жая Сы­ну сво­е­му и Гос­по­ду, по­ло­жив­ше­му за овец ду­шу Свою» [73, с. 295].


Опи­са­ни­ем это­го жерт­во­при­но­ше­ния окан­чи­ва­ет­ся вто­рая кни­га Царств.



14.10. Ито­ги цар­ст­во­ва­ния Да­ви­да

От­ли­чи­тель­ными чер­тами Да­ви­да были вер­ность Бо­гу, кро­тость и сми­ре­ние. Эти и дру­гие стороны его души бо­лее от­чет­ли­во вид­ны в псал­мах, ко­то­рые им бы­ли на­пи­са­ны и которые со­став­ля­ют ос­но­ву кни­ги Псал­тирь. Не­ко­то­рые псал­мы Да­ви­да при­во­дят­ся не­по­сред­ст­вен­но в ис­то­ри­че­с­ких кни­гах (2 Цар. 22:1-51).


Цар­ст­во­ва­ние Да­ви­да, не­смо­т­ря на его ошиб­ки и гре­хи, бы­ло са­мым вы­да­ю­щим­ся. Да­вид был праведником и на­всег­да ос­тал­ся иде­а­лом ца­ря, все по­сле­ду­ю­щие правители срав­ни­ва­ют­ся с ним, и ни­кто не пре­вос­хо­дит его. Он совместил царское и пророческое служение. Его имя навсегда стало связанным с мессианским обетованием, последующие про­ро­ки, предсказывая пришествие Хри­с­тово, не­ред­ко на­зы­ва­ли Хри­с­та Да­ви­дом или от­рас­лью Да­ви­да (Ис. 11:1); про­рок Ие­зе­ки­иль про­ро­че­ст­ву­ет о до­б­ром па­с­ты­ре - Давиде, ко­то­ро­му Гос­подь даст па­с­ти овец сво­их (Иез. 34:23), хо­тя Да­вид ко вре­ме­ни Ие­зе­ки­и­ля уже дав­но умер. Идеал царя. явленный Давидом, был дополнен идеалом процветающего царства, каким был Израиль при сыне Давида Соломоне.



Гла­ва 15. Цар­ст­во­ва­ние Со­ло­мо­на

15.1. Во­ца­ре­ние Со­ло­мо­на

Ког­да Да­вид со­ста­рил­ся, тре­тий по стар­шин­ст­ву по­сле Ам­но­на и Авес­са­ло­ма сын Да­ви­да, Адо­ния, ре­ша­ет сде­лать­ся ца­рем, не до­жи­да­ясь смер­ти сво­е­го от­ца. В этом стрем­ле­нии он по­лу­ча­ет под­держ­ку от Ио­а­ва и от свя­щен­ни­ка Авиа­фа­ра, — бли­жай­ших со­рат­ни­ков Да­ви­да, ко­то­рые пре­бы­ва­ли с ним еще с тех вре­мен, ког­да тот скрывался от Са­ула. Можно предположить, что та­кое по­ве­де­ние бы­ло вы­зва­но же­ла­ни­ем со­хра­нить и еще бо­лее ук­ре­пить свои по­зи­ции при сы­не Да­ви­да, ко­то­ро­му они обес­пе­чат пре­стол. Не­да­ле­ко от Ие­ру­са­ли­ма у ис­точ­ни­ка Ро­гель в до­ли­не Ке­д­рон­ской они ус­т­роили жерт­во­при­но­ше­ние (3 Цар. 1:9) и по­ма­зали Адо­нию на царство.


Уз­нав об этом, к Да­ви­ду спеш­но яв­ля­ют­ся Вир­са­вия и про­рок На­фан, ко­то­рые пред­ла­га­ют ему сде­лать ца­рем Со­ло­мо­на (3 Цар. 1:17, 24-27). Да­вид под­дер­жал эту мысль (3 Цар. 1:33), и тог­да ру­ка­ми свя­щен­ни­ка Са­до­ка и про­ро­ка На­фа­на у ис­точ­ни­ка Ги­он, не­по­да­ле­ку от то­го ме­с­та, где был по­ма­зан Адо­ния, был по­ма­зан на цар­ст­во Со­ло­мон (3 Цар. 1:38-39). Ког­да об этом уз­нали Адо­ния и все им при­гла­шен­ные, они ста­ли раз­бе­гать­ся по до­мам. Все они бы­ли до вре­ме­ни про­ще­ны.


Умирая, Давид завещал Соломону: «Вот, я от­хо­жу в путь всей зем­ли, ты же будь тверд и будь му­же­ст­вен и хра­ни за­вет Гос­по­да Бо­га тво­е­го, хо­дя пу­тя­ми Его и со­блю­дая ус­та­вы Его и за­по­ве­ди Его, и оп­ре­де­ле­ния Его и по­ста­нов­ле­ния Его, как на­пи­са­но в за­ко­не Мо­и­се­е­вом, что­бы быть те­бе бла­го­ра­зум­ным во всем, что ни бу­дешь де­лать и вез­де, ку­да ни об­ра­тишь­ся; что­бы Гос­подь ис­пол­нил сло­во Свое, ко­то­рое Он ска­зал обо мне, го­во­ря: “Ес­ли сы­ны твои бу­дут на­блю­дать за пу­тя­ми сво­и­ми, что­бы хо­дить пре­до Мною в ис­ти­не от все­го серд­ца сво­е­го и от всей ду­ши сво­ей, то не пре­кра­тит­ся муж от те­бя на пре­сто­ле Из­ра­и­ле­вом”
» (3 Цар. 2:2–4). Затем Давид наказал Соломону оказать милость сынам Верзеллия Галаадитянина, помогавшему Давиду во время бегства от Авессалома, и покарать некоторых из числа тех, кто при жизни провинился перед ним (3 Цар. 2:5-9): Иоава и Семея. Что за странное распоряжение? Выходит, Давид лишь старался выглядеть великодушным, на самом деле никому ничего не прощая и сводя старые счеты руками сына? Скорее всего, дело в другом. Мы уже видели, что Иоав, Адония и прочие, пользуясь большим авторитетом и властью, уже проявляли в той или иной степени свои властолюбивые стремления еще при жизни Давида. Вполне естественно предположить, что эти люди могли представлять собой смертельную опасность для молодого и неопытного царя, каким был Соломон. И для того, чтобы обезопасить последнего, Давид и дает ему столь жестокое распоряжение.


По­сле во­ца­ре­ния Со­ло­мо­н ис­пол­ня­ет за­ве­ща­ние Да­ви­да: предает смерти Ио­а­ва (3 Цар. 2:26-34), от­прав­ля­ет свя­щен­ни­ка Авиа­фа­ра в ссыл­ку (пер­во­свя­щен­ни­ком ос­та­ет­ся Са­док). Также Соломон вы­нуж­ден каз­нить Адо­нию (3 Цар. 2:25), по­сле то­го, как Адо­ния про­сит от­дать ему в же­ны од­ну из служанок Да­ви­да Ави­са­гу Су­на­ми­тян­ку, при­слу­жи­вав­шую Да­ви­ду пе­ред смер­тью (3 Цар. 2:17). Это бы­ло впол­не оп­ре­де­лен­ным вы­ра­же­ни­ем при­тя­за­ния на цар­ст­во, так как Ависага считалась наложницей царя, хотя реально таковой не являлась. Так, ког­да Да­вид во­ца­рил­ся в Хе­в­ро­не, то пер­вое тре­бо­ва­ние его к Аве­ни­ру бы­ло вер­нуть ему Мел­хо­лу, же­ну его, дочь Са­у­ла, ко­то­рая по­сле его бег­ст­ва бы­ла от­да­на дру­го­му му­жу (2 Цар. 3:13-16). Ког­да Адо­ния по­про­сил то­го же са­мо­го, то Со­ло­мон ска­зал ма­те­ри сво­ей: «за­чем ты про­сишь Ави­са­гу Су­на­ми­тян­ку для Адо­нии? Про­си ему так­же и цар­ст­во, ибо он мой стар­ший брат
» (3 Цар. 2:22). Со­ло­мон видит про­дол­жа­ю­щи­е­ся пре­тен­зии Адо­нии на во­ца­ре­ние и вы­нуж­ден его каз­нить.



15.2. Да­ро­ва­ние Со­ло­мо­ну му­д­ро­с­ти. Бо­жие обе­то­ва­ние Со­ло­мо­ну

По­сле во­ца­ре­ния Со­ло­мон от­прав­ля­ет­ся в Га­ва­он и при­но­сит там жерт­вы, по­сколь­ку там был, как ска­за­но в Пи­са­нии, глав­ный жерт­вен­ник. По­сле то­го, как Со­ло­мон при­нес ты­ся­чу все­со­ж­же­ний, во сне явил­ся ему Гос­подь, пред­ло­жив про­сить, что ему дать. Со­ло­мон про­сит му­д­ро­с­ти, по­сколь­ку, как он го­во­рит, «я от­рок ма­лый, не знаю ни мо­е­го вы­хо­да, ни вхо­да. И раб Твой – сре­ди на­ро­да Тво­е­го, ко­то­рый из­брал Ты, на­ро­да столь мно­го­чис­лен­но­го, что по мно­же­ст­ву его нель­зя ни ис­чис­лить его, ни обо­зреть; да­руй же ра­бу Тво­е­му серд­це ра­зум­ное, что­бы су­дить на­род Твой и раз­ли­чать, что до­б­ро и что зло, ибо кто мо­жет уп­рав­лять этим мно­го­чис­лен­ным на­ро­дом Тво­им?
» (3 Цар. 3:7–9). И Гос­подь го­во­рит: «Вот, Я даю те­бе серд­це му­д­рое и ра­зум­ное, так что по­доб­но­го те­бе не бы­ло преж­де те­бя, и по­сле те­бя не вос­ста­нет по­доб­ный те­бе, и то, че­го ты не про­сил, Я даю те­бе – и бо­гат­ст­во, и сла­ву, так что не бу­дет те­бе по­доб­но­го меж­ду ца­ря­ми во все дни твои, и ес­ли бу­дешь хо­дить пу­тем Мо­им, со­хра­няя ус­та­вы Мои и за­по­ве­ди Мои, как хо­дил отец твой Да­вид, Я про­дол­жу и дни твои
» (ст. 12–14).


«И бы­ла му­д­рость Со­ло­мо­на вы­ше му­д­ро­с­ти всех сы­нов вос­то­ка и всей му­д­ро­с­ти Егип­тян. Он был му­д­рее всех лю­дей, му­д­рее и Ефа­на Ез­ра­хи­тя­ни­на, и Ема­на, и Хал­ко­ла, и Дар­ды, сы­но­вей Ма­хо­ла, и имя его бы­ло в сла­ве у всех ок­ре­ст­ных на­ро­дов. И из­рек он три ты­ся­чи прит­чей, и пес­ней его бы­ло ты­ся­ча и пять; и го­во­рил он о де­ре­вах, от ке­д­ра, что в Ли­ва­не, до ис­со­па, вы­ра­с­та­ю­ще­го из сте­ны; го­во­рил и о жи­вот­ных, и о пти­цах, и о пре­смы­ка­ю­щих­ся, и о ры­бах. И при­хо­ди­ли от всех на­ро­дов по­слу­шать му­д­ро­с­ти Со­ло­мо­на, от всех ца­рей зем­ных, ко­то­рые слы­ша­ли о му­д­ро­с­ти его
» (3 Цар. 4:30–34). Впро­чем, уже в тре­ть­ей гла­ве тре­ть­ей кни­ги Царств де­ла­ет­ся за­ме­ча­ние, что хо­тя «и воз­лю­бил Со­ло­мон Гос­по­да, хо­дя по ус­та­ву Да­ви­да, от­ца сво­е­го, но и он при­но­сил жерт­вы и ку­ре­ния на вы­со­тах» (3 Цар. 3:3). С са­мо­го на­ча­ла цар­ст­во­ва­ния Со­ло­мо­на уже от­ме­ча­ют­ся не­ко­то­рые от­ступ­ле­ния от За­ко­на в сторону народных обычаев (не яв­ля­ю­щи­е­ся еще идо­ло­по­клон­ст­вом), хо­тя по­ка ему это ни­как не вме­ня­ет­ся.



15.3. Бо­гат­ст­во и сла­ва Со­ло­мо­на

Со­ло­мон, цар­ст­во­ва­ние ко­то­ро­го бы­ло ис­клю­чи­тель­но мир­ным, как бла­го­да­ря той му­д­ро­с­ти, ко­то­рую он по­лу­чил от Бо­га, так и бла­го­да­ря бла­го­сло­ве­нию, перешедшему к не­му от от­ца его Да­ви­да, существенно рас­ши­рил под­вла­ст­ные ему или со­юз­ные с ним зем­ли, от ко­то­рых по­лу­чал да­ры или дань. В этот период (се­ре­ди­на X в. до рож­де­ст­ва Хри­с­то­ва) ни в Ме­со­по­там­ии, ни в Егип­те не бы­ло достаточно сильных государств, что­бы представлять угрозу царству Соломона. Тем бо­лее, он же­нил­ся на до­че­ри фа­ра­о­на, и во­об­ще он ста­рал­ся все свои по­ли­ти­че­с­кие со­ю­зы скреп­лять бра­ком: у Со­ло­мо­на бы­ло семь­сот жен и три­с­та на­лож­ниц (3 Цар. 11:3), что яв­ля­лось, с од­ной сто­ро­ны, сим­во­лом его мо­гу­ще­ст­ва, а с дру­гой сто­ро­ны, за­креп­ля­ло его по­ли­ти­че­с­кие до­сти­же­ния[24]
.


Со­ло­мон кон­тро­ли­ро­вал тран­зит­ные тор­го­вые пу­ти, ему при­над­ле­жа­ли мед­ные руд­ни­ки. Бла­го­да­ря сво­е­му бо­гат­ст­ву, он с по­мо­щью Тир­ско­го ца­ря за­вел се­бе флот, раз­вер­нул об­шир­ную стро­и­тель­ную про­грам­му, от­ст­ро­ил не­сколь­ко мощ­ных кре­по­с­тей, ум­но­жил вой­ско и ко­ли­че­ст­во ко­ней и ко­лес­ниц. Он вы­ст­ро­ил се­бе рос­кош­ный дво­рец, стро­и­тель­ст­во ко­то­ро­го про­дол­жа­лось 14 лет (а по-дру­го­му он уже не мог, жен где-то на­до бы­ло раз­ме­щать). В Пи­са­нии рассказывается и о зо­ло­том троне со сло­но­вой ко­с­тью, и о зо­ло­той по­су­де, ко­то­рые бы­ли у Со­ло­мо­на. При­ве­ден­ный пе­ре­чень дел Со­ло­мо­на по­ка­зы­ва­ет, что он со­вер­шен­но яв­ным об­ра­зом от­сту­па­ет от ука­за­ний за­ко­на Мо­и­се­е­ва о том, как дол­жен ве­с­ти се­бя царь (ср. Втор. 17:14–20). Там ого­ва­ри­ва­ет­ся, что не дол­жен ум­но­жать царь ко­ли­че­ст­во ко­ней и ко­лес­ниц, а их Со­ло­мон за­во­дит се­бе не­сколь­ко ты­сяч. Царь не дол­жен со­би­рать се­бе зо­ло­та и бо­гат­ст­ва, а рос­кошь дво­ра Со­ло­мо­на по­ра­жа­ла всех, кто к не­му при­ез­жал. Царь не дол­жен ум­но­жать се­бе жен, что­бы не раз­вра­ти­лось серд­це его, – а у Со­ло­мо­на их семьсот. Действуя в соответствии с современными ему традициями окрестных царств, Соломон постепенно уклоняется от ясных требований закона, создавая тем самым предпосылки для последующего кризиса израильской монархии.



15.4. По­ст­ро­е­ние Ие­ру­са­лим­ско­го хра­ма

На том ме­с­те, ко­то­рое Да­вид при­об­рел у Ор­ны Иевусянина и где был поставлен жерт­вен­ник (2 Цар. 24:18-25), Со­ло­мон вы­ст­ро­ил Храм. На­ча­ло по­ст­рой­ке бы­ло им по­ло­же­но в чет­вер­тый год цар­ст­во­ва­ния. Пре­по­доб­ный Еф­рем Си­рин видит здесь пре­ду­ка­за­ние то­го, что Ии­сус Хри­с­тос на чет­вер­том го­ду Сво­е­го слу­же­ния по­ло­жил крест в ос­но­ва­ние Сво­ей Церк­ви [22].


Ког­да Храм построили, ту­да был пе­ре­не­сен ков­чег и вся ут­варь, хра­нив­шие­ся преж­де в ски­нии.


Храм сооружался из за­ра­нее об­те­сан­ных и при­гнан­ных кам­ней. Как го­во­рит Пи­са­ние, при стро­и­тель­ст­ве не бы­ло слыш­но зву­ка же­ле­за, уда­ря­е­мо­го о ка­мень. Са­мо же зда­ние Хра­ма бы­ло из­ну­т­ри оби­то ке­д­ро­вы­ми до­с­ка­ми. Из них же бы­ла сде­ла­на пло­с­кая кры­ша. Пол был по­крыт до­с­ка­ми из кипариса. За­тем все бы­ло от­де­ла­но зо­ло­том. Сте­ны, две­ри и во­ро­та бы­ли ук­ра­ше­ны дра­го­цен­ны­ми кам­ня­ми и рез­ны­ми изо­б­ра­же­ни­я­ми хе­ру­ви­мов, пальм, цве­тов.


По пе­ри­ме­т­ру Хра­ма с трех сто­рон бы­ла сде­ла­на трехъ­я­рус­ная при­ст­рой­ка с кла­до­вы­ми и хра­ни­ли­ща­ми.


Вну­т­рен­нее раз­де­ле­ние бы­ло та­кое же, как и в ски­нии: двор, вер­нее, два дво­ра, внеш­ний (ниж­ний) и вну­т­рен­ний (верх­ний), Свя­тое и Свя­тое Свя­тых. Во вну­т­рен­нем дво­ре на­хо­дил­ся жерт­вен­ник все­со­ж­же­ний, мед­ное «мо­ре», де­сять пе­ре­движ­ных умы­валь­ниц и два бо­га­то ук­ра­шен­ных мед­ных стол­ба, каж­дый из ко­то­рых имел соб­ст­вен­ное на­зва­ние. Как ви­ди­те, по срав­не­нию со ски­ни­ей по­яви­лись не­ко­то­рые от­ли­чия. Мед­ное «мо­ре» – это ог­ром­ная умы­валь­ни­ца, под­став­кой ко­то­рой слу­жи­ли 12 скульп­тур­ных изо­б­ра­же­ний бы­ков.


В Свя­том на­хо­дил­ся зо­ло­той жерт­вен­ник ка­диль­ный, де­сять се­ми­свеч­ни­ков и де­сять сто­лов пред­ло­же­ния, по пять на каж­дой сто­ро­не (прав­да, су­дя по (3 Цар. 7:48), мож­но пред­по­ло­жить, что хле­бы по­ла­га­лись толь­ко на один).


В Свя­том Свя­тых на­хо­дил­ись ков­чег и два по­зо­ло­чен­ных Хе­ру­ви­ма, вы­ре­зан­ных из де­ре­ва.


Храм был построен за семь лет. Описание его великолепия создает у современного читателя впечатление, что это было сооружение, не уступающее по размерам московскому храму Христа Спасителя. Но Писание приводит нам его точные размеры: 60 ´ 20 ´ 30 локтей, то есть примерно 10 на 30 метров в плане и 15 метров в высоту (очевидно, это размеры Святого и Святого Святых, вокруг был еще двор, где находился жертвенник и стояло медное море).


Для чего понадобился храм, если несколько веков до этого употреблялась скиния, и Давиду Господь сказал, что нет в этом для Него бесчестия (2 Цар. 7:5-7)? Скиния была походным местом поклонения. Теперь время странствия кончилось. Израиль пришел и утвердился на земле, обетованной ему Богом. Иерусалим стал столицей этой земли и возникшей на ней царства. Бог обещал утвердить это царство, поэтому храм можно считать печатью, свидетельствующей об этом утверждении. Храм завершает собой символический ряд: Святая Земля, Иерусалим, Дом Господень, который прообразует Церковь и Небесное Царство (ср. Ис. 2:1-3; 60:1-22, Иез. 40-48).



15.5. Ос­вя­ще­ние Хра­ма. Мо­лит­ва Со­ло­мо­на

Ког­да по­ст­рой­ка Хра­ма бы­ла окон­че­на, на его ос­вя­ще­ние со­бра­лись ста­рей­ши­ны со всей стра­ны. Ос­вя­ще­ние Хра­ма со­вер­ша­лось в дни пра­зд­ни­ка Ку­щей. Во Свя­тое Свя­тых был тор­же­ст­вен­но пе­ре­не­сен ков­чег за­ве­та (ра­зо­бран­ная ски­ния так­же бы­ла пе­ре­не­се­на в храм) (3 Цар. 8 гл.).


При ос­вя­ще­нии Хра­ма Со­ло­мон об­ра­тил­ся к Бо­гу с мо­лит­вой, ко­то­рая име­ла семь про­ше­ний. Он мо­лит­ся о сво­ем до­ме, о сво­их по­том­ках, о том, что­бы имя Бо­жие пре­бы­ва­ло на этом Хра­ме. «По­ис­ти­не, Бо­гу ли жить на зем­ле? Не­бо и не­бо не­бес не вме­ща­ют Те­бя, тем ме­нее сей храм, ко­то­рый я по­ст­ро­ил име­ни Тво­е­му, но при­зри на мо­лит­ву ра­ба Тво­е­го и на про­ше­ние его, Гос­по­ди, Бо­же мой. … Да бу­дут очи Твои от­вер­сты на храм сей день и ночь, на сие ме­с­то, о ко­то­ром Ты ска­зал: “Мое имя будет там”, ус­лышь мо­лит­ву, ко­то­рой бу­дет мо­лить­ся раб Твой на ме­с­те сем, ус­лышь мо­ле­ние ра­ба Тво­е­го и на­ро­да Тво­е­го, Из­ра­и­ля, ког­да они бу­дут мо­лить­ся на ме­с­те сем, ус­лышь на ме­с­те оби­та­ния Тво­е­го, на не­бе­сах, ус­лышь и по­ми­луй
» (3 Цар. 8:27–30).


Даль­ше он мо­лит­ся о том, что ес­ли кто со­гре­шит про­тив ближ­не­го сво­е­го и при­дет для клят­вы в Храм, чтоб Гос­подь об­ви­нил ви­нов­но­го и рас­су­дил меж­ду ни­ми. Со­ло­мон также про­сит, чтобы во время засухи Господь дал дождь, если из­ра­иль­тя­не при­дут с по­ка­я­ни­ем и мо­лит­вой в Храм, и что­бы Гос­подь раз­ре­шил го­лод, ко­то­рый при­клю­чит­ся.


За­тем он го­во­рит, что «ес­ли и ино­пле­мен­ник, ко­то­рый не от Тво­е­го на­ро­да, Израиля, при­дет из зем­ли да­ле­кой ра­ди име­ни Тво­е­го… и при­дет он и по­мо­лит­ся у хра­ма се­го, ус­лышь с не­ба, с места обитания Твоего, и сде­лай все, о чем бу­дет взы­вать к Те­бе иноплеменник, что­бы все на­ро­ды зем­ли зна­ли имя Твое, что­бы бо­я­лись Те­бя, как на­род Твой Из­ра­и­ль, что­бы зна­ли, что име­нем Тво­им на­зы­ва­ет­ся храм сей, ко­то­рый я по­ст­ро­ил
» (ст. 41–43).


Он про­сит, что­бы во вре­мя вой­ны, ког­да на­род бу­дет мо­лить­ся, об­ра­тив­шись к Хра­му, Гос­подь ус­лы­шал мо­лит­ву их.


В заключении он просит: «Ког­да они со­гре­шат пред То­бою, - ибо нет че­ло­ве­ка, ко­то­рый не ­гре­шил бы, - и Ты про­гне­ва­ешь­ся на них и пре­дашь их вра­гам, и пле­нив­шие их от­ве­дут их в не­при­ятель­скую зем­лю, да­ле­кую или близ­кую; и ког­да они в зем­ле, в ко­то­рой бу­дут на­хо­дить­ся в пле­ну, вой­дут в се­бя и об­ра­тят­ся и бу­дут мо­лить­ся Те­бе, [...] тог­да ус­лышь с не­ба, с ме­с­та оби­та­ния Тво­е­го, мо­лит­ву и про­ше­ние их и сде­лай, что по­треб­но для них. И про­сти на­ро­ду Тво­е­му, в чем он со­гре­шил пред То­бою, [...] ибо они Твой на­род и Твой удел, ко­то­рый Ты вы­вел из Егип­та, из же­лез­ной пе­чи
» (ст. 46–51).


По­сле это­го при­но­сит­ся жерт­ва. Со­ло­мон бла­го­слов­ля­ет весь на­род, при­зы­вая его хо­дить пу­тя­ми Гос­под­ни­ми, что­бы пре­бы­ва­ло на них бла­го­сло­ве­ние, «что­бы все на­ро­ды по­зна­ли, что Гос­подь есть Бог и нет кро­ме Его
» (3 Цар. 8:60).


Во вре­мя ос­вя­ще­ния об­ла­ко, та­кое же, как не­ког­да осеняло ски­нию, на­пол­ни­ло Храм, так что не мог­ли там при­но­сить жерт­вы. Кни­га Па­ра­ли­по­ме­нон, дополняя кни­гу Царств, го­во­рит нам, что «со­шел огонь с не­ба и по­гло­тил все­со­ж­же­ние и жерт­вы
» (2 Пар. 7:1).



15.6. Обе­то­ва­ние Со­ло­мо­ну

Так исполнились в своем буквальном значении обетование, данное некогда Давиду (2 Цар. 7:8-16). Его сын ут­вер­дил­ся на пре­сто­ле в Ие­ру­са­ли­ме. По­сле то­го, как Храм был ос­вя­щен, Гос­подь сказал Соломону: «Я ус­лы­шал мо­лит­ву твою и про­ше­ние твое, о чем ты про­сил Ме­ня. Я ос­вя­тил сей храм, ко­то­рый ты по­ст­ро­ил, что­бы пре­бы­вать име­ни Мо­е­му там во­век, и бу­дут очи Мои и серд­це Мое там во все дни. И ес­ли ты бу­дешь хо­дить пред ли­цем Мо­им, как хо­дил отец твой Да­вид, в чи­с­то­те серд­ца и в пра­во­те, ис­пол­няя все, что Я за­по­ве­до­вал те­бе, и ес­ли бу­дешь хра­нить ус­та­вы Мои и за­ко­ны Мои, то Я по­став­лю цар­ский пре­стол твой над Из­ра­и­лем во­век, как Я ска­зал от­цу тво­е­му Да­ви­ду, го­во­ря: “не пре­кра­тит­ся у те­бя си­дя­щий на пре­сто­ле Из­ра­и­ле­вом”. Ес­ли же вы и сы­но­вья ва­ши от­сту­пи­те от Ме­ня, и не бу­де­те со­блю­дать за­по­ве­дей Мо­их и ус­та­вов Мо­их, ко­то­рые Я дал вам, и пой­де­те и ста­не­те слу­жить иным бо­гам и по­кло­нять­ся им, то Я ис­треб­лю Из­ра­и­ля с ли­ца зем­ли, ко­то­рую Я дал ему, и храм, ко­то­рый Я ос­вя­тил име­ни Мо­е­му, от­верг­ну от ли­ца Мо­е­го и бу­дет Из­ра­иль притчею и по­сме­ши­щем у всех на­ро­дов. И о хра­ме сем вы­со­ком, вся­кий про­хо­дя­щий ми­мо него, ужас­нет­ся и свис­тнет, и ска­жет: “За что Гос­подь по­сту­пил так с сею зем­лею и с сим хра­мом?” И ска­жут: “За то, что они ос­та­ви­ли Гос­по­да Бо­га сво­е­го, Ко­то­рый вы­вел от­цов их из зем­ли Еги­пет­ской, и при­ня­ли дру­гих бо­гов, и по­кло­ня­лись им и слу­жи­ли им, — за это на­вел на них Гос­подь все сие бед­ст­вие”
» (3 Цар. 9:3–9).


Итак, Храм, как некогда и скиния, само по себе еще не гарантирует благоволения Божия. Он является лишь символом, и может быть упразднен, если перестанет быть выражением подлинного отношения израильтян к Богу.



15.7. При­чи­ны не­до­воль­ст­ва прав­ле­ни­ем Со­ло­мо­на

Со­ло­мон раз­де­лил зем­лю на 12 ча­с­тей, при­чем не в со­от­вет­ст­вии с раз­де­ле­ни­ем по ко­ле­нам. Это бы­ли 12 ад­ми­ни­с­т­ра­тив­ных ок­ру­гов, с ко­то­рых он со­би­рал дань, – каж­дый из них дол­жен был в те­че­ние ме­ся­ца по­став­лять про­до­воль­ст­вие цар­ско­му дво­ру, так, чтобы это­го про­до­воль­ст­вия хва­та­ло бы на несколько ты­сяч че­ло­век, что­бы хорошо пи­тать­ся. Со­ло­мон об­ло­жил всех до­ста­точ­но тя­же­лой да­нью, иногда привлекая и к выполнению трудовой повинности. Например, когда строился Храм, «обложил царь Соломон повинностью весь Израиль; повинность же состояла в тридцати тысячах человек. И посылал их на Ливан, по десяти тысяч на месяц, попеременно; месяц они были на Ливане, а два месяца в доме своем. Адонирам же начальствовал над ними. Еще у Соломона было семьдесят тысяч носящих тяжести и восемьдесят тысяч каменосеков в горах, кроме трех тысяч трехсот начальников, поставленных Соломоном над работою для надзора за народом, который производил работу
» 3Цар.5:13-16.


А ведь Со­ло­мо­н строил еще и кре­по­с­ти, ко­ню­шни, хра­ни­лища. И те лю­ди, ко­то­рые ра­бо­та­ли на не­го, хо­тя и не бы­ли ра­ба­ми, бы­ли весь­ма стес­не­ны, от про­сто­ты и па­т­ри­ар­халь­но­с­ти преж­них нра­вов ма­ло что ос­тал­ось. Впро­чем, об этом их пре­ду­преж­дал еще Са­му­ил (ср. 1 Цар. 8:11–18). И все же цен­т­раль­ной при­чи­ной даль­ней­ших со­бы­тий бы­ла во­все не по­ли­ти­ка Со­ло­мо­на и не на­ло­го­об­ло­же­ние, ко­то­рое он ввел, а его ре­ли­ги­оз­ная жизнь.



15.8. Грех Со­ло­мо­на

Уже са­мом на­ча­ле цар­ст­ва Со­ло­мо­на го­во­рит­ся, что он про­яв­лял оп­ре­де­лен­ную сла­бость, при­но­ся ку­ре­ния на вы­со­тах (3 Цар. 3:3).
Дальше отступления от строгого соблюдения Закона привели к тому, что «Во вре­мя ста­ро­сти Со­ло­мо­на же­ны его скло­ни­ли серд­це его к иным бо­гам, и серд­це его не бы­ло впол­не пре­да­но Гос­по­ду Бо­гу сво­е­му, как серд­це Да­ви­да, от­ца его. И стал Со­ло­мон слу­жить Ас­тар­те, бо­же­ст­ву Си­дон­ско­му, и Мил­хо­му, мер­зо­с­ти Ам­мо­нит­ской, и де­лал Со­ло­мон не­угод­ное пред оча­ми Гос­по­да <…>. Тог­да по­ст­ро­ил Со­ло­мон ка­пи­ще Ха­мо­су, мер­зо­с­ти Мо­а­вит­ской, на го­ре, ко­то­рая пе­ред Ие­ру­са­ли­мом, и Мо­ло­ху, мер­зо­с­ти Ам­мо­нит­ской. Так сде­лал он для всех сво­их чу­же­ст­ран­ных жен, ко­то­рые ка­ди­ли и при­но­си­ли жерт­вы сво­им бо­гам <…> И ска­зал Гос­подь Со­ло­мо­ну: за то, что так у те­бя де­ла­ет­ся, и ты не со­хра­нил за­ве­та Мо­е­го и ус­та­вов Мо­их, ко­то­рые Я за­по­ве­дал те­бе, Я от­торг­ну от те­бя цар­ст­во и от­дам его ра­бу тво­е­му; но во твои дни Я не сде­лаю сего, ра­ди Да­ви­да, от­ца тво­е­го; из ру­ки сы­на тво­е­го от­торг­ну его; и не все цар­ст­во ис­торг­ну; од­но ко­ле­но дам сы­ну тво­е­му, ра­ди Да­ви­да, ра­ба Мо­е­го, и ра­ди Ие­ру­са­ли­ма, ко­то­рый Я из­брал
» (3 Цар. 11:4–8, 11–13). После этого правление Соломона перестало быть столь безмятежным. Против Израильского царства стали действовать Идумея и Сирия.


Выстраивая царство по образцу языческих, Соломон сам в конце концом уподобился их владыкам. Итак, ни му­д­рость пра­ви­те­ля, ни бо­гат­ст­во и ши­ро­кие меж­ду­на­род­ные свя­зи не по­мог­ли ус­то­ять это­му слав­но­му цар­ст­ву, по­то­му что не ис­пол­ня­лось са­мое глав­ное ус­ло­вие За­ве­та, а имен­но вер­ность Бо­гу.



15.9. Обе­то­ва­ние Ие­ро­во­а­му

Раз­де­ле­ние цар­ст­ва свя­за­но с име­нем че­ло­ве­ка по име­ни Ие­ро­во­ам из ко­ле­на Еф­ре­мо­ва, ко­то­рый был смо­т­ри­те­лем над сбо­ром по­да­тей из до­ма Ио­си­фа (3 Цар. 11:28). Од­наж­ды, идя ку­да-то по сво­им де­лам, он встре­тил на до­ро­ге про­ро­ка Ахию Силомлянина, ко­то­рый ра­зо­рвал быв­шую на нем но­вую одеж­ду на 12 ча­с­тей и от­дал 10 ча­с­тей Ие­ро­во­а­му. При этом он ска­зал, что это знак то­го, что Гос­подь ему от­даст во владение 10 ко­лен из рук Со­ло­мо­на, и воз­ве­с­тил ему во­лю Божию: «Я не бе­ру все­го цар­ст­ва из ру­ки его, но Я ос­тав­ляю его вла­ды­кой на все дни жиз­ни его ра­ди Да­ви­да, ра­ба Мо­е­го, ко­то­ро­го Я из­брал, ко­то­рый со­блю­дал за­по­ве­ди Мои и ус­та­вы Мои, но возь­му цар­ст­во из ру­ки сы­на его и дам те­бе из не­го 10 ко­лен, а сы­ну его дам од­но ко­ле­но, дабы ос­та­вал­ся све­тиль­ник Да­ви­да, ра­ба Мо­е­го, во все дни пред ли­цем Мо­им в го­ро­де Ие­ру­са­ли­ме, ко­то­рый Я из­брал Се­бе для пре­бы­ва­ния там име­ни Мо­е­го. Те­бя Я из­би­раю, и ты бу­дешь вла­ды­че­ст­во­вать над всем, че­го по­же­ла­ет ду­ша твоя, и бу­дешь ца­рем над Из­ра­и­лем, и ес­ли бу­дешь со­блю­дать все, что Я за­по­ве­дую те­бе и бу­дешь хо­дить пу­тя­ми Мо­и­ми и де­лать угод­ное пред оча­ми Мо­и­ми, со­блю­дая ус­та­вы Мои и за­по­ве­ди Мои, как де­лал раб Мой Да­вид, то Я бу­ду с то­бою и ус­т­рою те­бе дом твер­дый, как Я ус­т­ро­ил Да­ви­ду, и от­дам те­бе Из­ра­и­ля; и сми­рю Я род Да­ви­да за сие, но не на все дни
» (3 Цар. 11:34–39). Ие­ро­во­ам не про­сто самозванец, ко­то­рый ре­шил вос­поль­зо­вать­ся сла­бо­с­тью по­том­ков Со­ло­мо­на, но он призван Богом и по­лу­чил обе­ща­ние, что ес­ли он бу­дет хо­дить пу­тя­ми за­по­ве­дей Бо­жи­их, то его цар­ст­во ут­вер­дит­ся так же, как некогда бы­ло твер­до цар­ст­во Да­ви­да. Со­ло­мон хо­тел умерт­вить Ие­ро­во­а­ма, но Ие­ро­во­ам убе­жал в Еги­пет и жил там до смер­ти Со­ло­мо­на.



15.10. Во­ца­ре­ние Ро­во­а­ма и раз­де­ле­ние цар­ст­ва

По­сле то­го, как Со­ло­мон умер, из­ра­иль­тя­не со­брались к Ро­во­а­му, его сы­ну, ко­то­рый при­шел для во­ца­ре­ния в Си­хем (вспомним, что именно в Сихеме обещал Бог отдать землю Ханаанскую его потомкам (Быт. 12:7), и про­сили его об­лег­чить бре­мя, ко­то­рое на них воз­ло­жил Со­ло­мон, го­во­ря, что все глав­ные свер­ше­ния уже по­за­ди, и мож­но уже об­лег­чить и тру­до­вые по­вин­но­с­ти, и по­да­ти, ко­то­ры­ми они об­ло­же­ны. Но Ро­во­ам посо­ве­то­вал­ся со сво­и­ми мо­ло­ды­ми дру­зь­я­ми и ответил, что отец его на­ка­зы­вал их би­ча­ми, а он бу­дет на­ка­зы­вать их скор­пи­о­на­ми и уве­ли­чит иго их. И не по­слу­шал­ся царь на­ро­да. Тогда десять колен от­ло­жи­лись от Ро­во­а­ма. «Ра­зо­шел­ся Из­ра­иль по ша­т­рам сво­им. Толь­ко над сы­на­ми Из­ра­и­ле­вы­ми, жив­ши­ми в го­ро­дах Иу­ди­ных, цар­ст­во­вал Ро­во­ам… За до­мом Да­ви­довым не ос­та­лось ни­ко­го, кро­ме ко­ле­на Иу­ди­на и Ве­ни­а­ми­но­ва
» (3 Цар. 12:16–20). Со­вер­ша­ет­ся то, что бы­ло пред­ре­че­но Со­ло­мо­ну, и с это­го мо­мен­та до са­мо­го вре­ме­ни Ва­ви­лон­ско­го пле­не­ния ни­ког­да боль­ше еди­ное цар­ст­во не вос­ста­нав­ли­ва­лось.


Следует заметить, что обе­то­ва­ние пророк Ахия дал лично Ие­ро­во­а­му, а на­род от­сту­пил от по­том­ка Да­ви­да не по ревности о благочестии, поскольку Соломон впал в идолопоклонство, но по же­ла­нию мир­ских благ, и, по слову блаженного Феодорита Кирского, «по­это­му не­до­стой­ны они ни­ка­ко­го из­ви­не­ния в том, что при­сво­и­ли се­бе по­став­ле­ние ца­ря» [74, т. 29, с. 243].


Начиная с двенадцатой главы третьей книги Царств, повествование постоянно переключается с одного царства на другое, деяния иудейских и израильских царей описываются поочередно. Это несколько усложняет изучение данного периода, тем более, что кни­ги Царств не пред­став­ля­ют со­бой обыч­ных хро­ник или ле­то­пи­сей: составителя этих книг ин­те­ре­со­вал бо­лее все­го ре­ли­ги­оз­ный, а не исторический ас­пект жиз­ни царств. По­это­му не­ко­то­рые цар­ст­ва, за­ме­ча­тель­ные с точ­ки зре­ния экономики, военных завоеваний и до­сти­же­ний мир­ско­го ха­рак­те­ра, удо­с­та­и­ва­ют­ся од­ной – двух фраз, что за­труд­ня­ет изу­че­ние соб­ст­вен­но ис­то­рии. При знакомстве с этим разделом по­лез­но об­ра­щать­ся к раз­лич­но­го ро­да спра­воч­ным ма­те­ри­а­лам и ис­сле­до­ва­ни­ям, по­свя­щен­ным эпохе разделенных царств [36, с. 421 – 428; 90].


Вре­мя раз­де­ле­ния царств – 930 (или 926) год до Рож­де­ст­ва Хри­с­то­ва. На­чи­ная от вре­ме­ни Да­ви­да и да­лее, можно достаточно точ­но да­ти­ро­вать со­бы­тия Из­ра­иль­ской и Иу­дей­ской ис­то­рии, как бла­го­да­ря хро­но­ло­гии, ко­то­рая при­сут­ст­ву­ет в са­мом Свя­щен­ном Пи­са­нии, так и бла­го­да­ря ис­то­ри­че­с­ким и ар­хе­о­ло­ги­че­с­ким от­кры­ти­ям, сде­лан­ным за по­след­ние две­с­ти лет. Ис­то­рия Израиля как государства уже до­ста­точ­но тес­но свя­за­на с ис­то­ри­ей ок­ру­жа­ю­щих на­ро­дов, поэтому упоминания о нем встречаются в дошедших до нас документах. По­это­му о вре­ме­ни прав­ле­ния ца­рей и происшедших со­бы­тиях мы можем говорить с точностью до нескольких лет.



15.11. О кни­гах Па­ра­ли­по­ме­нон

В кни­гах, ко­то­рые на­зы­ва­ют­ся Па­ра­ли­по­ме­нон, или Хро­ни­ки[25]
, ис­то­рия изучаемого пе­ри­о­да по­вто­ря­ет­ся и до­пол­ня­ет­ся. Особое вни­ма­ние здесь уде­ле­но цар­ст­во­ва­ниям Да­ви­да и Со­ло­мо­на. Период управления Са­у­ла про­пу­ще­н. Ис­то­рия Из­ра­иль­ско­го цар­ст­ва в этих книгах не излагается, кро­ме тех мо­мен­тов, ког­да она вплот­ную со­при­ка­са­лась с ис­то­ри­ей цар­ст­ва Иу­дей­ско­го. По­че­му? Эти кни­ги бы­ли на­пи­са­ны поз­же, чем кни­ги Царств, ког­да по­яви­лась воз­мож­ность ос­мыс­лить зна­че­ние пе­ри­о­да царств для свя­щен­ной ис­то­рии. То, что пре­одо­ле­но, или то, что не да­ло сво­е­го по­ло­жи­тель­но­го вкла­да в ис­то­рию, про­сто ис­клю­ча­ет­ся из рас­смо­т­ре­ния. Отсут­с­т­ву­­ют по­ве­ст­во­ва­ния об от­но­ше­ни­ях Да­ви­да с Вир­са­ви­ей и Авес­са­ло­мом, об идо­ло­по­клон­ст­ве Со­ло­мо­на. Ис­то­рия их царствования изложена идеализировано, по­ка­зана толь­ко положительная сторона правления. Основное внимание уделено Хра­му, бо­го­слу­же­нию, слу­же­нию ле­ви­тов, о чем ма­ло го­во­ри­лось преж­де. Опи­сы­ва­ет­ся раз­де­ле­ние че­ре­ды свя­щен­ст­ва и слу­же­ние ле­ви­тов в хо­ре и при ох­ра­не Хра­ма. Прав­ле­ние ца­рей раскрывается имен­но с точ­ки зре­ния их бла­го­че­с­тия, от­но­ше­ния к Хра­му и бо­го­слу­же­нию, вер­но­с­ти Бо­гу. Кни­ги со­дер­жат мно­го ре­чей про­ро­ков, а так­же рас­суж­де­ний са­мо­го ав­то­ра, ко­ли­че­ст­во ко­то­рых в чем-то род­нит вто­рую кни­гу Па­ра­ли­по­ме­нон с учи­тель­ны­ми кни­га­ми Вет­хо­го За­ве­та. В ­ев­рей­ском ка­но­не эти кни­ги входят в раз­де­л Пи­са­ний.



Гла­ва 16. Ис­то­рия Се­вер­но­го (Из­ра­иль­ско­го) цар­ст­ва

В Южном или Иу­дей­ском цар­ст­ве, ко­то­рое вклю­ча­ло в се­бя Иу­ди­но и часть Ве­ни­а­ми­но­ва ко­ле­на, со­хра­ня­лась, со­глас­но обе­то­ва­нию Бо­жию, ди­на­с­тия по­том­ков Да­ви­да. Не­смо­т­ря на раз­ные опас­но­с­ти, ко­то­рым она под­вер­га­лась, эта ди­на­с­тия про­су­ще­ст­во­ва­ла до па­де­ния цар­ст­ва. В Се­вер­ном, или Из­ра­иль­ском цар­ст­ве за 200 лет его су­ще­ст­во­ва­ния из-за постоянного отступничества, начавшегося при первом же правителе, сме­ни­лось че­ты­ре бо­лее-ме­нее про­дол­жи­тель­ные ди­на­с­тии, не счи­тая раз­лич­ных про­ме­жу­точ­ных пра­ви­те­лей. Са­мое ко­рот­кое прав­ле­ние про­дол­жа­лось 7 дней (3 Цар. 16:15). При этом получилось так, что в обоих царствах правили по 19 царей.


Мы рас­смо­т­рим сначала отдельно ис­то­рию Из­ра­иль­ско­го цар­ст­ва. Та­кой под­ход яв­ля­ет­ся не­сколь­ко ис­кус­ст­вен­ным, по­то­му что события ис­то­рии Из­ра­и­ля и Иу­деи по­сто­ян­но пе­ре­се­ка­ют­ся. Но мы вы­нуж­де­ны это сде­лать для про­сто­ты изложения.



16.1. Пер­вые ди­на­с­тии

Пер­вая ди­на­с­тия Из­ра­иль­ско­го цар­ст­ва на­ча­лась с ца­ря Ие­ро­во­а­ма I
из ко­ле­на Еф­ре­мо­ва. Че­рез про­ро­ка Ахию он по­лу­чил обетование о том, что ес­ли он сохранит верность За­ве­ту Бо­жию, то цар­ст­во его ут­вер­дит­ся и бу­дет про­цве­тать так, как ут­вер­ди­лось цар­ст­во Да­ви­да. С са­мо­го на­ча­ла этот царь явно по­ла­га­ет­ся на мир­скую му­д­рость и на свои прак­ти­че­с­кие ме­ры бо­лее, чем на по­мощь Бо­жию. Же­лая ут­вер­дить за собой царство, он пы­та­ет­ся от­де­лить свой на­род от иу­де­ев в ре­ли­ги­оз­ном от­но­ше­нии. Все по-преж­не­му со­би­ра­лись на пра­зд­ни­ки в Ие­ру­са­лим для по­кло­не­ния в Хра­ме. Ие­ро­во­ам ре­ша­ет ус­т­ро­ить свои соб­ст­вен­ные куль­то­вые цен­т­ры, что­бы из­ба­вить­ся от не­об­хо­ди­мо­с­ти ре­ли­ги­оз­но­го об­ще­ния меж­ду дву­мя го­су­дар­ст­ва­ми. Он ус­та­нав­ли­ва­ет двух зо­ло­тых тель­цов: одного в Ве­фи­ле, другого – в Да­не и ус­т­ра­и­ва­ет око­ло них слу­же­ние, при­чем по­став­ля­ет свя­щен­ников не толь­ко из чис­ла ле­ви­тов, но и из дру­гих ко­лен. По­сле это­го он объ­яв­ля­ет: «…Не нуж­но вам хо­дить в Ие­ру­са­лим; вот бо­ги твои, Из­ра­иль, ко­то­рые вы­ве­ли те­бя из зем­ли Еги­пет­ской
» (3 Цар. 12:28). Здесь тот же сим­вол (телец), что и у го­ры Си­най (Исх. 32:7-8). Хо­тя пред­по­ла­га­лось, что это – но­вая фор­ма слу­же­ния ис­тин­но­му Бо­гу, но по су­ти, это уже идо­ло­по­клон­ст­во, прямое от­ступ­ле­ние от вто­рой за­по­ве­ди, которое вско­ре по­влек­ло за со­бой от­ступ­ле­ние и от ос­таль­ных, а од­но­вре­мен­но с этим – и от Бо­га.


Ве­филь получил свое имя в связи с тем, что Иа­ко­ву здесь бы­ло ве­ли­кое бо­го­яв­ле­ние, а те­перь тут ус­т­ро­е­но ме­с­то без­за­кон­но­го слу­же­ния [74, т. 29, с. 260]. Тогда по повелению Божию пришел туда пророк, имя которого не названо, и сказал: «жертвенник! так говорит Господь: вот родится сын дому Давидову, имя ему Иосия, и принесет на тебе в жертву священников высот, совершающих на тебе курение, и человеческие кости сожжет на тебе
» (3 Цар. 13:2). Царь, услышав эти слова, указал на пророка, приказав схватить его, но простертая рука его одервенела, и жертвенник при это распался. Тогда Иеровоам стал просить пророка о помиловании, и по молитве того был исцелен.


Когда этот пророк возвращался в Иудею, откуда пришел, другой пророк из Вефиля захотел принять его у себя в доме. Узнав, что тому Господь воспретил есть и пить до возвращения, он солгал ему, сказав, что имел откровение. Пророк из Иудеи послушал его, за что был потом по дороге умерщвлен львом, который убил пророка, но не тронул его осла.


Таким трагическим образом пророк показал Иеровоаму, к каким последствиям приводит нарушение повеления Божия, пусть даже и под благовидным предлогом. Однако «и после сего события Иеровоам не сошел со своей худой дороги, но продолжал ставить из народа священников высот; кто хотел, того он посвящал, и тот становился священником высот. Это вело дом Иеровоамов ко греху и к погибели и к истреблению его с лица земли
» (3 Цар. 13:33-34).


Ре­зи­ден­ция Ие­ро­во­ама находилась по­сле­до­ва­тель­но сна­ча­ла в Си­хе­ме, по­том в Пе­ну­э­ле, затем, на­ко­нец, в Фир­це. Прав­ле­ние его про­дол­жа­лось 23 го­да. Не­смо­т­ря на все об­ли­че­ния, Ие­ро­во­ам ос­та­ет­ся не­пре­кло­нен в сво­ей по­ли­ти­ке. И тогда, как некогда Саул, Ие­ро­во­ам по­лу­ча­ет от Бо­га при­го­вор о сво­ем от­вер­же­нии от того же самого пророка, через которого он был поставлен на царство. Когда заболел его сын Авия, он по­с­лал же­ну (пе­ре­оде­тую, что­бы ни­кто не уз­нал,) к про­ро­ку Ахии вопросить о судь­бе ре­бен­ка. Од­на­ко Ахия, хо­тя уже был слеп, как толь­ко она вошла, сказал: «…вой­ди, же­на Ие­ро­во­а­мо­ва; для че­го бы­ло те­бе пе­ре­оде­вать­ся? Я гроз­ный по­слан­ник к те­бе. Пой­ди, ска­жи Ие­ро­во­а­му: так го­во­рит Гос­подь Бог Из­ра­и­лев: Я воз­вы­сил те­бя из сре­ды про­сто­го на­ро­да и по­ста­вил вож­дем на­ро­да Мо­е­го Из­ра­и­ля, и от­торг цар­ст­во от до­ма Да­ви­до­ва и дал его те­бе; а ты не та­ков, как раб Мой Да­вид, ко­то­рый со­блю­дал за­по­ве­ди Мои и ко­то­рый по­сле­до­вал Мне всем серд­цем сво­им, де­лая толь­ко угод­ное пред оча­ми Мо­и­ми; ты по­сту­пал ху­же всех, ко­то­рые бы­ли преж­де те­бя, и по­шел, и сде­лал се­бе иных бо­гов и ис­ту­ка­нов, что­бы раз­дра­жить Ме­ня, <…> за это Я на­ве­ду бе­ды на дом Ие­ро­во­а­мов <…> и вы­ме­ту дом Ие­ро­во­а­мов, как вы­ме­та­ют сор, до­чи­с­та
» (3 Цар. 14:6–10). И дей­ст­ви­тель­но, не ус­пе­ва­ет по­сле смер­ти Ие­ро­во­а­ма сын его На­ват
во­ца­рить­ся, как че­рез два года он уже был убит (3 Цар. 15:25-28). И ро­до­на­чаль­ник сле­ду­ю­щей, вто­рой ди­на­с­тии, Ва­а­са
из ко­ле­на Ис­са­ха­ро­ва во­ца­рил­ся над Из­ра­и­лем (3 Цар. 28:33).


Эта ди­на­с­тия то­же пред­став­ле­на толь­ко дву­мя ли­ца­ми – это Ва­а­са и его сын Ила
. Пер­вый пра­вил 24 го­да, вто­рой – толь­ко 2, и был убит на­чаль­ни­ком по­ло­ви­ны ко­лес­ниц, Зам­ври­ем
, су­мевшим про­дер­жать­ся на тро­не толь­ко 7 дней, по­сле че­го сам был каз­нен на­чаль­ни­ком из­ра­иль­ско­го вой­ска Ам­ври­ем
, ко­то­рый и во­ца­рил­ся.



16.2. От Аха­ва до Ас­си­рий­ско­го пле­на

Из тре­ть­ей ди­на­с­тии, ро­до­на­чаль­ни­ком ко­то­рой стал Ам­врий
, мы зна­ем че­ты­рех ца­рей – са­мо­го Ам­врия, его сы­на Аха­ва – на­и­бо­лее известного из всех израильских царей после Иеровоама, Охо­зию и Ио­ра­ма. Цар­ст­во­ва­ние Ам­врия – од­но из са­мых яр­ких цар­ст­во­ва­ний Израиля в по­ли­ти­че­с­ком и во­ен­ном смыс­ле. При нем был ос­но­ван го­род Са­ма­рия (3 Цар. 16:24), ко­то­рый с тех пор стал сто­ли­цей Се­вер­но­го цар­ст­ва.


Ам­врий с по­ли­ти­че­с­кой точ­ки зре­ния бы­л настолько ус­пеше­н, что да­же сто­ле­тие спу­с­тя, при ца­рях дру­гой ди­на­с­тии в ас­си­рий­ских до­ку­мен­тах Са­ма­рия продолжает на­зы­ва­еть­ся «до­мом Ам­врия». Для то­го, что­бы пред­ста­вить се­бе, ка­ко­во бы­ло на­след­ст­во, ос­тав­лен­ное Ам­ври­ем Аха­ву, скажем, что во вре­мя зна­ме­ни­той бит­вы при Кар­ка­ре, ког­да про­тив Ас­си­рий­ской ар­мии вы­сту­пи­ла ко­а­ли­ция за­пад­ных царств, од­них толь­ко ко­лес­ниц Ахав смог вы­ста­вить две ты­ся­чи. То есть Ахав по­лу­чил цар­ст­во от сво­е­го от­ца в про­цве­та­ю­щем со­сто­я­нии. Но при этом в 3 книге Царств правлению Ахава посвящено всего пять стихов.


Ахав
, как и его отец, бы­ли до­ста­точ­но бла­го­с­клон­но рас­по­ло­же­ны к ок­ре­ст­ным на­ро­дам и к их куль­ту­ре. Это про­яви­лось, в ча­ст­но­с­ти, в том, что в же­ны Аха­ву Ам­врий взял Ие­за­вель, дочь ца­ря Си­дон­ско­го, то есть бла­го­по­лу­чие цар­ст­ва стро­и­лось еще и на хо­ро­ших от­но­ше­ни­ях с фи­ни­кий­ца­ми. Ио­сиф Фла­вий го­во­рит, что Еф­ва­ал, отец Ие­за­ве­ли, был преж­де жре­цом Ас­тар­ты [87, VIII, 13, 1]. Че­рез Ие­за­вель в Из­ра­и­ле на­чи­на­ет­ся ак­тив­ное на­саж­де­ние куль­та Ва­а­ла Мель­кар­та фи­ни­кий­ско­го, Си­дон­ско­го бо­же­ст­ва. Од­но­вре­мен­но с этим на­чи­на­ет­ся борь­ба с по­чи­та­те­ля­ми Бо­га Из­ра­и­ле­ва. Слу­га Аха­ва Ав­дий спа­с от смерти 100 про­ро­ков (3 Цар. 18:3), но мно­гие были истреблены. Об этом сви­де­тель­ст­ву­ет про­рок Илия.


Об Аха­ве Пи­са­ние го­во­рит так: «И де­лал Ахав, сын Ам­врия, не­угод­ное пред оча­ми Гос­по­да бо­лее всех быв­ших преж­де не­го. Ма­ло бы­ло для не­го впа­дать в гре­хи Ие­ро­во­а­ма, сы­на На­ва­то­ва; он взял се­бе в же­ну Ие­за­вель, дочь Еф­ва­а­ла, ца­ря Си­дон­ско­го, и стал слу­жить Ва­а­лу и по­кло­нять­ся ему. И по­ста­вил он Ва­а­лу жерт­вен­ник в ка­пи­ще Ва­а­ла, ко­то­рый по­ст­ро­ил в Са­ма­рии,
– то есть свою сто­ли­цу он сде­лал цен­т­ром это­го куль­та, – и сде­лал Ахав ду­б­ра­ву, и бо­лее всех ца­рей Из­ра­иль­ских, ко­то­рые бы­ли преж­де не­го, Ахав де­лал то, что раз­дра­жа­ет Гос­по­да Бо­га Из­ра­и­ле­ва
» (3 Цар. 16:30–33).


Во вре­ме­на Аха­ва про­ис­хо­дит при­ми­ре­ние из­ра­иль­ско­го и иу­дей­ско­го цар­ст­ва, и со­юз этот за­креп­ля­ет­ся то­же ди­на­с­ти­че­с­ки, а имен­но дочь Аха­ва и Ие­за­ве­ли Го­фо­лия от­да­на за­муж за сы­на иу­дей­ско­го ца­ря Ио­са­фа­та. Ио­са­фат вме­с­те с Аха­вом пред­при­ни­ма­ют раз­лич­ные сов­ме­ст­ные во­ен­ные и тор­го­вые пред­при­я­тия, хо­тя че­рез про­ро­ков Гос­подь Ио­са­фа­та и за­тем его сы­на Ио­ра­ма осуж­да­ет за этот со­юз, по­сколь­ку он чре­ват бес­че­с­ти­ем для цар­ст­ва иу­дей­ско­го. В бит­ве под Ра­мо­фом Га­ла­ад­ским, где Ахав по­ги­ба­ет, вме­с­те с ним сра­жа­ет­ся Ио­са­фат. Ахав был тя­же­ло ра­нен и, бу­ду­чи при­ве­зён в Са­ма­рию, ис­тек кро­вью и умер, и после ко­лес­ни­цу отмы­ва­ли от его кро­ви. Так исполнилось слово Господа, что кровь его будут лизать псы там же, где бы­ла про­ли­та кровь уби­то­го им На­ву­фея.


По­сле Аха­ва над Из­ра­и­лем последовательно во­ца­ря­ют­ся его сы­но­вья Охо­зия
и Ио­рам
. В бо­лез­ни Охо­зия по­сы­ла­ет во­про­сить о сво­ей судь­бе Ве­ель­зе­ву­ла, бо­же­ст­во Ак­ка­рон­ское (ко­то­ро­му по­кло­ня­лись фи­ли­с­тим­ля­не). За это про­рок Илия воз­ве­ща­ет ему ско­рую смерть (4 Цар. 1:1-4). В это вре­мя про­ис­хо­дит край­нее ос­лаб­ле­ние цар­ст­ва. Мо­а­ви­тя­не окон­ча­тель­но ос­во­бож­да­ют­ся от под­чи­не­ния из­ра­иль­тя­нам (вслед за этим Ио­рам иу­дей­ский те­ря­ет власть над Эдо­мом). Идет по­сте­пен­ное со­кра­ще­ние тер­ри­то­рий и умень­ше­ние воз­мож­но­с­тей из­ра­иль­ско­го цар­ст­ва. Как раз в это вре­мя толь­ко десять ко­лес­ниц и пятьдесят всад­ни­ков ос­та­ет­ся во всем войске ца­ря из­ра­иль­ско­го. Соб­ст­вен­но, на Ио­ра­ме, который хотя и снял статую Ваала, в остальном следовал своим предшественникам, кон­ча­ет­ся ис­то­рия тре­ть­ей ди­на­с­тии. Про­рок Ели­сей по­ма­зы­ва­ет в ца­ри из­ра­иль­ские ро­до­на­чаль­ни­ка сле­ду­ю­щей ди­на­с­тии Ии­уя (4 Цар. 9:1-10).


Ии­уй
ис­пол­ня­ет сло­во Бо­жие о том, что дом Ахава вы­ме­тен бу­дет, как дом Иеровоама. Ие­за­вель, ко­то­рой бы­ло пред­ре­че­но уме­реть за сте­на­ми Са­ма­рии, бы­ла вы­бро­ше­на из ок­на и по­гиб­ла. Ии­уй унич­то­жил всех род­ст­вен­ни­ков Аха­ва, вклю­чая да­же ца­ря Иу­дей­ско­го Охо­зию, ко­то­рый в этот мо­мент на­хо­дил­ся то­же в Са­ма­рии и был убит вме­с­те с сы­но­вь­я­ми Аха­ва. Во­ца­рив­шись, Ии­уй за­нял­ся тем, что на­чал ис­треб­лять и унич­то­жать культ Ва­а­ла. Начало его управления ознаменовано борьбой с идолопоклонством, он унич­то­жил ка­пи­ща Ва­а­ло­вы и, со­брав, пе­ре­бил всех жре­цов Ва­а­ло­вых, ко­то­рых ум­но­жа­ли Ахав с Ие­за­ве­лью. Но тем не ме­нее по­сле сво­е­го во­ца­ре­ния он не об­ра­тил­ся к за­ко­ну Бо­жь­е­му, не стал слу­жить Бо­гу, и ему са­мо­му бы­ло пред­ре­че­но, что толь­ко трое его по­том­ков бу­дут цар­ст­во­вать, по­сле че­го прав­ле­ние его ди­на­с­тии за­кон­чит­ся. По­сле во­ца­ре­ния Ии­уя во­зоб­нов­ля­ет­ся про­ти­во­сто­я­ние меж­ду из­ра­иль­ским и иу­дей­ским цар­ст­ва­ми, которое продолжалось в правление династии Вассы и сменилось дружбой во времена потомков Амврия.


Ис­то­рия эта печальна, здесь ма­ло бла­го­че­с­тия и много кро­во­про­ли­тия. Имен­но по­то­му, что все бо­лее на­де­я­лись на свою си­лу, на свой ра­зум и на свои ре­ли­ги­оз­ные воз­зре­ния, чем на Бо­га. И все па­да­ли один за дру­гим. На зна­ме­ни­том «чер­ном обе­ли­с­ке» ас­си­рий­ско­го ца­ря Сал­ма­нас­са­ра III упо­ми­на­ет­ся о том, что он об­ло­жил да­нью Ии­уя из до­ма Ам­врия (око­ло 841 г.). Вну­ку Ии­уя Ио­а­су
тоже при­хо­ди­лось пла­тить дань ас­си­рий­цам. По­на­ча­лу на­ше­ст­вие Ас­си­рии для Из­ра­и­ля бы­ло не­ким при­об­ре­те­ни­ем, потому что дав­ле­ние ара­ме­ев (то есть Си­рий­ско­го го­су­дар­ст­ва) край­не ос­ла­бе­­ло. На этом фо­не Ио­а­су уда­ет­ся от­во­е­вать у них преж­де по­те­рян­ные зем­ли. Пер­во­на­чаль­но он был в со­ю­зе с Ама­си­ей иу­дей­ским, но за­тем во­е­вал с ним и да­же раз­ру­шил часть сте­ны Ие­ру­са­ли­ма.


При его сы­не Ие­ро­во­а­ме II
, ко­то­рый пра­вил прак­ти­че­с­ки 40 лет (793–753 гг.), гра­ни­цы из­ра­иль­ско­го цар­ст­ва на се­ве­ре сно­ва раз­дви­ну­лись прак­ти­че­с­ки до гра­ниц цар­ст­ва Со­ло­мо­на. Со вре­ме­ни Ие­ро­во­а­ма II до нас дошли пророческие книги: про­роки Осия и Амос про­по­ве­до­ва­ли во вре­ме­на это­го ца­ря. Из их книг ви­дно со­сто­я­ние цар­ст­ва: рос­кошь, бо­гат­ст­во, по­кой­ная, до­воль­ная жизнь князей, край­нее не­че­с­тие, раз­врат, от­сут­ст­вие вся­кой спра­вед­ли­во­с­ти, от­сут­ст­вие ми­ло­сер­дия, по­сто­ян­ные лу­кав­ст­во, ин­три­ги, пре­да­тель­ст­во и т. д. Пол­ное нрав­ст­вен­ное и ре­ли­ги­оз­ное раз­ло­же­ние гос­под­ст­ву­ет в этом цар­ст­ве.


Царствованием Ие­ро­во­а­ма II за­кан­чи­ва­ет­ся ис­то­рия чет­вёр­той и по­след­ней ди­на­с­тии. По­сле не­го в те­че­ние 20 лет про­ис­хо­дит пол­ное вы­рож­де­ние, па­де­ние и ис­треб­ле­ние цар­ст­ва, ко­то­рое при нём до­стиг­ло мак­си­маль­но­го внеш­не­го рас­цве­та, но вну­т­рен­не пол­но­стью сгни­ло и по­это­му за 20 лет пре­кра­ти­ло своё су­ще­ст­во­ва­ние. Ди­на­с­тий как таковых больше не бы­ло, од­ни пра­ви­те­ли сме­ня­ли других. Кто-то один ме­сяц пра­вил, кто-то двад­цать лет. Вто­рая по­ло­ви­на вось­мо­го ве­ка – это вре­мя ас­си­рий­ско­го на­ше­ст­вия. В 730-х го­дах прак­ти­че­с­ки все Се­вер­ное цар­ст­во ста­ло ас­си­рий­ской про­вин­ци­ей, за из­ра­иль­ски­ми ца­ря­ми ос­та­лась толь­ко Са­ма­рия и не­боль­шой уча­с­ток тер­ри­то­рии в го­ри­с­той ме­ст­но­с­ти, до ко­то­ро­го ас­си­рий­цы не до­б­ра­лись и ко­то­рый осо­бен­но не был им ну­жен. По­сле то­го, как по­след­ний из ца­рей из­ра­иль­ских Осия
в 725 го­ду по­на­де­ял­ся на ук­реп­ля­ю­ще­е­ся Еги­пет­ское цар­ст­во и пе­ре­стал пла­тить дань ас­си­рий­цам, он был не­мед­лен­но осаж­ден в Са­ма­рии (4 Цар. 17:4–5). Во вре­ме­на пре­ды­ду­щих ца­рей этот го­род был пре­крас­но ук­реп­лен и ни ра­зу не был взят. Там бы­ло не­сколь­ко ря­дов стен, тол­щи­на их в не­ко­то­рых ме­с­тах до­сти­га­ла де­ся­ти ме­т­ров. Для сво­е­го вре­ме­ни это бы­ло вы­да­ю­ще­е­ся фор­ти­фи­ка­ци­он­ное со­ору­же­ние. То, что го­во­ри­ли про­ро­ки о его бо­гат­ст­ве, не бы­ло пре­уве­ли­че­ни­ем. Это под­тверж­да­ет­ся ар­хе­о­ло­ги­че­с­ки­ми рас­коп­ка­ми. Три го­да Осии уда­лось про­дер­жать­ся, по­сле че­го Са­ма­рия бы­ла взя­та, и все из­ра­иль­тя­не из Се­вер­но­го Цар­ст­ва бы­ли вы­се­ле­ны (4 Цар. 17:6). Это, как известно из ис­то­рии древ­не­го ми­ра, бы­ла тра­ди­ци­он­ная по­ли­ти­ка Ас­си­рий­ско­го цар­ст­ва. Практиковалось мас­со­вое пе­ре­се­ле­ние на­ро­дов, что­бы до­бить­ся их по­кор­но­с­ти. Так произошло и с израильтянами.


Та­ко­ва ис­то­рия Из­ра­иль­ско­го цар­ст­ва. В 722 го­ду, че­рез две­с­ти с не­боль­шим лет по­сле сво­е­го воз­ник­но­ве­ния, оно на­всег­да пе­ре­ста­ло су­ще­ст­во­вать. Бог, явив­ший­ся Илии в ве­я­нии ти­хо­го ве­т­ра, две­с­ти лет тер­пел это цар­ст­во. Две­с­ти лет Он ста­вил в нем раз­ных пра­ви­те­лей, для то­го, что­бы дать этим лю­дям воз­мож­ность ис­пра­вить­ся, но за две­с­ти лет ни­кто из них не по­тру­дил­ся воз­ло­жить свою на­деж­ду на Бо­га, вер­нуть на­род к Бо­го­по­чи­та­нию, к За­ве­ту Бо­жию. И в ре­зуль­та­те на этом цар­ст­ве ис­пол­ни­лось то, что обе­щал Бог че­рез Мо­и­сея в За­ко­не (Втор. 29:24–28).


По­сле по­ве­ст­во­ва­ния о па­де­нии Са­ма­рии де­ла­ет­ся еще не­боль­шое до­бав­ле­ние о том, что тер­ри­то­рия Се­вер­но­го цар­ст­ва бы­ла за­се­ле­на но­вы­ми при­шель­ца­ми, ко­то­рые бы­ли при­ве­де­ны Ас­си­рий­ца­ми из дру­гих мест (4 Цар. 17:24). На этих при­шель­цев ста­ли по­сто­ян­но на­па­дать львы и по­едать их, и они до­воль­но бы­с­т­ро со­об­ра­зи­ли, что все это про­ис­хо­дит из-за то­го, что они не зна­ют за­ко­нов Бо­га той зем­ли, в ко­то­рую они пе­ре­се­ли­лись. Для язы­че­с­ко­го ми­ро­воз­зре­ния бы­ло ха­рак­тер­но пред­став­ле­ние о том, что каждой земле покровительствует свой бог. Свя­щен­ное Пи­са­ние по­ка­зы­ва­ет, как бы­с­т­ро ра­зо­бра­лись при­шель­цы в при­чи­не сво­их бед и не­удач, в от­ли­чие от из­ра­иль­тян, ко­то­рые за 200 лет так и не смог­ли по­нять, от­че­го же все-та­ки у них все так не ла­дит­ся. По распоряжению царя Ассирийского им был при­слан свя­щен­ник из чис­ла уве­де­нных в плен, ко­то­рый по­се­лил­ся в Ве­фи­ле и стал учить их «как чтить Господа
» (4 Цар. 17:28). И ста­ли они чтить Бо­га Из­ра­и­ле­ва, при­том, что каж­дый из них про­дол­жал чтить бо­га той зем­ли, из ко­то­рой был вы­се­лен. Здесь как раз бе­рет на­ча­ло ис­то­рия то­го на­ро­да, ко­то­рый в Но­вом За­ве­те упоминается под на­зва­ни­ем Са­ма­рян.



16.3. Пророки Илия и Елисей

Раздел, посвященный северному царству будет не полон, если мы не коснемся служения святых пророков Божиих Илии и Елисея.


Напомню, что Израильский царь Ахав и его жена Иезавель начали вводить культ Ваала. Эта деятельность сопровождается систематическим избиением всех приверженцев Истинного Бога Израилева. И в первую очередь пророков. В этот критических момент восстает в Израиле и один из великих ветхозаветных пророков - Илия Фесвитянин.


Засуха в Израильском царстве
. Илия объявил, что не будет ни дождя ни росы до тех пор, пока он не скажет. После этого он поселился у потока Хорафа, куда ворон приносил ему пищу, а когда этот поток иссох, Илия ушел за пределы Израиля, к вдове в Сарепту Сидонскую, где и поселился у одной вдовы. У нее, поделившейся с пророком последними запасами пищи, не оскудевал потом запас муки и елея. Когда умер сын вдовы, Илия воскресил его (3 Цар. гл. 17).


Через три года после начала засухи Илия вернулся в Израиль. «Когда Ахав увидел Илию, то сказал Ахав ему: ты ли это, смущающий Израиля? И сказал Илия: не я смущаю Израиля, а ты и дом отца твоего, тем, что вы презрели повеления Господни и идете вслед Ваалам; теперь пошли и собери ко мне всего Израиля на гору Кармил, и четыреста пятьдесят пророков Вааловых, и четыреста пророков дубравных, питающихся от стола Иезавели. И послал Ахав ко всем сынам Израилевым и собрал всех пророков на гору Кармил. И подошел Илия ко всему народу и сказал: долго ли вам хромать на оба колена? если Господь есть Бог, то последуйте Ему; а если Ваал, то ему последуйте. И не отвечал народ ему ни слова. И сказал Илия народу: я один остался пророк Господень, а пророков Вааловых четыреста пятьдесят человек. пусть дадут нам двух тельцов, и пусть они выберут себе одного тельца, и рассекут его, и положат на дрова, но огня пусть не подкладывают; а я приготовлю другого тельца и положу на дрова, а огня не подложу; и призовите вы имя бога вашего, а я призову имя Господа Бога моего. Тот Бог, Который даст ответ посредством огня, есть Бог. И отвечал весь народ и сказал: хорошо
» (3 Цар.18:17–25).


Собранные жрецы и пророки прыгали и скакали целый день вокруг этого жертвенника, призывая Ваала, однако ничего не произошло. «В полдень Илия стал смеяться над ними и говорил: кричите громким голосом, ибо он бог; может быть, он задумался, или занят чем-либо, или в дороге, а может быть, и спит, так он проснется! И стали они кричать громким голосом, и кололи себя по своему обыкновению ножами и копьями, так что кровь лилась по ним. Прошел полдень, а они все еще бесновались до самого времени вечернего жертвоприношения; но не было ни голоса, ни ответа, ни слуха
» (3 Цар. 18:27–29). Во время вечерней жертвы Илия призвал к себе народ велел трижды возлить воду на жертву и на дрова, так что и ров вокруг жертвенника наполнился водой, после чего по его молитве сошел огонь с неба и попалил жертву и дрова, и камни, из которых был сложен жертвенник. После этого Илия лично убивает всех этих пророков и жрецов, и не по причине своей кровожадности, но во исполнение Закона, в котором все поступки, связанные с отступлением от Бога, крались смертью.


Роль Илии на Кармиле сопоставима с ролью Моисея, творившего чудеса ради укрепления веры израильтян. Ведь время Ахава и Иезавели – это время, когда возможность полного отступления от Завета в Израиле было почти реальностью. Чтобы лучше понять, почему было избрано такое наказание Израилю, нужно принять во внимание, что среди богов ханаанского пантеона Ваал «отвечал» за своевременность сезонных дождей, без которых невозможно было земледелие. Илия показал, кто есть истинный Царь мира и Податель всех благ.


Многие после этого уверовали. Илия, поднявшись на Кармил, вознес семикратное моление, после которого начался ливень.


«И пересказал Ахав Иезавели все, что сделал Илия, и то, что он убил всех пророков мечом. И послала Иезавель посланца к Илии сказать: пусть то и то сделают мне боги, и еще больше сделают, если я завтра к этому времени не сделаю с твоею душею того, что [сделано] с душею каждого из них
» (3 Цар. 19:1–2).


Богоявление на горе Хорив
. Уйдя в Иудею, Илия просит у Бога себе смерти: «довольно уже, Господи; возьми душу мою, ибо я не лучше отцов моих
» (3 Цар. 19:4), но получает от ангела указание идти на гору Хорив, и там происходит Богоявление Илии. Описывается это таким образом: «И вошел [Илия] в пещеру и ночевал в ней. И вот, было к нему слово Господне, и сказал ему Господь: что ты здесь, Илия? Он сказал: возревновал я о Господе Боге Саваофе, ибо сыны Израилевы оставили завет Твой, разрушили Твои жертвенники и пророков Твоих убили мечом; остался я один, но и моей души ищут, чтобы отнять ее. И сказал: выйди и стань на горе пред лицем Господним, и вот, Господь пройдет, и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра
– или как по-славянски «глас хлада тонка
» – [и там Господь]. Услышав сие, Илия закрыл лице свое милотью своею, и вышел, и стал у входа в пещеру
» (3 Цар. 19:9–13). И Господь ему открывает, что Он «оставил между израильтянами семь тысяч мужей, всех сих колени не преклонялись пред Ваалом, и всех сих уста не лобызали его
» (ст. 18). Чудеса Илии носят обличительный и карающий характер. И вот Господь показывает ему, что и Он мог бы уже давно землетрясением и огнем и ураганом смести весь этот народ с лица земли, но что за лучшее Господь предпочитает управлять родом человеческим с кротостью и долготерпением, ожидая его покаяния. Число 7000 не подклонивших голову Ваалу – символическое, 7 символизирует полноту, 1000 – множество.


В этом явлении содержится и откровение о Христе, который придет как Свет Тихий, совершая служение с кротостью и милосердием. Его ожидали как грозного царя, который, придя, сокрушит все окрестные народы, одержит победу, воцарится во славе и никто не сможет ему противостать; а Господь явился как странник, нищий, который не имеет где главу приклонить, а вместо меча и огня Он кротким словом любви привлек к Себе сердца людей, как привлекает в знойный день веяние прохладного ветерка [34, с. 374 – 375].


Вспомним также, что пророк Илия явился вместе с пророком Моисеем на горе Преображения, чем засвидетельствовал апостолам, что Христос есть тот Самый Бог, Который являлся ему и Моисею на Хориве и Синае.


Возвращаясь в землю израилеву, Илия по повелению Божию берет к себе в ученики Елисея, сына Сафатова. Когда Илия, проходя, призвал его, тот заколол волов, на которых он пахал, сломал плуг, изжарил на нем волов, и отдал это мясо тем людям, которые были с ним, а сам ушел за Илией, став его учеником (3 Цар. 19:19–21).


Отвержение Ахава.
Господь по-прежнему не оставлял попечения над Израилем, что в очередной раз проявилось в спасении от нашествия сирийского царя Вендада. Не названный по имени пророк сказал Ахаву: «так говорит Господь: за то, что Сирияне говорят: "Господь есть Бог гор, а не Бог долин", Я все это большое полчище предам в руку твою, чтобы вы знали, что Я – Господь
» (3 Цар. 20:28). Однако Ахав отпустил Вендада, назвав его своим братом, за что получил грозное предупреждение: «за то, что ты выпустил из рук твоих человека, заклятого Мною, душа твоя будет вместо его души, народ твой вместо его народа
» (3 Цар. 20:42).


Окончательный суд над Ахавом и Иезавелью совершился в связи с историей с виноградником, который примыкал к царскому дворцу и принадлежал человеку по имени Навуфей. Ахав пожелал его приобрести, но когда Навуфей отказался, то Ахав был очень огорчен, поскольку, земельные участки в Израиле были в соответствии с законом неотчуждаемыми. Для сидонянки Иезавели это все было смешно, поскольку, что может быть недоступным для царя? В результате она распорядилась устроить суд, на которым невинный Навуфей был оклеветан, осужден, и немедленно побит камнями. И Ахав, несмотря на то, что он огорчен таким поворотом дела, тем не менее не может удержаться от удовольствия пойти и посмотреть на свои новые владения. И встречает там ни кого иного, как Илию, которого послал Господь сказать Ахаву : «"так говорит Господь: ты убил, и еще вступаешь в наследство?" и скажи ему: "так говорит Господь: на том месте, где псы лизали кровь Навуфея, псы будут лизать и твою кровь"
» (3 Цар. 21:19).


«И сказал Ахав Илии: нашел ты меня, враг мой! Он сказал: нашел, ибо ты предался тому, чтобы делать неугодное пред очами Господа
» (3 Цар. 21:19). Илия возвещает царю, что его дом будет отвержен и выметен, как были уничтожены династии Иеровоама и Ваасы. Услышав это, Ахав разодрал свои одежды, одел вретище, постился и ходил печальным. «И было слово Господне к Илии Фесвитянину, и сказал Господь: видишь, как смирился предо Мною Ахав? За то, что он смирился предо Мною, Я не наведу бед в его дни; во дни сына его наведу беды на дом его
» (3 Цар. 21:28-29). Обратите внимание на то, что окончательный приговор Ахаву выносится не за идолопоклонство, а за нарушение справедливости и убийство. Здесь нужно вспомнить и о завете Бога с Ноем, и об общем строе пророческой проповеди, ясно свидетельствующей о невозможности угодить Богу без милости и правды по отношению к ближнему. Но даже здесь проявляется милость Бога, внявшему покаянию Ахава.


Ахав погиб во время похода против Рамофа Галаадского. Его, израненного в битве, привезли к стенам Самарии, где он умер, и псы лизали его кровь на месте убийства Навуфея (3 Цар. 22:30-38).


Окончание служения прока Илии.
Последние события в служении Илии произошли во время правления сына Ахва Охозии. Заболев, Охозия отправляет людей к Веельзевулу, божеству Аккаронскому, вопросить о своем выздоровлении. Илия, встретив посланцев, отправляет их обратно к царю, передать ему, что он умрет. Охозия посылает за Илией пятьдесят воинов. Пятидесятник является и говорит: «Человек Божий, царь говорит тебе: сойди
». То есть, хоть ты и человек Божий, но повеление царя все-таки важнее. На что Илия ему отвечает: «если я человек Божий, то пусть сойдет огонь с неба и попалит тебя и твой пятидесяток
» (4 Цар. 1:10). И только третья экспедиция увенчалась успехом, поскольку третий пятидесятник оказался человеком богобоязненным и с должным почтением обратился к пророку со своей просьбой.


Именно это событие вспомнили апостолы, когда град самарийский отказался пропустить Христа, и они предложили помолиться и свести на них огонь с неба, «как и Илия сотворил
». В ответ Господь им говорит: «не знаете, какого вы духа
» (Лк. 9:54-55), отчасти указывая и на богоявление на Хориве, когда не в огне, ни в урагане, ни в землетрясении открылся Господь, а в гласе хлада тонка.


На все последующие времена пророк Илия явился примером непоколебимой веры и твердости в стоянии за правду. Укрепляя христиан в вере, апостол Иаков писал: «Илия был человек, подобный нам, и молитвою помолился, чтобы не было дождя: и не было дождя на землю три года и шесть месяцев. И опять помолился: и небо дало дождь, и земля произрастила плод свой
» (Иак. 5:17–19).


Пророк Илия не вкусил смерти, но был взят Господом Богом в огненной колеснице на небо. Через пророка Малахию Бог открыл, что Он в конце времен пошлет пророка Илию для проповеди покаяния «И он обратит сердца отцов к детям и сердца детей к отцам их, чтобы Я, придя, не поразил земли проклятием
» (Мал. 4:6).


Пророк Елисей.
Елисей был постоянным спутником и учеником пророка Илии в последний период его служения. Зная о предстоящем вознесении, Елисей просил у Илии: «дух, который в тебе, пусть будет на мне вдвойне
» (4 Цар. 2:9). Он просил так не потому что он пытался превзойти своего учителя, а потому что сознавал свою немощь и знал, что ему нужно вдвое большую благодать, чем было дано Илии, чтобы послужить Богу.


Ударив милотью Илии по воде, перейдя Иордан как посуху, Елисей убедился в том, что просимый дар им получен (4 Цар. 2:13–14). Служение пророка Елисея, в отличие от служения пророка Илии, было скорее служением милосердия, хотя и он являл людям грозные знамения. Придя от Иордана в Иерихон, Елисей исцелил солью источник воды, так что та стала пригодной для питья.


«И пошел он оттуда в Вефиль. Когда он шел дорогою, малые дети вышли из города и насмехались над ним и говорили ему: иди, плешивый! иди, плешивый! Он оглянулся и увидел их и проклял их именем Господним. И вышли две медведицы из леса и растерзали из них сорок два ребенка
» (4 Цар. 2:23–24). Как объяснить такую жестокость? В законе сказано: «Пред лицем седого вставай и почитай лице старца, и бойся Бога твоего
» (Лев. 19:32), а заповедь о почитании родителей в декалоге сопровождается обетованием блага и долголетия. Нарушение этих заповедей во все времена влекло за собой тяжелые последствия. Не умеющий почтить старца не имеет почтения и к Богу.


Елисей спас войска царей иудейского и израильского, дав им воду в пустыне Едомской (4 Цар. 3:6-20).


Достаточно долгое время Елисей живёт в Галгале, в общине сынов пророческих (4 Цар. 4). В это время он умножает масло в доме вдовы одного из сынов пророческих, избавив ее дом от голодной смерти. По его молитве родился сын у бездетной семьи из Сонама. Когда отрок умер от болезни, Елисей пришел и воскресил его, как некогда Илия сына вдовицы.


Нужно сказать, что с общинами сынов пророческих иногда связывают появление «профессиональных» пророков или лжепророков, полагая, что это результат вырождения изначально благочестивых сообществ. Однако в книгах Царств мы видим одновременное существование как сонма лжепророков, так и общин сынов пророческих, с которыми живет пророк Елисей. Кстати, заметим различие терминологии – в Писании четко различаются сыны пророческие и пророки. Первые не претендуют на роль вторых, некоторые из них, как Елисей, «который подавал воду на руки Илии
» (4 Цар. 3:11), были призваны в свое время на пророческое служение, некоторые, как слуга Елисея Гиезий, были отвергнуты. Поэтому, на мой взгляд, не следует ставить появление лжепророков в прямую зависимость от существования общин сынов пророческих.


Три чуда Елисея, совершенные в Галгале, свидетельствуют о бедности этих людей. Во время голода питались они тем, что им удалось собрать. Однажды они собрали какие-то растения, непригодные в пищу, и похлебка стала ядовитой. Елисей бросил в похлебку горсть муки и она стала съедобной (4 Цар. 4:38-41).


«Пришел некто из Ваал-Шалиши, и принес человеку Божию хлебный начаток - двадцать ячменных хлебцев и сырые зерна в шелухе. И сказал Елисей: отдай людям, пусть едят. И сказал слуга его: что тут я дам ста человекам? И сказал он: отдай людям, пусть едят, ибо так говорит Господь: "насытятся, и останется". Он подал им, и они насытились, и еще осталось, по слову Господню
» (4 Цар. 4:42-44).


Третья история связана с тем, что один из них уронил в воду топор и была великая скорбь, потому что и топор этот был взят взаймы и не было возможности отдать. Елисей бросил в воду кусок дерева, и топор всплыл на поверхность. По толкованию блаженного Феодорита, «сие прообразовало домостроительство нашего Спасителя, ибо как легкое дерево потонуло, а тяжелое железо всплыло, так снисхождением Божия естества совершено восхождение естества человеческого» [73, с. 341]. Иное толкование есть в богослужебных текстах. «Секира, юже Елисей взя от Иордана, Христе, крест являше, им же из глубины суетия языки извлекл еси…»[26]
.


Чудом, являющим значение веры, является исцеление Неемана Сирийца. Он болен проказой и не может исцелиться. По совету пленной израильтянки он приезжает к царю израильскому. Елисей отправляет к нему слугу с повелением пойди и омыться семь раз в Иордане. Нееман в гневе: «вот, я думал, что он выйдет, станет и призовет имя Господа Бога своего, и возложит руку свою на то место и снимет проказу; разве Авана и Фарфар, реки Дамасские, не лучше всех вод Израильских? разве я не мог бы омыться в них и очиститься? И оборотился и удалился в гневе. И подошли рабы его и говорили ему, и сказали: отец мой, [если] [бы] что-нибудь важное сказал тебе пророк, то не сделал ли бы ты? а тем более, когда он сказал тебе только: "омойся, и будешь чист". И пошел он и окунулся в Иордане семь раз, по слову человека Божия, и обновилось тело его, как тело малого ребенка, и очистился
» (4 Цар. 5:11-14) Тогда Нееман идет к Елисею и предлагает ему дары, от которых тот решительно отказывается. Тогда Неман говорит, что не будет поклоняться иным богам, только по должности будет сопровождать царя в храм Риммона. И просит позволения взять с со­бой столько земли, сколько снесут две лошади (4 Цар. 5:17), очевидно, что­бы по­том у се­бя в Да­ма­с­ке по­кло­нять­ся Бо­гу на зем­ле Бо­га Из­ра­и­ле­ва, настолько сильна была в представлении людей связь богов с той или иной землей.


Неман уезжает. Но Гиезий, слуга Елисея, не может удержаться от искушения, догоняет Неемана и говорит: «Господин мой послал меня сказать: "вот, теперь пришли ко мне с горы Ефремовой два молодых человека из сынов пророческих; дай им талант серебра и две перемены одежд"
» (4 Цар. 5:22). Тот дает, и Гиезий, вернувшись, естественно, пытается как-то укрыться. Но Елисей говорит: раз ты польстился на сокровища Неемановы, то и проказа его перейдет на тебя и потомство твое (4 Цар. 5:25-27).


Елисей спас осажденную сирийцами и изнемогающую от голода Самарию. По его молитвам сирийцы были поражены слепотой и взяты в плен. Но убивать он их запретил, сказав царю: «Разве мечом твоим и луком твоим ты пленил их, чтобы убивать их? Предложи им хлеба и воды; пусть едят и пьют, и пойдут к государю своему
» (4 Цар. 6:22).


Исполняя повеление, данное Илией, он помазывает на царство сирийское Азаила (4 Цар. 8:7-15). А на царство израильское помазал рукою одного из сынов пророческих Ииуя (4 Цар. 9:1-6).


И последнее чудо Елисей совершил уже после своей смерти. Когда мимо пещеры, где покоились кости пророка, несли мертвеца, увидели отряд моавитян. В страхе мертвеца, чтобы он не мешал бежать, бросили спешно в эту пещеру и тот, коснувшись костей Елисея, ожил. Заметим, что если Илия совершил одно чудо воскрешения, то Елисей – два, таким образом подтвердив двойное пребывание на нем духа пророческого.


Однако даже усилия этих великих пророков, а они были не одиноки, множество чудес, ими совершенных, не смогли отвратить Израиль от нечестия.



Гла­ва 17. Ис­то­рия Юж­но­го (Иу­дей­ско­го) цар­ст­ва

Ис­то­рия Иу­дей­ско­го цар­ст­ва бу­дет раскрыта не­сколь­ко пол­нее, по­сколь­ку имен­но там со­хра­ня­лось, хо­тя и не все­гда ус­пеш­но, бла­го­че­с­тие, и пра­ви­ли по­том­ки Да­ви­да от которого надлежало прийти Христу.



17.1. Прав­ле­ние ца­рей Иу­дей­ских от Ро­во­а­ма до Ахаза

Рас­смо­т­рим, в ос­нов­ном, ре­ли­ги­оз­ные ас­пек­ты прав­ле­ния ца­рей иу­дей­ских[27]
. Не­ко­то­рые из них мо­гут быть на­зва­ны бла­го­че­с­ти­вы­ми, а са­мых луч­ших Пи­са­ние срав­ни­ва­ет с са­мим Да­ви­дом[28]
.


1. Ро­во­ам
, сын Со­ло­мо­на (926–910).


По­началу Ро­во­ам, формально ставший виновником разделения, хо­тел под­чи­нить се­бе се­вер­ные ко­ле­на си­лой, но про­ро­к Самей вос­пре­пят­ст­во­ва­л это­му намерению, по­сколь­ку таков был су­д Бо­жий.


Ровоам занялся укреплением городов в Иудее. Из Свереного царства к нему начали стекаться священники и левиты, не желавшие участвовать в грехах Иеровоама, а за ними стали приходить многие благочестивые люди, так что «укрепили они царство Иудино
» (2 Пар. 11:17).


На чет­вер­том го­ду прав­ле­ния, «когда царство Ровоама утвердилось, и он сделался силен, тогда он оставил закон Господень, и весь Израиль с ним
» (2 Пар. 12:1). Под вли­я­ни­ем ма­те­ри, ам­мо­ни­тян­ки На­амы, Ро­во­ам стал по­кло­нять­ся идо­лам и ув­лек за со­бой в идо­ло­по­клон­ст­во сво­их под­дан­ных (3 Цар. 14:21–23). По всей стра­не, на хол­мах и под свя­щен­ны­ми де­ре­вь­я­ми иу­деи на­ча­ли по­кло­нять­ся чу­жим бо­гам. Вско­ре по­сле­до­ва­ло на­ка­за­ние. Фа­ра­он Су­са­ким (Ше­шонк) на­пал на Па­ле­с­ти­ну и опу­с­то­шил Иу­дею и часть Из­ра­и­ля. Он ушел лишь тог­да, ког­да Ро­во­ам за­пла­тил гро­мад­ный вы­куп, от­дав ему ве­ли­чай­шие со­кро­ви­ща Ие­ру­са­лим­ско­го хра­ма и цар­ско­го двор­ца, со­бран­ные Да­ви­дом и Со­ло­мо­ном (3 Цар. 14:25–26). Весь­ма сим­во­лич­но, что зо­ло­тые щи­ты в хра­ме бы­ли за­ме­не­ны на мед­ные (вспом­ним сим­во­ли­ку упо­треб­ле­ния зо­ло­та и ме­ди в ски­нии).


2. Авия
, сын Ро­во­а­ма (910–908).


Авия цар­ст­во­вал все­го три го­да. В ре­ли­ги­оз­ных во­про­сах он сле­до­вал де­лам сво­е­го от­ца и не бо­рол­ся с идо­ло­по­клон­ст­вом. Про­ти­во­сто­я­ние с Се­вер­ным цар­ст­вом про­дол­жа­лось. В во­ен­ном столк­но­ве­нии он одер­жа­л по­бе­ду над Ие­ро­во­а­мом.


3. Аса
, сын Авии (908–868).


Свя­щен­ное Пи­са­ние из всех иу­дей­ских ца­рей осо­бен­но вы­де­ля­ет не­сколь­ких. Сре­ди них Аса, вну­к Ро­во­а­ма: «И де­лал Аса до­б­рое и угод­ное в очах Гос­по­да Бо­га сво­е­го: и от­верг он жерт­вен­ни­ки бо­гов чу­жих и вы­со­ты, и раз­бил ста­туи, и вы­ру­бил по­свя­щен­ные де­ре­ва; и по­ве­лел Иу­де­ям взы­с­кать Гос­по­да Бо­га от­цов сво­их, и ис­пол­нять за­кон [Его] и за­по­ве­ди; и от­ме­нил он во всех го­ро­дах Иу­ди­ных вы­со­ты и ста­туи солн­ца. И спо­кой­но бы­ло при нем цар­ст­во
» (2 Пар. 14:2-5). В го­ро­дах иу­дей­ских служение идолам бы­ло весь­ма рас­про­с­т­ране­но. Аса свою мать (а ско­рее, баб­ку) ли­шил цар­ско­го до­сто­ин­ст­ва за ис­ту­ка­на, ко­то­ро­го она сде­ла­ла, а ис­ту­кан сжег в до­ли­не Ке­д­ро­на. При нападении Зарая Ефиоплянина Бог подал Асе блестящую победу (2 Пар. 14:9-15).


В пят­над­ца­тый год цар­ст­во­ва­ния под воз­дей­ст­ви­ем про­ро­ка Аза­рии он об­но­вил За­вет с Бо­гом. «И со­брал все­го Иу­ду и Ве­ни­а­ми­на и жи­ву­щих с ни­ми пе­ре­се­лен­цев от Еф­ре­ма и Ма­нас­сии и Си­ме­о­на; ибо мно­гие от Из­ра­и­ля пе­ре­шли к не­му, ког­да уви­де­ли, что Гос­подь, Бог его, с ним. И со­бра­лись в Ие­ру­са­лим в тре­тий ме­сяц, в пят­над­ца­тый год цар­ст­во­ва­ния Асы; и при­нес­ли в день тот жерт­ву Гос­по­ду из до­бы­чи, ко­то­рую при­ве­ли, из круп­но­го ско­та семь­сот и из мел­ко­го семь ты­сяч; и всту­пи­ли в за­вет, что­бы взы­с­кать Гос­по­да, Бо­га от­цов сво­их, от все­го серд­ца сво­е­го и от всей ду­ши сво­ей; а вся­кий, кто не ста­нет ис­кать Гос­по­да, Бо­га Из­ра­и­ле­ва, дол­жен уме­реть, ма­лый ли он или боль­шой, муж­чи­на ли или жен­щи­на. И кля­лись Гос­по­ду гро­мо­глас­но и с вос­кли­ца­ни­ем и при зву­ке труб и ро­гов. И ра­до­ва­лись все Иу­деи сей клят­ве, по­то­му что от все­го серд­ца сво­е­го кля­лись и со всем усер­ди­ем взы­с­ка­ли Его, и Он дал им най­ти Се­бя. И дал им Гос­подь по­кой со всех сто­рон
» (2 Пар. 15:9–15).


«Вы­со­ты же не бы­ли унич­то­же­ны. Но серд­це Асы бы­ло пре­да­но Гос­по­ду во все дни его
» (3 Цар. 15:14). Что та­кое вы­со­ты? Это воз­вы­шен­ные пло­щад­ки, на ко­то­рых ста­ви­лись жерт­вен­ни­ки для слу­же­ния Бо­гу. В пе­ри­од меж­ду пле­не­ни­ем ков­че­га За­ве­та и со­ору­же­ни­ем Хра­ма Со­ло­мо­но­ва такая форма служения Богу не осуж­да­лась яв­ным об­ра­зом. По­сле сооружения Хра­ма слу­же­ние на вы­со­тах ста­ло уже пре­до­су­ди­тель­ным, и оно очень лег­ко сли­ва­лось с поклонением другим богам, по­сколь­ку по сво­ей фор­ме очень ма­ло от­ли­ча­лось от не­го (ср. 2 Пар 28:25 и 33:17).


Продолжительное правление Асы бло довольно мирным, если не считать напряженных отношений с Вассой, царем Израильским. Когда же Васса стал укреплять пограничный город Раму и тем самым угрожать гра­ни­цам Иу­деи (а от Ие­ру­са­ли­ма до гра­ни­цы бы­ло 15 ки­ло­ме­т­ров), Аса «взял <…> все се­ре­б­ро и зо­ло­то, ос­та­вав­ше­е­ся в со­кро­вищ­ни­цах до­ма Гос­под­ня и в со­кро­вищ­ни­цах до­ма цар­ско­го, и дал его в ру­ки слуг сво­их, и по­слал их царь Аса к Ве­на­да­ду <…>, ца­рю Си­рий­ско­му, жив­ше­му в Да­ма­с­ке, и ска­зал: со­юз да бу­дет меж­ду мною и меж­ду то­бою, как был меж­ду от­цом мо­им
(идо­ло­по­клон­ни­ком!) и меж­ду от­цом тво­им; вот, я по­сы­лаю те­бе в дар се­ре­б­ро и зо­ло­то; рас­торг­ни со­юз твой с Ва­а­сою, ца­рем Из­ра­иль­ским, что­бы он ото­шел от ме­ня
» (3 Цар. 15:18–19).


Про­рок Ана­ния об­ли­ча­ет со­юз с Ве­на­да­дом, и Аса за­клю­ча­ет про­ро­ка в тем­ни­цу (2 Пар. 16:7-14). Свою цар­скую во­лю он по­став­ля­ет вы­ше про­ро­че­с­ко­го слу­же­ния и счи­та­ет, что ему са­мо­му вид­нее, как хо­дить, и как угож­дать Бо­гу, и ког­да нуж­но по­ло­жить­ся на свои си­лы. По­сле это­го он так и не по­ка­ял­ся, так как ска­за­но, что он стал при­тес­нять на­род, а, за­бо­лев, он взы­с­кал вра­чей, а не Гос­по­да (2 Пар. 16:12).


Здесь про­яв­илась склон­но­с­ть ца­рей на­де­ять­ся, по ма­ло­ве­рию, на по­ли­ти­че­с­кие со­ю­зы бо­лее, не­же­ли на по­мощь Бо­жию.


4. Ио­са­фат
, сын Асы (868 – 847).


О сыне Асы - Ио­са­фате Пи­са­ние го­во­рит так: «И был Гос­подь с Ио­са­фа­том, по­то­му что он хо­дил пер­вы­ми пу­тя­ми Да­ви­да, от­ца сво­е­го, и не взы­с­кал Ва­а­лов, но взы­с­кал он Бо­га от­ца сво­е­го и по­сту­пал по за­по­ве­дям Его, а не по де­я­ни­ям Из­ра­иль­тян
» (2 Пар. 17:3–4). Об­ра­ти­те вни­ма­ние, что все по­сле­ду­ю­щие цар­ст­вования со­от­но­сят­ся с Да­ви­дом; для потомков Да­вид яв­ля­ет­ся эта­ло­ном бла­го­че­с­тия и пре­дан­но­с­ти Бо­гу. «И в тре­тий год цар­ст­во­ва­ния сво­е­го он по­слал кня­зей сво­их
<…> и с ними ле­ви­тов
<…>, и с ни­ми
<…> свя­щен­ни­ков
. И они учи­ли в Иу­дее, имея с со­бой кни­гу За­ко­на Гос­под­ня, и об­хо­ди­ли все го­ро­да Иу­деи, и учи­ли на­род
» (2 Пар. 17:7–9). Ио­са­фат, странствуя по стране, учил на­род бла­го­че­с­тию. О нем сказано: «и жил Ио­са­фат в Ие­ру­са­ли­ме. И опять стал он об­хо­дить на­род свой от Вир­са­вии до го­ры Еф­ре­мо­вой, и об­ра­щал их к Гос­по­ду, Богу от­цов их, и по­ста­вил су­дей на зем­ле по всем ук­реп­лен­ным го­ро­дам Иудеи в каждом городе, и ска­зал су­дь­ям: смо­т­ри­те, что вы де­ла­е­те, вы тво­ри­те не суд че­ло­ве­че­с­кий, но суд Гос­по­да, и Он с ва­ми в де­ле су­да
» (2 Пар. 19:4–6). Он был впол­не со­гла­сен с тем, че­му учи­ли про­ро­ки. На­сто­я­щее слу­же­ние Бо­гу не­мыс­ли­мо без ми­ло­сер­дия, без люб­ви, без ис­пол­не­ния нрав­ст­вен­ной со­став­ля­ю­щей За­ко­на Мо­и­се­е­ва. Писание говорит, что «был страх Господень на всех царствах земель, которые вокруг Иудеи, и не воевали с Иосафатом
» (2 Пар. 17:10). Тем не ме­нее кни­га Паралипоменон до­бав­ля­ет, что «толь­ко вы­со­ты не бы­ли от­ме­не­ны, и на­род еще не обратил твердо сердца своего к Богу отцов своих
» (2 Пар. 20:33).


Ху­же бы­ло то, что Ио­са­фат за­клю­чил со­юз с ца­рем Аха­вом Из­ра­иль­ским. Скре­пил он его обыч­ным для то­го вре­ме­ни об­ра­зом – взял сво­е­му сы­ну Ио­ра­му в же­ны дочь Аха­ва и Ие­за­ве­ли Го­фо­лию (4 Цар. 8:16-18). За сов­ме­ст­ные с Аха­вом пред­при­я­тия он был по­ри­ца­ем про­ро­ка­ми. «И вы­сту­пил на­вст­ре­чу ему Ии­уй, сын Ана­нии, про­зор­ли­вец, и ска­зал ца­рю Ио­са­фа­ту: сле­до­ва­ло ли те­бе по­мо­гать не­че­с­тив­цу и лю­бить не­на­ви­дя­щих Гос­по­да? За это на те­бя гнев от ли­ца Гос­под­ня. Впро­чем, и до­б­рое най­де­но в те­бе, по­то­му что ты ис­тре­бил ку­ми­ры в зем­ле [Иу­дей­ской] и рас­по­ло­жил серд­це свое к то­му, что­бы взы­с­кать Бо­га
» (2 Пар. 19:2–3).


5. Ио­рам
, сын Ио­са­фа­та (847 – 845, с 852 – со­пра­ви­тель).


Когда Иорам начал править самостоятельно, он повел дела совершенно не так, как его отец, следуя примеру своих родственников – Израильских царей. Утвердившись на царстве, Иорам убил всех своих братьев и некоторых князей. Он начал строить высоты и вводить идолослужение. Тогда пророк Илия прислал ему письмо, в котором предсказывал бедствие народу и тяжкую болезнь самого царя, как наказание от Бога (2 Пар. 21:12-15). Достижения Иосафата были утрачены. Эдомитяне вышли из под власти Иудеи, а филистимляне и аравитяне напали на нее и разграбили. При этом были захвачены в плен жены и сыновья Иорама кроме одного сына – Охозии. После этого царь, как и предсказывал пророк Илия, тяжко заболел, так, что «выпали внутренности его от болезни его, и он умер в жестоких страданиях
» (2 Пар. 21:19).


6. Охо­зия
, сын Ио­ра­ма (845).


Младший сын Иорама Охозия оставался на момент смерти отца единственным наследником престол. Царствовал он совсем мало и был полностью под влиянием своей матери Гофолии и ее брата – Изральского царя Иорама, детей Ахава и Иезавели. Если ради Давида и Иосафата Господь восемь лет терпел на Иораме Иудейском, то Охозия сразу же, как только он начал делать неугодное Богу, было попущено пойти на войну вместе с царем Израильским и оказаться на территории Северного царства в тот момент, когда Ииуй совершил переворот и суд над домом Ахава. Охозия вместе с двоюродными братьями был убит, но ради того, что он был потомком Иосафата, он, в отличие от сыновей Ахава, сподобился погребения.


6а. Го­фо­лия
, же­на Ио­ра­ма, дочь Аха­ва Из­ра­иль­ско­го (845 – 840).


Теперь, когда некому было стать законным царем в Иудее, бразды правления взяла в свои руки Го­фо­лия. Действуя в традиции израильских царей, она за­ня­лась ис­треб­ле­ни­ем всех по­том­ков из до­ма Да­ви­до­ва (2 Пар. 22:10). Ей уда­лось уничтожить прак­ти­че­с­ки всех, кро­ме сы­на Охо­зии – младенца Ио­а­са, которого вместе с кормилицей сестра Охозии Иосавеф спрятала доме своего мужа – первосвященника Иодая. Поскольку Ииуй уничтожил культ Ваала в Израиле, Гофолия, как некода ее мать, стала насаждать его в Иудее. Были устроены капища и поставлены жрецы. Храм был разорен, «ибо не­че­с­ти­вая Го­фо­лия и сы­но­вья ее ра­зо­ри­ли дом Бо­жий и все по­свя­щен­ное для до­ма Гос­под­ня упо­тре­би­ли для Ва­а­лов
» (2 Пар. 24:7).


7. Ио­ас
, сын Охо­зии (840 – 801).


Че­рез не­сколь­ко лет Ио­дай, сговорившись с дворцовой стражей, ус­т­ра­и­ва­ет пе­ре­во­рот и во­ца­ря­ет Ио­а­са (2 Пар. 23:1-11), Го­фо­лию умерщвляют. Ио­ас, во­ца­рив­шись, пре­бы­ва­ет в по­слу­ша­нии Ио­даю. Он об­нов­ля­ет Храм, ко­то­рый при­шел в за­пу­с­те­ние по­сле прав­ле­ния Го­фо­ли­и, сно­ва вос­ста­нав­ли­ва­ет За­вет Бо­жий с на­ро­дом, однако автор книги Царств по-преж­не­му за­ме­ча­ет, что вы­со­ты не бы­ли от­ме­не­ны и на­род еще при­но­сил жерт­вы и ку­ре­ния на вы­со­тах (4 Цар. 12:3).


По­сле смер­ти пер­во­свя­щен­ни­ка Ио­дая кня­зья уго­во­ри­ли Ио­а­са вер­нуть­ся к идо­ло­слу­же­нию и тот лег­ко к это­му скло­нил­ся (2 Пар. 24:17). Сын Ио­дая, За­ха­рия, пы­тал­ся об­ли­чать Ио­а­са, за что был по при­ка­зу ца­ря по­бит кам­ня­ми пря­мо в Хра­ме (2 Пар. 24:20-21). Так Ио­ас от­пла­тил Ио­даю за спа­се­ние соб­ст­вен­ной жиз­ни и вос­ста­нов­ле­ние на тро­не. По­след­ст­вия не за­мед­ли­ли явить­ся. Царь Аза­ил Си­рий­ский по­шел на Ие­ру­са­лим с не­боль­шим вой­ском, и Ие­ру­са­лим был пре­дан Бо­гом в его ру­ки. Тог­да «Ио­ас, царь Иу­дей­ский, взял все по­жерт­во­ван­ное, что по­жерт­во­ва­ли хра­му Ио­са­фат, и Ио­рам и Охо­зия, от­цы его, ца­ри Иу­дей­ские, и что он сам по­жерт­во­вал, и все зо­ло­то, най­ден­ное в со­кро­вищ­ни­цах до­ма Гос­под­ня и до­ма цар­ско­го, и по­слал Аза­и­лу, ца­рю Си­рий­ско­му; и он от­сту­пил от Ие­ру­са­ли­ма
» (4 Цар. 12:18). По­сле это­го слу­ги со­ста­ви­ли за­го­вор про­тив ца­ря Иоаса и уби­ли его.


8. Ама­сия
, сын Ио­а­са (801 – 773).


«И де­лал он угод­ное в очах Гос­по­да, но не от пол­но­го серд­ца
» (2 Пар. 25:2). Во вре­мя по­хо­да на иду­ме­ев он взял с со­бой из­ра­иль­ских на­ем­ни­ков, но по тре­бо­ва­нию не­ко­е­го про­ро­ка ото­слал их об­рат­но. По­сле одер­жан­ной по­бе­ды он пе­ре­нес к се­бе иду­мей­ских идо­лов и, вопреки здравому смыслу, стал им по­кло­нять­ся. Ког­да Гос­подь сно­ва по­слал к не­му про­ро­ка, царь при­гро­зил ему смер­тью. По­сле это­го он самонадеянно объ­я­вил вой­ну Ио­а­су Из­ра­иль­ско­му и был предан Богом в руки Израильтян, которые, при­дя, ра­зо­рили Ие­ру­са­лим и раз­ру­шили часть го­род­ской сте­ны в знак полного покорения Иудеи (2 Пар. 25:23). Сам Амасия, по-видимому, был взят в плен и отпущен только преемником Иоаса Иероваамом II. Поскольку он не вернулся на пути заповедей Божиих, в Иерусалиме против него был сотавлен заговор, он бежал в Лахис и был убит.


9. Озия (Аза­рия)
, сын Ама­сии (791 – 740 или 787 – 736).


Писание го­во­рит, что он де­лал угод­ное в очах Гос­по­да, хо­тя, как и при его пред­ше­ст­вен­ни­ках, вы­со­ты не бы­ли от­ме­не­ны (4 Цар. 15:4). Его власть распространялась на филистимлян и аравитян, до границ Египта. Но от этого он воз­гор­дил­ся, по­сколь­ку Гос­подь со­пут­ст­во­вал ему в его на­чи­на­ни­ях, и при­шел в Храм для то­го, что­бы са­мо­му вме­с­то свя­щен­ни­ков при­не­с­ти ку­ре­ние, то есть со­вер­шить каж­де­ние. Свя­щен­ни­ки пы­та­лись это­му вос­пре­пят­ст­во­вать. «И раз­гне­вал­ся Озия,
– а в ру­ке у не­го ка­диль­ни­ца для каж­де­ния; и ког­да раз­гне­вал­ся он на свя­щен­ни­ков, про­ка­за яви­лась на че­ле его, пред ли­цем свя­щен­ни­ков, в до­ме Гос­под­нем, у ал­та­ря ка­диль­но­го. И взгля­нул на не­го Аза­рия пер­во­свя­щен­ник и все свя­щен­ни­ки; и вот, у не­го про­ка­за на че­ле его. И по­нуж­да­ли его вый­ти от­ту­да, да и сам он спе­шил уда­лить­ся, так как по­ра­зил его Гос­подь
» (2 Пар. 26:19–20). Су­дя по то­му, что он был «про­ка­жен­ным до дня смер­ти своей и жил в от­дель­ном до­ме
» (2 Пар. 26:21), он так и не по­ка­ял­ся. Царством во вре­мя его бо­лез­ни уп­рав­лял сын Озии – Иоафам.


10. Ио­а­фам
, сын Озии (756 – 741).


Пи­са­ние говорит о ца­ре Ио­а­фа­ме, что он де­лал де­ла угод­ные Бо­гу, построил ворота Храма (4 Цар. 15:35), но сам в Храм не ходил. Такое сочетание было уникальным. Возможно, он находился под впе­чат­ле­ни­ем на­ка­за­ния, ко­то­ро­му под­верг­ся его отец. Но пе­ред ли­цом вра­гов «так си­лен был Ио­а­фам по­то­му, что ус­т­ро­ял пу­ти свои пред ли­цем Гос­по­да Бо­га сво­е­го
» (2 Пар. 27:6). На некоторое время ему удалось вернуть власть над аммонитянами. Вы­со­ты по ­преж­не­му не бы­ли от­ме­не­ны. По­сле не­го ца­рем стал его сын Ахаз.


11. Ахаз
, сын Ио­а­фа­ма (736 – 716 или 742 – 725).


Цаль Ахаз из­ве­с­тен в пер­вую оче­редь тем, что имен­но ему про­рок Иса­ия из­рек про­ро­че­ст­во о рож­де­нии Хри­с­та от Де­вы. Так­же Ахаз из­ве­с­тен тем, что он был од­ним из ве­ли­чай­ших не­че­с­тив­цев в ис­то­рии Иу­дей­ско­го цар­ст­ва. «И он не де­лал угод­но­го в очах Гос­под­них, как де­лал Да­вид, отец его: он шел пу­тя­ми ца­рей Из­ра­иль­ских, и да­же сде­лал ли­тые ста­туи Ва­а­лов; и он со­вер­шал ку­ре­ния на до­ли­не сы­нов Ен­но­ма, и про­во­дил сы­но­вей сво­их че­рез огонь, под­ра­жая мер­зо­с­тям на­ро­дов, ко­то­рых из­гнал Гос­подь пред ли­цем сы­нов Из­ра­и­ле­вых; и при­но­сил жерт­вы и ку­ре­ния на вы­со­тах и на хол­мах и под вся­ким вет­ви­с­тым де­ре­вом
» (2 Пар. 28:1–4). «Да­же сы­на сво­е­го про­вел че­рез огонь, под­ра­жая мер­зо­с­тям на­ро­дов, ко­то­рых про­гнал Гос­подь от ли­ца сы­нов Из­ра­и­ле­вых
» (4 Цар. 16:3). Не­что по­доб­ное го­во­рит­ся по­том и о ца­ре Ма­нас­сии (4 Цар. 21:2-3). Воз­мож­но, речь идет про­сто о языческом об­ря­де по­свя­ще­ния или очи­ще­ния, ко­то­рый прак­ти­ко­вал­ся у мно­гих на­ро­дов. Но не ме­нее ве­ро­ят­но, и это­му есть в Пи­са­нии ко­с­вен­ные под­тверж­де­ния, что здесь речь идет уже о настоящем слу­же­нии Мо­ло­ху, ко­то­рое со­про­вож­да­лось че­ло­ве­че­с­ки­ми жерт­во­при­но­ше­ни­я­ми: «и ус­т­ро­и­ли вы­со­ты То­фе­та в до­ли­не сы­но­вей Ен­но­мо­вых, что­бы со­жи­гать сы­но­вей сво­их и до­че­рей сво­их в ог­не
» (Иер. 7:31).


Из-за то­го, что Ахаз всту­пил в со­юз с ас­си­рий­ца­ми, он ока­зал­ся в оса­де со сто­ро­ны из­ра­иль­ских и си­рий­ских войск, ко­то­рые пы­та­лись си­лой при­ну­дить его всту­пить с ни­ми в ко­а­ли­цию. В свя­зи с этим со­бы­ти­ем к не­му и при­шел про­рок Иса­ия, пред­ла­гая лю­бое зна­ме­ние, ко­то­рое бы по­ка­за­ло ему, что Гос­подь Сам хра­нит Иерусалим. Ахаз пре­ду­с­мо­т­ри­тель­но не дает согласия на это знамение по­то­му, что оно свя­за­ло бы его со­весть и за­ста­ви­ло бы отвергнуть идо­ло­слу­же­ние. И ког­да он от­ка­зы­ва­ет­ся, Иса­ия ему воз­ве­ща­ет о Ем­ма­ну­и­ле (Ис. 7:12-15). Ахаз про­дол­жал сто­ять на сво­ем. «И при­но­сил он жерт­вы бо­гам Да­мас­ским, ду­мая, что они по­ра­жа­ли его, и го­во­рил: бо­ги ца­рей Си­рий­ских по­мо­га­ют им; при­не­су я жерт­ву им, и они по­мо­гут мне
» (2 Пар. 28:23). Взяв все цен­но­с­ти из Хра­ма и двор­ца, он от­пра­вил их ас­си­рий­ско­му ца­рю Феглафелласару (Тиг­лат­па­лас­са­ру III) с прось­бой о по­мо­щи. Тот раз­гро­мил си­рий­цев и раз­гра­бил Из­ра­иль. Иу­дея же ли­ши­лась сво­ей не­за­ви­си­мо­с­ти (4 Цар. 16:8-9).


Ахаз от­пра­вил­ся к Феглафел­ла­са­ру в Да­маск. Там он уви­дел жерт­вен­ник, ко­то­рый на не­го про­из­вел боль­шое впе­чат­ле­ние. Он от­пра­вил его чер­теж в Ие­ру­са­лим, где пер­во­свя­щен­ник из­го­то­вил точ­ную ко­пию. Вер­нув­шись, царь по­ве­лел ус­та­но­вить его в Хра­ме на ме­с­те мед­но­го жерт­вен­ни­ка и при­но­сить все жерт­вы на нем. Жерт­вен­ник все­со­ж­же­ний был ото­дви­нут к сте­не и, по-видимому, не ис­поль­зо­вал­ся по на­зна­че­нию.


«И об­ло­мал царь Ахаз обод­ки у под­став, и снял с них умы­валь­ни­цы, и мо­ре снял с мед­ных во­лов, ко­то­рые бы­ли под ним, и по­ста­вил его на ка­мен­ный пол
» (4 Цар. 16:17), за­тем го­во­рит­ся о дру­гих раз­ру­ше­ни­ях, ко­то­рые он сде­лал в Хра­ме. И, на­ко­нец, «со­брал Ахаз со­су­ды до­ма Бо­жия, и со­кру­шил со­су­ды до­ма Бо­жия, и за­пер две­ри до­ма Гос­под­ня, и ус­т­ро­ил се­бе жерт­вен­ни­ки по всем уг­лам в Ие­ру­са­ли­ме, и по всем го­ро­дам Иу­ди­ным ус­т­ро­ил вы­со­ты для каж­де­ния бо­гам иным, и раз­дра­жал Гос­по­да Бо­га от­цов сво­их
» (2 Пар. 28:24–25). Бо­го­слу­же­ния в хра­ме пре­кра­ти­лись. Об­ра­ти­те вни­ма­ние, что вы­со­ты ус­т­ро­е­ны бо­гам иным. Су­ще­ст­во­ва­ние практики поклонения на вы­сотах обес­пе­чи­ва­ло очень лег­кий пе­ре­ход к идо­ло­слу­же­нию.


Из ис­то­ри­че­с­ких ис­точ­ни­ков из­ве­ст­но, что некоторые ас­си­рий­ские цари вме­няли в обя­зан­ность за­ви­си­мым от не­го правителям по­чи­та­ние вер­хов­но­го бо­же­ст­ва ас­си­рий­цев Аш­шу­ра (Ас­су­ра) (ср. 4 Цар. 16:18). Это также было одним из пу­тей рас­про­ст­ра­не­ния идо­ло­по­клон­ст­ва.


По­хо­ро­нен Ахаз был в Ие­ру­са­ли­ме, но не в цар­ских гроб­ни­цах, ку­да его вне­сти не ре­ши­лись. Здесь следует заметить, что если в книге Царств после упоминания о смерти царя обычно присутствует стандартная фраза «и погребен был с отцами своими в городе Давидовом
» (в данном случае – 4 Цар. 16:20), то книги Паралипоменон дают более четкие указания. Так например, кроме Ахаза указание о том, что царь не был похоронен в царских гробницах, встречается при повествовании об Иораме (2 Пар. 21:20) и Иоасе (2 Пар. 24:25). О Ровоаме, Авии и Иофаме не сказано, что они погребены «с отцами», но только в городе Давидовом. О месте погребения Охозии ничего не говорится, а при повествовании о смерти Гофолии не сказано и о самом погребении.



17.2. Прав­ле­ние ца­рей Иу­дей­ских от Езекии до Иосии

12. Езе­кия
, сын Аха­за (716 – 687 или 725 – 697).


Пре­ем­ник Аха­за Езе­кия был, как ни стран­но, од­ним из са­мых благочестивых и верных Богу ца­рей Иу­дей­ских. Это уди­ви­тель­ный факт, что вслед за та­ким не­че­с­ти­вым от­цом вдруг вос­ста­ет не­о­бы­чай­но бла­го­че­с­ти­вый сын, а за­тем про­ис­хо­дит об­рат­ное. Как мно­го нам го­во­рит это о сво­бо­де че­ло­ве­ка.


В 722 го­ду окон­ча­тель­но пре­кра­ти­ло свое су­ще­ст­во­ва­ние Из­ра­иль­ское цар­ст­во. Иу­дея те­перь не­по­сред­ст­вен­но гра­ни­чи­ла с ас­си­рий­ски­ми вла­де­ни­я­ми и под­чи­ня­лась Ас­си­рии.


При Езе­кии про­ис­хо­дит очи­ще­ние Хра­ма, он вы­но­сит да­мас­ский жерт­вен­ник, во­зоб­нов­ля­ет бо­го­слу­же­ние и при­гла­ша­ет всех иу­де­ев и тех из­ра­иль­тян, кто уце­лел от пе­ре­се­ле­ния ас­си­рий­ско­го, на Па­с­ху в Ие­ру­са­лим. Гон­цы, об­хо­дя зем­лю, воз­ве­ща­ли от име­ни ца­ря: «Ког­да вы об­ра­ти­тесь к Гос­по­ду, тог­да бра­тья ва­ши и де­ти ва­ши [бу­дут] в ми­ло­с­ти у пле­нив­ших их и воз­вра­тят­ся в зем­лю сию, ибо благ и ми­ло­серд Гос­подь Бог ваш и не от­вра­тит ли­ца от вас, ес­ли вы об­ра­ти­тесь к Не­му
» (2 Пар. 30:9). Над гон­ца­ми сме­я­лись и из­де­ва­лись. Но не­ко­то­рые пред­ста­ви­те­ли се­вер­ных ко­лен все же сми­ри­лись и при­шли в Ие­ру­са­лим. В те­че­ние не­де­ли с ве­ли­ким тор­же­ст­вом пра­зд­но­ва­лась Па­с­ха. «Мно­гие из на­ро­да, боль­шею ча­с­тью из ко­ле­на Еф­ре­мо­ва и Ма­нас­си­и­на, Ис­са­ха­ро­ва и За­ву­ло­но­ва, не очи­с­ти­лись; од­на­ко­ же они ели па­с­ху, не по ус­та­ву. Но Езе­кия по­мо­лил­ся за них, го­во­ря: Гос­подь бла­гий да про­стит каж­до­го, кто рас­по­ло­жил серд­це свое к то­му, что­бы взы­с­кать Гос­по­да Бо­га, Бо­га от­цов сво­их, хо­тя и без очи­ще­ния свя­щен­но­го! И ус­лы­шал Гос­подь Езе­кию и про­стил на­род
» (2 Пар. 30:18–20). Здесь осо­бен­но под­черк­ну­то за­ступ­ни­че­ст­во ца­ря за на­род.


Езе­кия предоставил для пра­зд­ни­ка мно­же­ст­во ско­та из сво­их стад. Тор­же­ст­ва бы­ли та­ко­вы, что со вре­мен Соломона ни­че­го по­доб­но­го не бы­ва­ло (2 Пар. 30:21–27). По­сле это­го он вос­ста­но­вил ус­та­нов­лен­ный Да­ви­дом по­ря­док слу­же­ния свя­щен­ни­ков и ле­ви­тов.


Царь раз­ру­шил вы­со­ты и жерт­вен­ни­ки, со­ору­жён­ные в Ие­ру­са­ли­ме, и да­же унич­то­жил мед­но­го змея, ко­то­рый не­ког­да был воз­двиг­нут Мо­и­се­ем, и с тех пор хра­нил­ся в ски­нии, а за­тем в хра­ме. Унич­то­жить его при­шлось потому, что и пе­ред этим мед­ным зме­ем иу­деи со­вер­ша­ли слу­же­ния, по­чи­тая его за не­кое осо­бое бо­же­ст­во. Во­оду­шев­лен­ный Езе­ки­ей на­род ак­тив­но уча­ст­во­вал в ис­треб­ле­нии язы­че­с­ких ка­пищ по всей Иу­дее и на тер­ри­то­рии быв­ше­го из­ра­иль­ско­го цар­ст­ва.


За бла­го­че­с­тие царя Гос­подь спас Ие­ру­са­лим от ас­си­рий­ско­го на­ше­ст­вия. Езе­кия от­ка­зал­ся пла­тить дань ца­рю Ас­си­рий­ско­му и за­клю­чил со­юз с Егип­том (подобная политика, как вы помните, привела к разгрому Израильского царства). Сен­на­хи­рим раз­бил еги­пет­ское вой­ско, раз­гра­бил сна­ча­ла при­бреж­ную по­ло­су Па­ле­с­ти­ны, а по­том по­вер­ну­л на го­ро­да Иу­деи. Чу­дес­ным об­ра­зом че­рез по­ра­же­ние в ста­не ас­си­рий­цев Ие­ру­са­лим был из­бав­лен от ра­зо­ре­ния (2 Пар. 32:21–22). Мно­гим в этом и других случаях Езе­кия был обя­зан сво­е­му по­слу­ша­нию про­ро­ку Иса­ие. Во вре­мя смер­тель­ной бо­лез­ни Езе­кия по­лу­ча­ет че­рез Иса­ию от­кро­ве­ние о том, что Гос­подь за бла­го­че­с­тие про­дле­ва­ет ему жизнь на 15 лет. От­кро­ве­ние бы­ло под­тверж­де­но осо­бым зна­ме­ни­ем (4 Цар. 20:1–11).


Та­ким об­ра­зом, Гос­подь во всем со­дей­ст­во­вал ца­рю. «Толь­ко при по­слах ца­рей Ва­ви­лон­ских, ко­то­рые при­сы­ла­ли к не­му спро­сить о зна­ме­нии, быв­шем на зем­ле, ос­та­вил его Бог, чтоб ис­пы­тать его и от­крыть все, что у не­го на серд­це
» (2 Пар. 32:31). На политическом го­ри­зон­те по­яв­ля­ет­ся но­вая Ва­ви­лон­ская дер­жа­ва, в ли­це ко­то­рой Езекия же­лал иметь со­юз­ни­ка про­тив Ас­си­рии. Он по­ка­зы­ва­ет послам все свои со­кро­ви­ща и со­кро­ви­ща До­ма Гос­под­ня. Про­рок Иса­ия го­во­рит: «Что они ви­де­ли в до­ме тво­ём? И ска­зал Езе­кия: “Всё, что в до­ме мо­ём, они ви­де­ли, не ос­та­лось ни од­ной ве­щи, ко­то­рой я не по­ка­зал бы им в со­кро­вищ­ни­цах мо­их”. И ска­зал Иса­ия Езе­кии: “Вы­слу­шай сло­во Гос­под­не. Вот при­дут дни, и взя­то бу­дет все, что в до­ме тво­ем, и что со­бра­ли от­цы твои до се­го дня, в Ва­ви­лон; ни­че­го не ос­та­нет­ся, го­во­рит Гос­подь. Из сы­нов тво­их, ко­то­рые про­изой­дут от те­бя, ко­то­рых ты ро­дишь, возь­мут, и бу­дут они ев­ну­ха­ми во двор­це ца­ря ва­ви­лон­ско­го”
» (4 Цар. 20:15–18). Езе­кия дол­жен был явить ино­пле­мен­ни­кам не тлен­ные со­кро­ви­ща, а сла­ву Бо­жию, ко­то­рой был сла­вен Ие­ру­са­лим. Таким образом, будучи искушен (то есть проверен), даже такой благочестивый царь, как Езекия, проявил склон­ность на­де­ять­ся на по­мощь че­ло­ве­че­с­кую бо­лее, чем на по­мощь Бо­жию. И в про­ро­че­с­ких сло­вах по­ка­за­но, к че­му эта склон­ность ­ве­дет.


13. Ма­нас­сия
, сын Езе­кии (696 – 642).


Сын бла­го­че­с­ти­вей­ше­го Езе­кии Ма­нас­сия пра­вил доль­ше всех ца­рей, пять­де­сят лет, и от­ли­чал­ся особенным не­че­с­ти­ем. Пи­са­ние го­во­рит о нем так: «И де­лал он не­угод­ное в очах Гос­под­них, [под­ра­жая] мер­зо­с­тям на­ро­дов, ко­то­рых про­гнал Гос­подь от ли­ца сы­нов Из­ра­и­ле­вых. И сно­ва ус­т­ро­ил вы­со­ты, ко­то­рые унич­то­жил отец его Езе­кия, и по­ста­вил жерт­вен­ни­ки Ва­а­лу, и сде­лал ду­б­ра­ву, как сде­лал Ахав, царь Из­ра­иль­ский; и по­кло­нял­ся все­му во­ин­ст­ву не­бес­но­му, и слу­жил ему. И со­ору­дил жерт­вен­ни­ки в до­ме Гос­под­нем, о ко­то­ром ска­зал Гос­подь: “в Ие­ру­са­ли­ме по­ло­жу имя Мое”. И со­ору­дил жерт­вен­ни­ки все­му во­ин­ст­ву не­бес­но­му на обо­их дво­рах до­ма Гос­под­ня, и про­вел сы­на сво­е­го чрез огонь, и га­дал, и во­ро­жил, и за­вел вы­зы­ва­те­лей мерт­ве­цов и вол­шеб­ни­ков; мно­го сде­лал не­угод­но­го в очах Гос­по­да, что­бы про­гне­вать Его. И по­ста­вил ис­ту­кан Ас­тар­ты, ко­то­рый сде­лал в до­ме, о ко­то­ром го­во­рил Гос­подь Да­ви­ду и Со­ло­мо­ну, сы­ну его: “в до­ме сем и в Ие­ру­са­ли­ме, ко­то­рый Я из­брал из всех ко­лен Из­ра­и­ле­вых, Я по­ла­гаю имя Мое на­век” <…> Еще же про­лил Ма­нас­сия и весь­ма мно­го не­вин­ной кро­ви, так что на­пол­нил [ею] Ие­ру­са­лим от края до края, сверх сво­е­го гре­ха, что он за­влек Иу­ду в грех
– де­лать не­угод­ное в очах Гос­под­них
» (4 Цар. 21:2–7, 16).


За 50 лет прав­ле­ния Ма­нас­сии впол­не уда­лось по­ста­вить весь народ на пу­ть нечестия (беззакония). Тем бо­лее, что кровь, ко­то­рой он за­лил Ие­ру­са­лим, бы­ла кро­вью про­ро­ков и праведников (4 Цар. 21:16). Пре­да­ние го­во­рит, что во вре­ме­на ца­ря Ма­нас­сии мученически окон­чил свою жизнь про­рок Иса­ия.


«И го­во­рил Гос­подь чрез ра­бов Сво­их про­ро­ков и ска­зал: за то, что сде­лал Ма­нас­сия, царь Иу­дей­ский, та­кие мер­зо­с­ти, ху­же все­го то­го, что де­ла­ли Амор­реи, ко­то­рые бы­ли преж­де его, и ввел Иу­ду в грех идо­ла­ми сво­и­ми,
<…>, Я на­ве­ду та­кое зло на Ие­ру­са­лим и на Иу­ду, о ко­то­ром кто ус­лы­шит, за­зве­нит в обо­их ушах у то­го; и про­тя­ну на Ие­ру­са­лим мер­ную вервь Са­ма­рии и от­вес до­ма Аха­во­ва, и вы­тру Ие­ру­са­лим так, как вы­ти­ра­ют ча­шу, – вы­трут и оп­ро­ки­нут ее; и от­верг­ну ос­та­ток уде­ла Мо­е­го, и от­дам их в ру­ку вра­гов их, и бу­дут на рас­хи­ще­ние и раз­граб­ле­ние всем не­при­яте­лям сво­им, за то, что они де­ла­ли не­угод­ное в очах Мо­их и про­гнев­ля­ли Ме­ня с то­го дня, как вы­шли от­цы их из Егип­та, и до се­го дня
» (4 Цар. 21:10-15).


Кни­га Па­ра­ли­по­ме­нон до­бав­ля­ет, что ког­да Ма­нас­сия был взят в плен ас­си­рий­ца­ми, он по­ка­ял­ся (2 Пар. 33:10-13). Там да­же со­дер­жит­ся не­ка­но­ни­че­с­кое дополнение – по­ка­ян­ная мо­лит­ва ца­ря Ма­нас­сии (2 Пар. 36 гл.). Вер­нув­шись в Ие­ру­са­лим, он пы­тал­ся ис­пра­вить то, что он сде­лал, но его по­след­ние по­пыт­ки ни­ка­ко­го пло­да не име­ли. Ма­нас­сия так ­же, как и Ахаз, не был по­гре­бен в цар­ских гроб­ни­цах.


14. Амон
, сын Ма­нас­сии (641 – 640).


Сын Манассии – Амон в де­лах был во всем впол­не по­сле­до­ва­те­лем сво­е­го от­ца (4 Цар. 21:18-26). Он пра­вил толь­ко 2 го­да и был убит сво­и­ми слу­га­ми в ре­зуль­та­те за­го­во­ра.


15. Ио­сия
, сын Амо­на (640 – 609).


По­след­ний про­блеск на этом мрач­ном го­ри­зон­те – это вре­мя ца­ря Ио­сии, ко­то­рый во­ца­рил­ся в 640 го­ду в возрасте 8 лет и цар­ст­во­вал до 609 го­да, то есть 31 год. Его правление оз­на­ме­но­ва­но по­след­ней по­пыт­кой пре­одо­леть идо­ло­по­клон­ст­во. «В две­над­ца­тый год на­чал очи­щать Иу­дею и Ие­ру­са­лим от вы­сот и по­свя­щен­ных де­рев и от рез­ных и ли­тых ку­ми­ров. И раз­ру­ши­ли пред ли­цем его жерт­вен­ни­ки Ва­а­лов и ста­туи, воз­вы­шав­ши­е­ся над ни­ми; и по­свя­щен­ные де­ре­ва он сру­бил, и рез­ные и ли­тые ку­ми­ры из­ло­мал и раз­бил в прах, и рас­сы­пал на гро­бах тех, ко­то­рые при­но­си­ли им жерт­вы, и ко­с­ти жре­цов сжег на жерт­вен­ни­ках их, и очи­с­тил Иу­дею и Ие­ру­са­лим, и в го­ро­дах Ма­нас­сии, и Еф­ре­ма, и Си­ме­о­на, да­же до ко­ле­на Неф­фа­ли­мо­ва, и в опу­с­то­шен­ных ок­ре­ст­но­с­тях их он раз­ру­шил жерт­вен­ни­ки и по­свя­щен­ные де­ре­ва, и ку­ми­ры раз­бил в прах, и все ста­туи со­кру­шил по всей зем­ле Из­ра­иль­ской, и воз­вра­тил­ся в Ие­ру­са­лим
» (2 Пар. 34:3–7). Ко­с­ти жрецов сжи­га­лись с це­лью оск­вер­не­ния, что­бы не воз­рож­да­лись их ка­пи­ща. Так исполнилось пророчество, данное некогда Иеровоаму.


Сле­ду­ю­щие сло­ва да­ют воз­мож­ность оце­нить пред­ше­ст­ву­ю­щую де­я­тель­ность Ма­нас­сии и Амо­на. «И от­ста­вил жре­цов, ко­то­рых по­ста­ви­ли ца­ри Иу­дей­ские, что­бы со­вер­шать ку­ре­ния на вы­со­тах в го­ро­дах Иу­дей­ских и ок­ре­ст­но­с­тях Ие­ру­са­ли­ма, – и ко­то­рые ка­ди­ли Ва­а­лу, солн­цу, и лу­не, и со­звез­ди­ям, и все­му во­ин­ст­ву не­бес­но­му; и вы­нес Ас­тар­ту из до­ма Гос­под­ня за Ие­ру­са­лим к по­то­ку Ке­д­ро­ну, и сжег ее у по­то­ка Ке­д­ро­на,
<…> и раз­ру­шил до­мы блу­ди­лищ­ные, ко­то­рые бы­ли при хра­ме Гос­под­нем, где жен­щи­ны тка­ли одеж­ды для Ас­тар­ты; и вы­вел всех жре­цов из го­ро­дов Иу­дей­ских, и оск­вер­нил вы­со­ты, на ко­то­рых со­вер­ша­ли ку­ре­ния жре­цы, от Ге­вы до Вир­са­вии, и раз­ру­шил вы­со­ты пред во­ро­та­ми, – ту, ко­то­рая у вхо­да в во­ро­та Ии­су­са гра­до­на­чаль­ни­ка, и ту, ко­то­рая на ле­вой сто­ро­не у го­род­ских во­рот
» (4 Цар. 23:5–8).


По­сле это­го он за­нял­ся об­нов­ле­ни­ем Хра­ма, ко­то­рый уже пол­ве­ка находился в не­бре­же­нии. Во вре­мя ре­мон­та бы­ла най­де­на в тай­ни­ке кни­га За­ко­на (4 Цар. 22:8)[29]
. Про­чи­тав най­ден­ную кни­гу, Ио­сия при­хо­дит в ужас, ибо по­ни­ма­ет, что долж­но по­сле­до­вать наказание за нечестивым прав­ле­ни­ем его от­ца и де­да. Что­бы во­про­сить Бо­га, царь по­сы­ла­ет пер­во­свя­щен­ни­ка и са­нов­ни­ков к про­ро­чи­це Ол­да­ме. Гос­подь че­рез нее от­кры­ва­ет сле­ду­ю­щее: «На­ве­ду зло на ме­с­то сие и на жи­те­лей его, – все сло­ва кни­ги, ко­то­рую чи­тал царь Иу­дей­ский. За то, что ос­та­ви­ли Ме­ня, и ка­дят дру­гим бо­гам, что­бы раз­дра­жать Ме­ня все­ми де­ла­ми рук сво­их, вос­пы­лал гнев Мой на ме­с­то сие, и не по­гас­нет. А ца­рю Иу­дей­ско­му, по­слав­ше­му вас во­про­сить Гос­по­да, ска­жи­те: так го­во­рит Гос­подь, Бог Из­ра­и­лев, о сло­вах, ко­то­рые ты слы­шал: так как смяг­чи­лось серд­це твое, и ты сми­рил­ся пред Гос­по­дом, ус­лы­шав то, что Я из­рек на ме­с­то сие и на жи­те­лей его, что они бу­дут пред­ме­том ужа­са и про­кля­тия, и ты ра­зо­драл одеж­ды свои, и пла­кал пре­до Мною, то и Я ус­лы­шал те­бя, го­во­рит Гос­подь. За это, вот, Я при­ло­жу те­бя к от­цам тво­им, и ты по­ло­жен бу­дешь в гроб­ни­цу твою в ми­ре, и не уви­дят гла­за твои все­го то­го бед­ст­вия, ко­то­рое Я на­ве­ду на ме­с­то сие
» (4 Цар. 22:16–20).


В на­деж­де ис­пра­вить по­ло­же­ние Ио­сия со­брал весь на­род в Ие­ру­са­лим и про­чел пе­ред ни­ми в Хра­ме сло­ва кни­ги За­ве­та. Царь и весь на­род заключили за­вет – по­сле­до­вать Бо­гу и со­блю­дать Его за­по­ве­ди (4 Цар. 23:3). По­сле это­го он со­вер­ша­ет Па­с­ху, как сде­лал это не­ког­да Езе­кия, обес­пе­чив на­род агнца­ми из сво­е­го иму­ще­ст­ва. «И ска­зал ле­ви­там <…>: по­ставь­те ков­чег свя­тый в хра­ме, ко­то­рый по­ст­ро­ил Со­ло­мон <…>; нет вам нуж­ды но­сить его на ра­ме­нах; слу­жи­те те­перь Гос­по­ду Бо­гу на­ше­му и на­ро­ду Его Из­ра­и­лю
» (2 Пар. 35:3). Ков­чег преж­де был вы­не­сен из Свя­то­го Свя­тых. Воз­мож­но, это было сде­ла­но по рас­по­ря­же­нию ко­го-то из не­че­с­ти­вых ца­рей. Не исключено, что он был скрыт ра­ди бе­зо­пас­но­с­ти кем-то из бла­го­че­с­ти­вых свя­щен­ни­ков и ле­ви­тов.


«По­доб­но­го ему не бы­ло ца­ря преж­де его, ко­то­рый об­ра­тил­ся бы к Гос­по­ду всем серд­цем сво­им, и всею ду­шею сво­ею, и все­ми си­ла­ми сво­и­ми, по все­му за­ко­ну Мо­и­се­е­ву; и по­сле не­го не вос­стал по­доб­ный ему» (4 Цар. 23:25). Действия Иосии вызвали в на­ро­де ре­ли­ги­оз­ное во­оду­шев­ле­ние. Но как и в преж­ние вре­ме­на, это во­оду­шев­ле­ние не от­ли­ча­лось осо­бой глу­би­ной. Не­смо­т­ря на на­деж­ду, ко­то­рую воз­ла­га­ли бла­го­че­с­ти­вые лю­ди на Ио­сию, Пи­са­ние сно­ва го­во­рит, что «Гос­подь не от­ло­жил ве­ли­кой яро­с­ти гне­ва Сво­е­го, ка­кою вос­пы­лал гнев Его на Иу­ду за все ос­кор­б­ле­ния, ка­ки­ми про­гне­вал Его Ма­нас­сия. И ска­зал Гос­подь: и Иу­ду от­ри­ну Я от ли­ца Мо­е­го, как от­ри­нул Я Из­ра­и­ля, и от­верг­ну го­род сей Ие­ру­са­лим, ко­то­рый Я из­брал, и Дом, о ко­то­ром Я ска­зал: “бу­дет имя Мое там”
» (4 Цар. 23:26–27).


В 612 го­ду па­ла сто­ли­ца Ас­си­рии Ни­не­вия. В 609 го­ду фа­ра­он Не­хао (Не­хо) пред­при­нял по­ход с це­лью под­дер­жать гиб­ну­щую ас­си­рий­скую дер­жа­ву в борь­бе про­тив рас­ту­ще­го мо­гу­ще­ст­ва ва­ви­ло­нян. «И по­слал к не­му Не­хао по­слов ска­зать: что мне и те­бе, царь Иу­дей­ский? Не про­тив те­бя те­перь иду я, но ту­да, где у ме­ня вой­на. И Бог по­ве­лел мне по­спе­шать; не про­тивь­ся Бо­гу, Ко­то­рый со мною, чтоб Он не по­гу­бил те­бя
» (2 Пар. 35:21). Не по­слу­шав фараона, Ио­сия вы­хо­дит к Ме­гид­до для то­го, что­бы пре­гра­дить путь египтянам, и по­ги­ба­ет, бу­ду­чи смер­тель­но ра­нен в бою (4 Цар. 23:29). 39 лет – это са­мый рас­цвет че­ло­ве­че­с­ких сил. Мо­жет быть, еще что-то уда­лось бы ему сде­лать, но ни один царь не смог пол­но­стью вернуть на­род на пу­ти За­ко­на Бо­жия. Во­ис­ти­ну, «не на­дей­те­ся на кня­зи, на сы­ны че­ло­ве­че­с­кия, в них­же несть спа­се­ния
» (Пс. 145:3). Боль­ше то­го, в то вре­мя са­мо су­ще­ст­во­ва­ние иудейского цар­ст­ва в ка­кой-то ме­ре это­му пре­пят­ст­во­ва­ло. Са­мо на­ли­чие Ие­ру­са­ли­ма, Хра­ма, на­хо­дя­щих­ся под за­щи­той Бо­га Из­ра­и­ле­ва, как ни странно, в какой-то мере яв­ля­лось для иу­де­ев фак­то­ром, пре­пят­ст­ву­ю­щим долж­но­му бо­го­по­чи­та­нию. Долготерпение Божие многими истолковывалось как признак того, что дела обстоят благополучно.



17.3. Па­де­ние иу­дей­ско­го цар­ст­ва

По­сле ги­бе­ли Ио­сии на­чи­на­ет­ся закат Иу­дей­ско­го цар­ст­ва. На­чи­на­ет­ся пе­ри­од, потребовавший су­ще­ст­вен­но­го пе­ре­ос­мыс­ле­ния вза­и­мо­от­но­ше­ния Бо­га и че­ло­ве­ка. Первым сигналом к этому становится смерть праведного царя Иосии. Если некогда Господь продлил дни пребывавшему в тяжкой болезни царю Езекии, то теперь молодой и энергичный Иосия в качестве награды получает попущенную ему преждевременную смерть и мирное погребение. Нечто похожее мы уже видели в ситуации с Авией, сыном Иеровоама I.


Личное благочестие царей и пророков уже не оказывает влияния на судьбу Иудеи.


16. Ио­а­хаз
, сын Ио­сии (609).


Сы­на Ио­сии Ио­а­ха­за, ко­то­рый не дер­жал­ся бла­го­че­с­ти­вых обы­ча­ев от­ца, че­рез три ме­ся­ца сме­ща­ет все тот же фа­ра­он Не­хо (Не­хао), по­ста­вив вме­с­то не­го дру­го­го сы­на Ио­сии – Ели­а­ки­ма. В знак сво­ей вла­с­ти фа­ра­он да­ет ему новое имя Ио­а­ким (4 Цар. 4:34).


17. Ио­а­ким
, сын Ио­сии (609 – 597).


Фа­ра­он об­ло­жил Иу­дею тя­же­лой по­да­тью, но и царь не от­ста­вал от не­го в том, что­бы при­тес­нять на­род. Один­над­цать лет пра­вил он в Ие­ру­са­ли­ме, но, как и его брат, со­вер­шен­но не стре­мил­ся к то­му, что­бы под­ра­жать Да­ви­ду и сво­е­му бла­го­че­с­ти­во­му от­цу. В кни­ге пророка Ие­ре­мии, на­при­мер, опи­сан та­кой эпи­зод. Ие­ре­мия по­сы­ла­ет сви­ток со сво­и­ми про­ро­че­ст­ва­ми Ио­а­ки­му, Ио­а­ким бе­рет этот сви­ток и по ме­ре про­чте­ния от­ре­за­ет но­жом ку­с­ки свит­ка и бро­са­ет в огонь (Иер. 36:23).


Ле­том 605 го­да, по­сле по­бе­ды над егип­тя­на­ми при Кар­хе­ми­се, На­ву­хо­до­но­сор по­яв­ля­ет­ся в Иу­дее, осаж­да­ет Ие­ру­са­лим, и Ио­а­ким по­ко­ря­ет­ся Ва­ви­ло­ну. Тог­да про­ис­хо­дит пер­вое пе­ре­се­ле­ние иу­де­ев: за­лож­ни­ки из са­мых знат­ных се­мей уво­дят­ся в Ва­ви­лон (4 Цар. 24:1). В их числе был пророк Даниил и его товарищи.


Че­рез не­сколь­ко лет, вопреки неоднократным предупреждениям пророка Иеремии, встав на сто­ро­ну Егип­та, Ио­а­ким от­ка­зал­ся пла­тить дань ва­ви­лон­ско­му ца­рю На­ву­хо­до­но­со­ру. В ре­зуль­та­те Иу­дея под­вер­глась гра­би­тель­ским на­бе­гам со­сед­них на­ро­дов, а че­рез не­ко­то­рое вре­мя и сам На­ву­хо­до­но­сор при­сту­пил к иу­дей­ской сто­ли­це (4 Цар. 24:10). В это вре­мя Ио­а­ким уме­р (4 Цар. 24:6). О его по­гре­бе­нии, про­тив обык­но­ве­ния, в Свя­щен­ном Пи­са­нии ни­че­го не го­во­рит­ся. Про­рок Ие­ре­мия не­ког­да пред­рек, что «не бу­дут оп­ла­ки­вать его <…> ос­ли­ным по­гре­бе­ни­ем бу­дет он по­гре­бен: вы­та­щат его и бро­сят да­ле­ко за во­ро­та Ие­ру­са­ли­ма
» (Иер. 22:18–19); «так говорит Господь об Иоакиме, царе Иудейском: не будет от него сидящего на престоле Давидовом, и труп его будет брошен на зной дневной и на холод ночной
» (Иер. 36:30). И это тоже некое знамение, так как прежде даже нечестивые цари удостаивались погребения.


18. Ие­хо­ния
, сын Ио­а­ки­ма (597).


По­сле смер­ти Ио­а­ки­ма во­ца­ря­ет­ся его сын Ие­хо­ния. Ие­хо­ния цар­ст­ву­ет три ме­ся­ца, про­дол­жая не­че­с­ти­вые тра­ди­ции от­ца, плоды которых и по­жи­на­ет. Иерусалим осажден Навуходовосором. Ког­да Ие­хо­ния сдал­ся, то царь ва­ви­лон­ский по­сту­па­ет до­воль­но же­ст­ко. Храм и цар­ские со­кро­вищ­ни­цы были раз­граб­ле­ны. Ие­хо­ния и мно­го дру­гих иу­де­ев (Пи­са­ние го­во­рит о де­ся­ти ты­ся­чах че­ло­век) – кня­зей, на­чаль­ни­ков, ре­мес­лен­ни­ков – уво­дят­ся в плен (4 Цар. 24:16). Про­ис­хо­дит это в 597 го­ду. Го­род с Хра­мом и ос­тат­ка­ми на­се­ле­ния еще со­хра­нял­ся, один­над­цать лет про­дол­жа­лась его аго­ния.


В Вавилоне Иехония тридцать семь лет провел в заключении, после чего царь Евилмеродах вывел его из темницы, и Иехония стал жить при царском дворце и получать содержание от царя (4 Цар. 25:27-30). Заметим, что Иехония единственный из трех последних царей, кто хоть в чем-то исполнил волю Божию, а именно покорился Навуходоносору. Возможно, именно это и повлияло на его судьбу в плену.


19. Се­де­кия
, сын Ио­сии (598 – 587).


На ме­с­то Ие­хо­нии На­ву­хо­до­но­сор по­ста­вил его дя­дю Мат­фа­нию, пе­ре­име­но­вав его в Се­де­кию (4 Цар. 24:17). Во вре­мя его прав­ле­ния Едом, Мо­ав, Ам­мон и Фи­ни­кия от­ло­жи­лись от Ва­ви­ло­на, всту­пив в со­юз с Егип­том. Со­вет­ни­ки Се­де­кии тре­бо­ва­ли от не­го то­го же. Лишь про­рок Ие­ре­мия убеж­дал всех не де­лать это­го, обе­щая за по­кор­ность царю Вавилонскому по­ми­ло­ва­ние от Бо­га. Но Се­де­кия, от­вер­гая во­лю Бо­жию, в 588 году от­ло­жил­ся от Ва­ви­ло­на и че­рез это под­верг Иу­дею но­во­му на­ше­ст­вию. Войска На­ву­хо­до­но­сора вне­зап­но по­яв­ля­ют­ся в Иу­дее.


К это­му же вре­ме­ни от­но­сит­ся и слу­же­ние про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля. Гос­подь по­ка­зы­ва­ет ему в ви­де­нии Храм, он ви­дит как стар­цы, по­вер­нув­шись спи­ной к свя­ти­ли­щу, к Свя­то­му Свя­тых, по­кло­ня­ют­ся вос­хо­дя­ще­му солн­цу, как жен­щи­ны у во­рот Хра­ма пла­чут по бо­гу Фам­му­зу, как в ком­на­тах Хра­ма свя­щен­ни­ки по­кло­ня­ют­ся изо­б­ра­же­ни­ям раз­ных жи­вот­ных (Иез. 8:10-17). И на­ко­нец, ви­дит, как Сла­ва Бо­жия ос­тав­ля­ет Ие­ру­са­лим и Храм, на ко­то­рый на­де­я­лись иу­деи. Ни­кто не слу­шал пророка, так как в не­че­с­тии оже­с­то­чи­лись серд­ца. Царь Се­де­кия, ко­то­рый во вре­мя оса­ды спра­ши­вал Ие­ре­мию о том, что де­лать, по­лу­чил от­вет: «по­ко­рись, тог­да со­хра­нишь жизнь свою и жизнь ос­тав­ших­ся лю­дей
». Царь го­во­рит: «Смо­т­ри, не го­во­ри ни­ко­му, так как ни­кто все рав­но слу­шать не бу­дет
». Ие­ру­са­лим об­ре­чен.


Пророк Ие­ре­мия в своей книге опи­сы­ва­ет мо­мент, ког­да во время осады и хо­зя­е­ва, вспомнив постановление о субботнем годе, от­пу­с­ка­ют сво­их ра­бов-иу­деев. А как толь­ко оса­да сни­ма­ет­ся, они этих ра­бов сно­ва воз­вра­ща­ют к се­бе. Секрет благочестия прост: во вре­мя оса­ды их не­чем было кор­мить. Кон­ча­ет­ся все это очень пло­хо.


По­сле по­лу­то­ро­годичной оса­ды Ие­ру­са­лим пал. Се­де­кия пы­тал­ся бе­жать, но око­ло Ие­ри­хо­на был схва­чен. Его сы­но­вья были уби­ты у не­го на гла­зах, а сам он был ос­леп­лен и в це­пях от­ве­ден в Ва­ви­лон (4 Цар. 25:7). Ие­ру­са­лим вме­с­те с Хра­мом пре­вра­ти­ли в об­го­ре­лые раз­ва­ли­ны. Все, что мож­но бы­ло вы­не­с­ти, бы­ло за­хва­че­но в ка­че­ст­ве тро­фе­ев. Боль­шая часть иу­де­ев, из тех, кто ос­тал­ся в жи­вых, была уве­де­на в плен. В Иу­дее ос­тав­ле­но лишь не­боль­шое ко­ли­че­ст­во зем­ле­дель­цев. Так в 587 го­ду за­кончилась ис­то­рия Иу­дей­ско­го цар­ст­ва.



17.4. Судь­ба ос­тав­ших­ся в Иу­дее

Во гла­ве покоренной Иу­деи на­ме­ст­ни­ком поставлен Го­до­лия, по­се­лив­ший­ся в Мас­си­фе (Иер. 40:5-7, 11). Че­рез два ме­ся­ца он был убит за­го­вор­щи­ка­ми во гла­ве с по­том­ком цар­ско­го ро­да Ис­ма­и­лом. Опа­са­ясь ме­с­ти ва­ви­ло­нян, иу­деи ре­ши­ли бе­жать в Еги­пет. Они пришли к пророку Иеремии и просили его вопросить Бога, поклявшись, что все, открытое через него, они исполнят. Однако узнав, что Господь благословляет их остаться в земле иудейской, обещая им покров и защиту, они не стали его слушать, сказав: «неправду ты говоришь, не посылал тебя Господь Бог наш сказать: "не ходите в Египет, чтобы жить там"; а Варух, сын Нирии, возбуждает тебя против нас, чтобы предать нас в руки Халдеев, чтобы они умертвили нас или отвели нас пленными в Вавилон
» (Иер. 43:2-3).


В очередной раз не послушавшись Бога, оставшиеся иудеи уходят из Палестины в Египет, уводя с собой и пророка Иеремию (Иер. 43:5-6). Иудея опустела окончательно. Так исполнилось все, что Бог обещал навести на сынов Израиля, если они отступят от Него и пренебрегут Его Заветом (Втор. 28:15-68; Нав. 24:20; 3 Цар.9:6-9).



17.5. Ито­ги пе­ри­о­да ца­рей

Если считать со времен Исхода, то на период монархии приходится примерно треть ветхозаветной истории. Древний Израиль – уникальное явление, когда Церковь ограничивалась одним единственным народом в этническом, а в некоторые моменты и в государственном смысле[30]
. Именно это свойство: народ – Церковь оставалось главным и неизменным при смене всех видов политического устройства общества.


Мы уже имели возможность кратко обсудить потенциальные достоинства и недостатки перехода Израиля к монархической государственности. И те, и другие были затем явлены в полной мере. В лучшие моменты истории, при Давиде и Соломоне, когда налицо было созвучие трех служений – царского, священнического и пророческого, были даны великие образцы, ставшие символами Царства Небесного, ибо одно из главных наименований и образов Церкви торжествующей – это именно Царство. В другие периоды нечестивые цари, корыстные священники и лжепророки делали свой народ хуже всех окрестных народов.


Поскольку пророческий образ был явлен, а историческая ситуация клонилась к повторению печального опыта Израильского царства, начинается новый исторический этап. Поскольку Бог ведет людей ко спасению, а не к установлению определенного политического строя, Царство Иудейское, выполнив свою воспитательную задачу и при этом являясь постоянным соблазном для израильтян, было упразднено Богом посредством Вавилонского нашествия. Больше оно не восстанавливалось, если не считать самовольной и неудачной попытки Маккавеев. Народ израильский продолжает свое служение в новых формах под формальным владычеством языческих держав. Этому предшествовал не всегда очевидный, но очень важный процесс.


На протяжении истории разделенных царств происходил отбор благочестивых людей. В самые тяжелее моменты не желавшие смириться с беззакониями переселялись из израильского в иудейское царство. После падения северного царства посланцы царя Езекии собрали среди уцелевших тех, кто пожелал поклониться Богу отцов в Иерусалиме.


Ги­бель Иу­дей­ско­го цар­ст­ва не оз­на­ча­ла от­ме­ны обе­то­ва­ний Бо­жи­их. За­вет имел од­ним из глав­ных сво­их обетований сле­ду­ю­щее: «При­му вас Се­бе в на­род и бу­ду вам Бо­гом
» (Исх. 6:7). Об этом иу­деи твердо по­мни­ли и все­гда на это на­де­я­лись. У них бы­ли си­ту­а­ции, ко­то­рые эту на­деж­ду долж­ны бы­ли ук­реп­лять. Ког­да во вре­ме­на Езе­кии при­хо­ди­ли ас­си­рий­цы, то Гос­подь спас Ие­ру­са­лим, не­смо­т­ря на гре­хов­ность жи­те­лей. Но вот про то, что они долж­ны быть свя­тым на­ро­дом, уде­лом Бо­га сре­ди на­ро­дов (Исх. 19:5–6), они за­бы­ва­ли, ошибочно полагая, что как бы они ни жи­ли, и что бы они ни де­ла­ли, Бог все рав­но, раз уж взял­ся, бу­дет хра­нить и ох­ра­нять их до бес­ко­неч­но­с­ти.


Бог го­во­рит, что дол­го так про­дол­жать­ся не бу­дет. Од­на­ко Он не унич­то­жит на­род, но даст ему воз­мож­ность об­но­вить­ся. Из Ва­ви­ло­на чи­с­тый ос­та­ток бу­дет воз­вра­щен в зем­лю обе­то­ван­ную. И с этим обе­ща­ни­ем, обыч­но, зву­чат про­ро­че­ст­ва о сла­ве, ко­то­рую бу­дет иметь на­род Бо­жий по­сле воз­вра­ще­ния из пле­на. Де­ло в том, что в про­ро­че­ст­вах очень ча­с­то со­еди­ня­ют­ся не­сколь­ко пла­нов, то есть бли­жай­ший ис­то­ри­че­с­кий и до­ста­точ­но от­да­лен­ный. Ког­да про­изо­ш­ло воз­вра­ще­ние, о ко­то­ром го­во­ри­ли про­ро­ки, то сла­вы, ко­то­рую они пред­ре­ка­ли, не бы­ло. Из это­го яс­но вид­но, что об­ра­зы, в ко­то­рых изо­б­ра­жа­ет­ся гря­ду­щее ос­во­бож­де­ние, име­ют от­но­ше­ние и ко вре­ме­ни при­ше­ст­вия Хри­с­та, или да­же ко вре­ме­ни вто­ро­го Его при­ше­ст­вия, ког­да от­кро­ет­ся сла­ва Цар­ст­вия Не­бес­но­го во всех, кто бу­дет ве­ро­вать во Хри­с­та. Зем­ля же обе­то­ван­ная, как мы уже не раз говорили, есть про­об­раз Цар­ст­ва Не­бес­но­го.



Гла­ва 18. Ва­ви­лон­ский пле­н. Возвращение. Строительство вто­рого Храма и вос­ста­нов­ле­ние Ие­ру­са­ли­ма

По­след­ний пе­ри­од, опи­сан­ный в ка­но­ни­че­с­ких кни­гах Пи­са­ния, за­клю­ча­ет в се­бе воз­вра­ще­ние из Ва­ви­лон­ско­го пле­на, вос­ста­нов­ле­ние Ие­ру­са­ли­ма и Хра­ма, а так­же ор­га­ни­за­цию жиз­ни из­бран­но­го на­ро­да на но­вых на­ча­лах Ез­д­рой и Не­еми­ей.



18.1. Иу­деи в пле­ну

Под­ве­дем ито­ги. Что было в на­ча­ле из­ра­иль­ской ис­то­рии? Был Ав­ра­ам, жив­ший в зем­ле Хал­дей­ской, которого Гос­подь при­звал в зем­лю Ха­на­ан­скую, обе­щал дать зем­лю, ум­но­жить по­том­ст­во и произвести от него царей. Все ис­пол­не­но. И вот его умножившееся потомство владеет землей Хананейской, из них произошли цари, ими построен город, в котором воздвигнут Храм, о ко­то­ром Гос­подь обе­ща­ет: «Имя Мое бу­дет там». Что же те­перь? Нет это­го го­су­дар­ст­ва, нет го­ро­да, нет Хра­ма, нет ус­та­нов­лен­но­го За­ко­ном слу­же­ния Бо­гу, и уцелевшие после погрома по­том­ки Ав­ра­а­ма сно­ва про­жи­ва­ют в зем­ле Хал­дей­ской, от­ку­да вы­шел ког­да-то их родоначальник. Ис­то­рия сде­ла­ла круг и при­шла к то­му, с че­го все на­ча­лось.


На пер­вый взгляд мож­но ска­зать, что ни­че­го не по­лу­чи­лось, план Бо­жий ос­тал­ся не­ис­пол­нен­ным. На са­мом де­ле это не так. В этом убеж­да­ют про­ро­ки, от­кры­вав­шие во­лю Бо­жию в про­ис­хо­дя­щих со­бы­ти­ях. Про­ро­ку Ие­ре­мии были по­ка­за­ны в ви­де­нии две кор­зи­ны (Иер. 24) – в од­ной смок­вы хо­ро­шие, при­год­ные для пи­щи, а в дру­гой – гни­лые. Ему бы­ло от­кры­то, что до­б­рые смок­вы – это те, кто уве­де­ны в плен, а гни­лые, ни к че­му не год­ные, – это те, кто ос­та­лись в Ие­ру­са­ли­ме после первого и второго нашествия Навуходоносора.


В том, что таковы были оставшиеся в Иудее, мы имели возможность убедиться. Последние из них, так и не покорившись Богу, ушли в Египет, где им была обещана пророком смерть от меча царя Вавилонского. Судьба уведенных в Вавилон была несколько иная (в первую очередь, речь идет о тех, кто был выселен в 605 и 597 годах).


В свое вре­мя про­рок Иса­ия дал сво­им сы­но­вь­ям сим­во­ли­че­с­кие име­на, назвав одного из них «ос­та­ток спа­сет­ся
» (Ис. 7:3). В ре­зуль­та­те уси­лий про­ро­ков и бла­го­че­с­ти­вых ца­рей было посеяно в Из­ра­и­ле здо­ро­вое зер­но, ос­та­ток, который теперь дол­жен вы­де­лить­ся, очи­с­тить­ся в «ва­ви­лон­ской пе­чи» и стать ядром обновленного народа. Ва­ви­лон не­од­но­крат­но срав­ни­ва­ется в Писании с пла­виль­ным гор­ном (см. напр. Иер. 9:7; Иез. 22:20). В Ва­ви­ло­не бу­дет пе­ре­плав­лен Из­ра­иль и от­де­лятся от не­го все при­ме­си, и из не­го бу­дет вы­де­ле­но чи­с­тое се­ре­б­ро. Не все те, кто уве­де­ны в плен, спа­сут­ся. Ког­да Гос­подь призывал на слу­же­ние про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля, Он предупредил: Я те­бя по­сы­лаю к лю­дям с огрубевшим лицом и жестоким сердцем (Иез. 3:7), и Я не знаю, бу­дут они те­бя слу­шать или нет, но ты им го­во­ри все рав­но, вне за­ви­си­мо­с­ти от то­го, по­слу­ша­ют они те­бя или не по­слу­ша­ют (Иез. 2:5). Для очищения и вразумления их требовалось время.


Пророк Иеремия предсказывал, что плен продлится семьдесят лет (Иер. 29:10). Отсчет можно вести двояко. Можно считать от пленения до освобождения – с пер­во­го при­ше­ст­вия На­ву­хо­до­но­со­ра (605 г.) до 538 го­да, ког­да Ва­ви­лон­ская дер­жа­ва па­ла и пер­сид­ский царь Кир издал указ о возвращении иудеев.


Можно считать и от времени разрушения Иерусалима и Храма в 586 году. Тогда второй датой будет 518 год, когда был освящен восстановленный Иерусалимский Храм.


В пле­ну у иу­де­ев не ос­та­лось ни­че­го из то­го, на что они на­де­я­лись и чем гор­ди­лись. Хра­ма нет, ца­ря нет, служ­бы нет, ни­че­го нет. Что же ос­та­ет­ся? По­сред­ст­вом че­го мо­жет осу­ще­ств­лять­ся их связь с Бо­гом? Толь­ко че­рез вер­ность За­ко­ну. Они как бы сно­ва вер­ну­лись во вре­ме­на стран­ст­во­ва­ния по пу­с­ты­не. В кни­ге про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля пря­мо го­во­рит­ся, что Бог вы­во­дит Из­ра­иль в «пу­с­ты­ню на­ро­дов
» (Иез. 20:35). Что они мо­гут сде­лать, как они мо­гут по­кло­нить­ся Бо­гу? Не имея ни зем­ли, на ко­то­рой можно по­кло­нять­ся, ни служ­бы, они име­ют день суб­бот­ний, и со вре­мен пле­на на­чи­на­ет­ся тща­тель­ное со­блю­де­ние это­го дня. От желания вернуться к Богу возникает стрем­ле­ние к со­блю­де­нию за­по­ве­дей, к изучению слова про­ро­че­с­кого и ус­во­е­нию его. Если в период царства иудеи так и не смогли устроить свою жизнь на основании Закона, то в плену у них не оставалось альтернативы. Там же было окончательно покончено с многобожием. По­сле воз­вра­ще­ния из пле­на из­ра­иль­тя­не по-преж­не­му несво­бод­ны от не­до­стат­ков, но идо­ло­слу­же­ния больше не было; в Священных книгах, написанных после плена, о нем нет больше упоминаний. Пи­са­ние боль­ше о нем не на­по­ми­на­ет. Вер­нув­шись из пле­на, они ис­це­ли­лись от этой бо­лез­ни.


Имен­но во вре­мя пле­на, по-ви­ди­мо­му, возникает та­кое яв­ле­ние, как си­на­го­га. Сло­во это гре­че­с­кое, оз­на­ча­ет «со­бра­ние». Так ста­ли на­зы­вать­ся ме­с­та, где ве­ру­ю­щие мог­ли со­брать­ся вме­с­те. Но си­на­го­га это не Храм. В си­на­го­ге не со­вер­ша­ет­ся бо­го­слу­же­ние. Си­на­го­га это ме­с­то, где лю­ди со­би­ра­ют­ся для то­го, что­бы вме­с­те по­мо­лить­ся, по­чи­тать Пи­са­ние, мо­жет быть, ре­шить ка­кие-то об­ще­ст­вен­ные де­ла. Храм один, Храм только в Ие­ру­са­ли­ме. Бо­го­слу­же­ние за­клю­ча­ет­ся в при­не­се­нии жертв. И ка­ких-то спе­ци­аль­ных ус­та­нов­лен­ных мо­лит­во­сло­вий в за­ко­не мы поч­ти не ви­дим. А вот си­на­го­га – это ме­с­то, где чи­та­ет­ся За­кон, чи­та­ют­ся Про­ро­ки, со­вер­ша­ет­ся учи­тель­ст­во и мо­лит­ва.


Кни­га про­ро­ка Да­ни­и­ла по­ка­зы­ва­ет, что не­ко­то­рые иу­деи из заложников, взятых при покорении Иудеи, бы­ли при­бли­же­ны к ца­рям. И да­же вы­сту­па­ли в ро­ли со­вет­ни­ков. Хо­тя их об­раз бо­го­по­чи­та­ния был не­по­ня­тен и про­ти­вен тем, ко­му они слу­жи­ли. По­че­му? Ни­кто не про­те­с­то­вал про­тив то­го, что иу­деи про­дол­жа­ют по­чи­тать сво­е­го соб­ст­вен­но­го Бо­га; но негодование вызывало то, что они не по­чи­та­ли бо­гов тех мест, ку­да они при­шли. Язы­че­с­кое со­зна­ние та­ко­во: есть зем­ля и есть бог, ко­то­рый ею вла­де­ет. На несогласных время от времени об­ру­ши­ва­лись ре­прес­сии, в слу­чае с Да­ни­и­лом и его то­ва­ри­ща­ми – за отказ по­чи­тать ца­ря как бо­га и по­кло­нять­ся идо­лам. Но помощь Божия сделала их проповедниками среди язычников грядущего спасения. Отголоски этой проповеди явятся в последствии, когда халдейские волхвы придут поклониться родившемуся Спасителю (Мф. 2:1–12).


Пле­нен­ный царь Ие­хо­ния после смерти Навуходоносора был выведен из темницы (4 Цар. 25:27) и приближен к цар­ско­му дво­ру. Он по­лу­ча­ет со­дер­жа­ние. О нем упо­ми­на­ет­ся в ва­ви­лон­ских до­ку­мен­тах того времени.


Те, кто был выселен вместе и Иехонией, не были обращены рабов, поскольку, хотя и были мятежниками, но сдались добровольно. Они были расселены в разных местах и занимались ремеслом и земледелием. Из книги пророка Иезекииля, уведенного именно в это время, мы можем увидеть, что иудеи живут компактной общиной, у них есть свои старейшины. Правда из жития этого пророка мы узнаем, что были и периоды голода, а также моменты, когда халдеи покушались истребить соплеменников пророка.


Мы почти ничего не знаем о жизни захваченных во время последнего нашествия. Но, исходя из обычаев той эпохи, можем заключить, что судьба мятежников, до конца оказывавших сопротивление, была незавидной.


Как бы то ни было, ко вре­ме­ни окон­ча­ния пле­на мно­гие иу­деи не­пло­хо обу­с­т­ро­и­лись на чуж­би­не, за­ве­ли тор­гов­лю и на­столь­ко зна­чи­тель­ное хо­зяй­ст­во, что мно­гие не ста­ли воз­вра­щать­ся в Иу­дею, когда такая возможность появилась. Со вре­ме­ни ва­ви­лон­ско­го пе­ре­се­ле­ния на­чи­на­ет свое су­ще­ст­во­ва­ние та­кое яв­ле­ние, как ев­рей­ская ди­а­спо­ра[31]
. Часть иу­де­ев пе­ре­се­ли­лась в Ва­ви­лон, часть бе­жа­ла в Еги­пет (мно­гие из них, как и про­ро­че­ст­во­вал Ие­ре­мия, по­гиб­ли, но некоторые уцелели). Ва­ви­лон и Еги­пет ста­ли дву­мя глав­ны­ми цен­т­ра­ми ев­рей­ско­го рас­се­я­ния.



18.2. Пер­вая кни­га Ез­д­ры. Воз­вра­ще­ние иу­де­ев из пле­на

Во второй половине VI в. Ва­ви­лон­ская им­пе­рия бы­ла смя­та пришедшими с севера персами и мидянами. Пер­сид­ский царь Кир по­бе­дил во мно­гом бла­го­да­ря сво­ей, мож­но ска­зать, ли­бе­раль­ной по­ли­ти­ке. Он поз­во­лял всем на­ро­дам, ко­то­рые бы­ли во вре­ме­на ас­си­рий­цев пе­ре­се­ле­ны, идти в свои ис­кон­ные зем­ли, воз­вра­щал на ме­с­то все вы­ве­зен­ные идо­лы и свя­ты­ни язы­че­с­кие рас­став­лял по ме­с­там. Од­ним из ре­зуль­та­тов та­кой политики бы­ло то, что сам Ва­ви­лон, го­род, ко­то­рый мог ока­зать ему се­рь­ез­ное со­про­тив­ле­ние, сдал­ся до­б­ро­воль­но, по­сколь­ку ни­че­го осо­бен­но пло­хо­го от Ки­ра не ожи­да­лось.


Од­ним из пер­вых де­я­ний Ки­ра, ко­то­рое ка­са­ет­ся на­ро­да из­ра­иль­ско­го, был его эдикт 538 го­да, в ко­то­ром он рас­по­ря­дил­ся вер­нуть плен­ных из­ра­иль­тян в Ие­ру­са­лим и вос­соз­дать Ие­ру­са­лим­ский Храм: «В первый год Кира, царя Персидского, во исполнение слова Господня из уст Иеремии, возбудил Господь дух Кира, царя Персидского, и он повелел объявить по всему царству своему, словесно и письменно: так говорит Кир, царь Персидский: все царства земли дал мне Господь Бог небесный, и Он повелел мне построить Ему дом в Иерусалиме, что в Иудее. Кто есть из вас, из всего народа Его,
– да будет Бог его с ним,
– и пусть он идет в Иерусалим, что в Иудее, и строит дом Господа Бога Израилева, Того Бога, Который в Иерусалиме. А все оставшиеся во всех местах, где бы тот ни жил, пусть помогут ему жители места того серебром и золотом и иным имуществом, и скотом, с доброхотным даянием для дома Божия, что в Иерусалиме)
» (1 Езд. 1:1–4). Признавая величие Бога Израилева, Кир (как до него и Навуходоносор, не раз превозносивший Бога) оставался мно­го­бож­ни­ком, по­ла­гая, на­при­мер, что сам «покровитель Вавилона» бог Мар­дук по­мог ему овладеть этим городом. Поскольку премудрый Даниил сохранил свое положение при дворе и при новом правителе, можно предположить, что именно благодаря ему одним из первых указов Кира стал именно этот.


С помощью Вавилонского плена, как некогда во время странствия Израиля по пустыне, совершается отбор благочестивого «остатка». Сначала все, подававшие надежды, были насильственно выселены в Вавилон. Теперь настал момент самостоятельного выбора. Иудеям дана возможность вернуться в свою землю, но никто не понуждал их к этому. Ведь их города были разрушены, практически никого из соплеменников там не осталось. Нужно было сниматься с обжитых за долгие десятилетия мест и идти в разоренную землю, про которую теперь нельзя было сказать, что там «течет молоко и мед» (Исх. 3:17). Единственная причина – это обетования Божии, данные их отцам. Поэтому возвращаются только те, кто был до конца верен этим обетованиям и готов был ради них пожертвовать своим земным благополучием.


Во гла­ве пе­ре­се­лен­цев сначала на­зы­ва­ют­ся Шеш­ба­цар (1 Езд. 1:8, 11), по­том Зо­ро­ва­вель (1 Езд. 2:2). Из повествования можно заключить, что это два име­ни од­но­го и то­го же человека. Об­ра­ти­те вни­ма­ние, это князь ко­ле­на Иу­ди­на, по­то­мок ца­рей, но оба име­ни не ев­рей­ско­го про­ис­хож­де­ния, а ва­ви­лон­ско­го. Че­рез 70 лет пе­ре­се­лен­цы но­сят ва­ви­лон­ские име­на, что неудивительно, если вспомнить, что Даниилу переменили имя сразу после переселения (Дан. 1:7). Мно­гие уже не по­ни­ма­ли по-ев­рей­ски и го­во­ри­ли на ара­мей­ском на­ре­чии. К Зо­ро­ва­ве­лю при­со­е­ди­няют­ся со­рок две ты­ся­чи триста шестьдесят че­ло­век. Они по­лу­чили дра­го­цен­ные со­су­ды, ко­то­рые не­ког­да вы­вез На­ву­хо­до­но­сор. Вернувшиеся в Иудею расселились по своим городам.


На праздник Кущей все переселенцы собрались в Ие­ру­са­лим, оты­с­кали ме­с­то, где ког­да-то на­хо­дил­ся жерт­вен­ник Хра­ма, поставили на нем но­вый жерт­вен­ник и на­чали при­но­сить на нем ре­гу­ляр­ные жерт­вы по уставу (1 Езд. 3:1–5). Об­ста­нов­ка бы­ла как нель­зя бо­лее под­хо­дя­щей для праздника Кущей: по­сколь­ку жилых до­мов еще не бы­ло, при­шлось пра­зд­ник встре­чать в ша­т­рах, как и по­ла­га­ет­ся.



18.3. Стро­и­тель­ст­во и ос­вя­ще­ние вто­ро­го Хра­ма

На второй год после возвращения из плена было заложено основание но­во­го Хра­ма. Од­на­ко при за­клад­ке радостные восклицания смешивались с громким плачем ста­ри­ков, ко­то­рые пе­ре­жи­ли пле­н и по­мни­ли еще Храм Со­ло­мо­на (1 Езд. 3:12). Со­ло­мон после постройки Храма и дворца отдал поставлявшему ему кедр и кипарис тиранскому царю Хираму 20 городов в земле Галилейской, не считая той платы хлебом, которую давал ежегодно (3 Цар. 9:11). А откуда теперь возьмутся такие средства?


И здесь про­ис­хо­дит за­труд­не­ние, по­сколь­ку ок­ре­ст­ные на­ро­ды, и в пер­вую оче­редь те, ко­то­рые впос­лед­ст­вии бу­дет на­зы­вать­ся са­ма­ря­на­ми (на­се­ля­ю­щие быв­шую тер­ри­то­рию Се­вер­но­го цар­ст­ва Из­ра­иль­ско­го), то­же же­ла­ют стро­ить Храм, счи­тая се­бя по­том­ка­ми тех, кто ког­да-то в этом Хра­ме по­кло­нял­ся. А пе­ре­се­лен­цы от­ве­ча­ют им ре­ши­тель­ным от­ка­зом, воспринимая их как ино­пле­мен­ни­ков, не­до­стой­ных та­ко­го стро­и­тель­ст­ва. Тог­да они на­чи­на­ют ак­тив­ное про­ти­во­дей­ст­вие. Ца­рю Артаксерксу на­прав­ля­ет­ся до­нос о том, что иудеи пы­та­ют­ся вос­ста­но­вить Ие­ру­са­лим, а этот го­род всегда был мятежным. Царь за­пре­ща­ет про­дол­жать ра­бо­ты[32]
. Однако не только в этом была причина. Согласно книге пророка Аггея, са­ми иу­деи не слиш­ком усерд­ст­во­ва­ли в восстановлении Храма. Многие из них считали, что сна­ча­ла нуж­но по­ст­ро­ить се­бе до­ма, об­за­ве­с­тись хо­зяй­ст­вом, а по­том уже за­ни­мать­ся Хра­мом.


Бла­го­да­ря уси­ли­ям пророков Аг­гея, За­ха­рии, а также Зо­ро­ва­ве­ля и первосвященника Ии­су­са, стро­и­тель­ст­во Хра­ма че­рез 15 лет по­сле ос­та­нов­ки снова во­зоб­нов­ля­ет­ся. За­реч­ный об­ла­с­те­на­чаль­ник (начальник об­ла­с­ти за рекой Ев­фра­том) Фаф­най это­му не пре­пят­ст­ву­ет, но по­сы­ла­ет за­прос к пра­вя­ще­му ца­рю Да­рию I (521 – 486). Да­рий, най­дя в ар­хи­ве указ Ки­ра о восстановлении Иерусалима, под­тверж­да­ет его, при­чем при­ка­зы­ва­ет Фаф­наю не про­сто не мешать стро­и­тель­ст­ву, но оп­ла­тить за­тра­ты из цар­ских до­хо­дов с этой об­ла­с­ти и обес­пе­чить все, что нуж­но для жерт­во­при­но­ше­ний, что­бы при­но­си­ли жерт­ву о жиз­ни ца­ря и его сы­но­вей (1 Езд. 6:2-10). Таким образом, ис­то­рия эта кон­ча­ет­ся да­же с вы­го­дой для иу­де­ев, по­сколь­ку к восстановлению Храма теперь привлекаются сред­ст­ва го­су­дар­ст­вен­ной каз­ны. Послушавшись пророков, иудеи получили помощь от Бога.


В 515 го­ду происходит ос­вя­ще­ние Хра­ма и пра­зд­ник Па­с­хи, который совершается с большой радостью.


Новый Храм бы­л го­раз­до скром­нее прежнего, од­на­ко про­рок Аг­гей еще во время строительства го­во­рил о том, что сла­ва это­го Хра­ма бу­дет боль­ше сла­вы Хра­ма пер­во­го, по­то­му что здесь явит­ся Тот, Ко­го так ждут. В этом Хра­ме явит­ся и бу­дет про­по­ве­до­вать Хри­с­тос: «При­дет Же­ла­е­мый все­ми на­ро­да­ми, и на­пол­ню дом сей сла­вою, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф. …Сла­ва се­го по­след­не­го хра­ма бу­дет боль­ше, не­же­ли преж­не­го … и на ме­с­те сем Я дам мир
» (Агг. 2:7, 9). Стро­и­тель­ст­во началось в 538 го­ду, во­зоб­нов­лено в 520-м и за­кончилось в 515-м. Ког­да Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос ска­зал: «Раз­рушь­те храм сей, и Я в три дня воз­двиг­ну его
» (Ин. 2:19) – ему воз­ра­зи­ли, что этот Храм стро­ил­ся 46 лет. Мы же ви­дим, что он стро­ил­ся, са­мое дол­гое, 23 го­да. О чем тог­да иу­деи го­во­рят Хри­с­ту? Дело в том, что Ирод Ве­ли­кий пред­при­нял зна­чи­тель­ную ре­кон­ст­рук­цию Хра­ма, ко­то­рая дей­ст­ви­тель­но про­дол­жа­лась 46 лет. Так что они ссы­ла­ют­ся не на стро­и­тель­ст­во, ко­то­рое бы­ло во вре­ме­на Зо­ро­ва­ве­ля, а на поч­ти со­вре­мен­ную им реконструкцию Хра­ма.



18.4. Вто­рое воз­вра­ще­ние при свя­щен­ни­ке Ез­д­ре

Не­смо­т­ря на вос­ста­нов­ле­ние Хра­ма и на эн­ту­зи­азм, свя­зан­ный с воз­вра­ще­ни­ем, в це­лом, жизнь бы­ла труд­ной. Бед­ность, при­тес­не­ния от соседей, по­сте­пен­ное сме­ше­ние с языч­ни­ка­ми (это бы­ла те­перь не их зем­ля, и ес­те­ст­вен­ным об­ра­зом на­ча­ло про­ис­хо­дить сме­ше­ние). Из книги про­ро­ка Ма­ла­хии, жившего в середине V века, видно, что бла­го­че­с­тие и рев­ность о богослужении то­же ос­тав­ля­ли же­лать луч­ше­го, иу­деи жа­ле­ли вно­сить де­ся­ти­ну, а ес­ли вно­си­ли, то, то что по­ху­же (Мал. !:13-14). Свя­щен­ни­ки счи­та­ли свое слу­же­ние ма­ло­при­быль­ным и не сто­я­щим та­ких тру­дов, ко­то­рых оно от них тре­бо­ва­ло (Мал. 1:12). Той сла­вы, рас­цве­та и про­цве­та­ния, ко­то­рые обе­ща­ли про­ро­ки после окончания плена, так и не на­сту­пи­ло. Возникла очень опасная ситуация, когда всеобщее разочарование и расхоложенность могли привести к полной потере всего того, что было приобретено в результате огромных страданий, пережитых в плену и при возвращении.


В этот момент, спустя почти полвека после восстановления Храма, Бог призвал к служению священника Ездру, состоявшего воспитателей при царском дворе. «Он был книжник, сведующий в законе Моисеевом, который дал Господь, Бог Израилев
» (1 Езд. 7:6).


В 458 го­ду царь Ар­так­серкс I Лон­ги­ман (Дол­го­ру­кий) по­ру­ча­ет ему ид­ти в Ие­ру­са­лим для то­го, что­бы учить на­род за­ко­ну и прав­де. Ездра получает от царя указ, в соответствии с которым священники и левиты, служащие при Храме, освобождались от всех налогов и пошлин, а сам Ездра должен был поставить судий, знающих Закон и имеющих власть карать за его нарушение вплоть до смертной казни (1 Езд. 7:12-26). Вме­с­те с ним пе­ре­се­ля­ет­ся еще часть на­ро­да из числа живущих в Вавилоне, в которую вошло примерно 2000 че­ло­век мужского пола. С со­бой они берут по­жерт­во­ва­ния от ца­ря и ос­та­вав­ших­ся в Ва­ви­ло­не еди­но­пле­мен­ни­ков. В пу­те­ше­ст­вие с такими сокровищами пу­с­кать­ся до­воль­но опас­но, од­на­ко Ез­д­ра не хо­чет про­сить у Ар­так­серк­са ох­ра­ны в на­деж­де на Бо­жие за­ступ­ле­ние.


Эта груп­па благополучно прибывает в Ие­ру­са­лим, где Ез­д­ра уз­на­ет, что мно­гие лю­ди, вклю­чая свя­щен­ни­ков, за­клю­чи­ли бра­ки с иноплеменниками, что де­ти мно­гих не уме­ют го­во­рить на род­ном на­ре­чии (Езд. 9:1-2). Ез­д­ра объ­яв­ля­ет пост, со­би­ра­ет весь на­род и они ре­шают дать всем ино­пле­мен­ным же­нам раз­вод (Езд. 10 гл.). Была создана осо­бая ко­мис­сия для то­го, что­бы рас­сма­т­ри­вать эти де­ла, которая работала в течение двух месяцев. В первую очередь внимание было обращено на семьи свя­щен­ни­ков и ле­ви­тов. Тех, кто был найден виновным, обязали от­пу­с­тить жен-ино­пле­мен­ниц. Был из­дан де­к­рет, на ос­но­ва­нии ко­то­ро­го все иу­деи, же­на­тые на чу­же­ст­ран­ках, под уг­ро­зой ли­ше­ния иму­ще­ст­ва и граж­дан­ст­ва долж­ны бы­ли в трех­днев­ный срок ото­слать жен вме­с­те с де­ть­ми об­рат­но на ро­ди­ну.


На этом заканчивается повествование первой книги Ездры, но не заканчивается его деятельность по укреплению благочестия. Строгость и даже жестокость, с которой Ездра, а впоследствии и Неемия, добивались отделения израильтян, понятна. «Не из-за них ли грешил Соломон, царь Израилев? У многих народов не было такого царя, как он. Он был любим Богом своим, и Бог поставил его царем над всеми Израильтянами; и однако же чужеземные жены ввели в грех и его
» (Неем. 13:26). Жизнь народа на новых основаниях только складывалась и ассимиляция с язычниками была смертельно опасна. Была и другая причина, речь о которой пойдет позже.


Замкнутость избранного народа была временным явлением, символизировавшим необходимости принадлежать к Церкви для спасения. Бог не был достоянием одних лишь иудеев. Писание говорит нам о Фамари, Рааве, Руфи, которые, будучи иноплеменницами, по вере своей смогли присоединиться к избранному народу и войти в родословие Спасителя. Поэтому абсолютное на вид отделение израильтян от иноплеменников таковым реально не являлось. Но это убеждение со временем стало настолько сильным, что с большим трудом преодолевалось в апостольскую эпоху (ср. Деян. 11:2-3; Гал. 2:12).



18.5. Кни­га Не­емии. Воз­рож­де­ние Ие­ру­са­ли­ма

При­мер­но в 445 го­ду, через тринадцать лет после прибытия в Иерусалим Ездры, из города Сузы туда прибыл цар­ский ви­но­чер­пий Не­емия, то­же из тех иу­де­ев, ко­то­рые оставались вне родной земли. Ви­но­чер­пий – это не ви­но­дел, а че­ло­век, ко­то­рый за­ве­до­вал до­став­кой на­пит­ков цар­ско­му дво­ру. На­пит­ки – вещь се­рь­ез­ная; ес­ли там ока­жет­ся яд, то бу­дут тя­же­лые по­след­ст­вия; ви­но­чер­пий был че­ло­ве­ком, облеченным доверием ца­ря и имел до­ста­точ­но боль­шую власть, на уров­не ми­ни­с­т­ра. Не­емия по­лу­чил из­ве­с­тия о жиз­ни Ие­ру­са­ли­ма. Сте­ны Ие­ру­са­ли­ма так и не бы­ли вос­ста­нов­ле­ны. Без стен древ­ний го­род обой­тись не мог, по­сколь­ку был беззащитен перед лицом вооруженного нападения. Над иу­де­я­ми сто­я­ли ме­ст­ные пра­ви­те­ли – ино­пле­мен­ни­ки, жизнь на­ро­да бы­ла бед­ст­вен­ной. Цар­ский ви­но­чер­пий от­пра­ши­ва­ет­ся у ца­ря Ар­так­серк­са I в Ие­ру­са­лим для то­го, что­бы вос­ста­нав­ли­вать сте­ны го­ро­да. Это пер­вая жерт­ва с его сто­ро­ны, по­сколь­ку он идет на ощу­ти­мое по­ни­же­ние в долж­но­с­ти. Пе­ред ним сто­ит не­про­стая по­ли­ти­че­с­кая за­да­ча, по­то­му что Иу­дея, являясь ча­с­тью оп­ре­де­лен­ной ад­ми­ни­с­т­ра­тив­ной об­ла­с­ти (с цен­т­ра­ми в Рив­ле и Мас­си­фе), име­ет сво­е­го пра­ви­те­ля. Во­дво­ре­ние Не­емии в Ие­ру­са­ли­ме – это фактически со­зда­ние но­во­го ад­ми­ни­с­т­ра­тив­но­го цен­т­ра, что не так про­сто. Тем не ме­нее Не­емии это уда­ет­ся. Взяв пись­ма от ца­ря, он при­бы­ва­ет в Ие­ру­са­лим с не­боль­шим во­ен­ным от­ря­дом (Неем. 2:7–11). Са­мо по се­бе его при­бы­тие уже вы­зы­ва­ет вол­не­ние ино­пле­мен­ни­ков. По­имен­но пе­ре­чис­ле­ны Са­на­вал­лат Хо­ро­нит, То­вия Ам­мо­ни­тя­нин и Ге­шем Ара­ви­тя­нин (Неем. 2:10). Двое по­след­них но­сят ев­рей­ские име­на. Воз­мож­но, что на­зва­ны они не по про­ис­хож­де­нию, а по тем об­ла­с­тям, ко­то­ры­ми они уп­рав­ля­ли. Ес­ли Ге­шем и То­вия бы­ли ук­ло­нив­ши­ми­ся в язы­че­ст­во из­ра­иль­тя­на­ми, то по­нят­на их осо­бен­ная не­на­висть к пред­при­я­тию Не­емии. Но тот дей­ст­ву­ет очень бы­с­т­ро. Через три дня после прибытия, ночью, он ус­т­ра­и­ва­ет ос­мотр стен и на сле­ду­ю­щий день на­чи­на­ет вос­ста­но­ви­тель­ные ра­бо­ты, ко­то­рые ве­дут­ся очень энер­гич­но. За счет мак­си­маль­но­го на­пря­же­ния сил сте­ны начали быстро расти, во что ни­кто из про­тив­ни­ков его не ве­рил, а ког­да по­ве­ри­ли, то бы­ло уже по­зд­но что-ли­бо пред­при­ни­мать. Когда иудеи узнали о возможном нападении, к работам были привлечены все: по­ло­ви­на на­ро­да охраняла с ору­жи­ем в ру­ках, по­ло­ви­на, по­ло­жив ору­жие ря­дом, от­ст­ра­и­ва­ла сте­ны. Ие­ру­са­лим­ская сте­на бы­ла от­ст­ро­е­на за 52 дня и го­род пре­бы­вал в не­ко­то­рой бе­зо­пас­но­с­ти.


Во вре­мя стро­и­тель­ст­ва Санаваллат пред­при­ни­ма­л по­пыт­ки вы­ма­нить Неемию из го­ро­да и убить, на­чи­ная от про­стого шан­та­жа и при­гла­ше­ний на пе­ре­го­во­ры, и кон­чая тем, что под­сы­лал к не­му под­куп­лен­ных лже­про­ро­ков. Они го­во­рили, что им Бог от­крыл, что он на­хо­дит­ся в ве­ли­чай­шей опас­но­с­ти, и при­зы­вали его бе­жать и пря­тать­ся в Хра­ме для то­го, что­бы спа­с­ти свою жизнь, от че­го Не­емия от­ка­зы­ва­ет­ся. По­ве­ст­вуя об этом, он го­во­рит: «По­мя­ни, Бо­же мой, То­вию и Са­на­вал­ла­та по сим де­лам их, а так­же про­ро­чи­цу Но­а­дию и про­чих про­ро­ков, ко­то­рые хо­те­ли ус­т­ра­шить ме­ня!
» (Не­ем. 6:14). Из это­го вид­но, что та­кая бе­да, как лже­про­ро­ки, не оставляла из­ра­иль­тян и по­сле пле­на.


По­сле то­го, как были вос­ста­нов­ле­ны сте­ны, Не­емия про­во­дит ряд ре­форм со­ци­аль­но­го ха­рак­те­ра. В ча­ст­но­с­ти, он об­на­ру­жи­ва­ет, что не­боль­шая часть на­ро­да жи­вет в бо­гат­ст­ве, а большая часть вы­нуж­де­на про­да­вать сво­их де­тей в раб­ст­во и отдавать в залог поля и виноградники, что­бы иметь воз­мож­ность се­бя со­дер­жать. Не­емия тре­бу­ет лик­ви­ди­ро­вать все про­цен­ты и за­ло­ги и про­стить дол­ги, что­бы од­ни соп­ле­мен­ни­ки не отяг­ча­ли дру­гих. Сам Не­емия не поль­зо­вал­ся до­хо­да­ми, ко­то­рые должен был иметь в си­лу сво­е­го но­во­го по­ло­же­ния.


Воз­рож­ден­ный Ие­ру­са­лим не мо­г срав­нить­ся по ко­ли­че­ст­ву на­се­ле­ния с Ие­ру­са­ли­мом до­плен­ным. Ие­ру­са­лим до пле­на был очень боль­шим го­ро­дом. По­сле по­ст­рой­ки сте­ны ока­за­лось, что в нем нет до­ста­точ­но­го ко­ли­че­ст­ва лю­дей, что­бы обес­пе­чить де­жур­ст­во на сте­нах. Тог­да Не­емия ус­т­ра­и­ва­ет пе­ре­пись на­ро­да и од­ну де­ся­тую часть лю­дей, ко­то­рые обитали в ок­ре­ст­ных об­ла­с­тях, пе­ре­се­ля­ет в Ие­ру­са­лим (Неем. 11:1).



18.6. Возобновление Завета

После окончания постройки народ собрался в Иерусалиме и просил Ездру читать им книгу Закона Моисеева. По ме­ре то­го, как чи­та­ет­ся За­кон, сто­я­щие ря­дом ле­ви­ты его тол­ку­ют. Это вы­зва­но от­ча­с­ти тем, что на­род уже не по­ни­ма­ет то­го язы­ка, на ко­то­ром За­кон на­пи­сан. От­сю­да бе­рет на­ча­ло Тар­гум – перевод, или точнее пе­ре­сказ Свя­щен­но­го Пи­са­ния на ара­мей­ском язы­ке. Здесь та же са­мая при­чи­на, по ко­то­рой не­ког­да по­явил­ся си­но­даль­ный пе­ре­вод Биб­лии: мно­гие уже не спо­соб­ны бы­ли понимать по цер­ков­носла­вян­ски. По­сколь­ку это происходит во вре­мя пра­зд­ни­ка ку­щей, то го­то­вит­ся все не­об­хо­ди­мое для не­го, и на­чи­на­ет­ся пра­зд­но­ва­ние.


Чте­ние За­ко­на про­дол­жа­ет­ся и по про­ше­ст­вии пра­зд­ни­ка. На­род по­стит­ся и ис­по­ве­ду­ет пе­ред Бо­гом свои со­гре­ше­ния. Вспом­нив в тор­же­ст­вен­ном гим­не, вос­пе­том ле­ви­та­ми, все глав­ные со­бы­тия Свя­щен­ной ис­то­рии, при­зна­вая се­бя ви­нов­ны­ми в от­ступ­ле­нии от За­ве­та, иу­деи го­во­рят: «И вот, мы ны­не ра­бы; на той зем­ле, ко­то­рую Ты дал от­цам на­шим, что­бы пи­тать­ся ее пло­да­ми и ее до­б­ром, вот, мы раб­ст­ву­ем. И про­из­ве­де­ния свои она во мно­же­ст­ве при­но­сит для ца­рей, ко­то­рым Ты по­ко­рил нас за гре­хи на­ши. И те­ла­ми на­ши­ми они вла­де­ют по сво­е­му про­из­во­лу, и мы в ве­ли­ком стес­не­нии. По все­му это­му мы да­ем твер­дое обя­за­тель­ст­во и под­пи­сы­ва­ем, и на под­пи­си пе­чать кня­зей на­ших и свя­щен­ни­ков на­ших
» (Не­ем. 9:36–38). Со­вер­ша­ет­ся вос­ста­нов­ле­ние За­ве­та с Бо­гом, под ко­то­рым под­пи­сы­ва­ют­ся и при­кла­ды­ва­ют пе­ча­ти Не­емия и кня­зья на­род­ные. Про­чие же лю­ди «всту­пи­ли в обя­за­тель­ст­во с клят­вою и про­кля­ти­ем — по­сту­пать по За­ко­ну Бо­жию, ко­то­рый дан ру­кою Мо­и­сея, ра­ба Бо­жия, и со­блю­дать и ис­пол­нять все за­по­ве­ди Гос­по­да Бо­га на­ше­го, и ус­та­вы Его и пред­пи­са­ния Его
» (Не­ем. 10:29).


Не­ко­то­рые обя­за­тель­ст­ва бы­ли вы­де­ле­ны осо­бен­ным об­ра­зом. Не за­клю­чать сме­шан­ных бра­ков с ино­пле­мен­ни­ка­ми (Неем. 10:30). Со­блю­дать суб­бо­ту, и не раз­ре­шать ино­зем­ным тор­гов­цам тор­го­вать в Ие­ру­са­ли­ме в суб­бот­ний день; в седьмой год прощать все долги (Неем. 10:31). Не­емия да­же рас­по­ря­дил­ся, что­бы в суб­бо­ту за­пи­ра­ли во­ро­та, и ино­зем­ные куп­цы си­де­ли за во­ро­та­ми и жда­ли на­ступ­ле­ния сле­ду­ю­ще­го дня (Неем. 13:19-20). Все бы­ли обя­за­ны еже­год­но вно­сить по од­ной тре­ти сик­ля на со­дер­жа­ние Хра­ма (Неем. 10:32), что, кста­ти, бы­ло по­слаб­ле­ни­ем по срав­не­нию с за­ко­ном Мо­и­се­е­вым, пред­пи­сы­вав­шим вно­сить по­ло­ви­ну сик­ля (Исх. 30:13). Из­ра­иль­тя­не долж­ны бы­ли по жре­бию до­став­лять дро­ва для Хра­ма. Кро­ме то­го, на­по­ми­на­лось об обя­зан­но­с­ти при­но­сить на­чат­ки пло­дов и по­свя­щать все пер­во­род­ное. Ис­пол­не­ние этих по­ста­нов­ле­ний поз­во­лило ор­га­ни­зо­вать ре­гу­ляр­ное бо­го­слу­же­ние в Хра­ме та­ким, ка­ким оно ус­та­нов­ле­но бы­ло Да­ви­дом со свя­щен­ни­ка­ми и ле­ви­та­ми, рас­пре­де­лен­ны­ми на свои че­ре­ды, ко­то­рые бы не бы­ли вы­нуж­де­ны за­ни­мать­ся са­мо­обе­с­пе­че­ни­ем, а мог­ли бы все свое вре­мя по­свя­щать слу­же­нию.


Че­рез 12 лет сво­е­го прав­ле­ния, в 432 го­ду Не­емия уез­жа­ет не­на­дол­го к ца­рю Ар­так­серк­су в Пер­сию, а ког­да воз­вра­ща­ет­ся, то ока­зы­ва­ет­ся, что де­ся­ти­ны не вно­сят­ся, со­дер­жа­ние на Храм долж­ным об­ра­зом не со­би­ра­ет­ся, по­это­му ле­ви­ты вы­нуж­де­ны об­ра­ба­ты­вать зем­лю, что­бы про­кор­мить­ся. Од­ну из ком­нат во дво­ре хра­ма, являющуюся хра­ни­ли­щем, пе­ре­обо­ру­до­вали под жи­лье ам­мо­ни­тя­ни­на То­вии, ко­то­рый не­ког­да был од­ним из глав­ных про­тив­ни­ков вос­ста­нов­ле­ния стен Ие­ру­са­лим­ских (Неем. 13:4-10). Не­ко­то­рые иу­деи взя­ли се­бе жен мо­а­ви­тя­нок и ам­мо­ни­тя­нок (Неем. 13:23). Эти ре­фор­мы то­же не бы­ли впол­не не­о­бра­ти­мы­ми, ов­цам труд­но бы­ло па­с­тись без па­с­ты­ря. Вер­нув­шись, Не­емия вос­ста­нав­ли­ва­ет преж­ний по­ря­док. Кро­ме то­го он об­на­ру­жил, что не­ко­то­рые ра­бо­та­ют в суб­бо­ту, а ино­зем­цы в этот день при­во­зят то­ва­ры в Ие­ру­са­лим. Тог­да Не­емия по­ста­вил сво­их слуг у во­рот го­ро­да, при­гро­зив рас­пра­вой на­ру­ши­те­лям. За­тем обя­зан­ность на­блю­де­ния за во­ро­та­ми в суб­бо­ту бы­ла воз­ло­же­на на ле­ви­тов, по­сколь­ку на­пря­мую ка­са­лась ре­ли­ги­оз­ной жиз­ни на­ро­да.



18.7. До­пол­ни­тель­ные све­де­ния о Ез­д­ре

В не­ка­но­ни­че­с­кой тре­ть­ей кни­ге Ез­д­ры есть по­ве­ст­во­ва­ние о том, как Ез­д­ра, во­ди­мый Ду­хом Свя­тым, вос­ста­но­вил уте­рян­ные кни­ги (3 Езд. 14:20–45).


С име­нем Ез­д­ры свя­за­но еще од­но со­бы­тие, не за­фик­си­ро­ва­нное в Пи­са­нии: со­зда­ние Ве­ли­кой си­на­го­ги, о ко­то­рой го­во­рит Ио­сиф Фла­вий. Сам факт су­ще­ст­во­ва­ния Ве­ли­кой си­на­го­ги ино­гда ос­па­ри­ва­ет­ся уче­ны­ми, тем не ме­нее есть сви­де­тель­ст­ва, что она су­ще­ст­во­ва­ла. Что это та­кое? Это та­кой со­вет ста­рей­шин и му­д­ре­цов, ко­то­рые бы­ли хра­ни­те­ля­ми пре­да­ния, они за­ни­ма­лись тол­ко­ва­ни­ем и со­би­ра­ни­ем книг Свя­щен­но­го Пи­са­ния. Имен­но с име­нем Ез­д­ры свя­зы­ва­ют по­след­нюю ре­дак­цию и свод во­еди­но книг Ветхого Завета. Го­во­рят, что Ез­д­ре при этом по­мо­га­ли и му­жи Ве­ли­кой си­на­го­ги. Ад­ми­ни­с­т­ра­тив­ных функ­ций, ка­кие мы ви­дим у си­не­дри­о­на во вре­ме­на но­во­за­вет­ные, Ве­ли­кая си­на­го­га не име­ла, у нее было зна­че­ние исключительно религиозное.



18.8. Ито­ги пе­ри­о­да

Пе­ред па­де­ни­ем Ие­ру­са­ли­ма со­зна­ние лю­дей оп­ре­де­ля­лось тем, что они бы­ли ча­с­тью на­ции и го­су­дар­ст­ва – Иу­деи, с за­ко­ном, ко­то­рый они не со­блю­да­ли, но, тем не ме­нее име­ли, с Хра­мом, со сто­ли­цей, в ко­то­рой пра­ви­ли потомки царя Да­ви­да. Те­перь, по­сле пле­на, это­го боль­ше не бы­ло. Иу­дея ста­ла ча­с­тью боль­шой про­вин­ции. Са­мо по­ня­тие на­род то­же уже бы­ло не го­су­дар­ст­вен­ным, а свя­зан­ным ис­клю­чи­тель­но с за­ко­ном Бо­жи­им и с вер­но­с­тью Бо­гу, по­сколь­ку иу­деи бы­ли пе­ре­ме­ша­ны тер­ри­то­ри­аль­но с языч­ни­ка­ми. Вернувшиеся из плена иудеи во главе с Зоровавелем и Иисусом восстановили жертвенник и Храм, бывшие одними из главных символов Завета. Окончательное возобновление Завета произошло в результате деятельности Ездры и Неемии.


Напомню, что основными понятиями, связанными с Заветом, были народ, земля, Закон, богослужение. И вот над всеми этими сторонами жизни еврейского народа и потрудились праведные Ездра и Неемия. Народ был строго отделен от иноплеменников–язычников. Был восстановлен Иерусалим – символ небесной Церкви. Иудея получила своего областеначальника и возможность жить в соответствии с Законом Моисеевым. Были собраны воедино книги Священного Писания. Закон был прочитан и истолкован народу. Было строго установлено соблюдение субботы. Священники и левиты получили должное содержание, а Храмовая служба – необходимое материальное обеспечение. Поэтому без преувеличения можно сказать, что они восстановили Завет с Богом.


Расставшись со своей государственностью, Израиль гораздо больше стал походить на народ Завета, ветхозаветную Церковь, подтверждая ту истину, что Царство Божие «не от мира сего
» (Ин. 18:36). Церковь не определяется общественным строем, государством, это реальность совсем другого порядка.


В той рев­но­с­ти, с ко­то­рой Ез­д­ра за­мы­ка­л на­род в са­мом се­бе, от­де­ля­я его от языч­ни­ков, мож­но уви­деть не толь­ко ста­ра­ние со­хра­нить из­бран­ный на­род от пол­ной ас­си­ми­ля­ции, но еще и про­мыс­ли­тель­ное дей­ст­вие Бо­жие. Со вре­ме­ни Ез­д­ры и Не­емии у из­ра­иль­тян боль­ше не бы­ло про­ро­ков, раскрывающих нравственное и пророческое значение Закона (ср. Зах. 7:7). Сле­ду­ю­щим пророком по­сле Ма­ла­хии был Ио­анн Пред­те­ча. На 450 лет го­лос про­ро­че­с­кий в из­бран­ном на­ро­де умол­ка­ет. По­сле Ез­д­ры и Не­емии не по­яв­ля­ет­ся ни од­ной ка­но­ни­че­с­кой кни­ги Свя­щен­но­го Пи­са­ния. Не­кая пол­но­та от­кро­ве­ния к это­му вре­ме­ни уже да­на, и Ез­д­ра с Не­емией со­зда­ют ус­ло­вия, способствующие ус­во­е­нию это­го от­кро­ве­ния. В данных условиях, на­ко­нец, долж­ны «со­зреть» те лю­ди, сре­ди ко­то­рых ста­нет воз­мож­ным при­ход Спа­си­те­ля, что и осу­ще­ст­ви­лось во дни ке­са­ря Ав­гу­с­та. Об этом и говорит Авраам в притче о богаче и Лазаре: «у них есть Моисей и пророки, пусть слушают их… Если Моисея и пророков не слушают, то если бы кто из мертвых воскрес, не поверят
» (Лк. 16:29, 31).



Гла­ва 19. От Ез­д­ры до Иро­да Ве­ли­ко­го

По­сле Ез­д­ры на­сту­па­ет тем­ная эпо­ха в ис­то­рии Па­ле­с­ти­ны, о ко­то­рой да­же Ио­сиф Фла­вий, зна­ток из зна­то­ков, ни­че­го особого ска­зать не мо­жет. По-ви­ди­мо­му, пер­сы не тро­га­ли Па­ле­с­ти­ну; кро­ме сбо­ра по­да­тей и на­ло­гов ни­че­го ин­те­рес­но­го там не про­ис­хо­ди­ло. Ис­то­рия Иу­деи в эту эпо­ху ото­б­ра­же­на в Биб­лии толь­ко в кни­ге Ес­фирь и не­ка­но­ни­че­с­ких кни­гах Мак­ка­вей­ских, при­чем по­дроб­но описано толь­ко вре­мя си­рий­ско­го вла­ды­че­ст­ва, то есть се­ре­ди­на II ве­ка до Р.Х.



19.1. За­во­е­ва­ние Алек­сан­д­ра Ма­ке­дон­ско­го

Кардинальное из­ме­не­ние об­ста­нов­ки на ближ­нем Вос­то­ке во второй половине IV в. свя­за­но с име­нем Алек­сан­д­ра Ма­ке­дон­ско­го. В 332 го­ду Алек­сандр, сле­ду­я по Сре­ди­зем­но­мор­ско­му по­бе­ре­жью на юг, оса­дил Тир и про­шел по Егип­ту. Имен­но в этот мо­мент произошло столк­но­ве­ние Алек­сан­д­ра с Иу­де­ей. Ие­ру­са­лим от­ка­зал­ся по­мо­гать Алек­сан­д­ру ве­с­ти оса­ду Ти­ра, ссы­ла­ясь на при­ся­гу, ко­то­рую они при­но­си­ли пер­сам. Тем не ме­нее Ие­ру­са­лим был по­ща­жен Алек­сан­д­ром. Ио­сиф Фла­вий при­во­дит такую вер­сию этого события: навстречу Алек­сан­д­ру, при­бли­жав­ше­му­ся к Ие­ру­са­ли­му, вы­шел пер­во­свя­щен­ник со сви­той. Алек­сандр еще из­да­ли за­ме­тил тол­пу в бе­лых одеж­дах и во гла­ве ее свя­щен­ни­ка в оде­я­ни­ях из вис­со­на, пер­во­свя­щен­ни­ка в ги­а­цин­то­вой ри­зе, вы­ши­той зо­ло­той ни­тью, в чал­ме с зо­ло­той до­щеч­кой, на ко­то­рой бы­ло имя Гос­под­не. И по­то­му он один вы­сту­пил впе­ред, по­кло­нил­ся пе­ред име­нем Бо­жи­им и пер­вым при­вет­ст­во­вал пер­во­свя­щен­ни­ка. При этом Алек­сандр ска­зал, что ви­дел сон, по­бу­див­ший его воз­дать по­че­с­ти Бо­гу иу­де­ев [87, XI, 8, 3]. Про­ве­рить эти све­де­ния мы не мо­жем, но, во­об­ще, это не про­ти­во­ре­чит по­ступ­кам Алек­сан­д­ра Ма­ке­дон­ско­го в дру­гих слу­ча­ях. В ре­ли­ги­оз­ном смыс­ле он все­гда был на­ст­ро­ен весь­ма тер­пи­мо и воз­да­вал по­че­с­ти бо­же­ст­вам са­мых раз­ных стран.


Ко времени нашествия Александра Македонского Иосиф Флавий [87, XI, 8, 2 – 4] относит и построение самарянами храма на горе Гаризим. Разрешение на его строительство получил у Александра сатрап (правитель) области самарян Санаваллат. Построил он его как в пику иудеям, так и ради своего зятя Манассии, сына иудейского первосвященника. Манассия был изгнан из Иерусалима за то, что был женат на иноплеменнице. Чтобы утешить зятя, Санаваллат построил храм и сделал Манассию верховным священником.


Здесь стоит заметить, что некоторые детали этой истории позволяют отнести ее ко времени Неемии, то есть на 100 лет раньше (ср. Неем. 13:28).


С это­го мо­мен­та от­но­ше­ния са­ма­рян с иу­де­я­ми, подорванные тем, что иу­деи в свое вре­мя не до­пу­с­ти­ли са­ма­рян к стро­и­тель­ст­ву ие­ру­са­лим­ско­го Хра­ма, окон­ча­тель­но ис­пор­ти­лись. Храм на го­ре Га­ри­зим про­су­ще­ст­во­вал до вре­мен по­том­ка Мак­ка­ве­ев Ио­ан­на Гир­ка­на, ко­то­рым он был раз­ру­шен. Вопрос: «Где следует покланяться Богу, в Ие­ру­са­ли­ме или на горе Га­ри­зи­м?» – задает Христу Самарянка (Ин. 4:19–20).



19.2. Тре­тья кни­га Мак­ка­вей­ская. Иу­деи в Егип­те

Пер­во­на­чаль­но сме­на вла­с­ти про­из­ве­ла ма­ло пе­ре­мен в жиз­ни иу­дей­ской об­щи­ны. Ка­кая раз­ни­ца, ко­му пла­тить на­ло­ги, а гре­кам бы­ло в тот мо­мент не до иу­де­ев - мас­штаб за­во­е­ва­ний у Алек­сан­д­ра был большой. По­сле смер­ти Алек­сан­д­ра его им­пе­рия рас­па­лась, и ее по­де­ли­ли меж­ду со­бой его во­е­на­чаль­ни­ки. По пер­во­на­чаль­но­му жре­бию Па­ле­с­ти­на ото­шла Се­лев­ку Ни­ка­то­ру, но очень бы­с­т­ро ее при­со­е­ди­нил к сво­е­му цар­ст­ву Пто­ло­мей Лаг.
В 319 го­ду он окон­ча­тель­но ов­ла­дел Ие­ру­са­ли­мом и к 300 го­ду пол­но­стью кон­тро­ли­ро­вал Палес­ти­ну; с то­го вре­ме­ни, на про­тя­же­нии ста лет, Па­ле­с­ти­на от­но­си­лась к цар­ст­ву «Ма­ке­дон­ско­го фа­ра­о­на». Су­дя по все­му, это прав­ле­ние не бы­ло для Па­ле­с­ти­ны ­тяж­ким, при­чем по име­ю­щим­ся све­де­ни­ям, ца­ри еги­пет­ские весь­ма це­ни­ли та­кое свой­ст­во иу­де­ев, как вер­ность при­ся­ге и весь­ма охот­но бра­ли иу­дей­ских на­ем­ни­ков в свои вой­ска. Есть древ­ние до­ку­мен­ты, ко­то­рые сви­де­тель­ст­ву­ют о том, что во мно­гих по­гра­нич­ных еги­пет­ских об­ла­с­тях бы­ли гар­ни­зо­ны, имев­шие в се­бе боль­шое ко­ли­че­ст­во иу­де­ев, в этих гар­ни­зо­нах бы­ли си­на­го­ги. Та­ким об­ра­зом, иу­дей­ской ди­а­спо­ре в Егип­те ока­зы­ва­лось зна­чи­тель­ное по­кро­ви­тель­ст­во.


С именем одного из представителей династии Птолемеев связано появление перевода Священного Писания на греческий язык. Около 270 года Птолемей Филадельф заказал иудейским толковникам для своей библиотеки перевод, который нам известен теперь как Септуагинта.


Мирное течение жизни нарушалось лишь иногда. В тре­ть­ей кни­ге Мак­ка­вей­ской описан эпи­зод, относящийся ко вре­ме­ни Пто­ло­мея Фи­ло­па­то­ра, который предпринял по­пыт­ку ис­тре­бить иу­де­ев. Сразу стоит оговориться, что в этой неканонической книге содержится множество деталей, которые заставляют усомниться в историчности повествования [91, ч. 2, с. 416 – 417], на которой мы не будем настаивать.


Причинами гнева царя названы, во-первых, неудачная попытка ограбления Иерусалимского Храма, во-вто­рых, как пред­став­ля­ет сам царь, из-за со­про­тив­ле­ния иу­де­ев то­му, что­бы дать им пол­ное граж­дан­ст­во и все граж­дан­ские пра­ва, что было вос­при­ня­то как про­яв­ле­ние край­ней не­бла­го­дар­но­с­ти. В чем при­чи­на? Для лю­дей эл­ли­ни­с­ти­че­с­кой куль­ту­ры об­ла­да­ние граж­дан­ски­ми пра­ва­ми, пол­ноценное уча­с­тие в граж­дан­ской жиз­ни го­су­дар­ст­ва оз­на­чало пол­ное уча­с­тие и в ре­ли­ги­оз­ной жиз­ни го­су­дар­ст­ва, уча­с­тие в куль­те раз­лич­ных бо­гов. Иу­деи это­го при­нять не мог­ли. Хо­тя бы­ли и та­кие, ко­то­рые ра­ди ус­пе­ха сво­ей тор­гов­ли, ра­ди долж­но­с­тей, ко­то­рые они по­лу­чи­ли, легко от­рек­лись от ве­ры от­цов и при­ня­ли на­вя­зан­ное им язы­че­ст­во.


Сна­ча­ла Птолемей да­ет рас­по­ря­же­ние о том, что­бы об­ра­щать иу­де­ев в раб­ст­во, и в знак это­го вы­жи­гать у них на лбу знак Ди­о­ни­са (3 Мак. 2:20-21), то есть ви­но­град­ный лист. Для иудеев бы­ло од­но сред­ст­во из­ба­вить­ся от раб­ст­ва: при­нять уча­с­тие в язы­че­с­ких жерт­во­при­но­ше­ни­ях. За­тем, все бо­лее рас­па­ля­ясь, Пто­ло­мей да­ет ука­за­ние о том, что­бы за­хва­тить еще боль­шее ко­ли­че­ст­во иу­де­ев, свез­ти их в некоторое ме­с­то не­по­да­ле­ку от сто­ли­цы и ус­т­ро­ить по­ка­за­тель­ную публичную казнь – зрелище: вы­пу­с­тить на них обе­зу­мев­ших сло­нов (3 Мак. 5 гл.). Для то­го, что­бы эта опе­ра­ция про­шла ус­пеш­но, он да­ет ука­за­ние, что вы­дав­ший скры­ва­ю­ще­го­ся иу­дея по­лу­ча­ет все его иму­ще­ст­во. Кто, на­обо­рот, скро­ет у се­бя иу­дея, бу­дет под­верг­нут каз­ни (3 Мак. 3:20-22).


За­тем опи­сы­ва­ет­ся, как иу­деи, целыми се­мь­я­ми, на ко­раб­лях сплав­ля­лись по Ни­лу и при­во­зи­лись к сто­ли­це, где го­то­ви­лась их казнь. Сре­ди них был свя­щен­ник, ко­то­рый мо­лил­ся: «И ны­не, От­мсти­тель обид, мно­го­ми­ло­с­ти­вый, по­кро­ви­тель всех, явись вско­ре су­щим от ро­да Из­ра­и­ле­ва, оби­ди­мым от гнус­ных без­за­кон­ных языч­ни­ков. Ес­ли же жизнь на­ша в п­ре­се­ле­нии на­пол­ни­лась не­че­с­ти­ем, то, из­ба­вив нас от ру­ки вра­гов, по­гу­би нас, Гос­по­ди, ка­кою Те­бе бла­го­угод­но, смер­тью, да не сла­во­сло­вят су­е­ве­ры су­ет­ных идо­лов за по­ги­бель воз­люб­лен­ных Тво­их, го­во­ря: не из­ба­вил их Бог их. <…> Да ус­т­ра­шат­ся те­перь языч­ни­ки не­по­бе­ди­мо­го мо­гу­ще­ст­ва Тво­е­го, Пре­слав­ный, об­ла­да­ю­щий си­лою спа­с­ти род Иа­ко­ва
» (3 Мак. 6:7–9,12). «Но намерение царя трижды осталось без исполнения: в первый раз он очень долго проспал, во второй раз помешался в рассудке и забыл о повелении, а в третий слоны были остановлены ангелами и возвращены на своих погонщиков, а царь поражен телесной слабостью (гл. 5 – 6). Видя в этом чудесную защиту иудеев Господом, царь оставил свое намерение и, угостив их, Распорядился всем им возвратиться по местам жительства (7 гл.)» [91, ч. 2, с. 415].


Иудеям было возвращено имущество. Ос­во­бо­див­ши­е­ся иу­деи этим не до­воль­ст­во­ва­лись и про­си­ли дать им воз­мож­ность по­ка­рать тех иу­де­ев, ко­то­рые от ве­ры от­сту­пи­ли, «при­со­во­куп­ляя, что пре­сту­пив­шие ра­ди чре­ва по­ста­нов­ле­ния Бо­же­ст­вен­ные ни­ког­да не бу­дут иметь до­б­рых рас­по­ло­же­ний и к прав­ле­нию ца­ря
» (3 Мак. 7:9).


Даль­ше описано, с ка­ким тор­же­ст­вом они со­вер­ша­ют убий­ст­во от­ступ­ни­ков, то есть нормы и нравы Вет­хого За­вета ос­тают­ся преж­ни­ми.


Со­бы­тия 3 кни­ги Мак­ка­вей­ской от­но­сят­ся к са­мо­му кон­цу III в. до Р. Х. Пто­ло­мей Фи­ло­па­тор сно­ва от­во­е­вал Па­ле­с­ти­ну у Се­лев­ки­дов в 218 – 217 го­ду.



19.3. Пер­вая и вто­рая кни­ги Мак­ка­вей­ские. Па­ле­с­ти­на под вла­с­тью Егип­та и Си­рии

В 199 г. до Р.Х. сирийский правитель Ан­ти­ох III (Ве­ли­кий), по­то­мок Се­лев­ка Ни­ка­то­ра, вы­сту­па­ет про­тив Пто­ле­мея и по­ко­ря­ет юж­ную часть Си­рии и Па­ле­с­ти­ну, то есть ото­дви­га­ет гра­ни­цы сво­е­го цар­ст­ва фак­ти­че­с­ки до са­мо­го Егип­та. Иу­дея пе­ре­хо­дит под власть Ан­ти­оха Ве­ли­ко­го, ко­то­рый, впро­чем, ос­тав­ля­ет без из­ме­не­ний тот строй, ко­то­рый мо­жет быть условно на­зван те­о­кра­ти­че­с­ким. Хо­тя эта те­о­кра­тия уже бы­ла не такой, какой она бы­ла во вре­ме­на Су­дей, а более подходящей к со­вре­мен­ному пониманию такого общественного устройства, ког­да во гла­ве уп­рав­ле­ния сто­ят свя­щен­ни­ки. Кро­ме то­го, на­род не был не­за­ви­сим и подчинялся еще и законам элленистического государства. По сви­де­тель­ст­ву Мак­ка­вей­ских книг, сын Антиоха Селевк вы­де­ля­ет суб­си­дии на со­вер­ше­ние жерт­во­при­но­ше­ний. Все это про­дол­жа­ет­ся до его смер­ти (2 Мак. 3:2-3).


Из­ме­не­ния на­ча­лись, ког­да во­ца­рил­ся Ан­ти­ох IV, по про­зви­щу Епи­фан. Во дни сво­ей юно­с­ти он ус­пел по­бы­вать в Ри­ме в ка­че­ст­ве за­лож­ни­ка и был че­ло­ве­ком, про­пи­тан­ным рим­ской куль­ту­рой. Ког­да он во­ца­ря­ет­ся, то на­чи­на­ет про­во­дить весь­ма энер­гич­ную про­грам­му «все­об­щей эл­ли­ни­за­ции» – «окуль­ту­ри­ва­ния и про­све­ще­ния ди­ких на­ро­дов», ко­то­рые на­се­ля­ли его царства. Де­ла­ет он это с раз­ма­хом, до­стой­ным рим­ля­ни­на. По­сколь­ку об­щая куль­ту­ра всех стран, ко­то­рые ему под­чи­ня­лись, бы­ла так­же язы­че­с­кой, то боль­ших за­труд­не­ний он не встре­чал, по­то­му что язы­че­с­кая куль­ту­ра от­кры­та для син­кре­тиз­ма и лег­ко спо­соб­на при­нять в свой пан­те­он но­вых бо­гов. Един­ст­вен­ным кам­нем пре­тк­но­ве­ния в его про­грам­ме ос­та­ва­лась Иу­дея, ко­то­рая ни­как не же­ла­ла при­ни­мать пло­ды ци­ви­ли­за­ции, ко­то­рые он ей пред­ла­гал.


По­сле то­го, как Ан­ти­ох от­ст­ра­ня­ет иу­дей­ско­го пер­во­свя­щен­ни­ка Онию, эта долж­ность ока­зы­ва­ет­ся в ру­ках край­не не­до­стой­ных. Смерть это­го пер­во­свя­щен­ни­ка бы­ла вы­зва­на тем, что два пре­тен­ден­та, брат Онии Иа­сон и Ме­не­лай, на­чи­на­ют борь­бу за по­ло­же­ние пер­во­свя­щен­ни­ка, которая ве­дет­ся са­мы­ми не­кра­си­вы­ми сред­ст­ва­ми: кле­ве­той и под­ку­пом. Они сме­ня­ют друг дру­га на должности про­сто бла­го­да­ря то­му, что обе­ща­ют ца­рю все боль­шее и боль­шее ко­ли­че­ст­во от­чис­ле­ний из хра­мо­вой каз­ны, так что пол­но­стью ра­зо­ря­ют сам Храм ра­ди то­го, что­бы стать пер­во­свя­щен­ни­ка­ми, то есть для то­го, что­бы по­лу­чить по­ли­ти­че­с­кую власть. За­тем они на­чи­на­ют за нее бо­роть­ся с ору­жи­ем в ру­ках. Иа­сон ус­т­ра­и­вает в Ие­ру­са­ли­ме па­ле­с­т­ры (ме­с­та для спор­тив­ных со­рев­но­ва­ний), посылает на праздник в Тир большую сумму на жертву Гер­ку­ле­су (2 Мак. 3:10-20), что вы­зы­ва­ет ро­пот у лю­дей бла­го­че­с­ти­вых.


Иудеи оказались в трудной ситуации. Все древ­ние спор­тив­ные иг­ры по­свя­ща­лись бо­гам, и уча­с­тие в этих со­стя­за­ни­ях бы­ло фор­мой по­чи­та­ния язы­че­с­ких бо­гов. Со­от­вет­ст­вен­но, для че­ло­ве­ка, ко­то­рый от вся­ко­го идо­ло­слу­же­ния ста­ра­ет­ся от­ка­зать­ся, уча­с­тие в этих иг­рах не­при­ем­ле­мо. Однако не уча­ст­во­вать в них то­же не­воз­мож­но, по­то­му что уча­с­тие в спор­тив­ных со­стя­за­ни­ях есть про­яв­ле­ние граж­дан­ской ло­яль­но­с­ти. Участие в играх – это честь. Отказаться от этого зна­чит навлечь на себя по­до­зре­ния, стать врагом об­ще­ст­вен­но­го по­ряд­ка, ис­клю­чить себя из жиз­ни об­ще­ст­ва. Так как во всех со­стя­за­ни­ях лю­ди выступали об­на­жен­ны­ми, иу­деи ста­ли под­вер­гать­ся ос­ме­я­нию со сто­ро­ны гре­ков, не­ко­то­рые ста­ли скры­вать сле­ды об­ре­за­ния. И бо­лее то­го, не­ко­то­рые пе­ре­ста­вали об­ре­зы­вать де­тей, что­бы не бы­ло пре­пят­ст­вий для их ка­рь­е­ры (1 Мак. 1:48). Важно отметить, что ак­тив­ным на­са­ди­те­лем всех этих тра­ди­ций был имен­но пер­во­свя­щен­ник. Но он не слиш­ком пре­ус­пел, и в целом его попытки вы­зы­ва­ли на­смеш­ки и на­ре­ка­ния со сто­ро­ны на­ро­да.


Ког­да по­сле по­хо­да в Еги­пет в Ие­ру­са­лим при­шел Ан­ти­ох, де­ло при­ня­ло го­раз­до худ­ший обо­рот. Ви­дя со­про­тив­ле­ние со сто­ро­ны иу­де­ев, он раз­вер­нул ши­ро­ко­мас­штаб­ное го­не­ние (1 Мак. 1:54-61).



19.4. Го­не­ние Ан­ти­оха Епи­фа­на

Антиох Епифан превратил Ие­ру­са­лим­ский Храм в хра­м Юпи­те­ра Олим­пий­ско­го, на­пол­нив его мер­зо­с­тью идо­ло­слу­же­ния и блу­да. Храм на горе Га­ри­зим­ то­же становится хра­мом Юпи­те­ра Стран­но­при­им­ца (2 Мак. 6:1-6).


Этим Антиох не ог­ра­ни­чи­ва­ет­ся; он по­ве­ле­ва­ет ис­треб­лять по всей стра­не свя­щен­ные кни­ги, и каж­дый, у ко­го их на­хо­ди­ли, дол­жен был быть каз­нен. Приказывает каз­нить тех, кто бу­дет учить лю­дей за­ко­ну Бо­жию. За­пре­ща­ет со­вер­шать об­ре­за­ние; ес­ли все-та­ки ока­зы­ва­ет­ся, что мла­ден­ца об­ре­за­ли, то уби­ва­ют мла­ден­ца, мать и то­го, кто со­вер­шал об­ре­за­ние, то есть всех, кто в этом уча­ст­во­вал (1 Мак. 1:56-61). Как ви­дим, пер­вый удар на­но­сит­ся по свя­щен­ни­кам и учи­те­лям За­ко­на. И на­ко­нец, он ус­та­нав­ли­ва­ет обя­за­тель­ное для всех жерт­во­при­но­ше­ние. Для это­го по всем го­ро­дам и се­ле­ни­ям разъ­ез­жа­ли специальные ко­мис­сии, ко­то­рые ус­т­ра­и­ва­ли жерт­вен­ни­ки, что­бы все в обя­за­тель­ном по­ряд­ке пуб­лич­но при­но­си­ли язы­че­с­кие жерт­вы и вку­ша­ли идоложертвенное, да­бы про­де­мон­ст­ри­ро­вать свою ло­яль­ность вла­с­тям. «Нель­зя бы­ло ни хра­нить суб­бо­ты, ни со­блю­дать оте­че­с­ких пра­зд­ни­ков, ни да­же на­зы­вать­ся иу­де­ем
» (2 Мак. 6:6–7).


Да­же бег­лый ана­лиз деяний Ан­ти­оха Епи­фа­на по­ка­зы­ва­ет, что он был пред­те­чей всех ос­таль­ных го­ни­те­лей. Он не был оригинален в своих начинаниях. Многое он почерпнул, находясь в Риме. Римляне отличались любовью к порядку и единообразию в государственных делах и также имели большой опыт в искоренении различных заговоров и тайных обществ, доходя до того, что препятствовали возникновению часто даже самых безобидных общественных организаций.


Весь этот арсенал Антиох применил для искоренения среди иудеев приверженности к вере отцов и Закону. Если мы рассмотрим все гонения на Церковь, имевшие место в новозаветные времена, то не найдем, пожалуй, ни одной оригинальной меры, к которой не прибегнул в свое время Антиох Епифан.


Ви­де­ния и от­кро­ве­ния, ко­то­рые за­пи­са­ны в кни­ге про­ро­ка Да­ни­и­ла (Дан. 11:29-45), во мно­гом на­хо­дят свое ис­пол­не­ние имен­но во вре­мя Ан­ти­оха. Но не все и не во всех деталях. Ес­ли по­смо­т­реть на свя­то­оте­че­с­кое тол­ко­ва­ние этой кни­ги, видно, что пророчества ча­с­тью от­но­сят­ся к Епи­фа­ну, а ча­с­тью – к ан­ти­хри­с­ту. Так по­сто­ян­но бы­ва­ет в кни­гах про­ро­че­с­ких: од­но и то же про­ро­че­с­кое ре­че­ние от­но­сит­ся и к бли­жай­шей ис­то­ри­че­с­кой пер­спек­ти­ве, и ко вре­ме­нам но­во­за­вет­ным или да­же к по­след­ним вре­ме­нам. Че­рез та­кое тол­ко­ва­ние можно со­еди­нить го­ни­те­лей в еди­ную цепь: от пер­во­го го­не­ния Ан­ти­оха до го­не­ний по­след­них вре­мен. Видна уди­ви­тель­ная пре­ем­ст­вен­ность, по­ка­зы­ва­ю­щая, что как Ан­ти­ох, так и его по­сле­до­ва­те­ли яв­ля­ют­ся пред­те­ча­ми и про­об­ра­за­ми ан­ти­хри­с­та.



19.5. Вет­хо­за­вет­ные му­че­ни­ки за ве­ру

От вре­ме­ни Ан­ти­оха Епи­фа­на мы име­ем почитаемых Церковью свя­тых, а имен­но, стар­ца Еле­а­за­ра и свя­тых братьев му­че­ни­ков Мак­ка­ве­ев, се­мерых отроков, ко­то­рые по­ст­ра­да­ли до смер­ти, не же­лая от­сту­пить­ся от за­ко­на Мо­и­се­е­ва.


Пер­вый из них – это ста­рец, свя­щен­ник Еле­а­зар, ко­то­ро­го сна­ча­ла при­нуж­да­ли вку­сить идо­ло­жерт­вен­но­го мя­са, на­силь­но раз­жи­мая рот. Но тот мол­ча от­пле­вы­вал­ся, и тог­да, уто­мив­шись, ему пред­ло­жи­ли са­мо­му при­го­то­вить та­кое мя­со, ко­то­рое он со­гла­сен есть, но съесть его как идо­ло­жерт­вен­ное. Он им от­ве­тил: «Не­до­стой­но на­ше­го воз­ра­с­та ли­це­ме­рить, да­бы мно­гие из юных, уз­нав, что де­вя­но­с­то­лет­ний Еле­а­зар пе­ре­шел в язы­че­ст­во, и са­ми вслед­ст­вие мо­е­го ли­це­ме­рия, ра­ди крат­кой и ни­чтож­ной жиз­ни, не впа­ли че­рез ме­ня в за­блуж­де­ние, и че­рез то я по­ло­жил бы бес­че­с­тие и пят­но на мою ста­рость. Ес­ли в на­сто­я­щее вре­мя я и из­бав­люсь му­че­ния от лю­дей, но не из­бег­ну дес­ни­цы Все­мо­гу­ще­го ни в сей жиз­ни, ни по смер­ти
» (2 Мак. 6:24–26). За это его до смерти забили бичами.


Дру­гой эпи­зод – это стра­да­ние се­ми бра­ть­ев и их ма­те­ри. Ког­да они бы­ли пой­ма­ны и от­ка­за­лись вкусить недозволенное Законом свинное мясо, то бы­ли один за дру­гим умерщв­ле­ны на гла­зах друг у дру­га и на гла­зах у сво­ей ма­те­ри, ко­то­рая то­же скон­ча­лась по­сле зре­ния этих му­че­ний. Здесь хо­чет­ся от­ме­тить два важ­ных мо­мен­та. Пер­вый: мать ук­реп­ля­ет на по­двиг по­след­не­го, млад­ше­го сы­на и го­во­рит ему: «сын, сжаль­ся на­до мною, ко­то­рая де­вять ме­ся­цев но­си­ла те­бя во чре­ве, три го­да пи­та­ла те­бя мо­ло­ком, вскор­ми­ла, вы­ра­с­ти­ла и вос­пи­та­ла те­бя. Умо­ляю те­бя, ди­тя мое, по­смо­т­ри на не­бо и зем­лю, и, видя все, что на них, по­знай, что все со­тво­рил Бог из ни­че­го и что так про­изо­шел и род че­ло­ве­че­с­кий. Не стра­шись это­го убий­цы, но будь до­стой­ным бра­ть­ев тво­их и при­ми смерть, что­бы я по ми­ло­с­ти Бо­жи­ей опять при­об­ре­ла те­бя с бра­ть­я­ми тво­и­ми
» (2 Мак. 7:27–29). Это един­ст­вен­ное в Вет­хом За­ве­те пря­мое ука­за­ние на то, что мир со­тво­рен из ни­че­го.


Ве­ру в вос­кре­се­ние ис­по­ве­ду­ет один из бра­ть­ев, ко­то­рый го­во­рит му­чи­те­лю: «уми­ра­ю­ще­му от лю­дей вож­де­лен­но воз­ла­гать на­деж­ду на Бо­га, что Он опять ожи­вит; для те­бя же не бу­дет вос­кре­се­ния в жизнь
» (2 Мак. 7:14). Это на­по­ми­на­ет тер­ми­но­ло­гию Еван­ге­лия от Ио­ан­на, где Гос­подь го­во­рит, что од­ни изой­дут в вос­кре­се­ние жиз­ни, а дру­гие изой­дут в вос­кре­се­ние су­да (Ин. 5:29). Маккавейские книги не являются каноническими, однако эти слова ясно свидетельствуют о том, что вера в сотворение мира из ничего и в воскресение мертвых существовала еще в ветхозаветную эпоху.


Му­че­ни­кам Мак­ка­ве­ям по­свя­ще­ны сло­ва свя­тых от­цов, Цер­ковь их про­слав­ля­ет в пес­но­пе­ни­ях, называя му­че­ни­ка­ми Хри­с­то­вы­ми, не­смо­т­ря на то, что по­ст­ра­да­ли они за пол­то­ра ве­ка до Хри­с­та. Па­мять их по но­во­му сти­лю – 14 ав­гу­с­та, по­это­му эти пес­но­пе­ния поч­ти ни­ког­да не по­ют­ся, по­сколь­ку на этот день приходится пра­зд­ник Про­ис­хож­де­ния че­ст­ных древ Жи­во­тво­ря­ще­го Кре­с­та.



19.6. Вос­ста­ние свя­щен­ни­ка Мат­та­фии и его сы­но­вей. Ус­пе­хи Иу­ды Мак­ка­вея

Многие иудеи достойно сопротивлялись, и в кон­це кон­цов они под­ни­ма­ют вос­ста­ние. Во гла­ве вос­ста­ния ста­но­вит­ся свя­щен­ник Мат­та­фия. В го­род Мо­дин, в ко­то­ром он жил, яв­ля­ют­ся по­слан­ники Антиоха, ко­то­рые тре­буют от всех пой­ти и при­не­с­ти жерт­ву, и все со­би­ра­ют­ся. Маттафия, несмотря на уговоры, отказывается и призывает к тому же народ. Когда же не­кий иу­дей при­хо­дит для то­го, что­бы при­не­с­ти язы­че­с­кую жерт­ву, Мат­та­фия уби­ва­ет его, уби­ва­ет цар­ско­го по­слан­ни­ка и вме­с­те с пя­тью сво­и­ми сы­но­вь­я­ми убе­га­ет в го­ры. Во­круг них на­чи­на­ет по­сте­пен­но со­зда­вать­ся по­встан­че­с­кий от­ряд. В Иу­дею бы­ла по­сла­на ка­ра­тель­ная экс­пе­ди­ция, ко­то­рая на­па­ла на иу­де­ев в суб­бо­ту и мно­гих ис­тре­би­ла, по­то­му что те да­же не ста­ли за­го­ра­жи­вать вход в пе­ще­ру. Они бы­ли там все ис­треб­ле­ны. По­сле это­го бы­ло при­ня­то ре­ше­ние о том, что и в суб­бо­ту сле­ду­ет за­щи­щать­ся в слу­чае на­па­де­ния (1 Мак. 2:41).


Мат­та­фия про­жил по­сле это­го не­дол­го и пе­ред сво­ей смер­тью он на­зна­чил старшим вместо себя одного из сыновей – Си­мо­на (у не­го тоже бы­ло пя­те­ро сы­но­вей), а во­е­на­чаль­ни­ком – Иу­ду, ко­то­ро­му да­ли про­зви­ще Мак­ка­вей, то есть мо­лот – по при­чи­не его по­бед. Но со вре­ме­нем это про­зви­ще пе­ре­шло как к его бра­ть­ям, так и во­об­ще ко всем тем, кто бо­рол­ся за не­за­ви­си­мость Иу­деи, и все дви­же­ние ста­ло на­зы­вать­ся Мак­ка­вей­ским.


На­чи­на­ют­ся ак­тив­ные во­ен­ные дей­ст­вия. Дей­ст­вия Иу­ды Мак­ка­вея (166 – 160 гг. до Р.Х.), его бра­ть­ев и тех лю­дей, ко­то­рые бы­ли с ни­ми, ока­за­лись весь­ма ус­пеш­ны­ми, по­сколь­ку Ан­ти­ох не ожи­дал встре­тить се­рь­ез­ное со­про­тив­ле­ние.


Пер­вая кни­га Мак­ка­вей­ская опи­сы­ва­ет по­во­рот гне­ва Бо­жия на ми­лость; Мат­та­фия со­по­с­тав­ля­ет­ся с Фи­не­е­сом, ко­то­рый не­ког­да в пу­с­ты­не, во вре­мя блу­до­де­я­ния в сте­пях мо­а­вит­ских, по­ра­зил од­но­го из блуд­ни­ков (1 Мак. 2:26), и Гос­подь уми­ло­с­ти­вил­ся и пре­кра­тил на­ка­за­ние из­ра­иль­тя­нам (Чис. 25:7-8). Пер­вая кни­га Мак­ка­вей­ская, ко­неч­но, не­сколь­ко тен­ден­ци­оз­на. Мож­но се­бе поз­во­лить так рас­суж­дать, по­то­му что эта кни­га не яв­ля­ет­ся ка­но­ни­че­с­кой, и к ней мож­но по­дой­ти кри­ти­че­с­ки; не­со­мнен­но, она на­пи­са­на с тем, что­бы про­сла­вить Мак­ка­вей­скую ди­на­с­тию. Мат­та­фия стал ро­до­на­чаль­ни­ком но­вой пра­вя­щей ди­на­с­тии в Иу­дее. Ее по­ло­же­ние бы­ло не впол­не твер­дым, по­то­му что с не­ко­то­рых вре­мен для иу­де­ев един­ст­вен­ным за­кон­ным ца­рем мог быть толь­ко царь из по­том­ков Да­ви­да. Мак­ка­веи бы­ли по­том­ка­ми Ле­вия, ле­ви­та­ми, и по­том­ка­ми Да­ви­да не яв­ля­лись. По­это­му тре­бо­ва­лись осо­бые уси­лия, что­бы эту ди­на­с­тию под­дер­жать, и не­ко­то­рые ис­сле­до­ва­те­ли на­хо­дят в первой книге Маккавейской ряд та­ких на­ро­чи­то под­черк­ну­тых па­рал­ле­лей с из­ве­ст­ны­ми пер­со­на­жа­ми и сю­же­та­ми. На­при­мер, Мат­та­фия срав­ни­ва­ет­ся с Фи­не­е­сом, сы­ном пер­во­свя­щен­ни­ка. Бег­ст­во в го­ры и со­би­ра­ние там от­ря­да со­по­с­тав­ля­ет­ся с бег­ст­вом Да­ви­да от Са­у­ла и его опол­че­ния. Пер­вая кни­га Мак­ка­вей­ская очень тща­тель­но вос­про­из­во­дит фор­мы и лек­си­ку ка­но­ни­че­с­ких ис­то­ри­че­с­ких книг, на­при­мер, книг Па­ра­ли­по­ме­нон, то есть ав­тор де­ла­ет все, что­бы она то­же мог­ла стать ка­но­ни­че­с­кой вет­хо­за­вет­ной кни­гой. Хо­тя он дей­ст­ви­тель­но го­во­рит о со­бы­ти­ях ве­ли­ких и чу­дес­ных.


Иу­де Мак­ка­вею че­рез очень крат­кое вре­мя уда­ет­ся прий­ти в Ие­ру­са­лим и от­во­е­вать Си­он. В руках сирийцев осталась только цитадель. Храм был очищен от всех мер­зо­с­тей, ко­то­рые там тво­ри­лись, во­зоб­но­вилось бо­го­слу­же­ние. Скла­ды­ва­ет­ся но­вый жерт­вен­ник, а кам­ни от преж­не­го, оск­вер­нен­но­го, от­кла­ды­ва­ют­ся в сто­ро­ну. Иу­деи не зна­ли, что с ни­ми де­лать, и ре­ши­ли их ос­та­вить до вре­ме­ни, ког­да при­дет вер­ный про­рок и ска­жет, как по­сту­пить с кам­ня­ми от это­го жерт­вен­ни­ка (1 Мак. 4:43-45). Совершив восьмидневное празднование по подобию праздника Кущей, иудеи постановили ежегодно совершать праздник обновления Храма, о котором упоминает Евангелие (Ин. 10:22).


По­сле од­но­го из сра­же­ний, Иу­да Мак­ка­вей ос­ма­т­ри­ва­ет по­гиб­ших и вы­яс­ня­ет, что по­гиб­ли те, кто но­си­ли на се­бе язы­че­с­кие аму­ле­ты, та­ли­с­ма­ны. Тог­да он по­сы­ла­ет день­ги в Ие­ру­са­лим для то­го, что­бы там при­нес­ли жерт­вы за гре­хи этих по­гиб­ших. Для вет­хо­за­вет­ной Церк­ви бы­ло не чуж­до при­не­с­ти жерт­вы для очи­ще­ния гре­хов умерших.


В од­ном из эпи­зо­дов Иу­да Мак­ка­вей, мо­ля­щий­ся пе­ред сра­же­ни­ем, ви­дит пер­во­свя­щен­ни­ка Онию пра­вед­но­го и про­ро­ка Ие­ре­мию, ко­то­рые мо­лят Бо­га о бла­го­по­луч­ном ис­хо­де это­го сра­же­ния (2 Мак.15:12-13). Мо­лит­вен­ное об­ще­ние жи­вых и умер­ших при­зна­ва­лось уже вет­хо­за­вет­ной Цер­ко­вью. Так что и это не есть новозаветное но­во­вве­де­ние.


Здесь про­ис­хо­дит не­ко­то­рый пе­ре­лом в ис­то­рии Мак­ка­вей­ских войн; до это­го мо­мен­та вой­на идет за бо­го­по­чи­та­ние, за ве­ру пред­ков, за сво­бо­ду от на­вя­зы­ва­е­мо­го куль­та идо­лов, за ос­во­бож­де­ние Хра­ма Ие­ру­са­лим­ско­го. По­сле освобождения Иерусалима и Храма, уми­ра­ет Ан­ти­ох Епи­фан. Он рас­ка­и­ва­ет­ся и при­зна­ет, что это ка­ра за оск­вер­не­ние Хра­ма Бо­жия и го­ро­да Бо­жия. Пе­ред кон­чи­ной Ан­ти­ох про­воз­гла­сил пра­во иу­де­ев на сво­бо­ду сво­е­го ве­ро­ис­по­ве­да­ния и по­ве­лел вер­нуть все, что он за­хва­тил в Хра­ме, и дал указ, что­бы там при­но­си­ли жерт­вы, и да­же обе­щал в слу­чае вы­здо­ров­ле­ния сде­лать­ся иу­де­ем. Он не вы­здо­рав­ли­ва­ет (2 Мак. 9). Но с это­го мо­мен­та ре­ли­ги­оз­ные пре­сле­до­ва­ния пре­кра­ща­ют­ся.


Вой­на те­ря­ет свой ре­ли­ги­оз­ный смысл, так как все сво­бо­ды ре­ли­ги­оз­ные вос­ста­нов­ле­ны, Храм ос­во­бож­ден, очи­щен и ос­вя­щен. Но вой­на про­дол­жа­ет­ся даль­ше и с это­го мо­мен­та при­об­ре­та­ет уже на­ци­о­наль­но-ос­во­бо­ди­тель­ный ха­рак­тер. Не­ко­то­рые бла­го­че­с­ти­вые иу­деи, на­зван­ные в Пи­са­нии ха­си­де­я­ми, от дви­же­ния Мак­ка­вей­ско­го от­ста­ют, по­то­му что не ви­дят смыс­ла бо­роть­ся даль­ше. Смыс­л во­е­вать за оте­че­с­кий за­кон они ви­де­ли, а смыс­ла во­е­вать за по­ли­ти­че­с­кую не­за­ви­си­мость и за вос­ста­нов­ле­ние цар­ст­ва – нет.



19.7. Про­дол­же­ние вой­ны. Не­за­ви­си­мость Иу­деи. На­ча­ло ди­на­с­тии Мак­ка­ве­ев (Ха­с­мо­не­ев)

Вой­на при­об­ре­та­ет ха­рак­тер скорее чи­с­то по­ли­ти­че­с­кий – за пол­ное свер­же­ние вла­с­ти Се­лев­ки­дов, за сво­бо­ду Иу­деи. Иу­де Мак­ка­вею не уда­ет­ся от­во­е­вать Иерусалимскую ци­та­дель. Она на­хо­ди­лась в ру­ках языч­ни­ков, ко­то­рые про­дол­жа­ли кон­тро­ли­ро­вать го­род, Иу­да был вы­нуж­ден от­сту­пить. Тем не ме­нее он по­сте­пен­но рас­ши­ря­ет подвластную ему тер­ри­то­рию. Иерусалим на время снова переходит к сирийцам. Управление Иудеей поручается Вакхиду, вместе с которым приезжает некто Алким, который домогался первосвященства и которому царь Димитрий поручил «сделать отмщение сынам Израиля
» (1 Мак. 7:8). Они произвели многие убийства и насилие в Израиле, чем вызвали против себя активные действия Маккавеев.


Посланный против них полководец Никанор, придя в Иерусалим, поклялся после сражений с Иудой сжечь Храм. Но он был разбит и погиб. В честь победы на Никанором решено было учредить еще один ежегодный праздник, который, однако, не прижился, и через сто лет о нем уже не упоминали.


После этого Иуда заключает против Димитрия военный союз с римлянами. Еще одна деталь, подчеркивающая изменившийся характер войны, поскольку раньше иудеи рассчитывали только на помощь Божию. После этого Иуда проигрывает сражение Вакхиду и Алкиму и сам погибает. Произошло это в 160 году. Союз с язычниками не принес ему большой пользы.


Вакхид некоторое время торжествует, однако во главе иудеев встает Ионафан (160 – 143 гг. до Р.Х.), который нанес ему ряд поражений. Вакзид заключил мир с Ионафаном и покинул Иудею. «И унялся меч в Израиле, и поселился Ионафан в Махмасе; и начал Ионафан судить народ и истребил нечестивых из среды Израиля
» (1 Мак. 9:73).


В Си­рии тем вре­ме­нем идет борьба двух родов по­том­ков Ан­ти­оха Ве­ли­ко­го в лице Димитрия и Александра; на­сту­па­ет та­кой мо­мент, что Ио­на­фан сам под­дер­жи­ва­ет то од­но­го, то дру­го­го пре­тен­ден­та на пре­стол. Ес­ли рань­ше Се­лев­ки­ды пы­та­лись унич­то­жить Иу­дею, то те­перь уже са­мо их пре­бы­ва­ние у вла­с­ти за­ви­сит от то­го, ко­го из них под­дер­жит сво­ей во­ен­ной си­лой Ио­на­фан. Из по­ве­ст­во­ва­ния кни­ги от­чет­ли­во вид­но, что Ио­на­фан под­дер­жи­вал каж­дый раз то­го пред­ста­ви­те­ля ди­на­с­тии, ко­то­рый в дан­ный мо­мент имел боль­ше за­кон­ных прав на пре­стол. Это де­ла­ет ему честь, хо­тя каж­дый из них обе­щал ему мас­су при­ви­ле­гий, сво­бод, вы­год, но Ио­на­фан ока­зал­ся в этом бес­ко­ры­ст­ным.


Ио­на­фан на­прав­ля­ет по­соль­ст­во в Рим для во­зоб­нов­ле­ния со­ю­за. Ес­те­ст­вен­но, Ри­му весь­ма вы­год­но в ты­лу сво­их бу­ду­щих про­тив­ни­ков иметь се­бе со­юз­ни­ка, по­это­му рим­ля­не весь­ма охот­но идут на этот со­юз. За­клю­ча­ет­ся также со­юз со спартанцами, о которых было найдено, что «они – братья и от рода Авраамова
» (1 Мак. 12:7, 21). Не­ког­да про­ро­ки же­ст­ко об­ли­ча­ли иу­де­ев за по­пыт­ки со­ю­за с языч­ни­ка­ми, а здесь, не ус­пев воз­ник­нуть, Мак­ка­вей­ская или, по-дру­го­му, Ха­с­мо­ней­ская, ди­на­с­тия на­чи­на­ет ук­ло­нять­ся к чи­с­то свет­ской по­ли­ти­ке, ис­то­рия по­вто­ряется. За со­юз­ни­ков-языч­ни­ков воз­но­сит­ся мо­лит­ва и при­но­сит­ся жерт­ва.


Ио­на­фан, одержав очередную победу над войсками Димитрия, доверился си­рий­ско­му во­е­на­чаль­ни­ку Трифону. Его за­хва­ты­ва­ют в за­лож­ни­ки, по­том тре­бу­ют к се­бе его де­тей, но, в кон­це кон­цов, умерщв­ля­ют и его, и их. По­сколь­ку еще раньше в раз­лич­ных по­хо­дах по­гиб­ли и два дру­гих бра­та, Ио­анн и Еле­а­зар, то ос­та­ет­ся один един­ст­вен­ный из Мак­ка­ве­ев, Си­мон (143–135 гг.). При нем в Иудее, наконец, наступил мир (1 Мак. 14:4-15). На­род про­воз­гла­ша­ет его на­чаль­ни­ком над всем на­ро­дом и пер­во­свя­щен­ни­ком, как написано на до­с­ке, ко­то­рая по это­му слу­чаю бы­ла от­че­ка­не­на, до тех пор, по­ка не при­дет про­рок вер­ный (1 Мак. 14:41). То есть, до вре­ме­ни, по­ка не при­дет про­рок, мо­гу­щий рас­су­дить, вер­но или нет по­став­ле­ны Мак­ка­веи на пер­во­свя­щен­ст­во и цар­ст­во. Фак­ти­че­с­ки, хо­тя Мак­ка­веи ца­ря­ми не объ­яв­ля­лись, они провозглашались пред­во­ди­те­ля­ми на­ро­да, а до них эту функ­цию ис­пол­ня­ли пер­во­свя­щен­ни­ки. Ли­бо Симон объявляется начальником народа до вре­ме­ни при­ше­ст­вия Хри­с­то­ва, тог­да это по­ста­нов­ле­ние оказывается в ка­ком-то смыс­ле про­ро­че­с­ким: по­сле то­го, как ди­на­с­тия Мак­ка­ве­ев была от­торг­ну­та от вла­с­ти, престол занял Ирод иду­ме­я­нин, во вре­мя ко­то­ро­го рож­да­ет­ся Хри­с­тос.


Мак­ка­веи под­чи­ня­ют се­бе зна­чи­тель­ную тер­ри­то­рию и ста­но­вят­ся пол­но­стью ав­то­ном­ны­ми, са­ми на­чи­на­ют че­ка­нить мо­не­ту, что яв­ля­ет­ся при­зна­ком не­за­ви­си­мо­с­ти. В 135 го­ду бес­слав­но по­ги­ба­ет Си­мон, уби­тый соб­ст­вен­ным зя­тем, ко­то­рый по­же­лал сам пра­вить и пы­тал­ся пе­ре­бить и его де­тей. В живых ос­та­ет­ся Ио­анн Гир­кан, ко­то­рый в 134 го­ду ста­но­вит­ся пре­ем­ни­ком. На при­хо­де к вла­с­ти Ио­ан­на кон­ча­ет­ся са­мая по­след­няя кни­га Мак­ка­вей­ская, ее по­ве­ст­во­ва­ние до­во­дит­ся до 135 го­да. Вто­рая кни­га Мак­ка­вей­ская за­кан­чи­ва­ется смер­тью Иу­ды Мак­ка­вея. В этой книге ре­ли­ги­оз­ный мо­мент вы­ра­жен го­раз­до бо­лее яр­ко, и по­сколь­ку по­сле смер­ти Иу­ды Мак­ка­вея все дви­же­ние ста­но­вит­ся чи­с­то по­ли­ти­че­с­ким, то здесь оно не на­хо­дит от­ра­же­ния.



19.8. Прав­ле­ние ди­на­с­тии Мак­ка­ве­ев (Ха­с­мо­не­ев). Во­ца­ре­ние Иро­да

О событиях следующего столетия не повествует ни одна из книг Библии, однако представляется разумным довести повествование до времени Рождества Христова.


Из внебиблейских источников, главным из которых являются сочинения Иосифа Флавия, известно, что Ио­анн Гир­кан еще бо­лее рас­ши­рил под­вла­ст­ную ему тер­ри­то­рию, и од­ним из его судь­бо­нос­ных де­я­ний бы­ло при­со­е­ди­не­ние Иду­меи, то есть по­том­ков Иса­ва, ко­то­рые по­сто­ян­но бы­ли про­тив­ни­ка­ми Из­ра­иль­тян. По­том их на­силь­ст­вен­но об­ра­тили в иудейскую ве­ру. Это име­ло весь­ма боль­шое зна­че­ние, по­то­му что Ирод Ве­ли­кий был из иду­ме­ев; бла­го­да­ря на­силь­ст­вен­но­му сли­я­нию с иу­де­я­ми, он и по­лу­чил воз­мож­ность прий­ти к вла­с­ти.


Ио­анн Гир­кан был у вла­с­ти око­ло двад­ца­ти лет, и ему на ру­бе­же пер­во­го и вто­ро­го ве­ков сначала на­сле­до­вал его сын Аристовул I (105 – 104 гг. до Р. Х.), которого сменил другой сын – Алек­сандр Яннай (104 – 78 гг.). При последнем начался упа­док ди­на­с­тии. Он был весь­ма ус­пе­шен в сво­их во­ен­ных по­хо­дах, но его очень не лю­би­ли; поскольку Александр фор­маль­но не ис­пол­нял долж­но­с­ти пер­во­свя­щен­ни­ка, он про­воз­гла­сил се­бя ца­рем, хотя пер­вые Мак­ка­веи скром­но име­но­ва­ли се­бя пред­во­ди­те­ля­ми на­ро­да. Но при этом он пре­тен­до­вал на то, что­бы ис­пол­нять и пер­во­свя­щен­ни­че­с­кие обя­зан­но­с­ти. Од­наж­ды, во вре­мя пра­зд­ни­ка Ку­щей, он явил­ся, что­бы са­мо­лич­но со­вер­шать слу­же­ние, что вы­зва­ло про­тест на­ро­да. Его это не ос­та­но­ви­ло, про­изо­ш­ли вол­не­ния, и не­сколь­ко ты­сяч че­ло­век бы­ли ра­не­ны у Хра­ма. На­ча­лась на­сто­я­щая граж­дан­ская вой­на, при­чем движение, про­ти­во­сто­я­щее Алек­сан­д­ру, воз­глав­ля­ли по­явив­ши­е­ся тог­да фа­ри­сеи. Те пар­тии, ко­то­рые упо­ми­на­ют­ся на стра­ни­цах Еван­ге­лия, сло­жи­лись как раз в эпоху Мак­ка­веев.


Фа­ри­сеи воз­глав­ля­ли про­тив­ную Алек­сан­д­ру пар­тию и при­зва­ли се­бе на по­мощь по­том­ка Се­лев­ки­дов, Ди­ми­т­рия III. Но в кри­ти­че­с­кий мо­мент па­т­ри­о­тизм у фа­ри­се­ев взял верх, и они от­ка­за­лись от по­мо­щи Ди­ми­т­рия III и при­со­е­ди­ни­лись к Александру Ян­наю, что его лич­но спас­ло, так как де­ла его бы­ли не­за­вид­ны. Тем не ме­нее, он по­да­вил вос­ста­ние и рас­пял во­семь­сот за­чин­щи­ков его, приказав убить у них на глазах их жен и детей [87, XIII, 14, 2].


По­сле смер­ти Алек­сан­д­ра Ян­ная его же­на Алек­сан­д­ра (Са­ло­мея), ко­то­рая ос­та­лась у вла­с­ти, опи­ра­лась уже на фа­ри­се­ев, то есть она пол­но­стью сме­ни­ла курс, их сын Гир­кан II был по­став­лен пер­во­свя­щен­ни­ком, а Ари­с­то­вул II, дру­гой сын, был уда­лен, и про­сто вел ча­ст­ную жизнь. В 67 го­ду, по­сле то­го, как Са­ло­мея умер­ла, Ари­с­то­вул сно­ва вклю­чил­ся в борь­бу за власть. Ему по­мо­гал не­кий иду­ме­я­нин по име­ни Ан­ти­патр. Ари­с­то­вул вы­ну­дил Гир­ка­на бе­жать из Ие­ру­са­ли­ма.


В это вре­мя, в ше­с­ти­де­ся­тые го­ды до Рож­де­ст­ва Хри­с­то­ва, на гра­ни­цах с Си­ри­ей уже по­явил­ся Пом­пей. По­ка по­след­ние пред­ста­ви­те­ли Мак­ка­вей­ской ди­на­с­тии де­ли­ли меж­ду со­бой власть, с се­ве­ра на них на­дви­га­лись рим­ские ле­ги­о­ны. И Пом­пей, ес­те­ст­вен­но, весь­ма бла­го­с­клон­но при­нял обе сто­ро­ны и, предпочел поддержать Гир­ка­на [86, 1 кн. VI, 2 – 6, c. 25 – 27]. Пом­пей в ка­че­ст­ве су­дьи (вспо­ми­на­ет­ся ли­са, ко­то­рой до­ве­ри­ли де­лить сыр) яв­ля­ет­ся в Ие­ру­са­лим, ко­то­рый сам охот­но от­кры­ва­л ему две­ри. Ари­с­то­вул ук­ре­пил­ся в хра­мо­вой ци­та­де­ли и два ме­ся­ца ее про­дер­жал. По­сле че­го она бы­ла взя­та, Пом­пей во­шел в храм, ос­мо­т­рел его, но не разрешил там ничего тро­гать, при­чем есть сви­де­тель­ст­во, что Пом­пей во­шел да­же во Свя­тое Свя­тых и был край­не удив­лен тем, что он ни­че­го там не уви­дел. При­вык­ший к обыч­но­му язы­че­с­ко­му куль­ту, ожи­дая уви­деть ста­тую, он про­сто там не нашел ни­че­го, и это при­ве­ло его в край­нее не­до­уме­ние. При­мер­но че­рез де­сять лет дру­гой рим­ский во­е­на­чаль­ник, Красс, ис­пра­вил «ошиб­ку» сво­е­го пред­ше­ст­вен­ни­ка и как сле­ду­ет ог­ра­бил Ие­ру­са­лим и Храм. Ари­с­то­вул был от­прав­лен в Рим, а Гир­кан ос­тал­ся пер­во­свя­щен­ни­ком. Иу­деи по­про­си­ли Пом­пея не вос­ста­нав­ли­вать мо­нар­хию, по­то­му что они ус­та­ли от бес­ко­неч­ной борь­бы за власть, приводящую к кро­во­про­ли­ти­ям. Тем бо­лее, что не бы­ло ни од­но­го до­стой­но­го пред­ста­ви­те­ля ди­на­с­тии Да­ви­да, ко­то­рая долж­на бы­ла за­кон­но цар­ст­во­вать.


Иу­деи ока­зы­ва­ют­ся фак­ти­че­с­ки под про­тек­то­ра­том Ри­ма. Идумеянин Ан­ти­патр, бу­ду­чи че­ло­ве­ком весь­ма лов­ким, в 47 го­ду на­зна­ча­ет­ся Це­за­рем про­ку­ра­то­ром Иу­деи. По­сле его смер­ти не­на­дол­го во­ца­рил­ся сын Ари­с­то­ву­ла Ан­ти­гон. Од­на­ко сын Ан­ти­па­т­ра Ирод от­прав­ля­ет­ся в Рим, и в Ри­ме Ан­то­ний на­зна­ча­ет Иро­да те­т­рар­хом, со все­ми по­ло­жен­ны­ми при этой церемонии язы­че­с­ки­ми жерт­ва­ми. Ирод с не­боль­шим от­ря­дом вы­са­жи­ва­ет­ся на по­бе­ре­жье и идет в сто­ро­ну Ие­ру­са­ли­ма, что­бы ре­а­ли­зо­вать свои цар­ские пол­но­мо­чия. Он же­нит­ся на Ма­ри­ам­не, внуч­ке Гир­ка­на II, за счет чего офи­ци­аль­но при­об­ща­ет­ся к пра­вя­щей ди­на­с­тии и узаконивает притязания на престол. Ирод ов­ла­дел Ие­ру­са­ли­мом в 37 го­ду. На­чи­на­ет­ся весь­ма дли­тель­ное его прав­ле­ние.


Че­ло­век этот был, по-ви­ди­мо­му, ис­клю­чи­тель­ных во­ен­ных и по­ли­ти­че­с­ких да­ро­ва­ний. Ес­ли вспом­нить, что про­ис­хо­ди­ло в Рим­ской им­пе­рии до во­ца­ре­ния Ок­та­ви­а­на Ав­гу­с­та, то ос­та­ет­ся толь­ко удив­лять­ся, ка­ким об­ра­зом Ирод смог ма­не­в­ри­ро­вать меж­ду все­ми бо­рю­щи­ми­ся сто­ро­на­ми и при этом уце­леть. Кто там толь­ко не был за­ме­шан, вклю­чая Кле­о­па­т­ру. Тем не ме­нее Ирод все-та­ки ос­тал­ся у вла­с­ти. Од­но из из­ве­ст­ных его де­я­ний то, что в 20 г. до Р. Х. он на­чал пе­ре­ст­рой­ку Хра­ма. Ког­да Хри­с­тос ска­зал: «Раз­рушь­те храм сей, и Я в три дня воз­двиг­ну его
» (Ин. 2:19), ему ска­за­ли, что храм этот стро­ил­ся со­рок шесть лет. Второе вос­ста­нов­ле­ние хра­ма про­изо­ш­ло за го­раз­до мень­ший срок, за двад­цать лет, а вот та ре­кон­ст­рук­ция, ко­то­рую за­те­ял Ирод, к мо­мен­ту это­го ди­а­ло­га Хри­с­та с иу­де­я­ми как раз и про­дол­жа­лась где-то со­рок шесть лет. Ирод был че­ло­ве­ком край­не же­с­то­ким, и, по­ни­мая всю не­за­кон­ность сво­ей вла­с­ти, он весь­ма же­с­то­ко от­но­сил­ся даже к сво­им род­ст­вен­ни­кам; спу­с­тя семь лет по­сле во­ца­ре­ния он каз­нил свою же­ну Мариамну [86, 1 кн., XXII, c. 72 – 74], по­сле это­го у не­го бы­ло еще семь жен. Ирод предал казни и мно­гих сво­их сы­но­вей [86, 1 кн., XXVII, c. 89 – 91], так что Ав­густ в свое вре­мя шу­тил, го­во­ря, что в до­ме Иро­да го­раз­до бе­зо­пас­нее быть сви­нь­ей, не­же­ли сы­ном, по той при­чи­не, что сви­ни­ны иу­деи не ели, а вот сы­но­вей сво­их Ирод унич­то­жал весь­ма усерд­но. В кон­це кон­цов, их ос­та­лось толь­ко трое: Ар­хе­лай, Ирод Ан­ти­па и Фи­липп, из­ве­ст­ные нам уже по Еван­ге­лию. К ха­рак­те­ри­с­ти­ке Иро­да мож­но при­ба­вить еще вот что: ино­гда удив­ля­ют­ся, по­че­му же та­кое со­бы­тие, как из­би­е­ние мла­ден­цев в Ви­ф­ле­е­ме, ни­как не бы­ло за­фик­си­ро­ва­но в дру­гих ис­точ­ни­ках. До нас во­об­ще до­шло ма­ло ис­то­ри­че­с­ких тру­дов то­го вре­ме­ни. Ког­да Ирод уже уми­рал, он впол­не от­чет­ли­во по­ни­мал, что ни­кто рас­ст­ра­и­вать­ся не бу­дет о его кон­чи­не. Тог­да он по­ве­лел взять до­ста­точ­но боль­шое ко­ли­че­ст­во за­лож­ни­ков, юно­шей из са­мых знат­ных се­мейств, и умерт­вить их в тот мо­мент, ког­да он ум­рет, что­бы сре­ди иу­де­ев был плач по слу­чаю его кон­чи­ны [86, 1 кн., XXXIII, c. 108 – 109]. Для че­ло­ве­ка с та­ким мас­шта­бом зло­де­я­ний из­би­е­ние мла­ден­цев в Ви­ф­ле­е­ме было весь­ма ря­до­вым со­бы­тием.


На этом заканчивается ветхозаветный период и начинается новозаветная история. В свя­зи с Иро­дом ис­пол­нилось од­но из древ­ней­ших про­ро­честв, ко­то­рое про­зву­ча­ло из уст па­т­ри­ар­ха Иа­ко­ва: ски­петр ото­шел от Иу­ды. Со вре­мен ца­ря иу­дей­ско­го Се­де­кии не бы­ло ца­ря в са­мой Иу­дее, кро­ме Алек­сан­д­ра Ян­ная, но тут цар­ский ски­петр по­па­да­ет в ру­ки иду­ме­я­ни­на. И в этот мо­мент про­ис­хо­дит ве­ли­чай­шее со­бы­тие, а имен­но Рож­де­ст­во Хри­с­то­во, Хри­с­тос при­хо­дит в мир.



Раздел 3. Учительные книги

Кни­ги, со­став­ля­ю­щие тре­тий раз­дел Свя­щен­но­го Пи­са­ния Вет­хо­го За­ве­та, к изу­че­нию ко­то­ро­го мы при­сту­па­ем, на­зы­ва­ют­ся по преимущественному содержанию учительными, а по своей форме – по­эти­че­с­ки­ми.


Вос­крес­ший Хри­с­тос ска­зал уче­ни­кам: «Вот то, о чем Я вам го­во­рил, еще быв с ва­ми, что над­ле­жит ис­пол­нить­ся все­му, на­пи­сан­но­му о Мне в за­ко­не Мо­и­се­е­вом и в про­ро­ках и псал­мах» (Лк. 24:44). Из его слов вид­но, что эти кни­ги в то вре­мя объ­е­ди­ня­лись под об­щим на­зва­ни­ем «псал­мы». По­эти­че­с­ки­ми эти кни­ги на­зы­ва­ли свя­ти­те­ли Ки­рилл Ие­ру­са­лим­ский и Гри­го­рий Бо­го­слов, а так­же пре­по­доб­ный Ио­анн Да­ма­с­кин. Учи­тель­ны­ми же их од­ним из пер­вых на­зы­вал пи­са­тель IV-го ве­ка Ле­он­тий Ви­зан­тий­ский [69, т. 4, с. 3].


По объ­яс­не­нию свя­ти­те­ля Афа­на­сия Ве­ли­ко­го, «при­лич­но бы­ло, что­бы Св. Пи­са­ние пес­но­сло­ви­ло Бо­га не толь­ко по­сле­до­ва­тель­ной [про­за­и­че­с­кой] ре­чью, но и не име­ю­щею стро­гой по­сле­до­ва­тель­но­с­ти [по­эти­че­с­кой]. Так, ре­чью связ­ною ска­за­но при­над­ле­жа­щее к за­ко­ну и про­ро­кам и все по­ве­ст­во­ва­тель­ное, со вклю­че­ни­ем Но­во­го За­ве­та. Не име­ю­щею же стро­го­го по­ряд­ка ре­чью ска­за­но за­клю­ча­ю­ще­е­ся в псал­мах и пес­но­пе­ни­ях. А этим и со­блю­да­ет­ся тре­бу­е­мое За­ко­ном, что­бы лю­ди лю­би­ли Бо­га всею кре­по­с­тию и си­лою» [5, т. 4, с. 29]. Так­же он на­зы­ва­ет речь учи­тель­ных книг «рас­про­ст­ра­нен­ной» [там же], ука­зы­вая тем са­мым на осо­бую фор­му, свой­ст­вен­ную ев­рей­ской по­эзии, ког­да мысль пе­ре­да­ет­ся по­сред­ст­вом двух или бо­лее свя­зан­ных меж­ду со­бой по смыс­лу вы­ра­же­ний (па­рал­ле­лизм).


Учи­тель­ны­ми эти кни­ги мы на­зы­ва­ем по­то­му, что в них со­дер­жит­ся «уче­ние бла­го­че­с­тия» [84, с. 16]. «Учи­тель­ные кни­ги но­сят по пре­иму­ще­ст­ву субъ­ек­тив­ный ха­рак­тер, в от­ли­чие от объ­ек­тив­но­го из­ло­же­ния ис­тин ве­ры и бла­го­че­с­тия в за­ко­не и объ­ек­тив­но­го же опи­са­ния жиз­ни ев­рей­ско­го на­ро­да в пи­са­ни­ях ис­то­ри­че­с­ких» [5, т. 4, с. 3]. Их за­да­ча – объ­ек­тив­ные за­ко­ны и по­ста­нов­ле­ния, дан­ные Бо­гом, сде­лать для че­ло­ве­ка до­сто­я­ни­ем его соб­ст­вен­ный мыс­ли, чув­ст­ва и во­ли; по­ка­зать их со­гла­сие с че­ло­ве­че­с­кой при­ро­дой. Они да­ют нам пе­ре­жи­ва­ние и ос­мыс­ле­ние этих бо­го­от­кро­вен­ных ис­тин в по­всед­нев­ной жиз­ни, а так­же от­вет че­ло­ве­че­с­ко­го ду­ха на го­лос Бо­жий. Каж­дая из учи­тель­ных книг де­ла­ет это осо­бым об­ра­зом; ос­таль­ные осо­бен­но­с­ти учи­тель­ных книг мы рас­смо­т­рим в разделах, по­свя­щен­ных каж­дой из них.


За­ме­тим, что де­ле­ние на гла­вы здесь до­ста­точ­но ус­лов­но и в не­ко­то­рых кни­гах ино­гда да­же ме­ша­ет уло­вить смысл, по­то­му что мы при­вык­ли, что ес­ли гла­ва кон­чи­лась, то кон­чил­ся и смыс­ло­вой от­ры­вок, а это мо­жет быть сов­сем не так, ибо это раз­де­ле­ние на гла­вы сде­ла­но до­ста­точ­но про­из­воль­но: ино­гда удач­но, ино­гда не очень.



Гла­ва 20. Кни­га Ио­ва

Кни­га не со­дер­жит оп­ре­де­лен­ных ука­за­ний на вре­мя ее на­пи­са­ния и ав­тор­ст­во. Свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст счи­тал ее составленной если не Моисеем, то Соломоном [29, т. 6, с. 664]. Сле­ду­ет за­ме­тить, что бы­то­вые ре­а­лии, ко­то­рые в этой кни­ге опи­сы­ва­ют­ся, впол­не мо­гут быть от­не­се­ны к эпо­хе па­т­ри­ар­хов, к на­ча­лу вто­ро­го ты­ся­че­ле­тия до Рож­де­ст­ва Хри­с­то­ва. Осо­бен­но­с­ти язы­ка и сти­ля этой кни­ги, бли­зость ее по мно­гим вы­ра­же­ни­ям к Псал­ти­ри, ско­рее, сви­де­тель­ст­ву­ют о том, что окон­ча­тель­ный вид свой она по­лу­чи­ла во вре­ме­на рас­цве­та Из­ра­иль­ско­го цар­ст­ва, то есть во вре­ме­на Со­ло­мо­на, в те вре­ме­на, ког­да по­яви­лись на свет и дру­гие про­из­ве­де­ния учи­тель­ной ли­те­ра­ту­ры. Од­но дру­го­му не ме­ша­ет, по­сколь­ку древ­нее пре­да­ние мог­ло обрести свою окон­ча­тель­ную фор­му го­раз­до поз­же или в это время она была изложена по-еврейски. В дру­гих кни­гах Свя­щен­но­го Пи­са­ния об Ио­ве го­во­рит­ся как о ре­аль­ном ис­то­ри­че­с­ком ли­це (Иез.14:14, Иак. 5:11). В дополнении, находящемся в Сеп­ту­а­гин­те и славянской Библии, го­во­рит­ся, что Иов был по­то­мок Иса­ва, пя­тый от Ав­ра­а­ма.



20.1. Ис­то­ри­че­с­кий про­лог

Пер­вые две гла­вы пред­став­ля­ют со­бой вве­де­ние или ис­то­ри­че­с­кий про­лог, в котором по­ве­ст­ву­ется о том, что в зем­ле Уц жил бла­го­че­с­ти­вый че­ло­век по име­ни Иов. О местонахождении этой зем­ли есть мно­го раз­ных предположений. Од­но из са­мых рас­про­ст­ра­нен­ных —се­ве­ро-за­пад­ная часть Ара­вии на гра­ни­це с Иду­ме­ей. Пи­са­ние пред­став­ля­ет нам бо­гат­ст­во и бла­го­че­с­тие Ио­ва, ко­то­рый имел обык­но­ве­ние при­но­сить жерт­вы не толь­ко за се­бя, но и за сво­их сы­но­вей, хо­да­тай­ст­вуя пе­ред Бо­гом о про­ще­нии их воз­мож­ных пре­гре­ше­ний.


Да­лее в Пи­са­нии ска­за­но: «при­шли сы­ны Бо­жии пред­стать пред Гос­по­да, меж­ду ни­ми при­шел и са­та­на»
(Иов. 1:6), – кар­ти­на до­воль­но сво­е­об­раз­ная по сво­е­му «на­ту­ра­лиз­му», но она име­ет, ко­неч­но, свое объяснение.


Это опи­са­ние яс­но сви­де­тель­ст­ву­ет нам, что, не­смо­т­ря на то что са­та­на от­пал от Бо­га и боль­ше не сто­ит в ря­ду дру­гих ан­ге­лов, но тем не ме­нее «в сво­ем же­ла­нии про­ти­вить­ся Бо­же­ст­вен­но­му пла­ну…, в кон­це кон­цов, вы­нуж­ден уча­ст­во­вать в его ис­пол­не­нии» [47, c. 587].


Са­та­на (или ди­а­вол, т.е. кле­вет­ник) на­чи­на­ет кле­ве­тать на Ио­ва, го­во­ря о том, что этот пра­вед­ник не бес­ко­ры­с­тен; что легко быть бла­го­че­с­ти­вым, ког­да Бог о нем так за­бо­тит­ся, ког­да у не­го все есть, ког­да он ог­раж­ден со всех сто­рон этим по­пе­чи­тель­ст­вом. Вот ес­ли бы от­нять у не­го все, то тог­да стало бы ясно: дей­ст­ви­тель­но ли он та­кой пра­вед­ный, как о нем все го­во­рят?


Об­ра­ти­те вни­ма­ние: са­та­на не име­ет вла­с­ти. Раз­ве он не рас­тер­зал бы Ио­ва, имей он ее? Но он го­во­рит Бо­гу: «Про­ст­ри ру­ку Твою и кос­нись все­го, что у не­го,
– бла­го­сло­вит ли он Те­бя?
» (Иов. 1:11). И вот са­та­не да­ет­ся поз­во­ле­ние по­ра­зить все, что есть у Ио­ва, толь­ко са­мо­го Ио­ва не тро­гать.


Свя­ти­тель Гри­го­рий Дво­е­слов замечает по это­му по­во­ду: «Уди­ви­тель­но, что он не при­сва­и­ва­ет се­бе пра­ва по­ра­жать, и это тот, кто ни­ког­да не упу­с­ка­ет слу­чая гор­дить­ся сво­ей гор­ды­ней пе­ред Твор­цом вся­че­с­ких. Ди­а­вол зна­ет, что сам по се­бе он не спо­со­бен ни на что и да­же не су­ще­ст­ву­ет сам по се­бе как дух. … На­до знать, что во­ля са­та­ны все­гда зла, но мо­гу­ще­ст­во его не вне за­ко­на. По­то­му что во­лю он име­ет от са­мо­го се­бя, власть же – от Бо­га. То, что он хо­чет сде­лать по зло­бе, то Бог поз­во­ля­ет ему ис­пол­нить по пра­во­су­дию. … Не сле­ду­ет бо­ять­ся то­го, кто ни­че­го не мо­жет де­лать без раз­ре­ше­ния. На­до толь­ко тре­пе­тать пе­ред той си­лой, ко­то­рая, раз­ре­шая вра­гу буй­ст­во­вать, за­став­ля­ет не­пра­вую во­лю слу­жить ис­пол­не­нию пра­вых пре­до­пре­де­ле­ний» [47, с. 588].


И вот на­сту­па­ет день, ког­да к Ио­ву при­хо­дят под­ряд че­ты­ре ве­ст­ни­ка, ко­то­рые сообщают, что все ста­да его унич­то­же­ны, всех вер­б­лю­дов его уве­ли, что рух­нул дом, в ко­то­ром на­хо­ди­лись его де­ти, и все они по­гиб­ли. Тог­да встал Иов, по­кло­нил­ся Бо­гу и ска­зал: «наг я вы­шел из чре­ва ма­те­ри мо­ей, наг и воз­вра­щусь. Гос­подь дал, Гос­подь и взял; да бу­дет имя Гос­под­не бла­го­сло­вен­но! Во всем этом не со­гре­шил Иов и не про­из­нес ни­че­го не­ра­зум­но­го о Бо­ге
» (Иов. 1:20-22).


За­тем ди­а­вол опять на­чи­на­ет го­во­рить о том, что хо­тя из его происков ни­че­го не по­лу­чи­лось, од­на­ко за жизнь свою че­ло­век от­даст все, что угод­но, вплоть до то­го, что от­ре­чет­ся от Бо­га: «про­ст­ри ру­ку Твою и кос­нись ко­с­ти его и пло­ти его, – бла­го­сло­вит ли он Те­бя?
И ска­зал Гос­подь са­та­не: вот, он в ру­ке тво­ей, толь­ко ду­шу его сбе­ре­ги. И ото­шел са­та­на от ли­ца Гос­под­ня и по­ра­зил Ио­ва про­ка­зою лю­тою от по­дош­вы но­ги его по са­мое те­мя его. И взял он се­бе че­ре­пи­цу, что­бы скоб­лить се­бя ею, и сел в пе­пел /вне се­ле­ния/»
(Иов. 2:5-8). Вот кар­ти­на. Ма­ло то­го, что это не­из­ле­чи­мая бо­лезнь, при ко­то­рой за­жи­во раз­ла­га­ет­ся те­ло, – это еще бо­лезнь, ко­то­рая все­гда счи­та­лась не­чи­с­той. И вот он си­дит вне се­ле­ния, скре­бет се­бя че­реп­ком, в крат­чай­ший срок по­те­ряв все: ува­же­ние, сла­ву, бо­гат­ст­во (Иов. 2:8).


Ис­ку­ше­ние про­дол­жа­ет­ся. «И ска­за­ла ему же­на его: ты все еще тверд в не­по­роч­но­с­ти тво­ей! по­ху­ли Бо­га и ум­ри»
(Иов. 2:9). Ин­те­рес­но, смо­т­ри­те: до­ма нет, се­мьи нет, скот унич­то­жен, а же­ну ди­а­вол не тро­нул. Смо­т­ри­те, ка­кая смыс­ло­вая нить по­тя­ну­лась к кни­ге Бы­тия. Как ви­дим, враг не слиш­ком раз­но­об­ра­зен в сво­их при­емах. Но Иов не упо­до­бил­ся Ада­му и ска­зал: «ты го­во­ришь как од­на из бе­зум­ных: не­уже­ли до­б­рое мы бу­дем при­ни­мать от Бо­га, а зло­го не бу­дем при­ни­мать? Во всем этом не со­гре­шил Иов ус­та­ми сво­и­ми»
(Иов. 2:10). Но об­ра­ти­те вни­ма­ние: «зло­го не бу­дем при­ни­мать»
, – для Ио­ва зло, ко­то­рое на не­го об­ру­ши­лось, – от Бо­га, для Ио­ва нет тре­ть­ей сто­ро­ны, он не ви­дит ее, для не­го есть Бог и он. В этой свя­зи си­ту­а­ция для не­го вы­гля­дит край­не стран­но.


Про­лог кни­ги для нас очень ва­жен, по­сколь­ку про­яс­ня­ет нам ис­клю­чи­тель­ность си­ту­а­ции, в ко­то­рой ока­зал­ся Иов, для то­го, что­бы мы не со­блаз­ни­лись тем, что про­изой­дет даль­ше. Запомним: из пролога нам теперь известно то, что неизвестно действующим лицам.


Сде­ла­ем не­боль­шое от­ступ­ле­ние. Пер­вые две гла­вы, ес­ли по­смо­т­реть на них гла­за­ми не­ве­ру­ю­ще­го, приводят вдумчивого читателя в некоторое смущение. Двое о чем-то спорят и доказывают это за счет третьего, который вообще не в курсе происходящего. Да, диавол оклеветал Иова, но ведь Бог всеведущ, а заставлять Иова страдать, чтобы доказать его праведность диаволу, не есть ли величайшая несправедливость? По­че­му нуж­но бы­ло на нем все это ис­пы­ты­вать? На этот во­прос мы от­ве­чать сей­час не бу­дем, сде­ла­ем это поз­же.



20.2. Со­бе­се­до­ва­ние Ио­ва с дру­зь­я­ми

Ус­лы­шав о не­сча­с­тии Ио­ва, к не­му при­хо­дят трое дру­зей – Ели­фаз Фе­ма­ни­тя­нин, Вил­дад Сав­хе­я­нин и Со­фар На­ами­тя­нин, по-ви­ди­мо­му, то­же бо­га­тые и знат­ные, как и он сам. Ви­дя его в та­ком по­ло­же­нии, в те­че­ние не­сколь­ких дней си­дят ря­дом с ним и ни­че­го не про­из­но­сят: у них не на­хо­дит­ся ни од­но­го сло­ва, что­бы ска­зать Ио­ву. Что они при этом ду­ма­ют, мож­но за­клю­чить из то­го со­бе­се­до­ва­ния, ко­то­рое меж­ду ни­ми про­ис­хо­дит в даль­ней­шем. Тог­да Иов на­чи­на­ет го­во­рить пер­вым и про­кли­на­ет тот день, в ко­то­рый он ро­дил­ся:


«По­гиб­ни день, в ко­то­рый я ро­дил­ся, и ночь, в ко­то­рую ска­за­но: за­чал­ся че­ло­век! День тот да бу­дет тьмою; да не взы­щет его Бог свы­ше, и да не вос­си­я­ет над ним свет! Да ом­ра­чит его тьма и тень смерт­ная, да об­ло­жит его ту­ча, да стра­шат­ся его, как па­ля­ще­го зноя! Ночь та, – да об­ла­да­ет ею мрак, да не со­чтет­ся она в днях го­да, да не вой­дет в чис­ло ме­ся­цев!
<…> Для че­го не умер я, вы­хо­дя из ут­ро­бы, и не скон­чал­ся, ког­да вы­шел из чре­ва?
<…> На что дан стра­даль­цу свет, и жизнь огор­чен­ным ду­шею, ко­то­рые ждут смер­ти, и нет ее, ко­то­рые вы­ры­ли бы ее охот­нее, не­же­ли клад, об­ра­до­ва­лись бы до вос­тор­га, вос­хи­ти­лись бы, что на­шли гроб? [На что дан свет] че­ло­ве­ку, ко­то­ро­го путь за­крыт, и ко­то­ро­го Бог ок­ру­жил мра­ком?
» (Иов. 3:3-6, 11, 20-23).


Мы зна­ем и дру­гих вет­хо­за­вет­ных пра­вед­ни­ков, ко­то­рые то­же се­то­ва­ли и сте­на­ли подобно Иову. Мо­и­сей мо­лил­ся и го­во­рил: «для че­го Ты му­чишь ра­ба Тво­е­го? и по­че­му я не на­шел ми­ло­с­ти пред оча­ми Тво­и­ми, что Ты воз­ло­жил на ме­ня бре­мя все­го на­ро­да се­го? <…> ког­да Ты так по­сту­па­ешь со мною, то луч­ше умерт­ви ме­ня, ес­ли я на­шел ми­лость пред оча­ми Тво­и­ми, что­бы мне не ви­деть бед­ст­вия мо­е­го
» (Чис. 11:11, 15). Упо­мя­нем и про­ро­ка Ие­ре­мию, ко­то­рый го­во­рил: «Про­клят день, в ко­то­рый я ро­дил­ся! день, в ко­то­рый ро­ди­ла ме­ня мать моя, да не бу­дет бла­го­сло­вен!
» (Иер. 20:14). Скор­би этих вет­хо­за­вет­ных пра­вед­ни­ков ве­ли­ки, смерть ка­жет­ся им из­бав­ле­ни­ем. Здесь неслу­чай­но мно­го раз по­вто­ре­но сло­во «
вет­хо­за­вет­ные»
, по­то­му что они жили до бла­го­да­ти. По­сле ниспослания Святого Духа апо­с­тол Па­вел хва­лит­ся скор­бя­ми и стра­да­ни­я­ми, го­во­ря: «в чем по­хва­люсь? Толь­ко в скор­бях мо­их по­хва­люсь
» («со­бою же не по­хва­люсь, раз­ве толь­ко не­мо­ща­ми мо­и­ми»
(2 Кор. 12:5), – по­то­му что бла­го­дать Бо­жия поз­во­ля­ет это пе­ре­жи­вать сов­сем по-дру­го­му.


Ког­да за­го­во­рил Иов, дру­зья вы­нуж­де­ны от­ве­чать. Они пы­та­ют­ся его уте­шить, но де­ла­ют это до­воль­но сво­е­об­раз­но.


Гла­вы 4 – 6 по­ст­ро­е­ны по чет­кой схе­ме. Это три круга бе­сед – по оче­ре­ди речь каж­до­го из дру­зей Ио­ва: Ели­фа­за, Вил­да­да и Со­фа­ра, – прав­да, в тре­ть­ем со­бе­се­до­ва­нии ре­чи Со­фа­ра нет, – и от­вет Ио­ва на каж­дую из них. По­том сле­ду­ют две ре­чи Ио­ва в за­щи­ту сво­ей пра­вед­но­с­ти и речь не­ко­е­го Ели­уя, ко­то­рый на про­тя­же­нии всех пре­ды­ду­щих глав ни­где не упо­ми­на­ет­ся.


Что же го­во­рят Ио­ву его дру­зья? Они на­чи­на­ют ему го­во­рить, что он не­ра­зум­но роп­щет на Бо­га, по­то­му что Бог спра­вед­лив. Бог на­ка­зы­ва­ет не­че­с­ти­во­го, Бог бла­го­слов­ля­ет пра­вед­ни­ка, и по­это­му Иов мо­жет не бес­по­ко­ить­ся о сво­ей судь­бе: ес­ли Иов пра­ве­ден, как он ду­ма­ет, Бог его воз­на­гра­дит и по­ми­лу­ет (Иов. 8:5–7). По умол­ча­нию вы­хо­дит так, что ес­ли Иов - греш­ник, то по­де­лом ему, толь­ко это яв­ным об­ра­зом не оз­ву­чи­ва­ет­ся. Но Иов дол­жен сми­рен­но мо­лить Бо­га о по­ми­ло­ва­нии, по­то­му что у Бо­га про­сто так ни­че­го не бы­ва­ет.


Здесь еще нуж­но вспом­нить о том, что ес­ли Иов дей­ст­ви­тель­но пя­тый от Ав­ра­а­ма и жи­вет в зем­ле Уц, то это еще до За­ко­на про­ис­хо­дит. Но да­же ес­ли при­нять во вни­ма­ние За­кон, то си­ту­а­ция бу­дет не­мно­гим про­ще. Ведь на пер­вый взгляд, все Пя­ти­кни­жие по­ст­ро­е­но, – по край­ней ме­ре, ес­ли не вни­кать в ка­кие-то глу­би­ны, – на идее на­ка­за­ния и воз­да­я­ния зем­но­го. Кто бу­дет со­блю­дать за­кон Бо­жий, тот бу­дет бла­го­сло­вен, у то­го все бу­дет хо­ро­шо, не­че­с­ти­вый бу­дет на­ка­зан, ис­треб­лен и так да­лее. Ни­ка­кой чет­ко вы­ра­жен­ной мыс­ли о за­гроб­ном воз­да­я­нии здесь нет, по­это­му ход мыс­лей дру­зей Ио­ва вы­гля­дит впол­не за­ко­но­мер­ным.


Дей­ст­ви­тель­но, да­вай­те спро­сим се­бя, что бы мы ска­за­ли че­ло­ве­ку, ока­зав­ше­му­ся в си­ту­а­ции Ио­ва? При­мер­но то же, что го­во­ри­ли то­му дру­зья. Но в слу­чае Ио­ва все это ока­зы­ва­ет­ся не­вер­но. Иов стра­да­ет без­вин­но, и это ему, в от­ли­чие от дру­зей, хо­ро­шо из­ве­ст­но. Иов уп­ре­ка­ет сво­их дру­зей, как ни стран­но, в ма­ло­ду­шии. Он го­во­рит: «вы...
уви­де­ли страш­ное и ис­пу­га­лись»
(Иов. 6:21). Впос­лед­ст­вии мы еще вер­нем­ся к этим сло­вам. Дей­ст­ви­тель­но, труд­но ина­че объ­яс­нить ту энер­гию, с ко­то­рой они по­ле­ми­зи­ру­ют с Ио­вом.


По­сле то­го как Ели­фаз по­рас­суж­дал о том, что Бог бла­го­слов­ля­ет пра­вед­ни­ков и на­ка­зы­ва­ет греш­ни­ков (Иов. 4 гл.), Иов тре­бу­ет, что­бы ему до­ка­за­ли, что он дей­ст­ви­тель­но греш­ник, тог­да он со­гла­сен про­дол­жать этот раз­го­вор. Вил­дад на­чи­на­ет его убеждать, что Бог не мо­жет быть не­пра­вед­ным су­дь­ей и ес­ли по­гиб­ли сы­но­вья Ио­ва, зна­чит они со­гре­ши­ли (Иов. 8 гл.). И Иов в от­вет со­гла­ша­ет­ся, что ни­кто не мо­жет быть чист пе­ред Бо­гом и ни­кто не мо­жет быть пра­вед­ным пе­ред Бо­гом, и про­сит, обращаясь к Бо­гу, что­бы был ка­кой-то хо­да­тай, ко­то­рый бы смяг­чил гнев Бо­жий.


За­тем Со­фар, тре­тий друг, уже пря­мо об­ви­ня­ет Ио­ва в том, что он, по-ви­ди­мо­му, греш­ник и по­это­му впол­не за­слу­жен­но не­сет свое на­ка­за­ние (Иов. 11 гл.). На что Иов ему от­ве­ча­ет, что они, ко­неч­но, лю­ди весь­ма му­д­рые, но ес­ли вся их му­д­рость за­клю­ча­ет­ся в том, что они не смог­ли най­ти ни од­но­го сло­ва со­ст­ра­да­ния его по­ло­же­нию, а толь­ко убеж­да­ют его, что так ему и на­до, что он дол­жен осо­знать свой грех и по­ка­ять­ся в нем, обвиняя его таким образом во лжи, то луч­ше бы они не назывались му­д­ре­ца­ми. Иов на­чи­на­ет тре­бо­вать су­да Бо­жия, об­ра­ща­ет­ся уже к Самому Богу с тре­бо­ва­ни­ем су­да, что­бы Гос­подь от­крыл ему, по­че­му так про­ис­хо­дит (Иов. 13:22–24).


Друзья снова по очереди обращаются к Иову. Ха­рак­тер дру­зей в их ре­чах про­яв­ля­ет­ся до­ста­точ­но от­чет­ли­во. Во вто­рой раз, по­сколь­ку Иов с дру­зь­я­ми не со­гла­сил­ся, они ему на­чи­на­ют до­ка­зы­вать, что, по-ви­ди­мо­му, он дей­ст­ви­тель­но гре­шен. Од­ним из его гре­хов яв­ля­ет­ся вы­со­ко­ме­рие, с ко­то­рым он го­во­рит о се­бе; са­мо­на­де­ян­ность, с ко­то­рой он рас­суж­да­ет о сво­ей пра­вед­но­с­ти; дер­зость, с ко­то­рой он бе­рет­ся су­дить о де­лах Бо­жи­их на зем­ле. Дру­зья ука­зы­ва­ют ему: не­уже­ли он ду­ма­ет, что ес­ли он сей­час ум­рет на этой ку­че пеп­ла и на­во­за, то зем­ля без не­го опу­с­те­ет, слу­чит­ся ка­кая-то ми­ро­вая ка­та­ст­ро­фа? С ка­кой ста­ти он ус­т­ра­и­ва­ет тра­ге­дию из своего страдания? «[О ты], раз­ди­ра­ю­щий ду­шу твою в гне­ве тво­ем! Не­уже­ли для те­бя опу­с­теть зем­ле, и ска­ле сдви­нуть­ся с ме­с­та сво­е­го?
» (Иов. 18:4). У Бо­га и без не­го дел мно­го. Пу­ти про­мыс­ла Бо­жь­е­го не­по­сти­жи­мы, но все-та­ки они твер­до убеж­де­ны, что суд Бо­жий со­вер­ша­ет­ся здесь, на зем­ле, все­гда, в лю­бых ус­ло­ви­ях и по­это­му, ес­ли с Ио­вом та­кое про­изо­ш­ло, зна­чит он гре­шен.


В кон­це тре­ть­е­го цик­ла бе­сед дру­зья на­чи­на­ют ему уже кон­крет­но пе­ре­чис­лять, в ка­ких гре­хах он, на­вер­ное, ви­но­ват: он при­тес­нял вдо­виц, оби­жал си­рот, от­ка­зы­вал в хле­бе го­лод­ным. При этом Ели­фаз вы­ска­зы­ва­ет сле­ду­ю­щую мысль: «Раз­ве мо­жет че­ло­век до­став­лять поль­зу Бо­гу? Ра­зум­ный до­став­ля­ет поль­зу се­бе са­мо­му. Что за удо­воль­ст­вие Все­дер­жи­те­лю, что ты пра­ве­ден? И бу­дет ли Ему вы­го­да от то­го, что ты со­дер­жишь пу­ти твои в не­по­роч­но­с­ти? Не­уже­ли Он, бо­ясь те­бя, всту­пит с то­бою в со­стя­за­ние, пой­дет су­дить­ся с то­бою?
» (Иов. 22:2–4).


В от­вет Иов под­тверж­да­ет, что пу­ти Бо­жии не­ис­по­ве­ди­мы, что ни­кто не чист пе­ред Бо­гом, что да­же в ан­ге­лах Сво­их Бог ус­ма­т­ри­ва­ет не­до­стат­ки, но все-та­ки ему ка­жет­ся, что ме­ра воз­мож­но­го гре­ха его не со­от­вет­ст­ву­ет той ме­ре стра­да­ний, той ме­ре на­ка­за­ний, ко­то­рую он несет. И бо­лее то­го, Иов во­пи­ет к Бо­гу и мо­лит о по­ми­ло­ва­нии и ос­лаб­ле­нии стра­да­ния, да­же ес­ли он и гре­шен. По­то­му что за­в­т­ра его не бу­дет и ни­кто не вспом­нит, кто он и ка­ков был. Но при этом ре­ши­тель­но не со­гла­ша­ет­ся при­зна­вать­ся в тех гре­хах, в ко­то­рых его об­ви­ня­ют дру­зья: «не уко­рит ме­ня серд­це мое во все дни мои»
(Иов. 27:6).


Су­дя по то­му, что во вре­мя это­го тре­ть­е­го цик­ла бе­сед Со­фар уже ни­че­го не го­во­рит, ста­но­вит­ся оче­вид­но, что со­бе­се­до­ва­ние за­шло в ту­пик, каж­дый ос­тал­ся при сво­ем, ар­гу­мен­ты ис­чер­па­ны.


Свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст из молчания Софара заключает, что Иов по­бе­дил в спо­ре, до­ка­зав свою пра­во­ту, по­сле че­го сде­лал по­уче­ние на поль­зу дру­зь­ям [29, т. 6, c. 668], об­ра­тив к ним про­ст­ран­ную речь, в ко­то­рой сно­ва вспом­нил все про­изо­шед­шее: бла­го­сло­ве­ние, в ко­то­ром он пре­бы­вал, уни­чи­же­ние, по­зо­р и стра­да­ние, в ко­то­рые он впал. Иов сно­ва убеж­да­ет дру­зей в сво­ей не­ви­нов­но­с­ти, при­чем пе­ре­чис­ля­ет до­ста­точ­но по­дроб­но свои до­б­ро­де­те­ли.


Нуж­но ска­зать, что 31-ю гла­ву кни­ги Ио­ва по­лез­но по­чи­тать, что­бы по­смо­т­реть, ка­ко­вы бы­ли вет­хо­за­вет­ные пра­вед­ни­ки – пра­вед­ни­ки до бла­го­да­ти, и се­бя срав­нить: та­ко­вы ли мы, хри­с­ти­а­не?


И на­ко­нец, он вновь вы­ска­зы­ва­ет же­ла­ние, что­бы не из уст сво­их дру­зей слу­шать об­ви­не­ния, но что­бы Бог Сам рас­смо­т­рел его де­ло. И в ка­че­ст­ве до­ка­за­тель­ст­ва ис­крен­но­с­ти он вы­ра­жа­ет го­тов­ность по­не­с­ти про­кля­тие, ес­ли ему дей­ст­ви­тель­но бу­дут предъ­яв­ле­ны ка­кие-то се­рь­ез­ные об­ви­не­ния (Иов. 31:8, 22, 40).


Для то­го, что­бы сде­лать по­сле­ду­ю­щие рас­суж­де­ния бо­лее на­гляд­ны­ми, при­ве­ду ряд вы­дер­жек из ре­чей Ио­ва и его уте­ши­те­лей.


1-й цикл:


Ели­фаз
: «Вспом­ни же, по­ги­бал ли кто не­вин­ный, и где пра­вед­ные бы­ва­ли ис­ко­ре­ня­е­мы?
» (Иов. 4:7).


«Вот, что мы до­зна­ли; так оно и есть: вы­слу­шай это и за­меть для се­бя
» (Иов. 5:27).


Иов
: «К страж­ду­ще­му долж­но быть со­жа­ле­ние от дру­га его, ес­ли толь­ко он не ос­та­вил стра­ха к Все­дер­жи­те­лю
» (Иов. 6:14).


«Так и вы те­перь ни­что: уви­де­ли страш­ное и ис­пу­га­лись. Го­во­рил ли я: дай­те мне, или от до­стат­ка ва­ше­го за­пла­ти­те за ме­ня; и из­бавь­те ме­ня от ру­ки вра­га, и от ру­ки му­чи­те­лей вы­ку­пи­те ме­ня? На­учи­те ме­ня, и я за­мол­чу; ука­жи­те, в чем я по­гре­шил. Как силь­ны сло­ва прав­ды! Но что до­ка­зы­ва­ют об­ли­че­ния ва­ши? Вы при­ду­мы­ва­е­те ре­чи для об­ли­че­ния? На ве­тер пу­с­ка­е­те сло­ва ва­ши. Вы на­па­да­е­те на си­ро­ту и ро­е­те яму дру­гу ва­ше­му
» (Иов. 6:21-27).


«Ес­ли я со­гре­шил, то что я сде­лаю Те­бе, страж че­ло­ве­ков! За­чем Ты по­ста­вил ме­ня про­тив­ни­ком Се­бе, так что я стал са­мо­му се­бе в тя­гость? И за­чем бы не про­стить мне гре­ха и не снять с ме­ня без­за­ко­ния мо­е­го? ибо, вот, я ля­гу в пра­хе; за­в­т­ра по­ищешь ме­ня, и ме­ня нет
» (Иов. 7:20, 21).


Вил­дад
: «дол­го ли ты бу­дешь го­во­рить так? – сло­ва уст тво­их бур­ный ве­тер! Не­уже­ли Бог из­вра­ща­ет суд, и Все­дер­жи­тель пре­вра­ща­ет прав­ду?
» (Иов. 8:2, 3).


Иов – Вил­да­ду
: «прав­да! знаю, что так; но как оп­рав­да­ет­ся че­ло­век пред Бо­гом?
» (Иов. 9:2).


«Ес­ли [дей­ст­во­вать] си­лою, то Он мо­гу­ще­ст­вен; ес­ли су­дом, кто све­дет ме­ня с Ним? Ес­ли я бу­ду оп­рав­ды­вать­ся, то мои же ус­та об­ви­нят ме­ня; [ес­ли] я не­ви­нен, то Он при­зна­ет ме­ня ви­нов­ным
» (Иов. 9:19, 20).


«Ибо Он не че­ло­век, как я, чтоб я мог от­ве­чать Ему и ид­ти вме­с­те с Ним на суд! Нет меж­ду на­ми по­сред­ни­ка, ко­то­рый по­ло­жил бы ру­ку свою на обо­их нас
» (Иов. 9:32-33).


Иов – Со­фа­ру
: «под­лин­но, [толь­ко] вы лю­ди, и с ва­ми ум­рет му­д­рость! И у ме­ня [есть] серд­це, как у вас; не ни­же я вас; и кто не зна­ет то­го же? По­сме­ши­щем стал я для дру­га сво­е­го, я, ко­то­рый взы­вал к Бо­гу, и ко­то­ро­му Он от­ве­чал, по­сме­ши­щем — [че­ло­век] пра­вед­ный, не­по­роч­ный. Так пре­зрен по мыс­лям си­дя­ще­го в по­кое фа­кел, при­го­тов­лен­ный для спо­ты­ка­ю­щих­ся но­га­ми
» (Иов. 12:2-5).


«Вот, все [это] ви­де­ло око мое, слы­ша­ло ухо мое и за­ме­ти­ло для се­бя. Сколь­ко зна­е­те вы, знаю и я: не ни­же я вас. Но я к Все­дер­жи­те­лю хо­тел бы го­во­рить и же­лал бы со­стя­зать­ся с Бо­гом. А вы сплет­чи­ки лжи; все вы бес­по­лез­ные вра­чи. О, ес­ли бы вы толь­ко мол­ча­ли! это бы­ло бы [вме­не­но] вам в му­д­рость. Вы­слу­шай­те же рас­суж­де­ния мои и вник­ни­те в воз­ра­же­ние уст мо­их. Над­ле­жа­ло ли вам ра­ди Бо­га го­во­рить не­прав­ду и для Не­го го­во­рить ложь? Над­ле­жа­ло ли вам быть ли­це­при­ят­ны­ми к Не­му и за Бо­га так пре­пи­рать­ся? Хо­ро­шо ли бу­дет, ког­да Он ис­пы­та­ет вас? Об­ма­не­те ли Его, как об­ма­ны­ва­ют че­ло­ве­ка? Стро­го на­ка­жет Он вас, хо­тя вы и скрыт­но ли­це­ме­ри­те
» (Иов 13:1-10).


2-й цикл:


Ели­фаз
: «Те­бя об­ви­ня­ют ус­та твои, а не я, и твой язык го­во­рит про­тив те­бя
» (Иов.15:6).


Иов
: «слы­шал я мно­го та­ко­го; жал­кие уте­ши­те­ли все вы!
» (Иов.16:2).


«И ны­не вот на не­бе­сах Сви­де­тель мой, и За­ступ­ник мой в вы­шних! Мно­го­ре­чи­вые дру­зья мои! К Бо­гу сле­зит око мое
» (Иов. 16:19-20).


«За­сту­пись, по­ру­чись [Сам] за ме­ня пред Со­бою! ина­че кто по­ру­чит­ся за ме­ня?
» (Иов. 17:3).


Вил­дад
: «ког­да же по­ло­жи­те вы ко­нец та­ким ре­чам? об­ду­май­те, и по­том бу­дем го­во­рить. За­чем счи­тать­ся нам за жи­вот­ных и быть уни­жен­ны­ми в соб­ст­вен­ных гла­зах ва­ших? [О ты], раз­ди­ра­ю­щий ду­шу твою в гне­ве тво­ем! Не­уже­ли для те­бя опу­с­теть зем­ле, и ска­ле сдви­нуть­ся с ме­с­та сво­е­го?
» (Иов. 18:2-4) (по-славянски это место звучит не менее резко: «Что бо аще ты ум­ре­ши, не на­се­лен­на ли бу­дет под­не­бес­ная?
»).


Иов
: «до­ко­ле бу­де­те му­чить ду­шу мою и тер­зать ме­ня ре­ча­ми? Вот, уже раз де­сять вы сра­ми­ли ме­ня и не сты­ди­тесь тес­нить ме­ня
» (Иов. 19:2, 3).


«По­ми­луй­те ме­ня, по­ми­луй­те ме­ня вы, дру­зья мои, ибо ру­ка Бо­жия кос­ну­лась ме­ня. За­чем и вы пре­сле­ду­е­те ме­ня, как Бог, и пло­тью мо­ею не мо­же­те на­сы­тить­ся? О, ес­ли бы за­пи­са­ны бы­ли сло­ва мои! Ес­ли бы на­чер­та­ны бы­ли они в кни­ге рез­цом же­лез­ным с оло­вом, – на веч­ное вре­мя на кам­не вы­ре­за­ны бы­ли! А я знаю, Ис­ку­пи­тель мой жив, и Он в по­след­ний день вос­ста­вит из пра­ха рас­па­да­ю­щу­ю­ся ко­жу мою сию, и я во пло­ти мо­ей уз­рю Бо­га. Я уз­рю Его сам; мои гла­за, не гла­за дру­го­го, уви­дят Его. Ис­та­е­ва­ет серд­це мое в гру­ди мо­ей! Вам над­ле­жа­ло бы ска­зать: за­чем мы пре­сле­ду­ем его? Как буд­то ко­рень зла най­ден во мне. Убой­тесь ме­ча, ибо меч есть от­мсти­тель не­прав­ды, и знай­те, что есть суд
» (Иов. 19:21-29).


Со­фар
: «раз­мы­ш­ле­ния мои по­буж­да­ют ме­ня от­ве­чать, и я по­спе­шаю вы­ра­зить их
» (Иов. 20:2).


«Разве не знаешь ты, что от века,
– с того времени, как поставлен человек на земле,
– веселье беззаконных кратковременно, и радость лицемера мгновенна? Хотя бы возросло до небес величие его, и голова его касалась облаков,
– как по­мет его, наве­ки про­па­да­ет он; ви­дев­шие его ска­жут: где он?
» (Иов. 20:4–7).


Иов
: «вы­слу­шай­те вни­ма­тель­но речь мою, и это бу­дет мне уте­ше­ни­ем от вас
» (Иов. 21:2).


«Ча­с­то ли уга­са­ет све­тиль­ник у без­за­кон­ных, и на­хо­дит на них бе­да, и Он да­ет им в удел стра­да­ния во гне­ве Сво­ем? Они долж­ны быть, как со­ло­мин­ка пред ве­т­ром и как пле­ва, уно­си­мая ви­х­рем. [Ска­жешь]: Бог бе­ре­жет для де­тей его не­сча­с­тье его. – Пусть воз­даст Он ему са­мо­му, что­бы он это знал. Пусть его гла­за уви­дят не­сча­с­тье его, и пусть он сам пьет от гне­ва Все­дер­жи­те­ле­ва. Ибо ка­кая ему за­бо­та до до­ма сво­е­го по­сле не­го, ког­да чис­ло ме­ся­цев его кон­чит­ся? Но Бо­га ли учить му­д­ро­с­ти, ког­да Он су­дит и гор­них?
» (Иов. 21:17–22).


3-й цикл


Ели­фаз
: «раз­ве мо­жет че­ло­век до­став­лять поль­зу Бо­гу? Ра­зум­ный до­став­ля­ет поль­зу се­бе са­мо­му. Что за удо­воль­ст­вие Все­дер­жи­те­лю, что ты пра­ве­ден? И бу­дет ли Ему вы­го­да от то­го, что ты со­дер­жишь пу­ти твои в не­по­роч­но­с­ти? Не­уже­ли Он, бо­ясь те­бя, всту­пит с то­бою в со­стя­за­ние, пой­дет су­дить­ся с то­бою?
» (Иов. 22:2-4).


«Вер­но, зло­ба твоя ве­ли­ка, и без­за­ко­ни­ям тво­им нет кон­ца. Вер­но, ты брал за­ло­ги от бра­ть­ев тво­их ни за что и с по­лу­на­гих сни­мал одеж­ду. Утом­лен­но­му жаж­дою не по­да­вал во­ды на­пить­ся и го­лод­но­му от­ка­зы­вал в хле­бе; а че­ло­ве­ку силь­но­му ты [да­вал] зем­лю, и са­но­ви­тый се­лил­ся на ней. Вдов ты от­сы­лал ни с чем и си­рот ос­тав­лял с пу­с­ты­ми ру­ка­ми
» (Иов. 22:5-9).


«По­мо­лишь­ся Ему, и Он ус­лы­шит те­бя, и ты ис­пол­нишь обе­ты твои
» (Иов. 22:27)


Иов – Вил­да­ду
: «как ты по­мог бес­силь­но­му, под­дер­жал мыш­цу не­мощ­но­го!
» (Иов. 26:2) (слав: «Ко­му хо­ще­ши по­мо­га­ти, не Се­му ли, Его­же мно­га кре­пость?
»).


«Он рас­про­с­тер се­вер над пу­с­то­тою, по­ве­сил зем­лю ни на чем
» (Иов. 26:7).



20.3. Речь Ели­уя

После прекращения диалога Иова с друзьями вдруг появляется еще один собеседник – юноша по име­ни Ели­уй, сын Ва­ра­хи­и­лов. Его пре­ды­ду­щее мол­ча­ние (и как бы от­сут­ст­вие) объ­яс­ня­ет­ся в кни­ге тем, что он слу­шал тех, кто стар­ше его ле­та­ми (Иов. 32:4).


Однако ког­да дру­зья Ио­ва умол­к­ли, он об­ви­ня­ет их в не­спо­соб­но­с­ти спра­вить­ся с Ио­вом (Иов. 32:6–19), а его самого – в гор­до­с­ти, са­мо­мне­нии, ко­то­рые его до­ве­ли до та­ких не­сча­с­тий. Ели­уй говорит, что все на­ка­за­ния и не­сча­с­тья, ко­то­рые случаются с нами, Гос­подь по­сы­ла­ет, во-первых, для пре­ду­преж­де­ния ка­ких-то пре­ступ­ле­ний, для пре­до­хра­не­ния че­ло­ве­ка от впа­де­ния в гре­хи. Во-вто­рых, – для то­го, что­бы очи­с­тить ду­шу пра­вед­ни­ка. Для Ели­уя то­же оче­вид­но, что на­ка­за­ние бед­ст­ви­я­ми есть сви­де­тель­ст­во ка­кой-то не­чи­с­то­ты в человеке, ко­то­рую долж­но очи­с­тить. Бо­лее то­го, Ели­уй по­вто­ря­ет мысль Ели­фа­за о том, что и соб­ст­вен­но пра­вед­ность или не­че­с­тие лю­дей, в об­щем-то, к Бо­гу боль­шо­го от­но­ше­ния не име­ют. Бо­гу нет де­ла до то­го, пра­вед­ный че­ло­век или не­пра­вед­ный: «Ес­ли ты гре­шишь, что де­ла­ешь ты Ему? и ес­ли пре­ступ­ле­ния твои ум­но­жа­ют­ся, что при­чи­ня­ешь ты Ему? Ес­ли ты пра­ве­ден, что да­ешь Ему? или что по­лу­ча­ет Он от ру­ки тво­ей? Не­че­с­тие твое от­но­сит­ся к че­ло­ве­ку, как ты, и пра­вед­ность твоя к сы­ну че­ло­ве­че­с­ко­му»
(Иов. 35:6-8). Че­ло­век сам по­жи­на­ет пло­ды своих дел: ес­ли он греш­ник, то сам раз­ру­ша­ет свою жизнь, ес­ли он пра­вед­ник, то по­жи­на­ет пло­ды сво­е­го бла­го­че­с­тия; слиш­ком мел­ко для Бо­га пе­ре­жи­вать из-за каж­до­го че­ло­ве­ка.


И в за­клю­че­ние Ели­уй го­во­рит, что и Ио­ва Бог го­тов был бы спа­с­ти, ес­ли бы толь­ко он сам се­бя не оп­рав­ды­вал и не во­пи­ял о сво­ей пра­вед­но­с­ти, ибо в та­ком слу­чае он сам се­бя ли­ша­ет воз­мож­но­с­ти по­лу­че­ния спа­се­ния.


Ис­ти­на Ели­уя – те­о­ре­ти­че­с­кая [28, с. 9]. Она ма­ло под­хо­дит к дан­ной кон­крет­ной си­ту­а­ции. Его речь интерпретируется различно. На­при­мер, свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст счи­та­ет Ели­уя про­сто без­бож­ни­ком, и го­во­рит, что и дру­зья Ио­ва то­же по­ня­ли это, по­это­му ни­кто ему не от­ве­ча­ет: «И еще в пя­тый раз на­чи­та­ет го­во­рить Ели­уй, и ни Иов, ни трое дру­зей не слу­ша­ют его, как без­бож­ни­ка, из че­го от­кры­ва­ет­ся, что эти трое об­ра­зу­ми­лись» [29, т. 6, с. 670]. Дру­гие тол­ко­ва­те­ли полагают, что он, на­обо­рот, бо­лее ос­мыс­лен­но го­во­рил к Ио­ву, поскольку он не на­ста­и­вал на том, что стра­да­ние есть толь­ко на­ка­за­ние за грех, но раз­ви­вал мысль об очи­с­ти­тель­ном дей­ст­вии стра­да­ния [69, т. 4, с. 17]. И по­это­му, ког­да в кон­це Бог осуж­да­ет трех дру­зей Ио­ва, то про Ели­уя Он ниче­го не го­во­рит.


Наличие этого обстоятельства (как и того, что Елиуй не заявлен в самом начале книги) позволяет со­вре­мен­ной кри­ти­ке утверждать, что речь Елиуя (Иов. 32 – 37 глл.) – это по­зд­няя встав­ка [91, ч. 2, 207]. Не вдаваясь в дискуссию по этому вопросу, заметим, что даже если допустить справедливость этой идеи, то она ни­чуть не ума­ля­ет зна­че­ния это­го тек­с­та, по­сколь­ку да­ет пол­но­ту ар­гу­мен­там дру­зей Ио­ва; боль­ше до­ба­вить уже не­че­го.



20.4. От­вет Бо­га Ио­ву

На речь Ели­уя от­ве­та нет. Но про­ис­хо­дит нечто су­ще­ст­вен­но бо­лее важ­ное: из бу­ри раз­да­ет­ся го­лос Бо­жий, ко­то­рый об­ра­ща­ет­ся к Ио­ву. В че­ты­рех по­след­них гла­вах, с 38 по 42, со­дер­жит­ся про­ст­ран­ная речь Гос­по­да, ко­то­рая пре­ры­ва­ет­ся крат­ки­ми реп­ли­ка­ми Ио­ва. Пер­вая часть ее ис­пол­не­на ри­то­ри­че­с­ки­ми во­про­са­ми, на ко­то­рые Бог не тре­бу­ет от­ве­та, от­ве­чая Сам: «где был ты, ког­да Я по­ла­гал ос­но­ва­ния зем­ли? Ска­жи, ес­ли зна­ешь. Кто по­ло­жил ме­ру ей, ес­ли зна­ешь?
» (Иов. 38:4–5). Он по­ка­зы­ва­ет, что ве­ли­чие тво­ре­ния и ве­ли­чие Его пре­вос­хо­дят вся­кую ме­ру зна­ния и по­ни­ма­ния Ио­ва. Но в пер­вой ре­чи обо­зре­ние тво­ре­ний Бо­жи­их ог­ра­ни­чи­ва­ет­ся дву­мя уров­ня­ми: не­жи­вой при­ро­дой и при­ро­дой жи­вой на уров­не рас­те­ний и жи­вот­ных.


Иов в от­вет на эти сло­ва при­зна­ет не­вер­ность сво­их суж­де­ний о дей­ст­ви­ях Бо­га (Иов. 39:34–35). В по­ле­ми­ке с дру­зь­я­ми Иов до­ка­зы­вал, что они те­о­ре­ти­зи­ру­ют хо­ро­шо, но сам он мно­го раз ви­дел, как пра­вед­ни­ки бед­ст­ву­ют, а греш­ни­ки бла­го­ден­ст­ву­ют (Иов. 21:7–25). Он го­во­рил: спро­си­те у пу­те­ше­ст­вен­ни­ков, и они вам ска­жут, что они ви­де­ли мно­же­ст­во без­за­кон­ных лю­дей, ко­то­рые пре­бы­ва­ют у вла­с­ти и уг­не­та­ют пра­вед­ни­ков, и да­же за­явил, что Бог не на­ка­зы­ва­ет греш­ни­ков, и поз­во­ля­ет им и де­тям их бла­го­ден­ст­во­вать. Ка­жет­ся, в пы­лу спо­ра он по­го­ря­чил­ся. И Иов от­ре­ка­ет­ся от сво­их слов и го­во­рит: «вот, я ни­что­жен; что бу­ду я от­ве­чать Те­бе? Ру­ку мою по­ла­гаю на ус­та мои. Од­наж­ды я го­во­рил,
– те­перь от­ве­чать не бу­ду, да­же дваж­ды, но бо­лее не бу­ду»
(Иов. 39:34-35).


За­тем сле­ду­ет еще од­на речь Бо­га, в ко­то­рой Он го­во­рит Ио­ву о двух тва­рях: бе­ге­мо­те и ле­ви­а­фа­не (Иов. 40 – 41 глл.). Опи­сав их, Гос­подь пред­ла­га­ет Ио­ву сра­зить­ся с ни­ми, спра­ши­вая, есть ли у не­го до­ста­точ­но си­лы и ис­кус­ст­ва для то­го, что­бы по­бе­дить. На что Иов отвечает так: «знаю, что Ты все мо­жешь, и что на­ме­ре­ние Твое не мо­жет быть ос­та­нов­ле­но. Кто сей, ом­ра­ча­ю­щий Про­ви­де­ние, ни­че­го не ра­зу­мея? – Так, я го­во­рил о том, че­го не ра­зу­мел, о де­лах чуд­ных для ме­ня, ко­то­рых я не знал. Вы­слу­шай, взы­вал я, и я бу­ду го­во­рить, и что бу­ду спра­ши­вать у Те­бя, объ­яс­ни мне. Я слы­шал о Те­бе слу­хом уха; те­перь же мои гла­за ви­дят Те­бя; по­это­му я от­ре­ка­юсь и рас­ка­и­ва­юсь в пра­хе и пеп­ле»
(Иов. 42:2–6). По­сле че­го Гос­подь го­во­рит Ио­ву о том, что он оп­рав­дан, и о том, что­бы он при­нес жерт­ву во ис­куп­ле­ние гре­ха дру­зей сво­их, ко­то­рые не так вер­но го­во­ри­ли о Нем (Иов. 42:7). После молитвы Иова о друзьях Бог возвращает ему утраченное. Исчезает проказа, он по­лу­ча­ет вдвое боль­ше ско­та и вся­ких бо­гатств по срав­не­нию с тем, сколь­ко он имел преж­де, но та­кое же ко­ли­че­ст­во де­тей, сколько было вначале (Иов. 42:12–15).



20.5. Смысл стра­да­ний Ио­ва

Нет сомнения в том, что долготерпение Иова являет для нас великий образец для подражания. Об этом говорит св. апостол Иаков (Иак. 5:11) и святые отцы (см., напр. [29, т. 12, с. 1005 – 1007]. Но тем не менее мы по­ка не по­лу­чи­ли от­вет на то, что же это за си­ту­а­ция, ког­да двое спо­рят, а тре­тий стра­да­ет. По­ка не сов­сем по­нят­но, в чем же не­пра­вы дру­зья, ко­то­рые го­во­рят о том, что греш­ник не­сет на­ка­за­ние, а пра­вед­ник бла­го­ден­ст­ву­ет, в чем, соб­ст­вен­но, прав, и прав ли Иов, ко­то­рый об­ви­нял Бо­га в том, что Тот доз­во­ля­ет бла­го­ден­ст­во­вать греш­ни­кам, а праведникам безвинно страдать. Бо­лее то­го, не сов­сем по­нят­но да­же, что же это за от­вет та­кой? Ка­жет­ся, что Бог яв­ля­ет­ся Ио­ву, ни­как на его во­про­сы не от­ве­ча­ет, а про­сто де­мон­ст­ри­ру­ет Свою мощь. Иов ви­дит эту мощь, по­ни­ма­ет, что де­вать­ся ему не­ку­да, ка­ет­ся, сми­ря­ет­ся. И на­сту­па­ет та­кой стран­ный и не­под­го­тов­лен­ный сча­ст­ли­вый ко­нец.


Да­вай­те по­про­бу­ем ра­зо­брать­ся. Что­бы ре­шить, с че­го на­чать, по­смо­т­рим бо­го­слу­жеб­ные тек­с­ты. В качестве основы для анализа возьмем сти­хи­ру из служ­бы Ио­ву Мно­го­ст­ра­даль­но­му: «Мно­го­ст­ра­даль­на­го, вер­нии, вос­хва­лим Ио­ва, иже преж­де за­ко­на пра­вед­ни­ка
, и преж­де про­ро­ков про­ро­ка
, вне ро­да и за­ве­та Ав­ра­а­мо­ва ве­ру Ав­ра­ам­лю до­б­ре со­хрань­ша­го
, стра­дань­ми сво­и­ми стра­с­ти Хри­с­то­вы предъ­и­зо­б­ра­зив­ша­го
, и ны­не в вы­шних се­ле­ни­их со Хри­с­том цар­ст­ву­ю­ща­го и мо­ля­ща­го­ся о ду­шах на­ших»[33]
. Вос­поль­зу­ем­ся этой сти­хи­рой в ка­че­ст­ве клю­ча.


В том, что Иов – праведник, сомнений не возникает. Далее Иов назван про­роком, тем, ко­му и че­рез ко­го от­кры­ва­ет­ся во­ля Бо­жия. Пе­ред раз­ру­ше­ни­ем Со­до­ма Гос­подь го­во­рит: «утаю ли Я от Ав­ра­а­ма, что хо­чу де­лать!
» (Быт. 18:17). «Ибо Гос­подь Бог ни­че­го не де­ла­ет, не от­крыв Сво­ей тай­ны ра­бам Сво­им, про­ро­кам
» (Ам. 3:7). Иов – ис­тин­ный раб Бо­жий, «ко­то­рый взы­вал к Бо­гу, и ко­то­ро­му Он от­ве­чал
» (Иов. 12:4), и вдруг он ви­дит, что Бог де­ла­ет что-то та­кое, что Ио­ву со­вер­шен­но не­по­нят­но. Иов го­тов, в кон­це кон­цов, при­нять стра­да­ния, но он про­сит, что­бы ему Бог объ­яс­нил, по­че­му так, ка­кой в этом смысл? Имен­но это, а не ни­ще­та и про­ка­за, яв­ля­ет­ся для не­го глав­ным и са­мым страш­ным ис­точ­ни­ком стра­да­ния.


В сво­их ре­чах Иов все вре­мя пе­ре­хо­дит от по­ле­ми­ки с дру­зь­я­ми к го­ря­чей моль­бе, об­ра­щен­ной к Бо­гу. «Раз­ве к че­ло­ве­ку речь моя? как же мне и не ма­ло­ду­ше­ст­во­вать?
» (Иов. 21:4). Не так это у его оп­по­нен­тов.


По­смо­т­рим на их ре­чи. Бог у них пред­став­ля­ет­ся как Все­мо­гу­щий и как Спра­вед­ли­вый, не бо­лее то­го. При­чем мы ни­где не най­дем лич­но­го об­ра­ще­ния к Бо­гу – они все­гда го­во­рят о Бо­ге в тре­ть­ем ли­це: «Он». Ми­ло­сер­дие Бо­жие, оче­вид­ное для Ио­ва, для них поч­ти ни­че­го не зна­чит. В отличии от Ио­ва, Бог для его друзей есть толь­ко транс­цен­дент­ная ре­аль­ность, аб­со­лют, ко­то­рый де­ла­ет что хо­чет, ког­да хо­чет, и для че­ло­ве­ка его пу­ти со­вер­шен­но не­по­зна­ва­е­мы.


В рас­суж­де­ни­ях дру­зей Бог вы­сту­па­ет фактически не­ким ме­ха­низ­мом, ко­то­рый осу­ще­ств­ля­ет спра­вед­ли­вость, не­взи­рая ни на ли­ца, ни на что. Со­гре­шил – бу­дешь на­ка­зан, сде­лал до­б­рое де­ло – бу­дешь бла­го­сло­вен. Ни­ка­ких лич­ных мо­ти­вов у Бо­га нет. Бог со­вер­шен­но не­по­зна­ва­е­м, но действует по оп­ре­де­лен­ным за­ко­нам. И дру­зья Иова да­же го­то­вы при­знать, что Он во­об­ще вы­ше по­ня­тий до­б­ра и зла: «что Бо­гу поль­зы от тво­ей пра­вед­но­с­ти?».


Исходя из этих представлений, их рассуждения выглядят довольно резонно. Они как бы го­во­рят Иову: «ну за­чем, что ты во­ю­ешь с ве­т­ря­ной мель­ни­цей? За­чем те­бе су­дить­ся с Бо­гом? За­чем те­бе по­зна­вать Его дей­ст­вия? Вот есть та­кие пра­ви­ла, под­чи­нись им, те­бе бу­дет хо­ро­шо, и жи­ви как хо­чешь. Бог сам по се­бе, ты сам по се­бе, всем хо­ро­шо. Бог луч­ше те­бя зна­ет, как и что де­лать. От тво­их про­те­с­тов ни­че­го в ми­ре не пе­ре­ме­нит­ся, но те­бе бу­дет толь­ко ху­же». Они пред­ла­га­ют Ио­ву до­б­ро­воль­но при­нять сло­жив­шу­ю­ся си­ту­а­цию.


Бо­лее то­го, фак­ти­че­с­ки они пред­ла­га­ют Ио­ву с Бо­гом ни­ка­ких особенно близких от­но­ше­ний не иметь. То есть ве­ра и ре­ли­гия дру­зей – это ре­ли­гия внеш­не­го ав­то­ри­те­та, она для пад­ше­го че­ло­ве­ка очень удоб­на, по­то­му что она не на­кла­ды­ва­ет на не­го ни­ка­кой лич­ной от­вет­ст­вен­но­с­ти [42, с. 128]. Вот есть та­кие пра­ви­ла, я по ним жи­ву, и все. Я все, что по­ло­же­но от ме­ня Бо­гу, сде­лал, и Бог то­же, что мне по­ло­же­но, мне в от­вет да­ет. Мы кви­ты. Ни­ка­кой люб­ви тут не тре­бу­ет­ся, ни­ка­ко­го дерз­но­ве­ния, ни­ка­кой друж­бы с Бо­гом. Та­кое вот ав­то­ма­ти­че­с­кое бла­го­че­с­тие.


Однако Иов – про­рок. Он зна­ет Бо­га и не мо­жет при­нять тот лож­ный об­раз, ко­то­рый пред­ла­га­ют ему дру­зья. Имен­но его он ху­лит, а во­все не Бо­га, как мо­жет по­ка­зать­ся сна­ча­ла. И это – по­двиг ве­ры. В од­ной про­по­ве­ди ар­хи­ман­д­ри­та Та­в­ри­о­на (Ба­тоз­ско­го) есть та­кие сло­ва: «По­че­му у лю­дей бы­ва­ет не­ве­рие? А по­то­му, что они сво­е­го бо­га вы­ду­мы­ва­ют. Ни­кто сво­им умом не из­ме­ряй Бо­га!» [13, с. 198].


По сло­ву свя­ти­те­ля Ва­си­лия Ве­ли­ко­го, при­ня­тие лож­но­го об­ра­за есть идо­ло­по­клон­ст­во: «ибо идол есть так­же и вся­кое на­пе­чат­ле­ва­е­мое в ду­ше пред­став­ле­ние по­ни­ма­е­мо­го лож­но – о Бо­ге ли то, или о чем-ни­будь по­зна­ва­е­мом. И до­ко­ле не ура­зу­ме­ва­ют­ся дей­ст­вия или яв­ле­ния ис­ти­ны, до­то­ле каж­дый чтит соб­ст­вен­ные свои ку­ми­ры. … По­че­му и те, ко­то­рые име­ют в се­бе лож­ные по­ня­тия о Бо­ге, идо­ло­тво­ря в се­бе ка­кое-то мыс­лен­ное идо­ло­слу­же­ние, не­су­ще­ст­ву­ю­щее по­чи­та­ют су­ще­ст­ву­ю­щим, и они де­ла­ют­ся по­вин­ны­ми клят­ве: про­клят, кто сде­ла­ет из­ва­ян­ный или ли­тый ку­мир, мер­зость пред Гос­по­дом, про­из­ве­де­ние рук ху­дож­ни­ка, и по­ста­вит его в тай­ном ме­с­те!
(Втор. 27:15)» [12, ч. 2, с. 104 – 105].


Та­ким об­ра­зом, «Иов вос­ста­ет про­тив лжи­во­го по­до­бия ис­тин­но­го Бо­га, про­тив ис­ка­же­ния Его цар­ст­вен­но­с­ти, пре­лом­лен­ной в гос­под­ст­ве кня­зя ми­ра се­го, про­тив этой глум­ли­вой ка­ри­ка­ту­ры: пра­вед­ный от­ка­зы­вал­ся при­знать в ней Ли­цо То­го Гос­по­да, Ко­то­ро­го жаж­дал уви­деть» [47, с. 589 – 590].


Под­твер­дить эту мысль мож­но сле­ду­ю­щим спо­со­бом. В ис­то­рии Ио­ва мож­но увидеть па­рал­лель ис­ку­ше­ни­ям Хри­с­та в пу­с­ты­не [ср. 42, с. 109 – 114].


Пер­вое ис­ку­ше­ние бы­ло са­мое гру­бое – ког­да у Ио­ва от­ня­то все иму­ще­ст­во. Он бла­го­сло­вил Бо­га, не смотря на потерю материальных благ.


Вто­рое ис­ку­ше­ние за­клю­ча­ет­ся не в по­те­ре здо­ро­вья, но в сло­вах же­ны, пред­ла­гав­шей по­ху­лить Бо­га, ис­ку­сить Его, дей­ст­ви­тель­но ли Иов Ему до­рог? «И здесь на­пос­ле­док (ди­а­вол) при­во­дит к пра­вед­ни­ку же­ну, как силь­ней­шее из пред­при­ня­тых средств… Что­бы яс­нее ви­деть осад­ное ору­дие, под­ве­ден­ное к этой не­со­кру­ши­мой сте­не, вы­слу­ша­ем са­мые сло­ва» [29, т. 12, кн. 3, с. 1034, 1038]. Но Иов от­ка­зы­ва­ет­ся ис­ку­шать Твор­ца.


Ес­ли про­дол­жать со­по­с­тав­ле­ние, то в тре­ть­ем ис­ку­ше­нии Ио­ву долж­но быть пред­ло­же­но по­кло­нить­ся ди­а­во­лу, при­знать его власть и тем об­ре­с­ти бла­го­по­лу­чие. Но имен­но это и пред­ла­га­ют дру­зья. Ведь стра­да­ния Ио­ва – де­ло рук са­та­ны. Сле­до­ва­тель­но, при­знать спра­вед­ли­вость про­ис­хо­дя­ще­го – это зна­чит при­знать его власть, по­кло­нить­ся ему. Так же, как са­та­на пред­ла­гал во вре­мя ис­ку­ше­ний Спа­си­те­лю. Про­зре­вая это, Иов го­во­рит Ели­фа­зу: «Бу­дет ли ко­нец ве­т­ре­ным сло­вам? и что по­бу­ди­ло те­бя так от­ве­чать?
» (Иов. 16:3). Вил­да­ду: «Ко­му ты го­во­рил эти сло­ва, и чей дух ис­хо­дил из те­бя?
» (Иов. 26:4).


По­сле ис­ку­ше­ний Хри­с­та в пу­с­ты­не го­во­рит­ся, что ото­шел от Не­го са­та­на до вре­ме­ни (Лк. 4:13). И на Гол­го­фе слы­шит­ся тот же го­лос ис­ку­си­те­ля: «дру­гих спа­сал, а Се­бя Са­мо­го не мо­жет спа­с­ти. Ес­ли Он Царь Из­ра­и­лев, пусть те­перь сой­дет с кре­с­та, и уве­ру­ем в Не­го»
(Мф. 27:42), – то есть от­каз от Кре­с­та есть то са­мое ис­ку­ше­ние, ко­то­рое пре­тер­пе­ва­ет и Иов то­же, по­то­му что имен­но это ему пред­ла­га­ют дру­зья. Мы с ва­ми уже го­во­ри­ли, что нет дру­го­го пу­ти в Цар­ст­вие Бо­жие, кро­ме Кре­с­та, че­рез ко­то­рый идут все пра­вед­ни­ки и шли все пра­вед­ни­ки и сейчас, и прежде, еще до то­го, как этот Крест был фи­зи­че­с­ки воз­двиг­нут на Гол­го­фе, че­рез со­ст­ра­да­ние Хри­с­ту. И здесь, в слу­чае Ио­ва, мы это ви­дим.


В ре­чах дру­зей Ио­ва нас сра­зу удив­ля­ют же­ст­кость и аг­рес­сия. От­ку­да они про­ис­хо­дят? По-видимому, Иов, ес­ли так мож­но вы­ра­зить­ся, яв­ля­ет­ся исключением, не впи­сы­ва­ю­щим­ся в их строй­ную и удоб­ную ре­ли­гию. А раз так, то ли­бо воз­зре­ния долж­ны быть пе­ре­смо­т­ре­ны, ли­бо факт уп­ра­зд­нен. В этом смыс­ле дру­зья Ио­ва так­же яв­ля­ют­ся пред­те­ча­ми фа­ри­се­ев, ко­то­рые на сло­ва: «Кто ме­ня ис­це­лил
, Тот мне ска­зал: возь­ми по­стель твою и хо­ди
» (Ин. 5:11), от­ве­ча­ли : «кто Тот Че­ло­век, Ко­то­рый ска­зал
те­бе: возь­ми по­стель твою и хо­ди?
» (Ин. 5:12), а так­же ус­т­ро­и­ли це­лое след­ст­вие с це­лью до­ка­зать, что Ии­сус не ис­це­лял сле­по­рож­ден­но­го: «воз­дай сла­ву Бо­гу; мы зна­ем, что Че­ло­век Тот
– греш­ник
» (Ин. 9:24).


Третий вы­де­лен­ный на­ми пункт – ве­ра Ав­ра­мо­ва. Го­во­ря в свое вре­мя об Ав­ра­а­ме, мы вы­яс­ни­ли, что его ве­ра бы­ла не толь­ко все­це­лым до­ве­ри­ем, но и име­ла впол­не оп­ре­де­лен­ное со­дер­жа­ние. Это бы­ла ве­ра в Бо­га во­пло­тив­ше­го­ся, рас­пя­то­го и вос­крес­ше­го. Иов со­блюл именно «ве­ру Ав­ра­а­ма». В его ре­чах мы ви­дим не­сколь­ко вы­ра­же­ний, ко­то­рые мо­гут нам это под­твер­дить. «Нет меж­ду на­ми по­сред­ни­ка, ко­то­рый по­ло­жил бы ру­ку свою на обо­их нас»
(Иов. 9:33). «И ны­не вот на не­бе­сах Сви­де­тель мой, и За­ступ­ник мой в вы­шних!
» (Иов. 16:19); «За­сту­пись, по­ру­чись Сам за ме­ня пред Со­бою!
» (Иов. 17:3). И за­тем в 19-й гла­ве: «А я знаю, Ис­ку­пи­тель мой жив, и Он в по­след­ний день вос­ста­вит из пра­ха рас­па­да­ю­щу­ю­ся ко­жу мою сию, и я во пло­ти мо­ей уз­рю Бо­га. Я уз­рю Его сам; мои гла­за, не гла­за дру­го­го, уви­дят Его
» (Иов. 19:25-27). Он вос­хо­дит от идеи по­сред­ни­ка к не­об­хо­ди­мо­с­ти ис­ку­пи­те­ля [28, с. 7]. Свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст де­ла­ет из при­ве­ден­ных слов Ио­ва вы­вод: «Сле­до­ва­тель­но, он знал, мне ду­ма­ет­ся, о вос­кре­се­нии те­ла, если не ска­жет кто-ни­будь, что вос­кре­се­ние есть ос­во­бож­де­ние от уг­не­тав­ших его бед­ст­вий» [29, т. 12, кн. 3, с. 1068].


За­бе­гая не­сколь­ко впе­ред, в свя­зи с уче­ни­ем о вос­кре­се­нии мож­но об­ра­тить вни­ма­ние на то, что Бог воз­дал Ио­ву все­го вдвое по срав­не­нию с тем, что у не­го бы­ло, кро­ме де­тей. А де­тей ему дал столь­ко же, сколь­ко бы­ло, что, не­со­мнен­но, то­же го­во­рит о том, что Бог не есть Бог мерт­вых, но Бог жи­вых, по­сколь­ку де­ти Ио­ва, хо­тя и по­гиб­ли, но в вос­кре­се­нии мерт­вых Иов по­лу­чит их всех: и тех, что бы­ли, и тех, что бы­ли ему сно­ва да­ны. Так объ­яс­ня­ет эту по­дроб­ность свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст.


Бы­ли ли ре­чи Ио­ва с са­мо­го на­ча­ла бе­зу­преч­ны? Су­дя по от­ве­ту Бо­га – нет. По­че­му? Иов, как вы по­мни­те, го­во­рит: я при­ни­мал от Бо­га вся­кое бла­го, не­уже­ли зло от Не­го я не при­му? То есть Иов не ви­дит и не зна­ет о на­ме­ре­ни­ях и дей­ст­ви­ях са­та­ны. Как не ви­дят и не зна­ют о них его дру­зья. Те­зис дру­зей о бла­го­по­луч­ном ус­т­ро­е­нии ми­ра Иов ос­па­ри­ва­ет, хо­тя и ос­па­ри­ва­ет его то­же с чи­с­то че­ло­ве­че­с­ких по­зи­ций, по­это­му его ар­гу­мен­та­ция и не за­слу­жи­ва­ет одо­б­ре­ния. Бог не от­ве­ча­ет на во­про­сы Ио­ву по­то­му, что эти во­про­сы по­став­ле­ны в та­кой бе­зы­с­ход­ной, чи­с­то че­ло­ве­че­с­кой пер­спек­ти­ве, в ко­то­рой они и не мо­гут быть раз­ре­ше­ны. Бог зла не тво­рил, Бог смер­ти не тво­рил, это про­ис­хо­дит по не­ко­то­рой дру­гой при­чи­не, и как раз эта при­чи­на от­кры­ва­ет­ся Ио­ву в об­ра­щен­ной к не­му ре­чи Бо­га.


Вспом­ним ту часть ре­чи Гос­по­да, в ко­то­рой Он го­во­рит Ио­ву о бе­ге­мо­те и ле­ви­а­фа­не. Ино­гда в со­вре­мен­ных тол­ко­ва­ни­ях при­во­дит­ся рас­суж­де­ние о том, что это про­сто два страш­ных зве­ря, с ко­то­ры­ми че­ло­век не мо­жет спра­вить­ся, а ес­ли так, то как же он пы­та­ет­ся про­ти­во­стать Бо­гу?


Но здесь есть не­сколь­ко стран­но­с­тей. Пер­вая из них за­клю­ча­ет­ся в том, что о ми­ре жи­вой при­ро­ды бы­ло ска­за­но уже в пер­вой ре­чи и воз­вра­ще­ние к не­му долж­но под­ра­зу­ме­вать ка­кую-то осо­бую при­чи­ну.


Во-вто­рых, здесь го­во­рит­ся: «это верх пу­тей Бо­жи­их, толь­ко Со­тво­рив­ший его мо­жет при­бли­зить к не­му меч Свой
» (Иов. 40:14). Ни­ког­да и ни­где мы в Пи­са­нии не встре­ча­ем то­го, что бе­ге­мот есть верх пу­тей Бо­жи­их, са­мое со­вер­шен­ное тво­ре­ние. За­тем говорится: «Мо­жешь ли ты удою вы­та­щить ле­ви­а­фа­на и ве­рев­кою схва­тить за язык его? вде­нешь ли коль­цо в но­з­д­ри его? про­ко­лешь ли иг­лою че­люсть его? бу­дет ли он мно­го умо­лять те­бя и бу­дет ли го­во­рить с то­бою крот­ко? сде­ла­ет ли он до­го­вор с то­бою, и возь­мешь ли его на­всег­да се­бе в ра­бы? ста­нешь ли за­бав­лять­ся им, как птич­кою, и свя­жешь ли его для де­во­чек тво­их?
<…> Кла­ди на не­го ру­ку твою, и по­мни о борь­бе: впе­ред не бу­дешь. На­деж­да тщет­на: не упа­дешь ли от од­но­го взгля­да его?»
(Иов. 40:20-24, 27; 41:1). Ес­ли ле­ви­а­фан – это про­сто кро­ко­дил, то надо заметить, что на кро­ко­ди­ла до­воль­но ус­пеш­но охо­тят­ся и охо­ти­лись, и от од­но­го взгля­да его не па­да­ют. Даль­ше: «нет столь от­важ­но­го, ко­то­рый ос­ме­лил­ся бы по­тре­во­жить его; кто же мо­жет ус­то­ять пе­ред Мо­им ли­цем? <…> Не умол­чу о чле­нах его, о си­ле и кра­си­вой со­раз­мер­но­с­ти их. <…> От его чи­ха­ния по­ка­зы­ва­ет­ся свет; гла­за у не­го как рес­ни­цы за­ри; из па­с­ти его вы­хо­дят пла­мен­ни­ки, вы­ска­ки­ва­ют ог­нен­ные ис­кры; <…> Ды­ха­ние его рас­ка­ля­ет уг­ли, и из па­с­ти его вы­хо­дит пла­мя. На шее его оби­та­ет си­ла, и пе­ред ним бе­жит ужас. <…> Серд­це его твер­до, как ка­мень, и же­ст­ко, как ниж­ний жер­нов. Ког­да он под­ни­ма­ет­ся, си­ла­чи в стра­хе, сов­сем те­ря­ют­ся от ужа­са. Меч, кос­нув­ший­ся его, не ус­то­ит, <…> Он ки­пя­тит пу­чи­ну, как ко­тел, и мо­ре пре­тво­ря­ет в ки­пя­щую мазь; ос­тав­ля­ет за со­бою све­тя­щу­ю­ся сте­зю; без­дна ка­жет­ся се­ди­ною. Нет на зем­ле по­доб­но­го ему; он со­тво­рен бес­ст­раш­ным; на все вы­со­кое смо­т­рит сме­ло; он царь над все­ми сы­на­ми гор­до­с­ти
» (Иов. 41:2-26).
Слиш­ком громко сказано для бе­ге­мо­та и крокодила.


Следует предположить, что по­ка­зав Ио­ву разумность и пре­крас­ную ус­т­ро­ен­ность все­го тво­ре­ния на при­ме­ре не­о­ду­шев­лен­но­го ма­те­ри­аль­но­го ми­ра и мира жи­вот­ных (хо­тя это уже мир по­сле гре­хо­па­де­ния, по­сле про­кля­тия, и тем не ме­нее он про­дол­жа­ет но­сить от­блеск эдем­ской кра­со­ты), Гос­подь по­ка­зы­ва­ет ему еще и дру­гую об­ласть ми­ро­зда­ния. Ту, где оби­та­ют сво­бод­но-ра­зум­ные су­ще­ст­ва. И по­ка­зы­ва­ет соб­ст­вен­но ис­точ­ник зла. О ле­ви­а­фа­не мож­но най­ти в Пи­са­нии еще дру­гие сло­ва, на­при­мер, у про­ро­ка Иса­ии: «В тот день по­ра­зит Гос­подь ме­чом Сво­им тя­же­лым, и боль­шим и креп­ким, ле­ви­а­фа­на, змея, пря­мо бе­гу­ще­го, и ле­ви­а­фа­на, змея из­ги­ба­ю­ще­го­ся, и убь­ет чу­до­ви­ще мор­ское»
(Ис. 27:1).
То есть ле­ви­а­фан есть «ве­ли­кий дра­кон, древ­ний змий, на­зы­ва­е­мый ди­а­во­лом и са­та­ною, обо­ль­ща­ю­щий всю все­лен­ную
» (Откр. 12:9), не­ког­да ис­ку­сив­ший че­ло­ве­ка и при­вед­ший его к ги­бе­ли.


Свя­той Ан­д­рей, ар­хи­епи­с­коп Ке­са­рий­ский в тол­ко­ва­нии на это ме­с­то Апо­ка­лип­си­са го­во­рит: «У бла­жен­но­го Иу­с­ти­на фи­ло­со­фа и му­че­ни­ка ска­за­но, что по при­ше­ст­вии Хри­с­то­вом и осуж­де­нии в ге­ен­ну стал он еще боль­шим ху­ли­те­лем, хо­тя и ра­нее ху­лил Бо­га, но не так бес­стыд­но. По­се­му ис­тин­но о нем го­во­рит­ся, что по упор­ст­ву во­ли “серд­це его оже­с­те, аки ка­мень
” (Иов 41:15)» [2, с. 96].


В сло­вах: «Сие есть на­ча­ло со­зда­ния Гос­под­ня:со­тво­рен по­ру­ган бы­ти Ан­ге­лы Его
» (Иов. 40:14), свя­ти­тель Ва­си­лий Ве­ли­кий так­же ви­дит ука­за­ние имен­но на ди­а­во­ла [12, ч. 2, с. 116].


И здесь ока­зы­ва­ет­ся, что за­кон смерт­но­го су­ще­ст­во­ва­ния, про­тив ко­то­ро­го опол­ча­ет­ся че­ло­век, по-сво­е­му благ. Он вно­сит оп­ре­де­лен­ный по­ря­док в те но­вые ус­ло­вия жиз­ни ми­ра, ко­то­рые по­яви­лись по­сле гре­хо­па­де­ния. «Тварь по­ко­ри­лась су­е­те не до­б­ро­воль­но, но по во­ле по­ко­рив­ше­го ее
» (Рим. 8:20). Сам са­та­на про­тив во­ли уча­ст­ву­ет в де­ле спа­се­ния че­ло­ве­ка [47, с. 590 – 591]. Но это толь­ко до вре­ме­ни. Сам че­ло­век по­ка бес­си­лен спа­с­тись. По­ка­зав Ио­ву, от­ку­да про­ис­хо­дит стра­да­ние, Гос­подь от­кры­ва­ет ему, что для то­го, что­бы это стра­да­ние по­бе­дить, ма­ло, что на­зы­ва­ет­ся, по­уби­вать всех пло­хих и ос­та­вить толь­ко всех хо­ро­ших. Долж­на быть одер­жа­на по­бе­да над ди­а­во­лом, и эту по­бе­ду одер­жит толь­ко Он Сам на Кре­с­те.


Святитель Ио­анн Зла­то­уст го­во­рит об от­ве­те Бо­га Ио­ву так: «Явив­ший­ся за­тем Гос­подь оп­рав­ды­ва­ет Ио­ва и, на­учая тай­не Хри­с­то­вой, го­во­рит к Ио­ву: Кто сей, скры­ва­яй от Ме­не со­вет, со­дер­жай же гла­го­лы в серд­це?
(38:2)» [29, т. 6, кн. 2, с. 670].


Я уже при­во­дил вам сло­ва, ко­то­ры­ми Иов от­ре­а­ги­ро­вал на вто­рую речь Бо­га: «Я слы­шал о Те­бе слу­хом уха; те­перь же мои гла­за ви­дят Те­бя; по­это­му я от­ре­ка­юсь и рас­ка­и­ва­юсь в пра­хе и пеп­ле» (Иов. 42:5-6). Что он уви­дел? Как и в слу­чае Ав­ра­а­ма, в опы­те стра­да­ния Иов сде­лал­ся со­уча­ст­ни­ком тай­ны Хри­с­то­вой. И это бы­ло для не­го го­раз­до боль­шей на­гра­дой, чем воз­вра­тив­ше­е­ся ма­те­ри­аль­ное бла­го­по­лу­чие. Он с ли­ко­ва­ни­ем и сми­ре­ни­ем от­ре­ка­ет­ся, по­то­му что все его вы­ступ­ле­ния ока­зы­ва­ют­ся бе­зу­ми­ем пе­ред ли­цом Кре­с­та Хри­с­то­ва.


Весь­ма ха­рак­тер­но в этом от­но­ше­нии и то, что в пра­зд­ник Рож­де­ст­ва Хри­с­то­ва и Па­с­хи (точ­нее, в Ве­ли­кую Суб­бо­ту) мы на­чи­на­ем чте­ние па­ре­мий с пер­вой гла­вы кни­ги Бы­тия, с по­ве­ст­во­ва­ния о со­тво­ре­нии ми­ра, ко­то­рым от­кры­ва­ет­ся и речь Гос­по­да к Ио­ву.


И на­ко­нец, тре­тье объ­яс­не­ние смыс­ла страданий Иова, ко­то­рое да­ет нам взя­тая в ка­че­ст­ве клю­ча сти­хи­ра. Иов в се­бе са­мом про­ро­че­с­ки изо­б­ра­зил стра­да­ния Спа­си­те­ля. Ис­то­рия Ио­ва ус­т­ро­е­на сов­сем не­слу­чай­ным об­ра­зом. Про­дол­жая со­по­с­тав­ле­ние с Ав­ра­а­мом, вспом­ним, что жерт­во­при­но­ше­ние, в ко­то­ром он по­знал тай­ну Хри­с­то­ву, бы­ло про­об­ра­зом кре­ст­ных стра­да­ний Спа­си­те­ля. Про­об­раз, со всей оче­вид­но­с­тью, мож­но уви­деть и в слу­чае Ио­ва [7, с. 60 – 61]. Пра­вед­ный Иов, как и Хри­с­тос, стра­дал без­вин­но, не за свои гре­хи. В страш­ной бо­лез­ни Иов был ос­тав­лен все­ми, да­же дру­зья пре­не­бре­га­ли им, счи­тая греш­ни­ком, как и Хри­с­тос во вре­мя кре­ст­ных стра­да­ний был ос­тав­лен уче­ни­ка­ми и по­но­сим от вра­гов. Са­мое тяж­кое в стра­да­ни­ях Ио­ва – бо­го­ос­тав­лен­ность. Вопль бо­го­ос­тав­лен­но­с­ти вы­рвал­ся на Кре­с­те и из уст Спа­си­те­ля. По­сле сво­их стра­да­ний Иов как бы вос­крес и воз­не­сен Бо­гом вы­ше преж­не­го сво­е­го со­сто­я­ния. Ио­в яв­ля­ет нам про­об­раз служения Ве­ли­ко­го Пер­во­свя­щен­ни­ка Хри­с­та, по­то­му что он при­но­сит хо­да­тай­ст­вен­ную жерт­ву о про­ще­нии сво­их со­гре­шив­ших дру­зей.


«Ра­зи­ну­ли на ме­ня пасть свою; ру­га­ясь, бьют ме­ня по ще­кам; все сго­во­ри­лись про­тив ме­ня. Пре­дал ме­ня Бог без­за­кон­ни­ку и в ру­ки не­че­с­ти­вым бро­сил ме­ня
», — го­во­рит Иов (Иов. 16:10–11). Это ме­с­то мо­жет быть по­ня­то как про­ро­че­ст­во, по­сколь­ку бук­валь­но та­ких об­сто­я­тельств в кни­ге не опи­са­но [28, с. 6].


«Так пре­зрен по мыс­лям си­дя­ще­го в по­кое фа­кел, при­го­тов­лен­ный для спо­ты­ка­ю­щих­ся но­га­ми

» (Иов. 12:5), – го­во­рит о се­бе пра­вед­ный Иов. Эти сло­ва мог­ли бы стать эпи­гра­фом всей кни­ги, по­сколь­ку его ис­то­рия яв­ля­ет­ся клю­чом к ура­зу­ме­нию тай­ны стра­да­ния. «Вот, мы уб­ла­жа­ем тех, ко­то­рые тер­пе­ли. Вы слы­ша­ли о тер­пе­нии Ио­ва и ви­де­ли ко­нец [оно­го] от Гос­по­да, ибо Гос­подь весь­ма ми­ло­серд и со­ст­ра­да­те­лен
» (Иак. 5:11). Свя­той Ан­д­рей Ке­са­рий­ский го­во­рит: «Они по­бе­ди­ли его Кро­вию Агнца и сло­вом сви­де­тель­ст­ва сво­е­го…
» (Откр. 12:11) – Об­ви­ня­е­мые, го­во­рит, свя­тые и им [ди­а­во­лом] ок­ле­ве­та­е­мые, по­доб­но Ио­ву, пред все­ми людь­ми, в Не­го ве­ру­ю­щи­ми и ему по­ко­ря­ю­щи­ми­ся, по­бе­ди­ли его стра­да­ни­я­ми за Хри­с­та» [2, с. 97].



20.6. Бо­го­слу­жеб­ное упо­треб­ле­ние кни­ги

В день па­мя­ти свя­то­го Ио­ва Мно­го­ст­ра­даль­но­го чи­та­ют­ся па­ре­мии из 1-ой и 2-ой гла­вы.


Чи­та­ет­ся кни­га Ио­ва так­же и на Стра­ст­ной Сед­ми­це, с по­не­дель­ни­ка по пят­ни­цу. В по­не­дель­ник, втор­ник, сре­ду на вечерне чи­та­ют­ся 1 – 2 гла­вы (те же са­мые па­ре­мии, ко­то­рые чи­та­ют­ся в день его па­мя­ти). В Ве­ли­кий Чет­верг чи­та­ет­ся 38-я гла­ва – на­ча­ло от­ве­та Бо­га Ио­ву, а в Ве­ли­кий Пя­ток – са­мый ко­нец, о бла­го­сло­ве­нии по­след­них дней Ио­ва (Иов. 42:12-17). Не­со­мнен­но, здесь так­же вы­ст­ра­и­ва­ет­ся связь со стра­да­ни­я­ми Хри­с­то­вы­ми.



Гла­ва 21. Псал­тирь

В ев­рей­ской Биб­лии Псал­тирь на­зы­ва­ет­ся «Техил­лим», или «Се­фер Те­хил­лим», то есть «Хва­ле­ние», или «Кни­га Хва­ле­ний». По-гре­че­с­ки: «Псал­ти­ри­он» (дергать, натягивать тетиву, бряцать по струнам, играть). Это на­зва­ние древ­не­го струн­но­го ин­ст­ру­мен­та.


По сло­ву свя­ти­те­ля Фи­ла­ре­та Мос­ков­ско­го, Псал­тирь «вме­с­те с уче­ни­ем бла­го­че­с­тия со­дер­жит так­же ука­за­ния на ис­то­рию оно­го, и мно­гие про­ро­че­ст­ва о Хри­с­те Спа­си­те­ле. Она есть пре­вос­ход­ное ру­ко­вод­ст­во к мо­лит­ве и про­слав­ле­нию Бо­га, и по­то­му не­пре­стан­но упо­треб­ля­ет­ся в цер­ков­ном бо­го­слу­же­нии» [84, с. 16]


Псал­тирь, с од­ной сто­ро­ны, изу­чать очень про­сто, по­то­му что она у нас все вре­мя на слу­ху, и это на­и­бо­лее чи­та­е­мая кни­га из все­го Вет­хо­го За­ве­та, не­слу­чай­но она да­же не­ред­ко из­да­ет­ся вме­с­те с Но­вым За­ве­том. С дру­гой сто­ро­ны, по мно­го­об­ра­зию сво­е­го со­дер­жа­ния и по из­ве­ст­ной сво­ей не­упо­ря­до­чен­но­с­ти, она, ко­неч­но, представляет трудность имен­но для си­с­те­ма­ти­че­с­ко­го изу­че­ния в рам­ках крат­ко­го кур­са. Тем более, что наше знание Псалтири часто оставляет желать лучшего. На­при­мер, свя­ти­тель Ген­на­дий Кон­стан­ти­но­поль­ский не ру­ко­по­ла­гал ни­ко­го в пре­сви­те­ры, ес­ли тот не знал всю Псал­тирь на­и­зусть, счи­тая, что че­ло­век еще не го­тов к слу­же­нию. И в Ле­ст­ви­це то­же мы ви­дим, что ког­да игу­мен не стал под­ни­мать эконома по­сле зем­но­го по­кло­на, тот про­сто­ял не­сколь­ко ча­сов и за это вре­мя по па­мя­ти вы­чи­тал про се­бя всю Псал­тирь. Но ес­ли мы это­го не име­ем, то хо­тя бы об­щее пред­став­ле­ние о Псал­ти­ри долж­ны се­бе со­ста­вить.


На­и­боль­шее ко­ли­че­ст­во псал­мов на­пи­са­ны Да­ви­дом. Из них 73 име­ют в ев­рей­ском тек­с­те не­по­сред­ст­вен­ное над­пи­са­ние ав­тор­ст­ва. Еще пят­над­цать име­ют та­кое же над­пи­са­ние в гре­че­с­кой и сла­вян­ской Биб­лии. Кро­ме Да­ви­до­вых, в Псал­тирь во­шли псал­мы: Мо­и­сея – один (89), Со­ло­мо­на – два (71 и 126), Аса­фа-про­зор­лив­ца и его по­том­ков – две­над­цать; Ема­на – один (87), Ефа­ма – один (88), сы­нов Ко­ре­е­вых – один­над­цать, Аг­гея и За­ха­рии – два (137 и 138). В кни­ге Па­ра­ли­по­ме­нон го­во­рит­ся, что во вре­ме­на Езе­кии сла­ви­ли Бо­га «сло­ва­ми Да­ви­да и Аса­фа про­зор­лив­ца» (2 Пар. 29:30).


По­сле кни­ги про­ро­ка Иса­ии Псалтирь яв­ля­ет­ся вто­рой по ча­с­то­те ци­ти­ро­ва­ния в Новом Завете.


Для луч­ше­го ура­зу­ме­ния мы бу­дем при­бе­гать к рус­ско­му пе­ре­во­ду Псал­ти­ри. Однако Синодальный перевод, в силу ощутимых расхождений с церковнославянским, для этой цели не слишком удобен. Гораздо более удачным опы­том та­ко­го пе­ре­во­да сле­ду­ет при­знать «Пе­ре­вод Псал­ти­ри на рус­ский язык с гре­че­с­ко­го тек­с­та 70-и» под ре­дак­ци­ей про­фес­со­ра Юн­ге­ро­ва [93]. Этот пе­ре­вод це­нен тем, что вы­пол­нен с уче­том свя­то­оте­че­с­ко­го тол­ко­ва­ния, а не толь­ко лек­си­ки и грам­ма­ти­ки.


На ос­но­ва­нии это­го тру­да еще бо­лее удач­ный пе­ре­вод, в котором русский текст фонетически сближен со славянским, вы­пол­нен Е.Н. и И.Н. Би­ру­ко­вы­ми [60].



21.1. Раз­де­ле­ние Псал­ти­ри

В на­ча­ле на­до ска­зать о ну­ме­ра­ции псал­мов.


При работе с современными изданиями Библии следует иметь в виду, что нумерация псалмов в Септуагинте отличается от Масоретского текста. Это происходит из-за того, что иногда два псалма, разделенные в еврейском тексте, сливаются вместе в греческом, и наоборот. Так например, 9-й псалом Септуагинты разделяется на 9-й и 10-й в еврейской Библии, а 114-й и 115-й объединяются в один, 116-й. Эти расхождения нужно учитывать при работе с западными изданиями Библии, поскольку они в своей нумерации псалмов следуют еврейскому тексту.


На пер­вый взгляд, Псал­тирь мо­жет по­ка­зать­ся кни­гой, не име­ю­щей ни­ка­кой си­с­те­мы и смыс­ла в по­ряд­ке рас­по­ло­же­ния псал­мов. Од­на­ко это не так. Свя­ти­тель Фи­ла­рет Мос­ков­ский де­ла­ет по это­му по­во­ду сле­ду­ю­щее за­ме­ча­ние: «Вид слу­чай­но­го со­еди­не­ния ча­с­тей слу­жит по­кро­вом тай­ны не толь­ко для Псал­ти­ри в це­лом ее со­ста­ве, но так­же и для ду­ха не­ко­то­рых псал­мов в осо­бен­но­с­ти. Но «несть бо не­ст­ро­е­ния Бог
» (1 Кор. 14:33), и ха­ос не мо­жет быть со­вер­шен­ст­вом Его тво­ре­ния. По­се­му бес­по­ря­док столь же не­до­сто­ин тво­ре­ний Свя­то­го Ду­ха, как и раб­ское ху­до­же­ст­во сло­вес­ное. Итак, в изы­с­ка­нии ду­ха то­го или ино­го псал­ма, ес­ли оно и бе­зу­с­пеш­но, бе­зо­пас­нее при­зна­вать свое не­ве­де­ние и по­треб­ность даль­ней­ше­го ис­сле­до­ва­ния, не­же­ли сме­ше­ние ча­с­тей или не­до­ста­ток един­ст­ва» [85, кн. 1, с. 20].


Новозаветная Церковь для удоб­ст­ва богослужебного упо­треб­ле­ния Псал­тири разделила ее на 20 ка­физм. Но су­ще­ст­ву­ет и дру­гое ­де­ле­ние. С вет­хо­за­вет­ных вре­мен в Псал­ти­ри вы­де­ля­ли пять ча­с­тей, каж­дая из ко­то­рых име­ет ли­тур­ги­че­с­кое окон­ча­ние:


по­сле 40-го псал­ма: «Бла­го­сло­вен Гос­подь Бог Из­ра­и­лев во ве­ки! Да бу­дет так, да бу­дет
» (в привычном нам сла­вян­ском тек­с­те зву­чит: «Бу­ди, бу­ди») – редкий случай, когда переведено еврейское слово «аминь»;


по­сле 71-го псал­ма: «Бла­го­сло­вен Гос­подь Бог Из­ра­и­лев, Еди­ный тво­ря­щий чу­де­са, и бла­го­сло­вен­но слав­ное Имя Его во­ве­ки, и на­пол­нит­ся сла­вою Его вся зем­ля! Да бу­дет, да бу­дет так
»;


по­сле 88-го псал­ма: «Бла­го­сло­вен Гос­подь во ве­ки, да бу­дет, да бу­дет так».


Благословение по­сле 105-го псал­ма поз­во­ля­ет нам лучше по­нять смысл это­го «аминь, аминь». Здесь го­во­рит­ся так: «Бла­го­сло­вен Гос­подь Бог Из­ра­и­лев во все ве­ка! И ска­жет весь на­род: Да бу­дет так, да бу­дет!
». То есть «аминь» – это общий ответ молящихся на возглас благословения. Так же, как это у нас в бо­го­слу­же­нии до сих пор и де­ла­ет­ся.


С точ­ки зре­ния ис­то­рии, ука­зан­ные 5 раз­де­лов по­ка­зы­ва­ют нам эта­пы фор­ми­ро­ва­ния Псал­ти­ри как сбор­ни­ка, ко­то­рый по­сте­пен­но уве­ли­чи­вал­ся в объ­е­ме. На это может указывать, например, 20-й стих 71-го псалма (иногда он фигурирует как надписание 72-го): «Оскудеша песни Давида, сына Иессеева» (Пс. 71:20), то есть закончились песни Давида. Однако и дальше в Псалтири встречаются псалмы с надписанием «шир ле Давид», то есть «псалом (песнь) Давида», что, очевидно, указывает на то, что в определенный момент собрание псалмов ограничивалось 71-м, а впоследствии было расширено.


Од­на­ко та­кое де­ле­ние за­клю­ча­ет в се­бе и ду­хов­ный смысл. Бо­го­дух­но­вен­ность Священного Писания проявляется не толь­ко в содержании каж­до­го кон­крет­но­го сти­ха, но и в струк­ту­ре каж­дой кни­ги.


Со­глас­но свя­ти­те­лю Гри­го­рию Нис­ско­му, в пя­ти раз­де­лах Псалтири пред­став­ле­ны пять сте­пе­ней ду­хов­но­го вос­хож­де­ния, по ко­то­рым, на­чи­ная с от­вра­ще­ния от пу­ти не­че­с­ти­вых, ду­ша, че­рез со­зер­ца­ние раз­лич­ных благ и при­об­ре­те­ние до­б­ро­де­те­лей, воз­во­дит­ся к «пол­но­те и гла­виз­не че­ло­ве­че­с­ко­го спа­се­ния» [17, c. 28]. От слов: «Бла­жен муж, иже не иде на со­вет не­че­с­ти­вых
» (Пс. 1:1) в на­ча­ле, то есть от са­мой ниж­ней сту­пень­ки, с ко­то­рой на­чи­на­ет­ся вос­хож­де­ние, до «Хва­ли­те Бо­га во свя­тых Его, хва­ли­те Его во ут­вер­же­нии си­лы Его <…> Вся­кое ды­ха­ние да хва­лит Гос­по­да
» (Пс. 150:1, 6) в кон­це, изо­б­ра­жа­ю­ще­го ли­ко­ва­ние пре­об­ра­жен­ной тва­ри[34]
.



21.2. Свя­тые От­цы о Псал­ти­ри

Мно­гие свя­тые от­цы от­зы­ва­лись о Псал­ти­ри в пре­вос­ход­ной сте­пе­ни, на­зы­вая ее Пи­са­ни­ем в ми­ни­а­тю­ре. О са­мом на­зва­нии кни­ги свя­ти­тель Ва­си­лий Ве­ли­кий го­во­рил: «Все, как бы в ве­ли­кой и об­щей со­кро­вищ­ни­це, со­бра­но в кни­ге Псал­мов, ко­то­рые из мно­гих му­зы­каль­ных ору­дий Про­рок при­спо­со­бил к так на­зы­ва­е­мо­му псал­ти­рю, да­вая тем, как ка­жет­ся мне, ра­зу­меть, что в нем из­да­ет гла­сы бла­го­дать, по­да­ва­е­мая свы­ше – от Ду­ха; по­то­му что в этом од­ном из му­зы­каль­ных ору­дий при­чи­на зву­ков на­хо­дит­ся ввер­ху. В ци­т­ре и в ли­та­в­ре вни­зу зву­чит медь под смыч­ком; а псал­тирь при­чи­ны гар­мо­ни­че­с­ких ла­дов име­ет ввер­ху, что­бы и мы за­бо­ти­лись ис­кать гор­не­го, и при­ят­но­с­тию пе­ния не ув­ле­ка­лись в плот­ские стра­с­ти. При­том про­ро­че­с­кое сло­во, как ду­маю, глу­бо­ко­мыс­лен­но и пре­му­д­ро са­мым ус­т­рой­ст­вом се­го ору­дия по­ка­за­ло нам, что лю­ди с пре­крас­ною и бла­го­на­с­т­ро­ен­ною ду­шою удоб­но мо­гут вос­хо­дить к гор­не­му» [12, ч. 1, c. 180]. Псал­тирь, по его мне­нию, пре­вос­хо­дит и ду­хо­вые ин­ст­ру­мен­ты, по­сколь­ку, ког­да тру­бишь в тру­бу или иг­ра­ешь на сви­ре­ли, не­воз­мож­но го­во­рить сло­во и про­слав­лять Твор­ца.


Псал­тирь, по сло­вам то­го же свя­ти­те­ля, со­дер­жит в се­бе все по­лез­ное, что со­дер­жит­ся в Пи­са­нии [12, ч. 1, с. 177].


По мне­нию свя­ти­те­ля Афа­на­сия Ве­ли­ко­го, «в этой кни­ге из­ме­ре­ны и опи­са­ны сло­вом вся жизнь че­ло­ве­че­с­кая, и ду­шев­ные рас­по­ло­же­ния, и дви­же­ния по­мыс­лов, и сверх изо­б­ра­жен­но­го в ней ни­че­го бо­лее не оты­щет­ся в че­ло­ве­ке» [5, т. 4, с. 32].


Под­во­дя итог свя­то­оте­че­с­ко­му уче­нию о Псал­ти­ри, проф. П.А.Юн­ге­ров отмечает, что «бо­го­сло­вие святых псал­мо­пев­цев пред­став­ля­ет ту осо­бен­ность, что оно но­сит не столь­ко рас­су­доч­ный, сколь­ко сер­деч­ный ха­рак­тер. Псал­мо­пев­цы сво­им бо­го­про­с­ве­щен­ным серд­цем пе­ре­жи­ва­ли и пе­ре­чув­ст­во­ва­ли ве­ро­учи­тель­ные ис­ти­ны вет­хо­за­вет­но­го бо­го­сло­вия» [92, c. 10] и раскрыли их «с точки зрения каждого верующего человека» [92, с. 11].



21.3. Над­пи­са­ние псал­мов

Вы, на­вер­ное, за­ме­ча­ли, что у псал­мов есть над­пи­са­ния, ко­то­рые то­же тре­бу­ют истол­ко­ва­ния. Не­ко­то­рые над­пи­са­ния ука­зы­ва­ют на ав­тор­ст­во. Об этом уже шла речь вы­ше. От­дель­ная груп­па над­пи­са­ний со­дер­жит ука­за­ния на об­сто­я­тель­ст­ва, в свя­зи с ко­то­ры­ми псал­мы бы­ли на­пи­са­ны (псалмы 3, 17, 55, 56). Кро­ме то­го встре­ча­ют­ся та­кие, ко­то­рые ука­зы­ва­ют на ха­рак­тер псал­ма:


«Ал­ли­лу­ия» – «Хва­ли­те Бо­га» (псалмы 105, 106, 113 – 118, 134, 145 – 150);


«Ра­зу­ма» или «в на­уче­ние» (псалмы 31, 44, 51, 52, 73, 77);


«Хва­ла», «мо­лит­ва» (псалмы 16, 85, 89, 101).


Еще од­на груп­па ука­зы­ва­ет на вре­мя или на спо­соб ис­пол­не­ния. На­при­мер, над­пи­са­ния «песнь» (например, псалмы 38, 53, 54, 60), «пса­лом пес­ни» (псалмы 29, 47, 64) и «песнь псал­ма» (псалмы 65, 82, 87) ука­зы­ва­ют на ин­ст­ру­мен­таль­ное или во­каль­ное ис­пол­не­ние [69, т. 4, с. 131]. Некоторые слова, переведенные в Синодальном переводе как «на струнных орудиях» (псалом 4, 53) или «на Гефском орудии» (псалмы 8, 80, 83), могли обозначать вид музыкального инструмента для аккомпанемента.


Но мы не долж­ны ос­та­нав­ли­вать­ся толь­ко на воз­мож­ном бук­валь­но-праг­ма­ти­че­с­ком зна­че­нии над­пи­са­ний. Ес­ли вы от­кро­е­те свя­то­оте­че­с­кие тол­ко­ва­ния, то уви­ди­те, что здесь мо­жет быть рас­крыт и ду­хов­ный смысл.


Приведу лишь некоторые примеры.


«В конец
» (псалмы 4, 6, 8 и др.) – «означает, что предсказываемое пророчеством исполнится после в отдаленные времена» [72, с. 23, ср. 5, с. 56].


«Наследствующий
» (Пс. 5:1) есть боголюбивая душа или Церковь» [5, с. 56; ср. 72, с. 26].


«Возлюбленным
(Пс. 44:1) пророк называет Сына Божия» [72, с. 154; ср. 5, с. 150].


«Точила
» (Пс. 8:1) «суть Церкви, собирающие плоды преуспевающих в благочестии» [5, с. 56], «потому что и Господь именуется виноградною лозою» [72, с. 35].



21.4. Ви­ды Псал­мов

Для удоб­ст­ва изу­че­ния псал­мы раз­де­ля­ют­ся ино­гда на три груп­пы по пре­иму­ще­ст­вен­но­му со­дер­жа­нию, по которому они и называются. Есть псал­мы мо­лит­вен­ные (псалмы 85, 89, 107). Есть псал­мы учи­тель­ные (псалмы 31, 73, 77), к которым, как пра­ви­ло, при­над­ле­жат те, в ко­то­рых в над­пи­са­нии сто­ит сло­во «уче­ние» или «в на­уче­ние». Есть псал­мы хва­леб­но-бла­го­дар­ст­вен­ные (псалмы 145, 146). К ним от­но­сят­ся, в ча­ст­но­с­ти, все, ко­то­рые в над­пи­са­нии со­дер­жат сло­во «песнь», «ал­ли­лу­ия», «хва­ла», «во ис­по­ве­да­ние».


Мо­лит­вен­ные псал­мы ино­гда на­зы­ва­ют по-дру­го­му: жа­ло­бы или плач. Но плач, стро­го го­во­ря, – это на­зва­ние кон­крет­но­го спе­ци­фи­че­с­ко­го жа­н­ра: над­гроб­ные по­гре­баль­ные пес­ни (напр. 2 Цар. 1:19-27). По от­но­ше­нию к псал­мам та­кое на­и­ме­но­ва­ние мо­жет быть при­ме­не­но в том слу­чае, ког­да речь идет уже о ка­ком-то со­вер­шив­шем­ся не­о­бра­ти­мом со­бы­тии: то есть не ког­да, ска­жем, враг на­сту­па­ет, утес­ня­ет, а ког­да он уже по­бе­дил, раз­ру­шил, взял в плен, унич­то­жил. В ка­че­ст­ве при­ме­ра вспом­ним 136-й пса­лом «На ре­ках ва­ви­лон­ских» – там уже все со­вер­ши­лось: плен, из­гна­ние. Клас­си­че­с­кий плач – это про­ро­че­с­кая кни­га Плач Ие­ре­мии. По­это­му луч­ше псалмы такого рода на­звать жа­ло­ба­ми. Сле­ду­ет за­ме­тить, что плач или жа­ло­ба мо­жет быть кол­лек­тив­ным или ин­ди­ви­ду­аль­ным, в за­ви­си­мо­с­ти от то­го, от име­ни ко­го этот пса­лом про­из­но­сит­ся.


Обыч­но псал­мы, от­но­ся­щи­е­ся к этой груп­пе, по­ст­ро­е­ны при­мер­но по од­ной и той же об­щей схе­ме, хо­тя мо­гут быть и ва­ри­ан­ты. Схе­ма эта та­ко­ва [45, c. 471 – 472]:


– в на­ча­ле идет при­зыв, об­ра­ще­ние к Бо­гу, всту­пи­тель­ная моль­ба о по­мо­щи;


– за­тем фор­му­ли­ру­ет­ся кон­крет­ная жа­ло­ба. Обыч­но это ука­за­ние на фи­зи­че­с­кое или нрав­ст­вен­ное стра­да­ние, а ча­с­то на то и дру­гое вме­с­те; или толь­ко на при­бли­же­ние это­го стра­да­ния, гро­зя­ще­го че­ло­ве­ку;


– за­тем идет про­ше­ние о спа­се­нии, об из­бав­ле­нии от стра­да­ния, ча­с­то это про­ше­ние при­об­ре­та­ет фор­му про­ше­ния о на­ка­за­нии и ис­треб­ле­нии вра­гов, от ко­то­рых ис­хо­дит уг­ро­за или ко­то­рые яв­ля­ют­ся ис­точ­ни­ком это­го стра­да­ния;


– за­тем прак­ти­че­с­ки все­гда идет ис­по­ве­да­ние ве­ры, ча­с­то в фор­ме вы­ра­же­ния пол­но­го до­ве­рия и пре­да­ния се­бя в ру­ки Бо­жии, ча­с­то это ис­по­ве­да­ние ве­ры фор­му­ли­ру­ет­ся в ви­де вос­по­ми­на­ния об уже быв­ших бла­го­де­я­ни­ях;


– на­ко­нец, по­след­ним обыч­но бы­ва­ет вос­хва­ле­ние Бо­га. По­хва­ла Бо­гу воз­да­ет­ся ино­гда в фор­ме обе­та, то есть обе­ща­ния о со­вер­ше­нии хва­лы, бла­го­да­ре­ния лич­но­го или об­ще­ст­вен­но­го, о при­не­се­нии жертв.


В ка­че­ст­ве на­гляд­но­го при­ме­ра жа­ло­бы или пла­ча мо­гут быть взя­ты 12-й или 21-й пса­лом. 12 пса­лом по­лез­но ра­зо­брать с точ­ки зре­ния струк­ту­ры.


Сна­ча­ла – при­зыв, об­ра­ще­ние к Бо­гу с прось­бой о по­мо­щи: «До­ко­ле, Гос­по­ди, за­бу­де­ши мя до кон­ца; до­ко­ле от­вра­ща­е­ши ли­це Твое от ме­не»
(Пс. 12:2). Здесь мы видим кон­крет­ное ука­за­ние причины жалобы: Ты, Гос­по­ди, от­вра­ща­ешь ли­цо Твое от ме­ня – это стра­да­ние. «До­ко­ле по­ло­жу со­ве­ты в ду­ши мо­ей, бо­лез­ни в серд­це мо­ем день и нощь; до­ко­ле воз­не­сет­ся враг мой на мя»
(ст. 3), – вот ис­точ­ник стра­да­ния. Про­ше­ние об из­бав­ле­нии: «При­зри, ус­лы­ши мя, Гос­по­ди Бо­же мой, про­све­ти очи мои, да не ког­да ус­ну в смерть. Да не ког­да ре­чет враг мой: ук­ре­пих­ся на не­го. Сту­жа­ю­щие ми воз­ра­ду­ют­ся, аще по­дви­жу­ся»
(ст. 4–6). «Аз же на ми­лость Твою упо­вах»
, – ис­по­ве­да­ние ве­ры, пре­да­ние се­бя в ру­ки Бо­жии. «Воз­ра­ду­ет­ся серд­це мое о спа­се­нии Тво­ем: вос­пою Гос­по­де­ви бла­го­де­яв­ше­му мне, и пою име­ни Гос­по­да Вы­шня­го»
(ст. 7), – сла­во­сло­вие, ко­то­рое при­но­сит­ся в кон­це; притом, что из­бав­ле­ния еще не на­сту­пи­ло, но тем не ме­нее ко­нец псал­ма – это сла­во­сло­вие, в ко­то­ром так­же про­яв­ля­ет­ся ве­ра.


То же са­мое и в 21-м псал­ме: «Бо­же, Бо­же мой, вон­ми ми, вскую ос­та­вил мя еси» (ст. 1); и даль­ше – пе­ре­чис­ле­ние стра­да­ний, а в кон­це: «и се­мя мое по­ра­бо­та­ет Ему: воз­ве­с­тит Гос­по­де­ви род гря­ду­щий: и воз­ве­с­тят прав­ду Его лю­дям род­шым­ся, яже со­тво­ри Гос­подь» (ст. 31-32).


Среди молебных псалмов можно выделить особую подгруппу псалмов покаянных. В них тоже содержатся прошения о избавлении от беды и гибели. Но при­чи­ной бед­ст­вий, стра­да­ний в та­ком слу­чае яв­ля­ет­ся соб­ст­вен­ный грех. Это накладывает на прошения этих псалмов своеобразный отпечаток. Ведь источник печали – сам человек, поэтому невозможно просить о его устранении. Клас­си­че­с­кий при­мер покаянных псалмов – это 37-й и 50-й псал­мы.


Ради чего можно помиловать грешника? В первую очередь псалмопевцы обращаются к благости, ми­ло­сер­дию, ве­ли­чию и все­мо­гу­ще­ст­ву Бо­жию. За­тем вспоминаются преж­ние бла­го­де­я­ния Бо­жии: «рань­ше Ты по­мо­гал – по­мо­ги и сей­час, рань­ше Ты из­бав­лял – из­бавь и сей­час».


Че­ло­век есть тво­ре­ние Бо­жие и его гибель – это поругание творческого замысла. В 29 псал­ме есть ин­те­рес­ный ар­гу­мент: «Что поль­зы в кро­ви мо­ей,
ког­да я дол­жен ис­тлеть? Уже­ли про­сла­вит Те­бя прах? Или бу­дет он воз­ве­щать ис­ти­ну Твою?
» (ст. 10). По­ми­мо все­го про­че­го, мо­ля­щий­ся го­во­рит о том, что ес­ли он по­гиб­нет, то од­ним ве­ру­ю­щим, воз­но­ся­щим хва­лу Бо­гу, бу­дет мень­ше; это пред­став­ля­ет­ся как воз­мож­ный ущерб для Бо­га и как по­буж­де­ние к то­му, что­бы че­ло­век был по­ми­ло­ван. Ес­ли он ум­рет, у не­го уже не бу­дет воз­мож­но­с­ти ис­по­ве­до­вать Бо­га, как-то ис­пра­вить­ся, и од­ним хо­ро­шим че­ло­ве­ком бу­дет мень­ше. Или пло­хим, но ко­то­рый мо­жет ис­пра­вить­ся, ко­то­рый это­го хо­чет. И конечно, обе­ща­ние ис­прав­ле­ния и обе­ща­ние бла­го­дар­ст­вен­ной жерт­вы в слу­чае, ес­ли та­кая ми­лость бу­дет ока­за­на. Так что при специфике покаянных псалмов общая структура, характерная для молебных псалмов, сохраняется.


О покаянных псалмах проф. Юнгеров замечает: «У дру­гих вет­хо­за­вет­ных пи­са­те­лей рас­кры­ва­ет­ся уче­ние о гре­хе с внеш­ней объ­ек­тив­ной сто­ро­ны <…> Но вну­т­рен­не­го ду­шев­но­го со­сто­я­ния греш­ни­ка ка­са­ют­ся толь­ко псал­мо­пев­цы» [92, c. 19]. Ветхозаветный грешник не знал еще о голгофской примирительной жертве Сына Божия, оставаясь в мучительной безысходности и трепете. Однако, «стоя в свое время лицом к лицу со своими грехами пред бесконечным Божественным правосудием, псалмопевцы в будущем ожидали Голгофского Посредника. Богопросвещенным духом они переносятся к возвещению окончательной победы над грехом страданиями, крестной смертью и воскресением Спасителя» [92, с. 24].



21.5. Хва­леб­ные и бла­го­дар­ст­вен­ные псал­мы

Груп­па хва­леб­но-бла­го­дар­ст­вен­ных псал­мов мо­жет быть так­же условно раз­де­ле­на на хва­леб­ные и бла­го­дар­ст­вен­ные. В чем раз­ни­ца? Бла­го­дар­ст­вен­ные – песнь бла­го­да­ре­ния – это вы­ра­же­ние бла­го­дар­но­с­ти в ка­кой-то кон­крет­ной сло­жив­шей­ся си­ту­а­ции, в ча­ст­но­с­ти: в слу­чае из­бав­ле­ния от вра­гов, ис­це­ле­ния от бо­лез­ни, про­ще­ния гре­ха, по по­во­ду че­го и вос­пе­ва­ет­ся бла­го­дар­ст­вен­ная песнь, ко­то­рая име­ет обыч­но в об­щем ви­де следующую струк­ту­ру [45, с. 469]:


– вступ­ле­ние, в ко­то­ром вы­ра­жа­ет­ся на­ме­ре­ние при­не­с­ти хва­лу;


– ос­нов­ная часть, где опи­сы­ва­ет­ся соб­ст­вен­но са­мо со­бы­тие и из­бав­ле­ние;


– за­клю­чи­тель­ное сла­во­сло­вие.


В ка­че­ст­ве при­ме­ра при­ве­ду 29-й пса­лом. «Пре­воз­не­су Те­бя, Гос­по­ди, ибо Ты под­нял ме­ня и не воз­ве­се­лил вра­гов мо­их из-за ме­ня
» (ст. 2). «Пре­воз­не­су Те­бя, Гос­по­ди
» – на­ме­ре­ние со­вер­шить хва­лу. Даль­ше идет: «Гос­по­ди! Ты из­вел из ада ду­шу мою, уда­лил ме­ня от нис­хо­дя­щих в мо­ги­лу…Ус­лышь, Гос­по­ди и по­ми­луй ме­ня; Гос­по­ди! Будь мне по­мощ­ни­ком
» (ст. 4, 11), описание избавления: «Ты об­ра­тил плачь мой в ра­дость, ра­зо­рвал вре­ти­ще мое и пре­по­я­сал ме­ня ве­се­ли­ем
» (ст. 12) и славословие: «Да вос­пе­ва­ет Те­бя ду­ша моя, да не бу­ду со­кру­шать­ся. Гос­по­ди, Бо­же мой! Во век бу­ду ис­по­ве­до­вать Те­бя
» (ст. 12 – 13).


В стихе: «Ты же от­вра­тил ли­це Твое, и я сму­тил­ся
» (ст. 8), – по­те­ря бо­го­об­ще­ния вос­при­ни­ма­ет­ся как од­но из са­мых тя­же­лых ис­пы­та­ний и не­сча­с­тий. И благодарит псалмопевец за то, что «ус­лы­шал Гос­подь и по­ми­ло­вал ме­ня
», сно­ва Он ус­лы­шал его мо­лит­ву, сно­ва во­шел в об­ще­ние с че­ло­ве­ком. Так что, хотя благодарственные псалмы воспевались в связи с конкретными жизненными обстоятельствами, они не опускаются до «бытового» уровня, но остаются на высоте богословия.


Хва­леб­ные псалмы вос­хва­ля­ют Бо­га за Его бла­го­де­я­ния во­об­ще, за Его бла­гость, не при­ме­ня­ясь к ка­ким-то кон­крет­ным си­ю­ми­нут­ным со­бы­ти­ям. Поскольку причина одна, то и устроены они так же, как и благодарственные:


вве­де­ние – при­зыв хва­лить Гос­по­да (так как благодеяния Его распространяются на всех),


ос­нов­ная часть – обос­но­ва­ние, на этот раз богословское,


за­вер­ша­ю­щее сла­во­сло­вие.


Са­мый яркий пример – это 116 пса­лом: «Славь­те Гос­по­да, все на­ро­ды, вос­хва­ляй­те Его, все лю­ди
» (ст. 1) – при­зыв к сла­во­сло­вию. «Ибо не­пре­лож­на ми­лость Его к нам, и ис­ти­на Гос­под­ня пре­бы­ва­ет во­ве­ки
» (ст. 2). Дру­гой при­мер– это 112 пса­лом: «Восхваляйте, отроки, Господа восхваляйте имя Господне! Да будет имя Господне благословенного отныне и вовеки!
» (ст. 1–2). И даль­ше – «Вознесен над всеми народами Господь; слава Его превыше небес
» (ст. 4) – вот ос­но­ва­ние для хва­лы. «Кто подобен Господу Богу нашему? Она на высотах живет, и взирает на миренных на небесах и на земле. Возвышает Он над землей нищего, из грязи поднимает убогого, и посадит его с князьями, с князьями народа Своего
» (ст. 5–8 ). Об­ра­ти­те вни­ма­ние, пе­ре­ход очень рез­кий, то есть, сна­ча­ла, что «От востока до запада да восхвалят имя Господне
…» (ст. 3), «Кто подобен Господу Богу нашему…» (ст. 5), – ис­по­ве­ду­ет­ся Его ве­ли­чие, сла­ва, как Твор­ца, как То­го, Кто пре­вы­ше все­го ми­ра, и вдруг сра­зу рез­кий пе­ре­ход – «И взирает на миренных на небесах и на земле. Возвышает Он над землей нищего, из грязи поднимает убогого
» (ст. 6–7). Мгно­вен­ное из­ме­не­ние пла­на, пе­ре­ход от все­лен­ской пер­спек­ти­вы к кон­крет­но­му ни­ще­му. Гос­подь, Ко­то­ро­го сла­ву не мо­гут вме­с­тить не­бо и зем­ля, оза­бо­чен де­ла­ми ка­ко­го-то ни­ще­го, лежащего на зем­ле. Господь до это­го сни­с­хо­дит, что то­же яв­ля­ет­ся ос­но­ва­ни­ем для сла­во­сло­вия Бо­га в Псал­ти­ри. Су­ще­ст­ву­ет из­ве­ст­ное ан­ти­хри­с­ти­ан­ское мне­ние (деизм) о том, что Бог, ко­неч­но, есть, возможно, Он и управляет Вселенной, однако думать, но что Он каж­дым отдельным че­ло­веком за­ни­ма­ет­ся и вхо­дит в его про­бле­мы, ко­неч­но стран­но и смеш­но. А биб­лей­ское от­кро­ве­ние ут­верж­да­ет со­вер­шен­но об­рат­ное. И это то­же про­яв­ле­ние ве­ли­чия, все­мо­гу­ще­ст­ва и все­ве­де­ния Бо­жия. «И посадит его с князьями, с князьями народа Своего; поселит Он неплодную в доме Своем, как мать, радующуюся о детях своих
» (ст. 8–9), – в последних словах содержится пророчество о призвании в Церковь язычников [72, с. 400].


Здесь уме­ст­но при­ве­с­ти ком­мен­та­рий П.А.Юн­ге­ро­ва: «Ми­ро­про­мы­ш­ле­ние Бо­жие для псал­мо­пев­цев бы­ло не внеш­ним фак­том, как бы со сто­ро­ны лишь «на­блю­да­е­мым» че­ло­ве­че­с­ким ра­зу­мом, а жи­вою ор­га­ни­че­с­кой си­лой, без ко­то­рой мир и че­ло­век не мо­гут ни од­ной се­кун­ды жить, и за­ви­си­мость от ко­то­рой всем ми­ром по­сто­ян­но чув­ст­ву­ет­ся и до­став­ля­ет все­му ра­дость. Толь­ко та­кая глу­бо­кая ве­ра в Про­мысл Бо­жий бы­ла по­нят­на псал­мо­пев­цам, до­став­ля­ла им ра­дость и воз­буж­да­ла хва­леб­ные гим­ны; толь­ко при ней воз­мож­ны ожи­да­е­мые псал­мо­пев­ца­ми сла­во­сло­вия Бо­гу от зем­ли и все­го су­ще­го на ней» [92, c. 14].


Еще пса­лом, ко­то­рый со­дер­жит в се­бе хва­лу, – 33-й «Благословлю Господа на всякое время
…». На его примере хорошо видно, что раз­де­ле­ние но­сит ус­лов­ный ха­рак­тер. В од­ном псал­ме мо­жет со­че­тать­ся и то и дру­гое. Первая часть этого псалма до слов «не ли­шат­ся вся­ко­го бла­га
…» – это клас­си­че­с­кий хвалебный гимн. А вот вторая половина, начинающаяся со слов «Прии­ди­те, ча­да, по­слу­шай­те ме­не, стра­ху Гос­под­ню на­учу вас
», – уже клас­си­че­с­кий «учи­тель­ный» текст, где ча­да при­зы­ва­ют­ся на­учить­ся пре­му­д­ро­с­ти, ос­но­ва­ни­ем ко­то­рой яв­ля­ет­ся страх Гос­по­день. И это не един­ст­вен­ный при­мер та­ко­го ро­да, который показывает, что духовная жизнь имеет целостный характера, а все наши разделения носят схоластический, то есть школьный характер, полезный только для первоначального научения.



21.6. Учи­тель­ные псал­мы

Учи­тель­ные псал­мы со­дер­жат в се­бе раз­мы­ш­ле­ния по по­во­ду жиз­нен­ных об­сто­я­тельств, на­став­ле­ния о му­д­рой и от­вет­ст­вен­ной жиз­ни в со­гла­сии с за­ко­ном Бо­жи­им. Их ха­рак­те­ри­зу­ют те же са­мые при­зна­ки, ко­то­рые от­ли­ча­ют учи­тель­ные кни­ги в це­лом. Это пря­мые по­учи­тель­ные на­став­ле­ния, прит­чи (Пс. 127:3-4), срав­не­ния, об­ра­зы, за­им­ст­во­ван­ные из при­род­ных яв­ле­ний. Не­ко­то­рые из этих псал­мов име­ют форму ак­ро­с­тиха, на­при­мер 33-й и 118-й, в которых каж­дая новая стро­фа начинается следующей бук­вой ев­рей­ско­го ал­фа­ви­та. В та­ких псал­мах ча­с­то встре­ча­ет­ся срав­не­ние со сло­вом «луч­ше» или ука­за­ние «бла­жен­ны». С этого слова начинается пер­вый пса­лом: «Бла­жен муж, иже не иде на со­вет не­че­с­ти­вых
». В этом псал­ме отчетливо вид­на связь меж­ду Псал­ти­рью и дру­ги­ми учи­тель­ны­ми кни­га­ми. «Но в за­ко­не Гос­под­нем во­ля его, и за­ко­ну Его он бу­дет по­учать­ся день и ночь
» (Пс. 1:2).


В этой свя­зи нуж­но обя­за­тель­но на­звать псал­мы 1, 31, 33, 48. «Уста мои изрекут премудрость, и поучение сердца моего – разум. Приклоню к притче ухо мое, открою в псалтири прорицание мое
» (Пс. 48:4 – 5) – это ти­пич­ная лек­си­ка учи­тель­ной ли­те­ра­ту­ры. Псал­мы 126, 127 то­же име­ют вы­ра­жен­ный ди­дак­ти­че­с­кий ха­рак­тер: «Аще не Гос­подь со­зиж­дет дом, всуе тру­ди­ша­ся зиж­ду­щие: аще не Гос­подь со­хра­нит град, всуе бде стре­гий
» (Пс. 126:1). Это поэтический прием, ха­рак­тер­ный для учи­тель­ной ли­те­ра­ту­ры; называется «библейский параллелизм». «Блажен тот, чьи желания исполнят они! Не посрамятся они, когда отпор дадут врагам своим у ворот города
» (Пс. 126:5). «Блаженны те, что боятся Господа и ходят путями Его!
» (Пс. 127:1). Так же, как и книга Притчей, эти псалмы не имеют четкой структуры.



21.7. От­кро­ве­ние о Хри­с­те в псал­мах

Отдельно следует сказать о мессианских псалмах. Они не составляют специальной группы, так как прямые пророчества о Христе в них могут содержаться в одном – двух стихах.


Ес­ли взять Тол­ко­вую Псал­тирь Ев­фи­мия Зи­га­бе­на, то там есть та­кая тен­ден­ция: бук­валь­но каж­дый стих так или ина­че тол­ко­вать в мес­си­ан­ском пла­не, в каж­дом сти­хе на­хо­дить ка­кое-то ука­за­ние о Хри­с­те. Дру­гие тол­ко­ва­те­ли, на­при­мер, пре­по­доб­ный Иси­дор Пе­лу­си­от, счи­та­ли, что нет не­об­хо­ди­мо­с­ти со­вер­шен­но все Пи­са­ние тол­ко­вать при­ме­ни­тель­но ко Хри­с­ту, так как это при­во­дит ино­гда к до­воль­но на­тя­ну­тым рас­суж­де­ни­ям. Мы рассмотрим те пророчества, которые традиционно в святоотеческих толкованиях и церковной гимнографии относят ко Христу. Большинство из них в этом качестве цитируется в книгах Нового Завета.


Пса­лом 2. Здесь изо­б­ра­же­но про­тив­ле­ние иу­де­ев Хри­с­ту и вос­ста­ние на Не­го. Этот псалом ци­ти­ру­ет­ся в кни­ге Де­я­ний апо­с­толь­ских: «вскую ша­та­ша­ся язы­цы, и лю­дие по­учи­ша­ся тщет­ным; Пред­ста­ша ца­рие зе­м­стии, и кня­зи со­бра­ша­ся вку­пе на Гос­по­да и на Хри­с­та Его
» (ст. 1-2); «Воз­ве­ща­яй по­ве­ле­ние Гос­под­не. Гос­подь ре­че ко мне: Сын Мой еси Ты, Аз днесь ро­дих Тя
» (ст. 7), – о том, что Хри­с­тос есть Сын Бо­жий и Царь. «Аз же по­став­лен есмь царь от не­го над Си­о­ном, го­рою свя­тою Его
» (ст. 6), «Бла­же­ни вси на­де­ю­щи­и­ся нань»
(ст. 12)


Пса­лом 8, на ко­то­рый ссы­ла­ет­ся Сам Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос: «из уст мла­де­нец и ссу­щих со­вер­шил еси хва­лу, враг Тво­их ра­ди
» (ст. 3), – те же са­мые сло­ва го­во­рит Ии­сус Хри­с­тос при вхо­де в Ие­ру­са­лим (Мф. 21:16).


Пса­лом 15: «яко не ос­та­ви­ши ду­шу Мою во аде, ни­же да­си пре­по­доб­но­му Тво­е­му ви­де­ти ис­тле­ния
» (Пс. 15:10), – о том, что плоть Хри­с­то­ва не уви­дит тле­ния и что ду­ша Его не ос­та­нет­ся во аде. Это пророчество было истолковано в проповеди апостола Петра в день Пятидесятницы (см. Деян. 2:27).


Пса­лом 21, в ко­то­ром по­дроб­ней­шим об­ра­зом изображается стра­да­ние Хри­с­та на кре­с­те на Гол­го­фе. С 21-м псал­мом по вы­ра­зи­тель­но­с­ти мо­жет быть срав­ни­ма толь­ко 53-я и со­пут­ст­ву­ю­щие ей гла­вы про­ро­ка Иса­ии. То, что этот пса­лом свя­зан с Гол­го­фой, го­во­рит са­мый пер­вый стих: «Бо­же, Бо­же мой, вон­ми ми, вскую ос­та­вил мя еси»
(Пс. 21:2), – это вопль Хри­с­та на кре­с­те, а дальше происходящее изображается как бы глазами Самого Страдальца: «вси ви­дя­щие Мя по­ру­га­ша­ ­ми ­ся, гла­го­ла­ша уст­на­ми, по­ки­ва­ша гла­вою: упо­ва на Гос­по­да, да из­ба­вит Его, да спа­сет Его, яко хо­щет Его»
(ст. 8–9). «Аз же есмь червь, а не че­ло­век, по­но­ше­ние че­ло­ве­ков и уни­чи­же­ние лю­дей»
(ст. 7); «от­вер­зо­ша на Мя ус­та своя, яко лев вос­хи­ща­яй и ры­ка­яй. Яко во­да из­ли­ях­ся; и рас­сы­па­ша­ся вся ко­с­ти Моя: бысть серд­це Мое яко воск та­яй по­сре­де чре­ва мо­е­го. Из­сше яко ску­дель кре­пость моя, и язык Мой приль­пе гор­та­ни Мо­е­му, и в персть смер­ти свел Мя еси... Ис­че­то­ша вся ко­с­ти моя: тии же смо­т­ри­ша и пре­зре­ша Мя. Раз­де­ли­ша ри­зы Моя се­бе, и о одеж­ди Мо­ей ме­та­ша жре­бий»
(ст. 14–19), – и описаны спасительные плоды этого страдания: «по­мя­нут­ся и об­ра­тят­ся ко Гос­по­ду вси кон­цы зем­ли, и по­кло­нят­ся пред Ним вся оте­че­ст­вия язык: яко Гос­под­не есть цар­ст­вие, и Той об­ла­да­ет язы­ки»
(ст. 28–29). В мо­леб­ных псал­мах в кон­це все­гда бы­ва­ет сла­во­сло­вие. Здесь сла­во­сло­вие име­ет фор­му про­ро­че­ст­ва о по­бе­де и об из­бав­ле­нии, ко­то­рое кре­с­том Гос­под­ним бу­дет со­вер­ше­но.


Пса­лом 23: «воз­ми­те вра­та кня­зи ва­ша, и воз­ми­те­ся вра­та веч­ная: и вни­дет Царь сла­вы»
(ст. 9), – эти сло­ва ис­тол­ко­вы­ва­ют­ся свя­ти­те­лем Афа­на­си­ем Ве­ли­ким как про­ро­че­ст­во о Воз­не­се­нии Гос­под­нем; также как и 6-й стих 46 псал­ма: «взы­де Бог в вос­клик­но­ве­нии, Гос­подь во гла­се труб­не»
, – то­же от­но­сят к Воз­не­се­нию.


Пса­лом 39: «жерт­вы и при­но­ше­ния не вос­хо­тел еси, те­ло же свер­шил ми еси: все­со­ж­же­ний и о гре­се не взы­с­кал еси. Тог­да рех: се, при­иду: в гла­виз­не книж­не пи­са­но есть о Мне: еже со­тво­ри­ти во­лю Твою, Бо­же Мой, вос­хо­тех, и за­кон Твой по­сре­де чре­ва Мо­е­го
» (ст. 7–9), – речь идет о том, что Хри­с­тос, Ко­то­рый пло­тию принес Себя в жерт­ву на кре­с­те, смер­тью Сво­ей уп­ра­зд­нил все вет­хо­за­вет­ные жерт­вы.


Пса­лом 40, Иу­да и си­не­дри­он: «Вра­ги мои го­во­ри­ли обо мне злое: “Ког­да же он ум­рет, и по­гиб­нет с ним имя его?” И ес­ли кто из них на­ве­щал ме­ня, не­прав­ду го­во­ри­ло серд­це его; ум­но­жал он без­за­ко­ния свои; ухо­дил от ме­ня, и со­ве­ща­лись они. Обо мне шеп­та­лись вра­ги мои, на ме­ня за­мы­ш­ля­ли злое. Сло­ва без­за­кон­ные го­во­ри­ли обо мне: “Не­уже­ли спя­щий вос­ста­нет вновь?” Ибо че­ло­век близ­кий мне, на ко­то­ро­го я на­де­ял­ся, вку­шав­ший хлеб мой, под­нял на ме­ня пя­ту
» (ст. 6–10).


Пса­лом 44. Пер­вая его по­ло­ви­на вся це­ли­ком по­свя­ще­на Хри­с­ту: «кра­сен до­б­ро­тою па­че сы­нов че­ло­ве­че­с­ких, из­ли­я­ся бла­го­дать во уст­нах Тво­их: се­го ра­ди бла­го­сло­ви Тя Бог во век
» (ст. 3) и так да­лее: «Пре­стол Твой, Бо­же, в век ве­ка: ...воз­лю­бил еси прав­ду и воз­не­на­ви­дел еси без­за­ко­ние: се­го ра­ди по­ма­за Тя, Бо­же, Бог Твой еле­ем ра­до­с­ти па­че при­ча­ст­ник Тво­их
» (ст. 7–8). Вто­рая по­ло­ви­на – это часть, по­свя­щен­ная Церк­ви: «...пре­ста ца­ри­ца одес­ную Те­бе, в ри­зах по­зла­щен­ных оде­я­на пре­ис­пе­щ­ре­на. Слы­ши, дщи, и виждь, и при­кло­ни ухо твое
» (ст. 10–11). Сле­ду­ет за­ме­тить, что это ме­с­то тол­ку­ет­ся так­же при­ме­ни­тель­но к Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це. Имен­но из не­го бе­рет­ся про­ки­мен на Бо­го­родич­ные пра­зд­ни­ки: «По­мя­ну имя Твое во вся­ком ро­де и ро­де: се­го ра­ди лю­дие ис­по­ве­дят­ся Те­бе в век и во век ве­ка
» (ст. 18).


Пса­лом 46, ст. 6 уже упо­ми­нал­ся в свя­зи с про­ро­че­ст­вом о Воз­не­се­нии (см. псалом 23) «Взы­де Бог в вос­клик­но­ве­нии, Гос­подь во гла­се труб­не
».


Пса­лом 67, ст. 2: «Да вос­крес­нет Бог, и рас­то­чат­ся вра­зи Его
»; ст. 19: «Воз­шел еси на вы­со­ту, пле­нил еси плен: при­ял еси да­я­ния в че­ло­ве­цех, ибо не по­ка­ря­ю­щы­я­ся, еже все­ли­ти­ся (да­же сре­ди не­по­кор­ных все­лишь­ся)
». Апо­с­тол Па­вел так объясняет эти слова: «А “вос­шел” что оз­на­ча­ет, как не то, что Он и нис­хо­дил преж­де в пре­ис­под­ние ме­с­та зем­ли? Нис­шед­ший, Он же есть и вос­шед­ший пре­вы­ше всех не­бес, да­бы на­пол­нить все
» (Еф. 4:9,10).


Пса­лом 68, ст. 10: «рев­ность до­му Тво­е­го сне­де мя»
, – эти сло­ва вспом­ни­ли апо­с­то­лы по­сле очи­ще­ния Хра­ма Хри­с­том. Сти­хи 13, 18–22 го­во­рят о стра­да­ни­ях Спа­си­те­ля: «Да­ша в снедь мою желчь, и в жаж­ду мою на­по­и­ши мя оц­та»
– «и дали в пищу Мне желчь, и в жажде моей напоили Меня уксусом».


Пса­лом 71 называют иногда царским. В нем речь идет о Со­ло­мо­не, о сы­не Да­ви­до­вом, но иде­аль­ный об­раз ца­ря, ко­то­рый здесь опи­сан, он, ко­неч­но, явлен не Соломоном, а Хри­с­том: «да вос­при­и­мут го­ры мир лю­дем и хол­ми прав­ду... И пре­бу­дет с солн­цем, и преж­де лу­ны ро­да ро­дов»
(ст. 3, 5), – в этой по­эзии бо­лее видны мес­си­ан­ские чер­ты, чем образ земного ца­ря: «Бу­дет имя его бла­го­сло­вен­но во ве­ки, преж­де солн­ца пре­бы­ва­ет имя его: и бла­го­сло­вят­ся в нем вся ко­ле­на зем­ная, вси язы­цы уб­ла­жат его»
(ст. 17), ст. 6 «сни­дет яко дождь на ру­но
» мы приводили, когда говорили о зна­ме­нии, дан­ном не­ког­да Ге­де­о­ну (Суд. 6:36–40).


К 71-му псалму при­мы­ка­ет пса­лом 88, со­дер­жа­щий обе­то­ва­ние Да­ви­ду о Сы­не (ст. 5, 26–30, 37).


Факт не­ве­рия иудеев во Хри­с­та во вре­мя Его земного слу­же­ния от­ме­чен в 94-м псал­ме: «не оже­с­то­чи­те сер­дец ва­ших, яко в про­гне­ва­нии, по дни ис­ку­ше­ния в пу­с­ты­ни: вонь­же ис­ку­си­ша Мя от­цы ва­ши, ис­ку­си­ша Мя, и ви­де­ша де­ла Моя
» (ст. 8–9). На эти сло­ва ссылался апо­с­тол Па­вел, го­во­ря о том, что здесь речь идет о тех, кто не при­ни­ма­ет Хри­с­та: «...при­сно за­блуж­да­ют серд­цем, тии же не по­зна­ша пу­тей Мо­их: яко клях­ся во гне­ве Мо­ем, аще вни­дут в по­кой Мой
» (ст. 10–11). Те, кто не ве­ру­ют во Хри­с­та, и те, кто во­лею ук­ло­ня­ют свое серд­це от Не­го, не вой­дут в Цар­ст­во Не­бес­ное.


Пса­лом 109: «Ре­че Гос­подь Гос­по­де­ви мо­е­му: се­ди одес­ную Ме­не, дон­де­же по­ло­жу вра­ги Твоя под­но­жие ног Тво­их»
(ст. 1). Пса­лом ко­рот­кий – 7 сти­хов, и все сти­хи це­ли­ком мес­си­ан­ско­го со­дер­жа­ния: о про­слав­ле­нии, о пре­двеч­ном рож­де­нии Хри­с­то­вом: «...из чре­ва преж­де ден­ни­цы ро­дих Тя»
(ст. 3), и о том, что Он есть пер­во­свя­щен­ник Но­во­го За­ве­та: «клят­ся Гос­подь и не рас­ка­ет­ся: ты ие­рей во век по чи­ну Мел­хи­се­де­ко­ву»
(ст. 4).


Пса­лом 117: «Ис­по­ве­дай­те­ся Гос­по­де­ви, яко благ, яко в век ми­лость Его»
(ст. 1). Из это­го псал­ма взя­ты сти­хи, ко­то­рые по­ют­ся на ут­рен­е, по­сле ше­с­топ­сал­мия и мир­ной ек­те­ньи: «Бог Гос­подь и яви­ся нам, бла­го­сло­вен гря­дый во имя Гос­под­не!
» (ст. 26–27); «Исповедайтеся Господеви, яко благ, яко в век милость Его
» (ст. 1); «Обышедше обыдоша мя, и именем Господним противляхся им
» (ст. 11); «Не умру, но жив буду и повем дела Господня
» (ст. 17); «Камень, егоже небрегоша зиждущии, сей бысть во главу угла: от Господа бысть сей, и есть дивен во очесех наших
» (ст. 22–23). В этих коротких стихах благовествуется о Сыне Божием, воплотившемся, страдавшем и воскресшем.


Пса­лом 131: «Се, слы­ша­хом Я во Ев­фра­фе, об­ре­то­хом я в по­лях ду­б­ра­вы
» (ст. 6), – о рож­де­ст­ве Хри­с­та, Сына Давидова (Ефрафа – старое название Вифлеема (Быт. 35:19; 48:7): «Клят­ся Гос­подь Да­ви­ду ис­ти­ною, и не от­вер­жет­ся ея: от пло­да чре­ва тво­е­го по­саж­ду на пре­сто­ле тво­ем
» (ст. 11), «Яко из­бра Гос­подь Си­о­на, из­во­ли и в жи­ли­ще Се­бе...Свя­щен­ни­ки его об­ле­ку во спа­се­ние, и пре­по­доб­нии его ра­до­с­тию воз­ра­ду­ют­ся. Та­мо воз­ра­щу рог Да­ви­до­ви, уго­то­вах све­тиль­ник по­ма­зан­но­му Мо­е­му
» (ст. 13, 16–17), – в этих словах изображается Ио­анн Пред­те­ча, о ко­то­ром Сам Хри­с­тос го­во­рил: «Он был све­тиль­ник, го­ря­щий и све­тя­щий
» (Ин. 5:35).


Про­ро­че­ст­ва о Бо­жи­ей Ма­те­ри – уже упо­мя­ну­тые псал­мы 44, 71 (ст. 6), а также 131 (ст. 8): «Вос­крес­ни, Гос­по­ди, в по­кой Твой, Ты и ки­вот свя­ты­ни Тво­ея
».


Из этого перечисления видно, что Псалтирь есть не только учительная, но и пророческая книга. Есть в ней и пророчества о призвании язычников (Пс. 46:1, 71:9–10), о проповеди апостолов (Пс. 18:5) и о других событиях и обстоятельствах Нового Завета.



21.8. Об от­но­ше­нии к вра­гам – ду­хов­ное по­ни­ма­ние

При чте­нии псал­мов об­ра­ща­ют на се­бя вни­ма­ние жестокость и непримиримость, с которыми говорится о врагах (см. псалмы 57, 108): с пе­ре­ла­мы­ва­ни­ем ко­с­тей, со схож­де­ни­ем во ад жи­вым и так да­лее, что, ко­неч­но же, вы­зы­ва­ет не­ко­то­рое смущение у бла­го­че­с­ти­вой хри­с­ти­ан­ской ду­ши, воспитанной на кротких словах Христа. Свя­ти­тель Афа­на­сий Великий разрешает это смущение это сле­ду­ю­щим об­ра­зом: «По­ели­ку Да­вид был про­рок, и от­вер­сты бы­ли вну­т­рен­ние очи его, и знал он, что лу­ка­вые ду­хи ра­ду­ют­ся па­де­нию че­ло­ве­ков, а на­про­тив то­го, скор­бят, ког­да лю­ди пре­одо­ле­ва­ют их; то, без со­мне­ния, про­тив них во­ору­жа­ясь мыс­лен­но, мо­лил­ся он об ис­прав­ле­нии че­ло­ве­ков, к лу­ка­вым ду­хам при­ме­няя ска­зан­ное им о вра­гах ви­ди­мых. Ибо, ес­ли не так бу­дем объ­яс­нять се­бе на­ме­ре­ния про­ро­ков, то не толь­ко из ска­зан­но­го ими не по­лу­чим ни­ка­ко­го на­зи­да­ния к стя­жа­нию кро­то­с­ти, но да­же при­об­ре­тем ка­кое-то су­ро­вое и про­тив­ное еван­гель­ско­му уче­нию рас­по­ло­же­ние, ког­да бу­дем ча­с­то мо­лить­ся о со­кру­ше­нии вра­гов и не лю­бить их; по­то­му что Да­вид ты­ся­че­крат­но го­во­рит: да по­сты­дят­ся и по­сра­мят­ся все вра­ги мои, и я да не по­сты­жусь. Не бу­дем же ду­мать, буд­то бы про­ро­ки и дру­ги Бо­жии го­во­ри­ли это в ином, а не в вы­ше ска­зан­ном смыс­ле. Ибо та­кое ра­зу­ме­ние при­лич­но тща­тель­но­му ис­сле­до­ва­те­лю, как ско­ро на­хо­дит, что про­рок мо­лит­ся о ги­бе­ли вра­гов; то есть, ска­зан­ное о вра­гах ви­ди­мых дол­жен он при­ме­нять к вра­гам мыс­лен­ным» [5, c. 39]. Это рассуждение хорошо иллюстрируется повествованием исторических книг, из которых видно, что Давид был снисходителен по отношению к своим личным врагам. И, почитая высшим благом богообщение, он конечно же почитал главными своими врагами тех, кто ему в этом препятствовал.



21.9. Спо­соб ис­пол­не­ния Псал­ти­ри

Псал­мы изначально пред­наз­на­че­ны для пе­ния. Об этом свидетельствуют апостолы: «Зло­ст­раж­дет ли кто из вас, пусть мо­лит­ся. Ве­сел ли кто, пусть по­ет псал­мы
» (Иак. 5:13). Свя­ти­тель Афа­на­сий Ве­ли­кий в этой свя­зи го­во­рит сле­ду­ю­щее: «не­об­хо­ди­мо не пре­хо­дить мол­ча­ни­ем и то­го, по­че­му та­ко­вые сло­ве­са по­ют­ся плав­ным и пе­сен­ным на­пе­вом. Ибо не­ко­то­рые у нас из лю­дей про­стых, хо­тя ве­ру­ют, что са­мые из­ре­че­ния бо­го­дух­но­вен­ны, од­на­ко­ же ду­ма­ют, что по­ют­ся псал­мы по бла­го­зву­чию для ус­лаж­де­ния слу­ха. А это не­спра­вед­ли­во. Ибо Пи­са­ние не за­бо­тит­ся о при­ят­но­с­ти и слад­ко­ре­чии, да и пе­ние ус­та­нов­ле­но для поль­зы ду­шев­ной, как во­об­ще, так, в осо­бен­но­с­ти, по двум сле­ду­ю­щим при­чи­нам» [5, c. 29].


«Во-пер­вых, при­лич­но бы­ло, что­бы Св. Пи­са­ние пес­но­сло­ви­ло Бо­га не толь­ко по­сле­до­ва­тель­ной [про­за­и­че­с­кой] ре­чью, но и не име­ю­щею стро­гой по­сле­до­ва­тель­но­с­ти [по­эти­че­с­кой]. Так, ре­чью связ­ною ска­за­но при­над­ле­жа­щее к за­ко­ну и про­ро­кам и все по­ве­ст­во­ва­тель­ное, со вклю­че­ни­ем Но­во­го За­ве­та. Не име­ю­щею же стро­го­го по­ряд­ка ре­чью ска­за­но за­клю­ча­ю­ще­е­ся в псал­мах и пес­но­пе­ни­ях. А этим и со­блю­да­ет­ся тре­бу­е­мое За­ко­ном, что­бы лю­ди лю­би­ли Бо­га всею кре­по­с­тию и си­лою» [5, с. 29]. Во-вто­рых, по­сколь­ку в ду­ше бы­ва­ют раз­лич­ные дви­же­ния ума, во­ли и серд­ца, то Пи­са­ние тре­бу­ет, что­бы эти спо­соб­но­с­ти не бы­ли в раз­но­гла­сии и раз­до­ре, но что­бы че­ло­век все­це­ло и стройно, во всех дви­же­ни­ях души, слу­жил во­ле Бо­жи­ей. «По­до­би­ем же и об­ра­зом та­ко­го без­мя­теж­но­го и спо­кой­но­го со­сто­я­ния по­мыс­лов слу­жит при­ве­ден­ное в строй­ную ме­ру про­из­но­ше­ние псал­мов; по­то­му что, как ду­шев­ные по­мы­ш­ле­ния свои мы де­ла­ем из­ве­ст­ны­ми и вы­ра­жа­ем по­сред­ст­вом про­из­но­си­мых на­ми слов, так и Гос­подь, же­лая, что­бы слад­ко­зву­чие слов слу­жи­ло сим­во­лом ду­хов­ной строй­но­с­ти в ду­ше, ус­та­но­вил петь чин­но и про­из­но­сить псал­мы на­ра­с­пев» [5, c. 31].


«По­се­му, не та­ким спо­со­бом чи­та­ю­щие Бо­же­ст­вен­ные Пес­ни псал­мо­пев­ст­ву­ют не­ра­зум­но, ус­лаж­да­ют же са­ми се­бя, и на­вле­ка­ют на се­бя по­ри­ца­ние, что “не крас­на по­хва­ла во ус­тех греш­ни­ка
” (Сир. 15:9). Но по­ющие ска­зан­ным вы­ше спо­со­бом, – так что бла­го­зву­чие ре­че­ний про­ис­хо­дит у них от бла­го­на­с­т­ро­ен­но­с­ти ду­ши и от со­гла­сия ея с ду­хом, – хо­тя по­ют ус­та­ми, но, вос­пе­вая вме­с­те и умом, ве­ли­кую до­став­ля­ют поль­зу не толь­ко се­бе, но и же­ла­ю­щим их слу­шать. … Та­ким об­ра­зом, кто по­ет хо­ро­шо, тот при­во­дит в строй­ность ду­шу свою и как бы из не­ров­ной де­ла­ет ров­ною, и ду­ша, при­шед­ши в со­сто­я­ние, со­об­раз­ное с ее при­ро­дой, ни­че­го не бо­ит­ся, но де­ла­ет­ся тем па­че спо­соб­ною к жи­во­с­ти пред­став­ле­ний и при­об­ре­та­ет боль­шее же­ла­ние бу­ду­щих благ; по­то­му что, на­ст­ро­ен­ная бла­го­зву­чи­ем ре­че­ний, за­бы­ва­ет стра­с­ти, и, по­мы­ш­ляя луч­шее, с ра­до­с­тью об­ра­ща­ет­ся к уму, су­ще­му во Хри­с­те» [5, c. 31 – 32].



Гла­ва 22. Пи­са­ния ца­ря Со­ло­мо­на: Кни­ги Прит­чей, Ек­кле­си­аст и Песнь Пес­ней

«И бы­ла му­д­рость Со­ло­мо­на вы­ше му­д­ро­с­ти всех сы­нов вос­то­ка и всей му­д­ро­с­ти Егип­тян. Он был му­д­рее всех лю­дей, му­д­рее и Ефа­на Ез­ра­хи­тя­ни­на, и Ема­на, и Хал­ко­ла, и Дар­ды, сы­но­вей Ма­хо­ла, и имя его бы­ло в сла­ве у всех ок­ре­ст­ных на­ро­дов. И из­рек он три ты­ся­чи прит­чей, и пес­ней его бы­ло ты­ся­ча и пять; и го­во­рил он о де­ре­вах, от ке­д­ра, что в Ли­ва­не, до ис­со­па, вы­ра­с­та­ю­ще­го из сте­ны; го­во­рил и о жи­вот­ных, и о пти­цах, и о пре­смы­ка­ю­щих­ся, и о ры­бах. И при­хо­ди­ли от всех на­ро­дов по­слу­шать му­д­ро­с­ти Со­ло­мо­на, от всех ца­рей зем­ных, ко­то­рые слы­ша­ли о му­д­ро­с­ти его
» (3 Цар. 4:30–34).


Древ­ность тра­ди­ци­он­но ус­ва­и­ва­ла Соломону ав­тор­ст­во трех учительных книг – Прит­чей, Ек­кле­си­а­с­та и Песни Пес­ней. Хотя Соломон изображается иногда на иконах, а чаще в росписях храмов с нимбом, к лику святых он не причислен и в свят­цах мы его не най­дем. Однако до­сто­ин­ст­во его книг от это­го ни­чуть не стра­да­ет. Свя­ти­тель Гри­го­рий Нис­ский го­во­рит, что под автором указанных выше книг следует подразумевать не толь­ко Со­ло­мо­на, сы­на Да­ви­до­ва: «Не ду­ма­ешь ли ты, что сим име­нем [т.е. «мир­ный». – авт.
] на­зы­ва­ют Со­ло­мо­на, рож­ден­но­го Вир­са­ви­ей, при­нес­ше­го в жерт­ву на го­ре ты­ся­чу во­лов, вос­поль­зо­вав­ше­го­ся на грех си­дон­ской со­вет­ни­цею? Дру­гой оз­на­ча­ет­ся им Со­ло­мон, Ко­то­рый и Сам от се­ме­ни Да­ви­до­ва про­ис­хо­дит по пло­ти, Ко­то­ро­му имя мир, ис­тин­ный Царь Из­ра­и­лев, со­зда­тель Бо­жия Хра­ма, объ­яв­ший в Се­бе ве­де­ние все­го, пре­му­д­рость Ко­то­ро­го бес­пре­дель­на, луч­ше же ска­зать: бы­тие Ко­то­ро­го есть пре­му­д­рость, ис­ти­на, и вся­кое бо­го­ле­пие, и вы­со­кое име­но­ва­ние по­ня­тий. Он-то, се­го Со­ло­мо­на упо­тре­бив в ору­дие, че­рез не­го бе­се­ду­ет с на­ми: спер­ва в Прит­чах, по­том в Ек­кле­си­а­с­те, а по­сле се­го в пред­ла­га­е­мом лю­бо­му­д­рии Пес­ни Пес­ней, по­сте­пен­но и в по­ряд­ке ука­зуя сло­вом вос­хож­де­ние к со­вер­шен­ст­ву» [15, c. 17 – 18]. Свя­ти­тель Гри­го­рий ав­то­ром книг счи­та­ет Са­мо­го Хри­с­та, го­во­ря о том, что Он есть и Учи­тель, и Про­по­вед­ник, и Сын Да­ви­да, и Царь Из­ра­и­лев, но толь­ко уже в со­вер­шен­ном смыс­ле. Здесь уже святитель указывает на осмысленность порядка расположения трех книг, о чем мы поговорим несколько позже.



22.1. Кни­га Прит­чей Со­ло­мо­но­вых

«Прит­чи Со­ло­мо­на, сы­на Да­ви­до­ва, иже цар­ст­во­ва во Из­ра­и­ли
» (Прит. 1:1). Святитель Василий Великий пишет: «Сло­во «прит­ча» у внеш­них упо­треб­ля­ет­ся в оз­на­че­ние из­ре­че­ний об­ще­на­род­ных и про­из­но­си­мых, все­го ча­ще, на пу­тях; по­то­му что путь на­зы­ва­ет­ся у них oimoV отче­го и прит­чу (paroimia) оп­ре­де­ля­ют так: ре­че­ние при­пут­ное, са­мое обыч­ное в на­род­ном упо­треб­ле­нии и от не­мно­го­го удоб­но при­ла­га­е­мое ко мно­го­му по­доб­но­му. А у нас прит­ча есть по­лез­ное сло­во, вы­ра­жен­ное с не­ко­то­рой при­кро­вен­но­с­тью, но как с пер­во­го взгля­да за­клю­ча­ю­щее в се­бе мно­го по­лез­но­го, так и в глу­би­не сво­ей скры­ва­ю­щее об­шир­ную мысль. По­то­му и Гос­подь го­во­рит: сия в прит­чах гла­го­лах вам, но при­идет час, ег­да кто­му в прит­чах не гла­го­лю вам, но яве (Ин. 16,25); по­то­му что при­точ­ное сло­во не име­ет от­кры­то и об­ще­вра­зу­ми­тель­но вы­ска­зан­но­го смыс­ла, но об­на­ру­жи­ва­ет на­ме­ре­ние свое ко­с­вен­ным об­ра­зом и толь­ко лю­дям бо­лее вни­ма­тель­ным. По­это­му прит­чи Со­ло­мо­на есть, из­ре­че­ния, воз­буж­да­ю­щие вни­ма­ние и до­став­ля­ю­щие поль­зу на всем пу­ти жиз­ни» [12, ч. 4, c. 194][35]
.


О том, что может значить для верующей души притча прекрасно сказал святитель Николай Сербский «Любовь моя бодрствует, не утомляется. Тот, Кого люблю и ожидаю, грядет ко мне в окружении свиты небесной. Как же спать мне, и как бдение может утомить меня? Бодрствую, слушая притчи людей и прислушиваюсь к притчам тварей бессловесных: не угадаю ли в них тайное послание от любви моей? не занимают меня притчи ради притч или ради сказателей их, только Тебя ради» [55, с. 111].


На­и­бо­лее про­стой спо­соб определить струк­ту­ру этой кни­ги – фор­маль­ный, по не­боль­шим за­го­лов­кам, ко­то­рые в ней име­ют­ся. С 1-й по 9-ю гл. — со­бра­ние уве­ще­ва­тель­ных ре­чей Со­ло­мо­на. Эти ре­чи по­свя­ще­ны пре­му­д­ро­с­ти как та­ко­вой, в них со­дер­жит­ся убеж­де­ние слу­ша­ю­ще­го или чи­та­ю­ще­го взы­с­кать и по­сле­до­вать пре­му­д­ро­с­ти и, на­обо­рот, ук­ло­нять­ся от глу­по­с­ти и бе­зу­мия. С 10-й по 22-ю гл. – со­бра­ние соб­ст­вен­но притч Со­ло­мо­но­вых. С 22-й по 24-ю гла­вы – «со­бра­ние сло­вес му­д­рых» (от­дель­ный не­боль­шой сбор­ник). И с 25-й по 29-ю гла­вы –раз­дел, оза­глав­ленный: «Прит­чи Со­ло­мо­но­вы, со­бран­ные му­жа­ми Езе­кии
». В кон­це кни­ги – сло­ва Агу­ра и сло­ва Ле­му­и­ла ца­ря (впрочем, в тексте LXX эти надписания читаются иначе, без имен, а блаженный Иероним Стридонский, ориентировавшийся на еврейский текст, полагал, что это прозвища самого Соломона [91, ч. 2, с. 232 – 236]). Это раз­де­ле­ние чи­с­то фор­маль­ное и ма­ло что го­во­ря­щее о вну­т­рен­нем со­дер­жа­нии книги.


Пре­му­д­рость биб­лей­ская и язы­че­с­кие по­уче­ния.
Не­ред­ко при­хо­дит­ся встре­чать рас­суж­де­ния о сходстве учи­тель­ных книг Биб­лии с внешне похожими произведениями древнего Египта и Междуречья. Я не случайно употребил слово «внешне», так как с точки зрения природного душевного устройства люди одинаковы и требования совести неизменны. Также и бытовые обстоятельства, из которых черпали материал для притчей, не слишком сильно различались у представителей перечисленных народов. Но если перейти от вопроса «как жить по совести?» к вопросу «зачем это нужно и каковы источники и плоды добродетели?», то мы увидим существенное различие между сочинениями древних мудрецов и Божественным Откровением.


О Пре­му­д­ро­с­ти.
В са­мом на­ча­ле Со­ло­мон го­во­рит о том, за­чем он пи­шет эту кни­гу: «что­бы по­знать му­д­рость и на­став­ле­ние, по­нять из­ре­че­ния ра­зу­ма; ус­во­ить пра­ви­ла бла­го­ра­зу­мия, пра­во­су­дия, су­да и пра­во­ты; про­стым дать смы­ш­ле­ность, юно­ше – зна­ние и рас­су­ди­тель­ность; по­слу­ша­ет му­д­рый – и ум­но­жит по­зна­ния, и ра­зум­ный най­дет му­д­рые со­ве­ты… На­ча­ло му­д­ро­с­ти – страх Гос­по­день; …а бла­го­го­ве­ние к Бо­гу – на­ча­ло ра­зу­ме­ния
» (Притч. 1:2–7). Пре­крас­ное тол­ко­ва­ние это­го от­рыв­ка есть у свя­ти­те­ля Ва­си­лия Ве­ли­ко­го [12, ч. 4, с. 193 – 223]. Сле­дуя за ним, вы­де­лим не­сколь­ко уров­ней по­ни­ма­ния пре­му­д­ро­с­ти.


Во-пер­вых, есть му­д­рость жи­тей­ская. Свя­за­на она обыч­но с умом и жиз­нен­ным опы­том. В са­мом об­щем ви­де мы мож­ем ска­зать, что это – ис­кус­ст­во пра­виль­но жить. Но это об­щее оп­ре­де­ле­ние сра­зу пе­ре­во­дит нас к дру­го­му по­ни­ма­нию. Пра­виль­ная жизнь для ве­ру­ю­ще­го – это жизнь с Бо­гом. А раз так, то пре­му­д­рость обя­за­тель­но ока­зы­ва­ет­ся свя­зан­ной с бла­го­че­с­ти­ем. И это – во-вто­рых. По сло­ву свя­ти­те­ля Ио­ан­на Зла­то­ус­та, «вы­со­чай­шая пре­му­д­рость со­сто­ит в том, что­бы по­чи­тать Бо­га, а не в том, что­бы за­ни­мать­ся из­лиш­ним и про­из­во­дить ис­сле­до­ва­ние со­вер­ша­ю­ще­го­ся. Нет ни­че­го, рав­но­го это­му ис­кус­ст­ву, нет ни­че­го силь­нее этой му­д­ро­с­ти, нет ни­че­го луч­ше бо­го­бо­яз­нен­но­с­ти» [29, т. 12, с. 1073]. «Вот, страх Гос­по­день есть ис­тин­ная пре­му­д­рость, и уда­ле­ние от зла – ра­зум
» (Иов. 28:28).


На­ча­ло пре­му­д­ро­с­ти – страх Гос­по­день
. В этом осо­бен­ность биб­лей­ской пре­му­д­ро­с­ти. Перед нами не про­сто сбор­ни­ки афоризмов житейской мудрости, полезных советов по раз­ным по­во­дам: как луч­ше со­лить гри­бы, до­ить ко­ро­ву и так да­лее. Притчи Соломона отвечают на вопрос: как сле­ду­ет че­ло­ве­ку жить для то­го, что­бы уго­дить Бо­гу? Об этом ска­за­но бы­ло еще Мо­и­се­ем: «Вот, я на­учил вас по­ста­нов­ле­ни­ям и за­ко­нам, как по­ве­лел мне Гос­подь, Бог мой, да­бы вы так по­сту­па­ли в той зем­ле, в ко­то­рую вы всту­па­е­те, чтоб ов­ла­деть ею; итак хра­ни­те и ис­пол­няй­те их, ибо в этом му­д­рость ва­ша и ра­зум ваш пред гла­за­ми на­ро­дов, ко­то­рые, ус­лы­шав о всех сих по­ста­нов­ле­ни­ях, ска­жут: толь­ко этот ве­ли­кий на­род есть на­род му­д­рый и ра­зум­ный. Ибо есть ли ка­кой ве­ли­кий на­род, к ко­то­ро­му бо­ги [его] бы­ли бы столь близ­ки, как бли­зок к нам Гос­подь, Бог наш, ког­да ни при­зо­вем Его?
» (Втор. 4:5–
7).


Очень важ­ное для на­шей те­мы за­ме­ча­ние де­ла­ет в сво­ей кни­ге ми­т­ро­по­лит Ие­ро­фей Вла­хос:


«Обыч­но го­во­рят, что че­ло­век есть ра­зум­ное су­ще­ст­во, имея в ви­ду, что он об­ла­да­ет ра­зу­мом и мы­ш­ле­ни­ем. Однако в свя­то­оте­че­с­ком бо­го­сло­вии ра­зум­ным счи­та­ет­ся не та­кой че­ло­век, ко­то­рый об­ла­да­ет лишь ра­зу­мом и про­из­но­си­мым сло­вом, но тот, кто ра­зу­мом и “ра­зум­ною си­лою ищет и ис­сле­ду­ет, как об­ре­с­ти Бо­га” и со­еди­нить­ся с Ним <преп.Фе­ог­ност, Добр., т.3, с.386>. Ра­зу­мен тот, кто очи­ща­ет свой ум, в ко­то­ром от­кры­ва­ет­ся Бог, и в даль­ней­шем вы­ра­жа­ет этот вну­т­рен­ний опыт по­сред­ст­вом сло­ва и мы­ш­ле­ния. В про­тив­ном слу­чае, че­ло­век не­ра­зу­мен и ни­чем не от­ли­ча­ет­ся от бес­сло­вес­ных жи­вот­ных. Ко­неч­но, та­кой че­ло­век об­ла­да­ет ра­зум­ной спо­соб­но­с­тью и ра­зу­мом, од­на­ко, не бу­ду­чи со­еди­нен с Бо­гом, он яв­ля­ет­ся мерт­вым. Мерт­вая ду­ша яв­ля­ет и омерт­ве­ние ра­зу­ма.


До па­де­ния ра­зум в че­ло­ве­ке имел пра­виль­ное упо­треб­ле­ние, то есть, ум ощу­щал Бо­га, а ра­зум вы­ра­жал опыт ума. “Чи­с­тый ум пра­во смо­т­рит на ве­щи; об­ра­зо­ван­ный уп­раж­не­ни­ем ра­зум ви­ден­ное по­ла­га­ет как бы пе­ред оча­ми дру­гих” <преп.Фе­ог­ност, там же>» [25, с. 207].


Это за­ме­ча­ние на­хо­дит свое под­тверж­де­ние и в рас­сма­т­ри­ва­е­мой кни­ге: «Рас­пут­ный ищет му­д­ро­с­ти и не на­хо­дит; а для ра­зум­но­го зна­ние лег­ко
» (Прит. 14:6).


Пре­му­д­рость не есть что-то та­кое, что че­ло­век мо­жет про­сто до­стичь сво­и­ми уси­ли­я­ми. Про­чи­тать все кни­ги, вы­слу­шать все лек­ции и – сде­лать­ся пре­му­д­рым. При­об­ре­те­ние пре­му­д­ро­с­ти тре­бу­ет боль­ших, ес­ли не ска­зать, все­це­лых уси­лий. «Сын мой! ес­ли ты при­мешь сло­ва мои и со­хра­нишь при се­бе за­по­ве­ди мои, так что ухо твое сде­ла­ешь вни­ма­тель­ным к му­д­ро­с­ти и на­кло­нишь серд­це твое к раз­мы­ш­ле­нию; ес­ли бу­дешь при­зы­вать зна­ние и взы­вать к ра­зу­му; ес­ли бу­дешь ис­кать его, как се­ре­б­ра, и оты­с­ки­вать его, как со­кро­ви­ще, то ура­зу­ме­ешь страх Гос­по­день и най­дешь по­зна­ние о Бо­ге. Ибо Гос­подь да­ет му­д­рость; из уст Его – зна­ние и ра­зум
» (Прит. 2:1-6).


Ока­зы­ва­ет­ся, что пре­му­д­рость-благочестие есть дар Бо­жий, а ис­точ­ник пре­му­д­ро­с­ти в Са­мом Бо­ге, Ко­то­рый со­тво­рил мир, и толь­ко Бог мо­жет да­ро­вать че­ло­ве­ку пре­му­д­рость. Ис­хо­дя­щая от Бо­га, она к Бо­гу ве­дет – толь­ко та­кая пре­му­д­рость по­чи­та­ет­ся в Пи­са­нии и в Кни­ге Притч как ис­тин­ная. «Авад­дон и смерть го­во­рят: уша­ми на­ши­ми слы­ша­ли мы слух о ней. Бог зна­ет путь ее, и Он ве­да­ет ме­с­то ее. Ибо Он про­зи­ра­ет до кон­цов зем­ли и ви­дит под всем не­бом
» (Иов. 28:22-24).


Ска­зав, что Бог – ис­точ­ник пре­му­д­ро­с­ти, ска­жем, на­ко­нец, в-третьих, и то, что Сам Он от­кры­ва­ет­ся как Пре­му­д­рость. Пре­му­д­рость у Со­ло­мо­на пред­ста­ет пер­со­ни­фи­ци­ро­ван­ной: что-то го­во­рит, ко­го-то зо­вет, что-то де­ла­ет (Прит. 8, 9). В свя­зи с тем, что уже бы­ло ска­за­но вы­ше, мож­но ожи­дать, что речь идет об Ипо­с­тас­ной Пре­му­д­ро­с­ти Бо­жи­ей. «От Не­го и вы во Хри­с­те Ии­су­се, Ко­то­рый сде­лал­ся для нас пре­му­д­ро­с­тью
от Бо­га, пра­вед­но­с­тью и ос­вя­ще­ни­ем и ис­куп­ле­ни­ем
» – пи­шет апо­с­тол Па­вел (1 Кор. 1:30).


Три воз­зва­ния Пре­му­д­ро­с­ти.
Пер­вые ре­чи Со­ло­мо­на со­дер­жат в се­бе то, что ино­гда на­зы­ва­ют воз­зва­ни­я­ми Пре­му­д­ро­с­ти Бо­жи­ей к лю­дям [см. напр. 23, кол. 127 – 129], по­то­му что здесь речь идет от пер­во­го ли­ца. Пер­вое воз­зва­ние со­дер­жит­ся в 1-ой главе: «Об­ра­ти­тесь к мо­е­му об­ли­че­нию: вот, я изо­лью на вас дух мой, воз­ве­щу вам сло­ва мои. Я зва­ла, и вы не по­слу­ша­лись; про­сти­ра­ла ру­ку мою, и не бы­ло вни­ма­ю­ще­го; и вы от­вер­г­ли все мои со­ве­ты, и об­ли­че­ний мо­их не при­ня­ли. За то и я по­сме­юсь ва­шей по­ги­бе­ли; по­ра­ду­юсь, ког­да при­дет на вас ужас; ког­да при­дет на вас ужас, как бу­ря, и бе­да, как вихрь, при­не­сет­ся на вас; ког­да по­стиг­нет вас скорбь и тес­но­та. Тог­да бу­дут звать ме­ня, и я не ус­лы­шу; с ут­ра бу­дут ис­кать ме­ня, и не най­дут ме­ня. За то, что они воз­не­на­ви­де­ли зна­ние и не из­бра­ли для се­бя стра­ха Гос­под­ня, не при­ня­ли со­ве­та мо­е­го, пре­зре­ли все об­ли­че­ния мои; за то и бу­дут они вку­шать от пло­дов пу­тей сво­их и на­сы­щать­ся от по­мыс­лов их. По­то­му что упор­ст­во не­вежд убь­ет их, и бес­печ­ность глуп­цов по­гу­бит их, а слу­ша­ю­щий ме­ня бу­дет жить бе­зо­пас­но и спо­кой­но, не стра­шась зла
» (Притч. 1:23–33). Здесь со­вер­шен­но оче­вид­но, что пре­му­д­рость не есть про­сто зна­ние, по­сколь­ку и те бе­ды, ко­то­рые при­дут на че­ло­ве­ка, ко­то­рый ее не име­ет, и, на­обо­рот, бе­зо­пас­ность людей, сле­ду­ю­щих пре­му­д­ро­с­ти, яв­но пре­вы­ша­ет по­след­ст­вия от об­ла­да­ния или от­сут­ст­вия обык­но­вен­но­го зна­ния. Эти сло­ва весь­ма на­по­ми­на­ют ветхозаветную про­ро­че­с­кую про­по­ведь.


Вто­рое воз­зва­ние Пре­му­д­ро­с­ти со­дер­жит­ся в 8-ой гла­ве. Пре­му­д­рость «ста­но­вит­ся на воз­вы­шен­ных ме­с­тах, при до­ро­ге, на рас­пу­ти­ях; она взы­ва­ет у во­рот при вхо­де в го­род, при вхо­де в две­ри: к вам, лю­ди, взы­ваю я, и к сы­нам че­ло­ве­че­с­ким го­лос мой! <...> Слу­шай­те, по­то­му что я бу­ду го­во­рить важ­ное, и из­ре­че­ние уст мо­их – прав­да; ибо ис­ти­ну про­из­не­сет язык мой, и не­че­с­тие — мер­зость для уст мо­их; все сло­ва уст мо­их спра­вед­ли­вы; нет в них ко­вар­ст­ва и лу­кав­ст­ва; все они яс­ны для ра­зум­но­го и спра­вед­ли­вы для при­об­рет­ших зна­ние. При­ми­те уче­ние мое, а не се­ре­б­ро; луч­ше зна­ние, не­же­ли от­бор­ное зо­ло­то; по­то­му что му­д­рость луч­ше жем­чу­га, и ни­что из же­ла­е­мо­го не срав­нит­ся с нею. Я, пре­му­д­рость, оби­таю с ра­зу­мом и ищу рас­су­ди­тель­но­го зна­ния. Страх Гос­по­день – не­на­ви­деть зло; гор­дость и вы­со­ко­ме­рие и злой путь и ко­вар­ные ус­та я не­на­ви­жу. У ме­ня со­вет и прав­да; я – ра­зум, у ме­ня си­ла. Мною ца­ри цар­ст­ву­ют и по­ве­ли­те­ли уза­ко­ня­ют прав­ду; мною на­чаль­ст­ву­ют на­чаль­ни­ки и вель­мо­жи и все су­дьи зем­ли. Лю­бя­щих ме­ня я люб­лю, и ищу­щие ме­ня най­дут ме­ня; бо­гат­ст­во и сла­ва у ме­ня, со­кро­ви­ще не­по­ги­ба­ю­щее и прав­да; пло­ды мои луч­ше зо­ло­та, и зо­ло­та са­мо­го чи­с­то­го, и поль­зы от ме­ня боль­ше, не­же­ли от от­бор­но­го се­ре­б­ра. Я хо­жу по пу­ти прав­ды, по сте­зям пра­во­су­дия, что­бы до­ста­вить лю­бя­щим ме­ня су­ще­ст­вен­ное бла­го, и со­кро­вищ­ни­цы их я на­пол­няю. Гос­подь имел ме­ня на­ча­лом пу­ти Сво­е­го, преж­де со­зда­ний Сво­их, ис­ко­ни; от ве­ка я по­ма­за­на, от на­ча­ла, преж­де бы­тия зем­ли. Я ро­ди­лась, ког­да еще не су­ще­ст­во­ва­ли без­дны, ког­да еще не бы­ло ис­точ­ни­ков, обиль­ных во­дою. Я ро­ди­лась преж­де, не­же­ли во­дру­же­ны бы­ли го­ры, преж­де хол­мов, ког­да еще Он не со­тво­рил ни зем­ли, ни по­лей, ни на­чаль­ных пы­ли­нок все­лен­ной. Ког­да Он уго­тов­лял не­бе­са, я бы­ла там. Ког­да Он про­во­дил кру­го­вую чер­ту по ли­цу без­дны, ког­да ут­верж­дал ввер­ху об­ла­ка, ког­да ук­реп­лял ис­точ­ни­ки без­дны, ког­да да­вал мо­рю ус­тав, что­бы во­ды не пе­ре­сту­па­ли пре­де­лов его, ког­да по­ла­гал ос­но­ва­ния зем­ли: тог­да я бы­ла при Нем ху­дож­ни­цею, и бы­ла ра­до­с­тью вся­кий день, ве­се­лясь пред ли­цем Его во все вре­мя, ве­се­лясь на зем­ном кру­гу Его, и ра­дость моя бы­ла с сы­на­ми че­ло­ве­че­с­ки­ми. Итак, де­ти, по­слу­шай­те ме­ня; и бла­жен­ны те, ко­то­рые хра­нят пу­ти мои! По­слу­шай­те на­став­ле­ния и будь­те му­д­ры, и не от­сту­пай­те от не­го. Бла­жен че­ло­век, ко­то­рый слу­ша­ет ме­ня, бодр­ст­вуя каж­дый день у во­рот мо­их и стоя на стра­же у две­рей мо­их! по­то­му что, кто на­шел ме­ня, тот на­шел жизнь, и по­лу­чит бла­го­дать от Гос­по­да; а со­гре­ша­ю­щий про­тив ме­ня на­но­сит вред ду­ше сво­ей: все, не­на­ви­дя­щие ме­ня, лю­бят смерть
» (Прит. 8:2-4, 6-36). Пре­му­д­рость рож­де­на «преж­де всех век». Пре­му­д­рость пред­ста­ет здесь твор­че­с­кой си­лой Бо­жи­ей, по­сред­ст­вом ко­то­рой Гос­подь тво­рит мир. Мы зна­ем, что Гос­подь тво­рит мир че­рез Сы­на, «им­же вся бы­ша». Пре­му­д­ро­с­ти ус­ва­и­ва­ет­ся со­тво­ре­ние ми­ра и ук­ра­ше­ние его. Дар Пре­му­д­ро­с­ти по­до­бен жем­чу­жи­не и со­кро­ви­щу. Ищу­щий му­д­ро­с­ти по­зна­ет ее уче­ние. По со­дер­жа­нию этот от­ры­вок на­по­ми­на­ет нам еван­гель­скую про­по­ведь Спа­си­те­ля (осо­бен­но ре­чи, со­дер­жа­щи­е­ся в Еван­ге­лии от Ио­ан­на).


И на­ко­нец, тре­тье воз­зва­ние со­дер­жит­ся в 9-ой гла­ве. Оно из­ве­ст­но луч­ше двух дру­гих, по­сколь­ку обыч­но чи­та­ет­ся в ка­че­ст­ве тре­ть­ей па­ре­мии на Бо­го­ро­дич­ные пра­зд­ни­ки: «Пре­му­д­рость по­ст­ро­и­ла се­бе дом, вы­те­са­ла семь стол­бов его, за­ко­ло­ла жерт­ву, рас­тво­ри­ла ви­но свое и при­го­то­ви­ла у се­бя тра­пе­зу; по­сла­ла слуг сво­их про­воз­гла­сить с воз­вы­шен­но­с­тей го­род­ских: “кто не­ра­зу­мен, об­ра­тись сю­да!” И ску­до­ум­но­му она ска­за­ла: “иди­те, ешь­те хлеб мой и пей­те ви­но, мною рас­тво­рен­ное; ос­тавь­те не­ра­зу­мие, и жи­ви­те, и хо­ди­те пу­тем ра­зу­ма”. <…> На­ча­ло му­д­ро­с­ти – страх Гос­по­день, и по­зна­ние Свя­то­го – ра­зум; по­то­му что чрез ме­ня ум­но­жат­ся дни твои, и при­ба­вит­ся те­бе лет жиз­ни
» (Притч. 9:1–6, 10). Здесь лег­ко уви­деть апо­с­то­лов, по­сы­ла­е­мых по ус­т­ро­е­нии Хри­с­том Церк­ви на все­мир­ную про­по­ведь. Все уже со­вер­ши­лось, и все при­гла­ша­ют­ся на тор­же­ст­вен­ную тра­пе­зу Агнца (Откр. 19:9). По­нят­но, что по­сколь­ку при­не­се­ние жерт­вы и ус­т­ро­е­ние до­ма на се­ми стол­пах, то есть Церк­ви, ста­ло воз­мож­ным толь­ко по­сред­ст­вом Бо­го­во­пло­ще­ния, ко­то­рое со­вер­ши­лось с уча­с­ти­ем Бо­жи­ей Ма­те­ри, то эта па­ре­мия и чи­та­ет­ся на Бо­го­ро­дич­ные пра­зд­ни­ки.


Та­кое по­ни­ма­ние это­го от­рыв­ка за­фик­си­ро­ва­но и в гим­но­гра­фии:


«Все­ви­нов­ная и по­да­тель­ная жиз­ни, без­мер­ная Му­д­рость Бо­жия со­зда храм Се­бе от Чи­с­тыя Не­ис­ку­со­муж­ныя Ма­те­ре: в храм бо те­ле­сен обол­кий­ся, слав­но про­сла­ви­ся Хри­с­тос Бог наш.


Тай­но во­дя­щи дру­ги своя, ду­ше­пи­та­тель­ную уго­тов­ля­ет тра­пе­зу, без­смер­тия же во­ис­тин­ну Му­д­рость Бо­жия рас­тво­ря­ет ча­шу вер­ным: при­сту­пим бла­го­че­ст­но и во­зо­пи­им: слав­но про­сла­ви­ся Хри­с­тос Бог наш.


Ус­лы­шим вси вер­нии со­зы­ва­ю­щую вы­со­ким про­по­ве­да­ни­ем не­со­здан­ную и ес­те­ст­вен­ную Пре­му­д­рость Бо­жию, во­пи­ет бо: вку­си­те и ра­зу­мев­ше, яко Хри­с­тос Аз, во­зо­пий­те: слав­но про­сла­ви­ся Хри­с­тос Бог наш»[36]
.


Под тра­пе­зой, при­го­тов­лен­ной Пре­му­д­ро­с­тью, мож­но по­ни­мать не толь­ко Ев­ха­ри­с­тию, но и уче­ние Спа­си­те­ля. Свя­ти­тель Ва­си­лий Ве­ли­кий го­во­рит, что Пи­са­ние «все го­во­рит в выс­шем зна­ме­но­ва­нии, под об­ра­зом те­ле­сно­го да­вая нам ра­зу­меть ду­хов­ное. Ибо сло­вес­ную пи­щу ду­ши на­зы­ва­ет тра­пе­зою, к ко­то­рой со­зы­ва­ет с вы­со­ким про­по­ве­да­ни­ем, то есть уче­ни­я­ми, не за­клю­ча­ю­щи­ми в се­бе ни­че­го низ­ко­го и пре­зрен­но­го» [12, ч. 4, с. 198].


О глу­по­с­ти.
В про­ти­во­по­лож­ность му­д­ро­му, глу­пый это не про­сто не очень ум­ный че­ло­век. Безумие
– это по­ня­тие, свя­зан­ное с не­че­с­ти­ем: «ре­че бе­зу­мен в серд­це сво­ем: несть Бог
» (Пс. 52:2). Потому-то Хри­с­тос в На­гор­ной про­по­ве­ди го­во­рит: «…кто ска­жет
(бра­ту сво­е­му):“бе­зум­ный”, под­ле­жит ге­ен­не ог­нен­ной
» (Мф. 5:22). По­это­му, ког­да в Священном Писании речь идет о глу­по­с­ти, нуж­но по­ни­мать, что глу­пость, как и мудрость, вос­хо­дит как бы к са­мой серд­це­ви­не че­ло­ве­че­с­кой жиз­ни, а имен­но к его са­мо­опре­де­ле­нию по от­но­ше­нию к Бо­гу. И по­это­му пре­му­д­рость Бо­жия со­вер­шен­но не­по­сти­жи­ма для глуп­ца. Ка­за­лось бы – это дар Бо­жий, и мож­но бы­ло бы дать его и глуп­цу, но по­сколь­ку глу­пец – это тот, кто от­вра­ща­ет­ся от Бо­га, то, со­от­вет­ст­вен­но, та­ко­вой не мо­жет по­лу­чить этот дар. «Ибо не­веж­да го­во­рит глу­пое, и серд­це его по­мы­ш­ля­ет о без­за­кон­ном, что­бы дей­ст­во­вать ли­це­мер­но и про­из­но­сить ху­лу на Гос­по­да, ду­шу го­лод­но­го ли­шать хле­ба и от­ни­мать пи­тье у жаж­ду­ще­го
» (Ис. 32:6).


Кста­ти, вспом­ним, что «бла­го­ра­зум­но» ре­шив­ше­го рас­ши­рить жит­ни­цы бо­га­ча Еван­гель­ская прит­ча име­ну­ет имен­но бе­зум­ным. Но в рас­кры­тии по­ня­тия глу­по­с­ти сле­ду­ет пой­ти даль­ше.


Ес­ли оли­це­тво­ре­ни­ем Пре­му­д­ро­с­ти в кни­ге Прит­чей яв­ля­ет­ся до­б­рая и бла­го­ра­зум­ная же­на [15, с. 23], то глу­по­с­ти – рас­пут­ная жен­щи­на.


«Ког­да му­д­рость вой­дет в серд­це твое, и зна­ние бу­дет при­ят­но ду­ше тво­ей, тог­да рас­су­ди­тель­ность бу­дет обе­ре­гать те­бя, ра­зум бу­дет ох­ра­нять те­бя, <...> да­бы спа­с­ти те­бя от же­ны дру­го­го, от чу­жой, ко­то­рая умяг­ча­ет ре­чи свои, ко­то­рая ос­та­ви­ла ру­ко­во­ди­те­ля юно­с­ти сво­ей и за­бы­ла за­вет Бо­га сво­е­го. Дом ее ве­дет к смер­ти, и сте­зи ее – к мерт­ве­цам; ни­кто из во­шед­ших к ней не воз­вра­ща­ет­ся и не всту­па­ет на путь жиз­ни
» (Прит. 2:10-11, 16-19).


«Ибо мед ис­то­ча­ют ус­та чу­жой же­ны, и мяг­че елея речь ее; но по­след­ст­вия от нее горь­ки, как по­лынь, ос­т­ры, как меч обо­юдо­ос­т­рый; но­ги ее нис­хо­дят к смер­ти, сто­пы ее до­сти­га­ют пре­ис­под­ней. Ес­ли бы ты за­хо­тел по­стиг­нуть сте­зю жиз­ни ее, то пу­ти ее не­по­сто­ян­ны, и ты не уз­на­ешь их
» (Прит. 5:3-6).


Чу­жая же­на за­вле­ка­ет в свои се­ти слад­ки­ми ре­ча­ми (Прит. 2:16, 5:3, 6:24, 7:21), хо­тя блуд­ни­цам обыч­но свой­ст­вен­ны дру­гие при­емы [1, с. 34]. Из вы­ше­при­ве­ден­ных ци­тат де­ла­ет­ся яс­ным, что под глу­по­с­тью, рас­пут­ной жен­щи­ной по­ни­ма­ет­ся не­че­с­тие, и его ис­точ­ник – ди­а­вол. Осо­бен­но яс­но это вид­но из то­го, что сра­зу за тре­ть­им воз­зва­ни­ем Пре­му­д­ро­с­ти сле­ду­ет опи­са­ние об­ра­за дей­ст­вия глу­по­с­ти:


«Жен­щи­на без­рас­суд­ная, шум­ли­вая, глу­пая и ни­че­го не зна­ю­щая са­дит­ся у две­рей до­ма сво­е­го на сту­ле, на воз­вы­шен­ных ме­с­тах го­ро­да, что­бы звать про­хо­дя­щих до­ро­гою, иду­щих пря­мо сво­и­ми пу­тя­ми: “кто глуп, об­ра­тись сю­да!” И ску­до­ум­но­му ска­за­ла она: “во­ды кра­де­ные слад­ки, и ута­ен­ный хлеб при­ятен”. И он не зна­ет, что мерт­ве­цы там, и что в глу­би­не пре­ис­под­ней за­зван­ные ею. [Но ты от­ско­чи, не мед­ли на ме­с­те, не ос­та­нав­ли­вай взгля­да тво­е­го на ней; ибо та­ким об­ра­зом ты прой­дешь во­ду чу­жую. От во­ды чу­жой уда­ляй­ся, и из ис­точ­ни­ка чу­жо­го не пей, что­бы по­жить мно­гое вре­мя, и что­бы при­ба­ви­лись те­бе ле­та жиз­ни.]
» (Прит. 9:13-18). Диавол во всем пы­та­ет­ся под­ра­жать Бо­гу, но, не имея ни­че­го сво­е­го, вы­нуж­ден до­воль­ст­во­вать­ся кра­де­ным и ута­ен­ным.


По­уче­ния кни­ги.
Из то­го, что ска­за­но, о том, как стя­жать Премудрость и к че­му она че­ло­ве­ка ве­дет, сле­ду­ют и все ос­таль­ные на­став­ле­ния во всех че­ло­ве­че­с­ких от­но­ше­ни­ях. Там рас­сма­т­ри­ва­ют­ся от­но­ше­ния меж­ду муж­чи­на­ми и жен­щи­на­ми и как долж­но су­дить в су­де, как нуж­но ко­му-то за ко­го-то по­ру­чать­ся, да­вать взай­мы и так да­лее. Про­сма­т­ри­ва­ет­ся са­мое глав­ное — то, что ве­дет че­ло­ве­ка к Бо­гу, по­мо­га­ет че­ло­ве­ку ис­пол­нить ус­та­нов­ле­ние Бо­жие или, на­обо­рот, от­вра­ща­ет. Пра­вед­ная жизнь в уме­рен­но­с­ти, в воз­дер­жа­нии, с мо­лит­вой ве­дет к это­му; вся­кое рас­пут­ст­во, кра­жи, ложь и так да­лее от­вра­ща­ют от этой жиз­ни. И имен­но в этом клю­че как раз и оце­ни­ва­ют­ся те или иные пу­ти че­ло­ве­че­с­кой жиз­ни.


На первый взгляд может показаться, что, начиная с 10-й главы, кни­га Прит­чей распадается на не свя­зан­ные меж­ду со­бой по­уче­ния. Однако это не так. При бо­лее вни­ма­тель­ном под­хо­де мож­но за­ме­тить, что не­ко­то­рые фра­зы по­вто­ря­ют­ся, при этом из­ме­ня­ясь в од­ной из сво­их ча­с­тей. И ес­ли по­до­брать по­хо­жие вы­ра­же­ния, то мож­но по­лу­чить за­ме­ча­тель­ную «объ­ем­ную» кар­ти­ну и убе­дить­ся, что все не так про­сто в этой кни­ге, предназначенной именно для упражнения. Для при­ме­ра при­ве­ду две не­боль­шие под­бор­ки.


Пер­вая по­свя­ще­на раз­до­рам, ко­то­рые мно­гие счи­та­ют не­из­беж­ным ат­ри­бу­том че­ло­ве­че­с­ко­го об­ще­жи­тия.


При­кры­ва­ю­щий про­сту­пок ищет люб­ви; а кто сно­ва на­по­ми­на­ет о нем, тот уда­ля­ет дру­га
(17:9).


Не­на­висть

воз­буж­да­ет раз­до­ры, но лю­бовь по­кры­ва­ет все гре­хи
(10:12).


От вы­со­ко­ме­рия
про­ис­хо­дит раз­дор, а у со­ве­ту­ю­щих­ся — му­д­рость
(13:10).


Вспыль­чи­вый

че­ло­век воз­буж­да­ет раз­дор, а тер­пе­ли­вый ути­ша­ет рас­прю
(15:18).


На­ча­ло ссо­ры – как про­рыв во­ды; ос­тавь ссо­ру преж­де, не­же­ли раз­го­ре­лась она
(17:14).


Честь для че­ло­ве­ка — от­стать от ссо­ры; а вся­кий глу­пец
за­до­рен
(20:3).


Про­го­ни ко­щун­ни­ка
, и уда­лит­ся раз­дор, и пре­кра­тят­ся ссо­ра и брань
(22:10).


Где нет боль­ше дров, огонь по­га­са­ет, и где нет на­уш­ни­ка
, раз­дор ути­ха­ет
.


Уголь – для жа­ра и дро­ва – для ог­ня, а че­ло­век свар­ли­вый
– для раз­жже­ния ссо­ры
(26:20-21).


Не дру­жись с гнев­ли­вым и не со­об­щай­ся с че­ло­ве­ком вспыль­чи­вым, что­бы не на­учить­ся пу­тям его и не на­влечь пет­ли на ду­шу твою
(22:24-25).


Из при­ве­ден­ных тек­с­тов от­чет­ли­во вид­но, что столь при­выч­ные ро­ду че­ло­ве­че­с­ко­му раз­до­ры об­ли­ча­ют при­сут­ст­вие глуп­ца, гор­де­ца и ко­щун­ни­ка, то есть на­пря­мую свя­за­ны с не­че­с­ти­ем.


Во вто­рой части со­бра­ны по­уче­ния о ми­ло­с­ты­не.


Ми­ло­сер­ди­ем

и прав­дою очи­ща­ет­ся грех
, и страх Гос­по­день от­во­дит от зла
(16:6).


Бла­го­тво­ря­щий бед­но­му да­ет взай­мы Гос­по­ду
, и Он воз­даст ему за бла­го­де­я­ние его
(19:17).


Че­ло­век ми­ло­сер­дый бла­го­тво­рит ду­ше сво­ей
, а же­с­то­ко­сер­дый
раз­ру­ша­ет плоть свою
(11:17).


Кто ру­га­ет­ся над ни­щим, тот ху­лит Твор­ца его; кто ра­ду­ет­ся не­сча­с­тью, тот не ос­та­нет­ся не­на­ка­зан­ным [а ми­ло­сер­дый по­ми­ло­ван бу­дет]
(17:5).


Кто тес­нит бед­но­го, тот ху­лит Твор­ца
его; чту­щий же Его бла­го­тво­рит нуж­да­ю­ще­му­ся
(14:31).


Кто за­ты­ка­ет ухо свое от во­пля бед­но­го, тот и сам бу­дет во­пить, – и не бу­дет ус­лы­шан

(21:13).


Ум­но­жа­ю­щий име­ние свое рос­том и ли­х­вою со­бе­рет его для бла­го­тво­ри­те­ля бед­ных
(28:8).


Да­ю­щий ни­ще­му не обед­не­ет; а кто за­кры­ва­ет гла­за свои от не­го, на том мно­го про­кля­тий
(28:27).


И здесь так­же оче­вид­на связь ми­ло­сер­дия и бла­го­че­с­тия. В этих при­ме­рах мы на­хо­дим под­тверж­де­ние вы­ска­зан­ной ра­нее мыс­ли о том, что глав­ный ин­те­рес кни­ги – не в улуч­ше­нии бы­та, но в на­уче­нии пра­вед­но­с­ти.


Ци­та­ты из кни­ги Прит­чей в Но­вом За­ве­те.
Не­сколь­ко ци­тат из кни­ги Прит­чей встре­ча­ет­ся в По­сла­ни­ях апо­с­толь­ских.


В по­сла­нии апо­с­то­ла Иа­ко­ва в 4 гла­ве (Иак. 4:6) и в 1-ом по­сла­нии апо­с­то­ла Пе­т­ра (1 Пет. 5:5): «Бог гор­дым про­ти­вит­ся, а сми­рен­ным да­ет бла­го­дать
», – то­же из 3-­ей главы кни­ги Притчей (Притч. 3:34).


В 1-ом по­сла­нии апо­с­то­ла Пе­т­ра: «И ес­ли пра­вед­ник ед­ва спа­са­ет­ся, то не­че­с­ти­вый и греш­ный где явит­ся?
» (1 Пет. 4:18) – это то­же ци­та­та из кни­ги Притчей, из 11 гла­вы (Притч. 11:31) и то­же ци­ти­ру­ет­ся в со­от­вет­ст­вии с гре­че­с­ким тек­с­том.


Во 2-ом по­сла­нии апо­с­то­ла Пе­т­ра во 2-й гла­ве: «но с ни­ми слу­ча­ет­ся по вер­ной по­сло­ви­це: пес воз­вра­ща­ет­ся на свою бле­во­ти­ну, и вы­мы­тая сви­нья идет ва­лять­ся в гря­зи
» (2 Пет. 2:22), – то­же ци­та­та из кни­ги Притч (Притч. 26:11).


В по­сла­нии к рим­ля­нам в 12-й гла­ве: «Итак, ес­ли враг твой го­ло­ден, на­кор­ми его; ес­ли жаж­дет, на­пой его: ибо, де­лая сие, ты со­бе­решь ему на го­ло­ву го­ря­щие уго­лья
» (Рим. 12:20) – это ци­та­та из 25 гла­вы кни­ги Притчей (Притч. 25:21-22).


В по­сла­нии к ев­ре­ям в 12-й гла­ве го­во­рит­ся: «Вы еще не до кро­ви сра­жа­лись, под­ви­за­ясь про­тив гре­ха, и за­бы­ли уте­ше­ние, ко­то­рое пред­ла­га­ет­ся вам, как сы­нам: сын мой! Не пре­не­бре­гай на­ка­за­ния Гос­под­ня, и не уны­вай, ког­да Он об­ли­ча­ет те­бя. Ибо Гос­подь, ко­го лю­бит, то­го на­ка­зу­ет; бьет же вся­ко­го сы­на, ко­то­ро­го при­ни­ма­ет
» (Евр. 12:4-6) – это 3-я гла­ва (Притч. 3:11-12), при­чем кни­га Прит­чей ци­ти­ру­ет­ся по тек­с­ту Сеп­ту­а­гин­ты, а не по ма­со­рет­ско­му.


Мож­но изу­чать прит­чи еще и по бо­го­слу­жеб­но­му упо­треб­ле­нию, обращая внимание на то, как они упо­треб­ля­ют­ся в па­ре­ми­ях. Мы уже говорили, что само греческое сло­во «па­ре­мия» в пе­ре­во­де оз­на­ча­ет «прит­ча». Та­ким об­ра­зом, кни­га Прит­чей да­ет на­зва­ние всем вет­хо­за­вет­ным чте­ни­ям за бо­го­слу­же­ни­ем.


Па­ре­мии из кни­ги Притчей чи­та­ют­ся на служ­бах Кре­с­ту, Бо­го­ро­ди­це, свя­ти­те­лям.


Прит­чи чи­та­ют­ся за бо­го­слу­же­ни­ем во все буд­ние дни Ве­ли­ко­го По­ста. По мне­нию про­фес­со­ра А.Олес­ниц­ко­го «по­сле псал­мов Цер­ковь ча­ще дру­гих вет­хо­за­вет­ных книг пред­ла­га­ет для чте­ния кни­гу Прит­чей, осо­бен­но во дни Св. Че­ты­ре­де­сят­ни­цы, так как, по при­ве­ден­но­му сви­де­тель­ст­ву св. Гри­го­рия и дру­гих от­цов, уче­ни­ем кни­ги Прит­чей со­об­ща­ет­ся ду­хов­ная гиб­кость в по­дви­гах свя­той жиз­ни. В дни по­ста и по­ка­я­ния боль­ше, чем ког­да-ли­бо, че­ло­век со­зна­ет се­бя стран­ни­ком, не име­ю­щим пре­бы­ва­ю­ще­го гра­да, а кни­га Прит­чей или, по гре­че­с­ко­му на­зва­нию ее, па­ре­мий, за­клю­ча­ет в се­бе, как объ­яс­ня­ют древ­ние тол­ко­ва­те­ли, имен­но до­рож­ные на­пут­ст­вия стран­ни­кам» [57, с. 73].



22.2. Ек­кле­си­аст

«Сло­ва Ек­кле­си­а­с­та, сы­на Да­ви­до­ва, ца­ря в Ие­ру­са­ли­ме
» (Еккл. 1:1) – так на­чи­на­ет­ся эта кни­га. Сло­во «Ек­кле­си­аст» – греческое, оз­на­ча­ет «про­по­вед­ник». Имя Со­ло­мо­на в ней пря­мо не на­зы­ва­ет­ся, но в дру­гом ме­с­те го­во­рит­ся, что он «был ца­рем над Из­ра­и­лем в Ие­ру­са­ли­ме
» (Еккл. 1:12). Соб­ст­вен­но, ца­ря­ми над Из­ра­и­лем в Ие­ру­са­ли­ме бы­ли толь­ко два че­ло­ве­ка: Да­вид и Со­ло­мон, в мо­мент во­ца­ре­ния Ро­во­а­ма уже про­изо­ш­ло раз­де­ле­ние, по­это­му вы­бор не­боль­шой. Ес­ли ав­тор го­во­рит, что он сын Да­ви­да, оче­вид­но, что нам ос­та­ет­ся толь­ко Со­ло­мон.


Сно­ва на­пом­ню о при­во­див­шем­ся вы­ше то­лко­ва­нии свя­ти­те­ля Гри­го­рия Нис­ско­го по по­во­ду ав­тор­ст­ва кни­г Соломоновых. Относительно обсуждаемого сти­ха он го­во­рит, «что си­ла и этих слов воз­во­дит­ся к То­му, Кто на Еван­ге­лии ут­вер­дил Цер­ковь, ибо ска­за­но: гла­го­лы Ек­кле­си­а­с­та, сы­на Да­ви­до­ва
. А так и Его име­ну­ет Мат­фей в на­ча­ле Еван­ге­лия, на­зы­вая Гос­по­да Сы­ном Да­ви­до­вым» [19, c. 7].


Об­щая ха­рак­те­ри­с­ти­ка.
В на­ча­ле сво­е­го тол­ко­ва­ния свя­ти­тель Гри­го­рий Нис­ский пи­шет: «На ис­тол­ко­ва­ние нам пред­ла­га­ется­ Ек­кле­си­аст, труд­ность воз­зре­ния на ко­то­рый рав­ня­ет­ся ве­ли­чию до­став­ля­е­мой им поль­зы. Ибо по­сле то­го, как ум обу­чен уже при­точ­ным мыс­лям, в ко­то­рых, по ска­зан­но­му в пре­дис­ло­вии к кни­ге Прит­чей, есть и тем­ные сло­ва, и пре­му­д­рые ре­че­ния, и га­да­ния, и раз­лич­ные обо­ро­ты ре­чи (Прит. 1:6), – толь­ко при­шед­шим уже в воз­раст, спо­соб­ным к слу­ша­нию со­вер­шен­ней­ших уро­ков, воз­мож­но вос­хож­де­ние и до се­го воз­вы­шен­но­го и бо­го­дух­но­вен­но­го пи­са­ния. По­се­му, ес­ли прит­ча и уп­раж­не­ние, при­уго­тов­ля­ю­щее нас к сим уро­кам, суть не­что труд­ное и не­удо­боз­ри­мое, то сколь­ко на­доб­но тру­да, что­бы са­мим вник­нуть в сии воз­вы­шен­ные мыс­ли, пред­ла­га­е­мые нам те­перь для обо­зре­ния?» [19, с. 4 – 5].


На пер­вый взгляд, Ек­кле­си­аст удив­ля­ет своим бе­зу­держ­ным скеп­ти­циз­мом, так за­мет­но от­ли­ча­ю­щим­ся от спо­кой­ной урав­но­ве­шен­но­с­ти Прит­чей и вхо­дя­щим в про­ти­во­ре­чие с хва­ле­ни­ем Псал­ти­ри и восторженностью Песни Песней. По­это­му сле­ду­ет ра­зо­брать­ся, в чем здесь де­ло, дей­ст­ви­тель­но ли эта кни­га не­сет в се­бе толь­ко не­га­тив­ное со­дер­жа­ние, или все-та­ки она со­дер­жит и не­что по­ло­жи­тель­ное?


Изу­чив в на­ча­ле кур­са раз­лич­ные ви­ды тол­ко­ва­ния Свя­щен­но­го Пи­са­ния, мы мо­жем по­пы­тать­ся вы­де­лить в кни­ге два уров­ня: бук­валь­ный, то есть как бы не­кое те­ло, и ал­ле­го­ри­че­с­кий, как бы дух ее. По­ка­зы­вая не­ко­то­рую бес­смыс­лен­ность и без­на­деж­ность мно­го­об­раз­ных плот­ских по­пе­че­ний, Ек­кле­си­аст при­кро­вен­но пред­ла­га­ет и по­ло­жи­тель­ное уче­ние, ука­зы­вая, к че­му долж­на стре­мить­ся ду­ша.


«Су­е­та су­ет, ска­зал Ек­кле­си­аст, су­е­та су­ет, – все су­е­та!
» (Еккл. 1:2). Та­ков лейт­мо­тив кни­ги. Бо­лее двад­ца­ти раз упо­треб­ля­ет­ся в ней это сло­во.


Сна­ча­ла Ек­кле­си­аст рас­сма­т­ри­ва­ет раз­но­го ро­да че­ло­ве­че­с­кие тру­ды. Он ре­шил все ис­сле­до­вать: все на­слаж­де­ния и все бо­гат­ст­ва ми­ра, со­здал се­бе до­ма, са­ды, ни в ка­ком удо­воль­ст­вии се­бе не от­ка­зы­вал и уви­дел, что все это – су­е­та су­ет, и том­ле­ние ду­ха
, и нет в них поль­зы под солн­цем. По­че­му? По­то­му что, уми­рая, не зна­ет, ко­му ос­та­вит все это в на­след­ст­во. Он го­во­рит: «И воз­не­на­ви­дел я весь труд мой, ко­то­рым тру­дил­ся под солн­цем, по­то­му что дол­жен ос­та­вить его че­ло­ве­ку, ко­то­рый бу­дет по­сле ме­ня. И кто зна­ет: му­д­рый ли бу­дет он, или глу­пый? А он бу­дет рас­по­ря­жать­ся всем тру­дом мо­им, ко­то­рым я тру­дил­ся и ко­то­рым по­ка­зал се­бя му­д­рым под солн­цем. И это – су­е­та!
» (Еккл. 2:18–19); «Г
о­во­рил я с серд­цем мо­им так: вот, я воз­ве­ли­чил­ся и при­об­рел му­д­ро­с­ти боль­ше всех
, которые были прежде меня над Иерусалимом,
– то бы­ло бо­гат­ст­во, а те­перь му­д­ро­с­ть, – и серд­це мое ви­де­ло мно­го му­д­ро­с­ти и зна­ния, и пре­дал я серд­це мое то­му, что­бы по­знать му­д­рость и по­знать бе­зу­мие и глу­пость: уз­нал, что и это
– том­ле­ние ду­ха, по­то­му что во мно­гой му­д­ро­с­ти мно­го пе­ча­ли, и кто ум­но­жа­ет по­зна­ние, ум­но­жа­ет скорбь
» (Еккл. 1:16–18). Бук­валь­ный смысл до­воль­но ясен. Как говорит русская пословица: «мно­го бу­дешь знать – ско­ро со­ста­ришь­ся».


Рас­сма­т­ри­вая де­ла че­ло­ве­че­с­кие, Ек­кле­си­аст, кон­ста­ти­руя по оче­ре­ди су­ет­ность то од­но­го, то дру­го­го, не­о­жи­дан­но го­во­рит: «по­знал я, что все, что де­ла­ет Бог, пре­бы­ва­ет во­век: к то­му не­че­го при­бав­лять и от то­го не­че­го уба­вить, – и Бог де­ла­ет так, что­бы бла­го­го­ве­ли пред ли­цем Его
» (Еккл. 3:14), – то есть ря­дом с рас­смо­т­ре­ни­ем не­проч­но­с­ти и временности всех дел че­ло­ве­че­с­ких, он не забывает и о том, что проч­но и дей­ст­ви­тель­но су­ще­ст­ву­ет: толь­ко то, что ис­хо­дит от Бо­га, то, что на Не­го опи­ра­ет­ся: «что бы­ло, то и те­перь есть, и что бу­дет, то уже бы­ло, – и Бог воз­зо­вет про­шед­шее
» (Еккл. 3:15).


Меж­ду тем в ус­ло­ви­ях пад­ше­го ми­ра эта ис­ти­на не впол­не оче­вид­на. Он го­во­рит: «ви­дел я под солн­цем: ме­с­то су­да, а там без­за­ко­ние; ме­с­то прав­ды, а там не­прав­да
» (Еккл. 3:16). По­это­му, как ка­жет­ся, – «…участь сы­нов че­ло­ве­че­с­ких и участь жи­вот­ных – участь од­на: как те уми­ра­ют, так уми­ра­ют и эти, и од­но ды­ха­ние у всех, и нет у че­ло­ве­ка пре­иму­ще­ст­ва пе­ред ско­том, по­то­му что все – су­е­та!
» (Еккл. 3:19).


В ми­ре сем, про­дол­жа­ет он свои на­блю­де­ния, и цар­ст­во мо­жет быть уте­ря­но, и друг мо­жет ока­зать­ся пре­да­те­лем, бо­га­тый при­тес­ня­ет бед­но­го, и дей­ст­ви­тель­но по­ка­зы­ва­ет, что и здесь нет ка­ко­го-то уте­ше­ния и нет прав­ды: «Есть му­чи­тель­ный не­дуг, ко­то­рый ви­дел я под солн­цем: бо­гат­ст­во, сбе­ре­га­е­мое вла­де­те­лем его во вред ему
» (Еккл. 5:12). Ек­кле­си­аст на­зы­ва­ет это му­чи­тель­ным не­ду­гом. По­че­му? «Как вы­шел он на­гим из ут­ро­бы ма­те­ри сво­ей, та­ким и от­хо­дит, ка­ким при­шел, и ни­че­го не возь­мет от тру­да сво­е­го, что мог бы он по­не­с­ти в ру­ке сво­ей
… Ка­кая же поль­за ему, что он тру­дил­ся на ве­тер? А он во все дни свои ел впо­ть­мах, в боль­шом раз­дра­же­нии, в огор­че­нии и до­са­де
» (Еккл. 5:14–16), со­би­рая се­бе бо­гат­ст­во: «Кто любит серебро, тот не насытится серебром, и кто любит богатство, тому нет пользы от того. И это – суета!» (Еккл. 5:9).


Он смо­т­рит на бо­гат­ст­во, по­че­с­ти и дру­гие че­ло­ве­че­с­кие вож­де­ле­ния и по­ка­зы­ва­ет, что все это – то­же су­е­та и не при­во­дит че­ло­ве­ка ни к ка­ко­му уте­ше­нию и ра­до­с­ти. Ек­кле­си­аст ут­верж­да­ет, что му­д­рость ве­дет че­ло­ве­ка к то­му, что­бы быть уме­рен­ным во всем, что­бы не при­леп­лять­ся ни к ка­ким со­кро­ви­щам, ни к ка­ко­му изобилию. Смо­т­ри­те, что он го­во­рит: «До­б­рое имя луч­ше до­ро­гой ма­с­ти, и день смер­ти – дня рож­де­ния. Луч­ше хо­дить в дом пла­ча об умер­шем, не­же­ли хо­дить в дом пи­ра; ибо та­ков ко­нец вся­ко­го че­ло­ве­ка, и жи­вой при­ло­жит это к сво­е­му серд­цу. Се­то­ва­ние луч­ше сме­ха; по­то­му что при пе­ча­ли ли­ца серд­це де­ла­ет­ся луч­ше. Серд­це му­д­рых – в до­ме пла­ча, а серд­це глу­пых – в до­ме ве­се­лья. Луч­ше слу­шать об­ли­че­ния от му­д­ро­го, не­же­ли слу­шать пес­ни глу­пых
» (Еккл. 7:1–5). Сра­зу же от­ме­тим, что по свя­то­оте­че­с­ко­му уче­нию, мо­лит­вы при гро­бах по­мо­га­ют раз­ру­шить со­сто­я­ние ока­ме­нен­но­го не­чув­ст­вия, от ко­то­ро­го про­ис­хо­дят «пес­ни глу­пых; по­то­му что смех глу­пых то же, что треск тер­но­во­го хво­ро­с­та под кот­лом. И это – су­е­та!
При­тес­няя дру­гих, му­д­рый де­ла­ет­ся глу­пым, и по­дар­ки пор­тят серд­це
» (Еккл. 7:5–7). Еще мы мо­жем при­пом­нить, что па­мять свя­тых пра­зд­ну­ет­ся, как пра­ви­ло, имен­но в день их пре­став­ле­ния.


За­тем го­во­рит­ся еще об од­ной опас­но­с­ти для че­ло­ве­ка. «И на­шел я, что гор­че смер­ти жен­щи­на, по­то­му что она – сеть, и серд­це ее – сил­ки, ру­ки ее – око­вы; до­б­рый пред Бо­гом спа­сет­ся от нее, а греш­ник улов­лен бу­дет ею» (Еккл. 7:26). Смысл это­го тек­с­та дол­жен стать нам бо­лее яс­ным, ес­ли мы при­пом­ним ска­зан­ное о рас­пут­ной жен­щи­не в раз­де­ле, по­свя­щен­ном кни­ге Прит­чей. «Че­го еще ис­ка­ла ду­ша моя, и я не на­шел? – Муж­чи­ну од­но­го из ты­ся­чи я на­шел, а жен­щи­ны меж­ду все­ми ими не на­шел. Толь­ко это я на­шел, что Бог со­тво­рил че­ло­ве­ка пра­вым, а лю­ди пу­с­ти­лись во мно­гие по­мыс­лы» (Еккл. 7:28-29).


Ка­жет­ся, от­ри­ца­тель­ный смысл дол­жен по­сте­пен­но ста­но­вить­ся для нас оче­вид­ным. Под­лин­но и не­зыб­ле­мо толь­ко то, что от Бо­га и дей­ст­ву­ет в со­гла­сии с Его во­лей. Мир же без Бо­га, за­мк­ну­тый сам на се­бя, не да­ет ни ма­лей­шей на­деж­ды на уте­ше­ние сво­е­му при­вер­жен­цу.


О том, что та­кое су­е­та, свя­ти­тель Гри­го­рий Нис­ский го­во­рит так: «су­е­та есть или не име­ю­щее мысль сло­во, или бес­по­лез­ная вещь, или не­о­су­ще­ст­ви­мый за­мы­сел, или не ве­ду­щее ко От­цу ча­я­ние, или во­об­ще что-ли­бо, не слу­жа­щее ни к че­му по­лез­но­му» [19, с. 8]. Свя­ти­тель Гри­го­рий Бо­го­слов в сво­ем над­гроб­ном сло­ве бра­ту Ке­са­рию ска­зал: «”Ви­дех вся­че­с­кая
”, го­во­рит Ек­кле­си­аст, обо­зрел я мыс­лию все че­ло­ве­че­с­кое, бо­гат­ст­во, рос­кошь, мо­гу­ще­ст­во, не­по­сто­ян­ную сла­ву, му­д­рость, ча­ще убе­га­ю­щую, не­же­ли при­об­ре­та­е­мую; не­од­но­крат­но воз­вра­ща­ясь к од­но­му и то­му же, рас­смо­т­рел опять рос­кошь, и опять му­д­рость, по­том сла­с­то­лю­бие, са­ды, мно­го­чис­лен­ность ра­бов, мно­же­ст­во име­ния, ви­но­черп­цев и ви­но­чер­пиц, пев­цов и пе­виц, ору­жие, ору­же­нос­цев, ко­ле­но­пре­кло­не­ния на­ро­дов, со­би­ра­е­мые да­ни, цар­ское ве­ли­чие, и все из­ли­ше­ст­ва и не­об­хо­ди­мо­с­ти жиз­ни, все, чем пре­взо­шел я всех до ме­ня быв­ших ца­рей: и что же во всем этом? “Все су­е­та су­ет­ст­вий, вся­че­с­кая су­е­та и про­из­во­ле­ние ду­ха
” (Еккл. 1:14), то есть, ка­кое-то не­ра­зум­ное стрем­ле­ние ду­ши и раз­вле­че­ние че­ло­ве­ка, осуж­ден­но­го на сие, мо­жет быть, за древ­нее па­де­ние. Но “ко­нец сло­ва
”, го­во­рит он, “все слу­шай, Бо­га бой­ся
” (Еккл. 12:13); здесь пре­дел тво­е­му не­до­уме­нию. И вот един­ст­вен­ная поль­за от здеш­ней жиз­ни – са­мым смя­те­ни­ем ви­ди­мо­го и обу­ре­ва­е­мо­го ру­ко­во­дить­ся к по­сто­ян­но­му и не­зыб­ле­мо­му» [14, т. 1, с. 171 – 172].


Крат­ко и убе­ди­тель­но сум­ми­ру­ет со­дер­жа­ние кни­ги свя­ти­тель Афа­на­сий Ве­ли­кий: «Пре­дав­шись умо­зре­ни­ям о каж­дом ви­де со­тво­рен­ных су­ществ, Со­ло­мон при­шел к за­клю­че­нию, что ис­сле­до­ва­ния это­го ро­да ни к че­му не при­во­дят и до­став­ля­ют че­ло­ве­ку толь­ко труд; пре­му­д­рым и пра­вед­ным ста­но­вит­ся че­ло­век не от зна­ния, но от де­я­тель­ной жиз­ни. И ели­ка аще ре­чет му­д­рый ура­зу­ме­ти, не воз­мо­жет об­ре­с­ти: тем же все сие вдах в серд­це мое, и серд­це мое все сие ви­д
е (8:17); яко пра­вед­нии и му­д­рии, и де­ла­ние их в ру­це Бо­жии
(9:1). По­се­му, ос­тав­ляя ис­сле­до­ва­ния о сем, Со­ло­мон об­ра­ща­ет­ся к рас­смо­т­ре­нию че­ло­ве­че­с­кой жиз­ни, на­блю­да­ет раз­лич­ные об­сто­я­тель­ст­ва, сре­ди ко­то­рых лю­ди вра­ща­ют­ся и при­хо­дит к за­клю­че­нию, что и здесь все уп­рав­ля­ет­ся Бо­жи­им Про­мыс­лом: ни лег­ким те­че­ние, ни­же силь­ным брань, ни­же са­мо­му му­д­ро­му хлеб, ни­же ра­зум­ным бо­гат­ст­во, ни­же ве­ду­щим бла­го­дать: яко вре­мя и слу­чай слу­чит­ся всем им
(9:11). И ни­кто не мо­жет рас­по­ла­гать си­ми слу­ча­я­ми по сво­ей во­ле: яко кто че­ло­век, иже пой­дет в след со­ве­та, ели­ка со­тво­ри в нем
(2:12). Че­ло­век в сво­ей жиз­ни ни над чем не име­ет вла­с­ти, раз­ве толь­ко де­лать зло или де­лать до­б­ро и при­го­тов­лять во ис­ход де­ла свои. Ибо и еже яст и пи­ет, сие да­я­ние Бо­жие есть
(3:13). Итак, и ис­сле­до­ва­ние о том, как про­изо­ш­ло все ви­ди­мое, и при­об­ре­те­ние со­кро­вищ и на­слаж­де­ние удо­воль­ст­ви­я­ми, вся сия су­е­та су­ет­ст­вий и бо­лее ни­что же, толь­ко из­ли­ше­ст­во со­ве­та и про­из­во­ле­ния уси­ло­ва­ние. Но, го­во­ря о су­ет­но­с­ти на­сто­я­ще­го, Со­ло­мон тем са­мым по­ка­зы­ва­ет веч­ность бу­ду­ще­го, уве­ще­вая па­мят­ст­во­вать о веч­ных, и знать, что бу­дет не­ког­да кон­чи­на ми­ра, в день, в онь­же по­двиг­нут­ся му­жие си­лы, и уп­ра­зд­нят­ся ме­лю­щие (12:3). Со­ло­мон го­во­рит и о том, что по­сле­ду­ет за кон­чи­ною ми­ра: яко все тво­ре­ние при­ве­дет Бог на суд о вся­ком пре­гре­ше­нии, аще бла­го, и аще лу­ка­во (12:14). Упо­ми­ная о бу­ду­щем су­де, Со­ло­мон ука­зы­ва­ет на вос­кре­се­ние мерт­вых и воз­да­я­ние по де­лам» [цит. по 57, c. 74].


Теперь нам уже не покажется оторванными от содержания книги то заключение, которое делает Екклесиаст: «Выслушаем сущность всего: бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека; ибо всякое дело Бог приведет на суд, и все тайное, хорошо ли оно, или худо
» (Еккл. 12:13–14).


Действительно, на земле «все труды человека – для рта его, а душа его не насыщается
» (Еккл. 6:7). Но и здесь «не во власти человека и то благо, чтобы есть и пить и услаждать душу свою от труда своего. Я увидел, что и это – от руки Божией; потому что кто может есть и кто может наслаждаться без Него?
» (Еккл. 2:24–25). Уже в самом начале книги Екклесиаст указывает, что истинное благо – духовное, «ибо человеку, который добр пред лицем Его, Он дает мудрость и знание и радость; а грешнику дает заботу собирать и копить, чтобы после отдать доброму пред лицем Божиим
» (Еккл. 2:26).


Непонимание этих простых истин нередко является злоупотреблением милостию и долготерпением Творца. «Не скоро совершается суд над худыми делами; от этого и не страшится сердце сынов человеческих делать зло. Хотя грешник сто раз делает зло и коснеет в нем, но я знаю, что благо будет боящимся Бога, которые благоговеют пред лицем Его; а нечестивому не будет добра, и, подобно тени, недолго продержится тот, кто не благоговеет пред Богом
» (Еккл. 8:11–13). Екклесиаст твердо знает, что «праведного и нечестивого будет судить Бог; потому что время для всякой вещи и суд над всяким делом там
» (Еккл. 3:17), и неустанно напоминает и себе, и читателю, что «человек не властен над духом, чтобы удержать дух, и нет власти у него над днем смерти, и нет избавления в этой борьбе, и не спасет нечестие нечестивого
» (Еккл. 8:8). Поэтому «если человек проживет и много лет, то пусть веселится он в продолжение всех их, и пусть помнит о днях темных, которых будет много: все, что будет, — суета! Веселись, юноша, в юности твоей, и да вкушает сердце твое радости во дни юности твоей, и ходи по путям сердца твоего и по видению очей твоих; только знай, что за все это Бог приведет тебя на суд
» (Еккл. 11:8–9). Этот суд Екклесиаст связывает с эсхатологией[37]
(см. Еккл. 12:1–5). Тогда откроется, что суета и неправда сынов человеческих не может победить замысел Божий о мире: «Познал я, что все, что делает Бог, пребывает вовек: к тому нечего прибавлять и от того нечего убавить, – и Бог делает так, чтобы благоговели пред лицем Его. Что было, то и теперь есть, и что будет, то уже было, – и Бог воззовет прошедшее
» (Еккл. 3:14–15).


Свя­щен­ное Пи­са­ние от­нюдь не ог­ра­ни­чи­ва­ет­ся воз­мож­но­с­тью чи­с­то бук­валь­но­го и внеш­не­го его по­ни­ма­ния. Мы мо­жем про­ник­нуть глуб­же. Кни­га Ек­кле­си­а­с­та со­дер­жит не толь­ко пре­до­сте­ре­же­ние от друж­бы с ми­ром, его кон­це и ука­за­ния на то, что следует ве­с­ти до­б­ро­де­тель­ную жизнь. В приточной форме книга открывает и то, в чем эта жизнь состоит. По­дроб­ное тол­ко­ва­ние в та­ком клю­че да­ет свя­ти­тель Гри­го­рий Нис­ский[38]
. Уже приводившиеся мною слова: «Кто ум­но­жа­ет по­зна­ние, ум­но­жа­ет скорбь
» (Еккл. 1:18), – свя­ти­тель Гри­го­рий тол­ку­ет та­ким об­ра­зом: для то­го, что­бы при­об­ре­с­ти пре­му­д­рость, и для то­го, что­бы при­бли­зить­ся к Бо­гу, от че­ло­ве­ка тре­бу­ет­ся по­двиг, при со­вер­ше­нии ко­то­ро­го его по­сти­га­ют скор­би и раз­лич­но­го ро­да стра­да­ния; но ког­да пре­му­д­рость при­об­ре­та­ет­ся, то вслед за апо­с­то­лом Пав­лом он мо­жет да­же по­хва­лить­ся эти­ми скор­бя­ми.


Возь­мем зна­ме­ни­тые сло­ва: «Все­му свое вре­мя: …вре­мя раз­бра­сы­вать кам­ни, и вре­мя со­би­рать кам­ни; вре­мя об­ни­мать, и вре­мя ук­ло­нять­ся от объ­я­тий; …вре­мя раз­ди­рать, и вре­мя сши­вать; …вре­мя лю­бить, и вре­мя не­на­ви­деть
…» (Еккл. 3:1-8). Свя­ти­тель Гри­го­рий го­во­рит о том, что под кам­ня­ми сле­ду­ет по­ни­мать целомудренные слова Священного Писания, которыми мы от­го­ня­ем от се­бя раз­лич­но­го ро­да злые по­мыс­лы. «Без со­мне­ния под­ле­жит ура­зу­меть, что убий­ст­вен­ные для по­ро­ка по­мыс­лы, те мет­ко бро­са­е­мые из пра­щи ек­кле­си­а­с­то­вой кам­ни, ко­то­рые все­гда на­доб­но и бро­сать, и со­би­рать. Бро­сать к низ­ло­же­нию то­го, что вы­сит­ся про­тив на­шей жиз­ни, а со­би­рать, что­бы ло­но ду­ши все­гда бы­ло пол­но та­ких за­го­тов­ле­ний и иметь нам под ру­ка­ми, что бро­сить на вра­га, ес­ли ког­да про­тив нас ина­че из­мыс­лит кознь» [19, с. 116].


Так­же и под объ­я­ти­я­ми (Еккл. 3:5) раз­ные ве­щи мо­гут под­ра­зу­ме­вать­ся. Для пра­виль­но­го по­ни­ма­ния то­го или ино­го сло­ва все­гда сле­ду­ет иметь в ви­ду, как оно упо­треб­ля­ет­ся в дру­гих ме­с­тах Пи­са­ния. На­при­мер, в 47-ом псал­ме го­во­рит­ся: «обы­ди­те Си­он и обы­ми­те его
» (Пс. 47:13). Си­он – это го­ра и об­нять ее до­воль­но слож­но, по­это­му свя­ти­тель Гри­го­рий го­во­рит, что здесь тре­бу­ет­ся ал­ле­го­ри­че­с­кое тол­ко­ва­ние, «по­это­му со­ве­ту­ю­щий те­бе об­нять его, по­ве­ле­ва­ет быть при­вер­жен­ным к вы­со­кой жиз­ни, что­бы до­стиг­нуть са­мой твер­ды­ни до­б­ро­де­те­ли, ко­то­рую Да­вид за­га­доч­но оз­на­чил име­нем Си­о­на, а вре­мя уда­лять­ся от объ­я­тий
го­во­рит о том, что то­му, кто ос­во­ил­ся с до­б­ро­де­те­лью, свой­ст­вен­но чуж­дать­ся сно­ше­ний с по­ро­ком» [19, с. 118]. Даже из этих немногочисленных примеров мы мо­жем ви­деть, что сло­ва кни­ги Ек­кле­си­а­с­та: «бой­ся Бо­га и за­по­ве­ди Его со­блю­дай
» (Еккл. 12:13) не яв­ля­ют­ся бла­го­че­с­ти­вой при­пи­с­кой, сде­лан­ной с це­лью смяг­чить стран­ное впе­чат­ле­ние от кни­ги, но дей­ст­ви­тель­ным ито­гом ее уче­ния.



22.3. По­ря­док книг Со­ло­мо­но­вых

Преж­де, чем мы пе­рей­дем к изу­че­нию кни­ги Песнь Пес­ней, сле­ду­ет ос­та­но­вить­ся на во­про­се о том, слу­ча­ен ли по­ря­док книг Со­ло­мо­но­вых в Пи­са­нии, и если нет, то чем он обус­лов­лен. Тол­ко­ва­те­ли, склон­ные толь­ко к бук­валь­но­му по­ни­ма­нию тек­с­та, вы­ска­зы­ва­ют мне­ние, что кни­гу Песнь Пес­ней (про лю­бовь) Со­ло­мон на­пи­сал в мо­ло­до­с­ти, Прит­чи (плод жиз­нен­но­го опы­та) – в зре­лости, а Ек­кле­си­аст был уже стар­че­с­ким под­ве­де­ни­ем ито­гов и ра­зо­ча­ро­ва­ний. Однако в Свя­щен­ном Пи­са­нии мы ви­дим дру­гой по­ря­док, ко­то­рый под­ска­зы­вет нам не­об­хо­ди­мость ино­го объ­яс­не­ния, бо­лее со­от­вет­ст­ву­ю­щего ду­хов­но­му смыс­лу Пи­са­ния.


Для на­ча­ла при­ве­ду вы­ска­зы­ва­ние пре­по­доб­но­го Иси­до­ра Пе­лу­си­о­та. Он пи­шет в од­ном из по­сла­ний:


«По­сколь­ку же­лал ты знать о по­ряд­ке трех Со­ло­мо­но­вых книг, то знай, что од­на учит нрав­ст­вен­ной до­б­ро­де­те­ли, дру­гая по­ка­зы­ва­е­те су­ет­ность тру­да ув­ле­ка­ю­щих­ся жи­тей­ским, а по­след­няя – лю­бовь к Бо­же­ст­вен­но­му в ду­ше, обу­чен­ной ска­зан­но­му вы­ше. По­се­му и рас­по­ло­же­ны кни­ги сии од­на на пер­вом, дру­гая на вто­ром и по­след­няя на тре­ть­ем ме­с­те. Кто, став уче­ни­ком при­точ­ни­ка, пре­ус­пел в нрав­ст­вен­но­с­ти, тот, при­сту­пая к Пес­ни Пес­ней, не по­полз­нет­ся уже в лю­бовь плот­скую и обыч­ную, но вос­па­рит к Пре­чи­с­то­му и Бо­же­ст­вен­но­му Же­ни­ху, Ко­то­рый со­де­лы­ва­ет бла­жен­ны­ми уязв­лен­ных к Не­му лю­бо­вью.


По­се­му, со­ве­тую мо­ло­дым лю­дям ка­сать­ся тре­ть­е­го пи­са­ния не преж­де, чем пре­ус­пев уже в двух пер­вых. Ибо и по та­ин­ст­вен­ным ус­та­вам не­при­стой­но, луч­ше же ска­зать, без­рас­суд­но про­ни­кать во свя­ти­ли­ща не­до­стой­ным еще и пред­две­рий.


Как в вет­хо­за­вет­ном хра­ме внеш­ний двор до­сту­пен был всем, а вну­т­рен­нее Свя­тое, ок­ру­жен­ное пре­гра­да­ми и до­ступ­ное не­ко­то­рым, недо­ступ­но бы­ло не­о­свя­щен­ным и не­чи­с­тым, во вну­т­рен­ность же Свя­то­го и во Свя­тая Свя­тых не доз­во­ля­лось вхо­дить да­же имев­шим бе­зу­ко­риз­нен­ную жизнь, кро­ме од­но­го ар­хи­ерея, как ос­вя­тив­ше­го се­бя на это и сло­жив­ше­го с се­бя вся­кую смерт­ную сквер­ну, так и мо­ло­дым лю­дям над­ле­жит ве­с­ти се­бя и в от­но­ше­нии сих книг. Спер­ва им над­ле­жит ук­ра­сить­ся до­бле­с­тью нра­вов и тог­да уже ка­сать­ся не­до­ступ­но­го мно­гим. Ибо ес­ли те, ко­то­рые долж­ны ос­та­вать­ся вне ог­ра­ды, не бу­ду­чи по­свя­ще­ны, без­рас­суд­но с уси­ли­ем при­сту­пят к бо­же­ст­вен­но­му тай­но­дей­ст­вию, то по­не­сут край­нее на­ка­за­ние» [37, ч. 2–3, c. 335].


Итак, изу­че­ние каж­дой из трех книг тре­бу­ет все боль­ше­го очи­ще­ния. Но, как замечает преподобный Исидор, кни­ги Со­ло­мо­но­вы сами ру­ко­во­дят че­ло­ве­ка к очи­ще­нию и воз­ра­с­та­нию в до­б­ро­де­те­ли. Имен­но с этих по­зи­ций объ­яс­ня­ет по­ря­док их рас­по­ло­же­ния свя­ти­тель Гри­го­рий Нис­ский.


Он го­во­рит, что ду­хов­ная жизнь, по по­до­бию те­ле­сной, име­ет свои воз­ра­с­ты в ста­нов­ле­нии до­б­ро­де­те­ли, на­чи­ная с мла­ден­че­с­ко­го. И эти воз­ра­с­ты от­ра­же­ны в пи­са­ни­ях Со­ло­мо­на. Как раз­ным воз­ра­с­там че­ло­ве­че­с­кой жиз­ни со­от­вет­ст­ву­ют раз­ные ви­ды де­я­тель­но­с­ти, «так и в ду­ше мож­но ви­деть не­ко­то­рое сход­ст­во с те­ле­сны­ми воз­ра­с­та­ми, по ко­то­рым сы­с­ки­ва­ет­ся не­ко­то­рый по­ря­док и по­сле­до­ва­тель­ность, ру­ко­во­дя­щие че­ло­ве­ка к жиз­ни до­б­ро­де­тель­ной. По­се­му-то ина­че обу­ча­ет прит­ча, и ина­че бе­се­ду­ет Ек­кле­си­аст, лю­бо­му­д­рие же Пес­ни Пес­ней вы­со­ки­ми уче­ни­я­ми пре­вос­хо­дит и Прит­чи, и Ек­кле­си­а­с­та. Ибо уче­ние, пре­по­да­ва­е­мое в Прит­чах, об­ра­ща­ет речь еще к мла­ден­че­ст­ву­ю­ще­му, со­раз­мер­но с воз­ра­с­том со­об­ра­жая сло­ва. «Слы­ши, сы­не,
– го­во­рит оно, – за­ко­ны от­ца тво­е­го, и не от­ри­ни за­ве­та ма­те­ри тво­ея
» (Прит. 1:8). Ус­ма­т­ри­ва­ешь ли в ска­зан­ном еще неж­ность и не­об­ра­зо­ван­ность ду­шев­но­го воз­ра­с­та, по­че­му отец ви­дит, что сын име­ет еще нуж­ду в ма­те­рин­ских за­ве­тах и в оте­че­с­ком вра­зум­ле­нии? И что­бы ре­бе­нок охот­нее слу­шал ро­ди­те­лей, отец обе­ща­ет ему дет­ские ук­ра­ше­ния за при­ле­жа­ние к уче­нию; ибо де­тям при­лич­ное ук­ра­ше­ние – зо­ло­тая цепь, бле­с­тя­щая на шее, и ве­нок, спле­тен­ный из ка­ких-ни­будь кра­си­вых цве­тов. Но, ко­неч­но, сле­ду­ет ра­зу­меть сие, что­бы смысл за­гад­ки мог пу­те­во­дить к луч­ше­му. Так Со­ло­мон на­чи­на­ет опи­сы­вать сы­ну Пре­му­д­рость, в раз­ных чер­тах и ви­дах объ­яс­няя бла­го­об­ра­зие не­ска­зан­ной кра­со­ты, что­бы к при­ча­с­тию благ воз­бу­дить не стра­хом ка­ким и не­об­хо­ди­мо­с­тью, но вож­де­ле­ни­ем и лю­бо­вью, по­то­му что опи­са­ние кра­со­ты при­вле­ка­ет как-то по­же­ла­ния юных к ука­зу­е­мо­му, воз­буж­дая стрем­ле­ние к об­ще­нию с бла­го­об­раз­ным. По­се­му, что­бы па­че и па­че воз­ра­с­та­ло в нем вож­де­ле­ние, из ве­ще­ст­вен­но­го при­ст­ра­с­тия пре­вра­тив­шись в не­ве­ще­ст­вен­ный со­юз, кра­со­ту Пре­му­д­ро­с­ти ук­ра­ша­ет по­хва­ла­ми» [15, с. 18 – 20].


«По­сле се­го на­чи­на­ет Со­ло­мон при­уго­тов­лять юно­шу к та­ко­во­му со­жи­тель­ст­ву, по­ве­ле­вая ему иметь уже в ви­ду бо­же­ст­вен­ное брач­ное ло­же. <…> Сим и по­доб­ным се­му вос­пла­ме­нив вож­де­ле­ние в юном еще по вну­т­рен­не­му че­ло­ве­ку, и пред­ста­вив в сло­ве са­мую Пре­му­д­рость по­ве­ст­ву­ю­щею о се­бе, чем на­и­бо­лее при­вле­ка­ет она лю­бовь слу­ша­те­лей, го­во­рит при том, меж­ду про­чим, и сие: “аз лю­бя­щия мя люб­лю
” (Прит. 8:17), по­то­му что на­деж­да быть вза­им­но лю­би­мым силь­нее рас­по­ла­га­ет лю­би­те­ля к вож­де­ле­нию, а вме­с­те с сим пред­ла­гая ему и про­чие со­ве­ты в ка­ких-то ре­ши­тель­ных и вме­с­те не­о­пре­де­лен­но вы­ра­жен­ных из­ре­че­ни­ях, и, при­ве­дя его в со­вер­шен­ст­во, по­том в по­след­них прит­чах, в ко­то­рых вос­пи­сал по­хва­лы он до­б­рой же­не, уб­ла­жив сие до­б­рое со­жи­тель­ст­во, на­ко­нец, уже при­со­во­куп­ля­ет в Ек­кле­си­а­с­те лю­бо­му­д­рие, пред­ла­га­е­мое до­ста­точ­но при­ве­ден­но­му в вож­де­ле­ние до­б­ро­де­те­лей при­точ­ны­ми на­став­ле­ни­я­ми. И в этом сло­ве, по­ху­лив при­вер­жен­ность лю­дей к ви­ди­мо­му, все не­по­сто­ян­ное и пре­хо­дя­щее на­звав су­ет­ным, ког­да го­во­рит: “все гря­ду­щее су­е­та
” (Еккл. 8:11), – вы­ше все­го, вос­при­ем­ле­мо­го чув­ст­вам, по­став­ля­ет врож­ден­ное дви­же­ние ду­ши на­шей к кра­со­те не­ви­ди­мой, и, та­ким об­ра­зом очи­с­тив серд­це от рас­по­ло­же­ния к ви­ди­мо­му, по­том уже внутрь бо­же­ст­вен­но­го свя­ти­ли­ща тай­но­вод­ст­ву­ет ум Пес­нею Пес­ней, в ко­то­рой на­пи­сан­ное есть не­кое брач­ное уго­тов­ле­ние, а под­ра­зу­ме­ва­е­мое – еди­не­ние ду­ши че­ло­ве­че­с­кой с бо­же­ст­вен­ным. По­се­му, кто в прит­чах име­ну­ет­ся сы­ном, тот здесь пред­став­ля­ет­ся не­ве­с­тою; Пре­му­д­рость же по­став­ля­ет­ся на ме­с­то же­ни­ха, что­бы уне­ве­с­тил­ся Бо­гу че­ло­век, из же­ни­ха став не­по­роч­ною де­вою и, при­ле­пив­шись ко Гос­по­ду, со­де­лал­ся еди­ным с Ним ду­хом чрез сра­с­тво­ре­ние с пре­чи­с­тым и бес­ст­ра­ст­ным, и из тя­же­лой пло­ти пре­ме­нив­шись в чи­с­тый дух» [15, c. 22 – 24].



22.4. Песнь Пес­ней Со­ло­мо­на

Эта кни­га, на­вер­ное, од­на из са­мых та­ин­ст­вен­ных во всем Вет­хом За­ве­те. Но и од­на из са­мых со­блаз­ни­тель­ных, по­сколь­ку об­ра­зы там на­столь­ко яр­кие и, мож­но ска­зать, чув­ст­вен­ные, что че­ло­век, ко­то­рый не впол­не еще очи­с­тил свое серд­це от стра­с­тей, мо­жет быть при­ве­ден в не­ма­лый со­блазн и сму­ще­ние. Тем бо­лее, что в ней ни ра­зу не упо­ми­на­ет­ся имя Бо­жие, ни­че­го не го­во­рит­ся о Хра­ме, о ве­ре, о мо­лит­ве – толь­ко не­кий юно­ша с де­вуш­кой друг о дру­ге воз­ды­ха­ют и опи­сы­ва­ют один другого в раз­ных вос­тор­жен­ных вы­ра­же­ни­ях. Что же де­ла­ет это про­из­ве­де­ние в ка­но­не Свя­щен­но­го Пи­са­ния?


По­про­бу­ем от­ве­тить на этот во­прос. Однако сначала отметим, что пе­ре­чис­лен­ны­ми вы­ше во­про­са­ми не ис­чер­пы­ва­ют­ся труд­но­с­ти, вста­ю­щие на пу­ти бук­валь­но­го тол­ко­ва­ния Пес­ни Пес­ней. По­ми­мо то­го, что в ней нет ни­ка­ких ре­ли­ги­оз­ных тем, она очень стран­ная с точ­ки зре­ния фор­мы. Это кни­га без на­ча­ла и кон­ца – она на­чи­на­ет­ся с по­лу­фра­зы: «Да лоб­за­ет он ме­ня лоб­за­ни­ем уст сво­их
»; точ­но так же, как и об­ры­ва­ет­ся не­по­нят­но на чем: «Бе­ги, воз­люб­лен­ный мой; будь по­до­бен сер­не или мо­ло­до­му оле­ню на го­рах баль­за­ми­че­с­ких
» (Песн. 8:14). Ку­да бе­ги, за­чем? Пер­со­на­жи не обо­зна­че­ны, не­по­нят­но, кто с кем раз­го­ва­ри­ва­ет: то вдруг воз­люб­лен­ный – царь, то – па­с­тух. Воз­люб­лен­ная то сто­ро­жит ви­но­град, то па­сет овец, то она – ца­ри­ца в Ие­ру­са­ли­ме, то ее вдруг страж­ни­ки из­би­ва­ют. По­это­му су­ще­ст­ву­ет боль­шое ко­ли­че­ст­во раз­лич­ных объ­яс­не­ний: то ли это про­сто Со­ло­мон и его не­ве­с­та, то ли это од­на не­ве­с­та, Со­ло­мон и па­с­тух, меж­ду ко­то­ры­ми эта не­ве­с­та ме­чет­ся. А воз­мож­но, это один Со­ло­мон и две его воз­люб­лен­ных: од­на – ца­ри­ца, а вто­рая – па­с­туш­ка. В этом смыс­ле эта кни­га – на­ход­ка для ис­сле­до­ва­те­лей, мож­но всю жизнь от­кры­вать что-то но­вое.


По­пыт­ки на­звать Песнь Пес­ней сбор­ни­ком вет­хо­за­вет­ных брач­ных гим­нов раз­би­ва­ют­ся о со­об­ра­же­ние, вы­ска­зан­ное од­ним со­вре­мен­ным ав­то­ром: «Мож­но ли се­бе пред­ста­вить, что­бы сва­деб­ные гим­ны древ­не­го Из­ра­и­ля со­вер­шен­но иг­но­ри­ро­ва­ли Бо­га, ког­да из­ве­ст­но, что брач­ные це­ре­мо­нии ев­ре­ев вклю­ча­ли в се­бя “бла­го­сло­ве­ния Бо­жии” но­во­брач­ным и их до­му» [51, с. 115].


Для пол­но­ты кар­ти­ны со­шлюсь на од­но по­со­бие для пе­ре­вод­чи­ков Биб­лии: «Песнь Пес­ней пред­став­ля­ет со­бой уни­кум во всем Пи­са­нии, и нет ни­че­го, да­же от­да­лен­но на­по­ми­на­ю­ще­го ее. Это – ли­ри­че­с­кая по­эма, но это вме­с­те и ди­а­лог, и мо­но­лог, хо­тя, опять же, и эти тер­ми­ны не под­хо­дят; ука­за­ния лиц, про­из­но­ся­щих те или иные сло­ва в Пес­ни Пес­ней, от­сут­ст­ву­ют; в ней есть дра­ма­ти­че­с­кие чер­ты, но это – не дра­ма; в ней нет ни­ка­ко­го дви­же­ния. Язык у нее со­вер­шен­но осо­бый и край­не труд­ный, но это – не ли­те­ра­тур­ное про­из­ве­де­ние: по­сто­ян­но мы на­хо­дим в ней су­ще­ст­ви­тель­ные муж­ско­го ро­да, со­про­вож­да­е­мые при­ла­га­тель­ны­ми жен­ско­го ро­да или гла­голь­ным окон­ча­ни­ем, упо­треб­ля­ю­щим­ся в от­но­ше­нии жен­ско­го ро­да, и – на­обо­рот: су­ще­ст­ви­тель­ные жен­ско­го ро­да, со­про­вож­да­ю­щи­е­ся при­ла­га­тель­ны­ми муж­ско­го ро­да; или – су­ще­ст­ви­тель­ные в един­ст­вен­ном чис­ле, а со­про­вож­да­ю­щие их гла­го­лы во мно­же­ст­вен­ном, и на­обо­рот» [цит. по 51, с. 107 – 108]), – на рус­ском языке это пе­ре­дать без су­ще­ст­вен­ной по­те­ри спе­ци­фи­ки тек­с­та со­вер­шен­но не­воз­мож­но.


В на­шей цер­ков­ной жиз­ни есть один мо­мент, ко­то­рый сра­зу при­хо­дит на па­мять при чте­нии данного текста. Это па­с­халь­ная служ­ба в боль­шом мно­го­прич­то­вом хра­ме. В Моск­ве су­ще­ст­ву­ет тра­ди­ция, в со­от­вет­ст­вии с ко­то­рой во вре­мя па­с­халь­ной служ­бы ду­хо­вен­ст­во пе­ре­об­ла­ча­ет­ся при каж­де­нии на каж­дой пес­ни ка­но­на в ри­зы раз­ных пра­зд­нич­ных цве­тов, по­сколь­ку Па­с­ха – пра­зд­ни­ков пра­зд­ник. Па­с­халь­ная служ­ба в та­ком пе­ре­пол­нен­ном на­ро­дом хра­ме, ког­да кто-то ку­да-то спе­шит, ма­шет ка­ди­лом, ме­ня­ет­ся све­ча­ми, не­сколь­ко хо­ров друг дру­га не­воль­но сби­ва­ют и так да­лее – все это вы­гля­дит не­ко­то­рым скан­да­лом на фо­не на­ше­го се­вер­но­го, ста­тич­но­го бла­го­че­с­тия. Я уже не го­во­рю о тех проявлениях ли­ко­ва­ния, ко­то­рые при­хо­дит­ся на­блю­дать на Па­с­ху в хра­ме Вос­кре­се­ния в Ие­ру­са­ли­ме. Мож­но ска­зать, что сум­бур­ная, на пер­вый взгляд, фор­ма Пес­ни Пес­ней и долж­на яв­лять та­кое па­с­халь­ное тор­же­ст­во. Кста­ти, и в вет­хо­за­вет­ные вре­ме­на бы­ло ус­та­нов­ле­но чи­тать эту кни­гу имен­но на Па­с­ху.


В этой связи хочется сказать и о еще одной аналогии. Вы, наверное, обращали внимание на то, как трудно согласовать описания явлений воскресшего Спасителя, приводимые разными евангелистами? В этом чувствуется уже пасхальное преодоление пространственно-временной ограниченности земного бытия.


Связь нам рас­кры­ва­ют свя­тые от­цы. Свя­ти­тель Ам­вро­сий Ме­ди­о­лан­ский го­во­рит, что «Кни­га Песнь Пес­ней пред­став­ля­ет со­бой брак и еди­не­ние меж­ду Хри­с­том и Цер­ко­вью, меж­ду не­со­тво­рен­ным Ду­хом и тва­рью, меж­ду пло­тью и ду­хом. В этой кни­ге не бу­дем ис­кать ни­че­го зем­но­го, ни­че­го плот­ско­го, ни­че­го мир­ско­го, ни­че­го те­ле­сно­го, – ни­че­го без глу­бо­ко­го зна­че­ния или под­верг­ше­го­ся из­ме­не­нию» [цит. по: 51, с. 106]. По­че­му же об этом го­во­рит­ся в та­ких стран­ных и по­лу­бе­зум­ных сло­вах? По­то­му, что сам по се­бе пред­мет стра­нен и бе­зу­мен: со­еди­не­ние Бо­га-Твор­ца и тва­ри. По этой при­чи­не, по сло­ву свя­ти­те­ля Афа­на­сия Великого, «от­ли­чие сей кни­ги то, что она от на­ча­ла до кон­ца на­пи­са­на та­ин­ст­вен­но, со ино­ска­за­ни­ем га­да­тель­ным, и смысл дог­ма­тов, за­клю­ча­ю­щих­ся в ней, со­дер­жит­ся не в бук­ве, но глу­бо­ко со­крыт под нею» [цит. по: 57, c. 80].


В за­ко­но­по­ло­жи­тель­ных и ис­то­ри­че­с­ких кни­гах от­но­ше­ния че­ло­ве­ка и Бо­га пред­ста­ют как до­го­вор­ные, ре­гу­ли­ру­е­мые не­ко­то­ры­ми вза­им­ны­ми обя­за­тель­ст­ва­ми. От­сю­да и пред­став­ле­ние о гре­хе, от­па­де­нии от Бо­га при­об­ре­та­ет юри­ди­че­с­кий от­те­нок. Грех есть на­ру­ше­ние до­го­во­ра, за ко­то­рое Бог налагает на человека различные взыскания. Эта схе­ма край­не ог­ра­ни­че­на, она не да­ет адек­ват­но­го изо­б­ра­же­ния ре­аль­но­с­ти. На­и­бо­лее под­хо­дя­щи­ми в че­ло­ве­че­с­ком язы­ке для опи­са­ния от­но­ше­ний че­ло­ве­ка и Бо­га ока­зы­ва­ют­ся об­ра­зы люб­ви и бра­ка: же­них и не­ве­с­та, брач­ный пир, от­но­ше­ния лю­бя­щих. Вся­кое от­ступ­ле­ние от этих от­но­ше­ний есть по­пра­ние люб­ви, что де­ла­ет его край­не тя­же­лы­м и гораздо более трагичным, чем простое нарушение договора. Как мы увидим в дальнейшем, эти об­ра­зы ши­ро­ко ис­поль­зу­ют­ся в про­ро­че­с­ких кни­гах. В Еван­ге­лии Ио­анн Пред­те­ча го­во­рит о се­бе: я «друг Же­ни­ха
» (Ин. 3:29), же­ни­хом на­зы­вая Хри­с­та. И Сам Хри­с­тос го­во­рит: «мо­гут ли по­стить­ся сы­ны чер­то­га брач­но­го, ког­да с ни­ми же­них?
» (Мк. 2:19), – на­зы­вая Се­бя Же­ни­хом; а Цар­ст­во Не­бес­ное упо­доб­ляя брач­но­му пи­ру сы­на ца­ря (Мф. 22:2-14). Апо­с­тол Па­вел пи­шет к ко­рин­фя­нам: «я об­ру­чил вас еди­но­му му­жу, что­бы пред­ста­вить Хри­с­ту чи­с­тою де­вою
» (2 Кор. 11:2) – и говоря о брачном союзе, добавляет: «Тайна сия велика: я говорю по отношению ко Христу и к Церкви
» (Еф. 5:32).


Исходя из этого, можно заключить, что главная цель кни­ги Песнь Пес­ней – описать, насколько возможно, этот со­юз Хри­с­та и Церк­ви. На про­тя­же­нии всей кни­ги же­них со­вер­шенен, при­том, что в воз­люб­лен­ной сна­ча­ла ус­ма­т­ри­ва­ют­ся не­до­стат­ки. «Не смо­т­ри­те на ме­ня, что я смуг­ла, ибо солн­це опа­ли­ло ме­ня
» (Песн. 1:5). Но уже в се­ре­ди­не о ней го­во­рит­ся: «Вся ты пре­крас­на, воз­люб­лен­ная моя, и пят­на нет на те­бе!
» (Песн. 4:7). Эти сло­ва яв­но пе­ре­кли­ка­ют­ся со ска­зан­ным апо­с­то­лом Пав­лом: «Хри­с­тос воз­лю­бил Цер­ковь и пре­дал Се­бя за нее, что­бы ос­вя­тить ее, очи­с­тив ба­нею вод­ною, по­сред­ст­вом сло­ва; что­бы пред­ста­вить ее Се­бе слав­ною Цер­ко­вью, не име­ю­щею пят­на, или по­ро­ка, или че­го-ли­бо по­доб­но­го, но да­бы она бы­ла свя­та и не­по­роч­на
» (Еф. 5:25-27).


Не имея здесь воз­мож­но­с­ти за­нять­ся по­сле­до­ва­тель­ным объ­яс­не­ни­ем кни­ги, при­ве­дем опи­са­ние под­хо­да, пред­ло­жен­но­го свя­ти­те­лем Афа­на­си­ем Ве­ли­ким: «От­ли­чие сей кни­ги то, что она от на­ча­ла до кон­ца на­пи­са­на та­ин­ст­вен­но, со ино­ска­за­ни­ем га­да­тель­ным, и смысл дог­ма­тов, за­клю­ча­ю­щих­ся в ней, со­дер­жит­ся не в бук­ве, но глу­бо­ко со­крыт под нею… Вся сия кни­га на­пол­не­на раз­го­во­ра­ми вет­хо­за­вет­ной Церк­ви со Сло­вом, все­го ро­да че­ло­ве­че­с­ко­го со Сло­вом и церк­ви из языч­ни­ков с Ним же, и опять Сло­ва с нею и с ро­дом че­ло­ве­че­с­ким; по­том раз­го­вор языч­ни­ков с Ие­ру­са­ли­мом, и Ие­ру­са­ли­ма о церк­ви язы­че­с­кой и о са­мом се­бе. Да­лее воз­зва­ние слу­жа­щих ан­ге­лов к при­зван­ным в ве­ру лю­дям… При­спо­соб­ля­ясь к та­ким раз­го­во­рам в Пес­не Пес­ней, мо­жет каж­дый, рас­сма­т­ри­вая сию кни­гу, со­че­тать по смыс­лу сход­ные меж­ду со­бой про­ис­ше­ст­вия» [цит. по: 57, c. 80]. Крат­ко этот же под­ход фор­му­ли­ру­ет Д. Афа­на­сь­ев: «В та­ин­ст­вен­ном смыс­ле пред­мет Пес­ни Пес­ней со­став­ля­ет про­ро­че­с­кое уче­ние о раз­ви­тии и жиз­ни об­ще­ст­ва ве­ру­ю­щих в со­ю­зе с Бо­гом и под Его не­по­сред­ст­вен­ным во­ди­тель­ст­вом» [7, с. 255][39]
.


Вто­рое понимание, ко­то­рое с пер­вым не­раз­рыв­но со­пря­же­но, – ас­ке­ти­че­с­кое. Об от­но­ше­нии Хри­с­та с от­дель­ной че­ло­ве­че­с­кой ду­шой, по дру­го­му вы­ра­же­нию — Сло­ва и пло­ти при во­пло­ще­нии, как с ча­с­тью Церк­ви, как с ма­лой Цер­ко­вью, как с хра­мом Бо­жи­им, от­дель­но взя­тым. В ас­ке­ти­че­с­кой ли­те­ра­ту­ре эта те­ма ча­с­то при­сут­ст­ву­ет: в ис­ка­нии не­ве­с­той сво­е­го Же­ни­ха и в том­ле­нии по Не­му святые отцы видят изображение стремления души к Богу.


На­при­мер, в книге есть такие слова: «Я вста­ла, что­бы от­пе­реть воз­люб­лен­но­му мо­е­му,…от­пер­ла я воз­люб­лен­но­му мо­е­му, а воз­люб­лен­ный мой по­вер­нул­ся и ушел. Ду­ши во мне не ста­ло, ког­да он го­во­рил; я ис­ка­ла его и не на­хо­ди­ла его… Встре­ти­ли ме­ня стра­жи, об­хо­дя­щие го­род, из­би­ли ме­ня, из­ра­ни­ли ме­ня; сня­ли с ме­ня по­кры­ва­ло сте­ре­гу­щие сте­ны
» (Песн. 5:6-7). В аскетическом ключе эти слова могут быть объяснены так: это не­ве­с­та (душа) впол­не уже при­го­то­ви­лась к при­хо­ду Небесного Же­ни­ха, но вы­яс­ня­ет­ся, что все рав­но ду­ша че­ло­ве­че­с­кая ни­ког­да впол­не са­ма по се­бе сво­и­ми уси­ли­я­ми не го­то­ва к то­му, что­бы при­нять в се­бя Бо­га, что­бы со­еди­нить­ся со Хри­с­том, что это де­ло не­сколь­ко пре­вы­ша­ю­щее ес­те­ст­во че­ло­ве­че­с­кое; по­это­му, бро­са­ясь на по­иск сно­ва как бы от­сту­пив­ше­го Бо­га, встре­ча­ет ан­ге­лов, ко­то­рые уко­ря­ют ее, го­во­ря о том, что и они впол­не не мо­гут со­еди­нить­ся с Бо­гом, не мо­гут впол­не вос­при­нять это не­по­сти­жи­мое ес­те­ст­во и еще бо­лее по­мо­га­ют ей со­влечь­ся от все­го тлен­но­го. Не­о­че­вид­но? Не дой­дя до оп­ре­де­лен­но­го уров­ня со­зер­ца­ния и рас­суж­де­ния, до­воль­но не­бе­зо­пас­но пу­с­кать­ся в ис­сле­до­ва­ния этой кни­ги.


Пре­по­доб­ный Ма­ка­рий Еги­пет­ский по это­му по­во­ду го­во­рит: «Ког­да слу­ча­ет­ся те­бе слы­шать об об­ще­нии же­ни­ха с не­ве­с­тою, о хо­рах пев­цов, о пра­зд­ни­ках, то не пред­став­ляй ни­че­го ве­ще­ст­вен­но­го и зем­но­го. Это бе­рет­ся толь­ко в при­мер по сни­с­хож­де­нию, по­ели­ку те ве­щи не­из­ре­чен­ны, ду­хов­ны и не­при­кос­но­вен­ны для плот­ских очей, но под­хо­дят под по­ня­тия толь­ко ду­ши свя­той и вер­ной. Об­ще­ние Свя­то­го Ду­ха, не­бес­ные со­кро­ви­ща, хо­ры пев­цов и тор­же­ст­ва свя­тых Ан­ге­лов по­нят­ны толь­ко для че­ло­ве­ка, по­знав­ше­го сие са­мым опы­том, а не ис­пы­тав­ший не мо­жет во­все и пред­ста­вить се­бе это­го» (Сло­во о люб­ви, гл. 13. [цит. по: 76, т. 1, с. 226]).


В кни­ге есть ряд вы­ра­же­ний, ко­то­рые из­ве­ст­ны всем, кто зна­ком с пра­во­слав­ной ас­ке­ти­че­с­кой тра­ди­ци­ей. «Аз сплю, а серд­це мое бдит
» (Песн. 5:2), по­ка­зы­ва­ю­щее со­сто­я­ние ду­ши пра­вед­ни­ка, вшед­шей в об­ще­ние с Бо­гом, стя­жав­шей бла­го­дать и дар не­пре­стан­ной мо­лит­вы, не пре­кра­ща­ю­щей­ся да­же во вре­мя сна. «По­ло­жи ме­ня, как пе­чать, на серд­це твое, как пер­стень, на ру­ку твою: ибо креп­ка, как смерть, лю­бовь; люта, как преисподняя, ревность
» (Песн. 8:6). Михаил Пселл на основании толкования преподобного Максима Исповедника говорит, что совершенная любовь ко Христу по­ла­га­ет ко­нец вся­ко­му гре­ху и вся­кой не­чи­с­то­те в че­ло­ве­ке, точ­но так же, как это де­ла­ет смерть, с та­кой же не­пре­лож­но­с­тью и не­от­вра­ти­мо­с­тью, а божественная ревность (ср. Иак. 4:5) наподобие ада удерживает неразумные стремления [51, с. 262].


Вы­ше уже при­во­ди­лись сло­ва пре­по­доб­но­го Иси­до­ра Пе­лу­си­о­та, со­по­с­тав­ляв­шего Песнь Пес­ней со Свя­тым Свя­тых в хра­ме Со­ло­мо­на. Со­вер­шен­но яв­но и струк­тур­ное сход­ст­во на­зва­ний. Не бы­ло в хра­ме бо­лее вну­т­рен­не­го, бо­лее дра­го­цен­но­го, бо­лее та­ин­ст­вен­но­го ме­с­та: Свя­тое Свя­тых – даль­ше уже ни­че­го. Точ­но так же и Песнь Пес­ней. Мно­го бы­ло пе­сен: и Ма­ри­ам-про­ро­чи­ца вос­пе­ла песнь при пе­ре­хо­де чрез Черм­ное мо­ре, и Мо­и­сей вос­пе­вал пес­ни, но это все еще в пу­с­ты­не; а вот Песнь Пес­ней – то, чем все это долж­но по­лу­чить свое за­вер­ше­ние, по­сле это­го уже пес­ни ни­ка­кой быть не мо­жет. Свя­ти­тель Афа­на­сий Ве­ли­кий в сво­ем Си­ноп­си­се го­во­рит, что «Пес­нию Пес­ней сия кни­га име­ну­ет­ся по­то­му, что она сле­ду­ет по­сле дру­гих пес­ней, и что по­сле сей пес­ни нель­зя ожи­дать дру­гой пес­ни. Го­во­ря о дру­гой пес­ни, я имею в ви­ду не кни­гу, но то, что над­ле­жит ура­зу­меть о кни­ге. Я ска­жу о сем яс­нее. Все Бо­же­ст­вен­ное Пи­са­ние про­ро­че­ст­ву­ет о со­ше­ст­вии к нам Сло­ва и яв­ле­нии Его во пло­ти. Это со­став­ля­ет осо­бый пред­мет во­ли Бо­жи­ей, и пред­воз­ве­ще­ние о том бы­ло пре­иму­ще­ст­вен­ным де­лом про­ро­ков и все­го Бо­же­ст­вен­но­го Пи­са­ния. Все сии про­ро­че­ст­ва суть пес­ни; Песнь же Пес­ней как бы уже не про­ро­че­ст­ву­ет или пред­ска­зы­ва­ет, но и по­ка­зы­ва­ет То­го, о Ко­то­ром дру­гие пред­воз­ве­ща­ли, как бы уже при­шед­шим и при­няв­шим плоть че­ло­ве­че­с­кую. Се­го ра­ди, аки на бра­це Сло­ва и пло­ти чер­то­га песнь по­ет Песнь Пес­ней. Хо­тя и дру­гие кни­ги Св. Пи­са­ния го­во­рят о Спа­си­те­ле, но, вме­с­те с тем, они со­дер­жат и не­что дру­гое; сия же кни­га еди­на то­чию Сло­ва с пло­тью со­юз по­ет. В дру­гих Пи­са­ни­ях, как со­дер­жа­щих, кро­ме уче­ния о Сло­ве, и не­что дру­гое, есть сло­ве­са гне­ва и пре­ще­ния стра­ха, а сия кни­га, как вос­пе­ва­ю­щая од­но толь­ко при­ше­ст­вие Сло­ва, име­ет од­ни лишь сло­ве­са ус­лаж­де­ния, ра­до­с­ти же и ве­се­лия, по­то­му что в при­сут­ст­вии же­ни­ха всем ра­до­ва­ти­ся до­сто­ит и ни­ко­му­же пла­ка­ти, яко­же Сам Гос­подь ре­че (Мф. 9:15). По­се­му, как по­сле до­мо­ст­ро­и­тель­ст­ва, со­вер­шен­но­го Спа­си­те­лем, мы уже не ожи­да­ем про­ро­ка, так и по­сле то­го, что обо­зна­че­но в Пес­ни Пес­ней, не долж­но ожи­дать дру­го­го че­го-ни­будь, но­вей­шее не­что зна­ме­ну­ю­ще­го. По­доб­но то­му, как за­кон и про­ро­ки пре­ста­ли по­сле то­го, как Ио­анн Кре­с­ти­тель ука­зал Агнца Бо­жия, так и вос­пе­тое в Пес­ни Пес­ней есть вер­ши­на то­го, что в ней вос­пе­то, не долж­но ожи­дать ни­че­го дру­го­го. Че­го бы ино­го по Хри­с­то­ве при­ше­ст­вии ожи­да­ти до­сто­ит, раз­ве су­да и воз­да­я­ния? Как в за­ко­не бы­ло свя­тое, и за свя­тым – свя­тое свя­тых, а за свя­тым свя­тых уже не бы­ло вну­т­рен­ней­ше­го ме­с­та, так по­сле пес­ней еще есть Песнь Пес­ней, а по­сле Пес­ни Пес­ней уже не долж­но ожи­дать вну­т­рен­ней­ше­го и но­вей­ше­го обе­то­ва­ния, ибо еди­ною Сло­во плоть бысть и со­вер­ши де­ло» [цит. по: 57, c. 78 – 80].


Зна­чит, Песнь Пес­ней пред­став­ля­ет ис­пол­не­ние то­го, что изложено в про­чих кни­гах Вет­хо­го За­ве­та, и поэтому ос­та­ет­ся ждать толь­ко вто­ро­го при­ше­ст­вия Хри­с­то­ва. В этой свя­зи не­о­жи­дан­ная па­рал­лель для вы­звав­шей не­до­уме­ние по­след­ней фра­зы кни­ги – «Бе­ги, воз­люб­лен­ный мой; будь по­до­бен сер­не или мо­ло­до­му оле­ню на го­рах баль­за­ми­че­с­ких!
» (Песн. 8:14), – об­на­ру­жи­ва­ет­ся в От­кро­ве­нии св.Ио­ан­на Бо­го­сло­ва. «Сви­де­тель­ст­ву­ю­щий сие го­во­рит: ей, гря­ду ско­ро! Аминь. Ей, гря­ди, Гос­по­ди Ии­су­се!
» (Откр. 22:20). Есть не­сколь­ко мест в Вет­хом За­ве­те, ко­то­рые не­о­жи­дан­но под­во­дят нас к апо­ка­лип­ти­че­с­ко­му ру­бе­жу, к са­мой по­след­ней гла­ве От­кро­ве­ния. Од­но из та­ких мест – это кни­га Песнь Пес­ней.



Гла­ва 23. Не­ка­но­ни­че­с­кие учи­тель­ные кни­ги

Сре­ди учи­тель­ных книг име­ют­ся две не­ка­но­ни­че­с­кие. Не­ка­но­ни­че­с­кие кни­ги не яв­ля­ют­ся бо­го­дух­но­вен­ны­ми, но при­зна­ют­ся пре­вос­хо­дя­щи­ми иные че­ло­ве­че­с­кие пи­са­ния и вы­со­ко на­зи­да­тель­ны­ми.



23.1. Не­ка­но­ни­че­с­кая кни­га Пре­му­д­ро­с­ти Со­ло­мо­на

Кни­га Пре­му­д­ро­с­ти Со­ло­мо­на бы­ла, оче­вид­но, из­на­чаль­но на­пи­са­на на гре­че­с­ком язы­ке, ци­та­ты из дру­гих книг Вет­хо­го За­ве­та при­во­дят­ся в ней по вер­сии Сеп­ту­а­гин­ты, что го­во­рит о ее по­зд­нем про­ис­хож­де­ния.


По-ви­ди­мо­му, эта кни­га на­пи­са­на бы­ла че­ло­ве­ком, имев­шим эл­ли­ни­с­ти­че­с­кое об­ра­зо­ва­ние, ко­то­рым в то вре­мя сла­ви­лась Алек­сан­д­рия, где бы­ла до­ста­точ­но боль­шая иу­дей­ская об­щи­на. Про­яв­ля­ет­ся это, в ча­ст­но­с­ти, в том, что ав­тор ис­поль­зу­ет фи­ло­соф­ские тер­ми­ны и при­бе­га­ет к по­сле­до­ва­тель­ным логическим рас­суж­де­ни­ям, что не­ха­рак­тер­но для учи­тель­ных книг Биб­лии.


Кни­га не­ка­но­ни­че­с­кая, по­это­му в ней мож­но встре­тить ут­верж­де­ния, не впол­не кор­рект­ные с точ­ки зре­ния цер­ков­но­го уче­ния. На­при­мер, вы­ра­же­ние «чи­с­тое из­ли­я­ние сла­вы Все­дер­жи­те­ля
» (Прем. 7:25) со­звуч­но фи­ло­соф­ско­му уче­нию об эма­на­ци­ях. «Не не­воз­мож­но бы­ло бы для все­мо­гу­щей ру­ки Тво­ей, со­здав­шей мир из не­об­раз­но­го ве­ще­ст­ва
» (Прем. 11:18), – из этих слов ос­та­ет­ся не­яс­ным, от­ку­да это ве­ще­ст­во взя­лось. Не впол­не точ­на кни­га и в из­ло­же­нии ис­то­ри­че­с­ких со­бы­тий.


Свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст го­во­рит о ней сле­ду­ю­щим об­ра­зом: «Эта кни­га на­зы­ва­ет­ся пре­му­д­ро­с­тью Со­ло­мо­но­вой по­то­му что, как го­во­рят, она на­пи­са­на Со­ло­мо­ном. В ней со­дер­жат­ся уче­ния о прав­де, о том, как уз­на­вать лю­дей злых и до­б­рых, и про­ро­че­ст­во о Хри­с­те. Также о том, что му­д­рость при­об­ре­та­ет­ся ве­ли­ким тру­дом и усер­ди­ем. Еще го­во­рит­ся о не­ко­то­рых про­из­ве­де­ни­ях при­ро­ды, об идо­лах и их де­ла­те­лях, о на­де­ю­щих­ся на них и слу­жа­щих им. Кро­ме то­го, здесь на­хо­дит­ся песнь с ис­по­ве­да­ни­ем чу­дес, со­вер­шен­ных Бо­гом для из­ра­иль­тян пред ли­цем вра­гов их» [29, т. 6, с. 671 – 672].


Кни­га мо­жет быть ус­лов­но раз­би­та на три ча­с­ти [23, кол. 137 – 138]. Пер­вая часть (гла­вы 1 – 6) в упо­доб­ле­ние кни­ге Прит­чей Со­ло­мо­новых со­дер­жит уве­ще­ва­ния к при­об­ре­те­нию му­д­ро­с­ти и до­б­ро­де­те­ли, про­ти­во­по­ла­гая че­ло­ве­ка пре­му­д­ро­го и глу­по­го, пре­му­д­ро­го и не­че­с­ти­во­го, пра­вед­ни­ка и греш­ни­ка.


Во вто­рой ча­с­ти (гла­вы 7–9) из­ла­га­ет­ся уче­ние о пре­му­д­ро­с­ти как та­ко­вой: что та­кое пре­му­д­рость и ка­ко­вы ее дей­ст­вия в ми­ре и в лю­дях во­об­ще.


В тре­ть­ей ча­с­ти (гла­вы 10–19) рас­сма­т­ри­ва­ют­ся при­ме­ры дей­ст­вия пре­му­д­ро­с­ти в ис­то­рии, ка­ким об­ра­зом пре­му­д­рость от со­тво­ре­ния ми­ра на­став­ля­ла лю­дей во всех пу­тях жиз­ни лю­дей бла­го­че­с­ти­вых и как на­ка­зы­ва­ла, об­ли­чая с кро­то­с­тью и дол­го­тер­пе­ни­ем, лю­дей не­че­с­ти­вых, осо­бен­но языч­ни­ков. В ка­че­ст­ве ма­те­ри­а­ла для этой тре­ть­ей ча­с­ти бе­рут­ся биб­лей­ские ис­то­рии, на­чи­ная от со­тво­ре­ния ми­ра и кон­чая вре­ме­нем ис­хо­да. Осо­бен­ное вни­ма­ние уде­ле­но каз­ням еги­пет­ским, в свя­зи с ко­то­ры­ми при­во­дит­ся по­дроб­ное тща­тель­ное об­ли­че­ние идо­ло­по­клон­ст­ва, язы­че­с­ких пред­став­ле­ний о судь­бе и то­му по­доб­ное.


Уче­ние о Пре­му­д­ро­с­ти.
На­и­бо­лее важ­ной с точ­ки зре­ния уче­ния о пре­му­д­ро­с­ти для нас яв­ля­ет­ся седь­мая гла­ва. Ком­мен­ти­руя ее, свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст го­во­рит: «О Хри­с­те же го­во­рит­ся и да­лее: от пре­му­д­ро­с­ти Бо­жи­ей я по­лу­чил ве­де­ния все­го: «в ру­ке Его и мы и сло­ва на­ши
» (7:16). По­том – ка­ко­ва эта пре­му­д­рость, и как она при­шла к лю­дям: «она — од­на, но мо­жет все, и, пре­бы­вая в са­мой се­бе, все об­нов­ля­ет
» (7:27). Эту пре­му­д­рость, – го­во­рит, – я и воз­лю­бил от юно­с­ти мо­ей и по­лу­чил от нее все бла­га те­ле­сные и ду­хов­ные. По­знав ве­ли­чие пре­му­д­ро­с­ти, я про­сил Гос­по­да, что­бы мне дан был Дух Свя­той, про­све­ща­ю­щий ме­ня в ней» [29, т. 6, кн. 2, c. 672].


Мы говорили выше, что осо­бен­ность биб­лей­ско­го изо­б­ра­же­ния пре­му­д­ро­с­ти со­сто­ит в яс­ных ука­за­ни­ях на ее ипо­с­тас­ность. В кни­ге Пре­му­д­ро­с­ти Со­ло­мо­на это ме­нее оче­вид­но. Пре­му­д­рость в ней вы­сту­па­ет ско­рее как бо­же­ст­вен­ная си­ла. Про­чи­та­ем про­ци­ти­ро­ван­ный свя­ти­те­лем фраг­мент це­ли­ком: «По­знал я все, и со­кро­вен­ное и яв­ное, ибо на­учи­ла ме­ня Пре­му­д­рость, ху­дож­ни­ца все­го. Она есть дух ра­зум­ный, свя­тый, еди­но­род­ный, мно­го­ча­ст­ный, тон­кий, удо­бо­по­движ­ный, свет­лый, чи­с­тый, яс­ный, не­вре­ди­тель­ный, бла­го­лю­би­вый, ско­рый, не­удер­жи­мый, бла­го­де­тель­ный, че­ло­ве­ко­лю­би­вый, твер­дый, не­по­ко­ле­би­мый, спо­кой­ный, бес­пе­чаль­ный, все­ви­дя­щий и про­ни­ка­ю­щий все ум­ные, чи­с­тые, тон­чай­шие ду­хи
» (Прем. 7:21-23). Кста­ти, об­ра­ти­те вни­ма­ние, что здесь 21 свой­ст­во, три­а­да се­ме­рок, сим­вол со­вер­шен­ст­ва.


«Ибо пре­му­д­рость по­движ­нее вся­ко­го дви­же­ния, и по чи­с­то­те сво­ей сквозь все про­хо­дит и про­ни­ка­ет. Она есть ды­ха­ние си­лы Бо­жи­ей и чи­с­тое из­ли­я­ние сла­вы Все­дер­жи­те­ля: по­се­му ни­что оск­вер­нен­ное не вой­дет в нее. Она есть от­блеск веч­но­го све­та и чи­с­тое зер­ка­ло дей­ст­вия Бо­жия и об­раз бла­го­сти Его. Она – од­на, но мо­жет все, и, пре­бы­вая в са­мой се­бе, все об­нов­ля­ет, и, пе­ре­хо­дя из ро­да в род в свя­тые ду­ши, при­го­тов­ля­ет дру­зей Бо­жи­их и про­ро­ков
» (ст. 24-27). Эта тер­ми­но­ло­гия ис­поль­зу­ет­ся и но­во­за­вет­ны­ми пи­са­те­ля­ми.


Апо­с­тол Па­вел го­во­рит о Сы­не Бо­жь­ем: «Сей, бу­ду­чи си­я­ние сла­вы и об­раз ипо­с­та­си Его и дер­жа все сло­вом си­лы Сво­ей, со­вер­шив Со­бою очи­ще­ние гре­хов на­ших, вос­сел одес­ную пре­сто­ла ве­ли­чия на вы­со­те
» (Евр. 1:3).


«Мы про­по­ве­ду­ем Хри­с­та рас­пя­то­го, ... Бо­жию си­лу и Бо­жию пре­му­д­рость... От Не­го и вы во Хри­с­те Ии­су­се, Ко­то­рый сде­лал­ся для нас пре­му­д­ро­с­тью от Бо­га, пра­вед­но­с­тью и ос­вя­ще­ни­ем и ис­куп­ле­ни­ем
» (1 Кор. 1:23-30). В дру­гом по­сла­нии он го­во­рит, что во Хри­с­те «со­кры­ты все со­кро­ви­ща пре­му­д­ро­с­ти и ве­де­ния
» (Кол. 2:3).


Про­ро­че­ст­ва кни­ги.
В про­ци­ти­ро­ван­ном в на­ча­ле гла­вы от­рыв­ке Си­ноп­си­са свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст пи­шет, что в кни­ге со­дер­жит­ся про­ро­че­ст­во о Хри­с­те. Он, а так­же свя­ти­тель Афа­на­сий Ве­ли­кий на­хо­ди­ли про­ро­че­ст­во в от­рыв­ке (Прем. 7:1–4). Там «го­во­рит­ся, что та­кое Пре­му­д­рость – Сын Бо­жий, и как сло­во ста­ло пло­тью, и оби­та­ло с на­ми, и аз
, – го­во­рит он, – по­до­бо­ст­ра­с­тен вам сый че­ло­век от ве­ле­ния Бо­жия вскорм­лен есмь
» [29, т. 6, кн. 2, c. 672]. Хо­тя, на пер­вый взгляд, в при­ня­той у нас ре­дак­ции тек­с­та речь идет об обыч­ном че­ло­ве­че­с­ком рож­де­нии.


Свя­ти­те­ли Ип­по­лит Рим­ский и Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский на­хо­ди­ли про­ро­че­ст­во во 2-ой гла­ве кни­ги, в ко­то­рой от име­ни без­за­кон­ни­ков го­во­рит­ся: «Ус­т­ро­им ко­вы пра­вед­ни­ку, ибо он в тя­гость нам и про­ти­вит­ся де­лам на­шим, уко­ря­ет нас в гре­хах про­тив за­ко­на и по­но­сит нас за гре­хи на­ше­го вос­пи­та­ния; объ­яв­ля­ет се­бя име­ю­щим по­зна­ние о Бо­ге и на­зы­ва­ет се­бя сы­ном Гос­по­да; он пред на­ми – об­ли­че­ние по­мыс­лов на­ших. Тя­же­ло нам и смо­т­реть на не­го, ибо жизнь его не по­хо­жа на жизнь дру­гих, и от­лич­ны пу­ти его: он счи­та­ет нас мер­зо­с­тью и уда­ля­ет­ся от пу­тей на­ших, как от не­чи­с­тот, уб­ла­жа­ет кон­чи­ну пра­вед­ных и тще­слав­но на­зы­ва­ет от­цом сво­им Бо­га. Уви­дим, ис­тин­ны ли сло­ва его, и ис­пы­та­ем, ка­кой бу­дет ис­ход его; ибо ес­ли этот пра­вед­ник есть сын Бо­жий, то Бог за­щи­тит его и из­ба­вит его от ру­ки вра­гов. Ис­пы­та­ем его ос­кор­б­ле­ни­ем и му­че­ни­ем, да­бы уз­нать сми­ре­ние его и ви­деть не­зло­бие его; осу­дим его на бес­че­ст­ную смерть, ибо, по сло­вам его, о нем по­пе­че­ние бу­дет». Так они ум­ст­во­ва­ли, и ошиб­лись; ибо зло­ба их ос­ле­пи­ла их, и они не по­зна­ли тайн Бо­жи­их
» (Прем. 2:12-22). Со­гла­си­тесь, что этот текст мо­жет быть вло­жен в ус­та чле­нов си­не­дри­о­на, ко­то­рые про­из­но­си­ли суд на Хри­с­та.


Эту ци­та­ту хо­чет­ся про­дол­жить сле­ду­ю­щим тек­с­том из 5-ой гла­вы: «Тог­да пра­вед­ник с ве­ли­ким дерз­но­ве­ни­ем ста­нет пред ли­цем тех, ко­то­рые ос­кор­б­ля­ли его и пре­зи­ра­ли по­дви­ги его; они же, уви­дев, сму­тят­ся ве­ли­ким стра­хом и изу­мят­ся не­о­жи­дан­но­с­ти спа­се­ния его и, рас­ка­и­ва­ясь и воз­ды­хая от стес­не­ния ду­ха, бу­дут го­во­рить са­ми в се­бе: “это тот са­мый, ко­то­рый был у нас не­ког­да в по­сме­я­нии и прит­чею по­ру­га­ния. Бе­зум­ные, мы по­чи­та­ли жизнь его су­мас­ше­ст­ви­ем и кон­чи­ну его бес­че­ст­ною! Как же он при­чис­лен к сы­нам Бо­жи­им, и жре­бий его — со свя­ты­ми? Итак, мы за­блу­ди­лись от пу­ти ис­ти­ны, и свет прав­ды не све­тил нам, и солн­це не оза­ря­ло нас. Мы пре­ис­пол­ни­лись де­ла­ми без­за­ко­ния и по­ги­бе­ли и хо­ди­ли по не­про­хо­ди­мым пу­с­ты­ням, а пу­ти Гос­под­ня не по­зна­ли. Ка­кую поль­зу при­нес­ло нам вы­со­ко­ме­рие, и что до­ста­ви­ло нам бо­гат­ст­во с тще­сла­ви­ем? Все это про­шло как тень и как мол­ва бы­с­т­ро­теч­ная
» (Прем. 5:1-9).


Бо­го­слу­жеб­ное упо­треб­ле­ние кни­ги.
Как бы­ло ска­за­но в свое вре­мя, не­ка­но­ни­че­с­кие кни­ги пред­наз­на­че­ны для до­маш­не­го упо­треб­ле­ния. А вот от­но­си­тель­но кни­ги Пре­му­д­ро­с­ти Со­ло­мо­на мы ви­дим, что она весь­ма ча­с­то упо­треб­ля­ет­ся в па­ре­ми­ях за бо­го­слу­же­ни­ем. Из про­чих не­ка­но­ни­че­с­ких книг та­кой че­с­ти удо­с­то­и­лась толь­ко од­на – книги про­ро­ка Ва­ру­ха.


Па­ре­мии из кни­ги Пре­му­д­ро­с­ти чи­та­ют­ся на служ­бах св. Ио­ан­ну Пред­те­че, про­ро­кам, свя­ти­те­лям, му­че­ни­кам, пре­по­доб­ным. В ос­нов­ном тек­с­ты бе­рут­ся из пер­вых де­вя­ти глав – той ча­с­ти, ко­то­рая ка­са­ет­ся пре­му­д­ро­с­ти и жиз­ни пра­вед­ни­ков. Есть со­став­ные па­ре­мии, то есть на­бран­ные из раз­лич­ных сти­хов од­ной кни­ги. Но бы­ва­ет и так, что сти­хи из Пре­му­д­ро­с­ти Со­ло­мо­но­вой добавляются к сти­хам кни­ги Прит­чей. На­при­мер, тре­тья па­ре­мия службы святителю со­сто­ит в ос­нов­ном из сти­хов кни­ги Пре­му­д­ро­с­ти Со­ло­мо­на: там толь­ко пер­вый и по­след­ний сти­хи взя­ты из кни­ги Прит­чей. Это сви­де­тель­ст­ву­ет о вы­со­ком на­зи­да­тель­ном зна­че­нии не­ка­но­ни­че­с­кой кни­ги Пре­му­д­ро­с­ти.


Са­мая рас­про­ст­ра­нен­ная па­ре­мия – это начало 3-й гла­вы:


«Ду­ши пра­вед­ных в ру­ке Бо­жи­ей, и му­че­ние не кос­нет­ся их. В гла­зах не­ра­зум­ных они ка­за­лись умер­ши­ми, и ис­ход их счи­тал­ся по­ги­бе­лью, и от­ше­ст­вие от нас – унич­то­же­ни­ем; но они пре­бы­ва­ют в ми­ре. Ибо, хо­тя они в гла­зах лю­дей и на­ка­зы­ва­ют­ся, но на­деж­да их пол­на бес­смер­тия. И не­мно­го на­ка­зан­ные, они бу­дут мно­го об­ла­го­де­тель­ст­во­ва­ны, по­то­му что Бог ис­пы­тал их и на­шел их до­стой­ны­ми Его. Он ис­пы­тал их как зо­ло­то в гор­ни­ле и при­нял их как жерт­ву все­со­вер­шен­ную. Во вре­мя воз­да­я­ния им они вос­си­я­ют как ис­кры, бе­гу­щие по стеб­лю. Бу­дут су­дить пле­ме­на и вла­ды­че­ст­во­вать над на­ро­да­ми, а над ни­ми бу­дет Гос­подь цар­ст­во­вать во ве­ки. На­де­ю­щи­е­ся на Не­го по­зна­ют ис­ти­ну, и вер­ные в люб­ви пре­бу­дут у Не­го; ибо бла­го­дать и ми­лость со свя­ты­ми Его и про­мы­ш­ле­ние об из­бран­ных Его
» (Прем. 3:1–9). Здесь, как и в кни­ге Ио­ва, уп­ро­ще­нное по­ни­ма­ние земного воз­да­я­ния по­лу­ча­ет су­ще­ст­вен­ное восполнение с уче­том воз­да­я­ния в веч­но­с­ти.


Так­же ча­с­то чи­та­ет­ся текст 4-й гла­вы, про­дол­жа­ю­щий за­тро­ну­тую те­му. «А пра­вед­ник, ес­ли и ра­но­в­ре­мен­но ум­рет, бу­дет в по­кое, ибо не в дол­го­веч­но­с­ти че­ст­ная ста­рость, и не чис­лом лет из­ме­ря­ет­ся: му­д­рость есть се­ди­на для лю­дей, и бес­по­роч­ная жизнь – воз­раст ста­ро­сти. Как бла­го­уго­див­ший Бо­гу, он воз­люб­лен, и, как жив­ший по­сре­ди греш­ни­ков, пре­став­лен, вос­хи­щен, что­бы зло­ба не из­ме­ни­ла ра­зу­ма его, или ко­вар­ст­во не пре­ль­сти­ло ду­ши его. Ибо уп­раж­не­ние в не­че­с­тии по­мра­ча­ет до­б­рое, и вол­не­ние по­хо­ти раз­вра­ща­ет ум не­зло­би­вый. До­стиг­нув со­вер­шен­ст­ва в ко­рот­кое вре­мя, он ис­пол­нил дол­гие ле­та; ибо ду­ша его бы­ла угод­на Гос­по­ду, по­то­му и ус­ко­рил он из сре­ды не­че­с­тия. А лю­ди ви­де­ли это и не по­ня­ли, да­же и не по­ду­ма­ли о том, что бла­го­дать и ми­лость со свя­ты­ми Его и про­мы­ш­ле­ние об из­бран­ных Его
» (Прем. 4:7–15). Текст не нуж­да­ет­ся в ком­мен­та­ри­ях. Обе па­ре­мии чи­та­ют­ся на служ­бах му­че­ни­кам и пре­по­доб­ным.


В кни­ге про­ро­ка Иса­ии го­во­рит­ся: «Он воз­ло­жил на Се­бя прав­ду, как бро­ню, и шлем спа­се­ния на гла­ву Свою; и об­лек­ся в ри­зу мще­ния, как в одеж­ду, и по­крыл Се­бя рев­но­с­тью, как пла­щом
» (Ис. 59:17). По­хо­жее ме­с­то есть и в кни­ге Пре­му­д­ро­с­ти: «А пра­вед­ни­ки жи­вут вове­ки; на­гра­да их – в Гос­по­де, и по­пе­че­ние о них – у Вы­шне­го. По­се­му они по­лу­чат цар­ст­во сла­вы и ве­нец кра­со­ты от ру­ки Гос­по­да, ибо Он по­кро­ет их дес­ни­цею и за­щи­тит их мыш­цею. Он возь­мет все­ору­жие – рев­ность Свою, и тварь во­ору­жит к от­мще­нию вра­гам; об­ле­чет­ся в бро­ню – в прав­ду, и воз­ло­жит на Се­бя шлем – не­ли­це­при­ят­ный суд; возь­мет не­по­бе­ди­мый щит – свя­тость; стро­гий гнев Он изо­ст­рит, как меч, и мир опол­чит­ся с Ним про­тив бе­зум­цев
» (Прем. 5:15–20).


В сво­их по­сла­ни­ях эти об­ра­зы упо­треб­лял апо­с­тол Па­вел, пред­ла­гая уже нам при­нять эти бо­же­ст­вен­ные до­спе­хи: «Для се­го при­ими­те все­ору­жие Бо­жие, да­бы вы мог­ли про­ти­во­стать в день злый и, все пре­одо­лев, ус­то­ять. Итак, стань­те, пре­по­я­сав чрес­ла ва­ши ис­ти­ною и об­лек­шись в бро­ню пра­вед­но­с­ти, и обув но­ги в го­тов­ность бла­го­ве­ст­во­вать мир; а па­че все­го возь­ми­те щит ве­ры, ко­то­рым воз­мо­же­те уга­сить все рас­ка­лен­ные стре­лы лу­ка­во­го; и шлем спа­се­ния возь­ми­те, и меч ду­хов­ный, ко­то­рый есть Сло­во Бо­жие
» (Еф. 6:13–17). Так­же: «Мы же, бу­ду­чи сы­на­ми дня, да трез­вим­ся, об­лек­шись в бро­ню ве­ры и люб­ви и в шлем на­деж­ды спа­се­ния
» (1 Фес. 5:8).


Важ­ны­ми с бо­го­слов­ской точ­ки зре­ния сви­де­тель­ст­ва­ми кни­ги яв­ля­ют­ся сло­ва «Бог смер­ти не со­тво­ри
» (Прем. 1:13) и «за­ви­с­тию ди­а­во­лею смерть вни­де в мир
» (Прем. 2:24).



23.2. Не­ка­но­ни­че­с­кая кни­га Пре­му­д­ро­с­ти Ии­су­са, сы­на Си­ра­хо­ва

За­вер­ша­ет раз­дел учи­тель­ных книг кни­га Пре­му­д­ро­с­ти Ии­су­са, сы­на Си­ра­хо­ва. Ее пред­ва­ря­ет пре­дис­ло­вие пе­ре­вод­чи­ка, ко­то­рый го­во­рит, что его дед Ии­сус на­пи­сал ее на ев­рей­ском язы­ке в Па­ле­с­ти­не, бу­ду­чи сам зна­то­ком за­ко­на и пре­да­ний оте­че­с­ких. При­ехав в Алек­сан­д­рию и об­на­ру­жив там не­до­ста­ток об­ра­зо­ван­но­с­ти и проистекающие из этого за­труд­не­ния лю­дей, же­ла­ю­щих жить бла­го­че­с­ти­во, он по­счи­тал не­об­хо­ди­мым пе­ре­ве­с­ти на­пи­сан­ную де­дом кни­гу на гре­че­с­кий язык в 38 го­ду при ца­ре Евер­ге­те (пред­по­ло­жи­тель­но в 132 го­ду до Р. Х.). Сле­до­ва­тель­но, ори­ги­нал по­явил­ся на свет где-то на ру­бе­же III и II ве­ков. Это бы­ло вре­мя, ког­да в Па­ле­с­ти­не началась эл­ли­ни­за­ция, про­яв­ляв­шаяся, в ча­ст­но­с­ти, в от­ступ­ле­нии от за­ко­на. Необходимость сохранения традиции и яви­лась при­чи­ной по­яв­ле­ния как самой кни­ги, так и ее пе­ре­во­да.


В 1986 г. в книгохранилище Капрской синагоги была обнаружена рукопись книги Премудрости Иисуса, сына Сирахова на еврейском языке. За­ме­тим, что при этом кни­га не бы­ла ав­то­ма­ти­че­с­ки пе­ре­ве­де­на в раз­ряд ка­но­ни­че­с­ких.


Кни­га пред­став­ля­ет со­бой со­бра­ние крат­ких по­уче­ний, сен­тен­ций, афо­риз­мов и не­боль­ших кар­тин, ко­то­рые до­ста­точ­но бес­по­ря­доч­но меж­ду со­бой со­еди­ня­ют­ся и ино­гда да­же по­вто­ря­ют по­уче­ния на од­ну и ту же те­му, по­это­му ка­кой-то чет­кой струк­ту­ры в ней увидеть не уда­ет­ся. Ино­гда вы­де­ля­ют 1 – 42 гла­вы в ка­че­ст­ве нра­во­учи­тель­ной ча­с­ти. За­тем сле­ду­ют не­сколь­ко не­боль­ших раз­де­лов: с 42 по 43 гла­вы, где вос­пе­ва­ет­ся си­ла Бо­жия в при­ро­де, и с 44 по 50 главы, где рас­сма­т­ри­ва­ет­ся дей­ст­вие пре­му­д­ро­с­ти Бо­жи­ей в ис­то­рии. Эти по­след­ние гла­вы цен­ны тем, что в них от­ра­же­ны не­ко­то­рые со­бы­тия и ли­ца, по вре­ме­ни близ­кие к пи­са­те­лю этой кни­ги, как раз на­хо­дя­щи­е­ся в про­ме­жут­ке меж­ду кни­га­ми Не­емии и Мак­ка­вей­ски­ми, о ко­то­рых нам другие книги Свя­щен­ного Пи­са­ния ни­че­го не го­во­рят. В по­след­ней гла­ве со­дер­жит­ся мо­лит­ва бла­го­да­ре­ния и про­ше­ние о при­об­ре­те­нии пре­му­д­ро­с­ти.


Ос­нов­ной ак­цент кни­ги, по срав­не­нию с пре­ды­ду­щи­ми, сто­ит в свя­зи с уже упо­мя­ну­той при­чи­ной ее на­пи­са­ния. За­кон, дан­ный в Пя­ти­кни­жии, для Си­ра­ха яв­ля­ет­ся вы­ра­же­ни­ем и обос­но­ва­ни­ем му­д­ро­с­ти.


Уче­ние о Пре­му­д­ро­с­ти.
Цен­т­раль­ный мо­мент в смыс­ле ве­ро­уче­ния на­хо­дит­ся в 24-й гла­ве, где мы ви­дим пер­со­ни­фи­ка­цию пре­му­д­ро­с­ти. «Пре­му­д­рость про­сла­вит се­бя и сре­ди на­ро­да сво­е­го бу­дет вос­хва­ле­на. В церк­ви Все­выш­не­го она от­кро­ет ус­та свои, и пред во­ин­ст­вом Его бу­дет про­слав­лять се­бя: “я вы­шла из уст Все­выш­не­го и по­доб­но об­ла­ку по­кры­ла зем­лю; я по­ста­ви­ла ски­нию на вы­со­те, и пре­стол мой – в стол­пе об­лач­ном; я од­на обо­шла круг не­бес­ный и хо­ди­ла во глу­би­не без­дны; в вол­нах мо­ря и по всей зем­ле и во вся­ком на­ро­де и пле­ме­ни име­ла я вла­де­ние: меж­ду все­ми ими я ис­ка­ла ус­по­ко­е­ния, и в чьем на­сле­дии во­дво­рить­ся мне. Тог­да Со­зда­тель всех по­ве­лел мне, и Про­из­вед­ший ме­ня ука­зал мне по­кой­ное жи­ли­ще и ска­зал: по­се­лись в Иа­ко­ве и при­ми на­сле­дие в Из­ра­и­ле. Преж­де ве­ка от на­ча­ла Он про­из­вел ме­ня, и я не скон­ча­юсь во­ве­ки. Я слу­жи­ла пред Ним во свя­той ски­нии и так ут­вер­ди­лась в Си­о­не. Он дал мне так­же по­кой в воз­люб­лен­ном го­ро­де, и в Ие­ру­са­ли­ме – власть моя... Я
– как ви­но­град­ная ло­за, про­из­ра­ща­ю­щая бла­го­дать, и цве­ты мои – плод сла­вы и бо­гат­ст­ва. При­сту­пи­те ко мне, же­ла­ю­щие ме­ня, и на­сы­щай­тесь пло­да­ми мо­и­ми; ибо вос­по­ми­на­ние обо мне сла­ще ме­да, и об­ла­да­ние мною при­ят­нее ме­до­во­го со­та. Яду­щие ме­ня еще бу­дут ал­кать, и пью­щие ме­ня еще бу­дут жаж­дать. Слу­ша­ю­щий ме­ня не по­сты­дит­ся, и тру­дя­щи­е­ся со мною не по­гре­шат. Все это – кни­га за­ве­та Бо­га Все­выш­не­го, за­кон, ко­то­рый за­по­ве­дал Мо­и­сей как на­сле­дие сон­мам Иа­ков­ле­вым”...
» (Сир. 24:1–12, 20–26). Здесь при­сут­ст­ву­ют мно­гие знакомые для нас вы­ра­же­ния. «Преж­де век, от на­ча­ла»
(ст. 10) про­ис­хо­дит пре­му­д­рость от Бо­га. Премудрость говорит: «я по­ста­ви­ла ски­нию на вы­со­те, и пре­стол мой – в стол­пе об­лач­ном
» (ст. 4), – как вы по­мни­те, Мо­и­сей ус­т­ро­ил ски­нию у под­но­жия Си­ная по об­ра­зу то­го, что бы­ло ему от­кры­то на го­ре. Так­же здесь от­ме­че­но, что Из­ра­иль осо­бым об­ра­зом из­би­ра­ет­ся сре­ди всех на­ро­дов с тем, что­бы сре­ди не­го со­здать осо­бые ус­ло­вия, в ре­зуль­та­те ко­то­рых ста­ло бы воз­мож­но Бо­го­во­пло­ще­ние, по­яви­лась, на­ко­нец, Та, Ко­то­рая про­из­нес­ла бы зна­ме­на­тель­ные в ис­то­рии че­ло­ве­че­ст­ва сло­ва: «Се, Ра­ба Гос­под­ня, да бу­дет Мне по гла­го­лу тво­е­му
» (Лк. 1:38).


«Я – как ви­но­град­ная ло­за, про­из­ра­ща­ю­щая бла­го­дать
» (Сир. 24:20), – срав­ним со ска­зан­ным в Еван­ге­лии от Ио­ан­на: «Я есмь ло­за, а вы вет­ви; кто пре­бы­ва­ет во Мне, и Я в нем, тот при­но­сит мно­го пло­да
» (Ин. 15:5).


«Яду­щие ме­ня еще бу­дут ал­кать, и пью­щие ме­ня еще бу­дут жаж­дать»
(Сир. 24:23), – это не о том, что эта пре­му­д­рость не на­сы­ща­ет, а о том, что ни­ког­да не на­сту­па­ет пре­сы­ще­ния ею, по­сколь­ку вку­ше­ние ее – истинное бла­жен­ст­во.


Да­лее ска­за­но: «Все это – кни­га за­ве­та Бо­га Все­выш­не­го, за­кон, ко­то­рый за­по­ве­дал Мо­и­сей
» (Сир. 24:25-26). Здесь подчеркивается связь Закона и Премудрости, чем еще раз подтверждается, что Мо­и­сей го­во­рил о Хри­с­те.


Нрав­ст­вен­ное уче­ние.
«Вся­кая пре­му­д­рость – от Гос­по­да и с Ним пре­бы­ва­ет во­век
» (Сир. 1:1).


В це­лом по­уче­ния кни­ги име­ют не­сколь­ко бо­лее праг­ма­ти­че­с­кий ха­рак­тер по срав­не­нию с кни­гой Прит­чей Соломона. Но и в ней есть очень мно­го цен­но­го и на­зи­да­тель­но­го.


Сло­во­со­че­та­ние страх Гос­по­день
толь­ко в пер­вой гла­ве в раз­ных ва­ри­а­ци­ях повторяется семь раз, на­при­мер: «Страх Гос­по­день от­го­ня­ет гре­хи; не име­ю­щий же стра­ха не мо­жет оп­рав­дать­ся»
(Сир. 1:21). В этой же гла­ве ска­за­но: «Ве­нец пре­му­д­ро­с­ти – страх Гос­по­день
». В кни­ге Прит­чей на­пи­са­но: «На­ча­ло му­д­ро­с­ти – страх Гос­по­день
» (Притч. 1:7), а здесь страх Гос­по­день ока­зы­ва­ет­ся ее вен­цом. Объ­яс­нить это мож­но дво­я­ко. Если, за­бы­вая о Пес­ни Пес­ней, предположить, что Вет­хий За­вет еще не по­лу­чил от­кро­ве­ния о люб­ви и не вы­хо­дит за рам­ки за­кон­ни­че­с­ко­го стра­ха на­ка­за­ния, то по­лу­ча­ет­ся за­мк­ну­тый круг: от че­го уш­ли, к то­му и при­шли. Но раз­ве пре­му­д­рость не ве­дет че­ло­ве­ка к со­вер­шен­ст­ву, на которое должен был указывать Ветхий Завет?


Из Но­во­го За­ве­та мы зна­ем, что «в люб­ви нет стра­ха, но со­вер­шен­ная лю­бовь из­го­ня­ет страх, по­то­му что в стра­хе есть му­че­ние. Бо­я­щий­ся не­со­вер­шен в люб­ви
» (1 Ин. 4:18). Как же это со­от­но­сит­ся с тем, что ска­за­но у Ии­су­са, сы­на Си­ра­ха?


Пре­по­доб­ный Мак­сим Ис­по­вед­ник объ­яс­ня­ет, что под стра­хом Бо­жи­им сле­ду­ет по­ни­мать не­сколь­ко яв­ле­ний. «Дво­як страх Бо­жий: один рож­да­ет­ся в нас от уг­ро­зы на­ка­за­ния и бла­го­да­ря ему по­яв­ля­ют­ся, по по­ряд­ку, воз­дер­жа­ние, тер­пе­ние, упо­ва­ние на Бо­га и бес­ст­ра­с­тие, из ко­то­ро­го [воз­ни­ка­ет] лю­бовь; дру­гой со­пря­жен с са­мой лю­бо­вью, про­из­во­дя в ду­ше бла­го­го­ве­ние, да­бы она, вос­поль­зо­вав­шись до­вер­чи­вым от­но­ше­ни­ем люб­ви, не впа­ла бы в пре­не­бре­же­ние к Бо­гу.


Со­вер­шен­ная лю­бовь из­го­ня­ет
(1 Ин 4:18) пер­вый страх из ду­ши, стя­жав­шей ее и уже не бо­я­щей­ся на­ка­за­ния; вто­рой же страх она, как бы­ло ска­за­но, име­ет все­гда со­пря­жен­ным с со­бой. Пер­во­му стра­ху [со­от­вет­ст­ву­ют сло­ва Пи­са­ния]: «стра­хом же Гос­под­ним ук­ло­ня­ет­ся всяк от зла
» (Прит. 16:6) и «на­ча­ло пре­му­д­ро­с­ти страх Гос­по­день
» (Прит. 1:7); вто­ро­му же [стра­ху сло­ва]: «страх Гос­по­день чист пре­бы­ва­яй в век ве­ка
» (Пс. 18:10) и «несть ли­ше­ния бо­я­щим­ся Его
» (Пс. 33:10)». [48, кн. 1, с. 104 – 105]. Он же в дру­гом ме­с­те до­бав­ля­ет: «Ибо люб­ви са­мой по се­бе, без стра­ха, при­су­ще ста­но­вить­ся пре­зре­ни­ем, как то ча­с­то бы­ва­ет, ес­ли бли­зость, ес­те­ст­вен­но рож­да­е­мая ею, не сдер­жи­ва­ет­ся уз­дой стра­ха» [48, кн. 2, с. 43]. То есть один страх – на­ка­за­ния, дру­гой – от­па­де­ния, один на­чаль­ный, дру­гой – ко­неч­ный.


В кни­ге есть за­ме­ча­тель­ное вы­ра­же­ние: «Ес­ли же­ла­ешь пре­му­д­ро­с­ти, со­блю­дай за­по­ве­ди, и Гос­подь по­даст ее те­бе
» (1:26). Оно пе­ре­кли­ка­ет­ся с из­ве­ст­ны­ми сло­ва­ми Спа­си­те­ля из про­щаль­ной бе­се­ды: «Ес­ли лю­би­те Ме­ня, со­блю­ди­те Мои за­по­ве­ди
» (Ин.14:15); «Кто име­ет за­по­ве­ди Мои и со­блю­да­ет их, тот лю­бит Ме­ня; а кто лю­бит Ме­ня, тот воз­люб­лен бу­дет От­цем Мо­им; и Я воз­люб­лю его и яв­люсь ему Сам
» (Ин. 14:21). Яв­ле­ние пре­му­д­ро­с­ти есть яв­ле­ние Хри­с­та.


Ав­тор да­ет мно­же­ст­во по­лез­ных со­ве­тов, ка­са­ю­щих­ся са­мых раз­ных сто­рон че­ло­ве­че­с­кой жиз­ни, лич­ной, се­мей­ной и об­ще­ст­вен­ной. Ог­ра­ни­чусь лишь не­сколь­ки­ми ци­та­та­ми.


«Сын мой! ес­ли ты при­сту­па­ешь слу­жить Гос­по­ду Бо­гу, то при­го­товь ду­шу твою к ис­ку­ше­нию:<…> Все, что ни при­клю­чит­ся те­бе, при­ни­май охот­но, и в пре­врат­но­с­тях тво­е­го уни­чи­же­ния будь дол­го­тер­пе­лив, ибо зо­ло­то ис­пы­ты­ва­ет­ся в ог­не, а лю­ди, угод­ные Бо­гу, – в гор­ни­ли уни­чи­же­ния
» (Сир. 2:1; 4–5).


«Луч­ше скуд­ный зна­ни­ем, но бо­го­бо­яз­нен­ный, не­же­ли бо­га­тый зна­ни­ем — и пре­сту­па­ю­щий за­кон
» (Сир. 19:21).


«Кто лю­бит сво­е­го сы­на, тот пусть ча­ще на­ка­зы­ва­ет его, что­бы впос­лед­ст­вии уте­шать­ся им... По­бла­жа­ю­щий сы­ну бу­дет пе­ре­вя­зы­вать ра­ны его, и при вся­ком кри­ке его бу­дет тре­во­жить­ся серд­це его... Ле­лей ди­тя, – и оно ус­т­ра­шит те­бя; иг­рай с ним, и оно опе­ча­лит те­бя. Не смей­ся с ним, что­бы не го­ре­вать с ним и по­сле не скре­же­тать зу­ба­ми сво­и­ми. Не да­вай ему во­лю в юно­с­ти и не по­твор­ст­вуй не­ра­зу­мию его. На­ги­бай выю его в юно­с­ти и со­кру­шай ре­б­ра его, до­ко­ле оно мо­ло­до, да­бы, сде­лав­шись упор­ным, оно не вы­шло из по­ви­но­ве­ния те­бе. Учи сы­на тво­е­го и тру­дись над ним, что­бы не иметь те­бе огор­че­ния от не­при­стой­ных по­ступ­ков его
» (Сир. 30:1, 7, 9-13).


«Про­тив ви­на не по­ка­зы­вай се­бя хра­б­рым, ибо мно­гих по­гу­би­ло ви­но
» (Сир. 31:29).


«Гос­подь со­здал из зем­ли вра­чев­ст­ва, и бла­го­ра­зум­ный че­ло­век не бу­дет пре­не­бре­гать ими
» (Сир. 38:4).


«Вы­слу­шал ты сло­во, пусть ум­рет оно с то­бою: не бой­ся, не рас­торг­нет оно те­бя. Глу­пый от сло­ва тер­пит та­кую же му­ку, как рож­да­ю­щая
– от мла­ден­ца
» (Сир. 19:10-11).


«Жи­ву­щих с то­бою в ми­ре да бу­дет мно­го, а со­вет­ни­ком тво­им
– один из ты­ся­чи. Ес­ли хо­чешь при­об­ре­с­ти дру­га, при­об­ре­тай его по ис­пы­та­нии и не ско­ро вве­ряй­ся ему
» (Сир. 6:6–7).


«Сколь­ко ты ве­лик, столь­ко сми­ряй­ся, и най­дешь бла­го­дать у Гос­по­да
» (Сир. 3:18).


«Чрез меру трудного для тебя не ищи, и, что свыше сил твоих, того не испытывай» (Сир. 3:21).


«Во всех делах твоих помни о конце твоем, и вовек не согрешишь
» (слав.: «По­мни по­след­няя твоя, и во ве­ки не со­гре­ши­ши
») (Сир. 7:39; ср. 14:12).



Раздел 4. Пророческие книги

Гла­ва 24. Про­ро­ки. Вве­де­ние

По­след­ний раз­дел канона Свя­щен­но­го Пи­са­ния Вет­хо­го За­ве­та со­став­ля­ют про­ро­че­с­кие кни­ги. Гре­че­с­кий тер­мин «про­фи­тис», ко­то­рый мы пе­ре­во­дим сло­вом «про­рок», оз­на­ча­ет «ве­ща­тель, пред­ска­за­тель». Этим сло­вом мо­гут быть на­зва­ны и язы­че­с­кие га­да­те­ли, про­ри­ца­те­ли, пи­фии и т.п. Ев­рей­ский тер­мин «на­ви», ко­то­рый пе­ре­во­дит­ся этим сло­вом, мо­жет быть также пе­ре­ве­ден как «гла­ша­тай» и «при­зван­ный» [61, c. 792]. Сре­ди на­ро­да Бо­жь­е­го про­ро­ки на­зы­ва­лись еще про­зор­лив­ца­ми, про­вид­ца­ми или людь­ми Бо­жь­и­ми. В 1 книге Царств, где го­во­рит­ся о Са­му­и­ле, сде­ла­но следующее за­ме­ча­ние: «тот, ко­го на­зы­ва­ют ны­не про­ро­ком, преж­де на­зы­вал­ся про­зор­лив­цем
» (1 Цар. 9:9).



24.1. Смысл про­ро­че­с­ко­го слу­же­ния

Для по­ни­ма­ния смыс­ла про­ро­че­с­ко­го слу­же­ния ва­жен сле­ду­ю­щий эпи­зод. Ког­да Мо­и­сей пы­тал­ся от­ка­зать­ся от сво­ей мис­сии под пред­ло­гом то­го, что он кос­но­язы­чен, Гос­подь ска­зал ему, что у не­го есть брат Аа­рон и Мо­и­сей бу­дет го­во­рить ему, а тот бу­дет воз­ве­щать это вслух все­му на­ро­ду: «...он бу­дет тво­и­ми ус­та­ми, а ты бу­дешь ему вме­с­то Бо­га
» (Исх. 4:16). И в дру­гом ме­с­те Гос­подь го­во­рит: «смо­т­ри, Я по­ста­вил те­бя Бо­гом фа­ра­о­ну, а Аа­рон, брат твой, бу­дет тво­им про­ро­ком»
(Исх. 7:1).


Итак, в биб­лей­ском сло­во­упо­треб­ле­нии истинный про­рок – это че­ло­век, ко­то­рый воз­ве­ща­ет лю­дям во­лю Бо­жию. Ос­та­но­вим­ся по­ка на этом оп­ре­де­ле­нии, до­пол­нив его чуть поз­же. Воз­ве­ще­ние во­ли Бо­жи­ей – главная составляющая про­ро­че­с­ко­го слу­же­ния. А как же тог­да пред­ска­за­ния бу­ду­ще­го? Ведь в ка­те­хи­зи­се свя­ти­те­ля Фи­ла­ре­та ска­за­но, что про­ро­че­с­кие кни­ги от­ли­ча­ют­ся тем, что «со­дер­жат про­ро­че­ст­ва или пред­ска­за­ния о бу­ду­щем, и на­и­па­че об Ии­су­се Хри­с­те». Ока­зы­ва­ет­ся, они впол­не ук­ла­ды­ва­ют­ся в рам­ки дан­но­го оп­ре­де­ле­ния. Только пред­ска­за­ние бу­ду­ще­го про­ро­ка­ми де­ла­ет­ся не для то­го, что­бы удов­ле­тво­рить люд­ское лю­бо­пыт­ст­во: что бу­дет? От­кро­ве­ние о бу­ду­щем про­рок из­ре­ка­ет не для то­го, что­бы про­сто пре­ду­пре­дить лю­дей о со­бы­тиях, а для то­го, что­бы рас­крыть их при­чи­ны: ка­ким об­ра­зом во­ля Бо­жия про­яв­ля­ет­ся в со­бы­ти­ях бу­ду­ще­го. Точ­но так же, ког­да про­ро­ки напо­ми­на­ют о со­бы­тиях про­шло­го, то то­же для то­го, что­бы по­ка­зать, как Гос­подь дей­ст­во­вал в ис­то­рии, привести при­ме­ры про­яв­ле­ния во­ли Бо­жи­ей в прошедших со­бы­ти­ях для на­уче­ния сво­их со­вре­мен­ни­ков.


Ар­хи­епи­с­коп Ио­анн (Ша­хов­ской) по­яс­ня­ет это та­ким об­ра­зом: «Пред­ска­зы­вать, уга­ды­вать бу­ду­щее мо­жет не толь­ко по­тем­нен­ный со­ве­с­тью че­ло­век, но и жи­вот­ные: кры­сы, ло­ша­ди, со­ба­ки… Кры­сы бе­гут с ко­раб­ля, ко­то­рый дол­жен по­то­нуть, со­ба­ки во­ют пе­ред смер­тью лю­би­мо­го хо­зя­и­на и т.д. – та­кое про­ро­че­ст­во, уга­ды­ва­ние не чуж­до зве­рям и пти­цам. Но оно не есть про­ро­че­ст­во. Это лишь – пред­чув­ст­вие, вы­ход из трех­мер­но­с­ти ми­ра. Бо­лее со­вер­шен­но, чем зверь, мо­жет пред­чув­ст­во­вать че­ло­век. Да­же ви­деть бу­ду­щее он мо­жет. И это еще не про­ро­че­ст­во. Про­ро­че­ст­во есть спо­соб­ность в Бо­жи­ем све­те ви­деть не толь­ко бу­ду­щее, но и на­сто­я­щее и про­шед­шее. Мож­но ви­деть внеш­нюю сто­ро­ну жиз­ни, как про­шед­шей и на­сто­я­щей, так и бу­ду­щей. Но и это не про­ро­че­ст­во. Про­рок – тот, кто зрит еди­ное и веч­ное в на­сто­я­щем, про­шед­шем и бу­ду­щем, оза­ряя этим Веч­ным всю жизнь. Про­рок – тот, кто уме­ет ви­деть ве­ли­кое и со­кро­вен­ное в обы­ден­ном. … Яс­но­ви­де­ние де­ла­ет­ся про­зор­ли­во­с­тью и ви­де­ние де­ла­ет­ся про­ро­че­ст­вом лишь тог­да, ког­да от Еди­но­го Ис­тин­но­го Све­та – Ло­го­са – дан дух Его прав­ды, Его ра­зу­ме­ния и Его су­да. Ког­да Цар­ст­вие Бо­жие от­ра­жа­ет­ся в от­кро­ве­нии бу­ду­щих, на­сто­я­щих и про­шед­ших со­бы­тий» [32, c. 204 – 205]. Итак, про­рок – это тот, ко­му от­кры­то то, на что еще нет ни­ка­ких ука­за­ний, что из­ве­ст­но од­но­му все­ве­ду­ще­му Бо­гу, и, кро­ме то­го, от­крыт ду­хов­ный смысл про­ис­хо­дя­ще­го и име­ю­ще­го про­изой­ти. Про­ро­че­ст­во – это про­ек­ция веч­но­с­ти в ис­то­рии, веч­но­го в пре­хо­дя­щем. И это – от Бо­га. «Ибо Гос­подь Бог ни­че­го не де­ла­ет, не от­крыв Сво­ей тай­ны ра­бам Сво­им, про­ро­кам
» (Ам. 3:7).


Часто, про­ро­че­с­кое сло­во об­ра­ще­но к бу­ду­щим по­ко­ле­ни­ям, поэтому со­вре­мен­ни­ки мо­гут не по­ни­мать его. Об этом сви­де­тель­ст­ву­ют сло­ва кни­ги про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля: «И вот, ты для них – как за­бав­ный пе­вец с при­ят­ным го­ло­сом и хо­ро­шо иг­ра­ю­щий; они слу­ша­ют сло­ва твои, но не ис­пол­ня­ют их. Но ког­да сбу­дет­ся, – вот, уже и сбы­ва­ет­ся, – тог­да уз­на­ют, что сре­ди них был про­рок
» (Иез. 33:32–33).



24.2. Ис­то­рия про­ро­че­с­ко­го слу­же­ния

Про­рок – это не толь­ко тот, кто зна­ет тайны Божии, но и тот, кто их воз­ве­ща­ет. По­это­му мож­но ска­зать, что па­т­ри­ар­хи бы­ли про­ро­ка­ми, но все-та­ки в ог­ра­ни­чен­ном смыс­ле. Енох (Иуд. 1:14) и Ной бы­ли про­ро­ка­ми. Ав­ра­ам знал во­лю Бо­жию. В свя­зи с Со­до­мом и Го­мор­рой Гос­подь го­во­рит: «утаю ли Я от Ав­ра­а­ма [ра­ба Мо­е­го], что хо­чу де­лать!» (Быт. 18:17). Но Ав­ра­а­му еще не­ко­му бы­ло воз­ве­щать во­лю Бо­жию, по­сколь­ку на­род до не­ко­то­ро­го вре­ме­ни им од­ним и ог­ра­ни­чи­вал­ся. А вот ког­да уми­ра­ет па­т­ри­арх Иа­ков, то у не­го уже есть по­том­ки, каж­до­му из ко­то­рых он да­ет бла­го­сло­ве­ние, име­ю­щее про­ро­че­с­кий ха­рак­тер (Быт. 49 гл.).


Го­раз­до в боль­шей сте­пе­ни про­ро­ком яв­ля­ет­ся Мо­и­сей, и Сам Гос­подь его на­зы­ва­ет про­ро­ком (Вор. 18:18). Хо­тя о нем чаще говорят, как о за­ко­но­да­теле, пра­ви­теле на­ро­да. Не­со­мнен­но, он также и про­рок, поскольку че­рез не­го Бог управлял народом и от­кры­вал Свою во­лю в ви­де за­ко­на.


Читая книгу Су­дей, мы не ви­дим, что­бы су­дьи на­зы­ва­лись про­ро­ка­ми. На них схо­дит Дух Бо­жий, Он воз­дви­га­ет их на по­дви­ги, ве­ду­щие к ос­во­бож­де­нию на­ро­да. При этом са­ми су­дьи не про­ро­че­ст­ву­ют, кро­ме Де­во­ры, ко­то­рая на­зы­ва­ет­ся про­ро­чи­цей. В на­ча­ле пер­вой кни­ги Царств об этом вре­ме­ни го­во­рит­ся: «Сло­во Гос­под­не бы­ло ред­ко в те дни, ви­де­ния [бы­ли] не ча­с­ты
» (1 Цар. 3:1).


На­и­боль­шая «ин­тен­сив­ность» про­ро­че­с­ко­го слу­же­ния совпадает с пе­ри­одом царств (сер. XI в. – VI в.). И пер­вым здесь дол­жен быть на­зван, ко­неч­но, Са­му­ил. В Пя­ти­кни­жии чет­ко ука­за­ны при­зна­ки ис­тин­но­го про­ро­ка. Глав­ный из них – ис­пол­не­ние пред­ска­зан­но­го. Са­му­ил ста­но­вит­ся из­ве­ст­ным на­ро­ду, ког­да ока­зы­ва­ет­ся, что «не ос­та­лось ни од­но­го из слов его не­ис­пол­нив­шим­ся
» (1 Цар. 3:19).


На при­ме­рах Мо­и­сея и Са­му­и­ла ви­дно, что про­рок не про­сто яв­ля­ет­ся ка­ким-то от­ре­шен­ным от все­го со­зер­ца­те­лем тайн Бо­жи­их, ми­с­ти­ком, за­мк­ну­тым на са­мом се­бе, а наоборот, он активный участник жизни на­ро­да. Са­му­ил уп­рав­ля­ет Израилем, он по­ма­зы­ва­ет на царство Са­у­ла (1 Цар. 10:1), че­рез него про­ис­хо­дит от­вер­же­ние Са­у­ла (1 Цар. 15:26, 28), он же по­ма­зы­ва­ет на цар­ст­во Да­вида (1 Цар. 16:13). Его де­я­тель­ность как про­ро­ка тес­но свя­за­на с жиз­нью все­го на­ро­да, его слу­же­ние но­сит широко-об­ще­ст­вен­ный ха­рак­тер. Оно нуж­но по­то­му, что на­род ча­с­то или от­па­да­ет от ве­ры, или ве­ра ста­но­вит­ся фор­маль­ной, и встре­ча­ют­ся тя­же­лей­шие нрав­ст­вен­ные от­кло­не­ния, или про­сто тре­бу­ет­ся разъ­яс­не­ние тех или иных пу­тей Бо­жи­их, ко­то­рые долж­ны в судь­бе на­ро­да ре­а­ли­зо­вать­ся. То же са­мое мож­но ска­зать и о дру­гих про­ро­ках. Да­же жив­ший в ок­ру­же­нии чу­же­зем­цев про­рок Да­ни­ил не пред­став­ля­ет ис­клю­че­ния.


По­след­ни­ми ветхозаветными пророками до Ио­ан­на Пред­те­чи бы­ли Аг­гей, За­ха­рия, Ез­д­ра и Ма­ла­хия, деятельность которых пришлась на время по­сле воз­вра­ще­ния из Вавилонского пле­на.


Территориально служение большинства пророков происходило в Палестине. Но были и исключения. Моисей вывел народ из Египта и водил его по пустыне. Пророка Иону Господь послал пророчествовать в ассирийский город Ниневию. Пророки Даниил и Иезекииль жили в Вавилонском царстве. Пророка Иеремию соплеменники силой увели в Египет, где он продолжил свое служение.


В за­вер­ше­ние этого краткого обзора еще нуж­но ска­зать, что не­сколь­ко жен­щин в Пи­са­нии то­же на­зы­ва­ют­ся про­ро­чи­ца­ми: Ма­ри­ам, се­с­т­ра Мо­и­сея (Исх. 15:20), Де­во­ра (Суд. 4:4), Ол­да­ма (4 Цар. 22:14). В Еван­ге­лии про­ро­чи­цей на­зы­ва­ет­ся вдо­ви­ца Ан­на, дочь Фа­ну­и­ла (Лк. 2:36). В этот ряд мо­гут быть еще по­став­ле­ны Ан­на, мать про­ро­ка Са­му­и­ла, и Пре­свя­тая Бо­го­ро­ди­ца, ко­то­рые вос­пе­ва­ли не­ког­да про­ро­че­с­кие пес­ни (1 Цар. 1 – 10; Лк. 1:46–55).



24.3. Ис­тин­ное и лож­ное про­ро­че­ст­во

По мне­нию свя­ти­те­ля Фи­ла­ре­та Мос­ков­ско­го, «про­ро­ки, в соб­ст­вен­ном смыс­ле, суть не­при­твор­ные ис­тол­ко­ва­те­ли Бо­же­ст­вен­ной во­ли, или чрез­вы­чай­ные учи­те­ли вет­хо­за­вет­ной Церк­ви, пра­во уче­ния и дей­ст­во­ва­ния ко­их не ос­но­вы­ва­лось ни на пра­ве пре­ем­ст­ва и за­ко­на (Мал. 2:7), ни на соб­ст­вен­ном их про­све­ще­нии (Ам. 7:14, 15; 3 Цар. 19:19), или сво­бод­ном из­бра­нии сво­ей долж­но­с­ти, но на по­ве­ле­нии Бо­жи­ем, ко­то­рое по­буж­да­ло их из­ве­ст­ным об­ра­зом учить и дей­ст­во­вать» [83, с. 150]. Они по­став­ля­лись как страж­ни­ки для то­го, что­бы ох­ра­нять ви­но­град­ник Бо­жий от рас­хи­ще­ния (см. Ис. 21:11; Иер. 6:17; Иез. 3:17; Авв. 2:1).


Ис­тин­ным про­ро­кам про­ти­во­по­с­тав­ля­ют­ся про­ро­ки лож­ные. Это лю­ди, ко­то­рые не бы­ли при­зва­ны Бо­гом, но дей­ст­во­ва­ли от Его име­ни: «Я не по­сы­лал про­ро­ков сих, а они са­ми по­бе­жа­ли; Я не го­во­рил им, а они про­ро­че­ст­во­ва­ли
» (Иер. 23:21). Что же дви­га­ло ими? Пи­са­ние от­кры­ва­ет нам не­сколь­ко при­чин. Де­я­тель­ность лже­про­ро­ков бы­ла вос­тре­бо­ва­на об­ще­ст­вом: «Ес­ли бы ка­кой-ли­бо ве­т­ре­ник вы­ду­мал ложь и ска­зал: “я бу­ду про­по­ве­ды­вать те­бе о ви­не и си­ке­ре”, то он и был бы угод­ным про­по­вед­ни­ком для это­го на­ро­да
» (Мих. 2:11).


При на­ли­чии та­ко­го спро­са од­ним из по­бу­ди­тель­ных мо­ти­вов ста­но­ви­лась эле­мен­тар­ная ко­рысть. При­чем это ка­за­лось со­вер­шен­но ес­те­ст­вен­ным: взи­мать мзду за свое «слу­же­ние».


«Ибо от ма­ло­го до боль­шо­го, каж­дый из них пре­дан ко­ры­с­ти, и от про­ро­ка до свя­щен­ни­ка – все дей­ст­ву­ют лжи­во; вра­чу­ют ра­ны на­ро­да Мо­е­го лег­ко­мыс­лен­но, го­во­ря: “мир! мир!”, а ми­ра нет
» (Иер. 6:13, 14)


«Так го­во­рит Гос­подь на про­ро­ков, вво­дя­щих в за­блуж­де­ние на­род Мой, ко­то­рые гры­зут зу­ба­ми сво­и­ми – и про­по­ве­ду­ют мир, а кто ни­че­го не кла­дет им в рот, про­тив то­го объ­яв­ля­ют вой­ну
» (Мих. 3:5).


«Гла­вы его су­дят за по­дар­ки, и свя­щен­ни­ки его учат за пла­ту, и про­ро­ки его пред­ве­ща­ют за день­ги, а меж­ду тем опи­ра­ют­ся на Гос­по­да, го­во­ря: “не сре­ди ли нас Гос­подь? Не по­стиг­нет нас бе­да!”
» (Мих. 3:11).


«При­шел я в дом Ше­ма­ии, сы­на Де­ла­ии, сы­на Ме­ге­та­ве­ло­ва, и он за­пер­ся и ска­зал: пой­дем в дом Бо­жий, внутрь хра­ма, и за­прем за со­бою две­ри хра­ма, по­то­му что при­дут убить те­бя, и при­дут убить те­бя но­чью. … Я знал, что не Бог по­слал его, хо­тя он про­ро­че­с­ки го­во­рил мне, но что То­вия и Са­на­вал­лат под­ку­пи­ли его. Для то­го он был под­куп­лен, чтоб я ус­т­ра­шил­ся и сде­лал так и со­гре­шил, и что­бы име­ли о мне ху­дое мне­ние и пре­сле­до­ва­ли ме­ня за это уко­риз­на­ми
» (Не­ем. 6:10, 12, 13)


Воз­мож­но, что при­чи­ной лжепророчества яв­ля­ет­ся эле­мен­тар­ное тще­сла­вие. В не­ко­то­рых слу­ча­ях речь долж­на ид­ти о са­мо­оболь­ще­нии, которое в аскетической литературе называется «пре­ле­с­тью».


«И ска­зал мне Гос­подь: про­ро­ки про­ро­че­ст­ву­ют лож­ное име­нем Мо­им; Я не по­сы­лал их, и не да­вал им по­ве­ле­ния, и не го­во­рил им; они воз­ве­ща­ют вам ви­де­ния лож­ные и га­да­ния, и пу­с­тое, и меч­ты серд­ца сво­е­го
» (Иер. 14:14).


«Я слы­шал, что го­во­рят про­ро­ки, Мо­им име­нем про­ро­че­ст­ву­ю­щие ложь. Они го­во­рят: “мне сни­лось, мне сни­лось”
» (Иер. 23:25).


«По­се­му вот, Я – на про­ро­ков, го­во­рит Гос­подь, ко­то­рые кра­дут сло­ва Мои друг у дру­га. Вот, Я – на про­ро­ков, го­во­рит Гос­подь, ко­то­рые дей­ст­ву­ют сво­им язы­ком, а го­во­рят: “Он ска­зал”. Вот, Я – на про­ро­ков лож­ных снов, го­во­рит Гос­подь, ко­то­рые рас­ска­зы­ва­ют их и вво­дят на­род Мой в за­блуж­де­ние сво­и­ми об­ма­на­ми и обо­ль­ще­ни­ем, тог­да как Я не по­сы­лал их и не по­ве­ле­вал им, и они ни­ка­кой поль­зы не при­но­сят на­ро­ду се­му, го­во­рит Гос­подь
» (Иер. 23: 30-32).


«Так го­во­рит Гос­подь Бог: го­ре бе­зум­ным про­ро­кам, ко­то­рые во­дят­ся сво­им ду­хом и ни­че­го не ви­де­ли! … Они ви­дят пу­с­тое и пред­ве­ща­ют ложь, го­во­ря: “Гос­подь ска­зал”; а Гос­подь не по­сы­лал их; и об­на­де­жи­ва­ют, что сло­во сбу­дет­ся. Не пу­с­тое ли ви­де­ние ви­де­ли вы? и не лжи­вое ли пред­ве­ща­ние из­ре­ка­е­те, го­во­ря: “Гос­подь ска­зал”, а Я не го­во­рил?
» (Иез. 13:3, 6, 7).


За­ча­с­тую ис­точ­ни­ком от­кро­ве­ний ста­но­вят­ся злые ду­хи. «Бе­сы тще­сла­вия – про­ро­ки в снах; бу­ду­чи про­ныр­ли­вы, они за­клю­ча­ют о бу­ду­щем из об­сто­я­тельств и воз­ве­ща­ют нам оное, что­бы мы, по ис­пол­не­нии сих ви­де­ний, уди­ви­лись и, как буд­то уже близ­кие к да­ро­ва­нию про­зре­ния, воз­нес­лись мыс­лию. Кто ве­рит бе­су, для тех он ча­с­то бы­ва­ет про­ро­ком; а кто пре­зи­ра­ет его, пред те­ми все­гда ока­зы­ва­ет­ся лже­цом. Как дух, он ви­дит слу­ча­ю­ще­е­ся в воз­душ­ном про­ст­ран­ст­ве и, за­ме­тив, на­при­мер, что кто-ни­будь уми­ра­ет, он пред­ска­зы­ва­ет это лег­ко­вер­ным чрез сно­ви­де­ние. Бе­сы о бу­ду­щем ни­че­го не зна­ют по пред­ве­де­нию; но из­ве­ст­но, что и вра­чи мо­гут нам пред­ска­зы­вать смерть», – пи­шет пре­по­доб­ный Ио­анн Ле­ст­вич­ник (Лествица 3:27 [46]).


Де­я­тель­ность лже­про­ро­ков на­зы­ва­ет­ся в чис­ле при­чин, из-за ко­то­рых по­ги­ба­ют Из­ра­иль­ское и Иу­дей­ское цар­ст­ва.


«Ты же, сын че­ло­ве­че­с­кий, об­ра­ти ли­це твое к дще­рям на­ро­да тво­е­го, про­ро­че­ст­ву­ю­щим от соб­ст­вен­но­го сво­е­го серд­ца, и из­ре­ки на них про­ро­че­ст­во, и ска­жи: так го­во­рит Гос­подь Бог: го­ре сши­ва­ю­щим ча­ро­дей­ные ме­шоч­ки под мыш­ки и де­ла­ю­щим по­кры­ва­ла для го­ло­вы вся­ко­го рос­та, что­бы улов­лять ду­ши! Не­уже­ли, улов­ляя ду­ши на­ро­да Мо­е­го, вы спа­се­те ва­ши ду­ши? И бес­сла­ви­те Ме­ня пред на­ро­дом Мо­им за гор­сти яч­ме­ня и за ку­с­ки хле­ба, умерщв­ляя ду­ши, ко­то­рые не долж­ны уме­реть, и ос­тав­ляя жизнь ду­шам, ко­то­рые не долж­ны жить, об­ма­ны­вая на­род, ко­то­рый слу­ша­ет ложь
» (Иез. 13:17-19).


Пе­ре­чис­лим име­на упо­ми­на­е­мых Пи­са­ни­ем лже­про­ро­ков: Ана­ния, сын Азу­ра (Иер. 28:1); Ахав, сын Ко­лии; Се­де­кия, сын Ма­ас­сеи (Иер. 29:21), Ше­ма­ия Не­хе­ла­ми­тя­нин (Иер. 29:31); Се­де­кия, сын Хе­на­аны; Но­а­дия-лже­про­ро­чи­ца (Не­ем. 6:14). Име­на эти очень ха­рак­тер­ные: Ана­ния – «дар Гос­по­да», Ше­ма­ия – «Бог слышит», Се­де­кия – «прав­да Гос­под­ня». Дей­ст­ви­тель­но, про­фес­си­о­на­лы. Про­ро­ков Ва­а­ло­вых и про­ро­ков ду­б­рав­ных в этот спи­сок не вно­сим, по­сколь­ку это от­кро­вен­ные языч­ни­ки, не пре­тен­ду­ю­щие на то, что­бы воз­ве­щать во­лю Бо­га Из­ра­и­ле­ва.


Заметим, однако, что в трудные моменты жизни даже те, кто пренебрегал волей Божией, стремяться обратиться к истинному пророку. Так царь Иеровоам посылал к пророка Ахии (3 Цар. 14:2–3), царь Седекия тайно призывал к себе из темницы пророка Иеремию (Иер. 37:17; 38:14), к нему же пришли начальники иудейские, чтобы узнать, бежать ли им в Египет (Иер. 42:1–3). Однако, к сожалению, и тогда слово пророка оставалось отвергнутым.


В за­клю­че­нии это­го раз­де­ла сле­ду­ет ос­ве­тить еще один во­прос, которого, впрочем, мы уже касались. В Пи­са­нии мы встре­ча­ем упо­ми­на­ние о «сы­нах про­ро­че­с­ких» или «уче­ни­ках про­ро­че­с­ких» (см. на­при­мер: 3 Цар. 20:35; 4 Цар. 2:7; 4:38). О ро­де их за­ня­тий, оче­вид­но, сле­ду­ет су­дить из са­мо­го на­зва­ния, тем бо­лее, что по­дроб­но­с­тей их де­я­тель­но­с­ти Пи­са­ние нам не со­об­ща­ет. Свя­ти­тель Фи­ла­рет Мос­ков­ский о них го­во­рил: «Из сре­ды про­ро­че­с­ких уче­ни­ков Бог из­би­рал до­стой­ней­ших в дей­ст­ви­тель­ные про­ро­ки. … При­чи­на же та­ко­во­го из­бра­ния Бо­жия за­клю­ча­лась в том, что они спо­соб­ны бы­ли к при­ня­тию про­ро­че­с­ко­го ду­ха, и как сы­ны про­ро­че­с­тии
боль­шую име­ли до­ве­рен­ность у на­ро­да, не­же­ли дру­гие лю­ди» [83, с. 159].


Оче­вид­но, что слу­ча­лось и об­рат­ное. Не­ко­то­рые из них, как на­при­мер, уче­ник про­ро­ка Ели­сея Ги­е­зий, па­да­ли жерт­ва­ми сре­б­ро­лю­бия (4 Цар. 5 гл.), но, в це­лом, Пи­са­ние го­во­рит о них по­ло­жи­тель­но. Ино­гда вы­ска­зы­ва­ет­ся мне­ние, что лже­про­ро­че­ст­во ста­ло ре­зуль­та­том де­гра­да­ции и кор­руп­ции в этих со­об­ще­ст­вах – т.н. «про­ро­че­с­ких шко­лах» [см. напр.: 41, с. 5–6]. Од­на­ко сле­ду­ет за­ме­тить, что в Пи­са­нии «про­ро­ки» и «сы­ны про­ро­че­с­кие» чет­ко раз­ли­ча­ют­ся меж­ду со­бой, и про­ро­че­ст­вом на­зы­ва­ет­ся ре­зуль­тат бо­же­ст­вен­но­го оза­ре­ния (1 Цар. 10:5-6; 19:20), по­это­му оно от­но­сит­ся толь­ко к пер­вым. И мне­ние о том, что про­ро­че­с­кие шко­лы по­сте­пен­но вы­ро­ди­лись и ис­тин­ные про­ро­ки бы­ли вы­нуж­де­ны се­бя им про­ти­во­по­с­тав­лять, пред­став­ля­ет­ся не впол­не обос­но­ван­ным.



24.4. Спо­со­бы по­лу­че­ния от­кро­ве­ния

Важно отметить, что вет­хо­за­вет­ные про­ро­ки не бы­ли ме­ди­у­ма­ми, которые пророчествовали, впадая в исступление и теряя разум и волю, или записывали свои откровения как бы под диктовку, сами потом удивляясь и не понимая того, что сказали или написали. «…Но это не ви­де­ние, а рас­ст­рой­ст­во и ис­ступ­ле­ние ума, сму­щен­но­го и ут­ра­тив­ше­го свою де­я­тель­ность. Но не так бы­ва­ет со свя­ты­ми. Ибо Сам Бог го­во­рит: «Аз ви­де­ния ум­но­жих
» (Ос. 12:10). Гос­подь же, да­ру­ю­щий ви­де­ние, не ос­леп­ля­ет ума, Им Са­мим ус­т­ро­ен­но­го; но про­све­ща­ет и про­свет­ля­ет его при­сут­ст­ви­ем Ду­ха. По­это­му-то Про­ро­ки на­зы­ва­лись «ви­дя­щи­ми
» (1 Цар. 9:18), по при­чи­не как бы на­пря­же­ния про­зор­ли­во­с­ти их ума, от при­сут­ст­вия оза­ря­ю­ще­го их Ду­ха» [12, ч. 2, c. 294].


«Ка­ким об­ра­зом про­ро­че­ст­во­ва­ли чи­с­тые и про­свет­лен­ные ду­ши? – спра­ши­ва­ет свя­ти­тель Ва­си­лий Ве­ли­кий. – Со­де­лав­шись как бы зер­ца­лом Бо­жия дей­ст­во­ва­ния, они по­ка­зы­ва­ли в се­бе яс­ное, не­слит­ное, не по­тем­нен­ное плот­ски­ми стра­с­тя­ми изо­б­ра­же­ние. Ибо Дух Свя­той пре­бы­ва­ет во всех, но соб­ст­вен­но си­лу Свою об­на­ру­жи­ва­ет в тех, ко­то­рые чи­с­ты от стра­с­тей, а не в тех, у ко­го вла­ды­че­ст­вен­ное ду­ши ом­ра­че­но гре­хов­ны­ми не­чи­с­то­та­ми» [12, ч. 2, c. 7]. «Не чув­ст­вен­ным слу­хом, не при со­тря­се­нии воз­ду­ха про­ро­ки вни­ма­ли сло­ву Бо­жию; но, по­ели­ку у ра­зум­ной ду­ши есть свой слух, то без вся­ко­го го­ло­са до­сти­га­ло се­го слу­ха са­мое оз­на­ча­е­мое. И сие бы­ва­ло с ни­ми, ког­да луч ис­тин­но­го све­та до­сти­гал до вла­ды­че­ст­вен­но­го в них и слу­жил про­све­ще­нию про­ро­ков» [12, ч. 2, c. 218].


Мы со­вер­шен­но от­чет­ли­во ви­дим, что про­рок не те­ря­ет сво­е­го са­мо­со­зна­ния, что его лич­но­ст­ные осо­бен­но­с­ти то­же вы­ра­же­ны в его пи­са­ни­ях. Про­рок Амос был па­с­ту­хом, поэтому его речь проста и мно­гие об­ра­зы заимствованы им из сель­ско­го оби­хо­да. Про­рок Иса­ия –цар­ско­го ро­да, хорошо образован, поэтому он говорит изящно, часто облекает свои пророчества в стихотворную форму. Достоинство пророчеств не зависит от совершенства художественного стиля, поскольку имеет единый источник – Святой Дух.


Из Священного Писания нам известны два ос­нов­ных спо­со­ба по­лу­че­ния про­ро­честв – че­рез сло­во и че­рез ви­де­ние. «Бла­го­дать Св. Ду­ха, раз­лич­но дей­ст­вуя в чуд­ных про­ро­ках, ус­т­ро­я­ла, что иные ви­де­ли что-ли­бо, как бо­го­му­д­рый Иса­ия, Ми­хей, Да­ни­ил, Ие­зе­ки­иль и За­ха­рия; а иным по­сред­ст­вом гла­са со­об­ща­лось, что угод­но бы­ло Ду­ху, и им пред­став­ля­лось, что слы­шат Ко­го-то бе­се­ду­ю­ще­го с ни­ми, дру­гие про­ро­че­ст­во­ва­ли по вдох­но­ве­нию, и что угод­но бы­ло Ду­ху, про­ве­ще­вал их язы­ком. Ибо про­ро­че­ст­вен­ная бла­го­дать, вне­зап­но объ­ем­ля их ум и от­лу­чая их от все­го че­ло­ве­че­с­ко­го, со­де­лы­ва­ла спо­соб­ны­ми стать ору­ди­я­ми и слу­жи­те­ля­ми для из­гла­го­ла­ния про­ро­че­с­ких сло­вес. Сие-то, а имен­но вос­хи­ще­ние ума и пре­став­ле­ние от все­го че­ло­ве­че­с­ко­го, про­рок на­звал про­ро­че­ст­вом (На­ум 1:1)» [74, т. 30, с. 6—7].


Нам не­про­сто по­нять, как про­ро­ки мог­ли так уве­рен­но го­во­рить, что слы­ша­ли имен­но сло­во Бо­жие. Очень цен­ное за­ме­ча­ние со­дер­жит­ся в жи­тии пре­по­доб­но­го Си­ме­о­на: «Слы­шал я от од­но­го мо­на­ха-ие­рея, до­ве­рив­ше­го­ся мне как дру­гу сво­е­му: “Ни­ког­да (го­во­рил он) не ли­тур­ги­сал я, не уви­дев Свя­то­го Ду­ха, как ви­дел Его со­шед­шим на ме­ня в то вре­мя, ког­да ме­ня ру­ко­по­ла­га­ли и ми­т­ро­по­лит чи­тал на­до мною мо­лит­ву ие­рей­ско­го по­свя­ще­ния и Ев­хо­ло­гий ле­жал на бед­ной гла­ве мо­ей”. Я спро­сил его, как он Его тог­да ви­дел и в ка­ко­го ро­да об­ра­зе? Он ска­зал: “Про­стым и без­вид­ным, од­на­кож как свет; и ког­да я, уви­дев то, че­го ни­ког­да не ви­дел, уди­вил­ся и сам в се­бе рас­суж­дал, что бы это бы­ло та­кое, – тог­да Он та­ин­ст­вен­но, но внят­ным гла­сом ска­зал мне: Я так нис­хо­жу на всех про­ро­ков, и апо­с­то­лов, и ны­неш­них из­бран­ни­ков Бо­жи­их и свя­тых; ибо Я есмь Свя­тый Дух Бо­жий. Ему Сла­ва и дер­жа­ва во ве­ки ве­ков. Аминь”» [65, c. 59 – 60].


Та­ким об­ра­зом, при изу­че­нии про­ро­че­с­ких книг, сле­ду­ет иметь в ви­ду сле­ду­ю­щее. Про­ро­ки воз­ве­ща­ют то, что им от­кры­то Бо­гом. По­это­му вы­ра­же­ние «про­рок го­во­рит» прак­ти­че­с­ки рав­но­цен­но вы­ра­же­нию «Бог че­рез про­ро­ка го­во­рит». Кста­ти, по сви­де­тель­ст­ву ар­хи­ман­д­ри­та Со­фро­ния, на во­прос о том, как го­во­рят со­вер­шен­ные, пре­по­доб­ный Си­лу­ан Афон­ский от­ве­тил: «Они от се­бя ни­че­го не го­во­рят. Они го­во­рят лишь то, что да­ет им Дух» [67, с. 26 – 27]. Бо­лее то­го, Бог стро­го взы­с­ки­ва­ет с тех, кто го­во­рит то, что им не бы­ло по­ру­че­но. Так слу­чи­лось, на­при­мер, с Мо­и­се­ем и Аа­ро­ном в Кадесе (Чис. 20:1-13). У про­ро­ка Иез­ки­и­ля ска­за­но: «А ес­ли про­рок до­пу­с­тит обо­ль­стить се­бя и ска­жет сло­во так, как бы Я, Гос­подь, на­учил это­го про­ро­ка, то Я про­ст­ру на не­го ру­ку Мою и ис­треб­лю его из на­ро­да Мо­е­го, Из­ра­и­ля
» (Иез. 14:9). Про­ис­хо­дит это имен­но в си­лу бо­же­ст­вен­но­го ав­то­ри­те­та про­ро­че­с­ко­го сло­ва. Ис­хо­дя из это­го, сле­ду­ет из­бе­гать ложного пред­став­ле­ния о про­ро­ках, как о про­стых рев­ни­те­лях и про­по­вед­ни­ках ве­ры, дей­ст­во­вав­ших по соб­ст­вен­ным по­буж­де­ни­ям, го­во­рив­ших от сво­е­го ра­зу­ме­ния и вы­ра­жав­ших ин­те­ре­сы тех или иных со­ци­аль­ных сло­ев или по­ли­ти­че­с­ких пар­тий.



24.5. Вос­при­я­тие про­ро­че­с­кой про­по­ве­ди

Для то­го, что­бы ус­лы­шать го­лос про­ро­ка, от слу­ша­ю­щих и чи­та­ю­щих тре­бу­ет­ся ве­ра. По­че­му? Ко­неч­но, лег­ко ска­зать: сбу­дет­ся про­ро­че­ст­во или не сбу­дет­ся. Не­ко­то­рые про­ро­че­ст­ва сбы­ва­лись и че­рез 200 – 300 лет, не вся­кий мог дож­дать­ся. Да­же и 5 лет про­ждать – это то­же срок; а вот сей­час ко­го слу­шать: это­го или то­го? Здесь тре­бу­ет­ся оп­ре­де­лен­ная вну­т­рен­няя ра­бо­та. Один го­во­рит: «Вы греш­ни­ки, вы тво­ри­те не­прав­ду, Бог вас на­ка­жет». Другой го­во­рит: «Все хо­ро­шо, с на­ми Бог, здесь храм Гос­по­день; не ос­та­вит Гос­подь ме­с­та се­го...». Ко­му ве­рить? Ока­зы­ва­ет­ся, что вы­би­ра­ют имен­но по сво­е­му вну­т­рен­не­му со­сто­я­нию. Ес­ли че­ло­век как-то скло­нен к по­ка­я­нию, ищет прав­ды, то он, ско­рее все­го, бу­дет слу­шать ис­тин­но­го про­ро­ка.


Характерным примером может послужить история, произошедшая перед походом царей Ахава и Иосафата на Рамоф Галаадский (3 Цар. 22). Иосафат пожелал слышать пророка, и Ахав собрал 400 человек, которые говорили, что поход будет успешен. Неудовлетворенный этим Иосафат спросил: «нет ли здесь еще пророка Господня, чтобы нам вопросить чрез него Господа? И сказал царь Израильский Иосафату: есть еще один человек, чрез которого можно вопросить Господа, но я не люблю его, ибо он не пророчествует о мне доброго, а только худое,
– это Михей, сын Иемвлая
» (3 Цар. 22:7–8). Сначала Михей также посоветовал идти на войну, но когда царь стал заклинать его не говорить ничего, кроме истины от Господа, тот ответил, что израильтяне будут рассеяны. «И сказал царь Израильский Иосафату: не говорил ли я тебе, что он не пророчествует о мне доброго, а только худое? И сказал [Михей]: выслушай слово Господне: я видел Господа, сидящего на престоле Своем, и все воинство небесное стояло при Нем, по правую и по левую руку Его; и сказал Господь: кто склонил бы Ахава, чтобы он пошел и пал в Рамофе Галаадском? И один говорил так, другой говорил иначе; и выступил один дух, стал пред лицем Господа и сказал: я склоню его. И сказал ему Господь: чем? Он сказал: я выйду и сделаюсь духом лживым в устах всех пророков его. [Господь] сказал: ты склонишь его и выполнишь это; пойди и сделай так. И вот, теперь попустил Господь духа лживого в уста всех сих пророков твоих; но Господь изрек о тебе недоброе. И подошел Седекия, сын Хенааны, и, ударив Михея по щеке, сказал: как, неужели от меня отошел Дух Господень, чтобы говорить в тебе? И сказал Михей: вот, ты увидишь [это] в тот день, когда будешь бегать из одной комнаты в другую, чтоб укрыться, и сказал царь Израильский: возьмите Михея и отведите его к Амону градоначальнику и к Иоасу, сыну царя, и скажите: так говорит царь: посадите этого в темницу и кормите его скудно хлебом и скудно водою, доколе я не возвращусь в мире. И сказал Михей: если возвратишься в мире, то не Господь говорил чрез меня. И сказал: слушай, весь народ!
» (3 Цар. 22:18–28). Здесь ложное пророчество изрекается по попущению Божию теми, для кого угождение царю было важнее служения Богу.


Ес­ли че­ло­век сам же­ла­ет за­блуж­де­ния, то ему бу­дет весь­ма при­ятен и уго­ден лже­про­рок, по­та­ка­ю­щий стра­с­тям. Не слу­чай­но апо­с­тол Па­вел го­во­рит: «И как они не за­бо­ти­лись иметь Бо­га в ра­зу­ме, то пре­дал их Бог пре­врат­но­му уму – де­лать не­по­треб­ст­ва»
(Рим. 1:28). Так бывает все­гда. Есть мно­же­ст­во удоб­ных рас­по­ло­же­ний, в ко­то­рые че­ло­век мо­жет спря­тать­ся от сво­ей со­ве­с­ти, спря­тать­ся от по­ка­я­ния и ка­ки­ми-то внеш­ни­ми спо­со­ба­ми на­де­ять­ся при­об­ре­с­ти Цар­ст­вие Не­бес­ное.



24.6. Ха­рак­тер­ные чер­ты про­ро­че­с­кой про­по­ве­ди

Характер пророческой проповеди обусловлен особенностями пророческого созерцания. Про­ро­ки по­лу­ча­ют и со­об­ща­ют от­кро­ве­ния разными способами (Евр. 1:1): ино­гда в ви­де пря­мой ре­чи, ино­гда в фор­ме ви­де­ний, об­ра­зов и сим­во­лах, ко­то­рые не всегда имели разъ­яс­не­ние. Ино­гда про­ро­че­ст­во со­об­ща­ет­ся ими в ви­де сим­во­ли­че­с­ких дей­ст­вий (3 Цар. 11:29–39).


Осо­бен­но­с­тью про­ро­честв яв­ля­ет­ся то, что про­ро­ки ви­де­ли гря­ду­щие со­бы­тия как уже со­вер­ша­ю­щиеся или со­вер­шив­ши­е­ся. «Та­ков у всех про­ро­ков обы­чай – го­во­рить о не­быв­шем еще как уже о со­вер­шив­шем­ся. Они ду­хов­ны­ми оча­ми ви­де­ли уже то, что име­ло со­вер­шить­ся спу­с­тя мно­го лет; по­это­му и го­во­ри­ли обо всем так, как буд­то бы со­зер­ца­ли то пе­ред гла­за­ми», – го­во­рит свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст [29, т. 4, с. 77].


В ре­зуль­та­те по­лу­ча­ет­ся так, что исторически раз­но­вре­мен­ные со­бы­тия в про­ро­че­с­ком со­зер­ца­нии ока­зы­ва­ют­ся в еди­ном пла­не, на од­ной кар­ти­не, хо­тя они принадлежат к со­вер­шен­но раз­ным эпо­хам. На­при­мер, изучая пророческие книги, мы увидим, что из­бав­ле­ние из Ва­ви­ло­на, пер­вое и вто­рое при­ше­ст­вие Хри­с­то­во ча­с­то со­еди­ня­ют­ся воеди­но.


Каж­до­му про­ро­ку от­кры­ва­лась толь­ко часть бу­ду­щей кар­ти­ны, и по­это­му про­ро­че­с­кие со­зер­ца­ния име­ют фрагментарный ха­рак­тер. Собирая про­ро­че­ст­ва о Христе, мы не мо­жем ска­зать, что все события Рож­де­ст­ва предсказаны одним про­ро­ком, поскольку каждый библейский пророк внес свою лепту в изображение царства Мессии.


«Но не од­наж­ды на­всег­да бла­жен­ные про­ро­ки по­лу­ча­ли от­кро­ве­ние ви­де­ний от Бо­га, а по ча­с­тям, и в те вре­ме­на, в ко­то­рые на­хо­дил это нуж­ным От­кры­ва­ю­щий тай­ная», – пи­шет в тол­ко­ва­нии на ма­лых про­ро­ков свя­ти­тель Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский [цит. по 57, с. 86].


«И не чрез од­но­го толь­ко про­ро­ка Гос­подь бе­се­ду­ет с Из­ра­иль­тя­на­ми, но упо­треб­ля­ет на слу­же­ние мно­гих див­ных му­жей, что­бы со­гла­си­ем мно­гих по­ка­зать не­лож­ность пред­ре­че­ний», – го­во­рит бла­жен­ный Фе­о­до­рит [цит. по 57, с. 86].



24.7. По­ря­док изу­че­ния про­ро­че­с­ких книг.

В некоторых учебниках про­ро­че­с­кие книги вы­ст­ра­и­ва­ют­ся в хро­но­ло­ги­че­с­ком по­ряд­ке, а за­тем на ос­но­ва­нии это­го изо­б­ра­жа­ет­ся по­сте­пен­ное рас­кры­тие От­кро­ве­ния. Здесь есть од­на слож­ность. Не все кни­ги можно од­но­знач­но да­ти­ро­вать. И не­ред­ко ока­зы­ва­ет­ся, что у автора из­на­чаль­но уже есть не­ко­то­рая идея, как раз­ви­ва­лось От­кро­ве­ние. И в со­от­вет­ст­вии с этой иде­ей «хро­но­ло­ги­че­с­ки» рас­по­ло­же­ны про­ро­ки. То есть го­во­рит­ся, что этот про­ро­че­ст­во­вал тог­да-то, по­то­му что у не­го та­кие-то и та­кие-то идеи – идеи ав­то­ра ока­зы­ва­ют­ся пер­вич­ны­ми, при­чем это ни­как не оговаривается, а предполагается само собой разумеющимся.


Мы бу­дем ста­рать­ся, на­сколь­ко это воз­мож­но, сле­до­вать хро­но­ло­ги­че­с­ко­му прин­ци­пу при не­до­стат­ке све­де­ний о жизни автора, об­ра­щая вни­ма­ние на ме­с­то­по­ло­же­ние кни­ги в ка­но­не (считается, что первым в спи­с­ке ма­лых про­ро­ков сто­ят бо­лее ран­ние кни­ги). Но кроме этого для удоб­ст­ва изу­че­ния мы так­же бу­дем объ­е­ди­нять кни­ги в те­ма­ти­че­с­кие груп­пы.



Гла­ва 25. Кни­ги ма­лых про­ро­ков

По по­ряд­ку мы долж­ны бы­ли бы на­чать с кни­ги свя­то­го про­ро­ка Иса­ии. Но в са­мом на­ча­ле изу­че­ния это­го раз­де­ла Вет­хо­го За­ве­та зна­ком­ст­во с та­кой слож­ной кни­гой мо­жет ока­зать­ся за­труд­ни­тель­ным. По­это­му для то­го, что­бы ос­во­ить­ся с те­ма­ти­кой, тер­ми­но­ло­ги­ей и осо­бен­но­с­тя­ми про­ро­че­с­ких книг для на­ча­ла мы зай­мем­ся кни­га­ми ма­лых про­ро­ков Осии, Ио­и­ля, Амо­са и Со­фо­нии.



25.1. Кни­га про­ро­ка Осии

Кни­га про­ро­ка Осии сто­ит са­мой пер­вой в со­бра­нии книг ма­лых про­ро­ков. О жиз­ни про­ро­ка из­ве­ст­но весь­ма не­мно­го. В кни­ге го­во­рит­ся, что он про­ро­че­ст­во­вал во вре­ме­на Озии, Ио­а­фа­ма, Аха­за, Езе­кии, ца­рей Иу­дей­ских, и Ие­ро­во­а­ма, оче­вид­но, Ие­ро­во­а­ма II, ца­ря Из­ра­иль­ско­го (Ос. 1:1). Ес­ли про­сум­ми­ро­вать вре­мя цар­ст­во­ва­ния каж­до­го из этих че­ты­рех иу­дей­ских ца­рей, то по­лу­чит­ся ци­ф­ра по­ряд­ка ста лет. Имен­но так счи­тал пре­по­доб­ный Еф­рем Си­рин, ука­зав­ший в сво­ем тол­ко­ва­нии, что слу­же­ние это­го про­ро­ка про­дол­жа­лось око­ло ста лет. Ми­ни­маль­ный срок, ко­то­рый мы мо­жем пред­по­ло­жить, не ме­нее пя­ти­де­ся­ти лет.


Ис­то­ри­че­с­кая об­ста­нов­ка.
Про­рок Осия про­ро­че­ст­во­вал на тер­ри­то­рии се­вер­но­го, то есть Из­ра­иль­ско­го цар­ст­ва. Вспом­ним, что же про­ис­хо­ди­ло в VIII ве­ке до Р. Х. в Из­ра­иль­ском цар­ст­ве. Там шла по­сто­ян­ная сме­на ди­на­с­тий и про­грес­си­ро­ва­ло нрав­ст­вен­ное и по­ли­ти­че­с­кое раз­ло­же­ние. Цар­ст­во Ие­ро­во­а­ма II бы­ло еще до­ста­точ­но силь­ным. Его гра­ни­цы раз­дви­ну­лись от Мерт­во­го мо­ря до Ема­фа, то есть се­вер­ную по­ло­ви­ну цар­ст­ва он увеличил до пределов, ко­то­рые она име­ла во вре­ме­на Со­ло­мо­на. Но это эко­но­ми­че­с­кое и по­ли­ти­че­с­кое про­цве­та­ние от­нюдь не со­про­вож­да­лось про­цве­та­ни­ем ре­ли­ги­оз­ным и нрав­ст­вен­ным. Про­дол­жа­лось идо­ло­по­клон­ст­во, от­ступ­ле­ние от за­ко­на Бо­жь­е­го. По­это­му далее сле­ду­ет па­де­ние, ди­на­с­тия об­ры­ва­ет­ся, и идут од­но убий­ст­во за дру­гим. Царь За­ха­рия убит Сел­лу­мом, Сел­лум в свою оче­редь сме­ня­ет­ся Ме­на­и­мом, ко­то­рый 10 лет цар­ст­во­вал и уже был дан­ни­ком Ас­си­рии, о чем есть да­же и ас­си­рий­ские до­ку­мен­ты. За­тем сын его Фа­кия убит че­рез два го­да Фа­ке­ем, ко­то­рый дер­жал­ся ан­ти­ас­си­рий­ской по­зи­ции. За­тем правил царь Осия, при ко­то­ром бы­ла раз­ру­ше­на Са­ма­рия, ког­да он в оче­ред­ной раз от­ло­жил­ся от Ас­си­рии и во­шел в со­юз с Егип­том.


Те­перь ска­жем о нрав­ст­вен­ном со­сто­я­нии стра­ны. В хра­мах в Ве­фи­ле и в Да­не Ие­ро­во­ам I стал ста­вить свя­щен­ни­ков не из чис­ла ле­ви­тов (3 Цар. 12:31). По по­нят­ным тог­да при­чи­нам в тот мо­мент еще мно­гие ле­ви­ты на это ни­как не мог­ли со­гла­сить­ся. Бо­лее то­го, мы ча­с­то ви­дим и еще бо­лее гру­бые ре­ли­ги­оз­ные от­ступ­ле­ния. Вво­дят­ся куль­ты Си­дон­ских бо­жеств. Ино­гда их слу­жи­те­ли ис­треб­ля­ют­ся как бы ра­ди вос­ста­нов­ле­ния ис­тин­но­го бо­го­по­чи­та­ния, ко­то­рое, тем не ме­нее, не вос­ста­нав­ли­ва­ет­ся. Эти из­ме­не­ния, оче­вид­но, не слиш­ком бла­го­при­ят­но воз­дей­ст­во­ва­ли на ре­ли­ги­оз­ность на­се­ле­ния. С дру­гой сто­ро­ны, су­дя по то­му, что го­во­рит­ся у про­ро­ков о свя­щен­ни­ках Из­ра­иль­ских, они бы­ли за­ня­ты дву­мя глав­ны­ми де­ла­ми: пер­вое – это под­дер­жа­ние ве­ли­че­ст­вен­но­с­ти куль­тов, и вто­рое – это угож­де­ние кня­зь­ям и силь­ным ми­ра се­го, то есть обес­пе­че­ние их и сво­е­го земного благополучия. Это, оче­вид­но, то­же ска­зы­ва­лось на том, что они не осо­бен­но за­бо­ти­лись о на­ро­де и его ре­ли­ги­оз­ной жиз­ни.


В ре­зуль­та­те, опять же ис­хо­дя из тех све­де­ний, ко­то­рые мы чер­па­ем из книг про­ро­ков, на­род Из­ра­иль­ский опу­с­тил­ся до уров­ня чи­с­то плот­ско­го, ког­да за­бо­та о сво­ем соб­ст­вен­ном су­ще­ст­во­ва­нии, про­пи­та­нии, одеж­де, за­пол­ня­ла все вре­мя от рас­све­та до рас­све­та. Клят­во­пре­с­туп­ле­ние, убий­ст­во, во­ров­ст­во, блуд и т.д. ста­ли обыч­ны­ми по­всед­нев­ны­ми яв­ле­ни­я­ми, ко­то­рые по­чи­та­лись за нор­му и ко­то­рые про­ник­ли во все слои, от бед­ной ла­чу­ги до бо­га­то­го двор­ца в Из­ра­и­ле.


В ис­то­ри­че­с­ких кни­гах изо­б­ра­жа­ет­ся, в ос­нов­ном, жизнь ца­рей. Про­ро­че­с­кие книги не­ред­ко поз­во­ля­ют за­гля­нуть в гу­щу по­всед­нев­ной жиз­ни.


По сво­ей струк­ту­ре кни­га про­ро­ка Осии мо­жет быть условно раз­де­ле­на на две ча­с­ти. Пер­вая часть, ее ус­лов­но мож­но на­звать сим­во­ли­че­с­кой, ох­ва­ты­ва­ет пер­вые три гла­вы, и за­тем часть про­ро­че­с­кая – с 4-й по 14-ю гла­вы.


Сим­во­ли­че­с­кая часть. Брак Осии – об­ли­че­ние не­вер­но­с­ти Из­ра­и­ля.
В этой ча­с­ти го­во­рит­ся о бра­ке про­ро­ка Осии с жен­щи­ной по име­ни Го­мерь, ко­то­рая на­зы­ва­ет­ся блуд­ни­цей. Про­рок же­нит­ся на ней, и у них рож­да­ет­ся трое де­тей – Из­ре­ель, Ло­ру­ха­ма и Ло­ам­ми. Из­ре­ель – это ме­с­то, где не­ког­да бы­ли уби­ты Ии­у­ем Ио­рам и Ие­за­вель (4 Цар. 9:30–37). Смысл это­го име­ни, ко­то­рое мо­жет быть пе­ре­ве­де­но как «Бог рас­се­ет», ви­ди­мо, в том, что те­перь про­рок воз­ве­ща­ет суд над до­мом Ии­уя. Ло­ру­ха­ма оз­на­ча­ет «Не­по­ми­ло­ван­ная», Ло­ам­ми – «не Мой на­род».


То, что Осия же­нит­ся на блуд­ни­це, ино­гда да­ва­ло по­вод тол­ко­вать эту часть так, что Гос­подь дал про­сто сим­во­ли­че­с­кое по­ве­ле­ние, но ре­аль­но Осия это­го бра­ка не за­клю­чал. Однако свя­тые от­цы на­ста­и­ва­ли на ис­тин­но­с­ти всей этой ис­то­рии. О при­чи­не та­ко­го стран­но­го по­ве­ле­ния бла­жен­ный Фе­о­до­рит Кир­ский пи­шет, при­во­дя в при­мер про­ро­ков Осию, Ие­ре­мию и Ие­зе­ки­и­ля: «Бог вся­че­с­ких, ког­да, об­ра­щая речь к лю­дям страж­ду­щим бес­чув­ст­вен­но­с­тью, не убеж­дал их сло­ва­ми, изо­б­ра­жал им бу­ду­щее чем-ли­бо на са­мом де­ле со­вер­ша­ю­щим­ся, что­бы не­о­бы­чай­но­с­тью ви­ди­мо­го при­влечь вни­ма­ние сих оже­с­то­чен­ных» [74, т. 29, с. 217].


«Над­ле­жит же знать, что хо­ро­шее и ху­дое при­зна­ет­ся та­ким по це­ли. По­ми­ло­вал Са­ул Ага­га и ли­шил­ся цар­ст­ва; по­то­му что ми­лость сия бы­ла без­за­кон­на. Са­му­ил за­клал Ага­га и ис­пол­нил Бо­жий за­кон. … По­се­му и чуд­ный Осия, не по­хо­ти по­ра­бо­тив­шись, но по­ви­ну­ясь Бо­жию ма­но­ве­нию, взял блуд­ни­цу, и этот со­юз был че­ст­нее вся­ко­го бра­ка; не по­то­му толь­ко, что со­вер­шен по Бо­жию ма­но­ве­нию, но и по­то­му, что про­об­ра­зо­вал Бо­га и то, как Свя­тый и во свя­тых по­чи­ва­ю­щий на­и­ме­но­вал Се­бя же­ни­хом не­по­треб­но­го на­ро­да из­ра­иль­ско­го» [74, т. 29, с. 218].


Че­рез не­ко­то­рое вре­мя Го­мерь ос­тав­ля­ет про­ро­ка Осию, ку­да-то убе­га­ет от не­го. По по­ве­ле­нию Бо­жию он вы­нуж­ден ее еще и вы­ку­пать за день­ги для то­го, чтоб вер­нуть в свой дом. Но по­сле это­го подвергает ее ис­пы­та­нию (Ос. 3:23), что­бы про­ве­рить, со­би­ра­ет­ся ли она в бу­ду­щем хра­нить вер­ность.


И вот, Гос­подь да­ет че­рез Осию разъ­яс­не­ние это­му сим­во­ли­че­с­ко­му дей­ст­вию: Из­ра­иль из­ме­нял Бо­гу, как же­на из­ме­ня­ет сво­е­му му­жу, и ду­хов­но пре­лю­бо­дей­ст­во­вал с идо­ла­ми. За это он бу­дет на­ка­зан, но по­сле это­го на­ка­за­ния, по­сле по­ка­я­ния, он сно­ва бу­дет воз­вра­щен в со­юз с Бо­гом. Разбирая книгу Песнь песней Соломона мы уже видели употребление образов брака, жениха и невесты для изображения отношений Бога и человека. И вот здесь мы снова встречаем эти образы, но в их отрицательном значении: отступление от Бога и поклонение идолам уподобляется прелюбодеянию.


Лю­бовь Бо­га к Из­ра­и­лю под­тверж­да­ет­ся в кни­ге про­ро­ка Осии при­ме­ра­ми. Осия пе­ре­чис­ля­ет ряд ис­то­ри­че­с­ких со­бы­тий, в ко­то­рых эта лю­бовь про­яви­лась. Гос­подь вы­вел из Егип­та из­ра­иль­тян, да­ро­вал за­кон, спа­сал от вра­гов, воз­дви­гал про­ро­ков, из­ли­вал ще­д­рые ми­ло­с­ти, но Из­ра­иль по­сто­ян­но на­ру­ша­ет брач­ный со­юз и де­ла­ет­ся пре­лю­бо­де­ем: сра­зу по­сле за­клю­че­ния со­ю­за по­шел по­кло­нять­ся Ва­ал-Фе­го­ру, в Мо­а­ве за­тем и во­все за­был сво­е­го Со­зда­те­ля, при­вя­зал­ся к идо­лам, стал при­но­сить ку­ре­ния Ва­а­ламу, ус­т­ро­ил им жерт­вен­ни­ки и в ре­зуль­та­те че­рез это по­гиб. Кро­ме то­го, ук­ло­не­ние от Бо­га свя­зы­ва­ет­ся с ук­ло­не­ни­ем от до­ма Да­ви­до­ва са­мо­сто­я­тель­ным, без бла­го­сло­ве­ния Бо­жия по­став­ле­ни­ем ца­рей (Ос. 8:4) (напомню, что только два ца­ря бы­ли при­зва­ны Бо­гом), а по­лу­че­ние этих ца­рей, в кон­це кон­цов, пред­став­ля­ет­ся уже как ре­зуль­тат гне­ва Бо­жия. И эта без­дум­ная по­ли­ти­ка со­ю­за с языч­ни­ка­ми, и вой­на про­тив Иу­деи, се­с­т­ры сво­ей, и, на­ко­нец, пол­ный нрав­ст­вен­ный упа­док, ко­то­рый вы­ра­жа­ет­ся в та­ких сло­вах: «Еф­рем сме­шал­ся с на­ро­да­ми,… чу­жие по­жи­ра­ли си­лу его, и он не за­ме­чал; се­ди­на по­кры­ла его, а он не зна­ет
» (Ос. 7:8-9). Здесь изо­б­ра­жа­ет­ся пол­ное нрав­ст­вен­ное не­чув­ст­вие из­ра­иль­тян. Об­ра­ти­те вни­ма­ние, что Из­ра­иль ино­гда на­зы­ва­ет­ся Еф­ре­мом, по­то­му что ко­ле­но Еф­ре­мо­во бы­ло од­ним из цен­т­раль­ных и на­и­бо­лее зна­чи­мых для это­го со­ю­за 10-ти се­вер­ных ко­лен. «Де­тей ее не по­ми­лую, по­то­му что они де­ти блу­да. Ибо блу­до­дей­ст­во­ва­ла мать их, и ос­ра­ми­ла се­бя за­чав­шая их; ибо го­во­ри­ла: “пой­ду я за лю­бов­ни­ка­ми мо­и­ми, ко­то­рые да­ют мне хлеб и во­ду, шерсть и лен, елей и на­пит­ки”. … А не зна­ла она, что Я, Я да­вал ей хлеб и ви­но и елей, и ум­но­жил у нее се­ре­б­ро и зо­ло­то, из ко­то­ро­го сде­ла­ли ис­ту­ка­на Ва­а­ла. За то Я возь­му на­зад хлеб Мой в его вре­мя и ви­но Мое в его по­ру, и от­ни­му шерсть и лен Мой, чем по­кры­ва­ет­ся на­го­та ее. И ны­не от­крою сра­мо­ту ее пред гла­за­ми лю­бов­ни­ков ее, и ни­кто не ис­торг­нет ее из ру­ки Мо­ей. И пре­кра­щу у нее вся­кое ве­се­лие, пра­зд­ни­ки ее и но­во­ме­ся­чия ее, и суб­бо­ты ее и все тор­же­ст­ва ее
» (Ос. 2:4-5, 8-11).


Но да­же в этой пер­спек­ти­ве на­ка­за­ния есть не­ко­то­рая оп­ти­ми­с­ти­че­с­кая нот­ка, ука­за­ние на то, что все бе­ды не есть про­сто злоб­ная месть за из­ме­ну. В са­мих на­ка­за­ни­ях есть по­пыт­ка при­ве­с­ти блу­до­дей­ную же­ну-Из­ра­иль к ис­прав­ле­нию. «За то вот, Я за­го­ро­жу путь ее тер­на­ми и об­не­су ее ог­ра­дою, и она не най­дет сте­зей сво­их, и по­го­нит­ся за лю­бов­ни­ка­ми сво­и­ми, но не до­го­нит их, и бу­дет ис­кать их, но не най­дет, и ска­жет: “Пой­ду я и воз­вра­щусь к пер­во­му му­жу мо­е­му, ибо тог­да луч­ше бы­ло мне, не­же­ли те­перь”
» (Ос. 2:6-7). Здесь, ко­неч­но, сле­ду­ет ука­зать на связь с еван­гель­ской прит­чей о блуд­ном сы­не. Скор­би, которые попускаются жене, в ре­зуль­та­те при­во­дят ее к вра­зум­ле­нию и мыс­ли о том, что хо­ро­шо бы вер­нуть­ся к му­жу. И так же, как Гос­подь по­ве­ле­ва­ет про­ро­ку эту бед­ную же­ну блуд­ную вер­нуть к се­бе об­рат­но, Он хо­чет вер­нуть Се­бе Из­ра­иль. Не­ко­то­рое вре­мя, го­во­рит Гос­подь, эта же­на долж­на быть в изо­ля­ции, он не дол­жен при­бли­жать­ся к ней: «Мно­го дней ос­та­вай­ся у ме­ня, не блу­ди и не будь с дру­гим, так­же и я бу­ду для те­бя. Ибо дол­гое вре­мя сы­ны Из­ра­и­ле­вы бу­дут ос­та­вать­ся без ца­ря и без кня­зя и без жерт­вы, без жерт­вен­ни­ка, без ефо­да и те­ра­фи­ма. По­сле то­го об­ра­тят­ся сы­ны Из­ра­и­ле­вы и взы­щут Гос­по­да Бо­га сво­е­го и Да­ви­да, ца­ря сво­е­го, и бу­дут бла­го­го­веть пе­ред Гос­по­дом и бла­го­стию Его в по­след­ние дни
» (Ос. 3:3-5). В ис­то­ри­че­с­кой пер­спек­ти­ве это от­но­сит­ся ко вре­ме­ни пле­на, ког­да иу­деи дей­ст­ви­тель­но все­го это­го бы­ли ли­ше­ны и, об­ра­тив­шись к Бо­гу, вер­ну­лись сно­ва. Воз­мож­но, что это про­ро­че­ст­во об­ра­ще­но и ко вре­ме­ни по­сле при­ше­ст­вия Хри­с­то­ва, пред­ре­кая об­ра­ще­ние Из­ра­и­ля в по­след­ние вре­ме­на.


Про­ро­че­с­кие ре­чи.
Чет­вер­тая гла­ва на­чи­на­ет­ся сло­ва­ми: «Слу­шай­те сло­во Гос­под­не, сы­ны Из­ра­и­ле­вы; ибо суд у Гос­по­да с жи­те­ля­ми сей зем­ли, по­то­му что нет ни ис­ти­ны, ни ми­ло­сер­дия, ни Бо­го­по­зна­ния на зем­ле. Клят­ва и об­ман, убий­ст­во и во­ров­ст­во, и пре­лю­бо­дей­ст­во край­не рас­про­ст­ра­ни­лись, и кро­во­про­ли­тие сле­ду­ет за кро­во­про­ли­ти­ем. За то вос­пла­чет зем­ля сия, и из­не­мо­гут все жи­ву­щие на ней, со зве­ря­ми по­ле­вы­ми и пти­ца­ми не­бес­ны­ми, да­же и ры­бы мор­ские по­гиб­нут» (Ос. 4:1-3). Ум­но­же­ние гре­ха и не­прав­ды рас­про­ст­ра­ня­ет­ся не толь­ко на лю­дей, са­ма зем­ля, при­ро­да изо­б­ра­жа­ет­ся как из­не­мо­га­ю­щая и по­ги­ба­ю­щая под тя­же­с­тью и бре­ме­нем это­го гре­ха, здесь опять по­ка­зы­ва­ет­ся ко­с­ми­че­с­кое зна­че­ние че­ло­ве­ка, его роль в жиз­ни всей все­лен­ной. Об­ра­ти­те вни­ма­ние, из-за че­го суд у Гос­по­да с жи­те­ля­ми сей зем­ли: нет ис­ти­ны, нет ми­ло­сер­дия, нет Бо­го­по­зна­ния.


«Де­ла их не до­пу­с­ка­ют их об­ра­тить­ся к Бо­гу сво­е­му, ибо дух блу­да вну­т­ри них, и Гос­по­да они не по­зна­ли
» (Ос. 5:4). Это очень важ­ный мо­мент, ко­то­рый у про­ро­ка Осии сно­ва по­вто­ря­ет­ся в дру­гом кон­тек­с­те, и имен­но это ме­с­то ци­ти­ру­ет фа­ри­се­ям в Еван­ге­лии Хри­с­тос: «Что сде­лаю те­бе, Еф­рем? что сде­лаю те­бе, Иу­да? Бла­го­че­с­тие ва­ше, как ут­рен­ний ту­ман и как ро­са, ско­ро ис­че­за­ю­щая. По­се­му Я по­ра­жал че­рез про­ро­ков и бил их сло­ва­ми уст Мо­их, и суд Мой, как вос­хо­дя­щий свет. Ибо Я ми­ло­с­ти хо­чу, а не жерт­вы, и Бо­го­ве­де­ния бо­лее, не­же­ли все­со­ж­же­ний
» (Ос. 6:4-6). Речь идет о том, что то бо­го­слу­же­ние, ко­то­рое они со­вер­ша­ют, его пыш­ность, внеш­няя па­рад­ность не име­ет в се­бе жи­во­го со­дер­жа­ния, Гос­подь ос­тав­лен, ни­кто Его не зна­ет, ни­кто о Нем не по­мнит, ни­кто не за­бо­тит­ся о том, что­бы Ему уго­дить, и без это­го внеш­няя фор­ма ста­но­вит­ся пу­с­той и не­нуж­ной скор­лу­пой. По­это­му Он и го­во­рит, что Бо­го­ве­де­ния же­ла­ет бо­лее, не­же­ли все­со­ж­же­ний, и ми­ло­с­ти бо­лее, чем жерт­вы. Здесь мож­но про­дол­жить ана­ло­гию меж­ду За­ве­та­ми и брач­ным со­ю­зом. Меж­ду му­жем и же­ной го­раз­до важ­нее об­ще­ние и лю­бовь, не­же­ли об­мен ка­ки­ми-то до­ро­ги­ми по­дар­ка­ми или при­об­ре­те­ние мно­гих иму­ществ.


И вот эта лю­бовь Бо­жия к Из­ра­и­лю ока­зы­ва­ет­ся не толь­ко ка­ра­ю­щей, не толь­ко унич­то­жа­ю­щей, но ока­зы­ва­ет­ся еще и ми­лу­ю­щей и со­зи­да­тель­ной си­лой. Эта лю­бовь бу­дет ув­ра­че­ва­ни­ем для них. И здесь, ко­неч­но, то­же не­кое пред­две­рие то­го, что от­кры­то в Еван­ге­лии и про­по­ве­да­но апо­с­то­ла­ми, что Бог Свою лю­бовь к нам до­ка­зы­ва­ет тем, что «Хри­с­тос умер за нас, ког­да мы бы­ли еще греш­ни­ка­ми
» (Рим. 5:8). Гос­подь лю­бит этот не­сча­ст­ный, греш­ный, не­вер­ный Из­ра­иль и этой Сво­ей лю­бо­вью де­ла­ет все, что­бы их ис­це­лить и спа­с­ти. Здесь же, в 6-й же гла­ве есть сло­ва о том, что Из­ра­иль бу­дет ув­ра­че­ван: «В скор­би сво­ей они с ран­не­го ут­ра бу­дут ис­кать Ме­ня, и го­во­рить: пой­дем и воз­вра­тим­ся к Гос­по­ду, ибо Он уяз­вил – и Он ис­це­лит нас, по­ра­зил – и пе­ре­вя­жет на­ши ра­ны; ожи­вит нас че­рез два дня, в тре­тий день вос­ста­вит нас, и мы бу­дем жить пред ли­цем Его. Итак, по­зна­ем, бу­дем стре­мить­ся по­знать Гос­по­да; как ут­рен­няя за­ря – яв­ле­ние Его, и Он при­дет к нам, как дождь, как по­зд­ний дождь оро­сит зем­лю
» (Ос. 6:1-3). По слову блаженного Феодорита, «сим же дает пророк разуметь и совершившееся по трех днях воскресение Спасителя, которое соделалось виною общего воскресения, и всем даровало надежду бессмертия, приобретаемую познанием о Боге» [74, ч. 4, с. 236] Это един­ст­вен­ное ме­с­то, кро­ме кни­ги про­ро­ка Ио­ны, к ко­то­ро­му мо­гут быть от­не­се­ны сло­ва апо­с­то­ла Пав­ла из По­сла­ния к Ко­рин­фя­нам о том, что Хри­с­тос вос­крес в тре­тий день по Пи­са­нию (1 Кор. 15:4).


Но, тем не ме­нее, нрав­ст­вен­ное со­сто­я­ние из­ра­иль­тян не­ис­пра­ви­мо. И по­это­му не­воз­мож­но обой­тись без су­да, без по­тря­се­ний, и толь­ко в бед­ст­вии и в пле­ну из­ра­иль­тя­не взы­щут Бо­га.


Да­лее сле­ду­ет речь, в ко­то­рой уп­ре­ка­ет­ся Из­ра­иль за мно­гие и тяж­кие пре­ступ­ле­ния, ко­то­рые со­вер­ша­ют­ся от­кры­то без вся­ко­го сты­да, так что во вре­мя воз­ра­с­та­ю­щих бед­ст­вий еще бо­лее ум­но­жа­ют­ся раз­врат и не­че­с­тие, ко­то­рые бо­лее все­го под­дер­жи­ва­ют­ся ца­ря­ми и кня­зь­я­ми.


«Ког­да Я вра­че­вал Из­ра­и­ля, от­кры­лась не­прав­да Еф­ре­ма и зло­дей­ст­во Са­ма­рии: ибо они по­сту­па­ют лжи­во; и вхо­дит вор, и раз­бой­ник гра­бит по ули­цам. Не по­мы­ш­ля­ют они в серд­це сво­ем, что Я по­мню все зло­де­я­ния их; те­перь ок­ру­жа­ют их де­ла их; они пред ли­цем Мо­им. Зло­дей­ст­вом сво­им они уве­се­ля­ют ца­ря и об­ма­на­ми сво­и­ми – кня­зей. Все они пы­ла­ют пре­лю­бо­дей­ст­вом, как печь, рас­топ­лен­ная пе­ка­рем, ко­то­рый пе­ре­ста­ет под­жи­гать ее, ког­да за­ме­сит те­с­то и оно вскис­нет. <…> Все они рас­па­ле­ны, как печь, и по­жи­ра­ют су­дей сво­их; все ца­ри их па­да­ют, и ни­кто из них не взы­ва­ет ко Мне
» (Ос. 7:1-4, 7).


Не бо­ясь Бо­га, они не сты­дят­ся и лю­дей: «Те­перь они го­во­рят: “нет у нас ца­ря, ибо мы не убо­я­лись Гос­по­да; а царь, — что он нам сде­ла­ет?” Го­во­рят сло­ва [пу­с­тые], кля­нут­ся лож­но, за­клю­ча­ют со­ю­зы; за то явит­ся суд над ни­ми, как ядо­ви­тая тра­ва на бо­роз­дах по­ля
» (Ос. 10:3-4), (ср. Лк. 18:2). «Слу­шай­те это, свя­щен­ни­ки, и вни­май­те, дом Из­ра­и­лев, и при­кло­ни­те ухо, дом ца­ря; ибо вам бу­дет суд, по­то­му что вы бы­ли за­пад­нею в Мас­си­фе и се­тью, рас­ки­ну­тою на Фа­во­ре. Глу­бо­ко по­гряз­ли они в рас­пут­ст­ве; но Я на­ка­жу всех их
» (Ос. 5:1-2).


Итак, суд не­из­бе­жен. «Тру­бу к ус­там тво­им! Как орел [на­ле­тит] на дом Гос­по­день за то, что они на­ру­ши­ли за­вет Мой и пре­сту­пи­ли за­кон Мой! Ко Мне бу­дут взы­вать: “Бо­же мой! мы по­зна­ли Те­бя, мы – Из­ра­иль”. От­верг Из­ра­иль до­б­рое; враг бу­дет пре­сле­до­вать его. По­став­ля­ли ца­рей са­ми, без Ме­ня; ста­ви­ли кня­зей, но без Мо­е­го ве­до­ма; из се­ре­б­ра сво­е­го и зо­ло­та сво­е­го сде­ла­ли для се­бя идо­лов: от­ту­да ги­бель. Ос­та­вил те­бя те­лец твой, Са­ма­рия! <…> Так как они се­я­ли ве­тер, то и по­жнут бу­рю <…>По­гло­щен Из­ра­иль; те­перь они бу­дут сре­ди на­ро­дов, как не­год­ный со­суд
» (Ос. 8:1-5, 7, 8).


«Они по­ш­ли к Ас­су­ру, как ди­кий осел, оди­но­ко бро­дя­щий; Еф­рем при­об­ре­тал по­дар­ка­ми рас­по­ло­же­ние к се­бе. Хо­тя они и по­сы­ла­ли да­ры к на­ро­дам, но ско­ро Я со­бе­ру их, и они нач­нут стра­дать от бре­ме­ни ца­ря кня­зей; ибо мно­го жерт­вен­ни­ков на­ст­ро­ил Еф­рем для гре­ха, – ко гре­ху по­слу­жи­ли ему эти жерт­вен­ни­ки. На­пи­сал Я ему важ­ные за­ко­ны Мои, но они со­чте­ны им как бы чу­жие
» (Ос. 8:9-12).


В на­деж­де как-то уце­леть из­ра­иль­тя­не по­сто­ян­но пы­та­лись за­клю­чать со­ю­зы с язы­че­с­ки­ми на­ро­да­ми, на­ру­шая тем са­мым вер­ность Бо­гу, Ко­то­рый при­зна­вал Се­бя един­ст­вен­но воз­мож­ным со­юз­ни­ком для иу­де­ев и для из­ра­иль­тян. По­ми­мо это­го, на­ру­ше­ние вер­но­с­ти За­ве­ту Осия так­же ви­дит и в бо­го­слу­же­нии. Вы по­мни­те, на­вер­ное, с че­го на­ча­лось от­ступ­ле­ние Из­ра­иль­ско­го цар­ст­ва: с со­ору­же­ния двух свя­ти­лищ с зо­ло­ты­ми тель­ца­ми, глав­ное из ко­то­рых на­хо­ди­лось в Ве­фи­ле. По­сле это­го лег­ко со­вер­шил­ся пе­ре­ход к са­мо­му на­сто­я­ще­му идо­ло­слу­же­нию. За­тем по­став­ле­ние ца­рей и кня­зей по сво­е­му вы­бо­ру: в Из­ра­иль­ском цар­ст­ве за 200 лет его су­ще­ст­во­ва­ния сме­ни­лось че­ты­ре ди­на­с­тии, не счи­тая про­ме­жу­точ­ных пра­ви­те­лей.


Далее по­ка­зы­вает­ся пол­ная бе­зу­с­пеш­ность раз­ны­ми бла­го­де­я­ни­я­ми при­влечь из­ра­иль­тян к по­ка­я­нию. Здесь сно­ва изо­б­ра­жа­ет­ся то, что Из­ра­иль был вы­ра­щен, спа­сен Гос­по­дом и ук­ло­ня­ет­ся от Не­го: «Ког­да Из­ра­иль был юн, Я лю­бил его и из Егип­та вы­звал сы­на Мо­е­го. Зва­ли их, а они ухо­ди­ли прочь от ли­ца их: при­но­си­ли жерт­ву Ва­а­лам и ка­ди­ли ис­ту­ка­нам. … Уза­ми че­ло­ве­че­с­ки­ми влек Я их, уза­ми люб­ви, и был для них как бы под­ни­ма­ю­щий яр­мо с че­лю­с­тей их, и ла­с­ко­во под­кла­ды­вал пи­щу им
» (Ос. 11:1-2,4). В Еван­ге­лии часть этих слов от­не­се­на к Спа­си­те­лю. Ошиб­ки в этом нет, по­сколь­ку на­род Из­ра­иль­ский так­же та­ин­ст­вен­но про­об­ра­зо­вал Хри­с­та. Здесь есть и об­раз­ная пе­ре­клич­ка с про­ро­ком Иса­и­ей, ко­то­рый го­во­рил о во­ле и ос­ле, ко­то­рые зна­ют яс­ли Гос­по­ди­на сво­е­го, в от­ли­чие от Из­ра­и­ля, ко­то­рый за­был Его (Ис. 1:3).


В са­мом кон­це про­рок Осия об­ли­ча­ет из­ра­иль­тян в их за­мыс­лах выйти из сво­е­го бед­ст­вен­но­го и ги­бель­но­го по­ло­же­ния пу­тем ка­ких-то по­ли­ти­че­с­ких дей­ст­вий, пу­тем со­ю­зов с ино­пле­мен­ни­ка­ми. «Еф­рем па­сет ве­тер и го­ня­ет­ся за вос­точ­ным ве­т­ром, каж­дый день ум­но­жа­ет ложь и ра­зо­ре­ние; за­клю­ча­ют они со­юз с Ас­су­ром, и в Еги­пет от­во­зит­ся елей
» (Осия 12:1). Под об­ра­зом вос­точ­но­го ве­т­ра у про­ро­ков это­го вре­ме­ни ча­с­то изо­б­ра­жа­ют­ся Ас­си­рия и Ва­ви­лон, а со­юз с Егип­том был исторической при­чи­ной ги­бе­ли го­су­дар­ст­ва. В ре­зуль­та­те «Ас­сур
– он бу­дет ца­рем его, по­то­му что они не за­хо­те­ли об­ра­тить­ся [ко Мне]
» (Ос. 11:5).


За­щи­тить их мо­жет один Бог, Ко­то­рый ими ос­тав­лен, Ко­то­рый ими за­быт, но Ко­то­рый их не за­был и их не ос­та­вил. И вот при­зыв к по­ка­я­нию в кон­це кон­цов в результате вы­ли­ва­ет­ся в про­ро­че­ст­во о бу­ду­щем бла­го­сло­ве­нии, ко­то­рое пред­став­ля­ет­ся не про­сто как из­бав­ле­ние от всех вра­гов, но уже сно­ва пе­ре­хо­дит на дру­гой план, на­чи­ная зву­чать, как про­ро­че­ст­во об из­бав­ле­нии, ис­це­ле­нии от смер­ти. «От вла­с­ти ада Я ис­куп­лю их, от смер­ти из­бав­лю их. Смерть! где твое жа­ло? Ад! Где твоя по­бе­да? Рас­ка­я­ния в том не бу­дет у Ме­ня
» (Ос. 13:14). И в са­мом кон­це Гос­подь го­во­рит: «Ув­ра­чую от­па­де­ние их, воз­люб­лю их по бла­го­во­ле­нию; ибо гнев Мой от­вра­тил­ся от них. Я бу­ду ро­сою для Из­ра­и­ля, он рас­цве­тет, как ли­лия, и пу­с­тит кор­ни свои, как Ли­ван
» (Ос. 14:5-6). Как ви­дим, вос­ста­нов­ле­ние раз­ру­шен­но­го со­ю­за и ис­це­ле­ние Из­ра­и­ля от всех гре­хов сно­ва свя­зы­ва­ет­ся не толь­ко с воз­вра­ще­ни­ем из пле­на, ког­да из­ра­иль­тя­не дей­ст­ви­тель­но от­ста­ли от идо­ло­по­клон­ст­ва, но и со вре­ме­нем Но­во­го За­ве­та, суть которого в по­бе­де над адом, в из­бав­ле­нии от смер­ти, в обиль­ном из­ли­я­нии бла­го­да­ти Бо­жи­ей. По­след­ние сло­ва кни­ги: «Кто мудр, что­бы ра­зу­меть это? кто ра­зу­мен, что­бы по­знать это? Ибо пра­вы пу­ти Гос­под­ни, и пра­вед­ни­ки хо­дят по ним, а без­за­кон­ные па­дут на них
» (Ос. 14:10), – сви­де­тель­ст­ву­ют о том, что про­рок го­во­рит о не­яс­ных для со­вре­мен­ни­ков со­бы­ти­ях бу­ду­ще­го.



25.2. Кни­га про­ро­ка Ио­и­ля

О вре­ме­ни на­пи­са­ния кни­ги.
На примере данной книги мы можем увидеть насколько сложна проблема научной датировки книги, не имеющей в тексте прямых ука­за­ний на то, ког­да она бы­ла на­пи­са­на. При­ве­ду при­мер то­го, как ре­ша­ет­ся этот во­прос у раз­ных ав­то­ров. Не­ко­то­рые го­во­рят, что Ио­иль – это один из са­мых ран­них про­ро­ков, по край­ней ме­ре, со­вре­мен­ник Амо­са и Осии, о чем го­во­рит и то, что его кни­га в ка­но­не по­став­ле­на меж­ду кни­га­ми этих двух про­ро­ков. Дру­гие же го­во­рят, что это, на­обо­рот, са­мый по­зд­ний из про­ро­ков, ко­то­рый про­ро­че­ст­во­вал уже поз­же всех в эпоху второго иерусалимского храма, воз­мож­но, толь­ко чуть рань­ше, чем Ма­ла­хия. Ар­гу­мен­ты в поль­зу пер­во­го мне­ния возь­мем в учеб­ни­ке А.Хер­го­е­зер­ско­го [89, с. 148 – 149], с ко­то­рым со­глас­на, кста­ти, и ста­тья в Биб­лей­ской эн­цик­ло­пе­дии Брок­га­у­за [61]; вто­ро­го – в учеб­ном по­со­бии епи­с­ко­па Сер­гия (Со­ко­ло­ва), который, кроме традиционной точки зрения приводит единым списком одну из версий современной библейской критики [63, с.161 – 162]. Упо­мя­ну­тые ав­то­ры опи­ра­ют­ся на сле­ду­ю­щие ука­за­ния тек­с­та.


Нач­нем с то­го, что в ка­но­не эта кни­га сто­ит в са­мом на­ча­ле книг ма­лых про­ро­ков. Вла­ды­ка Сер­гий упоминает этот факт в качестве обоснования «традиционного мнения». Хер­го­е­зер­ский го­во­рит, что, оче­вид­но, и древ­ние счи­та­ли, что он был од­ним из пер­вых про­ро­ков-пи­са­те­лей.


Из вра­гов Иу­ды на­зы­ва­ют­ся Тир, Си­дон, фи­ли­с­тим­ля­не, Еги­пет и Едом, а Ас­си­рия, Ва­ви­лон и Пер­сия не упо­ми­на­ют­ся. Вла­ды­ка Сер­гий де­ла­ет вы­вод, что это пи­са­лось по­сле пле­на, ког­да уже Ас­си­рий­ское и Ва­ви­лон­ское пле­не­ния ми­но­ва­ли (как же быть с Пер­си­ей?). Эн­цик­ло­пе­дия го­во­рит, что книга писалась не по­зд­нее пер­вой по­ло­ви­ны VIII ве­ка, то есть, ког­да толь­ко воз­ник­ла ас­си­рий­ская уг­ро­за, а впос­лед­ст­вии ва­ви­лон­ская, ско­рее все­го, да­же преж­де по­бе­ды Ама­сии Иу­дей­ско­го (на­ча­ло VIII ве­ка) над Едо­мом, по­то­му что Едом то­же упо­ми­на­ет­ся в чис­ле вра­гов.


В кни­ге го­во­рит­ся о свя­щен­ни­ках как о вож­дях на­ро­да, но ни­че­го не го­во­рит­ся о ца­ре. Вла­ды­ка Сер­гий считает, что это со­от­вет­ст­ву­ет об­ста­нов­ке по­сле пле­на. Эн­цик­ло­пе­дия и Хер­го­е­зер­ский го­во­рят, что весьма похоже на вре­ме­на ца­ря Ио­а­са, ко­то­рый всту­пил еще от­ро­ком на цар­ст­во­ва­ние и до при­хо­да в зре­лый воз­раст на­хо­дил­ся под опе­кой пер­во­свя­щен­ни­ка Ио­дая, то есть в 40-е го­ды IX ве­ка (4 Цар. 12:12).


Про­рок не упо­ми­на­ет Из­ра­иль­ское цар­ст­во. Вла­ды­ка Сер­гий полагает это признаком времени по­сле пле­на, по­то­му что Из­ра­иль­ское цар­ст­во не бы­ло вос­ста­нов­ле­но. Хер­го­е­зер­ский считает, что в тот мо­мент просто не бы­ло по­во­да о нем упо­ми­нать.


В кни­ге нет об­ли­че­ния идо­ло­по­клон­ст­ва, тра­ди­ци­он­но­го для до­плен­ных про­ро­ков. Ес­те­ст­вен­но, вла­ды­ка Сер­гий де­ла­ет вы­вод, что кни­га на­пи­са­на по­сле пле­на, а Хер­го­е­зер­ский го­во­рит, что в дни ца­ря Ио­а­са, осо­бен­но в пер­вую по­ло­ви­ну его прав­ле­ния, со­сто­я­ние на­ро­да бы­ло весь­ма удов­ле­тво­ри­тель­ным, по­это­му не бы­ло нуж­ды об­ли­чать его в идо­ло­по­клон­ст­ве.


В кни­ге упо­ми­на­ет­ся храм, что вла­ды­ка Сер­гий тол­ку­ет в том смыс­ле, что кни­га на­пи­са­на уже по­сле его вос­ста­нов­ле­ния, а зна­чит, уже по­сле Аг­гея и по­сле За­ха­рии. Хер­го­е­зер­ский это не ком­мен­ти­ру­ет.


За­тем в кни­ге есть об­ви­не­ние ти­рян и си­до­нян в том, что они про­да­ва­ли плен­ных иу­де­ев сы­нам Ява­на (гре­кам), из че­го вла­ды­ка Сер­гий заключает, что это то­же по­сле пле­на, ког­да гре­ки уже иг­ра­ли су­ще­ст­вен­ную роль в жиз­ни Сре­ди­зем­но­мо­рья. Хер­го­е­зер­ский это об­сто­я­тель­ст­во иг­но­ри­ру­ет. Од­на­ко сле­ду­ет за­ме­тить, что вы­ра­же­ние «сы­ны Ява­на» мож­но по­ни­мать как «фи­ли­с­тим­ля­не», быв­шие од­но­го с гре­ка­ми про­ис­хож­де­ния, или во­все пе­ре­ве­с­ти как «мор­ские пи­ра­ты» [см. 91, кн. 2, с. 347–348].


Это срав­не­ние бы­ло при­ве­де­но с тем, что­бы по­ка­зать, что прин­ци­пи­аль­но раз­ные да­ти­ров­ки с раз­бро­сом прак­ти­че­с­ки в 350 лет вы­во­дят­ся на ос­но­ва­нии од­них и тех же тек­с­тов. Сле­до­ва­тель­но, нужно при­знать, что име­ю­щих­ся дан­ных не­до­ста­точ­но для од­но­знач­но­го от­ве­та. По­это­му мы и не по­свя­ща­ем мно­го вре­ме­ни на вы­яс­не­ние то­го, ког­да бы­ла на­пи­са­на та или иная кни­га, ес­ли в ней не со­дер­жит­ся точ­ных ука­за­ний, а пред­по­чи­та­ем при­дер­жи­вать­ся пре­да­ния Церк­ви, полагая, как я уже говорил, что более древние книги в своем разделе стоят впереди более поздних.


Гря­ду­щее бед­ст­вие как про­об­раз Дня Гос­под­ня.
Главная тема книги пророка Иоиля – день Господень. На­чи­на­ет­ся книга с ви­де­ния на­ше­ст­вия са­ран­чи и за­су­хи, ко­то­рые опу­с­то­ша­ют Иу­дею: «Ос­тав­ше­е­ся от гу­се­ни­цы ела са­ран­ча, ос­тав­ше­е­ся от са­ран­чи ели чер­ви, а ос­тав­ше­е­ся от чер­вей до­ели жу­ки
» (Ио­иль 1:4). Здесь про­ро­че­с­ки изо­б­ра­жа­ют­ся на­ше­ст­вия ино­пле­мен­ни­ков. Пре­по­доб­ный Еф­рем Си­рин объясняет, что гу­се­ни­цы – это Тиг­лат­па­лас­сар, са­ран­ча – Сал­ма­нас­сар, чер­ви – Сен­на­хи­рим, а жу­ки – это На­ву­хо­до­но­сор [22, т. 6, c. 112]. Опу­с­то­ше­ние стра­ны есть про­об­раз Дня Гос­под­ня, ко­то­рый при­бли­зил­ся. Про­рок го­во­рит: «Пре­по­яшь­тесь [вре­ти­щем] и плачь­те, свя­щен­ни­ки! ры­дай­те, слу­жи­те­ли ал­та­ря! вой­ди­те, но­чуй­те во вре­ти­щах, слу­жи­те­ли Бо­га мо­е­го! ибо не ста­ло в до­ме Бо­га ва­ше­го хлеб­но­го при­но­ше­ния и воз­ли­я­ния. На­значь­те пост, объ­я­ви­те тор­же­ст­вен­ное со­бра­ние, со­зо­ви­те стар­цев и всех жи­те­лей стра­ны сей в дом Гос­по­да Бо­га ва­ше­го и взы­вай­те к Гос­по­ду. О, ка­кой день! ибо день Гос­по­день бли­зок; как опу­с­то­ше­ние от Все­мо­гу­ще­го при­дет он
» (Ио­иль 1:13–15).


Что такое день Господень? Календарная дата? Пока не ясно, но уже очевидно, что это момент, когда Господь явит свое могущество и восторжествует над всеми своими врагами. И первое, что требуется при приближении этого дня – покаяние. Этот день представляется как ка­та­ст­ро­фа. Сна­ча­ла ло­каль­но­го ха­рак­те­ра, хо­тя сам при­ход са­ран­чи, тучами покрывающей поля и уничтожающей всю растительность – немалое бедствие, которому в древние времена практически невозможно было противостоять. Но по­сте­пен­но мас­штаб бед­ст­вия рас­ши­ря­ет­ся. «Тру­би­те тру­бою на Си­о­не и бей­те тре­во­гу на свя­той го­ре Мо­ей; да тре­пе­щут все жи­те­ли зем­ли, ибо на­сту­па­ет день Гос­по­день, ибо он бли­зок – день тьмы и мра­ка, день об­лач­ный и ту­ман­ный: как ут­рен­няя за­ря рас­про­ст­ра­ня­ет­ся по го­рам на­род мно­го­чис­лен­ный и силь­ный, ка­ко­го не бы­ва­ло от ве­ка и по­сле то­го не бу­дет в ро­ды ро­дов
» (Ио­иль 2:1–2). Ис­то­ри­че­с­ки здесь изо­б­ра­жа­ет­ся гря­ду­щее ас­си­рий­ское на­ше­ст­вие, но од­но­вре­мен­но упо­ми­на­ние тьмы и мра­ка, а так­же всех жи­те­лей зем­ли, а не только Израильтян, заставляет нас видеть здесь нечто большее. «Вид его как вид ко­ней, и ска­чут они как всад­ни­ки; скачут по вер­ши­нам гор как бы со стуком колесниц,как бы с тре­с­ком ог­нен­но­го пла­ме­ни, по­жи­ра­ю­ще­го со­ло­му, как силь­ный на­род, вы­ст­ро­ен­ный к бит­ве
» (Ио­иль 2:4–5). Сна­ча­ла на­па­да­ю­щие изо­б­ра­жа­ют­ся как опыт­ное и бес­ст­раш­ное, но все же че­ло­ве­че­с­кое вой­ско, но даль­ше: «Пе­ред ни­ми по­тря­сет­ся зем­ля, по­ко­леб­лет­ся не­бо; солн­це и лу­на по­мра­чат­ся, и звез­ды по­те­ря­ют свой свет. И Гос­подь даст глас Свой пред во­ин­ст­вом Сво­им, ибо весь­ма мно­го­чис­лен­но пол­чи­ще Его и мо­гу­ще­ст­вен ис­пол­ни­тель сло­ва Его; ибо ве­лик день Гос­по­день и весь­ма стра­шен, и кто вы­дер­жит его?
» (Ио­иль 2:10–11). Те­перь уже ка­та­ст­ро­фа за­хва­ты­ва­ет всю все­лен­ную. Два пла­на по­сто­ян­но вхо­дят один в дру­гой: вид это­го на­ше­ст­вия, раз­ру­ше­ния и вид то­го, как из­ме­нит­ся не­бо и зем­ля, па­дут звез­ды, по­мерк­нет свет, и Гос­подь явит День Свой. Об­раз ска­чу­щих всад­ни­ков пе­ре­кли­ка­ет­ся, ко­неч­но, с От­кро­ве­ни­ем Ио­ан­на Бо­го­сло­ва (Откр. 9:17). За­ме­тим, что От­кро­ве­ние Ио­ан­на Бо­го­сло­ва, дей­ст­ви­тель­но, за­вер­ша­ет со­бой биб­лей­ский ка­нон, по­то­му что вби­ра­ет в се­бя мас­су вет­хо­за­вет­ных об­ра­зов, в ко­то­рых за­клю­че­но бы­ло пред­ска­за­ние Дня Гос­под­ня, Вто­ро­го при­ше­ст­вия.


Бла­го­сло­ве­ние Бо­жие. Про­ро­че­ст­во о Свя­том Ду­хе.
Глав­ное, что долж­но про­изой­ти в День Гос­по­день – нрав­ст­вен­ное об­нов­ле­ние, начало которому полагает покаяние. Про­рок по­ка­зы­ва­ет, кто мо­жет вы­дер­жать гря­ду­щее бед­ст­вие: «Но и ны­не еще говорит Господь: об­ра­ти­тесь ко Мне всем серд­цем своим в по­сте, пла­че и ры­да­нии. Раз­ди­рай­те серд­ца ва­ши, а не одеж­ды ва­ши, и об­ра­ти­тесь к Гос­по­ду Бо­гу ва­ше­му; ибо Он благ и ми­ло­серд, дол­го­тер­пе­лив и мно­го­ми­ло­с­тив и со­жа­ле­ет о бед­ст­вии. Кто зна­ет, не сжа­лит­ся ли Он и не ос­та­вит ли бла­го­сло­ве­ния

» (Ио­иль 2:12–14).


Тем, кто по­ка­ет­ся, Гос­подь обе­ща­ет свое бла­го­сло­ве­ние и го­во­рит, что воз­даст «за те го­ды, ко­то­рые по­жи­ра­ли са­ран­ча, чер­ви, жу­ки и гу­се­ни­ца, ве­ли­кое вой­ско Мое, ко­то­рое по­слал Я на вас. И до сы­то­с­ти бу­де­те есть и на­сы­щать­ся и сла­вить имя Гос­по­да Бо­га ва­ше­го, Ко­то­рый див­ное со­де­лал с ва­ми, и не по­сра­мит­ся на­род Мой во ве­ки. И уз­на­е­те, что Я – по­сре­ди Из­ра­и­ля, и Я – Гос­подь Бог ваш, и нет дру­го­го, и Мой на­род не по­сра­мит­ся во­ве­ки. И бу­дет по­сле то­го, из­лию от Ду­ха Мо­е­го на вся­кую плоть, и бу­дут про­ро­че­ст­во­вать сы­ны ва­ши и до­че­ри ва­ши; стар­цам ва­шим бу­дут снить­ся сны, и юно­ши ва­ши бу­дут ви­деть ви­де­ния. И так­же на ра­бов и на ра­бынь в те дни из­лию от Ду­ха Мо­е­го
» (Ио­иль 2:25–29). Здесь предсказаны но­во­за­вет­ные события, по­то­му что имен­но на это про­ро­че­ст­во ссы­ла­ет­ся апо­с­тол Петр в день Пя­ти­де­сят­ни­цы (Деян. 2:16–18).


Суд Бо­жий и спа­се­ние.
«Так сказав о дарах, преподанных Божественным Духом, по первом пришествии Спасителя нашего, предрекает Бог и то, что будет перед вторым пришествием» [74, ч. 4, с. 286]. «И по­ка­жу зна­ме­ния на не­бе и на зем­ле: кровь и огонь и стол­пы ды­ма. Солн­це пре­вра­тит­ся во тьму и лу­на – в кровь, преж­де не­же­ли на­сту­пит день Гос­по­день, ве­ли­кий и страш­ный. И бу­дет: вся­кий, кто при­зо­вет имя Гос­под­не, спа­сет­ся; ибо на го­ре Си­о­не и в Ие­ру­са­ли­ме бу­дет спа­се­ние, как ска­зал Гос­подь, и у ос­таль­ных, ко­то­рых при­зо­вет Гос­подь
» (Ио­иль 2:30–32). Это ме­с­то в по­сла­нии к Рим­ля­нам ци­ти­ру­ет апо­с­тол Па­вел (Рим. 10:13), при­ла­гая его к тем вре­ме­нам, в ко­то­рые он сам жил, что спа­сет­ся и най­дет убе­жи­ще у Бо­га тот, кто бу­дет при­зы­вать имя Его. Та­ким об­ра­зом, вы­ст­ра­и­ва­ет­ся сле­ду­ю­щая по­сле­до­ва­тель­ность со­бы­тий: Гол­го­фа (Ио­иль 2:10–11), Пя­ти­де­сят­ни­ца (Ио­иль 2:25–29), Вто­рое при­ше­ст­вие (Ио­иль 2:30–31).


В богослужении рождественского цикла эти знамения истолковываются применительно к Рождеству Христову: «Кровь и огнь и курение дыма, чудеса на земли, яже провиде Иоиль. Кровь, воплощение: огнь божество: курение же дыма, Дух Святый, нашедый на Деву, и мир облагоухавший. Велие таинство Твоего вочеловечения, Господи, слава Тебе»[40]
.


В кон­це книги день Гос­по­день изо­б­ра­жа­ет­ся как жат­ва: «Пу­с­ти­те в де­ло сер­пы, ибо жат­ва со­зре­ла; иди­те, спу­с­ти­тесь, ибо то­чи­ло пол­но и под­то­чи­лия пе­ре­ли­ва­ют­ся, по­то­му что зло­ба их ве­ли­ка
» (Ио­иль 3:13). То­ же мы ви­дим в еван­гель­ских прит­чах, когда Вто­рое при­ше­ст­вие изо­б­ра­жа­ет­ся в ви­де жат­вы (Мф. 13:30). Все на­ро­ды долж­ны при­го­то­вить­ся как для вой­ны и явить­ся пред су­дом Бо­жи­им. Избранные же люди должны приготовить себя к великим делам как к битве: «Пе­ре­куй­те ора­ла ва­ши на ме­чи и сер­пы ва­ши на ко­пья; сла­бый пусть го­во­рит: “я си­лен”
» (Ио­иль 3:10). Враги Божии будут истреблены. По­сле то­го Гос­подь во­ца­рит­ся и бу­дет оби­тать в Си­о­не. Ко­неч­ное бла­го­сло­ве­ние изо­б­ра­жа­ет­ся в ви­де про­цве­та­ния: «И бу­дут в тот день: го­ры будут ка­пать ви­ном и хол­мы по­те­кут мо­ло­ком, и все рус­ла Иу­дей­ские на­пол­нят­ся во­дою, а из до­ма Гос­под­ня вый­дет ис­точ­ник, и бу­дет на­по­ять до­ли­ну Сит­тим… А Иу­да бу­дет жить веч­но, и Ие­ру­са­лим – в ро­ды ро­дов. Я смою кровь их, ко­то­рую не смыл еще, и Гос­подь бу­дет оби­тать на Си­о­не
» (Ио­иль 3:18, 20–21).


Ко­неч­ное бла­го­сло­ве­ние ча­с­то изо­б­ра­жа­ет­ся у про­ро­ков в ви­де ма­те­ри­аль­но­го изо­би­лия, хо­тя мы с ва­ми как лю­ди но­во­за­вет­ные зна­ем, что это не сов­сем так, что де­ло не в мо­ло­ке и не в его ко­ли­че­ст­ве и не в ко­ли­че­ст­ве ви­на. Здесь раз­ре­ша­ет­ся не­ко­то­рая про­бле­ма. В Пя­ти­кни­жии, в За­ко­не, все ме­ри­лось, дей­ст­ви­тель­но, как бы ма­те­ри­аль­ны­ми кри­те­ри­я­ми. Бу­дешь Бо­га слу­шать­ся – бу­дет у те­бя и хлеб, и дом, и скот и т.д., не бу­дешь слу­шать­ся – те­бя убь­ют, за­ре­жут и ог­ра­бят и т.д., то есть, все в рам­ках зем­ной жиз­ни. Но ока­зы­ва­ет­ся, что не сле­ду­ет это все трак­то­вать так гру­бо и по-плот­ски, как это де­ла­ли иу­деи во вре­ме­на Хри­с­та, или со­вре­мен­ные тол­ко­ва­те­ли-бук­ва­ли­с­ты. Да­же у Мо­и­сея по­сто­ян­но про­скаль­зы­ва­ют та­кие вы­ра­же­ния, ко­то­рые не мо­гут быть ис­тол­ко­ва­ны бук­валь­но. Точ­но так же и здесь. По­нят­но, что это, ко­неч­но же, сим­вол тех благ, ко­то­рые уго­то­ва­ны спа­сен­ным. Апо­с­тол Па­вел, воз­не­сен­ный «до тре­ть­е­го не­ба
…был вос­хи­щен в рай и слы­шал не­из­ре­чен­ные сло­ва, ко­то­рых че­ло­ве­ку нель­зя пе­ре­ска­зать
» (2 Кор. 12:2–4). И по не­воз­мож­но­с­ти опи­сать че­ло­ве­че­с­ки­ми сло­ва­ми те бла­га, ко­то­рые Гос­подь при­го­то­вил для че­ло­ве­ка, они опи­сы­ва­ют­ся в та­ких по­нят­ных для слу­ша­те­лей про­ро­ка образах.


Из про­ро­че­с­ких книг мы яс­но уви­дим, что с на­ступ­ле­ни­ем дня Гос­под­ня бу­дет свя­за­но ус­та­нов­ле­ние Но­во­го За­ве­та, из­бран­ным на­ро­дом ко­то­ро­го бу­дет но­вый Из­ра­иль – Цер­ковь. По­это­му к ней мы и долж­ны от­но­сить эти и дру­гие бла­гие обе­то­ва­ния.


Итак, день Господень – это день воздаяния и торжества правды Божией, день спасения и прославления всех верных ему, день обновления твари. Мы видим, что под этим днем можно понимать судьбоносные поворотные моменты в истории Израиля, например, разрушение Иерусалима Навуходоносором. Но также в описании содержатся пророчества о первом и втором пришествиях Христовых, когда будет разрушена держава диавола и явится Царство Небесное.


Бо­го­слу­жеб­ное упо­треб­ле­ние.
Из кни­ги про­ро­ка Ио­и­ля бе­рут­ся три па­ре­мии, од­на из ко­то­рых (об из­ли­я­нии Свя­то­го Ду­ха) чи­та­ет­ся на ве­чер­не Свя­той Пя­ти­де­сят­ни­цы (Иоиль 2:23–32), а две дру­гие (из вто­рой и тре­ть­ей гла­вы о су­де Бо­жи­ем) – в сре­ду Сыр­ной сед­ми­цы на ча­сах (Иоиль 2:12–26) и на ве­чер­не (Иоиль 3:12–21).



25.3. Кни­га про­ро­ка Амoса

Про­рок Амос про­ро­че­ст­во­вал во время царей Озии Иудейского и Иеровоама Изральского в се­вер­ном цар­ст­ве, хо­тя он был по сво­е­му про­ис­хож­де­нию жи­те­лем Иу­деи, из Фе­кои; как он сам пи­шет (Ам. 1:1), это по­се­ле­ние, на­хо­див­ше­е­ся не­да­ле­ко от Ие­ру­са­ли­ма. Мы ви­дим, что в от­ли­чие от многих дру­гих про­ро­ков, он может быть был простым пастухом. И дей­ст­ви­тель­но, ес­ли по­смо­т­реть на те об­ра­зы и срав­не­ния, ко­то­рые при­во­дит про­рок, то они дей­ст­ви­тель­но го­раз­до бо­лее под­хо­дят мы­ш­ле­нию и ре­чи сель­ско­го жи­те­ля, все они бе­рут­ся из по­всед­нев­ной кре­с­ть­ян­ской об­ста­нов­ки и при этом не ста­но­вят­ся как-то ме­нее глу­бо­ки­ми и ме­нее уязв­ля­ю­щи­ми, чем у дру­гих про­ро­ков.


О своем призвании пророк Амос упоминает в связи со следующими обстоятельствами. Служивший в Вефильском храме священник Амасия потребовал, чтобы пророк ушел в землю иудейскую и не пророчествовал в Вефиле «ибо он – святыня царя и дом царский
» (Ам. 7:13). На это Амос ему ответил: «я – не пророк и не сын пророка; я был пастух и собирал смоквы. Но Господь взял меня от овец и сказал мне Господь: “иди, пророчествуй народу моему Израилю“
» (Ам. 7:14–15). То есть служение Амоса определяется не его происхождением, но призванием. И власть Того, Кто послал пророка, выше власти царя, который считался покровителем храма в Вефиле.


Кни­га про­ро­ка Амо­са продолжает тему дня Господня. В ней основное внимание уделяется тому, что день Господень – это день суда. Ес­ли у Осии о су­де го­во­рит­ся, как о не­ко­то­рой не­из­беж­но­с­ти то­го по­ло­же­ния, в ко­то­рое из­ра­иль­тя­не при­шли, о же­ла­нии ис­пра­вить эту си­ту­а­цию, об ис­це­ля­ю­щем дей­ст­вии люб­ви Бо­жи­ей к на­ро­ду, то у Амо­са суд пред­ста­ет строгим и нелицеприятным.


Суд над язы­че­с­ки­ми на­ро­да­ми.
На­чи­на­ет­ся кни­га про­ро­ка Амо­са с пред­ска­за­ния су­да над ок­ре­ст­ны­ми на­ро­да­ми, сре­ди ко­то­рых Да­маск, то есть си­рий­цы, Га­за фи­ли­с­тим­ская, Тир фи­ни­кий­ский, Едом, ам­мо­ни­тя­не и мо­а­ви­тя­не – все те, кто ок­ру­жа­ли Из­ра­иль.


Чи­тая Пи­са­ние, мы до­воль­но ча­с­то про­пу­с­ка­ем про­ро­че­ст­ва о раз­ных го­ро­дах и на­ро­дах, хо­тя они то­же весь­ма ин­те­рес­ны для изу­че­ния. В за­ко­не Мо­и­се­е­вом од­ним из при­зна­ков ис­тин­но­го про­ро­ка на­зва­но ис­пол­не­ние его про­ро­честв (Втор. 18:22). Для то­го, что­бы лиш­ний раз удо­с­то­ве­рить се­бя в том, что ис­пол­нит­ся все, что го­во­ри­ли про­ро­ки о су­де, о на­ка­за­нии Бо­жи­ем, о Его бла­го­сло­ве­нии, нужно посмотреть, ис­пол­ни­лось ли уже что-ни­будь, что мож­но про­ве­рить, на­при­мер, про­ро­че­ст­ва о Ти­ре, об Ас­ка­ло­не, о Ни­не­вии и т.д. Открытия историков и археологов показывают, что те фра­зы, ко­то­рые на­ми нередко вос­при­ни­ма­ют­ся про­сто как ли­те­ра­тур­ный при­ем, как по­эти­че­с­кий об­раз, ис­пол­ни­лись бук­валь­но. Гос­подь ска­зал, что ни­что не прей­дет из за­ко­на, по­ка все не сбу­дет­ся. И изу­че­ние ис­то­рии, судь­бы раз­ных го­ро­дов, на­ро­дов по­ка­зы­ва­ет, что дей­ст­ви­тель­но, все это та­ким об­ра­зом и сбы­лось. Но раз сбы­лись эти про­ве­ря­е­мые про­ро­че­ст­ва, зна­чит, долж­ны ис­пол­нить­ся и все остальные.


Смысл про­ро­че­ст­ва о дру­гих на­ро­дах еще и в том, что Бог есть Бог всей зем­ли, и тре­бо­ва­ния нравственного закона одинаковы для всех людей. Взгля­ни­те, ка­кие об­ви­не­ния предъ­яв­ля­ют­ся на­ро­дам. Идо­ло­по­клон­ст­во, не­ве­де­ние ис­тин­но­го Бо­га? Нет. Не­ми­ло­сер­дие, же­с­то­кость, от­сут­ст­вие бра­то­лю­бия, – вот что осуж­да­ет Гос­подь. Уме­ст­но бу­дет вспом­нить осуж­де­ние из­ра­иль­ско­го ца­ря Аха­ва. «Так го­во­рит Гос­подь: на том ме­с­те, где псы ли­за­ли кровь На­ву­фея, псы бу­дут ли­зать и твою кровь
» (3 Цар. 21:19). То, что мы ви­дим в кни­ге про­ро­ка Амо­са, ис­сле­до­ва­те­ли ино­гда на­зы­ва­ют эти­че­с­ким уни­вер­са­лиз­мом: ко всем лю­дям предъ­яв­ля­ют­ся од­ни и те же тре­бо­ва­ния прав­ды Бо­жи­ей.


Суд над Иудой и Израилем.
По­сле про­ро­честв об ок­ре­ст­ных на­ро­дах на­чи­на­ют­ся про­ро­че­ст­ва об Иу­де и об Из­ра­и­ле (Ам. 2:4 – 4:13), при­чем под­ряд и в той же са­мой фор­ме, как го­во­ри­лось о Да­ма­с­ке, об Ам­мо­не, о Мо­а­ве: «за три пре­ступ­ле­ния сы­нов Ам­мо­но­вых и за че­ты­ре не по­ща­жу их
» (Ам. 2:1), – из­ве­ст­ный нам уже при­ем, ко­то­рый по­ка­зы­ва­ет не кон­крет­ное чис­ло пре­ступ­ле­ний, но ис­пол­не­ние их ме­ры, за ко­то­рой сле­ду­ет на­ка­за­ние. И ког­да речь до­хо­дит до Иу­деи, то к иу­де­ям про­рок об­ра­ща­ет­ся те­ми же са­мы­ми сло­ва­ми, что и к языч­ни­кам: «За три пре­ступ­ле­ния Иу­ды и за че­ты­ре не по­ща­жу его
» (Ам. 2:4). Так, ес­ли мож­но вы­ра­зить­ся, изящ­но, но бес­по­щад­но про­рок пе­ре­хо­дит к об­ли­че­нию Иу­деи и Из­ра­и­ля. Он под­чер­ки­ва­ет, что иу­деи и из­ра­иль­тя­не прин­ци­пи­аль­но ни­чем от дру­гих на­ро­дов не от­ли­ча­ют­ся: «Не та­ко­вы ли, как сы­ны Ефи­оп­лян, и вы для Ме­ня, сы­ны Из­ра­и­ле­вы? го­во­рит Гос­подь. Не Я ли вы­вел Из­ра­и­ля из зем­ли Еги­пет­ской и Фи­ли­с­тим­лян
– из Ка­ф­то­ра, и Арам­лян
– из Ка­и­ра? Вот, очи Гос­по­да Бо­га
– на греш­ное цар­ст­во, и Я ис­треб­лю его с ли­ца зем­ли
» (Ам. 9:7–8). О мно­гих на­ро­дах про­мы­ш­лял Бог, и это еще не по­вод для пре­воз­но­ше­ния. Ско­рее, на­обо­рот.


Как мы уже видели, языч­ни­ков Гос­подь су­дит не столько за то, что они при­тес­ня­ли именно иу­де­ев, и не за то, что они бы­ли языч­ни­ка­ми, но главным обвинением является то, что они же­с­то­ко и бес­че­ло­веч­но об­ра­ща­лись с людьми вообще. То есть Гос­подь их су­дит, как принято сейчас говорить, с точ­ки зре­ния «об­ще­че­ло­ве­че­с­ких цен­но­с­тей».


Но Иу­де и Из­ра­и­лю главное обвинение иное. «Так го­во­рит Гос­подь: за три пре­ступ­ле­ния Иу­ды и за че­ты­ре не по­ща­жу его, по­то­му что от­вер­г­ли за­кон Гос­по­день и по­ста­нов­ле­ний Его не со­хра­ни­ли, и идо­лы их, вслед ко­то­рых хо­ди­ли от­цы их, со­вра­ти­ли их с пу­ти
» (Ам. 2:4). Этим их ви­на усу­губ­ля­ет­ся. И толь­ко за­тем уже го­во­рит­ся: «За три пре­ступ­ле­ния Из­ра­и­ля и за че­ты­ре не по­ща­жу его, по­то­му что про­да­ют пра­во­го за се­ре­б­ро и бед­но­го – за па­ру сан­да­лий. Жаж­дут, что­бы прах зем­ной был на го­ло­ве бед­ных, и путь крот­ких из­вра­ща­ют; да­же отец и сын хо­дят к од­ной жен­щи­не, что­бы бес­сла­вить свя­тое имя Мое. На одеж­дах, взя­тых в за­лог, воз­ле­жат при вся­ком жерт­вен­ни­ке, и ви­но, [взы­с­ки­ва­е­мое] с об­ви­нен­ных, пьют в до­ме бо­гов сво­их
» (Ам. 2:6–8). Неправда и идолослужение тесно переплетаются.


Кни­га про­ро­ка Амо­са – это кни­га от­кро­ве­ния, прав­ды или пра­вед­но­с­ти Бо­жи­ей, под которой мы понимаем святость Божию, к участию в которой призваны все люди, и Его справедливое правосудие, воздающее каждому по его делам (Пс. 9:9; 84:11). Для че­ло­ве­ка прав­да Бо­жия от­кры­ва­ет­ся, в ча­ст­но­с­ти, в том, что для него ус­та­нов­лен нравственный по­ря­док или закон, соблюдая который человек восходит к единению с Богом.


Пророк Амос показывает, что че­ло­ве­че­с­кая прав­да толь­ко тог­да яв­ля­ет­ся та­ко­вой, ес­ли она оп­рав­да­на Бо­гом, при­чем в этом-то и за­клю­ча­ет­ся эти­че­с­кий уни­вер­са­лизм, что Бог ус­та­но­вил нрав­ст­вен­ный за­кон не толь­ко для ка­ко­го-то от­дель­но­го на­ро­да и не толь­ко для ка­ких-то от­дель­ных пред­ста­ви­те­лей это­го на­ро­да, но для всех лю­дей.


И с этой точ­ки зре­ния рас­сма­т­ри­ва­ет­ся и сам За­вет. Он не есть при­ви­ле­гия из­ра­иль­тян, или, по край­не ме­ре, при­ви­ле­гия не в том смыс­ле, в ка­ком они ее тол­ко­ва­ли. Завет не ставил народ Израиля в превосходящее положение по отношению к другим народам, он возлагал на Израиль бо
льшую ответственность. Из­ра­иль дол­жен быть сви­де­те­лем этой прав­ды пе­ред все­ми на­ро­да­ми: «Толь­ко вас при­знал я из всех пле­мен зем­ли, по­то­му и взы­щу с вас за все без­за­ко­ния ва­ши
» (Ам. 3:2). Про­бле­ма, по-ви­ди­мо­му, в том, что из­ра­иль­тя­не, чув­ст­вуя се­бя на­ро­дом Бо­жи­им и по­ни­мая – им это бы­ло от­кры­то – что де­ло Бо­жие в ми­ре со­вер­ша­ет­ся именно через них, по­сте­пен­но ста­ли отож­де­ств­лять вся­кое свое де­ло с де­лом Бо­жи­им. По­это­му, ожи­дая ко­неч­но­го тор­же­ст­ва Бо­жия, они ста­ли ожи­дать его в ви­де сво­е­го соб­ст­вен­но­го тор­же­ст­ва, и по­это­му ожи­да­ние су­да Бо­жия, ожи­да­ние от­кры­тия Дня Гос­под­ня пред­став­ля­лось как ожи­да­ние сво­ей по­бе­ды над вра­га­ми. Гос­подь при­дет, со­кру­шит всех языч­ни­ков и про­сла­вит Свой на­род, даст им бо­гат­ст­во, власть, си­лу, про­цве­та­ние и т.д.


Но ока­зы­ва­ет­ся, что это не сов­сем так и что тор­же­ст­во Бо­жие не впол­не со­еди­ня­ет­ся с тор­же­ст­вом из­ра­иль­тян. Гос­подь го­во­рит: «Горе желающим дня Господня! для чего вам этот день Господень? он тьма, а не свет, то же, как если бы кто убежал от льва, и попался бы ему навстречу медведь, или если бы пришел домой и оперся рукою о стену, и змея ужалила бы его. Разве день Господень не мрак, а свет? он тьма, и нет в нем сияния
» (Ам. 5:18–20). Гос­подь пре­ду­преж­да­ет Из­ра­и­ль, что суд нач­нет­ся с не­го.


Бла­жен­ный Фе­о­до­рит да­ет еще од­но объ­яс­не­ние сло­вам про­ро­ка: «По­ели­ку на­шлись лю­ди, вос­пи­тан­ные в дер­зо­с­ти и са­мо­уве­рен­но­с­ти, ко­то­рые ос­па­ри­ва­ли про­ро­че­с­кие пред­ве­ща­ния, по­сме­и­ва­лись им, на­зы­вая лож­ны­ми гла­го­лы Бо­жии, и тре­буя ис­пол­не­ния пред­ре­че­ний, то Вла­ды­ка на­зы­ва­ет их до­стой­ны­ми оп­ла­ки­ва­ния, как вож­де­ле­ва­ю­щих уви­деть тьму вме­с­то све­та. Же­ла­ю­щие ви­деть ис­пол­не­ние про­ро­честв, го­во­рит Он, ни­чем не от­ли­ча­ют­ся от че­ло­ве­ка, ко­то­рый из­бег от на­па­да­ю­ще­го льва, но по­сле не­го встре­ча­ет мед­ве­дя, по­том, со стра­хом ук­ры­ва­ясь в дом свой, в смя­те­нии, вол­ну­ю­щем ду­шу его, не­о­смо­т­ри­тель­но опи­ра­ет­ся ру­кой о сте­ну, и его уг­ры­за­ет лю­тая змея. Как этот че­ло­век уви­дит в тот день мрак, а не луч све­та, так и они в день на­ка­за­ния пре­да­ны бу­дут глу­бо­кой тьме» [74, т. 29, с. 313].


Как и пророк Осия, пророк Амос показывает, что насылая бедствия, Бог подвигает людей к покаянию: «За то и дал Я вам го­лые зу­бы во всех го­ро­дах ва­ших и не­до­ста­ток хле­ба во всех се­ле­ни­ях ва­ших; но вы не об­ра­ти­лись ко Мне, го­во­рит Гос­подь. И удер­жи­вал от вас дождь, … по­ра­жал вас ржею и блек­ло­с­тию хле­ба; мно­же­ст­во са­дов ва­ших .. по­жи­ра­ла гу­се­ни­ца, – и при всем том вы не об­ра­ти­лись ко Мне, го­во­рит Гос­подь
» (Ам. 4:6, 7, 9). Ка­жет­ся, что есть еще воз­мож­ность по­ка­ять­ся, но в ре­зуль­та­те то­го, что они все это от­вер­г­ли, «упа­ла, не вста­ет бо­лее де­ва Из­ра­и­ле­ва! По­вер­же­на на зем­ле сво­ей, и не­ко­му под­нять ее
» (Ам. 5:2).


Здесь нам мо­жет по­ка­зать­ся, что речь идет толь­ко об ис­то­ри­че­с­ком Из­ра­и­ле, ко­то­рый Гос­подь не­ког­да по­ра­зил. Но ес­ли мы от­кро­ем пер­вое по­сла­ние апо­с­то­ла Пе­т­ра, то уви­дим, что он го­во­рит: «Ибо вре­мя на­чать­ся су­ду с до­ма Бо­жия, ес­ли же преж­де с нас нач­нет­ся, то ка­кой ко­нец не­по­ко­ря­ю­щим­ся Еван­ге­лию Божию?
» (1 Пет. 4:17). Си­ту­а­ция с вет­хим Из­ра­и­лем, ко­то­рый бу­дет су­дим и бу­дет при­ве­ден на суд пер­вым сре­ди всех на­ро­дов, хо­тя он на­де­ял­ся, в си­лу сво­е­го из­бран­ни­че­ст­ва быть вне вся­ких нрав­ст­вен­ных тре­бо­ва­ний и тво­рить все, что вздумается, но все рав­но быть Бо­гу угод­ным и все­гда поль­зо­вать­ся по­кро­ви­тель­ст­вом Бо­жи­им и с которого бу­дет спро­ше­но стро­же, чем со всех ос­таль­ных на­ро­дов, ока­зы­ва­ет­ся, от­но­сит­ся и к но­во­му Из­ра­и­лю, к Церк­ви.


Ес­ли нрав­ст­вен­ный за­кон бу­дет по­пи­рать­ся, ес­ли прав­да, спра­вед­ли­вость не бу­дут вос­ста­нов­ле­ны, то тог­да нет спа­се­ния ни в чем, да­же в жерт­вах и во внеш­нем по­кло­не­нии Бо­гу. Гос­подь воз­ве­ща­ет: «Не­на­ви­жу, от­вер­гаю пра­зд­ни­ки ва­ши и не обо­няю жертв во вре­мя тор­же­ст­вен­ных со­бра­ний ва­ших. Ес­ли при­не­се­те Мне все­со­ж­же­ние и хлеб­ное при­но­ше­ние, Я не при­му их и не при­зрю на бла­го­дар­ст­вен­ную жерт­ву из туч­ных тель­цов ва­ших
» (Ам. 5:21–22). Здесь кста­ти мож­но вспом­нить еван­гель­скую прит­чу о Страш­ном Су­де. Ведь там ни­че­го не го­во­рит­ся ни о мо­лит­вен­ном пра­ви­ле, ни о хож­де­нии в цер­ковь, ни о чем та­ком, что обыч­но от­но­сят к ре­ли­ги­оз­ной сфе­ре. Да­же не го­во­рит­ся о том, ве­ри­ли вы в Бо­га или нет, по­кло­ня­лись или не по­кло­ня­лись. В прит­че тре­бо­ва­ния ле­жат как буд­то ис­клю­чи­тель­но в пла­не со­ци­аль­ной и че­ло­ве­че­с­кой спра­вед­ли­во­с­ти. Зна­чит ли это, что на са­мом де­ле Гос­подь не спро­сит по­том, ве­ру­ем мы в Не­го или не ве­ру­ем? Гос­подь, не­со­мнен­но, спро­сит, но этот во­прос, со­вер­шен­но оче­вид­но, свя­зан со всем вы­ше­из­ло­жен­ным. Так­ же, как Гос­подь от­ве­тил на во­прос о глав­ной за­по­ве­ди двой­ным от­ве­том: «Воз­лю­би Гос­по­да Бо­га Тво­е­го <…>, и ближ­не­го тво­е­го, как са­мо­го се­бя
» (Лк. 10:27). Апо­с­тол Ио­анн Бо­го­слов го­во­рит, что не­воз­мож­но раз­ве­с­ти меж­ду со­бой эти две за­по­ве­ди, по­это­му в од­ном про­яв­ля­ет­ся вто­рое (1 Ин. 2:9–11). Ес­ли бы по­кло­не­ние из­ра­иль­тян Бо­гу бы­ло ис­тин­ным, то, не­со­мнен­но, бы­ло бы пра­вед­ным и их по­ве­де­ние, и на­обо­рот. Толь­ко в том слу­чае, ес­ли они пра­вед­ны, ес­ли они до­стой­ны Бо­га сво­е­го, то в этом слу­чае име­ет це­ну и это их бо­го­слу­же­ние.


«…За то Я пе­ре­се­лю вас за Да­маск, го­во­рит Гос­подь
» (Ам. 5:27). Это про­ро­че­ст­во об ас­си­рий­ском и ва­ви­лон­ском пле­не­ни­ях.


Сим­во­ли­че­с­кие ви­де­ния.
Суд и по­ги­бель в этой кни­ге так­же пред­ре­ка­ют­ся по­сред­ст­вом не­сколь­ких сим­во­ли­че­с­ких ви­де­ний. Гря­ду­щая ги­бель и на­ка­за­ние изо­б­ра­жа­ет­ся, как и у Иоиля, в ви­де са­ран­чи, ко­то­рая идет для то­го, что­бы унич­то­жить всю тра­ву (Ам. 7:1–2), в ви­де ог­ня: «Гос­подь Бог про­из­вел для су­да огонь, - и он по­жрал ве­ли­кую пу­чи­ну, пожрал и часть зем­ли
» (Ам. 7:4). Пер­вые два бед­ст­вия про­рок от­вра­ща­ет сво­ей мо­лит­вой. За­тем он видит свин­цо­вый от­ве­с: «И Господь сказал: вот, по­ло­жу от­вес сре­ди на­ро­да Мо­е­го, Израиля, и
не бу­ду бо­лее про­щать ему
» (Ам. 7:8). По этому отвесу бу­дет стро­го и не­ли­це­при­ят­но из­ме­ре­на прав­да всех лю­дей. По­сле это­го ви­де­ния про­ро­ка пы­та­ют­ся из­гнать из Ве­фи­ля: «Про­ви­дец! пой­ди и уда­лись в зем­лю Иу­ди­ну; там ешь хлеб и там про­ро­че­ст­вуй, а в Ве­фи­ле боль­ше не про­ро­че­ст­вуй
» (Ам. 7:12). Этим под­тверж­да­ет­ся спра­вед­ли­вость оп­ре­де­ле­ний Бо­жи­их. За­тем ви­де­ние кор­зи­ны со спе­лы­ми пло­да­ми. Гос­подь го­во­рит: «Что ты ви­дишь, Амос? Я от­ве­тил: кор­зи­ну со спе­лы­ми пло­да­ми. Тог­да Гос­подь ска­зал мне: при­спел ко­нец на­ро­ду Мо­е­му Из­ра­и­лю: не бу­ду бо­лее про­щать ему
» (Ам. 8:2). Эти об­ра­зы по­вто­ря­ют­ся и у дру­гих про­ро­ков. Об­раз кор­зи­ны с пло­да­ми – у Ие­ре­мии (Иер. 24:1), об­раз са­ран­чи – у Ио­и­ля (Иоиль 1:4–7) и т.д. В пророческих книгах определенные образы имеют устойчивый смысл. И на­ко­нец, про­рок Амос ви­дит Гос­по­да, сто­я­ще­го над жерт­вен­ни­ком, Ко­то­рый по­ка­зы­ва­ет ему раз­ру­ше­ние хра­ма. При­чем сно­ва это раз­ру­ше­ние хра­ма пре­вос­хо­дит обыч­ные че­ло­ве­че­с­кие мас­шта­бы. Гос­подь го­во­рит: «Хо­тя бы они за­ры­лись в пре­ис­под­нюю, и от­ту­да ру­ка Моя возь­мет их; хо­тя бы они взо­шли на не­бо, и от­ту­да сверг­ну их
» (Ам. 9:2).


День Гос­по­день – это нечно большее, чем только день на­ка­за­ния за люд­ские гре­хи. «И бу­дет в тот день, го­во­рит Гос­подь Бог: про­из­ве­ду за­кат солн­ца в пол­день и ом­ра­чу зем­лю сре­ди свет­ло­го дня, и об­ра­щу пра­зд­ни­ки ва­ши в се­то­ва­ние и все пес­ни ва­ши в плач,… и про­из­ве­ду в стра­не плач, как о един­ст­вен­ном сы­не, и ко­нец ее бу­дет, как горь­кий день
» (Ам. 8:9–10). Та­кое по­мра­че­ние солн­ца про­изо­ш­ло при рас­пя­тии Спа­си­те­ля. Пе­ред этим го­во­рит­ся: «Клял­ся Гос­подь сла­вою Иа­ко­ва: по­ис­ти­не во­ве­ки не за­бу­ду ни од­но­го из дел их! Не по­ко­леб­лет­ся ли от это­го зем­ля, и не вос­пла­чет ли каж­дый, жи­ву­щий на ней? Взвол­ну­ет­ся вся она, как ре­ка, и бу­дет под­ни­мать­ся и опу­с­кать­ся, как ре­ка Еги­пет­ская
» (Ам. 8:7–8). Речь идет не про­сто о за­хва­те Са­ма­рии вой­ска­ми, но о со­бы­тии ми­ро­во­го мас­шта­ба. Мы по­мним о зем­ле­тря­се­нии, ко­то­рое бы­ло во вре­мя рас­пя­тия, и о той все­мир­ной ка­та­ст­ро­фе, ко­то­рой нам пред­став­ля­ет­ся Вто­рое при­ше­ст­вие Спа­си­те­ля. Од­ним из при­зна­ков по­след­них вре­мен, о ко­то­рых го­во­рит про­рок Амос, бу­дет жаж­да сло­ва Бо­жия: «Вот, на­сту­па­ют дни, го­во­рит Гос­подь Бог, ког­да я по­ш­лю на зем­лю го­лод, – не го­лод хле­ба, не жаж­ду во­ды, но жаж­ду слы­ша­ния слов Гос­под­них. И бу­дут хо­дить от мо­ря до мо­ря, и ски­тать­ся от се­ве­ра к вос­то­ку, ища сло­ва Гос­под­ня, и не най­дут его
» (Ам. 8:11–12). Про­рок го­во­рит, что Гос­подь Бог кос­нет­ся зем­ли, и она рас­та­ет, и вос­пла­чут все жи­ву­щие на ней (Ам. 9:5).


«Вот, очи Гос­по­да Бо­га – на греш­ное цар­ст­во, и Я ис­треб­лю его с ли­ца зем­ли; но дом Иа­ко­ва не сов­сем ис­треб­лю, го­во­рит Гос­подь
» (Ам. 9:8). Со­хра­нит­ся ос­та­ток, ко­то­рый спа­сет­ся, не­смо­т­ря на то, что из­бран­ный на­род осуж­ден, и вот этот ос­та­ток и бу­дет уча­ст­ни­ком в ра­до­ст­ном цар­ст­ве Мес­сии.


За­клю­чи­тель­ное бла­го­сло­ве­ние.
В са­мом кон­це кни­ги Гос­подь обе­ща­ет че­рез про­ро­ка ра­дость и бла­го­сло­ве­ние. Он го­во­рит: «В тот день Я вос­ста­нов­лю ски­нию Да­ви­до­ву пад­шую, за­де­лаю тре­щи­ны в ней и раз­ру­шен­ное вос­ста­нов­лю, и ус­т­рою ее, как в дни древ­ние, что­бы они ов­ла­де­ли ос­тат­ком Едо­ма и все­ми на­ро­да­ми, меж­ду ко­то­ры­ми воз­ве­с­тит­ся имя Мое, го­во­рит Гос­подь, тво­ря­щий все сие
» (Ам. 9:11–12). Здесь про­ро­че­ст­во о воз­ве­ще­нии име­ни Гос­под­ня сре­ди на­ро­дов, об ус­т­ро­е­нии Церк­ви но­во­за­вет­ной и о при­зва­нии в Цер­ковь языч­ни­ков, ко­то­рые не­ред­ко в Пи­са­нии на­зы­ва­ют­ся Едо­мом.


Бла­жен­ный Фе­о­до­рит тол­ку­ет это пророчество сле­ду­ю­щим об­ра­зом: «Гос­подь наш Ии­сус Хри­с­тос, ве­дя род Свой по пло­ти от Да­ви­да, ис­пол­нил обе­то­ва­ние, из­ре­чен­ное Да­ви­ду, по­то­му что “Сло­во плоть бысть и все­ли­ся в ны
” (Ин 1:14), вос­при­яв на Се­бя ски­нию от Да­ви­да. По­се­му, про­ро­че­с­кое сло­во спра­вед­ли­во ска­зу­ет, что Да­ви­ду воз­граж­де­на бу­дет ски­ния не на ма­лое вре­мя, но на все дни ве­ка. Ибо та­ко­вые обе­то­ва­ния да­ны бы­ли Бо­гом вся­че­с­ких бла­жен­но­му Да­ви­ду: “и по­ло­жу во век се­мя его, и пре­стол его яко дние не­ба
” (Пс. 88:30); и еще: “до ве­ка уго­тов­лю се­мя твое, и со­зиж­ду в род и род пре­стол твой
”. Сие обе­то­ва­ние во­зоб­нов­ля­ет Гос­подь вся­че­с­ких ус­та­ми бла­жен­но­го Амо­са; обе­ща­ет же и языч­ни­кам дар Бо­го­ве­де­ния. Ибо го­во­рит: по воз­граж­де­нии Да­ви­до­вой ски­нии, “взы­щут Ме­не ос­тав­ши­е­ся че­ло­ве­цы, и вси язы­цы, в них же при­зва­ся имя Мое. Их­же бо пре­ду­ве­де, и пред­ста­ви со­об­раз­ных бы­ти об­ра­зу Сы­на Сво­е­го, яко бы­ти Ему пер­во­род­ку во мно­гих бра­ти­ях
” (Рим. 8:29)» [74, т. 29, с. 323 – 324].


Мес­си­ан­ское вре­мя изо­б­ра­жа­ет­ся в са­мых ра­до­ст­ных то­нах: «Вот, на­сту­пят дни, го­во­рит Гос­подь, ког­да па­харь за­ста­нет еще жне­ца, а топ­чу­щий ви­но­град – се­я­те­ля; и го­ры ис­то­чать бу­дут ви­но­град­ный сок, и все хол­мы по­те­кут. И воз­вра­щу из пле­на на­род Мой, Из­ра­и­ля, <...> И во­дво­рю их на зем­ле их, и они не бу­дут бо­лее ис­тор­га­е­мы из зем­ли сво­ей, ко­то­рую Я дал им, го­во­рит Гос­подь Бог твой» (Ам. 9:13-15). Это обе­то­ва­ние о том, что вра­та адо­вы не одо­ле­ют Церк­ви Хри­с­то­вой.


Чув­ст­вен­ная кон­крет­ность об­ра­зов оп­ре­де­ля­ет­ся гру­бо­с­тью по­ня­тий со­вре­мен­ни­ков про­ро­ка Амо­са. Об их символическом значении мы уже говорили, изучая книгу пророка Иоиля. Однако остается вопрос об их буквальном исполнении в истории. На этот вопрос блаженный Феодорит отвечает так: «долж­но знать, что Гос­подь вся­че­с­ких не­ред­ко обе­ща­ет бла­га, но при­ем­лю­щие обе­то­ва­ния, воз­лю­бив без­за­ко­ние, пре­пят­ст­ву­ют ис­пол­не­нию сих обе­то­ва­ний. <…> Так иу­деи, с не­ис­тов­ст­вом вос­став про­тив при­шед­ше­го Вла­ды­ки, са­ми се­бя ли­ши­ли бла­гих обе­то­ва­ний» [74, т. 29, с. 324 – 325].


За бо­го­слу­же­ни­ем кни­га про­ро­ка Амо­са не упо­треб­ля­ет­ся.



25.4. Кни­га про­ро­ка Со­фо­нии

Вре­мя слу­же­ния про­ро­ка Со­фо­нии бо­лее по­зд­нее, чем вре­мя слу­же­ния Ио­и­ля. Свою родословную пророк Софония возводит к не­ко­му Езе­кии (Соф. 1:1), в ко­то­ром тол­ко­ва­те­ли не­ред­ко ви­дят иу­дей­ско­го ца­ря. Та­ким об­ра­зом, он, по-ви­ди­мо­му, был цар­ско­го ро­да, а вре­ме­нем его слу­же­ния сле­ду­ет счи­тать вто­рую по­ло­ви­ну VII ве­ка до Р. Х. Это вре­мя ре­форм ца­ря Ио­сии, следовательно, пророк Софония был со­вре­мен­ни­ком про­ро­ка Ие­ре­мии.


День Гос­по­день.
Во вре­мя прав­ле­ния ца­ря Ио­сии (4 Цар. 22:16–17) прозвучало окон­ча­тель­ное осуж­де­ние Иу­дей­ско­го цар­ст­ва. И кни­га про­ро­ка Со­фо­нии на­чи­на­ет­ся грозными сло­ва­ми: «Все ис­треб­лю с ли­ца зем­ли, го­во­рит Гос­подь
. Ис­треб­лю лю­дей и скот, истреблю птиц не­бес­ных и рыб мор­ских, и со­блаз­ны вме­с­те с не­че­с­ти­вы­ми; ис­треб­лю лю­дей с ли­ца зем­ли
» (Соф. 1:2–3). Сно­ва мы ви­дим, что за гре­хи стра­да­ют не толь­ко лю­ди, а вся тварь. «Умолк­ни пред ли­цом Гос­по­да Бо­га! ибо близок день Гос­по­день: уже при­го­то­вил Гос­подь жерт­вен­ное за­кла­ние и на­зна­чил, ко­го поз­вать
» (Соф. 1:7), и даль­ше про­рок при­во­дит спи­сок тех, кто бу­дет вы­зван. «Бли­зок ве­ли­кий день Гос­по­да, бли­зок, и очень по­спе­ша­ет: уже слы­шен го­лос дня Гос­под­ня, горь­ко во­зо­пи­ет тог­да и са­мый хра­б­рый! День гне­ва – день сей, день скор­би и тес­но­ты, день опу­с­то­ше­ния и ра­зо­ре­ния, день тьмы и мра­ка, день об­ла­ка и мглы, день тру­бы и бран­но­го кри­ка про­тив ук­реп­лен­ных го­ро­дов и вы­со­ких ба­шен
» (Соф. 1:14–16). В опи­са­нии дня Гос­под­ня про­ро­ки схо­дят­ся меж­ду со­бой, в не­ко­то­рых ме­с­тах – до­слов­но. «Ни се­ре­б­ро их, ни зо­ло­то их не мо­жет спа­с­ти их в день гне­ва Гос­под­ня, и ог­нем рев­но­с­ти Его по­жра­на бу­дет вся эта зем­ля, ибо ис­треб­ле­ние, и при­том вне­зап­ное, со­вер­шит Он над все­ми жи­те­ля­ми зем­ли
» (Соф. 1:18).


Но да­же предсказанное про­ро­ком Со­фо­нии вне­зап­ное и не­от­вра­ти­мое ис­треб­ле­ние не ис­клю­ча­ет воз­мож­но­с­ти под­го­тов­ки со стороны людей. Гос­подь обе­ща­ет обой­ти Ие­ру­са­лим со све­тиль­ни­ком (Соф. 1:12) и обо­зреть, кто чем в нем за­нят, что­бы воз­дать всем по де­лам их. Вот что нуж­но де­лать, что­бы под­го­то­вить­ся к не­ми­ну­е­мой встре­че: «Ис­сле­дуй­те се­бя вни­ма­тель­но, ис­сле­дуй­те, на­род не­о­буз­дан­ный, до­ко­ле не при­шло оп­ре­де­ле­ние – день про­ле­тит как мя­ки­на – до­ко­ле не при­шел на вас пла­мен­ный гнев Гос­по­день, до­ко­ле не на­сту­пил для вас день яро­с­ти Гос­под­ней. Взы­щи­те Гос­по­да, все сми­рен­ные зем­ли, ис­пол­ня­ю­щие за­ко­ны Его; взы­щи­те прав­ду, взы­щи­те сми­рен­но­му­д­рие; мо­жет быть, вы ук­ро­е­тесь в день гне­ва Гос­под­ня
» (Соф. 2:1-3). Та­ким об­ра­зом, спа­са­ет­ся от ги­бе­ли тот, кто сми­рил­ся и взы­с­кал Гос­по­да. Тож­де­ст­во уче­ния пророка Софонии с дру­ги­ми ветхозаветными про­ро­ка­ми не­со­мнен­но.


Суд над на­ро­да­ми.
Пророк Софония, как и пророк Амос, возвещает суд над фи­ли­с­тим­ля­на­ми, мо­а­ви­тя­на­ми, ам­мо­ни­тя­на­ми, эфи­оп­ля­на­ми и ас­си­рий­ца­ми (Соф. 2 гл.). Еще раз об­ра­щу ва­ше вни­ма­ние на то, что ис­пол­не­ние этих про­ро­честв мож­но про­ве­рить. Например, о Ни­не­вии го­во­рит­ся: «Об­ра­тит Ни­не­вию в раз­ва­ли­ны, в ме­с­то су­хое, как пу­с­ты­ня, и по­ко­ить­ся бу­дут сре­ди нее ста­да и вся­ко­го ро­да жи­вот­ные; пеликан и еж бу­дут но­че­вать в рез­ных украшени­ях ее
» (Соф. 2:13-14). Преж­де да­же ос­па­ри­ва­лось су­ще­ст­во­ва­ние та­ко­го го­ро­да, по­то­му что ма­ло где кро­ме Биб­лии встречается упоминание о нем. Но в XIX ве­ке остатки этого го­рода были об­на­ру­жены, и ис­пол­не­ние про­ро­че­ст­ва по­лу­чи­ло зри­мое под­тверж­де­ние.


Суд над Ие­ру­са­ли­мом.
По­сле иных народов бедствия воз­ве­ща­ют­ся Ие­ру­са­ли­му. Об Из­ра­и­ле по понятным причинам здесь нет упо­ми­на­ний, сло­во об­ра­щено толь­ко к Иу­дее. Не­смо­т­ря на то, что Гос­подь при­зы­ва­ет народы к по­ка­я­нию, что гря­дет суд, они еще бо­льше гре­шат. Так же, как и лю­ди пе­ред Вто­рым при­ше­ст­ви­ем: не­смо­т­ря на то, что им бу­дет от­кры­то, что грядет суд Гос­по­день, многих это не остановит от не­ис­то­во­го сле­до­ва­ния гре­ху. «Итак, жди­те Ме­ня, говорит Господь, до то­го дня, ког­да Я вос­ста­ну для опу­с­то­ше­ния, ибо Мной оп­ре­де­ле­но со­брать на­ро­ды, со­звать цар­ст­ва, что­бы из­лить на них не­го­до­ва­ние Мое, всю ярость гне­ва Мо­е­го. … Тог­да опять Я дам на­ро­дам ус­та чи­с­тые, что­бы все при­зва­ли имя Гос­по­да и слу­жи­ли Ему еди­но­душ­но
» (Соф. 3:8–9). Этот текст чи­та­ет­ся в Ве­ли­кую Суб­бо­ту. Его, как и ряд дру­гих, мож­но тол­ко­вать в при­ло­же­нии ко вре­ме­ни как пер­во­го, так и вто­ро­го при­ше­ст­вия Хри­с­та. «Из за­реч­ных стран Ефи­о­пии по­клон­ни­ки Мои, де­ти рас­се­ян­ных Мо­их, при­не­сут Мне да­ры
» (Соф. 3:10).


«Тог­да Я уда­лю из сре­ды тво­ей тще­сла­вя­щих­ся тво­ею знат­но­с­тью, и не бу­дешь бо­лее пре­воз­но­сить­ся на свя­той го­ре Мо­ей. Но ос­тав­лю сре­ди те­бя на­род сми­рен­ный и про­стой, и они бу­дут упо­вать на имя Гос­под­не. Ос­тат­ки Из­ра­и­ля не бу­дут де­лать не­прав­ды, не ста­нут го­во­рить лжи, и не най­дет­ся в ус­тах их язы­ка ко­вар­но­го, ибо са­ми бу­дут па­с­тись и по­ко­ить­ся, и ни­кто не по­тре­во­жит их
» (Соф. 3:11–13).


Но даже в этой грозной книге содержится благое обетование. Бог не оставит до конца свой народ. Еще одно важное пророчество содержится в книге пророка Софонии: «Ли­куй, дщерь Си­о­на! тор­же­ст­вуй, Из­ра­иль! ве­се­лись и ра­дуй­ся от все­го серд­ца, дщерь Ие­ру­са­ли­ма! От­ме­нил Гос­подь при­го­вор над то­бой, про­гнал вра­га тво­е­го! Гос­подь, царь Из­ра­и­лев, по­сре­ди те­бя: уже бо­лее не уви­дишь зла. В тот день ска­жут Ие­ру­са­ли­му: “не бой­ся”, и Си­о­ну: “да не ос­ла­бе­ва­ют ру­ки твои!” Гос­подь Бог твой сре­ди те­бя, Он си­лен спа­с­ти те­бя; воз­ве­се­лит­ся о те­бе ра­до­с­тью, бу­дет ми­ло­с­тив по люб­ви Сво­ей, бу­дет тор­же­ст­во­вать о те­бе с ли­ко­ва­ни­ем. <...> Вот, Я стес­ню всех при­тес­ни­те­лей тво­их в то вре­мя и спа­су хром­лю­щее, и со­бе­ру рас­се­ян­ное, и при­ве­ду их в по­чет и име­ни­тость на всей этой зем­ле по­но­ше­ния их. … сде­лаю вас име­ни­ты­ми и по­чет­ны­ми меж­ду все­ми на­ро­да­ми зем­ли, ког­да воз­вра­щу плен ваш пред гла­за­ми ва­ши­ми, го­во­рит Гос­подь
» (Соф. 3:14–17, 19–20). Это пророчество читается на праздник Входя Господня в Иерусалим. Оно требует комментария. Ес­ли мы за­бу­дем об эс­ха­то­ло­ги­че­с­кой сто­ро­не этих про­ро­честв, то, дей­ст­ви­тель­но, все это бу­дет вы­гля­деть так, что Гос­подь со­бе­рет всех ев­ре­ев в Па­ле­с­ти­ну и они бу­дут са­мым глав­ным на­ро­дом сре­ди других. Все ос­таль­ные бу­дут толь­ко при­хо­дить к ним, при­но­сить да­ры, слу­жить им, по­став­лять пи­щу, а кто это­го де­лать не бу­дет, тот бу­дет унич­то­жен. Такое тол­ко­ва­ние Свя­щен­но­го Пи­са­ния за­во­дит в ту­пик тех, кто ему сле­ду­ет. И по­ны­не за­блуж­да­ют­ся иу­деи, отвергая истинного Спасителя Господа Иисуса Христа, ожидая пришествия своего Мессии, ко­то­рый даст им все, че­го они желают. Впро­чем, не­ко­то­рые из этих про­ро­честв поз­во­ля­ют на­де­ять­ся, что уж в са­мый по­след­ний день мно­гие все-та­ки об­ра­тят­ся, призвав имя Господне, и спасутся.


Бо­го­слу­жеб­ное упо­треб­ле­ние.
Как уже бы­ло ска­за­но, из кни­ги про­ро­ка Со­фо­нии бе­рут­ся две па­ре­мии. Первая – из 1 главы 8 – 15 стихи, чи­та­ет­ся в ка­че­ст­ве 7-й па­ре­мии Ве­ли­кой Суб­бо­ты, вторая из 2 главы 14 – 19 стихи, чи­та­ет­ся на Вход Гос­по­день в Ие­ру­са­лим.



Гла­ва 26. Кни­га про­ро­ка Иса­ии

«Кри­чат мне с Се­и­ра: сто­рож! сколь­ко но­чи? сто­рож! сколь­ко но­чи? Сторож отвечает: при­бли­жа­ет­ся ут­ро, но еще ночь
» (Ис. 21:11). В этих сло­вах про­ро­ка Иса­ии мож­но ви­деть сим­во­ли­че­с­кое изо­б­ра­же­ние вет­хо­за­вет­но­го про­ро­че­с­ко­го слу­же­ния.


Про­ро­ка Иса­ию не­ред­ко на­зы­ва­ют вет­хо­за­вет­ным еван­ге­ли­с­том. Свя­ти­тель Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский го­во­рит о нем: «Иса­ия есть вме­с­те про­рок и апо­с­тол, его про­ро­че­с­кие из­ре­че­ния име­ют яс­ность Еван­гель­ской про­по­ве­ди» [цит. по 57, c. 94]. По­че­му так? Изучение его книги позволит нам легко ответить на этот вопрос.


«При­иди­те, ны­не све­та про­ро­че­с­ко­го да­ро­ва­ния же­ла­ю­щии, при­яти кни­гу усерд­но Иса­ии, бо­го­ра­зу­мия ис­пол­не­ну: твер­дым же­ла­ни­ем вни­ма­ем, да бо­же­ст­вен­ныя за­ри ис­пол­ним­ся»[41]
.



26.1. Слу­же­ние про­ро­ка Иса­ии

Книга пророка Исаии при­над­ле­жит од­но­му из са­мых пер­вых по вре­ме­ни про­ро­ков-пи­са­те­лей, по­это­му она расположена в на­ча­ле сво­да про­ро­че­с­ких книг. Этим так­же яв­ле­но ее осо­бое зна­че­ние. По ука­за­ни­ям самого пророка Исаии, на­ча­ло его слу­же­ния прихо­дит­ся на вре­мя ца­ря Озии про­ка­жен­но­го и за­тем Ио­а­фа­ма, Аха­за и Езе­кии (Ис. 1:1). Сколь­ко вре­ме­ни оно дли­лось?


Одни толкователи го­во­рят, что на­ча­ло слу­же­ния про­ро­ка Иса­ии свя­за­но с го­дом смер­ти ца­ря Озии (739 до Р. Х.), ког­да Исайе бы­ло ви­де­ние Гос­по­да на Хе­ру­ви­мах (Ис. 6 гл.). Дру­гие, как на­при­мер, бла­жен­ный Ие­ро­ним, счи­та­ли, что это слу­же­ние на­ча­лось в 25-й год ца­ря Озии. Ев­се­вий Ке­са­рий­ский в сво­ей хро­но­ло­гии пи­сал, что это 17 год. В за­ви­си­мо­с­ти от это­го служение пророка продолжалось от 50 до 70 лет.


«Ве­ли­ким ду­хом сво­им он про­ви­дел от­да­лен­ное бу­ду­щее и уте­шал се­ту­ю­щих в Си­о­не; до ве­ка воз­ве­щал он бу­ду­щее и со­кро­вен­ное, преж­де не­же­ли оно ис­пол­ни­лось
» (Сир. 48:27, 28).


Про­рок Иса­ия, по его соб­ст­вен­ным сло­вам, был сы­ном Амо­са (Ис. 1:1). Свя­ти­те­ль Ди­ми­т­рий Рос­тов­ский говорит, что Амос был сы­ном ца­ря Ио­а­са, то есть, бра­том ца­ря Ама­сии, и та­ким об­ра­зом, про­рок Иса­ия при­над­ле­жал к цар­ско­му ро­ду. Это вид­но из са­мой кни­ги. Он вхож во двор цар­ский, его изящный слог об­ли­ча­ет че­ло­ве­ка хорошо об­ра­зо­ван­но­го. Мно­гие из его про­ро­честв из­ло­же­ны в сти­хо­твор­ной фор­ме и яв­ля­ются лучшими об­раз­цами древ­не­ев­рей­ской по­эзии. Про­ро­ку Иса­ие при­над­ле­жа­ли и дру­гие кни­ги, ко­то­рые до нас не до­шли: «Про­чие де­я­ния Озии, пер­вые и по­след­ние, опи­сал Иса­ия, сын Амо­са, про­рок
» (2 Пар. 26:22). В свя­зи с этим воз­ни­ка­ет во­прос, по­че­му, по мне­нию не­ко­то­рых биб­ле­и­с­тов, он не пи­сал про­ро­че­с­ких книг, а это за не­го де­ла­ли его уче­ни­ки? По­то­му что все его си­лы ухо­ди­ли на ле­то­пи­са­ние? Но ведь в кни­ге есть и та­кие сло­ва: «Те­перь пой­ди, на­чер­тай это на до­с­ке у них, и впи­ши это в кни­гу, что­бы ос­та­лось на бу­ду­щее вре­мя, на­всег­да, на­ве­ки. Ибо это на­род мя­теж­ный, де­ти лжи­вые, де­ти, ко­то­рые не хо­тят слу­шать за­ко­на Гос­под­ня, ко­то­рые про­ви­дя­щим го­во­рят: “пе­ре­стань­те про­ви­деть”, и про­ро­кам: “не про­ро­че­ст­вуй­те нам прав­ды, го­во­ри­те нам ле­ст­ное, пред­ска­зы­вай­те при­ят­ное; сой­ди­те с до­ро­ги, ук­ло­ни­тесь от пу­ти; ус­т­ра­ни­те от глаз на­ших Свя­то­го Из­ра­и­ле­ва
”» (Ис. 30:8-10).


Вре­мя ца­ря Озии (790 – 739 гг. до Р. Х.) – это эпоха вос­ста­нов­ле­ния и ук­реп­ле­ния Иу­дей­ско­го цар­ст­ва по­сле прежних по­тря­се­ний, рас­ши­ре­ние его границ. За­тем, ко вре­ме­ни ца­ря Аха­за, ук­ре­пив­ше­е­ся Из­ра­иль­ское цар­ст­во в со­ю­зе с си­рий­ца­ми и иду­ме­я­ми на­чи­на­ет по­сте­пен­но его тес­нить и де­лать удач­ные на­бе­ги, вплоть до то­го, что сам Ие­ру­са­лим ока­зы­вает­ся в оса­де.


Вре­мя ца­ря Аха­за (735 – 715 гг. до Р. Х.) – это вре­мя од­но­го из самых зна­чи­тель­ных от­ступ­ле­ний Из­ра­и­ля от Бо­га. В кон­це его жиз­ни был да­же за­крыт Ие­ру­са­лим­ский храм. Царь Езе­кия был че­ло­ве­ком весь­ма бла­го­че­с­ти­вым, и в его го­ды (715 – 686 до Р. Х.), при ­том, что по­ло­же­ние Иудейского царства ос­та­ва­лось весь­ма слож­ным, мно­го­крат­но Бог яв­лял чу­дес­ные из­бав­ле­ния Иу­деи от на­ше­ст­вий. В ча­ст­но­с­ти, от на­ше­ст­вия ас­си­рий­цев, ко­то­рое стер­ло с ли­ца зем­ли Из­ра­иль­ское цар­ст­во. Это на­ше­ст­вие опи­са­но и в кни­ге про­ро­ка Иса­ии (Ис. 36 – 37 глл.).


Окон­ча­ние слу­же­ния про­ро­ка Иса­ии при­хо­дит­ся, со­глас­но пре­да­нию, на вре­мя не­че­с­ти­во­го ца­ря Ма­нас­сии (696 – 641 гг. до Р. Х.) [42]
. Во вре­мя правления это­го ца­ря, ко­то­рый за­лил Ие­ру­са­лим и всю Иу­дею кро­вью пра­вед­ни­ков и про­ро­ков, про­рок Иса­ия был пе­ре­пи­лен пи­лой, ког­да пы­тал­ся спря­тать­ся от пре­сле­до­ва­те­лей в дуп­ле де­ре­ва. В по­сла­нии к Ев­ре­ям апо­с­тол Па­вел пе­ре­чис­ля­ет древ­них пра­вед­ни­ков и го­во­рит, что не­ко­то­рые из них бы­ли пе­ре­пи­ле­ны (Евр. 11:37). Речь идет пред­по­ло­жи­тель­но о пророке Иса­ие.



26.2. Во­прос един­ст­ва кни­ги

В со­вре­мен­ной за­пад­ной биб­ле­и­с­ти­ке проч­но ут­вер­ди­лось мне­ние, что кни­га про­ро­ка Иса­ии не пред­став­ля­ет со­бой еди­но­го це­ло­го. Еще в XVI ве­ке была высказана точка зрения, что эта кни­га со­сто­ит из двух ча­с­тей: с 1-й по 39-ю гла­вы и с 40-й по 66-ю, пер­вую из ко­то­рых на­пи­сал пер­вый Иса­ия, а вто­рую на­пи­сал не­кий дру­гой про­рок, ко­то­ро­го ста­ли на­зы­вать Вто­ро­иса­ия. Биб­лей­ские ис­сле­до­ва­ния на ме­с­те не сто­я­ли, и в этой вто­рой ча­с­ти то­же на­шли раз­ли­чия: ее то­же по­де­ли­ли еще по­по­лам, предположив, что по­след­ние 10 глав пи­сал не­кий тре­тий Иса­ия. На­сколь­ко это со­сто­я­тель­но, су­дить до­воль­но труд­но: при чте­нии всех этих со­чи­не­ний вид­но, что глав­ным ар­гу­мен­том в поль­зу де­ле­ния яв­ля­ет­ся все то же не­ве­рие, что про­ро­кам мо­гут быть от­кры­ты ка­кие-то по­дроб­но­с­ти бу­ду­ще­го. Ос­нов­ным ар­гу­ментом в поль­зу то­го, что, на­чи­ная с 40-й гла­вы, тот древ­ний Иса­ия уже пи­сать не мог, является присутствие про­ро­че­ст­ва о ца­ре Ки­ре Пер­сид­ском, ко­то­рый со­кру­шит Ва­ви­лон и от­пу­с­тит плен­ни­ков на сво­бо­ду (Ис. 43:14). По­сколь­ку согласно доводам «здравого смысла» ни­кто это­го за­ра­нее знать не мог, зна­чит эта часть кни­ги бы­ла на­пи­са­на уже во вре­ме­на Ки­ра. Утверждают, что тре­тья часть книги во­об­ще по­ка­зы­ва­ет иную об­ста­нов­ку, яв­но быв­шую по­сле воз­вра­ще­ния из пле­на, и, ско­рее все­го, это писал еще ка­кой-то про­рок. А по­том редакторы все это со­ста­ви­ли в од­ну кни­гу. Бо­лее то­го, что­бы об­лег­чить се­бе ра­бо­ту, спе­ци­а­ли­с­ты ре­ши­ли, что да­же пер­вая часть кни­ги на­пи­са­на не са­мим про­ро­ком, но его уче­ни­ка­ми, ко­то­рые мно­гое при этом на­пу­та­ли. По­дроб­ный раз­бор и оп­ро­вер­же­ние этих взгля­дов име­ет­ся в ра­бо­тах про­фес­со­ра П.А.Юн­ге­ро­ва и дру­гих рус­ских бо­го­сло­вов.


По сво­е­му мас­шта­бу Иса­ия – про­рок во­ис­ти­ну эпи­че­с­кий, ни­кто с ним срав­нить­ся не мо­жет; и ес­ли есть ка­кая-то раз­ни­ца в этих ча­с­тях, то вспом­нив, на про­тя­же­нии сколь­ких лет со­вер­шал он свое слу­же­ние, мож­но пред­по­ло­жить, что стиль че­ло­ве­ка с го­да­ми ме­ня­ет­ся. Тем бо­лее, ес­ли ме­ня­лись об­сто­я­тель­ст­ва жиз­ни. Свя­ти­тель Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский объ­яс­нял раз­ли­чия ма­не­ры из­ло­же­ния в раз­ных ча­с­тях кни­ги имен­но этим. Это мо­жет про­ис­хо­дить и из-за раз­но­го ха­рак­те­ра про­ро­честв, тем более, что в отличие от устной речи, стилистика письменной в очень большой степени зависит от намерений автора.


Принципиальным для нас является то, что Хри­с­тос ссы­ла­ет­ся на те от­де­лы, ко­то­рые ус­ва­и­ва­ют­ся «Вто­ро­иса­ии» (Ис. 42:1–7; Мф. 12:18–21) и «Тре­ть­е­иса­ии» (Ис. 61:1; Лк. 4:18), как на слова про­ро­ка Иса­ии, не при­бав­ляя к его име­ни ни­ка­ких ну­ме­ра­ций. Кни­га Цер­ко­вью при­ня­та как бо­го­дух­но­вен­ная, и от­цы ее тол­ко­ва­ли имен­но в том по­ряд­ке, в ко­то­ром она из­ло­же­на. Так что мы впол­не мо­жем их при­ме­ру по­сле­до­вать.



26.3. Об­ли­че­ние

Пер­вые же сти­хи кни­ги до­ста­точ­но от­чет­ли­во воз­ве­ща­ют ос­нов­ную ее те­му – пре­бы­ва­ние Из­ра­и­ля в За­ве­те, в един­ст­ве с Бо­гом, или, на­обо­рот, его от­ступ­ле­ние от это­го За­ве­та и от это­го един­ст­ва.


«Слу­шай­те, не­бе­са, и вни­май, зем­ля, по­то­му что Гос­подь го­во­рит
» (Ис. 1:2). Про­по­ведь об­ра­ще­на ко всей все­лен­ной. Как у Мо­и­сея: «Вни­май, не­бо, я бу­ду го­во­рить; и слу­шай, зем­ля, сло­ва уст мо­их
» (Втор. 32:1).


«Увы, на­род греш­ный, на­род, об­ре­ме­нен­ный без­за­ко­ни­я­ми..! Во что вас бить еще, про­дол­жа­ю­щие свое упор­ст­во? Вся го­ло­ва в яз­вах, и все серд­це ис­чах­ло. От по­дош­вы но­ги до те­ме­ни го­ло­вы нет у не­го здо­ро­во­го ме­с­та: яз­вы, пят­на, гно­я­щи­е­ся ра­ны, не­о­чи­щен­ные и не­об­вя­зан­ные и не смяг­чен­ные еле­ем
» (Ис. 1:4–6). Ка­кие же­с­то­кие сло­ва го­во­рит Гос­подь, как вас вра­зу­мить, лю­ди, ко­то­рые не хо­тят по­ка­ять­ся, лю­ди, ко­то­рые не хо­тят от­стать от сво­их без­за­ко­ний? И вот зем­ля опу­с­те­ла, зем­ля раз­граб­ле­на, зем­ля рас­хи­ще­на, «ес­ли бы Гос­подь Са­ва­оф не ос­та­вил нам не­боль­шо­го ос­тат­ка, то мы бы­ли бы то же, что Со­дом, упо­до­би­лись бы Го­мор­ре
» (Ис. 1:9). В Со­до­ме и Го­мор­ре благочестивого ос­тат­ка не на­шлось, и они по­гиб­ли.


Ре­ли­ги­оз­ная жизнь Иу­деи стро­и­лась во­круг хра­ма и жерт­вен­ни­ка. Мы по­мним, на­сколь­ко по­дроб­но и на­сколь­ко де­таль­но опи­са­ны тре­бо­ва­ния к ри­ту­а­лам, к жерт­во­при­но­ше­ни­ям и пра­зд­ни­кам в Пятикнижии, как все тща­тель­но долж­но ис­пол­нять­ся, и вдруг че­рез про­ро­ка Иса­ию Гос­подь за­яв­ля­ет: «К че­му Мне мно­же­ст­во жертв ва­ших? ... Я пре­сы­щен все­со­ж­же­ни­я­ми ов­нов.., и кро­ви тель­цов и агнцев и коз­лов не хо­чу. Ког­да вы при­хо­ди­те яв­лять­ся пред ли­це Мое, кто тре­бу­ет от вас, что­бы вы топ­та­ли дво­ры Мои? Не но­си­те боль­ше да­ров тщет­ных: ку­ре­ние от­вра­ти­тель­но для Ме­ня; но­во­ме­ся­чий и суб­бот, пра­зд­нич­ных со­бра­ний не мо­гу тер­петь: без­за­ко­ние – и пра­зд­но­ва­ние! ...пра­зд­ни­ки ва­ши не­на­ви­дит ду­ша Моя: они бре­мя для Ме­ня; Мне тя­же­ло не­сти их»
(Ис. 1:11–14). Это го­во­рит Гос­подь о тех пра­зд­ни­ках, ко­то­рые Он Сам ус­та­но­вил и Сам по­ве­лел их ис­пол­нять. По­че­му? – «и ког­да вы ум­но­жа­е­те мо­ле­ния ва­ши, Я не слы­шу: ва­ши ру­ки пол­ны кро­ви. Омой­тесь, очи­с­ти­тесь; уда­ли­те злые де­я­ния ва­ши от очей Мо­их; пе­ре­стань­те де­лать зло; на­учи­тесь де­лать до­б­ро, ищи­те прав­ды, спа­сай­те уг­не­тен­но­го, за­щи­щай­те си­ро­ту, всту­пай­тесь за вдо­ву»
(Ис. 1:15–17), – то есть, это слу­же­ние должно при­но­си­ть ка­кие-то пло­ды. Эти слова перекликаются и с пророчествами книги пророка Амоса (Ам. 5:22–24).


Отвечая на вопрос о главной заповеди Закона, Христос добавил: «На сих двух за­по­ве­дях ут­верж­да­ет­ся весь за­кон и про­ро­ки»
(Мф. 22:39–40). Без вто­ро­го нет пер­во­го: ес­ли ты го­во­ришь, что лю­бишь Бо­га, а бра­та сво­е­го не­на­ви­дишь, то ты лжец (ср. 1 Ин. 4:20). Под­тверж­де­ние это­му мы ви­де­ли и в За­ко­не, и у ма­лых про­ро­ков. Эта мысль здесь то­же рас­кры­ва­ет­ся: «Тог­да
, – то есть, ког­да вы на­учи­тесь де­лать до­б­ро, – при­ди­те – и рас­су­дим, го­во­рит Гос­подь. Ес­ли бу­дут гре­хи ва­ши, как ба­г­ря­ное, – как снег убе­лю; ес­ли бу­дут крас­ны, как пур­пур, – как вол­ну убе­лю. Ес­ли за­хо­ти­те и по­слу­ша­е­тесь, то бу­де­те вку­шать бла­га зем­ли; ес­ли же от­ре­че­тесь и бу­де­те упор­ст­во­вать, то меч по­жрет вас: ибо ус­та Гос­под­ни го­во­рят
» (Ис. 1:18–20). Здесь за­кан­чи­ва­ет­ся пер­вая ве­ли­ко­по­ст­ная па­ре­мия из про­ро­ка Иса­ии. В пер­вый день Ве­ли­ко­го По­ста это, ко­неч­но, зву­чит осо­бен­но убе­ди­тель­но и на­зи­да­тель­но.


И даль­ше про­рок Иса­ия го­во­рит: «Как сде­ла­лась блуд­ни­цею, вер­ная сто­ли­ца, ис­пол­нен­ная пра­во­су­дия!
» (Ис. 1:21). Здесь мы сно­ва встре­ча­ем­ся с образами, о ко­то­рых уже име­ли воз­мож­ность го­во­рить. Вза­и­мо­от­но­ше­ния че­ло­ве­ка с Бо­гом опи­сы­ва­ют­ся не столь­ко в юри­ди­че­с­ких тер­ми­нах, сколь­ко в тер­ми­нах вза­и­мо­от­но­ше­ний му­жа и же­ны, и та­ко­го ро­да вы­ра­же­ния по­сто­ян­но нам встре­ча­ют­ся в тек­с­те кни­ги про­ро­ка Иса­ии. Хотя обличительные и утешительные пророчества в книге все время чередуются, но пер­вая ее часть (1 – 40 глл.) по­свя­ще­на пре­иму­ще­ст­вен­но на­ка­за­нию и воз­ве­ще­нию гне­ва Бо­жия. Господь обличает жителей Иерусалима: сде­ла­лась блуд­ни­цею вер­ная сто­ли­ца
, ис­пол­нен­ная пра­во­су­дия
. По­че­му блуд­ни­цею
сде­ла­лась? По­то­му что не со­блю­да­ет вер­ность Бо­гу, при­звав­шего ее и воз­лю­бив­шего ее, и лю­бить Ко­то­ро­го она са­ма обе­ща­лась. Те­перь оби­та­ют в ней убий­цы, «Се­ре­б­ро твое ста­ло из­га­рью
, ви­но твое ис­пор­че­но во­дою; кня­зья твои – за­ко­но­пре­с­туп­ни­ки и со­общ­ни­ки во­ров; все они лю­бят по­дар­ки и го­ня­ют­ся за мздою; не за­щи­ща­ют си­ро­ты, и де­ло вдо­вы не до­хо­дит до них
» (Ис. 1:22–23). И вот это при­чи­на су­да, ко­то­рый воз­ве­ща­ет­ся над Из­ра­и­лем и Иу­де­ей. Но вме­с­те с су­дом обе­ща­ет­ся и то, что суд не бу­дет окон­ча­тель­ным унич­то­же­ни­ем на­ро­да, но бу­дет чем-то на­по­до­бие плавильной пе­чи, в ко­то­рой вся из­гарь, весь сви­нец, ко­то­рый пор­тит се­ре­б­ро, вся­кие при­ме­си бу­дут от­де­ле­ны и очи­ще­ны.



26.4. Про­ро­че­ст­во о Церк­ви

Вме­с­те с су­дом пророк по­сто­ян­но возвещает о тор­же­ст­ве прав­ды, ко­то­рое наступит по­сле су­да и на­ка­за­ния. И здесь про­рок Иса­ия го­во­рит о воз­вы­ше­нии го­ры Гос­под­ней: «И бу­дет в по­след­ние дни, го­ра до­ма Гос­под­ня бу­дет по­став­ле­на во гла­ву гор и воз­вы­сит­ся над хол­ма­ми, и по­те­кут к ней все на­ро­ды. И пой­дут мно­гие на­ро­ды и ска­жут: при­ди­те, и взой­дем на го­ру Гос­под­ню, в дом Бо­га Иа­ков­ле­ва
» (Ис. 2:2–3). Под го­рой до­ма Гос­под­ня сле­ду­ет по­ни­мать Цер­ковь Хри­с­то­ву, ко­то­рая воз­вы­сит­ся и в ко­то­рую бу­дут при­вле­че­ны все на­ро­ды [12, ч. 2, с. 79]. Те­ма призвания всех народов Богом и поклонение всех благочестивых людей в хра­ме Бо­жи­ем, про­ни­зы­ва­ет кни­гу про­ро­ка Иса­ии от пер­вой до по­след­ней стра­ни­цы. Не слу­чай­но в самом на­ча­ле кни­ги пророк об­ра­ща­ет­ся к не­бу и к зем­ле, по­ка­зы­вая этим, что Бог есть не толь­ко Бог Из­ра­и­ля или, что еще ме­нее, – Бог от­дель­ных вер­ных из­ра­иль­тян, но Бог не­ба и зем­ли. А зна­чит, Господь есть Бог всех на­ро­дов, и Его про­мыс­ли­тель­ные дей­ст­вия рас­про­ст­ра­ня­ют­ся аб­со­лют­но на всех лю­дей. И по­это­му, ког­да ка­кие-то на­ро­ды, ас­си­рий­цы или ва­ви­ло­ня­не, при­хо­дят и со­кру­ша­ют из­ра­иль­тян – это не зна­чит, что они вне­зап­но яви­лись из об­ла­с­ти ми­ро­зда­ния, на ко­то­рую про­мы­ш­ле­ние Бо­жие не рас­про­ст­ра­ня­ет­ся, и втор­г­лись на зем­лю, ко­то­рая Бо­гу при­над­ле­жит. Все эти дей­ст­вия то­же про­ис­хо­дят по по­пу­ще­нию или по пря­мо­му ука­за­нию Бо­жию. В со­от­вет­ст­вии с этим по­ка­зы­ва­ет­ся и то, что все на­ро­ды не бу­ду­щие ра­бы из­ра­иль­тян, но все эти на­ро­ды – Бо­жии, хо­тя в тот мо­мент еще да­ле­ко от Не­го сто­я­щие, что и о них Гос­подь пе­чет­ся, что­бы и им дать спа­се­ние, ко­то­рое со­де­лы­ва­ет­ся сре­ди Ие­ру­са­ли­ма на го­ре Си­о­н: «ибо от Си­о­на вый­дет за­кон, и сло­во Гос­под­не – из Ие­ру­са­ли­ма. И бу­дет Он су­дить на­ро­ды, и об­ли­чит мно­гие пле­ме­на»
(Ис. 2:3–4).



26.5. Прит­ча о ви­но­град­ни­ке

Да­лее про­рок изображает Из­ра­иль в прит­че о ви­но­град­ни­ке: «У Воз­люб­лен­но­го мо­е­го был ви­но­град­ник на вер­ши­не утуч­нен­ной го­ры, и Он об­нес его ог­ра­дою, и очи­с­тил его от кам­ней, и на­са­дил в нем от­бор­ные ви­но­град­ные ло­зы, и по­ст­ро­ил баш­ню по­сре­ди его, и вы­ко­пал в нем то­чи­ло, и ожи­дал, что он при­не­сет до­б­рые гроз­ды, а он при­нес ди­кие яго­ды. И ны­не, жи­те­ли Ие­ру­са­ли­ма и му­жи Иу­ды, рас­су­ди­те Ме­ня с ви­но­град­ни­ком Мо­им. Что еще над­ле­жа­ло бы сде­лать для ви­но­град­ни­ка Мо­е­го, че­го Я не сде­лал ему? По­че­му, ког­да Я ожи­дал, что он при­не­сет до­б­рые гроз­ды, он при­нес ди­кие яго­ды? Итак Я ска­жу вам, что сде­лаю с ви­но­град­ни­ком Мо­им: от­ни­му у не­го ог­ра­ду, и бу­дет он опу­с­то­ша­ем; раз­ру­шу сте­ны его, и бу­дет по­пи­ра­ем, и ос­тав­лю его в за­пу­с­те­нии
…» (Ис. 5:1–6).


Че­рез про­ро­ка Гос­подь Сам объ­яс­ня­ет эту прит­чу: «Ви­но­град­ник Гос­по­да Са­ва­о­фа есть дом Из­ра­и­лев, и му­жи Иу­ды – лю­би­мое на­саж­де­ние Его. И ждал Он пра­во­су­дия, но вот – кро­во­про­ли­тие; ждал прав­ды, и вот – вопль» (Ис. 5:7). Ви­но­град­ни­к – об­раз, ис­поль­зо­ван­ный в Вет­хом За­ве­те це­лым ря­дом про­ро­ков (Иер. 2:21; 31:5; Иез. 28:26; Зах. 8:12; Мих. 4:4). Ког­да Хри­с­тос го­во­рит прит­чу о злых ви­но­гра­да­рях, Он ее вво­дит, до­слов­но по­вто­ряя текст про­ро­ка Иса­ии (Мф. 21:33; Мр. 12:1; Лк. 20:9), тем са­мым не да­вая воз­мож­но­с­ти Сво­им слу­ша­те­лям по­нять Его как-то по-дру­го­му. И на­ко­нец, сло­ва про­щаль­ной бе­се­ды: «Я есмь ис­тин­ная ви­но­град­ная ло­за
» (Ин. 15:1) объ­е­ди­ня­ют Хри­с­та и Цер­ковь во­еди­но, рас­кры­вая для нас тай­ну Церк­ви как Те­ла Хри­с­то­ва.



26.6. При­зва­ние про­ро­ка Иса­ии

До это­го ме­с­та мы все же мог­ли бы ска­зать, что, по срав­не­нию с уже изу­чен­ны­ми кни­га­ми ма­лых про­ро­ков, мы ни­че­го прин­ци­пи­аль­но но­во­го не уви­де­ли. Но это толь­ко на­ча­ло. Со­гла­си­тесь, что уже пер­вые пять глав мог­ли бы со­ста­вить от­дель­ную про­ро­че­с­кую кни­гу.


В 6-й гла­ве опи­сы­ва­ет­ся при­зва­ние про­ро­ка Иса­ии. Призвание обязательно для пророческого служения, но описано оно не всеми пророками. Почему о призвании говорится не в начале книги, а после произнесения ряда пророчеств? Возможно, здесь идет речь не о первоначальном призвании к служению, но о явлении, предварявшем собой целый ряд высоких и таинственных откровений. Рас­смо­т­рев про­ро­че­ст­ва, со­дер­жа­щи­е­ся в сле­ду­ю­щих пя­ти гла­вах, мы уви­дим, что это дей­ст­ви­тель­но так.


«Ви­дел я Гос­по­да, си­дя­ще­го на пре­сто­ле вы­со­ком и пре­воз­не­сен­ном, и края риз Его на­пол­ня­ли весь храм. Во­круг Не­го сто­я­ли Се­ра­фи­мы; у каж­до­го из них по ше­с­ти крыл: дву­мя за­кры­вал каж­дый ли­це свое, и дву­мя за­кры­вал но­ги свои, и дву­мя ле­тал. И взы­ва­ли они друг ко дру­гу и го­во­ри­ли: Свят, Свят, Свят Гос­подь Са­ва­оф! вся зем­ля пол­на сла­вы Его! И по­ко­ле­ба­лись вер­хи врат от гла­са вос­кли­ца­ю­щих, и дом на­пол­нил­ся ку­ре­ни­я­ми
» (Ис. 6:1–4). Об­ра­ти­те вни­ма­ние, что Бог от­кры­ва­ет­ся про­ро­ку в хра­ме.


Мы ви­де­ли, что Гос­подь тре­бу­ет от лю­дей прав­ды, ми­ло­сер­дия, сни­с­хож­де­ния к вдо­ве и си­ро­те. У та­ких про­ро­ков, как Амос и Осия, это яв­ля­ет­ся цен­т­ром про­по­ве­ди. В ка­кой-то мо­мент да­же скла­ды­ва­ет­ся та­кое ощу­ще­ние, что Гос­подь есть Бог со­ци­аль­ной спра­вед­ли­во­с­ти, что Он за­нят толь­ко ре­ше­ни­ем ка­ких-то че­ло­ве­че­с­ких про­блем, раз­бо­ром не­правд и так да­лее. От­сю­да ино­гда вы­те­ка­ет на­ив­ный (и бо­го­слов­ски без­гра­мот­ный) во­прос: «Что же де­лал Бог до то­го, как со­тво­рил мир?». И вот мас­шта­бы ви­де­ний про­ро­ка Иса­ии со­вер­шен­но не да­ют нам сде­лать та­кой ошиб­ки. Ис­пол­не­ние не­ба и зем­ли сла­вой Бо­жи­ей, слу­же­ние Ему Се­ра­фи­мов и Хе­ру­ви­мов по­ка­зы­вают бо­же­ст­вен­ное все­мо­гу­ще­ст­во, не­вме­с­ти­мость и не­по­сти­жи­мость ми­ром Бо­га, не­воз­мож­ность к Не­му да­же при­бли­зить­ся. Ког­да Иса­ия ви­дит это, он вос­кли­ца­ет: «го­ре мне, по­гиб я! ибо я че­ло­век с не­чи­с­ты­ми ус­та­ми, и жи­ву сре­ди на­ро­да так­же с не­чи­с­ты­ми ус­та­ми, – и гла­за мои ви­де­ли Ца­ря, Гос­по­да Са­ва­о­фа
» (Ис. 6:5). «Пророк называет себя "окаянным
", сначала со стороны своей природы, говоря: "о, окаянный аз, яко умилихся, яко человек сый
", а потом со стороны душевного состояния: "с нечистыми устами
". Он назвал свои уста нечистыми, как я думаю, в противоположность с теми огненными устами чистых сил, с их совершеннейшим служением. Не останавливаясь на этом, он произносит исповедание и за весь народ, присовокупляя: "и живу среди народа также с нечистыми устами
". Почему же он осуждает здесь свои уста? Он выражает свою нерешительность. Так и три отрока, находясь в пещи, говорили почти тоже самое: "несть нам отверзти уст
" (Дан. 3:33). И теперь, когда было время песнопения и славословия, и когда пророк видел горные силы делавшими это, он справедливо обращает слово к устам, которые призваны особенно к такому служению. По этой причине он назвал нечистыми свои уста, но уста народа – не по этому, а потому, что иудеи были исполнены беззакония» [29, т. 6, с. 79].


И тем не ме­нее, про­рок Иса­ия де­ла­ет­ся при­ча­ст­ни­ком этой сла­вы, ког­да один из Се­ра­фи­мов при­но­сит го­ря­щий угль и ка­са­ет­ся уст про­ро­ка и го­во­рит: «вот, это кос­ну­лось уст тво­их, и без­за­ко­ние твое уда­ле­но от те­бя, и грех твой очи­щен
» (Ис. 6:7). Ког­да свя­щен­ни­ки и ди­а­ко­ны при­ча­ща­ют­ся в ал­та­ре, то, при­ча­с­тив­шись, они це­лу­ют свя­той по­тир и го­во­рят: «Се при­кос­ну­ся уст­нам мо­им, и оти­мет без­за­ко­ния моя и гре­хи мои очи­с­тит». Это те же са­мые сло­ва; они говорят о дей­ст­вии си­лы Бо­жи­ей, ко­то­рая ис­прав­ля­ет и очи­ща­ет че­ло­ве­ка, ко­то­рый сам сво­ею во­лею, сво­ею си­лою не спо­со­бен бы­ва­ет к Бо­гу при­бли­зить­ся. Кле­щи, ко­то­ры­ми Се­ра­фим бе­рет уголь от пре­сто­ла, про­об­ра­зу­ют Бо­го­ро­ди­цу, Ко­то­рой был при­не­сен бо­же­ст­вен­ный уголь Те­ла Хри­с­то­ва: «Очищается Исаия, от Серафима угль прием, старец вопияше Богоматери, ты якоже клещами руками просвещаеши мя, подавая, его же носиши, света невечерняго и миром владычествующа»[43]
.


«И ус­лы­шал я го­лос Гос­по­да, го­во­ря­ще­го: ко­го Мне по­слать? и кто пой­дет для Нас? И я ска­зал: вот я, по­ш­ли ме­ня
» (Ис. 6:8). Эти сло­ва ча­с­то от­но­сят не толь­ко к посылаемому на проповедь про­ро­ку Иса­ии, но и к Сы­ну Бо­жию, к Пред­веч­но­му Со­ве­ту, ког­да ре­ша­ет­ся во­прос о спа­се­нии че­ло­ве­ка, и Сын Бо­жий при­ни­ма­ет на Се­бя обя­за­тель­ст­во, через кре­ст­ную смерть и Вос­кре­се­ние, спа­с­ти род че­ло­ве­че­с­кий. Так­же эти сло­ва при­ме­ни­мы к са­мо­му про­ро­ку Иса­ие и его слу­же­нию: «пой­ди и ска­жи это­му на­ро­ду: слу­хом ус­лы­ши­те – и не ура­зу­ме­е­те, и оча­ми смо­т­реть бу­де­те – и не уви­ди­те. Ибо ог­ру­бе­ло серд­це на­ро­да се­го, и уша­ми с тру­дом слы­шат, и очи свои со­мк­ну­ли, да не уз­рят оча­ми, и не ус­лы­шат уша­ми, и не ура­зу­ме­ют серд­цем, и не об­ра­тят­ся, что­бы Я ис­це­лил их
» (Ис. 6:9–10). Сно­ва про­об­раз. Слу­же­ние про­ро­ка Иса­ии пред­ва­ря­ет яв­ле­ние Бо­га во­пло­щен­но­го, по­то­му что имен­но в Его яв­ле­нии эти сло­ва и ис­пол­ня­ют­ся в пол­ной ме­ре. Бог Сам сто­ит и про­по­ве­ду­ет лю­дям, и они смы­ка­ют свои гла­за и за­ты­ка­ют уши, и не же­ла­ют, не хо­тят Его слы­шать, и не хо­тят ис­це­лить­ся. Ведь так и ска­зал Хри­с­тос: «И сбы­ва­ет­ся над ни­ми про­ро­че­ст­во Иса­ии, ко­то­рое го­во­рит: слу­хом ус­лы­ши­те и не ура­зу­ме­е­те
…» (Мф. 13:14). А свя­той еван­ге­лист Ио­анн, при­во­дя эту ци­та­ту, до­бав­ля­ет: «Сие ска­зал Иса­ия, ког­да ви­дел сла­ву Его и го­во­рил о Нем
» (Ин. 12:41). Итак, это­го яв­ле­ния он спо­доб­ля­ет­ся пе­ред тем, как ему бы­ла от­кры­та тай­на Бо­го­во­пло­ще­ния.



26.7. Про­ро­че­ст­ва о Рож­де­ст­ве Хри­с­то­вом и о Хри­с­те

По­сле опи­са­ния при­зва­ния про­ро­ка с 7-й гла­вы на­чи­на­ет­ся ряд ве­ли­ких про­ро­честв. Пер­вое из них, по­ка­зы­ва­ю­щее, как нач­нет­ся ис­пол­не­ние бо­же­ст­вен­но­го Со­ве­та, – это про­ро­че­ст­во о рож­де­нии Хри­с­та от Де­вы (Ис. 7:14). Исторический контекст этого пророчества следующий. Из­ра­иль­ский царь Фа­кей и царь Си­рий­ский Ре­цин идут на Ие­ру­са­лим с тем, что­бы его раз­ру­шить. Из кни­ги Царств из­ве­ст­но, что они на­нес­ли иу­дей­ским вой­скам до­ста­точ­но зна­чи­тель­ное по­ра­же­ние при пер­вой же встре­че, но не смогли завоевать Иерусалим (4 Цар. 16:5). «И ска­зал Гос­подь Иса­ии: вый­ди ты и сын твой Ше­ар-ясув на­вст­ре­чу Аха­зу, к кон­цу во­до­про­во­да верх­не­го пру­да, на до­ро­гу к по­лю бе­лиль­ни­чь­е­му
» (Ис. 7:3). Возвестив царю избавление от врагов, пророк предложил ему просить знамения от Бога. Но Ахаз, ко­то­рый был идо­ло­по­клон­ни­ком, не же­ла­ет да­же это­го, он не хочет получать от Бога ни­ка­ко­го зна­ме­ния, что­бы не­на­ро­ком не при­шлось ему от­ка­зать­ся от сво­е­го идо­ло­по­клон­ст­ва. И тог­да про­рок Иса­ия го­во­рит та­кие сло­ва: «слу­шай­те же, дом Да­ви­дов! раз­ве ма­ло для вас за­труд­нять лю­дей, что вы хо­ти­те за­труд­нять и Бо­га мо­е­го?
» (Ис. 7:13). Эти сло­ва обыч­но вы­зы­ва­ют не­ко­то­рое не­до­уме­ние.


Что зна­чит за­труд­нять лю­дей и за­труд­нять Бо­га? Жи­те­ли Ие­ру­са­ли­ма и Иу­деи про­ти­вят­ся и не да­ют про­ро­кам воз­ве­щать во­лю Бо­жию, не да­ют про­ро­кам слу­жить к ис­прав­ле­нию на­ро­да. И вот те­перь Ахаз пы­та­ет­ся вос­пре­пят­ст­во­вать Са­мо­му Бо­гу, Ко­то­рый го­тов дать зна­ме­ние на­зи­да­тель­ное, пы­та­ет­ся Са­мо­му Бо­гу вос­пре­пят­ст­во­вать в ис­прав­ле­нии са­мо­го се­бя, ис­прав­ле­нии все­го на­ро­да [12, ч. 2, с. 225]. И тог­да про­рок Иса­ия ему воз­ве­ща­ет: «Итак Сам Гос­подь даст вам зна­ме­ние: се, Де­ва во чре­ве при­имет и ро­дит Сы­на, и на­ре­кут имя Ему: Ем­ма­ну­ил. Он бу­дет пи­тать­ся мо­ло­ком и ме­дом, до­ко­ле не бу­дет ра­зу­меть от­вер­гать ху­дое и из­би­рать до­б­рое; ибо преж­де не­же­ли этот мла­де­нец бу­дет ра­зу­меть от­вер­гать ху­дое и из­би­рать до­б­рое, зем­ля та, ко­то­рой ты стра­шишь­ся, бу­дет ос­тав­ле­на обо­ими ца­ря­ми ее
» (Ис. 7:14-16).


Еврейское слово «аль­ма» мо­жет обо­зна­чать как «де­ва», так и «мо­ло­дая жен­щи­на». Семь­де­сят тол­ков­ни­ков пе­ре­ве­ли его как «де­ва», что под­тверж­да­ет новозаветное по­ни­ма­ние это­го ме­с­та вет­хо­за­вет­ной цер­ко­вью. Для нас это весь­ма важ­но.


Здесь это рож­де­ние со­от­не­се­но с опу­с­то­ше­ни­ем зем­ли. Ви­ди­мо, речь о том, что че­рез не­ко­то­рое вре­мя ас­си­рий­цы со­кру­шат и Из­ра­иль, и Си­рию. Это поз­во­ля­ло и поз­во­ля­ет не­ко­то­рым тол­ко­ва­те­лям ут­верж­дать, что про­рок Иса­ия со­об­щил Аха­зу о том, что ка­кая-то мо­ло­дая жен­щи­на ро­дит ре­бе­н­ка в Ие­ру­са­ли­ме и, по­ка он еще бу­дет ма­лень­кий, про­изой­дут зна­чи­тель­ные со­бы­тия, свя­зан­ные с ос­во­бож­де­ни­ем от опас­но­с­ти. Про­ти­во­по­лож­ное мне­ние вы­ска­зы­ва­ли свя­тые от­цы. У свя­ти­те­ля Ва­си­лия Ве­ли­ко­го на­хо­дим сле­ду­ю­щее: «Уди­ви­тель­но ли, что од­на из мно­гих жен­щи­на, жи­ву­щая с му­жем, ста­ла ма­те­рью от­ро­ка? И как бы рож­ден­ное “от по­хо­ти плот­ския” мог­ло быть на­и­ме­но­ва­но Ем­ма­ну­и­лом? По­это­му, ес­ли да­ру­е­мое есть зна­ме­ние, то и рож­де­ние да бу­дет не­о­бы­чай­но. А ес­ли об­раз рож­де­ния От­ро­ка обык­но­вен­ный, то не на­зы­вай и зна­ме­ни­ем, не име­нуй и Ем­ма­ну­и­лом» [12, ч. 2, c. 226].


Да­лее про­рок Иса­ия го­во­рит о рож­де­нии сы­на, и по ука­за­нию Бо­жию да­ет­ся имя это­му сы­ну Ма­гер-ше­лал-хаш-баз, то есть «спе­шит гра­беж, ус­ко­ря­ет до­бы­ча
» (Ис. 8:1). Как ви­ди­те, слу­же­ние про­ро­ка не за­кан­чи­ва­ет­ся да­же в сте­нах соб­ст­вен­но­го до­ма, так что сво­их де­тей он на­зы­ва­ет с оп­ре­де­лен­ной це­лью. Это имя должно свидетельствовать, что преж­де, не­же­ли ди­тя бу­дет уметь вы­го­во­рить «отец мой» и «мать моя», бо­гат­ст­ва Да­ма­с­ка и до­бы­чи са­ма­рий­ские по­не­сут пе­ред ца­рем ас­си­рий­ским. Однако и здесь мы не мо­жем ог­ра­ни­чить­ся бук­валь­ным смыс­лом. Ес­ли в 7-й гла­ве речь идет о Рож­де­ст­ве, то и здесь сле­ду­ет по­ни­мать так же. Свя­ти­тель Ва­си­лий Ве­ли­кий го­во­рит, что при­сту­пил он в ви­де­нии и ви­дел ис­пол­не­ние обе­то­ва­ния. Про­ро­чи­цей на­зва­на Бо­го­ро­ди­ца, так как со­шел на Нее Свя­той Дух, и вос­пе­ва­ла Она про­ро­че­с­кую песнь. Сын – Хри­с­тос, вне­зап­но рас­хи­тив­ший «ко­ры­с­ти» ди­а­во­ла – пле­нен­ных им лю­дей. «И при­сту­пих к про­ро­чи­це и во чре­ве за­чат, и ро­ди сы­на. И ре­че Гос­подь мне: нар­цы имя ему: ско­ро пле­ни, на­гло рас­хи­ти
» (Ис. 8:3). «То есть, ду­хом и пред­ве­де­ни­ем бу­ду­ще­го при­бли­зил­ся я к про­ро­чи­це. Ибо по­стиг, как бы сбли­зил­ся про­ро­че­с­ким ра­зу­ме­ни­ем, из­да­ле­ка уви­дел ее за­ча­тие, пре­дуз­рев по­сред­ст­вом про­ро­че­с­ко­го да­ро­ва­ния, что Она ро­ди­ла Сы­на, о Ко­то­ром ска­зал Гос­подь “на­ре­че­ши имя Ему: ско­ро пле­ни, на­гло рас­хи­ти
[спе­шит гра­беж, ус­ко­ря­ет до­бы­ча
]”. Ско­ро пле­нил креп­ко­го, сте­ре­гу­ще­го свое до­сто­я­ние, то есть про­дан­ных под грех и со­дер­жи­мых во узах смер­ти. И его пле­нил, а ко­ры­с­ти его раз­де­лил соб­ст­вен­ным сво­им си­лам, от­дав вер­ных в хра­не­ние и со­блю­де­ние свя­тым Ан­ге­лам, о ко­то­рых Сам ска­зал: “вы­ну ви­дят ли­це От­ца Мо­е­го не­бес­но­го
” (Мф. 18:10). Ибо Сей есть на­гло рас­хи­тив­ший; о Нем на­пи­са­но “вос­шед на вы­со­ту, пле­нил плен, при­ял до­сто­я­ние в че­ло­ве­цех
” (Пс. 67:19)» [12, ч. 2, с. 235].


Си­ла Да­ма­с­ко­ва – ве­ру­ю­щие из языч­ни­ков, ко­ры­с­ти Са­ма­рий­ския – уве­ро­вав­шие от об­ре­за­ния. «Еже ско­ро пле­не­ние со­тво­ри ко­ры­с­тей, при­спе бо
» (Ис. 8:1). «Ибо уче­ние Еван­гель­ское бы­ло ско­ро бы­с­т­рее вся­кой мол­нии, до­шло до пре­де­лов все­лен­ной; оно отъ­ем­лет ко­ры­с­ти у кня­зя ве­ка се­го, и пле­нен­ных им при­во­дит в по­слу­ша­ние Хри­с­то­во» [12, ч. 2, c. 236].


Да­лее про­рок го­во­рит о том, что Иу­дея долж­на упо­вать на Бо­га, а не на во­ен­ные со­ю­зы, не на ук­реп­лен­ные го­ро­да, не на свою соб­ст­вен­ную во­ин­скую си­лу. Гос­подь го­во­рит, что «бу­дет Он ос­вя­ще­ни­ем и кам­нем пре­тк­но­ве­ния, и ска­лою со­блаз­на для обо­их до­мов Из­ра­и­ля, пет­лею и се­тью для жи­те­лей Ие­ру­са­ли­ма
» (Ис. 8:14) и Иу­ды. Упо­ва­ние на Бо­га – это един­ст­вен­ное, что мо­жет спа­с­ти и за­щи­тить Иу­дею, ни­ка­кие идо­лы, ни­ка­кие во­ен­ные со­ю­зы, ни­что дру­гое не по­мо­жет им, как не по­мог­ли, ска­жем, Са­ма­рии. Са­ма­рия для сво­е­го вре­ме­ни бы­ла ве­ли­ко­леп­но ук­реп­лен­ным го­ро­дом, да­же ас­си­рий­ская ар­мия по­тра­ти­ла не­ма­лое вре­мя, что­бы этот го­род взять, но тем не ме­нее, взя­ла, срав­ня­ла с зем­лей, так что ни­ка­кие ухи­щ­ре­ния ей не по­мог­ли. Про­ро­че­с­ки здесь изо­б­ра­жа­ет­ся спа­си­тель­ное упо­ва­ние на Хри­с­та.


И да­лее в 9-й гла­ве со­дер­жит­ся про­ро­че­ст­во о воз­вы­ше­нии Га­ли­леи язы­че­с­кой: «На­род, хо­дя­щий во тьме, уви­дит свет ве­ли­кий; на жи­ву­щих в стра­не те­ни смерт­ной свет вос­си­я­ет
» (Ис. 9:2), ко­то­рое ци­ти­ру­ет­ся в Еван­ге­лии от Мат­фея (Мф. 4:16), и свет вос­си­я­ет, не про­сто сол­неч­ный свет, а Тот, Ко­то­рый про­све­ща­ет всех, то есть явит­ся Хри­с­тос. «Ибо Мла­де­нец ро­дил­ся нам – Сын дан нам; вла­ды­че­ст­во на ра­ме­нах Его, и на­ре­кут имя Ему: Чуд­ный, Со­вет­ник, Бог креп­кий, Отец веч­но­с­ти, Князь ми­ра
» (Ис. 9:6), или в сла­вян­ской Биб­лии: «Ве­ли­ка Со­ве­та Ан­гел, Чу­ден Со­вет­ник, Бог креп­кий, Вла­с­те­лин, Князь ми­ра, Отец бу­ду­ща­го ве­ка; при­ве­ду бо мир на кня­зи, мир и здра­вие ему
». Эти сло­ва нам из­ве­ст­ны по бо­го­слу­же­нию. «Чуд­ный, Ве­ли­ко­го Со­ве­та Ан­гел
», –
Со­ве­та, оче­вид­но, то­го са­мо­го, о ко­то­ром идет речь в 6-й гла­ве, и Хри­с­тос здесь на­зы­ва­ет­ся дей­ст­ви­тель­но Ан­ге­лом, воз­ве­с­тив­шим о его ис­пол­не­нии. Раз­би­рая за­ко­но­по­ло­жи­тель­ные кни­ги, мы го­во­ри­ли о яв­ле­нии Ан­ге­лов, через которые открывался Сын Божий. И тогда мы ссылались на эти слова пророка Исаии, где Хри­с­тос прямо на­зван Ан­ге­лом. И еще «От­цом бу­ду­ще­го ве­ка
». То есть жизнь бу­ду­ще­го ве­ка, ко­то­рую мы с ва­ми ча­ем и вос­пе­ва­ем в Сим­во­ле Ве­ры, яв­ле­на че­рез Хри­с­та. «Бог сый ми­ра, Отец ще­д­рот, ве­ли­ка­го со­ве­та Тво­е­го Ан­ге­ла, мир по­да­ва­ю­ща по­слал еси нам. Тем бо­го­ра­зу­мия к све­ту на­ставль­ше­ся, от но­щи ут­ре­ню­ю­ще, сла­во­сло­вим Тя, че­ло­ве­ко­люб­че!»[44]
.


В 11-й гла­ве го­во­рит­ся о да­рах Свя­та­го Ду­ха. Хри­с­тос на­зы­ва­ет­ся от­рас­лью от кор­ня Иес­се­е­ва: «И про­изой­дет от­расль от кор­ня Иес­се­е­ва, и ветвь про­из­ра­с­тет от кор­ня его; и по­чи­ет на нем Дух Гос­по­день, дух пре­му­д­ро­с­ти и ра­зу­ма, дух со­ве­та и кре­по­с­ти, дух ве­де­ния и бла­го­че­с­тия; и стра­хом Гос­под­ним ис­пол­нит­ся, и бу­дет су­дить не по взгля­ду очей Сво­их и не по слу­ху ушей Сво­их ре­шать де­ла. Он бу­дет су­дить бед­ных по прав­де, и де­ла стра­даль­цев зем­ли ре­шать по ис­ти­не; и жез­лом уст Сво­их по­ра­зит зем­лю, и ду­хом уст Сво­их убь­ет не­че­с­ти­во­го» (Ис. 11:1–4). Эти по­след­ние сло­ва пророка Исаии ци­ти­ру­ет апо­с­тол Па­вел (2 Фес. 2:8). По­че­му Дух Гос­по­день дол­жен по­чи­вать на том, кто есть Бог? По­то­му что че­рез Не­го Он от­кро­ет­ся, че­рез Не­го дей­ст­вия Ду­ха, на­ко­нец, ста­нут до­ступ­ны­ми для всех лю­дей, и да­ры Ду­ха, ко­то­рые в со­вер­шен­ст­ве по­чи­ют на Хри­с­те, бу­дут пе­ре­да­вать­ся ве­ру­ю­щим.


Таким образом, мы видим, что на протяжении пяти глав, следующих за описанием видения Господа Саваофа, разворачивается замечательная пророческая картина, изображающая Боговоплощение и его спасительные последствия.



26.8. Про­ро­че­ст­ва о судь­бах язы­че­с­ких на­ро­дов и о Ие­ру­са­ли­ме

Как и у дру­гих про­ро­ков, у пророка Исайи от­мще­ние грешникам произойдет в День Господень, который изображается, как ми­ро­вая ка­та­ст­ро­фа.


«Ры­дай­те, ибо день Гос­по­да бли­зок, идет как раз­ру­ши­тель­ная си­ла от Все­мо­гу­ще­го. От­то­го ру­ки у всех опу­с­ти­лись, и серд­це у каж­до­го че­ло­ве­ка рас­та­я­ло. Ужас­ну­лись, су­до­ро­ги и бо­ли схва­ти­ли их; му­чат­ся, как рож­да­ю­щая, с изум­ле­ни­ем смо­т­рят друг на дру­га, ли­ца у них раз­го­ре­лись. Вот, при­хо­дит день Гос­по­да лю­тый, с гне­вом и пы­ла­ю­щею яро­с­тью, что­бы сде­лать зем­лю пу­с­ты­нею и ис­тре­бить с нее греш­ни­ков ее. Звез­ды не­бес­ные и све­ти­ла не да­ют от се­бя све­та; солн­це мерк­нет при вос­хо­де сво­ем, и лу­на не си­я­ет све­том сво­им. Я на­ка­жу мир за зло, и не­че­с­ти­вых – за без­за­ко­ния их, и по­ло­жу ко­нец вы­со­ко­умию гор­дых, и уни­чи­жу над­мен­ность при­тес­ни­те­лей; сде­лаю то, что лю­ди бу­дут до­ро­же чи­с­то­го зо­ло­та, и му­жи – до­ро­же зо­ло­та Офир­ско­го. Для се­го по­тря­су не­бо, и зем­ля сдви­нет­ся с ме­с­та сво­е­го от яро­с­ти Гос­по­да Са­ва­о­фа, в день пы­ла­ю­ще­го гне­ва Его
» (Ис. 13:6–13).


Среди про­ро­че­ст­в о на­ка­за­нии от­дель­ных на­ро­дов выделяется пророчество о па­де­нии Ва­ви­ло­на, которое пред­ста­ет пе­ред на­ми как об­раз па­де­ния са­та­ны.


«И бу­дет в тот день: ког­да Гос­подь ус­т­ро­ит те­бя от скор­би тво­ей и от стра­ха и от тяж­ко­го раб­ст­ва, ко­то­ро­му ты по­ра­бо­щен был, ты про­из­не­сешь по­бед­ную песнь на ца­ря Ва­ви­лон­ско­го и ска­жешь: как не ста­ло му­чи­те­ля, пре­сек­лось гра­би­тель­ст­во! <…> Ад пре­ис­под­ний при­шел в дви­же­ние ра­ди те­бя, что­бы встре­тить те­бя при вхо­де тво­ем, <…> В пре­ис­под­нюю низ­вер­же­на гор­ды­ня твоя со всем шу­мом тво­им; под то­бою под­сти­ла­ет­ся червь, и чер­ви – по­кров твой. Как упал ты с не­ба, ден­ни­ца, сын за­ри! раз­бил­ся о зем­лю, по­пи­рав­ший на­ро­ды. А го­во­рил в серд­це сво­ем: “взой­ду на не­бо, вы­ше звезд Бо­жи­их воз­не­су пре­стол мой и ся­ду на го­ре в сон­ме бо­гов, на краю се­ве­ра; взой­ду на вы­со­ты об­лач­ные, бу­ду по­до­бен Все­выш­не­му”. Но ты низ­вер­жен в ад, в глу­би­ны пре­ис­под­ней. <…> Та­ко­во оп­ре­де­ле­ние, по­ста­нов­лен­ное о всей зем­ле, и вот ру­ка, про­стер­тая на все на­ро­ды, ибо Гос­подь Са­ва­оф оп­ре­де­лил, и кто мо­жет от­ме­нить это? ру­ка Его про­стер­та, – и кто от­вра­тит ее?
» (Ис. 14:3–4, 9–15, 26–27).


По-сла­вян­ски 20-й стих зву­чит так: «Яко­же ри­за в кро­ви на­мо­че­на не бу­дет чи­с­та, та­кож­де и ты не бу­де­ши чист: за­не зем­лю Мою по­гу­бил еси, и лю­ди Моя из­бил еси. Не пре­бу­де­ши в веч­ное вре­мя».
Ком­мен­ти­руя при­ве­ден­ный от­ры­вок, свя­ти­тель Ва­си­лий Ве­ли­кий го­во­рит: «Вот еще часть пла­ча о кня­зе Ва­ви­лон­ском и о де­лах его. По­сле то­го, как спад­ший ‘с не­ба ден­ни­ца” ска­зал в серд­це сво­ем: “На не­бо взы­ду, бу­ду по­до­бен Вы­шне­му”; в до­ка­за­тель­ст­во то­го, сколь­ко да­лек от упо­доб­ле­ния Свя­то­му оск­вер­нив­ший се­бя вся­кою не­чи­с­то­тою и убий­ст­ва­ми, упо­доб­ля­ет­ся он одеж­де, ко­то­рая по при­ро­де сво­ей сде­ла­на на ук­ра­ше­ние че­ло­ве­ку, но по­ели­ку омо­че­на в кро­ви, не мо­жет быть взя­та че­ло­ве­ком в упо­треб­ле­ние. Из се­го вид­но, что лу­ка­вый не по ус­т­рой­ст­ву сво­е­му име­ет в се­бе не­чи­с­то­ту, но по­то­му что оба­г­рил се­бя кро­вью, по­гу­бив зем­лю Гос­под­ню и чрез грех убив лю­дей» [12, ч. 2, с. 319].


Продолжая пророчество о языческих народах, пророк получает повеление ходить нагим и босым в знамение грядущего захвата Египта и Эфиопии ассирийцами. Ходить нагим было позорно, дико, но именно так должен был сделать Исайя. Ведь на союзный Египет его современники надеялись больше, чем на Бога. Это символическое действие должно было вразумить их. «И скажут в тот день жители этой страны: вот каковы те, на которых мы надеялись и к которым прибегали за помощью, чтобы спастись от царя Ассирийского! и как спаслись бы мы?
» (Ис. 20:6).


Затем пророк картинно описывает, как будет осажден Иерусалим и его жители, в тщетных попытках собрать оружие, заделать проломы в стенах и собрать хоть немного воды для утоления жажды не возводят взор свой к неб не призывают «Того, кто издавна определил это
» (Ис. 22:11).


«И Господь, Господь Саваоф, призывает вас в этот день плакать и сетовать, и остричь волоса и препоясаться вретищем. Но вот, веселье и радость! Убивают волов, и режут овец; едят мясо, и пьют вино: "будем есть и пить, ибо завтра умрем!" И открыл мне в уши Господь Саваоф: не будет прощено вам это нечестие, доколе не умрете, сказал Господь, Господь Саваоф
» (Ис. 22:12–14).



26.9. Эс­ха­то­ло­ги­че­с­кие про­ро­че­ст­ва: «ве­ли­кий апо­ка­лип­сис» Иса­ии

Далее речь сно­ва идет о су­де (24 – 27 глл.). Все­лен­ский мас­штаб про­по­ве­ди снова про­яв­ля­ет­ся в том, что про­рок воз­ве­ща­ет суд не толь­ко про­тив Са­ма­рии, не толь­ко про­тив Ие­ру­са­ли­ма, но и про­тив всех на­ро­дов. Так Иса­ия го­во­рит и о Да­ма­с­ке, о мо­а­ви­тя­нах, о фи­ли­с­тим­ля­нах, о Ти­ре – дей­ст­вие Бо­жие рас­про­ст­ра­ня­ет­ся на все на­ро­ды и на все цар­ст­ва. Этот раз­дел ино­гда на­зы­ва­ют апо­ка­лип­си­сом Иса­ии, по­сколь­ку пророчество о су­де над народами переходит к изображению победы над смертью и диаволом и всеобщего воскресения.


Да­вай­те по­смо­т­рим, в ка­ких чер­тах этот суд пред­став­лен. «Вот, Гос­подь опу­с­то­ша­ет зем­лю и де­ла­ет ее бес­плод­ною; из­ме­ня­ет вид ее и рас­се­и­ва­ет жи­ву­щих на ней. <...> Ужас и яма и пет­ля для те­бя, жи­тель зем­ли! Тог­да по­бе­жав­ший от кри­ка ужа­са упа­дет в яму; и кто вый­дет из ямы, по­па­дет в пет­лю; ибо ок­на с не­бес­ной вы­со­ты рас­тво­рят­ся, и ос­но­ва­ния зем­ли по­тря­сут­ся. Зем­ля со­кру­ша­ет­ся, зем­ля рас­па­да­ет­ся, зем­ля силь­но по­тря­се­на; ша­та­ет­ся земля, как пья­ный, и ка­ча­ет­ся, как ко­лы­бель, и без­за­ко­ние ее тя­го­те­ет на ней; она упа­дет, и уже не вста­нет. И бу­дет в тот день: по­се­тит Гос­подь во­ин­ст­во вы­спрен­нее на вы­со­те и ца­рей зем­ных на зем­ле. И бу­дут со­бра­ны вме­с­те, как уз­ни­ки, в ров, и бу­дут за­клю­че­ны в тем­ни­цу, и по­сле мно­гих дней бу­дут на­ка­за­ны. И по­крас­не­ет лу­на и ус­ты­дит­ся солн­це, ког­да Гос­подь Са­ва­оф во­ца­рит­ся на го­ре Си­о­не и в Ие­ру­са­ли­ме, и п­ред ста­рей­ши­на­ми его бу­дет сла­ва
» (Ис. 24:1, 17–23). Об­ра­тим на это вни­ма­ние: мно­го­крат­но у про­ро­ков го­во­рит­ся о пред­сто­я­щем во­ца­ре­нии Гос­по­да на Си­о­не. Но смо­т­ри­те, ка­кие со­бы­тия это­му пред­ше­ст­ву­ют: зем­ля рас­ка­чи­ва­ет­ся, как ко­лы­бель, рас­па­да­ет­ся, со­би­ра­ют­ся вме­с­те пре­вы­с­прен­ные, то есть не­бес­ные во­ин­ст­ва и ца­ри зем­ные в один ров, на суд. По­нят­но, что это во­ца­ре­ние, ко­неч­но, не про­сто при­ше­ст­вие та­ко­го мес­сии-ца­ря, о ко­то­ром меч­та­ли иу­деи, ко­то­рый бу­дет пра­вить в го­ро­де Ие­ру­са­ли­ме, а языч­ни­ки бу­дут при­но­сить да­ры, как да­лее у про­ро­ка Иса­ии го­во­рит­ся: прах под но­га­ми у иу­де­ев и т.д. (Ис. 49:23). Все го­раз­до страш­нее вы­гля­дит.


Ре­зуль­тат всех этих по­тря­се­ний бу­дет та­ков: «И сде­ла­ет Гос­подь Са­ва­оф на го­ре сей для всех на­ро­дов
, – об­ра­ти­те вни­ма­ние: для всех на­ро­дов, – тра­пе­зу из туч­ных яств, тра­пе­зу из чи­с­тых вин... и унич­то­жит на го­ре сей по­кры­ва­ло, по­кры­ва­ю­щее все на­ро­ды, по­кры­ва­ло, ле­жа­щее на всех пле­ме­нах
» (Ис. 25:6–7) (воз­мож­но, это то по­кры­ва­ло, о ко­то­ром го­во­рит апо­с­тол Па­вел: «Но умы их ос­леп­ле­ны: ибо то же са­мое по­кры­ва­ло до­ны­не ос­та­ет­ся не­сня­тым при чте­нии Вет­хо­го За­ве­та, по­то­му что оно сни­ма­ет­ся Хри­с­том
» (2 Кор. 3:14).


«По­гло­ще­на бу­дет смерть на­ве­ки, и от­рет Гос­подь Бог сле­зы со всех лиц, и сни­мет по­но­ше­ние с на­ро­да Сво­е­го по всей зем­ле; ибо так го­во­рит Гос­подь
» (Ис. 25:8). По­треб­ле­на, унич­то­же­на бу­дет смерть на­ве­ки в ре­зуль­та­те это­го су­да Бо­жь­е­го, в ре­зуль­та­те Его яв­ле­ния.


Следующий текст упо­треб­ля­ет­ся за бо­го­слу­же­ни­ем в ка­че­ст­ве пя­той биб­лей­ской пес­ни ка­но­на на ут­ре­не. Про­ци­ти­рую от­дель­ные сти­хи.


«В тот день бу­дет вос­пе­та песнь сия в зем­ле Иу­ди­ной: го­род креп­кий у нас; спа­се­ние дал Он вме­с­то сте­ны и ва­ла. От­во­ри­те во­ро­та; да вой­дет на­род пра­вед­ный, хра­ня­щий ис­ти­ну. <…> Он нис­про­верг жив­ших на вы­со­те, вы­со­ко сто­яв­ший го­род; по­верг его, по­верг на зем­лю, бро­сил его в прах. <…> Ду­шею мо­ею я стре­мил­ся к Те­бе но­чью, и ду­хом мо­им я бу­ду ис­кать Те­бя во вну­т­рен­но­с­ти мо­ей с ран­не­го ут­ра: ибо ког­да су­ды Твои со­вер­ша­ют­ся на зем­ле, тог­да жи­ву­щие в ми­ре на­уча­ют­ся прав­де. <…> Гос­по­ди! Ты да­ру­ешь нам мир; ибо и все де­ла на­ши Ты ус­т­ро­я­ешь для нас. <…> Как бе­ре­мен­ная жен­щи­на, при на­ступ­ле­нии ро­дов, му­чит­ся, во­пит от бо­лей сво­их, так бы­ли мы пред То­бою, Гос­по­ди. Бы­ли бе­ре­мен­ны, му­чи­лись – и рож­да­ли как бы ве­тер; спа­се­ния не до­ста­ви­ли зем­ле, и про­чие жи­те­ли все­лен­ной не па­ли. Ожи­вут мерт­ве­цы Твои, вос­ста­нут мерт­вые те­ла! Вос­пря­ни­те и тор­же­ст­вуй­те, по­вер­жен­ные в пра­хе: ибо ро­са Твоя – ро­са рас­те­ний (
в слав.: ис­це­ле­ние им есть), и зем­ля из­верг­нет мерт­ве­цов
» (Ис. 26:1, 2, 5, 9, 12, 17-19).


В этой пес­ни го­во­рит­ся о том, что ре­зуль­та­том всех про­мыс­ли­тель­ных дей­ст­вий Бо­жи­их бу­дет то, че­го не мог­ли до­стичь са­ми лю­ди: ис­прав­ле­ние грешников и вос­кре­се­ние. Вос­ста­нут пра­вед­ни­ки и воз­ра­ду­ют­ся с Бо­гом.


«От но­щи ут­рен­ню­ет дух мой к Те­бе, Бо­же, за­не свет по­ве­ле­ния Тво­е­го на зем­ли:/ прав­де на­учи­те­ся, жи­ву­щие на зем­ли;/ за­висть[45]
при­имет лю­ди не­на­ка­зан­ные,/ при­ло­жи им зла, Гос­по­ди, при­ло­жи зла, сла­вным зем­ли
» (Ис. 26:9, 11, 15). Эти сти­хи мы слы­шим на ут­ре­ни Ве­ли­ким По­стом на «Ал­ли­луйя» после шестопсалмия. Пре­по­доб­ный Иси­дор Пе­лу­си­от, объ­яс­няя это ме­с­то, говорит, что речь идет о тех, «ко­то­рые от­кры­то вы­ра­жа­ют­ся ве­ли­че­ст­вен­но и ве­ли­ча­ют Бо­же­ст­вен­ное, а втай­не де­ла­ют то­му про­тив­ное, как мно­го­мудр­ст­ву­ю­щие на сло­вах, а не на де­ле. <…> Про­ро­че­с­ки­ми оча­ми ви­дел он пре­выс­шее вся­ко­го сло­ва при­ше­ст­вие Спа­си­те­ля во пло­ти, ко­то­рое при­об­ре­ло че­ло­ве­че­с­ко­му ро­ду тьмо­чис­лен­ные и пре­вы­ша­ю­щие вся­кое удив­ле­ние бла­га, а му­чи­те­ля при­ве­ло в бес­си­лие. И взы­вал: «На­учи­тесь тво­рить прав­ду; му­чи­тель пе­ре­стал на­па­дать на вся­ко­го му­жа и на вся­кую же­ну. Все те­перь в бе­зо­пас­но­с­ти, кро­ме тех, ко­то­рые са­ми се­бя до­б­ро­воль­но пре­да­ют и под­вер­га­ют его пре­ле­с­ти; по­то­му что он мо­жет обо­ль­щать, а не ов­ла­де­вать на­силь­но» [35, т. 2, с. 435 – 436]. Та­ким об­ра­зом, речь в этих сти­хах, как и на «Бог Гос­подь», идет о при­ше­ст­вии Спа­си­те­ля, толь­ко здесь это да­но не в тор­же­ст­вен­ном, но в по­ка­ян­ном клю­че.


В этой же про­ро­че­с­кой ре­чи го­во­рит­ся о том, что «в тот день по­ра­зит Гос­подь ме­чом Сво­им тя­же­лым, и боль­шим и креп­ким, ле­ви­а­фа­на, змея пря­мо бе­гу­ще­го, и ле­ви­а­фа­на, змея из­ги­ба­ю­ще­го­ся, и убь­ет чу­до­ви­ще мор­ское
» (Ис. 27:1). Под ле­ви­а­фа­ном в Свя­щен­ном Пи­са­нии по­ни­ма­ет­ся ди­а­вол: «Он взял дра­ко­на, змия древ­не­го, ко­то­рый есть ди­а­вол и са­та­на
» (Откр. 20:2).



26.10. Про­ро­че­ст­во о кра­е­уголь­ном кам­не в ос­но­ва­нии Си­о­на

Даль­ше ви­дим в 28-й гла­ве про­ро­че­ст­во о кра­е­уголь­ном кам­не (Ис. 28:16). Про­по­ведь про­ро­ка от­вер­га­ет­ся, но его упо­ва­ние не на лю­дей. Обе­зу­мев­шие в сво­ем не­че­с­тии оби­та­те­ли Ие­ру­са­ли­ма не же­ла­ют слу­шать про­ро­ка. «Но и эти ша­та­ют­ся от ви­на и сби­ва­ют­ся с пу­ти от си­ке­ры; свя­щен­ник и про­рок спо­ты­ка­ют­ся от креп­ких на­пит­ков; по­беж­де­ны ви­ном, обе­зу­ме­ли от си­ке­ры, в ви­де­нии оши­ба­ют­ся, в суж­де­нии спо­ты­ка­ют­ся. Ибо все сто­лы на­пол­не­ны от­вра­ти­тель­ною бле­во­ти­ною, нет чи­с­то­го ме­с­та. А го­во­рят: “ко­го хо­чет он учить ве­де­нию? и ко­го вра­зум­лять про­по­ве­дью? от­ня­тых от груд­но­го мо­ло­ка, от­лу­чен­ных от со­сцов ма­те­ри? Ибо все за­по­ведь на за­по­ведь, за­по­ведь на за­по­ведь, пра­ви­ло на пра­ви­ло, пра­ви­ло на пра­ви­ло, тут не­мно­го и там не­мно­го”. За то ле­пе­чу­щи­ми ус­та­ми и на чу­жом язы­ке бу­дут го­во­рить к это­му на­ро­ду. Им го­во­ри­ли: “вот – по­кой, дай­те по­кой ут­руж­ден­но­му, и вот – ус­по­ко­е­ние”. Но они не хо­те­ли слу­шать. И ста­ло у них сло­вом Гос­по­да: за­по­ведь на за­по­ведь, за­по­ведь на за­по­ведь, пра­ви­ло на пра­ви­ло, пра­ви­ло на пра­ви­ло, тут не­мно­го, там не­мно­го, – так что они пой­дут, и упа­дут на­вз­ничь, и ра­зо­бьют­ся, и по­па­дут в сеть и бу­дут улов­ле­ны
» (Ис. 28:7–13).
В по­яс­не­ние сле­ду­ет ска­зать, что, воз­мож­но, иу­деи пе­ре­драз­ни­ва­ли об­ли­че­ния мно­го­чис­лен­ных от­ступ­ле­ний от за­по­ве­дей, пе­ре­ина­чи­вая ча­с­то по­вто­ряв­ши­е­ся пророком сло­ва «пра­ви­ло» и «за­по­ведь» на ма­нер од­но­слож­но­го мла­ден­че­с­ко­го ле­пе­та. [69, т. 5, с. 359]. Но со словом Божиим шутить нельзя. «Итак слу­шай­те сло­во Гос­под­не, хуль­ни­ки, пра­ви­те­ли на­ро­да се­го, ко­то­рый в Ие­ру­са­ли­ме. Так как вы го­во­ри­те: “мы за­клю­чи­ли со­юз со смер­тью и с пре­ис­под­нею сде­ла­ли до­го­вор: ког­да все­по­ра­жа­ю­щий бич бу­дет про­хо­дить, он не дой­дет до нас, – по­то­му что ложь сде­ла­ли мы убе­жи­щем для се­бя, и об­ма­ном при­кро­ем се­бя”
» (Ис. 28:14–15).
Возможно, речь идет здесь о том, что, поклоняясь иным богам или вовсе скатываясь к неверию, иудеи полагали, что тем самым они неподвластны и неподсудны Богу. «По­се­му так го­во­рит Гос­подь Бог: вот, Я по­ла­гаю в ос­но­ва­ние на Си­о­не ка­мень – ка­мень ис­пы­тан­ный, кра­е­уголь­ный, дра­го­цен­ный, креп­ко ут­верж­ден­ный: ве­ру­ю­щий в не­го не по­сты­дит­ся. И по­став­лю суд ме­ри­лом и прав­ду ве­са­ми; и гра­дом ис­тре­бит­ся убе­жи­ще лжи, и во­ды по­то­пят ме­с­то ук­ры­ва­тель­ст­ва. И со­юз ваш со смер­тью ру­шит­ся, и до­го­вор ваш с пре­ис­под­нею не ус­то­ит. Ког­да пой­дет все­по­ра­жа­ю­щий бич, вы бу­де­те по­пра­ны
» (Ис. 28:16–18). Явление Христа принесет суд миру, поскольку свет истины будет явлен всем людям, но они «более возлюбили тьму, нежели свет, потому что дела их были злы
» (Ин. 3:19).



26.11. Суд Божий и избавление

«Как пти­цы – птен­цов, так Гос­подь Са­ва­оф по­кро­ет Ие­ру­са­лим, за­щи­тит и из­ба­вит, по­ща­дит и спа­сет. Об­ра­ти­тесь к То­му, от Ко­то­ро­го вы столь­ко от­па­ли, сы­ны Из­ра­и­ля!
» (Ис. 31:5–6). Призыв Божий остался не­ус­лы­шан­ным. «Ие­ру­са­лим, Ие­ру­са­лим, из­би­ва­ю­щий про­ро­ков и кам­ня­ми по­би­ва­ю­щий по­слан­ных к те­бе! сколь­ко раз хо­тел Я со­брать де­тей тво­их, как пти­ца со­би­ра­ет птен­цов сво­их под кры­лья, и вы не за­хо­те­ли!
» — про­из­нес се­мью ве­ка­ми поз­же Христос, взи­рая на не­по­кор­ный го­род (Мф. 23:37).


Но нет другой надежды для Израиля. Любая земная опора не прочнее тростника. Он сло­ма­ет­ся и про­тк­нет ру­ку то­му, кто бу­дет пы­тать­ся на не­го опе­реть­ся.


«Ибо по­мощь Егип­та бу­дет тщет­на и на­прас­на; по­то­му Я ска­зал им: си­ла их – си­деть спо­кой­но. Те­перь пой­ди, на­чер­тай это на до­с­ке у них, и впи­ши это в кни­гу, что­бы ос­та­лось на бу­ду­щее вре­мя, на­всег­да, на­ве­ки. Ибо это на­род мя­теж­ный, де­ти лжи­вые, де­ти, ко­то­рые не хо­тят слу­шать за­ко­на Гос­под­ня, ко­то­рые про­ви­дя­щим го­во­рят: “пе­ре­стань­те про­ви­деть”, и про­ро­кам: “не про­ро­че­ст­вуй­те нам прав­ды, го­во­ри­те нам ле­ст­ное, пред­ска­зы­вай­те при­ят­ное; сой­ди­те с до­ро­ги, ук­ло­ни­тесь от пу­ти; ус­т­ра­ни­те от глаз на­ших Свя­то­го Из­ра­и­ле­ва”. По­се­му так го­во­рит Свя­тый Из­ра­и­лев: так как вы от­вер­га­е­те сло­во сие, а на­де­е­тесь на об­ман и не­прав­ду, и опи­ра­е­тесь на то: то без­за­ко­ние это бу­дет для вас, как уг­ро­жа­ю­щая па­де­ни­ем тре­щи­на, об­на­ру­жив­ша­я­ся в вы­со­кой сте­не, ко­то­рой раз­ру­ше­ние на­ста­нет вне­зап­но, в од­но мгно­ве­ние
» (Ис. 30:7–13). Образ треснувшей стены, которая внешне выглядит надежно, но готова в любой момент обвалиться, погребя окружающих под своими обломками, встретится нам впоследствии.


«Ус­т­ра­ши­лись греш­ни­ки на Си­о­не; тре­пет ов­ла­дел не­че­с­ти­вы­ми: “кто из нас мо­жет жить при ог­не по­жи­ра­ю­щем? кто из нас мо­жет жить при веч­ном пла­ме­ни?”
» (Ис. 33:14).


Здесь по­сто­ян­но перекликаются не­сколь­ко пла­нов: соб­ст­вен­ное вре­мя пророка, при­ше­ст­вие Хри­с­то­во и Вто­рое при­ше­ст­вие Хри­с­то­во, окон­ча­ние времен. «И ис­тле­ет все не­бес­ное во­ин­ст­во; и не­бе­са свер­нут­ся, как сви­ток книж­ный; и все во­ин­ст­во их па­дет, как спа­да­ет лист с ви­но­град­ной ло­зы, и как увяд­ший лист – со смо­ков­ни­цы. Ибо упил­ся меч Мой на не­бе­сах: вот, для су­да нис­хо­дит он на Едом и на на­род, пре­дан­ный Мною за­кля­тию
» (Ис. 34:4–5).


Воз­вра­ще­ние Из­ра­и­ля по­сле пле­не­ния, по­сле на­ка­за­ния пред­став­ля­ет­ся то­же в та­ких сло­вах, ко­то­рые нель­зя не вос­при­нять как мессианское про­ро­че­ст­во: «Воз­ве­се­лит­ся пу­с­ты­ня и су­хая зем­ля, и воз­ра­ду­ет­ся стра­на не­о­би­та­е­мая и рас­цве­тет как нар­цисс; ве­ли­ко­леп­но бу­дет цве­с­ти и ра­до­вать­ся, бу­дет тор­же­ст­во­вать и ли­ко­вать. <...> Тог­да от­кро­ют­ся гла­за сле­пых, и уши глу­хих от­вер­зут­ся. Тог­да хро­мой вско­чит, как олень, и язык не­мо­го бу­дет петь; ибо про­бьют­ся во­ды в пу­с­ты­не, и в сте­пи – по­то­ки. И пре­вра­тит­ся при­зрак вод в озе­ро, и жаж­ду­щая зем­ля – в ис­точ­ни­ки вод; …
» (Ис. 35:1–2, 5–7).


Сра­зу вспоминаются те мно­го­чис­лен­ные ис­це­ле­ния душ и те­лес, ко­то­рые тво­ри­лись во вре­ме­на Хри­с­то­вы, а также сло­ва Хри­с­та о во­де, ко­то­рую Он даст и ко­то­рая бу­дет ис­точ­ни­ком жиз­ни веч­ной. Вода и в пророческих книгах является устойчивым символом благодати Святого Духа, которая изольется на верных после пришествия Христова. «И бу­дет там боль­шая до­ро­га, и путь по ней на­зо­вет­ся пу­тем свя­тым: не­чи­с­тый не бу­дет хо­дить по не­му; но он бу­дет для них од­них; иду­щие этим пу­тем, да­же и не­о­пыт­ные, не за­блу­дят­ся ... И воз­вра­тят­ся из­бав­лен­ные Гос­по­дом и при­дут на Си­он с ра­до­ст­ным вос­кли­ца­ни­ем; и ра­дость веч­ная бу­дет над го­ло­вою их; они най­дут ра­дость и ве­се­лье, а пе­чаль и воз­ды­ха­ние уда­лят­ся
» (Ис. 35:8, 10).



26.12. Ис­то­ри­че­с­кий от­дел. На­ше­ст­вие Сен­на­хи­ри­ма. Бо­лезнь Езе­кии. Пред­ска­за­ние о Ва­ви­лон­ском пле­не

Сле­ду­ю­щие не­сколь­ко глав, с 36 по 39, по­свя­ще­ны ис­то­ри­че­с­ким со­бы­ти­ям, ко­то­рые про­ис­хо­ди­ли во вре­ме­на про­ро­ка Иса­ии и были не­по­сред­ст­вен­но с ним свя­за­ны, а имен­но на­ше­ст­вие ас­си­рий­цев под пред­во­ди­тель­ст­вом Сен­на­хи­ри­ма, ца­ря Ас­си­рий­ско­го (Ис. 36:1 – 37:38). Слугам царя Езе­кии пророк Иса­ия го­во­рит: «Так ска­жи­те гос­по­ди­ну ва­ше­му: так го­во­рит Гос­подь: не бой­ся слов, ко­то­рые слы­шал ты, ко­то­ры­ми по­но­си­ли Ме­ня слу­ги ца­ря Асси­рий­ско­го. Вот, Я по­ш­лю в не­го дух, и он ус­лы­шит весть, и воз­вра­тит­ся в зем­лю свою, и Я по­ра­жу его ме­чом в зем­ле его
» (Ис. 37:6–7). Пророк обличает ас­си­рийцев в том, что их царь по­ла­га­ет, будто он до­стиг все­го сво­ей соб­ст­вен­ной си­лой, утверждая, что и Ие­ру­са­лим не ус­то­ит пе­ред ним, точ­но так же, как не ус­то­я­ли все про­чие го­ро­да и как бо­ги дру­гих на­ро­дов не смог­ли по­мочь их го­ро­дам про­тив не­го, точ­но так­ же и Бог Ие­ру­са­ли­ма не смо­жет ни­че­го сде­лать про­тив его войск (Ис. 36:18–20). Еще рань­ше че­рез про­ро­ка Иса­ию Гос­подь от­крыл, что Ас­си­рия есть кнут, плет­ка, при­зван­ная Гос­по­дом для то­го, чтоб со­вер­шить на­ка­за­ние (Ис. 10:5–6), без ко­то­рого не­воз­мож­но ис­прав­ле­ние иудеев, но это не сни­ма­ет нрав­ст­вен­ной от­вет­ст­вен­но­с­ти с са­мих ас­си­рий­цев за их бо­го­хуль­ст­во, же­с­то­кость, гор­дость и алч­ность. И хотя Ас­си­рия ис­пол­ни­ла слу­же­ние Бо­гу, но тем не ме­нее она этим не ос­во­бож­да­ет­ся от нрав­ст­вен­ной от­вет­ст­вен­но­с­ти за свои соб­ст­вен­ные де­я­ния (Ис. 10:7–19).


Это важный момент. Служение Богу или участие в Его промыслительном действии не ставит человека выше добра и зла и не освобождает его от ответственности за то, как он это делал. Этим снимается вопрос об ответственности Иуды Искариота, через предательство которого Христос принял Свое спасительное для мира страдание: «Сын Человеческий идет, как писано о Нем; но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается: лучше было бы тому человеку не родиться
» (Мк. 14:21).


Гос­подь го­во­рит ца­рю Ас­си­рий­ско­му: «За твою дер­зость про­тив Ме­ня и за то, что над­ме­ние твое до­шло до ушей Мо­их, Я вло­жу коль­цо Мое в но­з­д­ри твои и уди­ла Мои в рот твой, и воз­вра­щу те­бя на­зад тою же до­ро­гою, ко­то­рою ты при­шел. <…> И вы­шел Ан­гел Гос­по­день и по­ра­зил в ста­не Ас­си­рий­ском сто во­семь­де­сят пять ты­сяч че­ло­век. И вста­ли по­ут­ру, и вот, все те­ла мерт­вые. И от­сту­пил, и по­шел, и воз­вра­тил­ся Сен­на­хи­рим, царь Ас­си­рий­ский, и жил в Ни­не­вии
» (Ис. 37:29, 36-37).


За­тем опи­са­на бо­лезнь и вы­здо­ров­ле­ние ца­ря Езе­кии (Ис. 38:1–22). Ког­да он смер­тель­но за­бо­лел, при­шел к не­му про­рок Иса­ия и ска­зал: «сде­лай за­ве­ща­ние для до­ма тво­е­го, ибо ты ум­решь, не вы­здо­ро­ве­ешь
» (Ис. 38:1). Езе­кия на­чи­на­ет мо­лить­ся (Ис. 38:9–20), и тог­да Гос­подь го­во­рит Иса­ии: «пойди и скажи Езекии: так говорит Господь, Бог Давида, отца твоего: Я услышал молитву твою, увидел слезы твои, и вот, Я прибавлю к дням твоим пятнадцать лет
» (Ис. 38:5). И в ка­че­ст­ве зна­ме­ния да­ет­ся ему яв­ле­ние сол­неч­ной те­ни, ко­то­рая на 10 сту­пе­ней против обычного движения солнца воз­вра­ща­ет­ся на­зад.


Благочестивый царь Езе­кия со­вер­ша­ет весь­ма не­ра­зум­ный по­сту­пок. К нему при­хо­дят по­слы ца­ря ва­ви­лон­ско­го. Из ис­то­рии древ­не­го ми­ра известно, что это был мо­мент, ког­да Ас­си­рия на­хо­дит­ся еще в зе­ни­те, но в это вре­мя сно­ва на­чи­на­ет ук­реп­лять­ся Ва­ви­лон. И вот ва­ви­лон­ский царь при­сы­ла­ет сво­их по­слов к Езе­кии (Ис. 39:1). И он, об­ра­до­ван­ный, де­ла­ет то, че­го де­лать не сле­ду­ет: по­ка­зы­ва­ет халдеям все свои со­кро­ви­ща и все со­кро­ви­ща до­ма Бо­жия (Ис. 39:2), де­мон­ст­ри­руя им свое бла­го­рас­по­ло­же­ние, на­де­ясь на со­юз с ни­ми про­тив Ас­си­рии. Про­рок Иса­ия тог­да го­во­рит: «вот, при­дут дни, и все, что есть в до­ме тво­ем и что со­бра­ли от­цы твои до се­го дня, бу­дет уне­се­но в Ва­ви­лон; ни­че­го не ос­та­нет­ся, го­во­рит Гос­подь
» (Ис. 39:6). Про­ро­че­ст­вом о ва­ви­лон­ском пле­не (Ис. 39:6–7), за­кан­чи­ва­ет­ся ис­то­ри­че­с­кий раз­дел книги пророка Исайи и ее первая часть, содержащая по преимуществу обличительные речи и грозные пророчества.



26.13. Уте­ши­тель­ные про­ро­че­ст­ва. Хри­с­тос и Цер­ковь

Сле­ду­ю­щая часть с 40-й гла­вы и до кон­ца кни­ги ино­гда на­зы­ва­ют «кни­гой Уте­ше­ния». Ес­ли до это­го пре­об­ла­да­ли об­ли­че­ния, гроз­ные и страш­ные про­ро­че­ст­ва о гибели Ие­ру­са­лима (Ис. 32:13–14), то здесь звучит радостная весть об избавлении и явлении цар­ст­вия Бо­жия: «Уте­шай­те, уте­шай­те на­род Мой, го­во­рит Бог ваш
» (Ис. 40:1). Ес­ли рань­ше пророк восклицал: «ку­да бить вас?
», то те­перь го­во­рит­ся: «уте­шай­те на­род Мой
». По­че­му? – по­то­му что «за не­прав­ды его сде­ла­но удов­ле­тво­ре­ние, ибо он от ру­ки Гос­под­ней при­нял вдвое за все гре­хи свои. Глас во­пи­ю­ще­го в пу­с­ты­не: при­го­товь­те путь Гос­по­ду, пря­мы­ми сде­лай­те в сте­пи сте­зи Бо­гу на­ше­му; вся­кий дол да на­пол­нит­ся, и вся­кая го­ра и холм да по­ни­зят­ся; ...и явит­ся сла­ва Гос­под­ня, и уз­рит вся­кая плоть [спа­се­ние Бо­жие]; ибо ус­та Гос­под­ни из­рек­ли это
» (Ис. 40:2-5).


Здесь мы ви­дим прямую связь с Новым Заветом, поскольку святой Иоанн Предтеча говорил о себе: «Я глас во­пи­ю­ще­го в пу­с­ты­не
» (Ин. 1:23; Ис. 40:3). О чем же этот глас согласно пророческому речению? О том, что «вся­кий дол на­пол­нит­ся
», то есть, все сми­рен­ное воз­вы­сит­ся, «вся­кая го­ра и холм да по­ни­зят­ся
», то есть, все гор­дое бу­дет упразднено и смирится, и явит­ся сла­ва Бо­жия. Святитель Иоанн Златоуст говорит, что «прежде это совершилось во время возвращения из плена, так как народ пришел без труда и препятствия. Потом наполнение дебрей, понижение гор, холмов и изменение трудного в легкое означает тот путь, который ведет к добродетелям, что он легок и ровен, так что на нем… не будет никаких препятствий для желающих по нему идти… До пришествия Христа сила добродетели была подобна густым кедровым рощам, стремнистым и лесистым местам, почти была непроходима; пророки, праведники плакали и оплакивали тех, которые населяли эти суровые места; но после Христа – не так;… многие вступают на эту дорогу <добродетели> без сомнения и страха» [29, т. 5, с. 215].


Спа­се­ние, ра­дость и уте­ше­ние свя­за­ны с яв­ле­ни­ем Не­ко­е­го ра­ба Гос­под­ня или От­ро­ка Гос­под­не­го. Главы с 42-й по 53-ю гла­ву яв­ля­ют­ся важ­ней­шими с точ­ки зре­ния мес­си­ан­ско­го содержания кни­ги про­ро­ка Иса­ии, а в плане догматическом – во­об­ще все­го Вет­хо­го За­ве­та.


«Вот, От­рок Мой, Ко­то­ро­го Я дер­жу за ру­ку, из­бран­ный Мой, к ко­то­ро­му бла­го­во­лит ду­ша Моя. По­ло­жу дух Мой на Не­го, и воз­ве­с­тит на­ро­дам суд; не во­зо­пи­ет и не воз­вы­сит го­ло­са Сво­е­го.., тро­с­ти над­лом­лен­ной не пе­ре­ло­мит, и льна ку­ря­ще­го­ся не уга­сит; бу­дет про­из­во­дить суд по ис­ти­не; не ос­ла­бе­ет и не из­не­мо­жет, до­ко­ле на зем­ле не ут­вер­дит су­да, и на имя его бу­дут упо­вать на­ро­ды
» (Ис. 42:1–4). Об исполнении пророчества Исайи свидетельствует евангелист Матфей (Мф. 12:18). Итак, явление Нового Завета будет связано с приходом этого Отрока. Для че­го Он при­шел? «По­став­лю Те­бя в за­вет для на­ро­да и в свет для языч­ни­ков
». «Све­том во от­кро­ве­ние язы­ков
» называет Христа в свое молитве святой Симеон Богоприимец (Лк. 2:32). Он придет «что­бы уз­ни­ков вы­ве­с­ти из за­клю­че­ния и си­дя­щих во тьме – из тем­ни­цы. Я Гос­подь, это – Мое имя, и не дам сла­вы Мо­ей ино­му... Вот, пред­ска­зан­ное преж­де сбы­лось, и но­вое Я воз­ве­щу; преж­де, не­же­ли оно про­изой­дет, Я воз­ве­щу вам
» (Ис. 42:7–9).


«Я, Я Гос­подь, и нет Спа­си­те­ля кро­ме Ме­ня. … Вот, Я де­лаю но­вое; ны­не же оно явит­ся; не­уже­ли вы и это­го не хо­ти­те знать? Я про­ло­жу до­ро­гу в сте­пи, ре­ки в пу­с­ты­не. … Этот на­род Я об­ра­зо­вал для Се­бя; он бу­дет воз­ве­щать сла­ву Мою. А ты, Иа­ков, не взы­вал ко Мне; ты, Из­ра­иль, не тру­дил­ся для Ме­ня. … Я, Я Сам из­гла­жи­ваю пре­ступ­ле­ния твои ра­ди Се­бя Са­мо­го и гре­хов тво­их не по­мя­ну
» (Ис. 43:11, 19, 21, 22, 25). То, что со­би­ра­ет­ся сде­лать Гос­подь, упо­доб­ля­ет­ся Ис­хо­ду и да­же но­во­му тво­ре­нию.


Что же воз­ве­ща­ет Гос­подь? Он обе­ща­ет из­лить во­ды Свои на жаж­ду­щих: «А ны­не слу­шай, Иа­ков, раб Мой, и Из­ра­иль, ко­то­ро­го Я из­брал. Так го­во­рит Гос­подь, со­здав­ший те­бя..: не бой­ся, раб Мой, Иа­ков, и воз­люб­лен­ный [Из­ра­иль], ко­то­ро­го Я из­брал; ибо Я изо­лью во­ды на жаж­ду­щее, и по­то­ки на ис­сох­шее; из­лию дух Мой на пле­мя твое и бла­го­сло­ве­ние Мое на по­том­ков тво­их. И бу­дут рас­ти меж­ду тра­вою, как ивы при по­то­ках вод. Один ска­жет: “я Гос­по­день”, дру­гой на­зо­вет­ся име­нем Иа­ко­ва; а иной на­пи­шет ру­кою сво­ею: “я Гос­по­день”, и про­зо­вет­ся име­нем Из­ра­и­ля
» (Ис. 44:1–5). Это то­же обе­то­ва­ние об из­ли­я­нии Свя­то­го Ду­ха.


В главах с 49-ю по 53-ю содержатся пророчества об избавлении из вавилонского плена и восстановлении Иерусалима. Однако эта яркая и торжественна картина мало соответствует тому, что в действительности произошло после возвращения из плена. Как мы знаем, израильтяне были притесняемы окрестными народами и испытывали многочисленные трудности.


Между тем возвещаемая здесь радость должна возвещаться всем «островам и народам дольним
», возрожденному Иерусалиму поклонятся все народы земли (Ис. 41:22–23). Это событие вселенского масштаба. «Поднимите глаза ваши к небесам, и посмотрите на землю вниз: ибо небеса исчезнут, как дым, и земля обветшает, как одежда, и жители ее также вымрут; а Мое спасение пребудет вечным, и правда Моя не престанет
» (Ис. 51:6). Торжество избавления будет связано с явлением и служением Отрока Господня. «И ны­не го­во­рит Гос­подь, об­ра­зо­вав­ший Ме­ня от чре­ва в ра­ба Се­бе, что­бы об­ра­тить к Не­му Иа­ко­ва и что­бы Из­ра­иль со­брал­ся к Не­му; Я по­чтен в очах Гос­по­да, и Бог Мой – си­ла Моя. И Он ска­зал: ...Я сде­лаю Те­бя све­том на­ро­дов, что­бы спа­се­ние Мое про­стер­лось до кон­цов зем­ли
» (Ис. 49:5–6).


И вот ка­ким об­ра­зом де­ла­ет­ся это спа­се­ние зем­ли. Пе­ред на­ми яв­но пред­ста­ют кар­ти­ны Ве­ли­ко­го Пят­ка: «...Я не вос­про­ти­вил­ся, не от­сту­пил на­зад. Я пре­дал хре­бет Мой би­ю­щим и ла­ни­ты Мои по­ра­жа­ю­щим; ли­ца Мо­е­го не за­кры­вал от по­ру­га­ний и оп­ле­ва­ния. И Гос­подь Бог по­мо­га­ет Мне: по­это­му Я не сты­жусь
...» (Ис. 50:5–7). По­ра­жен­ный ви­де­ни­ем про­рок вос­кли­ца­ет: «[Гос­по­ди!] кто по­ве­рил слы­шан­но­му от нас, и ко­му от­кры­лась мыш­ца Гос­под­ня? Ибо Он взо­шел пред Ним, как от­прыск и как рос­ток из су­хой зем­ли; нет в Нем ни ви­да, ни ве­ли­чия; и мы ви­де­ли Его, и не бы­ло в Нем ви­да, ко­то­рый при­вле­кал бы нас к Не­му. Он был пре­зрен и ума­лен пред людь­ми, муж скор­бей и из­ве­дав­ший бо­лез­ни, и мы от­вра­ща­ли от Не­го ли­це свое; Он был пре­зи­ра­ем, и мы ни во что ста­ви­ли Его
» (Ис. 53:1–3). Этот текст очень ва­жен, так как оп­ро­вер­га­ет рас­про­ст­ра­нен­ное сре­ди со­вре­мен­ных ис­сле­до­ва­те­лей мне­ние о том, что про­ро­ки все­гда го­во­ри­ли толь­ко то, что бы­ло яс­но и оче­вид­но для их слу­ша­те­лей, в свя­зи с чем не сто­ит от­но­сить их про­ро­честв к но­во­за­вет­ным вре­ме­нам. Про­рок Иса­ия сам со­мне­ва­ет­ся в том, что кто-то смо­жет про­ник­нуть в смысл дан­но­го ему от­кро­ве­ния. О чем здесь речь? О том, что иудеи во Христе не узнали Своего Избавителя. Они Его ждали, как воинственного Царя, Который должен явиться во славе, а Христос пришел в образе странствующего проповедника: «Вот, Раб Мой бу­дет бла­го­ус­пе­шен, воз­вы­сит­ся и воз­не­сет­ся, и воз­ве­ли­чит­ся. Как мно­гие изум­ля­лись, смо­т­ря на Те­бя, – столь­ко был обе­зо­б­ра­жен па­че вся­ко­го че­ло­ве­ка лик Его, и вид Его – па­че сы­нов че­ло­ве­че­с­ких! Так мно­гие на­ро­ды при­ве­дет Он в изум­ле­ние; ца­ри за­кро­ют пред Ним ус­та свои, ибо они уви­дят то, о чем не бы­ло го­во­ре­но им, и уз­на­ют то, че­го не слы­ха­ли
» (Ис. 52:13–15).


Иной суд че­ло­ве­че­с­кий, и иной суд Божий. «Мои мыс­ли – не ва­ши мыс­ли, ни ва­ши пу­ти – пу­ти Мои, го­во­рит Гос­подь. Но как не­бо вы­ше зем­ли, так пу­ти Мои вы­ше пу­тей ва­ших, и мыс­ли Мои вы­ше мыс­лей ва­ших
» (Ис. 55:8–9). По­не­сен­ное Пра­вед­ни­ком стра­да­ние не есть на­ка­за­ние за грех: «Он взял на Се­бя на­ши не­мо­щи и по­нес на­ши бо­лез­ни; а мы ду­ма­ли, что Он был по­ра­жа­ем, на­ка­зу­ем и уни­чи­жен Бо­гом. Но Он изъ­язв­лен был за гре­хи на­ши, и му­чим за без­за­ко­ния на­ши; на­ка­за­ние ми­ра на­ше­го бы­ло на Нем, и ра­на­ми Его мы ис­це­ли­лись. Все мы блуж­да­ли, как ов­цы, со­вра­ти­лись каж­дый на свою до­ро­гу: и Гос­подь воз­ло­жил на Не­го гре­хи всех нас. Он ис­тя­зу­ем был, но стра­дал до­б­ро­воль­но и не от­кры­вал уст Сво­их; как ов­ца, ве­ден был Он на за­кла­ние, и как аг­нец пред стри­гу­щим Его без­гла­сен, так Он не от­вер­зал уст Сво­их. От уз и су­да Он был взят; но род Его кто изъ­яс­нит? ибо Он от­торг­нут от зем­ли жи­вых; за пре­ступ­ле­ния на­ро­да Мо­е­го пре­тер­пел казнь. Ему на­зна­ча­ли гроб со зло­де­я­ми, но Он по­гре­бен у бо­га­то­го, по­то­му что не сде­лал гре­ха, и не бы­ло лжи в ус­тах Его. Но Гос­по­ду угод­но бы­ло по­ра­зить Его, и Он пре­дал Его му­че­нию; ког­да же ду­ша Его при­не­сет жерт­ву уми­ло­с­тив­ле­ния, Он уз­рит по­том­ст­во дол­го­веч­ное, и во­ля Гос­под­ня бла­го­ус­пеш­но бу­дет ис­пол­нять­ся ру­кою Его. На по­двиг ду­ши Сво­ей Он бу­дет смо­т­реть с до­воль­ст­вом; че­рез по­зна­ние Его Он, Пра­вед­ник, Раб Мой, оп­рав­да­ет мно­гих и гре­хи их на Се­бе по­не­сет. По­се­му Я дам Ему часть меж­ду ве­ли­ки­ми, и с силь­ным бу­дет де­лить до­бы­чу, за то, что пре­дал ду­шу Свою на смерть, и к зло­де­ям при­чтен был, тог­да как Он по­нес на Се­бе грех мно­гих и за пре­ступ­ни­ков сде­лал­ся хо­да­та­ем
» (Ис. 53:4–12). Это пророчество – од­на из вы­со­чай­ших вер­шин вет­хо­за­вет­но­го от­кро­ве­ния, сокровенная тайна Божественного домостроительства, открытая пророку. Мы ви­дим всю внеш­нюю сто­ро­ну подвига Христа: пол­ное Его уни­чи­же­ние, казнь со зло­де­я­ми, по­зор­ную гроб­ни­цу и по­гре­бе­ние с бо­га­ты­ми. Од­но­вре­мен­но рас­кры­ва­ет­ся и глу­бо­чай­ший смысл про­ис­хо­дя­ще­го, тай­на Пред­веч­но­го Со­ве­та, в ко­то­рую по­свя­щен был про­рок (и нель­зя по­это­му от­де­лять 53-ю гла­ву от 6-й).


Но и здесь сквозь мрак Гол­го­фы уже све­тит свет Вос­кре­се­ния. До­б­ро­воль­но при­няв стра­да­ние и смерть, Он взи­ра­ет с до­воль­ст­вом на де­ло рук Сво­их. Смерть Им не об­ла­да­ет; Он ­при­ни­ма­ет эту смерть для то­го, что­бы оп­рав­дать че­рез это мно­гих. О до­бы­че мы уже го­во­ри­ли в свя­зи с сим­во­ли­че­с­ким име­нем Ма­гер-Ше­лал-Хаш-Баз (Ис. 8:3).



26.14. Цер­ковь

По­сле опи­са­ния ис­ку­пи­тель­ной жерт­вы Христа сле­ду­ют про­ро­че­ст­ва о со­зда­нии Церк­ви и о при­ше­ст­вии Цар­ст­вия Бо­жь­е­го как о пло­дах этой жерт­вы.


«Воз­ве­се­лись, не­плод­ная, не­рож­да­ю­щая; вос­клик­ни и воз­гла­си, не­му­чив­ша­я­ся ро­да­ми; по­то­му что у ос­тав­лен­ной го­раз­до бо­лее де­тей, не­же­ли у име­ю­щей му­жа, го­во­рит Гос­подь. Рас­про­ст­ра­ни ме­с­то ша­т­ра тво­е­го, рас­ширь по­кро­вы жи­лищ тво­их; не стес­няй­ся, пу­с­ти длин­нее вер­ви твои и ут­вер­ди ко­лья твои; ибо ты рас­про­ст­ра­нишь­ся на­пра­во и на­ле­во, и по­том­ст­во твое за­вла­де­ет на­ро­да­ми и на­се­лит опу­с­то­шен­ные го­ро­да. Не бой­ся, ибо не бу­дешь по­сты­же­на; не сму­щай­ся, ибо не бу­дешь в по­ру­га­нии: ты за­бу­дешь по­срам­ле­ние юно­с­ти тво­ей и не бу­дешь бо­лее вспо­ми­нать о бес­сла­вии вдов­ст­ва тво­е­го
» (Ис. 54:1–4). О чем здесь речь? Гос­подь на­зы­ва­ет Се­бя су­пру­гом Из­ра­и­ля, и вот ока­зы­ва­ет­ся, что по­сле Вос­кре­се­ния ос­тав­лен­ная, не­плод­ная, язы­че­с­кая цер­ковь при­об­ре­та­ет се­бе мно­же­ст­во де­тей – че­рез смерть и Вос­кре­се­ние Хри­с­то­во от­кры­ва­ет­ся спа­се­ние для все­го че­ло­ве­че­ст­ва. Вспом­ним пророчество патриарха Ноя о Иа­фе­те, который все­лит­ся в ша­т­ры Си­мо­вы (Быт. 9:27).


Эта тема присутствует и в другом месте книги. Возрожденный Сион, не могущий вместить всех сыновей своих, вопрошает Господа: «кто мне родил их? я была бездетна и бесплодна, отведена в плен и удалена; кто же возрастил их? вот, я оставалась одинокою; где же они были?
» (Ис. 49:21). На что Бог отвечает: «вот Я подниму руку мою к народам и выставлю знамя Мое племенам, и принесут сыновей твоих на руках и дочерей твоих на плечах
» (Ис. 49:22).


Кро­вью Хри­с­то­вою бу­дет ут­верж­ден Но­вый За­вет. «Жаж­ду­щие! Иди­те все к во­дам; да­же и вы, у ко­то­рых нет се­ре­б­ра, иди­те, по­ку­пай­те и ешь­те; иди­те, по­ку­пай­те без се­ре­б­ра и без пла­ты ви­но и мо­ло­ко. <…> При­кло­ни­те ухо ва­ше и при­ди­те ко Мне: по­слу­шай­те, и жи­ва бу­дет ду­ша ва­ша, и дам вам за­вет веч­ный, не­из­мен­ные ми­ло­с­ти, обе­щан­ные Да­ви­ду
» (Ис. 55:1, 3). Что же это за во­ду, ви­но и мо­ло­ко без се­ре­б­ра да­ет Гос­подь? «Сия есть Кровь Моя Но­во­го За­ве­та
» (Мф. 26:28). Без вся­кой за­слу­ги со сто­ро­ны че­ло­ве­че­ст­ва да­ет­ся Но­вый За­вет и в нем – об­нов­ле­ние и уто­ле­ние вся­кой бла­гой жаж­ды. «Вот, Я дал Его сви­де­те­лем для на­ро­дов, вож­дем и на­став­ни­ком на­ро­дам. … Ищи­те Гос­по­да, ког­да мож­но най­ти Его; при­зы­вай­те Его, ког­да Он близ­ко. Да ос­та­вит не­че­с­ти­вый путь свой и без­за­кон­ник – по­мыс­лы свои, и да об­ра­тит­ся к Гос­по­ду, и Он по­ми­лу­ет его, и к Бо­гу на­ше­му, ибо Он мно­го­ми­ло­с­тив
» (Ис. 55:4, 6–7). От­кры­тие Но­во­го За­ве­та да­ет воз­мож­ность каж­до­му че­ло­ве­ку ис­пра­вить­ся и всту­пить в за­вет с Бо­гом и да­ром об­ре­с­ти спа­се­ние. Здесь уместно вспом­нить от­кро­ве­ние о тра­пе­зе Пре­му­д­ро­с­ти в кни­ге Прит­чей Со­ло­мо­но­вых (Притч. 9:1–6).


Возвещая спасение, пророк одновременно призывает людей к покаянию, поскольку именно грехи и беззакония препятствуют милосердию Божию излиться на них. «Все мы ре­вем, как мед­ве­ди, и сто­нем, как го­лу­би; ожи­да­ем су­да, и нет [его], спа­се­ния, но оно да­ле­ко от нас. Ибо пре­ступ­ле­ния на­ши мно­го­чис­лен­ны пред То­бою, и гре­хи на­ши сви­де­тель­ст­ву­ют про­тив нас; ибо пре­ступ­ле­ния на­ши с на­ми, и без­за­ко­ния на­ши мы зна­ем. Мы из­ме­ни­ли и со­лга­ли пред Гос­по­дом, и от­сту­пи­ли от Бо­га на­ше­го; го­во­ри­ли кле­ве­ту и из­ме­ну, за­чи­на­ли и рож­да­ли из серд­ца лжи­вые сло­ва. И суд от­сту­пил на­зад, и прав­да ста­ла вда­ли, ибо ис­ти­на пре­тк­ну­лась на пло­ща­ди, и че­ст­ность не мо­жет вой­ти. И не ста­ло ис­ти­ны, и уда­ля­ю­щий­ся от зла под­вер­га­ет­ся ос­кор­б­ле­нию
» (Ис. 59:11–15). Народ Божий не явил правды Его. Но Сам Бог, придя на землю, очистит мир от зла и греха. «И Гос­подь уви­дел это, и про­тив­но бы­ло очам Его, что нет су­да. И ви­дел, что нет че­ло­ве­ка, и ди­вил­ся, что нет за­ступ­ни­ка; и по­мог­ла Ему мыш­ца Его, и прав­да Его под­дер­жа­ла Его. И Он воз­ло­жил на Се­бя прав­ду, как бро­ню, и шлем спа­се­ния на гла­ву Свою; и об­лек­ся в ри­зу мще­ния, как в одеж­ду, и по­крыл Се­бя рев­но­с­тью, как пла­щом. По ме­ре воз­мез­дия, по этой ме­ре Он воз­даст про­тив­ни­кам Сво­им – яро­с­тью, вра­гам Сво­им – ме­с­тью, ос­т­ро­вам воз­даст долж­ное. И убо­ят­ся име­ни Гос­по­да на за­па­де и сла­вы Его – на вос­хо­де солн­ца. Ес­ли враг при­дет как ре­ка, ду­но­ве­ние Гос­по­да про­го­нит его. И при­дет Ис­ку­пи­тель Си­о­на и [сы­нов] Иа­ко­ва, об­ра­тив­ших­ся от не­че­с­тия, го­во­рит Гос­подь. И вот, за­вет Мой с ни­ми, го­во­рит Гос­подь: Дух Мой, Ко­то­рый на те­бе, и сло­ва Мои, ко­то­рые вло­жил Я в ус­та твои, не от­сту­пят от уст тво­их и от уст по­том­ст­ва тво­е­го, и от уст по­том­ков по­том­ст­ва тво­е­го, го­во­рит Гос­подь, от­ны­не и до ве­ка
» (Ис. 59:15–21).



26.15. При­зва­ние языч­ни­ков

Даль­ше го­во­рит­ся о том, что спа­се­ние бу­дет от­кры­то для всех на­ро­дов че­рез яв­ле­ние сла­вы Ие­ру­са­ли­ма: «Вос­стань, све­тись, [Ие­ру­са­лим], ибо при­шел свет твой, и сла­ва Гос­под­ня взо­шла над то­бою
» (Ис. 60:1). Эти слова легли в основу 9-й пести канона Пасхи. Эта но­вая сла­ва Ие­ру­са­ли­ма пе­ре­кли­ка­ет­ся уже с тем, что го­во­рит­ся в Апо­ка­лип­си­се о сла­ве Но­во­го го­ро­да: «Ибо вот, тьма по­кро­ет зем­лю, и мрак – на­ро­ды; а над то­бою вос­си­я­ет Гос­подь, и
сла­ва Его явит­ся над то­бою
» (Ис. 60:2). Про­изой­дет раз­де­ле­ние греш­ни­ков и пра­вед­ни­ков. По слову святителя Иоанна Златоуста, явление тьмы и мрака будут происходить не по необходимости и насилию но будут добровольными [29, т. 5, с. 362]. О том же говорится и в Евангелии: «Суд же состоит в том, что свет пришел в мир; но люди более возлюбили тьму, нежели свет, потому что дела их были злы
» (Ин. 3:19). «И при­дут на­ро­ды к све­ту тво­е­му, и ца­ри – к вос­хо­дя­ще­му над то­бою си­я­нию. Воз­ве­ди очи твои и по­смо­т­ри во­круг: все они со­би­ра­ют­ся, идут к те­бе; сы­но­вья твои из­да­ле­ка идут и до­че­рей тво­их на ру­ках не­сут. … бо­гат­ст­во мо­ря об­ра­тит­ся к те­бе, до­сто­я­ние на­ро­дов при­дет к те­бе
» (Ис. 60:3–5).


«Тогда сыновья иноземцев будут строить стены твои, и цари их – служить тебе; ибо во гневе Моем Я поражал тебя, но в благоволении Моем буду милостив к тебе. И будут всегда отверсты врата твои, не будут затворяться ни днем ни ночью, чтобы приносимо было к тебе достояние народов и приводимы были цари их. Ибо народ и царства, которые не захотят служить тебе, – погибнут, и такие народы совершенно истребятся
» (Ис. 60:10–12). Святитель Иоанн Златоуст говорит, что «все, что возвещено в этой главе, было обетованиями, которые должны были исполниться после возвращения из плена; если же что не исполнилось, то это совершилось по причине их недостоинства… На самом же деле, это исполнилось в Церкви, так как врата ея открыты всегда, и никогда не затворяются» [29, т. 5, с. 362].


В цен­т­ре все­мир­ной про­по­ве­ди – Хри­с­тос. «Дух Гос­по­да Бо­га на Мне, ибо Гос­подь по­ма­зал Ме­ня бла­го­ве­ст­во­вать ни­щим, по­слал Ме­ня ис­це­лять со­кру­шен­ных серд­цем, про­по­ве­до­вать плен­ным ос­во­бож­де­ние и уз­ни­кам от­кры­тие тем­ни­цы» (Ис. 61:1). Это те сло­ва, ко­то­рые Хри­с­тос Сам чи­тал в си­на­го­ге в На­за­ре­те пе­ред тем, как про­по­ве­до­вать (Лк. 4:18).


Разрушающий узы ада Спаситель является как грозный воин. «Кто это идет от Едо­ма, в черв­ле­ных ри­зах от Во­со­ра, столь ве­ли­че­ст­вен­ный в Сво­ей одеж­де, вы­сту­па­ю­щий в пол­но­те си­лы Сво­ей? “Я – из­ре­ка­ю­щий прав­ду, силь­ный, что­бы спа­сать”. От­че­го же оде­я­ние Твое крас­но, и ри­зы у Те­бя, как у топ­тав­ше­го в то­чи­ле? “Я топ­тал то­чи­ло один, и из на­ро­дов ни­ко­го не бы­ло со Мною; и Я топ­тал их во гне­ве Мо­ем и по­пи­рал их в яро­с­ти Мо­ей; … ибо день мще­ния – в серд­це Мо­ем, и год Мо­их ис­куп­лен­ных на­стал. Я смо­т­рел, и не бы­ло по­мощ­ни­ка; ди­вил­ся, что не бы­ло под­дер­жи­ва­ю­ще­го, но по­мог­ла Мне мыш­ца Моя; … и по­прал Я на­ро­ды во гне­ве Мо­ем, и со­кру­шил их в яро­с­ти Мо­ей …”
» (Ис. 63:1–6). Под эти­ми на­ро­да­ми Едо­мом, Во­со­ром, ко­то­рые по­пи­ра­ли Ие­ру­са­лим, и под от­мще­ни­и им по­ни­ма­ет­ся по­пра­ние ди­а­во­ла и все­го во­ин­ст­ва его и ос­во­бож­де­ние лю­дей от их вла­с­ти. Омы­тие одежд кро­вью – вос­ста­нов­ле­ние че­ло­ве­че­с­кой при­ро­ды: «Вос­при­ем­ле­му Те­бе Хри­с­те от го­ры Мас­лич­ныя, си­лы зря­ще, друг дру­гу во­пи­я­ху: кто есть Сей? И гла­го­лет к ним: Сей есть дер­жав­ный и силь­ный, Сей есть силь­ный в бра­ни, Сей есть во­ис­тин­ну Царь сла­вы. И поч­то Ему черв­ле­ны ри­зы? Из Во­со­ра при­хо­дит, еже есть пло­ти. Ты же Сам яко Бог одес­ную сед ве­ли­че­ст­вия, по­слал еси нам Ду­ха Свя­та­го, да на­ста­вит и спа­сет ду­ши на­ша»[46]
. Это пророчество тесно связано с мессианским благословением патриарха Иакова Иуде, в котором сказано, что он «моет в вине одежду свою и в крови гроздов одеяние свое
» (Быт. 49:11).


Та­ким об­ра­зом, все вра­ги Цар­ст­ва Не­бес­но­го ока­зы­ва­ют­ся по­пран­ны­ми, и Гос­подь го­во­рит:
«Я топ­тал то­чи­ло один, и из на­ро­дов ни­ко­го не бы­ло со Мною
» (Ис. 63:3, ср. 51:18). На кре­с­те Гос­подь один со­вер­шил это спа­се­ние, которого никто не был достоин.


«Все мы сделались
– как нечистый, и вся праведность наша
– как запачканная одежда
» (Ис. 64:6). Поэтому Господь снова обращается с призывом к людям с тем, чтобы создать для себя новый народ. «Я от­крыл­ся не во­про­шав­шим обо Мне; Ме­ня на­шли не ис­кав­шие Ме­ня. “Вот, Я! вот, Я!” – го­во­рил Я на­ро­ду, не име­но­вав­ше­му­ся име­нем Мо­им. Вся­кий день про­сти­рал Я ру­ки Мои к на­ро­ду не­по­кор­но­му..., к на­ро­ду, ко­то­рый по­сто­ян­но ос­кор­б­ля­ет Меня в лицо
» (Ис. 65:1–3). Те, кто откликнутся на призыв и станут новым Израилем и примут новое имя. «Рабы Мои будут веселиться, а вы будете в стыде; рабы Мои будут петь от сердечной радости, а вы будете кричать от сердечной скорби и рыдать от сокрушения духа. И оставите имя ваше избранным Моим для проклятия; и убьет тебя Господь Бог, а рабов Своих назовет иным именем, которым кто будет благословлять себя на земле, будет благословляться Богом истины
» (Ис. 65:14–16). «Вот, Я тво­рю но­вое не­бо и но­вую зем­лю, и преж­ние уже не бу­дут вос­по­ми­на­е­мы и не при­дут на серд­це. А вы бу­де­те ве­се­лить­ся и ра­до­вать­ся во­ве­ки о том, что Я тво­рю: ибо вот, Я тво­рю Ие­ру­са­лим ве­се­ли­ем и на­род его ра­до­с­тью. И бу­ду ра­до­вать­ся о Ие­ру­са­ли­ме и ве­се­лить­ся о на­ро­де Мо­ем
» (Ис. 65:17–19).


Итак, пе­ред на­шим взо­ром уже пред­ста­ют но­вое не­бо и но­вая зем­ля, наполненные божественной славой. «Не­бо[47]
– пре­стол Мой, а зем­ля – под­но­жие ног Мо­их; где же по­ст­ро­и­те вы дом для Ме­ня, и где ме­с­то по­коя Мо­е­го? Ибо все это со­де­ла­ла ру­ка Моя... А вот на ко­го Я при­зрю: на сми­рен­но­го и со­кру­шен­но­го ду­хом и на тре­пе­щу­ще­го пе­ред сло­вом Мо­им
» (Ис. 66:1–2). Ветхозаветные жертвы уподобляются различным мерзостям (Ис. 66:3) по сравнению с чистым и духовным служением смиренных сердец в духе и истине (Ин. 4:23). То, что от­кры­ва­ет­ся про­ро­ку, от­но­сит­ся к ре­аль­но­с­ти бу­ду­ще­го ве­ка. Об этом сви­де­тель­ст­ву­ет От­кро­ве­ние св. Ио­ан­на Бо­го­сло­ва: «И уви­дел я но­вое не­бо и но­вую зем­лю, ибо преж­нее не­бо и преж­няя зем­ля ми­но­ва­ли, и мо­ря уже нет. И я, Ио­анн, уви­дел свя­тый го­род Ие­ру­са­лим, но­вый, схо­дя­щий от Бо­га с не­ба, при­го­тов­лен­ный как не­ве­с­та, ук­ра­шен­ная для му­жа сво­е­го. И ус­лы­шал я гром­кий го­лос с не­ба, го­во­ря­щий: се, ски­ния Бо­га с че­ло­ве­ка­ми, и Он бу­дет оби­тать с ни­ми; они бу­дут Его на­ро­дом, и Сам Бог с ни­ми бу­дет Бо­гом их. И от­рет Бог вся­кую сле­зу с очей их, и смер­ти не бу­дет уже; ни пла­ча, ни во­пля, ни бо­лез­ни уже не бу­дет, ибо преж­нее про­шло. И ска­зал Си­дя­щий на пре­сто­ле: се, тво­рю все но­вое. И го­во­рит мне: на­пи­ши; ибо сло­ва сии ис­тин­ны и вер­ны
» (Откр. 21:1–5).


Одно из пророчеств этой части книги пророка Исаии: «Еще не му­чи­лась ро­да­ми, а ро­ди­ла; преж­де, не­же­ли на­сту­пи­ли бо­ли ее, раз­ре­ши­лась сы­ном
» (Ис. 66:7), – преподобный Иоанн Дамаскин относит к Божией Матери, родившей Бога Слова «без истления», то есть страдания [26, с. 278].



26.16. За­клю­чи­тель­ные про­ро­че­ст­ва

Завершая книгу, пророк говорит о суде над теми, кто не рас­ка­ет­ся и не по­же­ла­ет вой­ти в Цер­ковь: «Ибо вот, при­дет Гос­подь в ог­не, и ко­лес­ни­цы Его – как вихрь, что­бы из­лить гнев Свой с яро­с­тью и пре­ще­ние Свое с пы­ла­ю­щим ог­нем. Ибо Гос­подь с ог­нем и ме­чом Сво­им про­из­ве­дет суд над вся­кою пло­тью, и мно­го бу­дет по­ра­жен­ных Гос­по­дом. <…> Ибо Я знаю де­я­ния их и мыс­ли их; и вот, при­ду со­брать все на­ро­ды и язы­ки, и они при­дут и уви­дят сла­ву Мою. И по­ло­жу на них зна­ме­ние, и по­ш­лю из спа­сен­ных от них к на­ро­дам: в Фар­сис, к Пу­лу и Лу­ду, к на­тя­ги­ва­ю­щим лук, к Ту­ба­лу и Ява­ну, на даль­ние ос­т­ро­ва, ко­то­рые не слы­ша­ли обо Мне и не ви­де­ли сла­вы Мо­ей: и они воз­ве­с­тят на­ро­дам сла­ву Мою и пред­ста­вят всех бра­ть­ев ва­ших от всех на­ро­дов в дар Гос­по­ду <…> на свя­тую го­ру Мою, в Ие­ру­са­лим, го­во­рит Гос­подь, – по­доб­но то­му, как сы­ны Из­ра­и­ле­вы при­но­сят дар в дом Гос­по­да в чи­с­том со­су­де. Из них бу­ду брать так­же в свя­щен­ни­ки и ле­ви­ты, го­во­рит Гос­подь
» (Ис. 66:15–16, 18–21). Очень важ­ное про­ро­че­ст­во о том, что свя­щен­ни­ков и ле­ви­тов Гос­подь бу­дет брать не толь­ко из ко­ле­на Ле­вия, не толь­ко да­же из из­ра­иль­тян, но из всех на­ро­дов, ко­то­рые бу­дут со­бра­ны на го­ру Гос­под­ню [17, т. 5, с. 422]. «Ибо, как но­вое не­бо и но­вая зем­ля, ко­то­рые Я со­тво­рю, все­гда бу­дут пред ли­цем Мо­им, го­во­рит Гос­подь, так бу­дет и се­мя ва­ше и имя ва­ше. Тог­да из ме­ся­ца в ме­сяц и из суб­бо­ты в суб­бо­ту бу­дет при­хо­дить вся­кая плоть пред ли­це Мое на по­кло­не­ние, го­во­рит Гос­подь. И бу­дут вы­хо­дить и уви­дят тру­пы лю­дей, от­сту­пив­ших от Ме­ня: ибо червь их не ум­рет, и огонь их не угас­нет; и бу­дут они мер­зо­с­тью для вся­кой пло­ти
» (Ис. 66:22–24). Здесь по­ка­за­но гря­ду­щее тор­же­ст­во пра­вед­ни­ков и веч­ная му­ка греш­ни­ков в геене огненной (ср. Мк. 9:44, 46, 48).


Та­ким об­ра­зом, мы про­шли от пер­вой до по­след­ней гла­вы этой ве­ли­кой кни­ги и те­перь впол­не мо­жем от­ве­тить на во­прос: по­че­му про­ро­ка Иса­ию на­зы­ва­ют вет­хо­за­вет­ным еван­ге­ли­с­том? Первая причина та, что в его книге содержатся удивительные и точные пророчеста, связанные с главным догматом православной веры: о рож­де­нии Ем­ма­ну­и­ла от Де­вы (Ис. 7:14) и о кре­ст­ном по­дви­ге Спасителя с опи­са­нием его об­сто­я­тельств и зна­че­ния (Ис. 52:13 – 53:12). Кроме того, ес­ли мы ох­ва­тим взгля­дом всю кни­гу, то уви­дим и свя­то­го Ио­ан­на Пред­те­чу, и Рож­де­ст­во Хри­с­то­во, и про­по­ведь в Га­ли­лее, и кре­ст­ные стра­да­ния, и из­ли­я­ние Свя­та­го Ду­ха, ут­верж­де­ние Церк­ви, Страш­ный Суд, и изо­б­ра­же­ние но­во­го не­ба и но­вой зем­ли. Весь Но­вый За­вет от Еван­ге­лия до Апо­ка­лип­си­са как бы пред­ста­ет пе­ред на­шим взо­ром, ког­да мы чи­та­ем это­го ве­ли­чай­ше­го и уди­ви­тель­но­го про­ро­ка.



Гла­ва 27. Кни­га про­ро­ка Ми­хея

Как указывает в свое книге сам пророк Михей, его служение пришлось на время ца­рей Ио­а­фа­ма, Аха­за и Езе­кии Иу­дей­ских (Мих. 1:1), то есть, при­хо­ди­лось на се­ре­ди­ну VIII ве­ка. Следовательно, он был со­вре­мен­ни­ком про­ро­ков Иса­ии, Амо­са и Осии. Пророк говорит о своем происхождении, называя себя Михей Мо­ра­с­фи­тя­нин, указывая на то, что он из Мо­ре­шеф-Ге­фа, се­ле­ния, на­хо­дя­ще­го­ся в 40 км к югу от Ие­ру­са­ли­ма. Его от­ли­ча­ют от иного про­ро­ка Ми­хея, упо­ми­на­ю­ще­го­ся в тре­ть­ей кни­ге Царств (3 Цар. 22:8–9), жив­ше­го во вре­ме­на ца­ря Аха­ва, в IX ве­ке, то есть на сто лет рань­ше.


Мож­но ска­зать, что кни­га про­ро­ка Ми­хея в ка­ком-то смыс­ле яв­ля­ет­ся до­пол­не­ни­ем к кни­ге про­ро­ка Иса­ии. Сле­ду­ет от­ме­тить сход­ст­во Ми­хея с Иса­и­ей в про­ро­че­ст­вах о раз­ру­ше­нии и за­пу­с­те­нии Ие­ру­са­ли­ма (Мих. 3:12; Ис. 32:13-14), о го­ре Гос­под­ней (Мих. 4:1-4; Ис. 2:2-4) и о Бо­го­ро­ди­це (Мих. 5:2; Ис. 7:14).


По-ви­ди­мо­му, про­ро­че­ст­ва кни­ги рас­по­ло­же­ны не хро­но­ло­ги­че­с­ки, а си­с­те­ма­ти­че­с­ки. В кни­ге про­сле­жи­ва­ет­ся чет­кое че­ре­до­ва­ние слов о воз­мез­дии и слов уте­ше­ния.



27.1. Суд над Из­ра­и­лем

Пер­вая часть книги (1 – 2 гл.) но­сит ха­рак­тер са­мо­го об­ще­го об­ли­че­ния на­ро­да. В ней го­во­рит­ся о том, что нач­нет­ся суд до­ма Из­ра­и­ле­ва: Се­вер­но­го цар­ст­ва и Са­ма­рии.


Гос­подь го­во­рит: «Слу­шай­те, все на­ро­ды, вни­май, зем­ля и все, что на­пол­ня­ет ее! Да бу­дет Гос­подь Бог сви­де­те­лем про­тив вас, Гос­подь из свя­та­го хра­ма Сво­е­го! <…> От ко­го не­че­с­тие Иа­ко­ва? не от Са­ма­рии ли? Кто ус­т­ро­ил вы­со­ты в Иу­дее? не Ие­ру­са­лим ли? За то сде­лаю Са­ма­рию гру­дою раз­ва­лин в по­ле, ме­с­том для раз­ве­де­ния ви­но­гра­да; низ­ри­ну в до­ли­ну кам­ни ее и об­на­жу ос­но­ва­ния ее
» (Мих. 1:2, 5–6), – что и слу­чи­лось, оче­вид­но, уже во вре­ме­на это­го про­ро­ка. Хо­тя здесь упо­мя­ну­ты и Са­ма­рия, и Ие­ру­са­лим, од­на­ко по­ка что воз­ве­ща­ет­ся о раз­ру­ше­нии толь­ко Са­ма­рии, до Ие­ру­са­ли­ма де­ло дой­дет не­сколь­ко поз­же. Затем про­рок Ми­хей по­ка­зы­ва­ет кон­крет­ную ви­ну лю­дей: «Го­ре, за­мы­ш­ля­ю­щим без­за­ко­ние и на ло­жах сво­их при­ду­мы­ва­ю­щим зло­де­я­ния, ко­то­рые со­вер­ша­ют ут­ром на рас­све­те, по­то­му что есть в ру­ке их си­ла! По­же­ла­ют по­лей и бе­рут их си­лою, до­мов – и от­ни­ма­ют их; оби­ра­ют че­ло­ве­ка и его дом, му­жа и его на­сле­дие
» (Мих. 2:1–2). Грабеж и насилие, взывающие к отмщению, плоды отступления Израиля от Бога.


Про­рок Ми­хей об­ра­ща­ет речь к ис­тин­ным про­ро­кам, го­во­ря: «Не про­ро­че­ст­вуй­те, про­ро­ки; не про­ро­че­ст­вуй­те им, что­бы не по­стиг­ло вас бес­че­с­тие. О, на­зы­ва­ю­щий­ся до­мом Иа­ко­ва! раз­ве ума­лил­ся Дух Гос­по­день? та­ко­вы ли дей­ст­вия Его? не бла­го­твор­ны ли сло­ва Мои для то­го, кто по­сту­па­ет спра­вед­ли­во?
» (Мих. 2:6–7). Про­ро­ки от­кры­ва­ют из­ра­иль­тя­нам и иу­де­ям во­лю Бо­жию. За­по­ве­ди Бо­жии спа­си­тель­ны, в этом они мно­го­крат­но уже име­ли воз­мож­ность убе­дить­ся. По­это­му здесь про­рок Ми­хей го­во­рит про­ро­кам пе­ре­стать про­ро­че­ст­во­вать, по­сколь­ку это вы­зы­ва­ет толь­ко их по­срам­ле­ние и стра­да­ние, из­ра­иль­тя­не не же­ла­ют их слу­шать: «На­род же, ко­то­рый преж­де был Мо­им, вос­стал как враг
» (Мих. 2:8).


Ког­да без­за­ко­ния на­зва­ны, Гос­подь го­во­рит: «Встань­те и ухо­ди­те, ибо стра­на сия не есть ме­с­то по­коя; за не­чи­с­то­ту она бу­дет ра­зо­ре­на, и при­том же­с­то­ким ра­зо­ре­ни­ем
» (Мих. 2:10). Так про­сто и буд­нич­но го­во­рит­ся – встань­те и уй­ди­те. Го­во­рить боль­ше не о чем. «Ес­ли бы ка­кой-ли­бо ве­т­рен­ник вы­ду­мал ложь и ска­зал: “я бу­ду про­по­ве­до­вать те­бе о ви­не и си­ке­ре”, то и он был бы угод­ным про­по­вед­ни­ком для это­го на­ро­да
» (Мих. 2:11).


По­сле это­го Гос­подь го­во­рит: «Не­пре­мен­но со­бе­ру все­го те­бя, Иа­ков, не­пре­мен­но со­еди­ню ос­тат­ки Из­ра­и­ля, со­во­куп­лю их во­еди­но, <...> как ста­до в ов­чем за­го­не; <…> Перед ним пойдет стенорушитель <…> и царь их пой­дет пе­ред ни­ми, а во гла­ве их Гос­подь
» (Мих. 2:12–13). Когда весь народ погрязнет в беззакониях, на них падет кара. Стены и ворота будут разрушены, а Господь будет во главе их
«очевидно, не защищая, но препровождая их в плен» [74, ч. 4, с. 359].



27.2. Об­ли­че­ние кня­зей и лже­про­ро­ков. На­ка­за­ние и уте­ше­ние

Сле­ду­ю­щее об­ли­че­ние об­ра­ще­но к гла­вам стра­ны, к кня­зь­ям: «И ска­зал я: слу­шай­те гла­вы Иа­ко­ва и кня­зья до­ма Из­ра­и­ле­ва: не вам ли долж­но знать прав­ду? А вы не­на­ви­ди­те до­б­рое и лю­би­те злое; сди­ра­е­те с них ко­жу их и плоть с ко­с­тей их, еди­те плоть на­ро­да Мо­е­го и сди­ра­е­те с них ко­жу их, а ко­с­ти их ло­ма­е­те и дро­би­те, как бы в гор­шок, и плоть – как бы в ко­тел. И бу­дут они взы­вать ко Гос­по­ду, но Он не ус­лы­шит их и со­кро­ет ли­це Свое от них на то вре­мя, как они зло­дей­ст­ву­ют
» (Мих. 3:1–4). В то вре­мя, как лю­ди, об­ле­чен­ные вла­с­тью, в пер­вую оче­редь долж­ны за­бо­тить­ся о бла­го­че­с­тии на­ро­да, они де­ла­ют сов­сем иное, из-за че­го весь на­род раз­вра­ща­ет­ся.


Вто­рая груп­па, к ко­то­рой об­ра­ще­но об­ли­че­ние, – это лже­про­ро­ки: «Так го­во­рит Гос­подь на про­ро­ков, вво­дя­щих в за­блуж­де­ние на­род Мой, ко­то­рые гры­зут зу­ба­ми сво­и­ми и про­по­ве­ду­ют мир, а кто ни­че­го не кла­дет им в рот, про­тив то­го объ­яв­ля­ют вой­ну. <…> И ус­ты­дят­ся про­зор­лив­цы, и по­срам­ле­ны бу­дут га­да­те­ли, и за­кро­ют ус­та свои все они, по­то­му что не бу­дет от­ве­та от Бо­га» (Мих. 3:5–7). Здесь ска­за­но, что со­дер­жа­ние лже­про­ро­честв на­пря­мую за­ви­сит от той мзды, ко­то­рую за них по­лу­ча­ют. По-ви­ди­мо­му, это объ­яв­ле­ние вой­ны свя­за­но с тем, что ес­ли кто-то пы­та­ет­ся им про­ти­во­ре­чить, они, при­кры­ва­ясь сво­им про­ро­че­с­ким да­ром, ста­ра­ют­ся это­го че­ло­ве­ка по­гу­бить. Кро­ме то­го, про­по­ве­дуя мир и бе­зо­пас­ность, они не да­ют воз­мож­но­с­ти ура­зу­меть на­дви­га­ю­ще­е­ся бед­ст­вие, тем са­мым при­бли­жая его.


Корыстолюбие поразило всех, кого Господь поставил следить за благочествием и справедливостью. Некому больше вести народ. «Слу­шай­те же это, гла­вы до­ма Иа­ков­ле­ва и кня­зья до­ма Из­ра­и­ле­ва, гну­ша­ю­щи­е­ся пра­во­су­ди­ем и ис­крив­ля­ю­щие все пря­мое, со­зи­да­ю­щие Си­он кро­вью и Ие­ру­са­лим — не­прав­дою! Гла­вы его су­дят за по­дар­ки и свя­щен­ни­ки его учат за пла­ту, и про­ро­ки его пред­ве­ща­ют за день­ги, а меж­ду тем опи­ра­ют­ся на Гос­по­да, го­во­ря: “не сре­ди ли нас Гос­подь? Не по­стиг­нет нас бе­да”. По­се­му за вас Си­он рас­па­хан бу­дет, как по­ле, и Ие­ру­са­лим сде­ла­ет­ся гру­дою раз­ва­лин, и го­ра до­ма се­го бу­дет ле­си­с­тым хол­мом
» (Мих. 3:9–12).


Это про­ро­че­ст­во упо­ми­на­ет­ся в кни­ге про­ро­ка Ие­ре­мии (Иер. 26:18), и по­лу­ча­ет там ис­то­ри­че­с­кий кон­текст. Ког­да про­рок Ие­ре­мия че­рез сто лет по­сле про­ро­ка Ми­хея го­во­рит про­тив Ие­ру­са­ли­ма и про­тив хра­ма, его хо­тят убить. Но не­ко­то­рые из слу­ша­ю­щих вспо­ми­на­ют, что во вре­ме­на ца­ря Езе­кии все­му на­ро­ду воз­ве­щал о том же са­мом пророк Ми­хей и что царь и весь на­род по­слу­ша­ли его и не уби­ли его, но при­нес­ли по­ка­я­ние (Иер. 26:19).


Но за­тем сра­зу, как это свой­ст­вен­но кни­ге про­ро­ка Ми­хея, да­ет­ся уте­ши­тель­ное обе­то­ва­ние: «И бу­дет в по­след­ние дни: го­ра до­ма Гос­под­ня по­став­ле­на бу­дет во гла­ву гор и воз­вы­сит­ся над хол­ма­ми, и по­те­кут к ней на­ро­ды. И пой­дут мно­гие на­ро­ды и ска­жут: “при­иди­те, и взой­дем на го­ру Гос­под­ню и в дом Бо­га Иа­ков­ле­ва, и Он на­учит нас пу­тям Сво­им, и бу­дем хо­дить по сте­зям Его, ибо от Си­о­на вый­дет за­кон и сло­во Гос­под­не – из Ие­ру­са­ли­ма. И бу­дет Он су­дить мно­гие на­ро­ды и об­ли­чит мно­гие пле­ме­на в от­да­лен­ных стра­нах; и пе­ре­ку­ют они ме­чи свои на ора­ла и ко­пья свои – на сер­пы, не под­ни­мет на­род на на­род ме­ча, и не бу­дут бо­лее учить­ся во­е­вать»
(Мих. 4:1–3).
Здесь пол­ное сов­па­де­ние со 2-й гла­вой кни­ги про­ро­ка Иса­ии (Ис. 2:1–4). «Но каж­дый бу­дет си­деть под сво­ею ви­но­град­ною ло­зою и под сво­ею смо­ков­ни­цею, и ни­кто не бу­дет ус­т­ра­шать их, ибо ус­та Гос­по­да Са­ва­о­фа из­рек­ли это
» (Мих. 4:4). Это про­ро­че­ст­во о Церк­ви, ко­то­рая изо­б­ра­жа­ет­ся го­рой до­ма Гос­под­ня, ко­то­рая воз­вы­сит­ся над всем ми­ром, по при­вле­че­нии всех на­ро­дов в цер­ковь, «и пой­дут мно­гие на­ро­ды и ска­жут: “при­иди­те, и взой­дем на го­ру Гос­под­ню, и Он на­учит нас пу­тям Сво­им”
», и о том ми­ре, ко­то­рый бу­дут иметь ве­ру­ю­щие во Хри­с­та. «В тот день, говорит Господь, со­бе­ру хром­лю­щее и со­во­куп­лю ра­зо­гнан­ное и тех, на ко­го Я на­вел бед­ст­вие. И сде­лаю хром­лю­щее ос­тат­ком и да­ле­ко рас­се­ян­ное силь­ным на­ро­дом, и Гос­подь бу­дет цар­ст­во­вать над ни­ми на го­ре Си­о­не от­ны­не и до ве­ка
» (Мих. 4:6–7).


Как же свя­за­ны между собой уг­ро­зы и уте­ше­ния? Че­рез на­ка­за­ние при­дет ис­це­ле­ние. Про­рок го­во­рит: «Стра­дай и мучь­ся бо­ля­ми, дщерь Си­о­на, как рож­да­ю­щая, ибо ны­не ты вый­дешь из го­ро­да и бу­дешь жить в по­ле, и дой­дешь до Ва­ви­ло­на: там бу­дешь спа­се­на, там ис­ку­пит те­бя Гос­подь от ру­ки вра­гов тво­их
» (Мих. 4:10). За 150 лет до пле­на про­рок Ми­хей уже пред­ска­зы­вал, что это бу­дет имен­но ва­ви­лон­ский плен, хо­тя в это вре­мя о Ва­ви­ло­не ни­че­го не бы­ло слыш­но, это был период возвышения и расцвета Ас­си­рии. Здесь важ­но то, что имен­но в пе­ре­се­ле­нии Гос­подь со­вер­шит не­что значительно для спа­се­ния Израиля. Эту мысль впос­лед­ст­вии тщет­но пы­тал­ся до­ве­с­ти до сво­их соп­ле­мен­ни­ков про­рок Ие­ре­мия.



27.3. Рож­де­ст­во Хри­с­то­во

Спа­се­ние Израиля пророк связывал с явлением Христа. «И ты Ви­ф­ле­ем-Еф­ра­фа
[это преж­нее на­зва­ние Ви­ф­ле­е­ма, по име­ни то­го че­ло­ве­ка, ко­то­рый ос­но­вал это ме­с­то], мал ли ты меж­ду ты­ся­ча­ми Иу­ди­ны­ми? из те­бя про­изой­дет Мне Тот, Ко­то­рый дол­жен быть Вла­ды­кою в Из­ра­и­ле и Ко­то­ро­го про­ис­хож­де­ние из на­ча­ла, от дней веч­ных
» (Мих. 5:2). Здесь ука­зы­ва­ет­ся ме­с­то рож­де­ст­ва То­го, Чье про­ис­хож­де­ние от на­ча­ла дней веч­ных
, то есть Пре­веч­но­го Бо­га. О том, что это про­ро­че­ст­во все­гда по­ни­ма­лось имен­но как про­ро­че­ст­во о Рож­де­ст­ве Хри­с­та, мы ви­дим из Еван­ге­лия (Мф. 2:6). Книж­ни­ки, приглашенные Иродом, ме­с­том Рож­де­ст­ва на­зы­ва­ют Ви­ф­ле­ем. Про­ро­че­ст­во на этом не завершается: «По­се­му Он ос­та­вит их до вре­ме­ни, до­ко­ле не ро­дит, име­ю­щая ро­дить; тог­да воз­вра­тят­ся к сы­нам Из­ра­и­ля и ос­тав­ши­е­ся бра­тья их. И ста­нет Он, и бу­дет па­с­ти в си­ле Гос­под­ней, в ве­ли­чии име­ни Гос­по­да Бо­га Сво­е­го, и они бу­дут жить бе­зо­пас­но, ибо тог­да Он бу­дет ве­ли­ким до кра­ев зем­ли
» (Мих. 5:3–4). За­га­доч­ное ука­за­ние, что Он ос­та­вит их до вре­ме­ни, до­ко­ле не ро­дит име­ю­щая ро­дить, тол­ко­ва­те­ли обыч­но по­ни­ма­ли, как до­пол­не­ние к про­ро­че­ст­ву Иса­ии, со­вре­мен­ни­ка Ми­хея, о рож­де­нии Хри­с­та от Де­вы (Ис. 7:14). Ми­хей уточ­ня­ет его, указывая, где это про­изой­дет, по­это­му здесь он да­же не объ­яс­ня­ет, кто это та­кая и Ко­го она долж­на ро­дить, но от­сы­ла­ет нас к со­от­вет­ст­ву­ю­ще­му про­ро­че­ст­ву Иса­ии. Хри­с­тос здесь пред­ста­ет пе­ред на­ми в образе па­с­ты­ря. «Рождаемые ею, говорит пророк, вступят в единение с уверовавшими из Израиля; <…> из тех и других будет единая Церковь и в них сущий из Вифлеема Господь» [74, ч. 4, с. 369].


«И будет остаток Иакова среди многих народов как роса от Господа, как ливень на траве, и он не будет зависеть от человека и полагаться на сынов Адамовых
» (Мих. 5:7), – в этих и следующих словах пророк изображает апостольскую проповедь, наполнившую землю живительной влагой евангельского учения [74, ч. 4, с. 371]. Но благие обетования относятся только к уверовавшим. Пребывающие же в неверии будут лишены царства.


«В тот день... ис­треб­лю ко­ней тво­их из сре­ды тво­ей и унич­то­жу ко­лес­ни­цы твои, ис­треб­лю го­ро­да в зем­ле тво­ей и раз­ру­шу все ук­реп­ле­ния твои, ис­торг­ну ча­ро­де­я­ния из ру­ки тво­ей, и га­да­ю­щих по об­ла­кам не бу­дет у те­бя; ис­треб­лю ис­ту­ка­нов тво­их... и со­вер­шу во гне­ве и не­го­до­ва­нии мще­ние над на­ро­да­ми, ко­то­рые бу­дут не­по­слуш­ны
» (Мих. 5:10–15). Блаженный Феодорит, впрочем, указывает на благие последствия наказания, поскольку Израиль очистится от мерзости идолослужения [74, ч. 4, ст. 372].



27.4. Нрав­ст­вен­ное со­сто­я­ние на­ро­да. Ко­неч­ное тор­же­ст­во Бо­га

По­след­няя речь пророка (6, 7 гл.) начинается диалогом. Гос­подь су­дит­ся со Сво­им на­ро­дом и го­во­рит: «На­род Мой! что сде­лал Я те­бе и чем отя­го­щал те­бя? от­ве­чай Мне. Я вы­вел те­бя из зем­ли Еги­пет­ской и ис­ку­пил те­бя из до­ма раб­ст­ва, и по­слал пред то­бою Мо­и­сея, Аа­ро­на и Ма­ри­ам. На­род Мой! вспом­ни, что за­мы­ш­лял Ва­лак, царь Мо­а­вит­ский, и что от­ве­чал ему Ва­ла­ам, сын Ве­о­ров, и что про­ис­хо­ди­ло от Сит­ти­ма до Гал­гал, что­бы по­знать те­бе пра­вед­ные дей­ст­вия Гос­под­ни
» (Мих. 6:3–5). Сно­ва для при­зва­ния из­ра­иль­тян Гос­подь на­по­ми­на­ет им ми­ло­с­ти, на ко­то­рых был ос­но­ван на­ру­шен­ный ими За­вет.


И да­лее сле­ду­ет от­вет на­ро­да, на­пу­ган­но­го этим гроз­ным пре­ду­преж­де­ни­ем: «С чем пред­стать мне пред Гос­по­дом, пре­кло­нить­ся пред Бо­гом не­бес­ным? Пред­стать ли пред Ним со все­со­же­ни­я­ми, с тель­ца­ми од­но­лет­ни­ми? Но мож­но ли уго­дить Гос­по­ду ты­ся­ча­ми ов­нов или не­ис­чет­ны­ми по­то­ка­ми елея? Раз­ве дам Ему пер­вен­ца мо­е­го за пре­ступ­ле­ние мое и плод чре­ва мо­е­го
– за грех ду­ши мо­ей?
» (Мих. 6:6-7) (по-сла­вян­ски: «Дам ли пер­вен­ца мо­е­го? Вме­нит­ся мне в ви­ну. Плод ли ут­ро­бы мо­ея? Вме­нит­ся мне в грех
»). В 4-й кни­ге Царств и в кни­ге про­ро­ка Ие­ре­мии мы ви­де­ли ука­за­ние на то, что во вре­ме­на ца­ря Аха­ва и, воз­мож­но, во вре­ме­на не­ко­то­рых дру­гих не­че­с­ти­вых ца­рей из­ра­иль­тя­не при­но­си­ли че­ло­ве­че­с­кие жерт­вы. И здесь в этих сло­вах по­ка­за­на вну­т­рен­няя ло­ги­ка та­ко­го жерт­во­при­но­ше­ния: Гос­подь про­гне­вал­ся, при­чем про­гне­вал­ся силь­но, на­до что-то та­кое сде­лать, что­бы Его удов­ле­тво­рить. Все, что по­ло­же­но по ус­та­ву, оче­вид­но уже не по­дей­ст­ву­ет. Что де­лать? Все­со­ж­же­ния, тель­цы, по­то­ки елея? На­вер­ное, на­до при­не­с­ти ка­кую-то особенную жерт­ву. Пер­вен­ца? Соб­ст­вен­ное ча­до, как это де­ла­ли по от­но­ше­нию к Мо­ло­ху, ког­да в жерт­ву при­но­си­лись де­ти. Впол­не по­нят­ный ре­зуль­тат «тор­го­вых» от­но­ше­ний с Бо­гом. Нрав­ст­вен­ность тут не за­тра­ги­ва­ет­ся.


Эта те­ма сно­ва и сно­ва воз­вра­ща­ет­ся к нам в са­мых раз­ных кни­гах Священного Писания. Как и в других местах, от­вет один: «О, че­ло­век! ска­за­но те­бе, что – до­б­ро и че­го тре­бу­ет от те­бя Гос­подь: дей­ст­во­вать спра­вед­ли­во, лю­бить де­ла ми­ло­сер­дия и сми­рен­но­му­д­рен­но хо­дить пред Бо­гом тво­им
» (Мих. 6:8). Я ду­маю, что нет нуж­ды де­лать ссыл­ки на па­рал­лель­ные ме­с­та в дру­гих кни­гах: «серд­це со­кру­шен­но и сми­рен­но Бог не уни­чи­жит
» (Пс. 50:19), «сы­не, даждь Мне твое серд­це
» (Притч. 23:26). Гос­подь при­зы­ва­ет са­мо­го че­ло­ве­ка в об­ще­ние с Ним, к по­ка­я­нию и ис­прав­ле­нию. Ни­ка­кие внеш­ние дей­ст­вия не спо­соб­ны при про­дол­жа­ю­щей­ся внутренней не­ис­прав­но­с­ти че­ло­ве­ка уре­гу­ли­ро­вать его от­но­ше­ния с Бо­гом.


Но современное пророку состояние народа оставляет мало надежды. «Го­ре мне! ибо со мной те­перь – как по со­бра­нии лет­них пло­дов, как по убор­ке ви­но­гра­да: ни од­ной яго­ды для еды, ни спе­ло­го пло­да, ко­то­ро­го же­ла­ет ду­ша моя. Не ста­ло ми­ло­сер­дых на зем­ле, нет прав­ди­вых меж­ду людь­ми; все стро­ят ко­вы, что­бы про­ли­вать кровь
» (Мих. 7:1–2). В этом отрывке, кроме его буквального смысла, пре­по­доб­ный Еф­рем Си­рин видит смысл духовный, что «не гроз­да обык­но­вен­но­го же­ла­ет про­рок. Вож­де­ле­ва­ет же то­го Гроз­да, ко­то­рый на Гол­го­фе по­ве­шен был на вет­ви Кре­с­та: Его-то Еван­ге­лия вож­де­ле­ва­ет он как пер­во­го пло­да» [17, т. 6, с. 159]. И даль­ше идет очень ин­те­рес­ный фрагмент, ко­то­рый поз­во­ля­ет нам эти сло­ва от­не­с­ти не толь­ко к то­му вре­ме­ни, в которое жил про­рок, но и к по­след­ним вре­ме­нам: «все стро­ят ко­вы, что­бы про­ли­вать кровь; каж­дый ста­вит бра­ту сво­е­му сеть. Ру­ки их об­ра­ще­ны к то­му, что­бы уметь де­лать зло; на­чаль­ник тре­бу­ет по­дар­ков, и су­дья су­дит за взят­ки, а вель­мо­жи вы­ска­зы­ва­ют злые хо­те­ния ду­ши сво­ей и из­вра­ща­ют де­ло... Не верь­те друг дру­гу, не по­ла­гай­тесь на при­яте­ля; от ле­жа­щей на ло­не тво­ем сте­ре­ги две­ри уст тво­их. Ибо сын по­зо­рит от­ца, дочь вос­ста­ет про­тив ма­те­ри, не­ве­ст­ка
– про­тив све­кро­ви сво­ей; вра­ги че­ло­ве­ку
– до­маш­ние его
» (Мих. 7:2–6; ср. Мф. 10:21). В Еван­ге­лии Хри­с­тос го­во­рит о тех вре­ме­нах, ко­то­рые толь­ко еще ожи­да­ют­ся апо­с­то­ла­ми. И подобная этой ха­рак­те­ри­с­ти­ка вра­гов благочестия в посланиях апо­с­то­ла Пав­ла от­но­сит­ся к по­след­ним вре­ме­нам (2 Тим. 3:1–9).


Та­ким об­ра­зом, со­сто­я­ние из­ра­иль­тян на­ка­ну­не их на­ка­за­ния подобно тому, что пред­стоит уви­деть в по­след­ние вре­ме­на. При­чем об­ра­ти­те вни­ма­ние на характер человеческих отношений, о котором свидетельствует пророк. Это пол­ная раз­де­лен­ность меж­ду людь­ми. Противостанут брат бра­ту, сын от­цу, не­ве­ст­ка све­кро­ви, дочь ма­те­ри, то есть раз­де­ле­ние про­ни­ка­ет ту­да, где, ка­за­лось бы, са­ми за­ко­ны ес­те­ст­ва тре­бу­ют един­ст­ва, в не­дра са­мой се­мьи. Та­кое со­сто­я­ние лю­дей не мо­жет не по­влечь за со­бой су­да.


Но в при­ло­же­нии к со­вре­мен­ни­кам про­ро­ка суд не бу­дет иметь ха­рак­те­ра окон­ча­тель­ной по­ги­бе­ли. Ми­хей, со­зер­цая гря­ду­щее вос­ста­нов­ле­ние, го­во­рит, что «Он... не со­вер­шит су­да на­до мною; ...вы­ве­дет ме­ня на свет, и я уви­жу прав­ду Его. И уви­дит это не­при­ятель­ни­ца моя, и стыд по­кро­ет ее, го­во­рив­шую мне: “Где Гос­подь Бог твой?”
» (Мих. 7:9–10). То есть, ког­да явит­ся Гос­подь, все те, кто из­де­ва­ют­ся над ве­ру­ю­щи­ми, го­во­рят – «где Бог ваш, по­че­му Он не яв­ля­ет­ся за­сту­пить вас?» –бу­дут по­срам­ле­ны. Ми­хей воз­но­сит мо­лит­вы пе­ред Бо­гом о за­ступ­ле­нии на­ро­да и яв­ле­нии ему див­ных дел. И здесь про­из­но­сят­ся сло­ва:
«Уви­дят это на­ро­ды и ус­ты­дят­ся при всем мо­гу­ще­ст­ве сво­ем; по­ло­жат ру­ку на ус­та, уши их сде­ла­ют­ся глу­хи­ми; бу­дут ли­зать прах, как змея, как чер­ви зем­ные вы­пол­зут они из ук­реп­ле­ний сво­их; ус­т­ра­шат­ся Гос­по­да Бо­га на­ше­го и убо­ят­ся Те­бя
» (Мих. 7:16–17; ср. Ис. 49:23). Эти сло­ва то­же при буквальном тол­ко­ва­нии мо­гут быть от­не­се­ны к историческим врагам из­ра­иль­тя­н. Но по­нят­но, что под вра­га­ми Бо­жи­и­ми, ко­неч­но, нужно по­ни­мать бе­сов (ср. Быт. 3:14) и тех, кто сле­ду­ет пу­тем гре­ха и де­ла­ет де­ла дья­воль­ские, а во­все не ка­кую-то на­род­ность.


Как и пророк Исаия, пророк Михей заканчивает свою книгу описанием Нового Завета и торжества Церкви: «Он опять умилосердится над нами, изгладит беззакония наши. Ты ввергнешь в пучину морскую все грехи наши. Ты явишь верность Иакову, милость Аврааму, которую с клятвою обещал отцам нашим от дней первых
» (Мих. 7:19–20).


Из кни­ги про­ро­ка Ми­хея читаются па­ре­мии Рож­де­ст­ва Хри­с­то­ва: в на­ве­че­рие на пер­вом ча­се (Мих. 5:2–4) и на ве­чер­не Рож­де­ст­ва (Мих. 4:6–7; 5:2–4), а так­же в пре­по­ло­ве­ние Пя­ти­де­сят­ни­цы (Мих. 4:2–3, 5; 6:2–5, 8; 5:4).



Гла­ва 28. Кни­ги про­ро­ков Ав­дия, Ио­ны и На­ума

Кни­ги про­ро­ков Ав­дия, Ио­ны и На­ума отличаются от других пророческих книг тем, что они целиком обращены к дру­гим на­ро­дам. Изучая пророческие книги, мы уже могли убедиться в том, что про­ро­че­ст­вам о языч­ни­ках от­ве­де­но зна­чи­тель­ное ме­с­то. Вы­яс­нен­ное уже на­ми зна­че­ние та­ко­вых про­ро­честв со­хра­ня­ет­ся в си­ле и для книг, к рас­смо­т­ре­нию ко­то­рых мы при­сту­па­ем.



28.1. Кни­га про­ро­ка Ав­дия

В кни­ге про­ро­ка Ав­дия изо­б­ра­жа­ет­ся суд Бо­жий над Едо­мом. Она со­стоит всего из 21 сти­ха – это са­мая ма­лень­кая из книг Вет­хо­го За­ве­та. О том, ког­да бы­ла на­пи­са­на эта кни­га, есть два ос­нов­ных мне­ния. Пер­вое, что она бы­ла создана во вре­мя ва­ви­лон­ско­го пле­на, по­сле то­го, как был раз­ру­шен Ие­ру­са­лим, и здесь об­ли­ча­ют­ся идумеи за со­чув­ст­вие это­му раз­ру­ше­нию. Вто­рое мне­ние, что эта кни­га бы­ла на­пи­са­на еще в IX ве­ке. Со­глас­но по­след­не­й точке зрения, Ав­дий был со­вре­мен­ни­ком Из­ра­иль­ско­го ца­ря Аха­ва (874 – 853 гг. до Р. Х.) и Иу­дей­ско­го царя Ио­ра­ма (854 – 841 гг. до Р. Х.), по­сколь­ку при нем Иду­мея вы­шла из-под вла­с­ти Иу­деи, а со­юз­ные вой­ска фи­ли­с­тим­лян и ара­бов за­хва­ти­ли и раз­гра­би­ли Ие­ру­са­лим. В кни­ге ско­рее го­во­рит­ся о раз­граб­ле­нии Ие­ру­са­ли­ма, не­же­ли о его раз­ру­ше­нии. Сход­ст­во ха­рак­те­ри­с­тик с теми, ко­то­рые да­ют­ся идумеям в кни­ге про­ро­ка Амо­са, го­во­рит о том, что это, ско­рее все­го, кни­га до­плен­ная. В пользу этого мнения свидетельствует и ее ме­с­то в ка­но­не.


В кни­ге воз­ве­ща­ет­ся пол­ное па­де­ние и раз­ру­ше­ние Едо­ма, ко­то­рый был ­мудр и гор­дил­ся сво­ей му­д­ро­с­тью. «Гор­дость серд­ца тво­е­го обо­ль­сти­ла те­бя
» (Авд. 1:3), — го­во­рит о нем про­рок Ав­дий. «Не в тот ли день это бу­дет, го­во­рит Гос­подь, ког­да Я ис­треб­лю му­д­рых в Едо­ме и бла­го­ра­зум­ных на го­ре Иса­ва?
» (ст. 8). В кни­ге про­ро­ка Ие­ре­мии му­д­рость так­же на­зы­ва­ет­ся от­ли­чи­тель­ной чер­той идумеев (Иер. 49:7), но оче­вид­но, что это зем­ная, че­ло­ве­че­с­кая му­д­рость, ко­то­рую Гос­подь осуж­да­ет и на­ме­рен ис­тре­бить. Это нам на­по­ми­на­ет сло­ва апо­с­то­ла Пав­ла в по­сла­нии к Ко­рин­фя­нам о том, что му­д­рость ми­ра се­го
есть бе­зу­мие
пе­ред Бо­гом (1 Кор. 1:20).


За что будет наказан Едом? Во-пер­вых, за пре­воз­но­ше­ние сво­ей му­д­ро­с­тью, во-вто­рых, «за при­тес­не­ние бра­та тво­е­го, Иа­ко­ва по­кро­ет те­бя стыд[48]
, и ты ис­треб­лен бу­дешь на­всег­да. В тот день, ког­да ты сто­ял на­про­тив, в тот день, ког­да чу­жие уво­ди­ли вой­ско его в плен и ино­пле­мен­ни­ки во­шли в во­ро­та его и бро­са­ли жре­бий о Ие­ру­са­ли­ме, ты был как один из них. Не сле­до­ва­ло бы те­бе зло­рад­но смо­т­реть на день бра­та тво­е­го, на день от­чуж­де­ния его; не сле­до­ва­ло бы ра­до­вать­ся о сы­нах Иу­ды в день ги­бе­ли их и рас­ши­рять рот в день бед­ст­вия
» (ст. 10–12).


Даль­ше про­рок воз­ве­ща­ет день Гос­по­день и Суд над все­ми на­ро­да­ми: «Ибо бли­зок день Гос­по­день на все на­ро­ды: как ты по­сту­пал, так по­ступ­ле­но бу­дет и с то­бою; воз­да­я­ние твое об­ра­тит­ся на го­ло­ву твою. Ибо как вы пи­ли на свя­той го­ре Мо­ей, так все на­ро­ды всегда бу­дут пить, бу­дут пить, про­гло­тят и бу­дут, как бы их не бы­ло. А на го­ре Си­о­не бу­дет спа­се­ние, и бу­дет она свя­ты­нею; и дом Иа­ко­ва по­лу­чит во вла­де­ние на­сле­дие свое. И дом Иа­ко­ва бу­дет ог­нем, и дом Ио­си­фа
– пла­ме­нем, а дом Иса­вов
– со­ло­мою: за­жгут его, и ис­тре­бят его, и ни­ко­го не ос­та­нет­ся из до­ма Иса­ва: ибо Гос­подь ска­зал это. И за­вла­де­ют те, ко­то­рые к югу, го­рою Иса­ва, а ко­то­рые в до­ли­не,
– Фи­ли­с­тим­ля­на­ми... И при­дут спа­си­те­ли на го­ру Си­он, что­бы су­дить го­ру Иса­ва, и бу­дет цар­ст­во Гос­по­да
» (ст. 15-19, 21). Про­ро­че­ст­во о том, что Исав бу­дет по­гло­щен Иа­ко­вом, тра­ди­ци­он­но тол­ку­ет­ся как про­ро­че­ст­во о Церк­ви, ко­то­рая отождествляется с Цар­ст­вом Гос­под­а. Бук­валь­но это про­ро­че­ст­во ис­пол­ни­лось, ког­да в правление Ио­анна Гир­кана (128 – 104 гг. до Р. Х.), иудеи «отняли у идумеев всю власть, принудили их переменить веру свою и принять закон иудейский» [22, т. 6, с. 143]. А в про­ро­че­с­кой пер­спек­ти­ве — это про­ро­че­ст­во об ут­верж­де­нии Цар­ст­ва Хри­с­то­ва на зем­ле и о вклю­че­нии в не­го всех лю­дей. Под иду­ме­я­ми здесь под­ра­зу­ме­ва­ют­ся языч­ни­ки, ко­то­рые все, вме­с­те с иу­де­я­ми, со­еди­нят­ся во Хри­с­те, где нет ни эл­ли­на, ни ра­ба, ни сво­бод­но­го (Кол. 3:11).


За бо­го­слу­же­ни­ем кни­га про­ро­ка Ав­дия не упо­треб­ля­ет­ся.



28.2. Кни­га про­ро­ка Ио­ны

О пророке Ионе упоминает 4-я книга Царств в период царствования Иеровоама II (793 – 753 гг. до Р. Х.) (4 Цар. 14:25). По­это­му кни­гу пророка Ионы мож­но от­не­с­ти к VIII ве­ку, ког­да Ас­си­рия и ее сто­ли­ца Ни­не­вия бы­ли в са­мом рас­цве­те. О древ­ности этой кни­ги го­во­рит и ее ме­с­то сре­ди книг ма­лых про­ро­ков.


Про­рок Ио­на при­зы­ва­ет­ся Богом, что­бы про­по­ве­до­вать ни­не­ви­тя­нам по­ка­я­ние. Однако Иона уклоняется от повеления Божия и отплывает в Фарсис. Фар­сис – это Ис­па­ния; он ехал да­ле­ко на За­пад с тем, что­бы ос­во­бо­дить­ся от это­го по­ве­ле­ния.


По­че­му пы­тал­ся бе­жать Ио­на? Бла­жен­ный Фе­о­до­рит от­ве­ча­ет на этот во­прос так. Ио­на «ре­шил­ся на оное, по­то­му что, хо­тя как про­рок и знал, что Бог вся­че­с­ких при­сущ по­всю­ду, и ни од­но ме­с­то не ли­ше­но Его про­мы­ш­ле­ния, од­на­ко­же пред­по­ла­гал, что яв­ля­ет Он Свое при­сут­ст­вие в од­ном толь­ко Ие­ру­са­ли­ме. При­чи­ною же бег­ст­ва се­го бы­ли и не ле­ность и не страх, на­про­тив то­го, знал он, ка­кие ис­точ­ни­ки ми­ло­сер­дия из­ли­вая, пра­вит всем По­ве­лев­ший ему про­по­ве­ды­вать; из­ве­ст­но ему так­же бы­ло, что, ес­ли ни­не­ви­тя­не при­бег­нут к по­ка­я­нию, то, не­со­мнен­но, спо­до­бят­ся Бо­жия че­ло­ве­ко­лю­бия; а по­се­му по­чел не­при­лич­ным и про­ро­че­ст­ву ока­зать­ся лож­ным, и ему вме­с­то про­ро­ка име­но­вать­ся лже­цом. А к се­му пред­по­ло­же­нию по­да­ва­ла ему мысль са­мая про­по­ведь об уг­ро­жа­ю­щем на­ка­за­нии; ему пред­став­ля­лось, что Бог, ес­ли бы угод­но Ему бы­ло на­ка­зать, не пред­воз­ве­щал бы о том. Уг­ро­за же на­ка­за­ни­ем, ко­неч­но, есть по­буж­де­ние к по­ка­я­нию. Сверх то­го, пред­по­ла­гал Он, что бла­го­по­кор­ность ни­не­ви­тян, по­ве­рив­ших че­ло­ве­ку не­из­ве­ст­но­му и ино­пле­мен­но­му, по­слу­жит к об­ви­не­нию иу­де­ев, ко­то­рые тьмо­чис­лен­ным еди­но­пле­мен­ным про­ро­кам, под­тверж­да­ю­щим про­ро­че­ст­ва чу­до­тво­ре­ни­ям, по­сто­ян­но пре­бы­ва­ют не­по­слуш­ны­ми и не по­лу­ча­ют от них ни­ка­кой поль­зы. По­се­му-то про­рок не ис­пол­нил не­мед­лен­но по­ве­ле­ния, но пре­дал­ся бег­ст­ву мо­рем, что­бы весь­ма ско­ро из­ба­вит­ься от та­ко­го слу­же­ния» [74, т. 29, с. 338].


Ко­рабль попадает в бурю, и корабельщики бросают жре­бий с тем, что­бы вы­яс­нить, по чьей ви­не это про­ис­хо­дит. Ког­да жре­бий ­па­да­ет на Ио­ну, его не про­сто тут же хва­та­ют и вы­бра­сы­ва­ют за борт, но пред­ла­га­ют ему ска­зать, что же соб­ст­вен­но он та­ко­го на­де­лал. Тог­да Ио­на че­ст­но во всем при­зна­ёт­ся и го­во­рит: «возь­ми­те ме­ня и брось­те ме­ня в мо­ре, и мо­ре утих­нет для вас»
(Ио­на 1:12). Видя, что ничего не помогает, они поступают по слову Ионы.


«И повелел Господь большому киту поглотить Иону; и был Иона во чреве этого кита три дня и три ночи» (Иона 2:1). Основная трудность заключается в том, что, если речь идет об обычном ките, физически это невозможно, поскольку у него узкая глотка. По­это­му высказывается мнение, что вся кни­га пред­став­ля­ет со­бой вымысел, чи­с­то ху­до­же­ст­вен­ное про­из­ве­де­ние. Мож­но попробовать объяснить, как мог­ло та­кое про­изой­ти, на­чав с то­го, что в ев­рей­ском тек­с­те сло­во, пе­ре­ве­ден­ное как «кит», оз­на­ча­ет про­сто боль­шую ры­бу без оп­ре­де­ле­ния ее ви­да. Но ос­та­вим это ма­ло­ве­рам. В поль­зу ре­аль­но­с­ти рассматриваемого со­бы­тия при­ве­дем сви­де­тель­ст­ва са­мые се­рь­ез­ные, про­зву­чав­шие из уст Са­мо­го Хри­с­та. «Но Он ска­зал им в от­вет: род лу­ка­вый и пре­лю­бо­дей­ный ищет зна­ме­ния; и зна­ме­ние не даст­ся ему, кро­ме зна­ме­ния Ио­ны про­ро­ка; ибо как Ио­на был во чре­ве ки­та три дня и три но­чи, так и Сын Че­ло­ве­че­с­кий бу­дет в серд­це зем­ли три дня и три но­чи. Ни­не­ви­тя­не вос­ста­нут на суд с ро­дом сим и осу­дят его, ибо они по­ка­я­лись от про­по­ве­ди Ио­ни­ной; и вот, здесь боль­ше Ио­ны
» (Мф. 12:39–41). Ес­ли эта кни­га – про­сто прит­ча, ли­те­ра­тур­ный вы­мы­сел, то вы­хо­дит, что Хри­с­тос – еще боль­ший вы­мы­сел? А ес­ли ис­тин­но вос­крес Хри­с­тос в тре­тий день, то и с Ио­ной про­изо­ш­ло все так, как ска­за­но в кни­ге.


Бла­жен­ный Фе­о­до­рит Кир­ский счи­тал, что «си­ла чре­ва пре­тво­рять вме­ща­е­мое в нем, ос­та­нов­ле­на бы­ла в сво­ем дей­ст­вии. <…> Чре­вом же адо­вым на­звал он ки­то­во чре­во, по­то­му что и зверь был смер­то­но­сен, и про­рок по са­мо­му ес­те­ст­ву де­ла был уже мерт­вец, ос­та­вал­ся же в жи­вых по еди­ной бла­го­да­ти». А при­том как об­раз Вла­ды­ки Хри­с­та, «в серд­цы зем­ли три дни и три но­щи
» (Мф. 12:40) быв­ше­го, спра­вед­ли­во го­во­рит о се­бе Ио­на, что был он во чре­ве адо­вом. И что все­го уди­ви­тель­нее, дей­ст­ви­тель­но вку­сив­ший смерть ска­зал о Се­бе, что три дни и три но­щи бу­дет в ут­ро­бе зем­ли, а ви­дев­ший над со­бой толь­ко сень смерт­ную ки­то­во чре­во на­зы­ва­ет «чре­вом адо­вым
». Ибо не во вла­с­ти Ио­ны бы­ла жизнь его: а у Вла­ды­ки Хри­с­та и смерть бы­ла воль­ная, и вос­кре­се­ние в Его же во­ле. И по­то­му в Еван­ге­лии то ме­с­то, где ад и смерть, на­ре­че­но серд­цем зем­ли, а здесь чре­во ки­то­во на­и­ме­но­ва­но адом» [74, т. 29, с. 341 – 342].


Ио­на во чре­ве ки­та обращается к Богу с молитвой, ко­то­рую мы ис­поль­зу­ем в ка­че­ст­ве 6-й биб­лей­ской пес­ни ка­но­на на ут­ре­ни. «И я ска­зал: от­ри­нут я от очей Тво­их, од­на­ко я опять уви­жу свя­тый храм Твой. <…> До ос­но­ва­ния гор я нис­шел, зем­ля сво­и­ми за­по­ра­ми на­век за­гра­ди­ла ме­ня; но Ты, Гос­по­ди Бо­же мой, из­ве­дешь ду­шу мою из ада. <…> а я гла­сом хва­лы при­не­су Те­бе жерт­ву; что обе­щал, ис­пол­ню: у Гос­по­да спа­се­ние!»
(Ио­на 2:5, 7, 10). По­сле это­го «ска­зал Гос­подь ки­ту, и он из­верг Ио­ну на су­шу»
(ст. 11).


И сно­ва Бог напоминает Ионе о том, что нуж­но сде­лать. Он от­прав­ля­ет­ся в Ни­не­вию, про­по­ве­ду­ет там, говоря, что «еще со­рок дней – и Ни­не­вия бу­дет раз­ру­ше­на! И по­ве­ри­ли Ни­не­ви­тя­не Бо­гу, и объ­я­ви­ли пост, и оде­лись во вре­ти­ща, от боль­шо­го из них до ма­ло­го
» (Ио­на 3:4-5).


Гос­подь уми­ло­с­ти­вил­ся над ни­ми, а Ио­на край­не вос­скор­бел (Иона 4:1). По­че­му? По­то­му что в ре­зуль­та­те он ока­зал­ся лже­про­ро­ком: он про­ро­че­ст­во­вал о том, что Ни­не­вия бу­дет раз­ру­ше­на, а про­ро­че­ст­во не сбы­лось. Та­ким об­ра­зом, не под­твер­ди­лось его про­ро­че­с­кое до­сто­ин­ст­во. Гос­подь вра­зум­ля­ет его яв­ле­ни­ем рас­те­ния, ко­то­рое вы­ра­с­та­ет и за­кры­ва­ет его от солн­ца и по­том засы­ха­ет. Ио­на огор­ча­ет­ся не­о­бы­чай­но, что бы­ло хо­ро­шее рас­те­ние, ко­то­рое да­ва­ло ему тень, и вдруг оно за­сох­ло. И Гос­подь го­во­рит ему: ес­ли «ты со­жа­ле­ешь о рас­те­нии, над ко­то­рым ты не тру­дил­ся и ко­то­ро­го не рас­тил, ко­то­рое в од­ну ночь вы­рос­ло и в од­ну же ночь и про­па­ло: Мне ли не по­жа­леть Ни­не­вии, го­ро­да ве­ли­ко­го, в ко­то­ром бо­лее ста двад­ца­ти ты­сяч че­ло­век, не уме­ю­щих от­ли­чить пра­вой ру­ки от ле­вой, и мно­же­ст­во ско­та?»
(Ио­на 4:10–11).


«Не на пост при­зрел Бог, но на ос­тав­ле­ние ху­дых дел; по­это­му за по­ка­я­ние воз­на­г­раж­да­ет Сво­им рас­ка­я­ни­ем, рас­ка­и­ва­ясь не нам по­доб­но; по­то­му что Бо­гу не бы­ва­ет ны­не то, а за­в­т­ра иное угод­но. На­про­тив то­го, от­ме­ну уг­ро­зы на­рек про­рок рас­ка­я­ни­ем; ибо для то­го и уг­ро­жал Бог. На­ме­ре­ва­ясь же на­ка­зать, не про­из­но­сил бы уг­ро­зы, но на­ло­жил бы са­мо на­ка­за­ние», – говорит блаженный Феодорит Кирский [74, т. 29, с. 346].


В поль­зу под­лин­но­с­ти дан­ной кни­ги мож­но при­ве­с­ти еще два со­об­ра­же­ния. Во-пер­вых, кри­тич­ность, с ко­то­рой рас­кры­ва­ют­ся по­ступ­ки про­ро­ка. Та­кой под­ход ско­рее сви­де­тель­ст­ву­ет в поль­зу ав­то­био­гра­фи­че­с­ко­го ха­рак­те­ра кни­ги. Во-вто­рых, идеи кни­ги весь­ма да­ле­ки от же­ст­кой по­зи­ции по от­но­ше­нию к ино­пле­мен­ни­кам, ха­рак­тер­ной для по­сле­плен­но­го пе­ри­о­да. Однако она бы­ла вне­се­на в ка­нон.


Кни­га про­ро­ка Ио­ны чи­та­ет­ся це­ли­ком в ка­че­ст­ве па­ре­мии в Ве­ли­кую Суб­бо­ту.



28.3. Кни­га про­ро­ка На­ума

Кни­га про­ро­ка На­ума, как и книга пророка Ионы, го­во­рит поч­ти об од­ной толь­ко Ни­не­вии – об Из­ра­и­ле прак­ти­че­с­ки ни­че­го здесь не го­во­рит­ся. Но толь­ко речь идет о Ни­не­вии в иную эпоху: в мо­мент по­сле пле­не­ния Из­ра­и­ля. Воз­ве­ща­ет­ся окон­ча­тель­ный суд над этим го­ро­дом.


Ха­рак­тер­ной осо­бен­но­с­тью этой кни­ги и кни­ги про­ро­ка Ав­дия (впро­чем, как и Ио­ны) яв­ля­ет­ся то, что в ней нет пря­мых об­ли­че­ний про­тив из­ра­иль­тян и иу­де­ев, нет и про­ро­честв об их бу­ду­щей судь­бе. Прав­да, по­сколь­ку па­де­ние Ни­не­вии и раз­ру­ше­ние Ас­си­рии есть воз­ве­ще­ние ми­ра и бе­зо­пас­но­с­ти для иу­де­ев, про­рок На­ум го­во­рит о том, что «Гос­подь есть Бог рев­ни­тель и мсти­тель; мсти­тель Гос­подь и стра­шен в гне­ве: мстит Гос­подь вра­гам Сво­им и не по­ща­дит про­тив­ни­ков Сво­их. Гос­подь дол­го­тер­пе­лив и ве­лик мо­гу­ще­ст­вом и не ос­тав­ля­ет без на­ка­за­ния»
(На­ум 1:2–3) и о том, что «благ Гос­подь, убе­жи­ще в день скор­би, и зна­ет на­де­ю­щих­ся на Не­го. Но все­по­топ­ля­ю­щим на­вод­не­ни­ем раз­ру­шит до ос­но­ва­ния Ни­не­вию, и вра­гов Его по­стиг­нет мрак»
(На­ум 1:7–8). То есть, для упо­ва­ю­щих, для лю­бя­щих Он есть по­кров и ут­верж­де­ние, для вра­гов Сво­их Он есть мсти­тель и рев­ни­тель; причем, об­ра­ти­те вни­ма­ние, что «Он все­по­топ­ля­ю­щим на­вод­не­ни­ем раз­ру­шит до ос­но­ва­ния Ни­не­вию».
Ин­те­рес­но, что триж­ды тут есть ука­за­ние на это «все­по­топ­ля­ю­щее на­вод­не­ние
»,
ко­то­рое ока­за­лось дей­ст­ви­тель­но про­ро­че­ст­вом ре­аль­ных со­бы­тий, ко­то­рые по­том про­изо­ш­ли.


И ес­ли го­во­рить о вре­ме­ни этих со­бы­тий, то здесь упо­ми­на­ет­ся о втор­же­нии Ас­си­рии в Еги­пет и про­ро­че­ст­ву­ет­ся о ее раз­ру­ше­нии (Наум 2:4–13). Та­ким об­ра­зом, эти про­ро­че­ст­ва мог­ли быть про­из­не­се­ны где-то в про­ме­жу­ток меж­ду 663 го­дом, ког­да Ас­си­рий­цы со­вер­ши­ли раз­ру­ши­тель­ный по­ход на Еги­пет, и 612, ког­да Ни­не­вия бы­ла унич­то­же­на. В свя­зи с тем, что Ни­не­вия бу­дет раз­ру­ше­на, Ас­си­рия па­дет, об Иу­дее про­рок го­во­рит так: «Вот, на го­рах — сто­пы бла­го­ве­ст­ни­ка, воз­ве­ща­ю­ще­го мир: пра­зд­нуй, Иу­дея, пра­зд­ни­ки твои, ис­пол­няй обе­ты твои, ибо не бу­дет бо­лее про­хо­дить по те­бе не­че­с­ти­вый: он сов­сем унич­то­жен»
(На­ум 1:15). Сно­ва здесь есть сов­па­де­ния с кни­гой про­ро­ка Иса­ии, где го­во­рит­ся о сто­пах «бла­го­ве­ст­ни­ка, воз­ве­ща­ю­ще­го мир, бла­го­ве­ст­ву­ю­ще­го ра­дость»
(Ис. 52:7), и эти сло­ва в по­сла­нии к Рим­ля­нам от­но­сят­ся к апо­с­то­лам и бла­го­ве­ст­ни­кам Еван­ге­лия (Рим. 10:15).


Даль­ше очень яр­ко опи­сы­ва­ет­ся па­де­ние и раз­ру­ше­ние Ни­не­вии (Наум 3 гл.). За что? За то, что свою соб­ст­вен­ную си­лу она сде­ла­ла бо­гом для се­бя и по­кло­ня­лась са­мой се­бе — за идо­ло­по­клон­ст­во. И го­во­рит­ся, что очень бы­с­т­ро про­изой­дет это па­де­ние, что эта ог­ром­ная сте­на, ог­ром­ный го­род, ок­ру­жен­ный сте­ной, гор­дя­щий­ся сво­ей си­лой, вне­зап­но па­дет:
«Реч­ные во­ро­та от­во­ря­ют­ся, и дво­рец раз­ру­ша­ет­ся
» (На­ум 2:6). Де­ло в том, что ког­да ми­дий­ские и ва­ви­лон­ские вой­ска при­сту­пи­ли к Ни­не­вии, ко­то­рая, дей­ст­ви­тель­но, бы­ла ук­реп­ле­на так, что эта оса­да мог­ла за­тя­нуть­ся на дол­гие месяцы, на­ча­лось на­вод­не­ние, ко­то­рое раз­мы­ло часть сте­ны.


Осаж­да­ю­щие лег­ко про­ник­ли в го­род и раз­ру­ши­ли его так, что до се­ре­ди­ны XIX ве­ка ни­кто да­же не знал, где этот го­род на­хо­дил­ся. «Где те­перь ло­го­ви­ще львов и то паст­би­ще для львен­ков, по ко­то­ро­му хо­дил лев, льви­ца и льве­нок, и ни­кто не пу­гал их»
(На­ум 2:11). Толь­ко в 1847 го­ду его об­на­ру­жил А.Х.Лей­ярд, и с тех пор на­ча­лись рас­коп­ки. Так опи­сы­ва­ет­ся бу­ду­щее Ни­не­вии. Про­рок жи­во­пи­су­ет дра­ма­ти­че­с­кую кар­ти­ну ги­бе­ли го­ро­да: «Не­сет­ся кон­ни­ца, свер­ка­ет меч и бле­с­тят ко­пья; уби­тых мно­же­ст­во и гру­ды тру­пов: нет кон­ца тру­пам, спо­ты­ка­ют­ся о тру­пы их. Это
– за мно­гие блу­до­де­я­ния раз­врат­ни­цы при­ят­ной на­руж­но­с­ти, ис­кус­ной в ча­ро­де­я­нии, ко­то­рая блу­до­де­я­ни­я­ми сво­и­ми про­да­ет на­ро­ды и ча­ро­ва­ни­я­ми сво­и­ми
– пле­ме­на
» (На­ум 3:3–4).


За­чем же та­кая кни­га нуж­на в Свя­щен­ном Пи­са­нии? Про­рок На­ум го­во­рит: «Кня­зья твои
– как са­ран­ча, и во­е­на­чаль­ни­ки твои
– как рои мо­шек, ко­то­рые во вре­мя хо­ло­да гнез­дят­ся в ще­лях стен, и ког­да взой­дет солн­це, то раз­ле­та­ют­ся, и не уз­на­ешь ме­с­та, где они бы­ли... Нет вра­чев­ст­ва для ра­ны тво­ей, бо­лез­нен­на яз­ва твоя. Все, ус­лы­шав­шие весть о те­бе, бу­дут ру­ко­пле­с­кать о те­бе, ибо на ко­го не про­сти­ра­лась бес­пре­с­тан­но зло­ба твоя?
» (На­ум 3:17, 19). Бла­жен­ный Фе­о­до­рит ком­мен­ти­ру­ет это так: «Про­рок На­ум, про­ви­дя си­лу Бо­жия Ду­ха и пред­воз­ве­щая, на­уча­ет, что Вла­ды­ка Бог не ос­тав­ля­ет ни­че­го без Сво­е­го о том по­пе­че­ния, про­мы­ш­ле­ния, но по спра­вед­ли­во­му Сво­е­му оп­ре­де­ле­нию у каж­до­го тре­бу­ет от­че­та во всем, что сде­ла­но им в жиз­ни» [74, т. 30, с. 5 – 6]. В кни­ге про­ро­ка Иса­ии мы ви­де­ли, что Ас­си­рия на­зы­ва­ет­ся брит­вой, ко­то­рая на­ня­та Бо­гом для то­го, что­бы об­рить сво­их со­се­дей, вклю­чая Из­ра­иль и Иу­дею (Ис. 7:20); а те­перь на­ста­ло вре­мя эту брит­ву сло­мать, по­сколь­ку ору­дия бо­же­ст­вен­но­го су­да са­ми от это­го су­да не ос­во­бож­да­ют­ся. Толь­ко на­ро­ды, на­де­ю­щи­е­ся на Бо­га, а не на свою во­ен­ную мощь, уз­рят «на го­рах – сто­пы бла­го­ве­ст­ни­ка, воз­ве­ща­ю­ще­го мир
» (На­ум 1:15).


«Сказал бы я, – добавляет в своем толковании святитель Кирилл Александрийский, – что и изобретатель греха, то есть сатана, повсюду распростирающий сети злобы своей, увлекший в заблуждение поднебесную и опутавший ее сетями погибели, теперь пораженный Христом и лишенный владычества над нами, по справедливости мог бы выслушать (слова пророка): "Все, услышавшие весть о тебе, будут рукоплескать о тебе, ибо на кого не простиралась беспрестанно злоба твоя?" (Наум 3:19)» [40, с. 239].


Кни­га про­ро­ка На­ума за бо­го­слу­же­ни­ем не упо­треб­ля­ет­ся.



Гла­ва 29. Кни­га про­ро­ка Ав­ва­ку­ма

В книге пророка Аввакуме нет ни­ка­ких све­де­ний ни о его про­ис­хож­де­нии, ни о том, где и как он жил. Су­дя по со­дер­жа­нию про­ро­честв, они про­из­не­се­ны до на­ше­ст­вия ва­ви­ло­нян. Ме­с­то кни­ги в ка­но­не Пи­са­ния сви­де­тель­ст­ву­ет о том, что ее написание сле­ду­ет от­не­с­ти ко вто­рой по­ло­ви­не VII ве­ка. Про­рок Ав­ва­кум упо­ми­на­ет­ся в кни­ге про­ро­ка Да­ни­и­ла, в не­ка­но­ни­че­с­кой ее ча­с­ти, где опи­сы­ва­ет­ся пре­бы­ва­ние Да­ни­и­ла во рву (Дан. 14:33–38). Ан­гел пе­ре­но­сит Ав­ва­ку­ма, не­су­ще­го по­хлеб­ку, в ров к Даниилу, что­бы он не по­гиб от го­ло­да. Та­ким об­ра­зом, ес­ли при­нять это сви­де­тель­ст­во, вре­мя слу­же­ния про­ро­ка Ав­ва­ку­ма долж­но про­сти­рать­ся и на вре­мя пле­на. Бла­жен­ный Ие­ро­ним и свя­той Епи­фа­ний Кипрский счи­та­ли, что пророк Ав­ва­кум во вре­мя на­ше­ст­вия Ва­ви­ло­нян бе­жал в Ара­вию и по­том по­сле то­го, как был уве­ден Ие­ре­мия в Еги­пет, вер­нул­ся сно­ва и про­жи­вал в Иу­дее [89, с. 188].



29.1. Пер­вый во­прос про­ро­ка: по­че­му зло ос­та­ет­ся без­на­ка­зан­ным?

В пер­вой ча­с­ти кни­ги про­рок Ав­ва­кум мо­лит­вен­но во­про­ша­ет о том, по­че­му Гос­подь не ка­ра­ет за зло, по­че­му зло­деи про­цве­та­ют, а пра­вед­ни­ки стра­да­ют: «Гра­би­тель­ст­во и на­си­лие п­ре­до мною, и вос­ста­ет враж­да, и под­ни­ма­ет­ся раз­дор. От это­го за­кон по­те­рял си­лу, и су­да правильно­го нет: так как не­че­с­ти­вый одо­ле­ва­ет пра­вед­но­го, то и суд про­ис­хо­дит пре­врат­ный
» (Авв. 1:3–4).


Объ­яс­няя про­ис­хож­де­ние это­го во­про­са, бла­жен­ный Фе­о­до­рит Кир­ский пи­шет: «Есть лю­ди, ко­то­рые весь­ма огор­ча­ют­ся, ви­дя бла­го­ден­ст­вие де­ла­ю­щих не­прав­ду. И од­ни со­мне­ва­ют­ся в том, что Бог вся­че­с­ких про­мы­ш­ля­ет о лю­дях, а дру­гие ве­ру­ют, прав­да, уче­нию о Про­мыс­ле, но не­до­уме­ва­ют, по­че­му так ус­т­ро­я­ют­ся де­ла че­ло­ве­че­с­кие. При­няв на се­бя мысль по­след­них, чуд­ный про­рок Ав­ва­кум и не­до­уме­ние изъ­яв­ля­ет, как бы сам же­лая до­знать при­чи­ну то­го, что бы­ва­ет в ми­ре, и пред­ла­га­ет ре­ше­ние не­до­уме­ния, ка­кое пре­по­да­ла ему бла­го­дать Ду­ха» [74, т. 30, c. 21].


Гос­подь от­ве­ча­ет Ав­ва­ку­му, от­кры­вая, что Он при­ве­дет хал­де­ев, ко­то­рые и по­ка­ра­ют всех не­че­с­ти­вых, со­кру­шат и про­из­ве­дут на­ка­за­ние.



29.2. Вто­рой во­прос: по­че­му для от­мще­ния из­бран на­род лу­ка­вый?

Вто­рое во­про­ша­ние про­ро­ка (так­же име­ю­щее це­лью об­ли­чить по­мы­ш­ле­ния со­вре­мен­ни­ков) за­клю­ча­ет­ся в том, что хал­деи, ко­то­рые долж­ны ис­пол­нить во­лю Бо­жию, со­вер­шить на­ка­за­ние, бо­лее греш­ны, чем те, ко­го они при­дут на­ка­зы­вать за гре­хи. То, что де­ла­ют они, го­раз­до бо­лее тре­бу­ет на­ка­за­ния, чем де­ла тех, ко­го они при­дут на­ка­зы­вать. Гос­подь ука­зы­ва­ет на то, что каж­дый по­не­сет от­вет­ст­вен­ность за свои де­ла. То, что хал­деи бу­дут при­зва­ны для со­вер­ше­ния су­да над Из­ра­и­лем, еще их са­мих от это­го су­да не избавляет.


От­вет про­рок дол­жен за­пи­сать, что­бы не толь­ко его со­вре­мен­ни­ки его ус­лы­ша­ли, но и те, ко­го бу­дут одо­ле­вать со­мне­ния в по­сле­ду­ю­щих ро­дах. «От­ве­чал мне Гос­подь и ска­зал: “За­пи­ши ви­де­ние и на­чер­тай яс­но на скри­жа­лях, что­бы чи­та­ю­щий лег­ко мог про­чи­тать, ибо ви­де­ние от­но­сит­ся еще к оп­ре­де­лен­но­му вре­ме­ни и го­во­рит о кон­це и не об­ма­нет; и хо­тя бы и за­мед­ли­ло, жди его, ибо не­пре­мен­но сбу­дет­ся, не от­ме­нит­ся. Вот, ду­ша над­мен­ная не ус­по­ко­ит­ся, а пра­вед­ный сво­ею ве­рою жив бу­дет. Над­мен­ный че­ло­век, как бро­дя­щее ви­но, не ус­по­ка­и­ва­ет­ся, так что рас­ши­ря­ет ду­шу свою, как ад, и как смерть он не­на­сы­тен, и со­би­ра­ет к се­бе все на­ро­ды, и за­хва­ты­ва­ет се­бе все пле­ме­на. Но не все ли они бу­дут про­из­но­сить о нем прит­чу и на­сме­ш­ли­вую песнь: "горе тому, кто без меры обогащает себя не своим,
– на долго ли?...”
» (Авв. 2:2–6). Здесь зву­чат сло­ва: пра­вед­ный ве­рою жив бу­дет
. Это еще од­на сту­пень к но­во­за­вет­но­му от­кро­ве­нию. Эти слова апо­с­тол Па­вел ци­ти­ру­ет до­слов­но в трех сво­их по­сла­ни­ях: к Рим­ля­нам (Рим. 1:17), Га­ла­там (Гал. 3:11) и к Ев­ре­ям (Евр. 10:38), ука­зы­вая на них как на ос­но­ву жиз­ни но­во­за­вет­ной Церк­ви. На­про­тив, над­мен­ность, ко­то­рая при­во­дит че­ло­ве­ка к то­му, что он от­вер­га­ет ве­ру в Бо­га и на­чи­на­ет жить по сво­им соб­ст­вен­ным желаниями, свою си­лу по­став­ля­ет се­бе бо­гом, не да­ет ус­по­ко­е­ния, не да­ет жиз­ни, сво­дит во ад.


«Кто ока­зы­ва­ет со­мне­ния пред­ве­ща­ни­ям, от Ме­ня ис­хо­дя­щим, тот не­до­сто­ин Мо­е­го о нем по­пе­че­ния. А кто ве­ру­ет из­ре­ка­е­мо­му Мною, и со­об­раз­но с сею ве­рою про­хо­дит жизнь, тот по­жнет пло­ды жиз­ни. По­се­му, зная это, с ве­рою при­ми пред­воз­ве­ща­е­мое те­бе о ца­ре Ва­ви­лон­ском», – поясняет эти слова блаженный Феодорит Кирский [74, т.30, с. 28]: «Как ты ог­ра­бил мно­гие на­ро­ды, то и те­бя ог­ра­бят все ос­таль­ные на­ро­ды...
» (Авв. 2:8) Не­пре­лож­ный духовный за­кон, о ко­то­ром го­во­рят все про­ро­ки, исполнился на Вавилоне.


Святитель Кирилл Александрийский относит эти слова также и к сатане, собирающему не свое
и уготовляющему себе тягчайшее наказание: «Итак, по справедливости его постигнет горе и будет притчею, после того как уничтожена будет его власть и прекращена будет тирания над всеми» [39, с. 265].



29.3. Про­ро­че­с­кая песнь

По­сле об­ли­че­ния же­с­то­ко­с­ти Хал­деи и пред­ска­за­ния ее ги­бе­ли про­рок Ав­ва­кум мо­лит­ся, при­чем эта мо­лит­ва име­ет вид псал­ма, пред­наз­на­чен­но­го для пе­ния. Этот текст упо­треб­ля­ет­ся Церковью в ка­че­ст­ве 4-й биб­лей­ской пес­ни ка­но­на на ут­ре­не. Для лучшего ее понимания сле­ду­ет оз­на­ко­мить­ся со сла­вян­ским тек­с­том. Ес­ли мы ста­нем раз­би­рать со­от­вет­ст­ву­ю­щий ир­мос Рож­де­ст­вен­ско­го ка­но­на «жезл из ко­ре­не Ие­сс­е­о­ва, и цвет от Не­го, Хри­с­те, от Де­вы про­зябл еси, от го­ры хваль­ный при­осе­нен­ныя ча­щи, при­шел еси во­площ­ся от не­ис­ку­со­муж­ныя не­ве­ще­ст­вен­ный и Бо­же, сла­ва си­ле Тво­ей, Гос­по­ди», то не из­бе­жим не­до­уме­ния. В си­но­даль­ном тек­с­те ска­за­но: «Бог от Фе­ма­на гря­дет и Свя­тый
– от го­ры Фа­ран. По­кры­ло не­бе­са ве­ли­чие Его, и сла­вою Его на­пол­ни­лась зем­ля»
(Авв. 3:3). Связь не­о­че­вид­на. Тут на­до об­ра­тить­ся к тек­с­ту сла­вян­ско­му, ко­то­рый сле­ду­ет пе­ре­во­ду Се­ми­де­ся­ти. Там этот ме­с­то вы­гля­дит так: «Бог от юга при­идет, и свя­тый от го­ры при­осе­нен­ныя ча­щи
». Под го­рой, осе­нен­ной ча­щей те­ни­с­той, по­ни­ма­ет­ся Пресвятая Де­ва, осе­нен­ная бла­го­да­тью Бо­жи­ей. От юга или, как с ев­рей­ско­го пе­ре­ве­де­но, «от го­ры Фа­ран
», изо­б­ра­жа­ет­ся тор­же­ст­вен­ное ше­ст­вие Бо­га в Па­ле­с­ти­ну от Си­ная че­рез юж­ные го­ры Па­ле­с­ти­ны во гла­ве иу­де­ев. «Жезл от ко­ре­не Ие­ссе­е­ва» – это, ко­неч­но, от­сыл­ка к мессианскому пророчеству Исайи (Ис. 11:1; ср. Ис. 4:2, Иер. 23:5).


«Гос­по­ди, ус­лы­шах слух твой, и убо­ях­ся, Гос­по­ди, ра­зу­мех де­ла твоя и ужа­сох­ся; по­сре­ди двою жи­вот­ну по­знан бу­де­ши
» (Авв. 3:2). Жи­вот­ные на­по­ми­на­ют нам об об­сто­я­тель­ст­вах Рож­де­ст­ва. «Про­сти­ра­ясь к во­пло­щен­но­му Сы­ну Бо­жию, – объ­яс­ня­ет пре­по­доб­ный Ни­ко­дим Свя­то­го­рец, – про­рок го­во­рит: “Гос­по­ди, ус­лы­шал я тай­ну до­мо­ст­ро­и­тель­ст­ва Тво­е­го во­пло­ще­ния”. <…> Ура­зу­мев же страш­ные де­ла и ужас­ные чу­де­са, ко­то­ры­ми Ты, во­пло­щен­ное Сло­во, со­де­ла­ешь спа­се­ние че­ло­ве­ков, и, осо­бен­но, крест и смерть Твою, раз­мыс­лив, го­во­рю, о сем, я не мог ино­го ни­че­го сде­лать, как про­сла­вить Твое Бо­же­ст­во» [54, с. 45–46].


В Па­с­халь­ном ка­но­не по­ет­ся сле­ду­ю­щее: «На бо­же­ст­вен­ной стра­жи бо­го­гла­го­ли­вый Ав­ва­кум, да ста­нет с на­ми и по­ка­жет све­то­нос­на ан­ге­ла яс­но гла­го­лю­ща: днесь спа­се­ние ми­ру, яко вос­кре­се Хри­с­тос, яко все­си­лен». Очевидна связь со словами пророка: «на стра­жу мою стал я
» (Авв. 2, 1), что­бы ус­лы­шать от­вет Бо­жий. Но где о вос­кре­се­нии Хри­с­то­вом го­во­рит­ся в этой пес­ни? Об­ра­тим­ся к тек­с­ту: «Пред ли­цем Его идет яз­ва, а по сто­пам Его — жгу­чий ве­тер. Он стал и по­ко­ле­бал зем­лю; воз­зрел, и в тре­пет при­вел на­ро­ды; ве­ко­вые го­ры рас­па­лись, пер­во­быт­ные хол­мы опа­ли; пу­ти Его веч­ные...Ты об­на­жил лук Твой по клят­вен­но­му обе­то­ва­нию, дан­но­му ко­ле­нам. Ты по­то­ка­ми рас­сек зем­лю. Уви­дев Те­бя, вос­тре­пе­та­ли го­ры, ри­ну­лись во­ды; без­дна да­ла го­лос свой, вы­со­ко под­ня­ла ру­ки свои; солн­це и лу­на ос­та­но­ви­лись на ме­с­те сво­ем пред све­том ле­та­ю­щих стрел Тво­их, пред си­я­ни­ем свер­ка­ю­щих ко­пь­ев Тво­их. Во гне­ве ше­ст­ву­ешь Ты по зем­ле и в не­го­до­ва­нии по­пи­ра­ешь на­ро­ды. Ты всту­па­ешь для спа­се­ния на­ро­да Тво­е­го, для спа­се­ния по­ма­зан­но­го Тво­е­го. Ты со­кру­ша­ешь гла­ву не­че­с­ти­во­го до­ма, об­на­жая его от ос­но­ва­ния до вер­ха
» (Авв. 3:5-13). Бла­жен­ный Фе­о­до­рит так комментирует это пророчество: «Ибо ше­ст­ви­я­ми на­зы­ва­ет про­рок де­ла; оз­на­ча­ет же ска­зан­ным и ис­то­чив­ший всем лю­дям спа­се­ние, Крест. На нем стал Вла­ды­ка Хри­с­тос, и по­ко­ле­бал зем­лю, при­вел в дви­же­ние и рас­торг го­ры, по­ра­зил ужа­сом де­мо­нов, раз­ру­шил ка­пи­ща на го­рах и хол­мах, оп­ре­де­лив сие из на­ча­ла и до ус­т­ра­не­ния ми­ра, ис­пол­нив же на­пос­ле­док дней» [74, т. 30, c. 34].


Здесь, ко­неч­но же, рас­кры­ва­ет­ся и смысл ска­зан­но­го ра­нее: «пра­вед­ный ве­рою жив бу­дет
» (Авв. 2:4). Ка­кою ве­рою он жив бу­дет? Не­од­но­крат­но кни­ги Свя­щен­но­го Пи­са­ния по­ка­зы­ва­ют, что эта жи­во­тво­ря­щая ве­ра есть ве­ра во Хри­с­та, рас­пя­то­го и вос­крес­ше­го, — это оче­вид­но и на при­ме­ре Ав­ра­а­ма, и в слу­чае с Ио­вом. То же и здесь. «Во гне­ве ше­ст­ву­ешь Ты по зем­ле и в не­го­до­ва­нии по­пи­ра­ешь на­ро­ды
» (Авв. 3:12). В книге Исайи (63:1–6) есть видение, в котором изображен Бог, топчущий то­чи­ло в ри­зах крас­ных, и Церковь видит в этом образе Христа, Ко­то­рый на кре­с­те со­вер­ша­ет спа­се­ние лю­дей. И здесь то же са­мое: «Ты вы­сту­па­ешь для спа­се­ния на­ро­да Тво­е­го»
(Авв. 3:13). Ве­ра, ко­то­рой бу­дет жить пра­вед­ник, есть ве­ра во Хри­с­та рас­пя­то­го и вос­крес­ше­го. Бо­лее то­го, имен­но сре­ди это­го бед­ст­вия со­зер­ца­ет­ся сла­ва Хри­с­то­ва, точ­но так же, как эта сла­ва бы­ла яв­ле­на на кре­с­те, ког­да, ка­за­лось бы, все рух­ну­ло, и со­тря­са­лась зем­ля, и тем­не­ло солн­це, и все на­деж­ды ис­чез­ли. Тем не ме­нее имен­но в этой ка­та­ст­ро­фе, ко­то­рая бы­ла пе­ред гла­за­ми че­ло­ве­че­с­ки­ми, и бы­ло яв­ле­ние сла­вы и люб­ви Бо­жи­ей. Та­ким слож­ным способом образы библейский пророчеств переплетены в Па­с­халь­ном ир­мосе. В пес­не про­ро­ка (Авв. 3 гл.) мы ви­дим со­зер­ца­ние рож­де­ст­вен­ской и од­но­вре­мен­но па­с­халь­ной тай­ны.


«Я ус­лы­шал, и вос­тре­пе­та­ла вну­т­рен­ность моя; при ве­с­ти о сем за­дро­жа­ли гу­бы мои, боль про­ник­ла в ко­с­ти мои, и ко­леб­лет­ся ме­с­то по­до мною; а я дол­жен быть спо­ко­ен в день бед­ст­вия, ког­да при­дет на на­род мой гра­би­тель его. Хо­тя бы не рас­цве­ла смо­ков­ни­ца и не бы­ло пло­да на ви­но­град­ных ло­зах, и мас­ли­на из­ме­ни­ла, и ни­ва не да­ла пи­щи, хо­тя бы не ста­ло овец в за­го­не и ро­га­то­го ско­та в стой­лах, – но и тог­да я бу­ду ра­до­вать­ся о Гос­по­де и ве­се­лить­ся о Бо­ге спа­се­ния мо­е­го. Гос­подь Бог – си­ла моя: Он сде­ла­ет но­ги мои как у оле­ня и на вы­со­ты мои воз­ве­дет ме­ня!
» (Авв. 3:16–19). По мне­нию бла­жен­но­го Фе­о­до­ри­та, плач про­ро­ка вы­зван тем, что, по­лу­чив от­кро­ве­ние о по­бе­де Хри­с­то­вой, он уз­нал и об уча­с­ти не­ве­ру­ю­щих иу­де­ев по­сле уве­ро­ва­ния языч­ни­ков. Смо­ков­ни­ца здесь изо­б­ра­жа­ет Ие­ру­са­лим (ср. Лк. 13:6–9), ви­но­град – на­род Бо­жий (ср. Ис. 5:7), мас­ли­на – фа­ри­сеев и сад­ду­кеев, «ко­то­рые ве­ли­ча­ясь при­сво­я­е­мым ими се­бе име­нем пра­вед­ным, во­все не при­но­си­ли пло­дов ея» (ср. Пс 51:10). По­ля бес­плод­ные – это по­кор­ные сим на­став­ни­кам (ср. Иер. 4:3), а во­лы – ие­реи (1 Кор. 9:9), воз­де­лы­ва­ю­щие ду­ши [74, т. 30, c. 38].


Ког­да мы го­во­рим, что «пра­вед­ный ве­рою жив бу­дет
», то мы ви­дим вы­ход за рам­ки уз­ко праг­ма­ти­че­с­ко­го по­ни­ма­ния ветхозаветного за­ко­на. Мы зна­ем, что, в за­ко­не сказано: кто бу­дет пра­ве­ден, то есть ис­пол­нять все ус­та­вы и по­ве­ле­ния Бо­жии, то­му бу­дет бла­го, бо­гат­ст­во, здо­ро­вье и так да­лее; кто не бу­дет, тот бу­дет на­ка­зан, ра­зо­рен и так да­лее (Втор. 11:8, 13–15, 16–17, 22–28)... А здесь мы как раз ви­дим, что глав­ное в от­но­ше­ни­ях с Бо­гом есть не по­лу­че­ние от Не­го ка­ких-то внеш­них благ, но пре­бы­ва­ние с Ним. Са­мо по се­бе на­ли­чие такой ве­ры, такой жиз­ни и есть глав­ное со­кро­ви­ще, ко­то­рое не раз­ру­ша­ет­ся да­же в те мо­мен­ты, ког­да ка­за­лось бы, что внеш­не все по­ги­ба­ет. Ес­ли че­ло­век пра­ве­ден, ес­ли он име­ет ве­ру, то это со­став­ля­ет ос­нов­ное со­дер­жа­ние его жиз­ни; жаж­да бо­го­об­ще­ния яв­ля­ет­ся цен­т­раль­ной для че­ло­ве­ка, что и по­ка­зы­ва­ет нам здесь про­рок Ав­ва­кум; о том, что сре­ди страданий, да­же ес­ли бу­дет го­лод, да­же ес­ли мас­ли­на не при­не­сет пло­да и так да­лее, – «тог­да я бу­ду ра­до­вать­ся о Гос­по­де и ве­се­лить­ся о Бо­ге спа­се­ния мо­е­го
» (Авв. 3:18), уже со­вер­шен­но бес­ко­ры­ст­но, зная, что Гос­подь че­ло­ве­ка вер­но­го Ему в бе­де не ос­та­вит [см. 63, с. 195]. Та­кой че­ло­век уже не бу­дет го­во­рить: «ес­ли Ты Сын Бо­жий, сой­ди с кре­с­та
» (Мф. 27:40).


За­кон­чить эту главу я хо­чу еще од­ной ци­та­той из тол­ко­ва­ния блаж­енно­го Фе­о­до­ри­та. «Из­ве­ст­но мне, что иные всю мо­лит­ву Авва­ку­мо­ву по­ни­мая ис­то­ри­че­с­ки, ут­верж­да­ли, буд­то бы Про­рок пред­рек сие о воз­вра­ще­нии из Ва­ви­ло­на. Не бу­ду про­ти­во­ре­чить, ес­ли ко­му угод­но по­ла­гать, что про­об­ра­зо­ва­тель­но пред­ре­че­но сие о воз­вра­тив­ших­ся из пле­на, по­то­му что та­кое ра­зу­ме­ние со­глас­но и с мо­им тол­ко­ва­ни­ем, ес­ли вет­хо­за­вет­ное под­лин­но есть дей­ст­ви­тель­ное про­об­ра­зо­ва­ние но­во­за­вет­но­го. <…> Ес­ли же ктому же­ла­тель­но до­знать в точ­но­с­ти, пусть ис­тол­ку­ет про­ро­че­ст­во, и уви­дит, что в нем боль­шая часть ни ма­ло не со­от­вет­ст­ву­ет про­об­ра­зо­ва­ни­ям. Впро­чем, о сем пусть су­дят как угод­но. А я умо­ляю чи­та­те­лей из­вле­кать поль­зу из тол­ку­е­мо­го, и при по­мо­щи бо­же­ст­вен­ной си­лы со­вер­шать те­че­ние, и воз­же­лать по­бед­ных вен­цов, по­да­тель ко­то­рых – Вла­ды­ка Хри­с­тос» [74, т. 30, c. 40].



Гла­ва 30. Кни­га про­ро­ка Ие­ре­мии

Со­вре­мен­ни­ком про­ро­ков Со­фо­нии и Ав­ва­ку­ма был про­рок Ие­ре­мия. Правление ца­ря Ио­сии (639 – 608 гг. до Р. Х.), ког­да на­чал свое слу­же­ние про­рок Ие­ре­мия, – вре­мя по­след­ней на­деж­ды Из­ра­и­ля. Ио­сия – бла­го­че­с­ти­вый царь, ко­то­рый про­явил край­нее усер­дие в том, что­бы вос­ста­но­вить бо­го­по­чи­та­ние и бла­го­че­с­тие в Иу­дее. Про­ис­хо­ди­ло это уже прак­ти­че­с­ки че­рез 100 лет по­сле то­го, как на­ве­ки прекратило свое су­ще­ст­во­ва­ние Из­ра­иль­ское цар­ст­во, по­сле дли­тель­но­го прав­ле­ния в Иу­дее Ма­нас­сии (696 – 641 до Р. Х.) и Амо­на (641 – 639 до Р.Х.), ко­то­рые на­пол­ни­ли весь Ие­ру­са­лим идо­ло­слу­же­ни­ем и пре­ступ­ле­ни­я­ми.


Не­смо­т­ря на все уси­лия, Ио­сии не уда­лось до­стичь по­став­лен­ной це­ли. При том, что внеш­нее бо­го­по­чи­та­ние бы­ло вос­ста­нов­ле­но, об­ра­тить по-на­сто­я­ще­му серд­ца на­ро­да к Бо­гу ему так и не уда­лось (4 Цар. 23:26–27). Пре­ем­ни­ки же его до­ве­ли де­ло до то­го, что Иу­дея бы­ла опу­с­то­ше­на, Ие­ру­са­лим был раз­ру­шен, и боль­шая часть на­ро­да бы­ла уве­де­на в плен.



30.1. Об­щая ха­рак­те­ри­с­ти­ка кни­ги

Книга пророка Иеремии, второго из четырех великих пророков, в от­ли­чие от боль­шин­ст­ва дру­гих про­ро­че­с­ких книг, со­дер­жит мно­го по­дроб­но­с­тей о жиз­ни ее автора. Боль­ше то­го, она при­от­кры­ва­ет нам вну­т­рен­ний мир про­ро­ка, его соб­ст­вен­ные мыс­ли и пе­ре­жи­ва­ния. Читая пророка Иеремию, не­воль­но вспо­ми­на­ет­ся кни­га Ио­ва.


По сво­ей струк­ту­ре кни­га до­ста­точ­но не­про­ста. В ней не со­блю­ден хро­но­ло­ги­че­с­кий по­ря­док со­бы­тий и про­ро­честв. По­это­му, ес­ли чи­тать ее под­ряд, воз­ни­ка­ет не­ко­то­рое за­труд­не­ние от­но­си­тель­но по­сле­до­ва­тель­но­с­ти опи­сан­ных со­бы­тий, и тре­бу­ют­ся уси­лия, что­бы ра­зо­брать­ся. Но с точ­ки зре­ния смыс­ла кни­га яв­ля­ет­ся весь­ма цель­ной, так что бу­дем счи­тать, что мы ее име­ем в том ви­де, в ка­ком угод­но бы­ло Бо­гу.


У кни­ги про­ро­ка Ие­ре­мии мно­го об­ще­го с кни­гой про­ро­ка Иса­ии, но есть и се­рь­ез­ные от­ли­чия.


Глав­ное из них со­сто­ит в том, что кни­га про­ро­ка Ие­ре­мии – это уже не кни­га-пре­ду­преж­де­ние, ка­ко­вой яв­ля­ет­ся в ка­ком-то смыс­ле кни­га про­ро­ка Иса­ии, это кни­га, в ко­то­рой за­пе­чат­ле­на «по­след­няя по­пыт­ка» со сто­ро­ны Бо­га при­ве­с­ти иудейский на­род в чув­ст­во и из­ба­вить его от на­ка­за­ния и ги­бе­ли. Эта по­пыт­ка однако, об­ре­чен­а (вспом­ним схо­жее от­ли­чие кни­ги про­ро­ка Со­фо­нии от книг Осии и Амо­са). Пред­ска­за­ния при­об­ре­та­ют уже весь­ма кон­крет­ный ха­рак­тер, за­тра­ги­ва­ют со­вре­мен­ни­ков про­ро­ка.


В на­ча­ле кни­ги, от гла­вы к гла­ве, мы ви­дим по­сте­пен­ную сме­ну на­ст­ро­е­ния и те­мы. Сна­ча­ла Гос­подь ус­та­ми Ие­ре­мии уго­ва­ри­ва­ет из­ра­иль­тян, при­во­дит им раз­ные до­во­ды и обе­ща­ет про­ще­ние, ос­тав­ле­ние вся­ко­го гре­ха, из­бав­ле­ние от на­ка­за­ния, ес­ли толь­ко они вер­нут­ся к со­блю­де­нию За­ве­та и хож­де­нию по пу­ти во­ли Бо­жи­ей (Иер. 3:12–15; 4:1–4). За­тем зву­чит уг­ро­за на­ка­за­ния, ко­то­рая по­сте­пен­но ста­но­вит­ся не­от­вра­ти­мым и твер­дым обе­ща­ни­ем (Иер. 4:9–17, 20–26). В ка­кой-то мо­мент Гос­подь за­пре­ща­ет са­мо­му про­ро­ку мо­лить­ся о на­ро­де из­ра­иль­ском, го­во­ря: «Не про­си за этот на­род и не воз­но­си за них мо­лит­вы и про­ше­ния, и не хо­да­тай­ст­вуй пре­до Мною, ибо Я не ус­лы­шу те­бя
» (Иер. 7:16; 11:14; 14:11). Ес­ли ты бу­дешь мо­лить­ся, ты пой­дешь про­тив Ме­ня, по­это­му воз­ве­щай о гря­ду­щем на­ка­за­нии. Эти сло­ва Гос­подь по­вто­ря­ет триж­ды, до­бав­ляя, что не при­нял бы хо­да­тай­ст­ва да­же Мо­и­сея и Са­му­и­ла (Иер. 15:1). Очевидно, что де­ло не в том, что про­рок пло­хо мо­лит­ся.


Те­мы про­ще­ния, по­ми­ло­ва­ния, из­бав­ле­ния сме­ня­ют­ся те­мой не­из­беж­но­го на­ка­за­ния. Ибо ни­как не­воз­мож­но ис­пра­вить этот на­род, кро­ме как про­ве­дя его че­рез огонь ис­ку­ше­ний. «Раз­ду­валь­ный мех об­го­рел, сви­нец ис­тлел от ог­ня: пла­виль­щик пла­вил на­прас­но, ибо злые не от­де­ли­лись
» (Иер. 6:29).


Сле­ду­ю­щее за уг­ро­за­ми обе­ща­ние из­бав­ле­ния ка­са­ет­ся уже не всех иу­де­ев, а то­го ос­тат­ка, ко­то­рый бу­дет вы­де­лен и очи­щен по­сле про­хож­де­ния че­рез эти ис­ку­ше­ния, по­сле воз­вра­ще­ния из ва­ви­лон­ско­го пле­на. Бла­гие обе­то­ва­ния исполняются на том, кто уце­ле­ет во вре­мя раз­гро­ма, пе­ре­жи­вет плен или ро­дит­ся там, кто не­ког­да вер­нет­ся в Па­ле­с­ти­ну. Уже к ним от­но­сят­ся эти обе­то­ва­ния, а во­все не ко всем слу­ша­те­лям про­ро­ка.



30.2. Изо­б­ра­же­ние нрав­ст­вен­но­го со­сто­я­ния жи­те­лей Ие­ру­са­ли­ма и Иу­деи

В са­мом на­ча­ле кни­ги пророк, раскрывая взаимоотношения Бога с народом Израиля, использует хо­ро­шо из­ве­ст­ный нам об­раз бра­ка: «И бы­ло сло­во Гос­под­не ко мне: иди и воз­гла­си в уши дще­ри Ие­ру­са­ли­ма: так го­во­рит Гос­подь: Я вспо­ми­наю о дру­же­ст­ве юно­с­ти тво­ей, о люб­ви тво­ей, ког­да ты бы­ла не­ве­с­тою, ког­да по­сле­до­ва­ла за Мною в пу­с­ты­ню, в зем­лю не­за­се­ян­ную
» (Иер. 2:1–2). Из­ра­иль, вет­хо­за­вет­ная цер­ковь, на­зы­ва­ет­ся здесь не­ве­с­тою, а за­тем – блуд­ни­цей. Блу­до­дей­ст­во­вал, то есть слу­жил идо­лам Из­ра­иль, за что был со­кру­шен, и вслед за ним, не ус­т­ра­шив­шись ни­че­го, про­дол­жа­ет блу­до­дей­ст­во­вать Иу­дея. «Ви­дел ли ты, что де­ла­ла от­ступ­ни­ца, дочь Из­ра­и­ля?
» – они на­зы­ва­ют­ся не Из­ра­иль и Иу­дея, а дочь Из­ра­и­ля, дочь Ие­ру­са­ли­ма, дочь Иу­деи, так не­ред­ко в Пи­са­нии обо­зна­ча­ют­ся на­ро­ды, – «Она хо­ди­ла на вся­кую вы­со­кую го­ру и под вся­кое вет­ви­с­тое де­ре­во и там блу­до­дей­ст­во­ва­ла. И по­сле то­го, как она все это де­ла­ла, Я го­во­рил: “воз­вра­тись ко Мне”; но она не воз­вра­ти­лась, и ви­де­ла это ве­ро­лом­ная се­с­т­ра ее Иу­дея. И Я ви­дел, что, ког­да за все пре­лю­бо­дей­ные дей­ст­вия от­ступ­ни­цы, до­че­ри Из­ра­и­ля, Я от­пу­с­тил ее и дал ей раз­вод­ное пись­мо, ве­ро­лом­ная се­с­т­ра ее Иу­дея не убо­я­лась, а по­ш­ла и са­ма блу­до­дей­ст­во­ва­ла
» (Иер. 3:6–8).


Вот об­раз дол­го­тер­пе­ния. Гос­подь не го­во­рит, что она блу­до­дей­ст­во­ва­ла и Он ее на­ка­зал. На­про­тив, она блу­до­дей­ст­во­ва­ла, а Он дол­гое вре­мя го­во­рил ей: вер­нись. Но и по­сле то­го не го­во­рит, что на­ка­зал, но что дал ей раз­вод, поз­во­лил ей хо­дить и жить, как ей са­мой хо­чет­ся, и про­сто боль­ше не всту­пал­ся за нее. И тог­да Из­ра­иль пал жерт­вой Ас­си­рии. За­ме­тим, что так же бы­ва­ет и в ду­хов­ной жиз­ни. Не же­ла­ю­щие ис­пол­нять во­лю Бо­жию и быть в союзе с Ним по­ра­бо­ща­ют­ся ди­а­во­лом.


А Иу­дея, пе­ред гла­за­ми ко­то­рой все это про­ис­хо­ди­ло, не вра­зу­ми­лась и сле­ду­ет тем же са­мым пу­тем (Иер. 3:6–10). Ра­ди ее спа­се­ния Бог го­тов да­же как бы от­сту­пить от Сво­е­го за­ко­на, хо­тя это, ко­неч­но, толь­ко об­раз, ибо Бог не под­за­ко­нен. По­сле раз­во­да и вто­ро­го бра­ка же­ны муж не мог при­нять ее сно­ва (Иер. 3:1). Бог же го­тов сно­ва при­нять Свой на­род, уклонившийся в идолопоклонство, ес­ли толь­ко он по­ка­ет­ся (Иер. 3:1–25).


Но про­мед­ле­ние с на­ка­за­ни­ем, дол­го­тер­пе­ние Бо­жие вос­при­ни­ма­ет­ся людь­ми либо как без­на­ка­зан­ность, либо как знак то­го, что они хо­дят вер­ны­ми пу­тя­ми и что ни­что им не гро­зит.


Че­рез про­ро­ка Ие­ре­мию Гос­подь об­ра­ща­ет­ся к на­ро­ду и го­во­рит: «Ка­кую не­прав­ду на­шли во Мне от­цы ва­ши, что уда­ли­лись от Ме­ня и по­ш­ли за су­е­тою, и осу­е­ти­лись?
» (Иер. 2:5). Уди­ви­тель­ное де­ло, Гос­подь пред­ла­га­ет им су­дить­ся, Он со­гла­сен и на это. Он во­про­ша­ет их о том, ме­ня­ет ли хо­тя бы ка­кой на­род бо­гов сво­их, хо­тя они не бо­ги? Ме­ня­ет ли тех бо­гов, ка­ких при­нял от от­цов? Не ме­ня­ет. А Из­ра­иль от­сту­пил от Бо­га ис­тин­но­го и стал хо­дить вслед дру­гих бо­гов. «Два зла сде­лал на­род Мой: Ме­ня, ис­точ­ник во­ды жи­вой, ос­та­ви­ли и вы­сек­ли се­бе во­до­емы раз­би­тые, ко­то­рые не мо­гут дер­жать во­ды
» (Иер. 2:13). От­сту­пив от ис­тин­но­го бо­го­по­чи­та­ния, от со­ю­за с Бо­гом, они по­кло­ни­лись лож­ным бо­гам, ко­то­рые не име­ют в се­бе жиз­ни и дать ее ни­ко­му не мо­гут [22, т. 5, с. 428].


Про­рок Ие­ре­мия об­ли­ча­ет упор­ст­во и не­рас­ка­ян­ность иудеев и го­во­рит, что они бу­дут на­ка­за­ны. При­чем он го­во­рит не про­сто об упор­ст­ве во­об­ще и о не­рас­ка­ян­но­с­ти всех. Он кон­крет­но на­зы­ва­ет гре­хи кня­зей (Иер. 5:5), свя­щен­ни­ков, про­ро­ков (Иер. 5:13), ко­то­рых, по-ви­ди­мо­му, бы­ло не­ма­ло. И все это для то­го, что­бы дать им воз­мож­ность по­ка­ять­ся. «По­хо­ди­те по ули­цам Ие­ру­са­ли­ма, и по­смо­т­ри­те, и раз­ве­дай­те, и по­ищи­те на пло­ща­дях его, не най­де­те ли че­ло­ве­ка, нет ли со­блю­да­ю­ще­го прав­ду, ищу­ще­го ис­ти­ны? Я по­ща­дил бы Ие­ру­са­лим
» (Иер. 5:1). Для спа­се­ния Со­до­ма и Го­мор­ры не­ког­да тре­бо­ва­лось де­сять пра­вед­ни­ков, а здесь – все­го один. Но най­дет­ся ли он? «Хоть и го­во­рят они: жив Гос­подь, но кля­нут­ся лож­но
» (Иер. 5:2). «Все они пре­до Мною – как Со­дом, и жи­те­ли его – как Го­мор­ра
» (Иер. 23:14).


И вот Гос­подь го­во­рит так: «Стань во вра­тах до­ма Гос­под­ня и про­воз­гла­си там сло­во сие и ска­жи: слу­шай­те сло­во Гос­под­не, все Иу­деи, вхо­дя­щие си­ми вра­та­ми на по­кло­не­ние Гос­по­ду. Так го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф, Бог Из­ра­и­лев: ис­правь­те пу­ти ва­ши и де­я­ния ва­ши, и Я ос­тав­лю вас жить на сем ме­с­те. Не на­дей­тесь на об­ман­чи­вые сло­ва: “здесь храм Гос­по­день, храм Гос­по­день, храм Гос­по­день”. Но ес­ли сов­сем ис­пра­ви­те пу­ти ва­ши и де­я­ния ва­ши, ес­ли бу­де­те вер­но про­из­во­дить суд меж­ду че­ло­ве­ком и со­пер­ни­ком его, не бу­де­те при­тес­нять ино­зем­ца, си­ро­ты и вдо­вы, и про­ли­вать не­вин­ной кро­ви на ме­с­те сем, и не пой­де­те вослед иных бо­гов на бе­ду се­бе, – то Я ос­тав­лю вас жить на ме­с­те сем, на этой зем­ле, ко­то­рую дал от­цам ва­шим в ро­ды ро­дов
» (Иер. 7:2–7). Зна­чит, са­мо по се­бе при­сут­ст­вие хра­ма, со­вер­ше­ние в нем бла­го­леп­ных бо­го­слу­же­ний, ока­зы­ва­ет­ся, еще ни­че­го не га­ран­ти­ру­ет. По­че­му? «Вы на­де­е­тесь на об­ман­чи­вые сло­ва, ко­то­рые не при­не­сут вам поль­зы. Как! Вы кра­де­те, уби­ва­е­те и пре­лю­бо­дей­ст­ву­е­те, и кля­не­тесь во лжи, и ка­ди­те Ва­а­лу, и хо­ди­те вослед иных бо­гов, ко­то­рых вы не зна­е­те. И по­том при­хо­ди­те и ста­но­ви­тесь пред ли­цем Мо­им в до­ме сем, над ко­то­рым на­ре­че­но Имя Мое, и го­во­ри­те: “мы спа­се­ны”, что­бы впредь де­лать эти мер­зо­с­ти. Не с­де­лал­ся ли вер­те­пом раз­бой­ни­ков в гла­зах ва­ших дом сей, над ко­то­рым на­ре­че­но имя Мое? Вот, Я ви­дел это, го­во­рит Гос­подь
» (Иер. 7:8–11).


Пророк обличает иудеев в чудовищном идолопоклонстве: «ус­т­ро­и­ли вы­со­ты То­фе­та в до­ли­не сы­но­вей Ен­но­мо­вых, что­бы со­жи­гать сы­но­вей сво­их и до­че­рей сво­их в ог­не, че­го Я не по­ве­ле­вал и что Мне на серд­це не при­хо­ди­ло
» (Иер. 7:31). Однако об этом го­во­рит­ся не толь­ко ра­ди то­го, что­бы при­ве­с­ти чи­та­те­ля в ужас; по слову преподобного Ефрема Сирина, «Бог осо­бен­но по­став­ля­ет на вид сию ужас­ную жерт­ву, же­лая для вся­ко­го сде­лать оче­вид­ным, что иу­деи ос­та­ви­ли за­кон не по труд­но­с­ти ис­пол­нить его. Ибо тя­жесть за­по­ве­ди при­но­сить в жерт­ву сы­нов и дще­рей пре­вы­ша­ет труд­ность за­по­ве­дей Бо­жи­их. А по­то­му, не За­ко­но­да­тель при­чи­ною, что иу­деи ук­ло­ни­лись от Не­го к су­ет­ным идо­лам, но по соб­ст­вен­ной зло­бе впа­ли они в та­кое бе­зу­мие» [22, т. 5, с. 450].


Пред­по­ло­жив, что бе­зу­с­пеш­ность про­по­ве­ди про­ис­хо­дит от то­го, что про­сто­лю­ди­ны, мо­жет быть, не зна­ют за­ко­на Бо­жь­е­го, про­рок об­ра­ща­ет­ся к кня­зь­ям, свя­щен­ни­кам и про­ро­кам. Ведь это они по­став­ле­ны учить и сле­дить за со­сто­я­ни­ем на­ро­да. Но и сре­ди них ни­кто не ока­зы­ва­ет­ся до­стой­ным, ни­кто не сле­ду­ет пу­тем прав­ды. Да­же те, ко­му он ве­дом и кто дол­жен учить ему дру­гих. «Все они, от ма­ло­го до боль­шо­го, пре­дались ко­ры­с­толюбию; от про­ро­ка до свя­щен­ни­ка – все дей­ст­ву­ют лжи­во. И вра­чу­ют ра­ну дочери на­ро­да Мо­е­го лег­ко­мыс­лен­но, го­во­ря: “мир, мир!”, а ми­ра нет. Сты­дят­ся ли они, де­лая мер­зо­с­ти? нет, ни­сколь­ко не сты­дят­ся и не крас­не­ют. За то па­дут они меж­ду пад­ши­ми; во вре­мя по­се­ще­ния их бу­дут по­вер­же­ны, го­во­рит Гос­подь
» (Иер. 8:10–11).


Глав­ным сред­ст­вом при­го­тов­ле­ния лю­дей к спа­си­тель­ной ве­ре во Хри­с­та был За­кон. И вот мы ви­дим, что зна­то­ки уже на­учи­лись трак­то­вать за­кон так, что­бы он был удо­бен для гре­хов­ной жиз­ни. «Как вы го­во­ри­те: “мы му­д­ры, и за­кон Гос­по­день у нас”? А вот, лжи­вая трость книж­ни­ков и его пре­вра­ща­ет в ложь
» (Иер. 8:8).
Так что за­ме­на за­по­ве­ди «пре­да­ни­ем стар­цев» на­ча­лась за­дол­го до при­ше­ст­вия Спа­си­те­ля. «Я на­блю­дал и слу­шал: не го­во­рят они прав­ды, ни­кто не рас­ка­и­ва­ет­ся в сво­ем не­че­с­тии, ни­кто не го­во­рит:
“что я сде­лал?
“ каж­дый об­ра­ща­ет­ся на свой путь
» (Иер. 8:6). И при всем этом, все пре­бы­ва­ют в уди­ви­тель­ном спо­кой­ст­вии. По­че­му? По­то­му что про­ро­ки и свя­щен­ни­ки го­во­рят: мир
, бе­зо­пас­ность
, «вра­чуя» тем са­мым на­род, из­бав­ляя его от уг­ры­зе­ний со­ве­с­ти. Сто­ит го­род, сто­ит храм, и на­род го­во­рит: «Вот, здесь храм Гос­по­день, по­это­му мы бу­дем в бе­зо­пас­но­с­ти». Этот пси­хо­ло­ги­че­с­кий фе­но­мен мы встре­ча­ли и рань­ше: во вре­ме­на про­ро­ка Са­му­и­ла для то­го, что­бы по­бе­дить фи­ли­с­тим­лян, впе­ред се­бя вы­нес­ли ков­чег за­ве­та с на­деж­дой, что за этим ков­че­гом и Бог обя­за­тель­но по­сле­ду­ет и обес­пе­чит по­бе­ду (1 Цар. 4 гл.).


Та­ко­вы об­сто­я­тель­ст­ва, в ко­то­рых при­шлось дей­ст­во­вать при­зван­но­му Бо­гом на слу­же­ние про­ро­ку Ие­ре­мии.



30.3. Слу­же­ние про­ро­ка Ие­ре­мии

Об­ра­тим те­перь вни­ма­ние на лич­ность и слу­же­ние про­ро­ка. Ро­дил­ся он в ме­с­теч­ке под на­зва­ни­ем Ана­фоф, не­да­ле­ко от Ие­ру­са­ли­ма (Иер. 1:1), но уже в пре­де­лах ко­ле­на Ве­ни­а­ми­но­ва. Этот го­ро­док был вы­де­лен в свое вре­мя для свя­щен­ни­ков. Та­ким об­ра­зом, он про­ис­хо­дил из свя­щен­ни­че­с­кой се­мьи, был сы­ном свя­щен­ни­ка, а зна­чит, че­ло­ве­ком, ко­то­рый имел пра­во и обя­зан­ность учить на­род.


К слу­же­нию он был при­зван до­воль­но юным. Про­изо­ш­ло это в 13-й год ца­ря Ио­сии, тпри­мер­но в 627 го­ду до Рож­де­ст­ва Хри­с­то­ва. При при­зва­нии на слу­же­ние Гос­подь ска­зал Ие­ре­мии: «Не го­во­ри: “я мо­лод”; ибо ко всем, к ко­му по­ш­лю те­бя, пой­дешь, и все, что по­ве­лю те­бе, ска­жешь. Не бой­ся их, ибо Я с то­бою, что­бы из­бав­лять те­бя, сказал Господь. И про­стер Господь ру­ку Свою, и кос­нул­ся уст мо­их, и ска­зал мне Гос­подь: вот, Я вло­жил сло­ва Мои в ус­та твои. Смо­т­ри, Я по­ста­вил те­бя в сей день над на­ро­да­ми и цар­ст­ва­ми, что­бы ис­ко­ре­нять и ра­зо­рять, гу­бить и раз­ру­шать, со­зи­дать и на­саж­дать
» (Иер. 1:7-10). Его слу­же­ние бы­ло воз­мож­но бо­лее тра­гич­ным, чем слу­же­ние про­ро­ка Иса­ии, по­то­му что, за ис­клю­че­ни­ем крат­ко­го пе­ри­о­да его про­по­ве­ди во вре­мя правления царя Ио­сии, ни­кто его не слу­шал, и на­род ос­та­вал­ся без ис­прав­ле­ния. Более того его ре­гу­ляр­но пы­та­лись убить и под­вер­га­ли пре­сле­до­ва­нию. Этим гре­ши­ли да­же жи­те­ли его род­но­го по­се­ле­ния: «Гос­подь от­крыл мне, и я знаю; Ты по­ка­зал мне де­я­ния их. А я, как крот­кий аг­нец, ве­до­мый на за­кла­ние, и не знал, что они со­став­ля­ют за­мыс­лы про­тив ме­ня, го­во­ря: “по­ло­жим ядо­ви­тое де­ре­во в пи­щу его и от­торг­нем его от зем­ли жи­вых, что­бы и имя его более не упо­ми­на­лось”. Но, Гос­по­ди Са­ва­оф, Су­дья пра­вед­ный, ис­пы­ту­ю­щий серд­ца и ут­ро­бы! дай уви­деть мне мще­ние Твое над ни­ми, ибо Те­бе вве­рил я де­ло мое. Посе­му так го­во­рит Гос­подь о му­жах Ана­фо­фа, ищу­щих ду­ши тво­ей и го­во­ря­щих: “не про­ро­че­ст­вуй во имя Гос­по­да, что­бы не уме­реть те­бе от рук на­ших”; по­се­му так го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф: вот, Я по­се­щу их: юно­ши их ум­рут от ме­ча, сы­но­вья их и до­че­ри их ум­рут от го­ло­да. И ос­тат­ка не бу­дет от них; ибо Я на­ве­ду бед­ст­вие на му­жей Анафофа в год по­се­ще­ния их
» (Иер. 11:18–23). Эти сло­ва чи­та­ют­ся на служ­бе Ве­ли­ко­го Чет­вер­га, ибо это про­ро­че­ст­во. По сло­ву преподобного Еф­ре­ма Си­ри­на, «в Ие­ре­мии та­ин­ст­вен­но пред­став­лен был толь­ко об­раз, по­то­му что иу­деи умерт­ви­ли его не дре­вом, но кам­ня­ми. Ис­пол­ни­лось же сие на Гос­по­де на­шем. Ему иу­деи вло­жи­ли дре­во в хлеб, то есть умерт­ви­ли Его, при­гвоз­див ко дре­ву» [22, т. 5, с. 459]. Об этом же го­во­рит­ся и в бо­го­слу­жеб­ных тек­с­тах: «Смерть из­ба­ви­те­ля пред­ска­зо­вал еси тай­но, бо­го­гла­се, яко­же бо аг­ня, на дре­во Хри­с­та воз­дви­го­ша, жи­во­та на­чаль­ни­ка, со­бор без­за­кон­ный иу­дей­ский, бла­го­де­те­ля всея тва­ри»[49]
. Мно­гие не­до­б­ро­же­ла­те­ли сле­дят за про­ро­ком, же­лая уло­вить его в сло­ве, что­бы под­верг­нуть су­ду. «Ибо я слы­шал тол­ки мно­гих: уг­ро­зы во­круг; “за­яви­те, [го­во­ри­ли] [они], и мы сде­ла­ем до­нос”. Все, жив­шие со мною в ми­ре, сто­ро­жат за мною, не спо­тк­нусь ли я: “мо­жет быть, [го­во­рят], он по­па­дет­ся, и мы одо­ле­ем его и от­мстим ему
» (Иер. 20:10). В этих сло­вах то­же нель­зя не уви­деть сход­ст­ва с об­сто­я­тель­ст­ва­ми про­по­ве­ди Спа­си­те­ля.


Из уст пророка мы слы­шим сло­ва, ис­пол­нен­ные го­ре­чи, но од­но­вре­мен­но и на­деж­ды: «Го­ре мне, мать моя, что ты ро­ди­ла ме­ня че­ло­ве­ком, ко­то­рый спо­рит и ссо­рит­ся со всею зем­лею! Ни­ко­му не да­вал я в рост, и мне ни­кто не да­вал в рост, а все про­кли­на­ют ме­ня. Гос­подь ска­зал: ко­нец твой бу­дет хо­рош, и Я за­став­лю вра­га по­сту­пать с тобою хо­ро­шо во вре­мя бед­ст­вия и во вре­мя скор­би
» (Иер. 15:10–11). «О, Гос­по­ди! Ты зна­ешь все; вспом­ни обо мне и по­се­ти ме­ня, и от­мсти за ме­ня го­ни­те­лям мо­им; не по­гу­би ме­ня по дол­го­тер­пе­нию Тво­е­му; Ты зна­ешь, что ра­ди Те­бя не­су я по­ру­га­ние. Об­ре­те­ны сло­ва Твои, и я съел их; и бы­ло сло­во Твое мне в ра­дость и в ве­се­лие серд­ца мо­е­го; ибо Имя Твое на­ре­че­но на мне, Гос­по­ди, Бо­же Са­ва­оф. Не си­дел я в со­бра­нии сме­ю­щих­ся и не ве­се­лил­ся: под тя­го­те­ю­щею на мне ру­кою Тво­ею я си­дел оди­но­ко, ибо Ты ис­пол­нил ме­ня не­го­до­ва­ния. За что так упор­на бо­лезнь моя, и ра­на моя так не­ис­цель­на, что от­вер­га­ет вра­че­ва­ние? Не­уже­ли Ты бу­дешь для ме­ня как бы об­ман­чи­вым ис­точ­ни­ком, не­вер­ною во­дою?
» (Иер. 15:15–18). Этот вопль к Богу пророк произносит не только от себя, но и от ли­ца все­го на­ро­да. «На сие так ска­зал Гос­подь: ес­ли ты об­ра­тишь­ся, то Я вос­став­лю те­бя, и бу­дешь пред­сто­ять пред ли­цем Мо­им; и ес­ли из­вле­чешь дра­го­цен­ное из ни­чтож­но­го, то бу­дешь как Мои ус­та. Они са­ми бу­дут об­ра­щать­ся к те­бе, а не ты бу­дешь об­ра­щать­ся к ним. И сде­лаю те­бя для это­го на­ро­да креп­кою мед­ною сте­ною; они бу­дут ра­то­вать про­тив те­бя, но не одо­ле­ют те­бя, ибо Я с то­бою, что­бы спа­сать и из­бав­лять те­бя, го­во­рит Гос­подь. И спа­су те­бя от ру­ки злых и из­бав­лю те­бя от ру­ки при­тес­ни­те­лей
» (Иер. 15:19–21).


«Ты влек ме­ня, Гос­по­ди, – и я ув­ле­чен; Ты силь­нее ме­ня – и пре­воз­мог, и я каж­дый день в по­сме­я­нии, вся­кий из­де­ва­ет­ся на­до мною. Ибо лишь толь­ко нач­ну го­во­рить я, – кри­чу о на­си­лии, во­пию о ра­зо­ре­нии, по­то­му что сло­во Гос­под­не об­ра­ти­лось в по­но­ше­ние мне и в по­всед­нев­ное по­сме­я­ние
» (Иер. 20:7–8).


Пророк не про­сто скор­бит, что над ним сме­ют­ся. Ведь он воз­ве­ща­ет сло­во Бо­жие, пе­ред его ли­цом со­вер­шен­но от­чет­ли­во раз­во­ра­чи­ва­ет­ся кар­ти­на то­го, что здесь ско­ро бу­дет про­ис­хо­дить. Он ее передает в ле­де­ня­щих ду­шу по­дроб­но­с­тях, а это вы­зы­ва­ет толь­ко смех и за­ба­ву. Бед­ст­вие при­бли­жа­ет­ся. Он про­ро­че­ст­ву­ет о гибели Иерусалима за 20 лет, за 15 лет, за 10 лет. Вокруг мно­же­ст­во лю­дей, про­ро­ков, свя­щен­ни­ков, ко­то­рые го­во­рят, что это­го ни­че­го не бу­дет, что здесь Храм Гос­по­день, Ие­ру­са­лим, За­кон. «И по­ду­мал я: “не бу­ду я на­по­ми­нать о Нем и не бу­ду бо­лее го­во­рить во имя Его”; но бы­ло в серд­це мо­ем, как бы го­ря­щий огонь, за­клю­чен­ный в ко­с­тях мо­их, и я ис­то­мил­ся удер­жи­вая его, и не мог. Ибо я слы­шал тол­ки мно­гих: уг­ро­зы во­круг; “за­яви­те, [го­во­ри­ли они], и мы сде­ла­ем до­нос”. Все, жив­шие со мной в ми­ре, сто­ро­жат за мною, не спо­тк­нусь ли я: “Мо­жет быть, [го­во­рят], он по­па­дет­ся, и мы одо­ле­ем его и от­мстим ему
» (Иер. 20:9–10). Вот про­ти­во­сто­я­ние Бо­га и ми­ра, ко­то­рое на­и­бо­лее от­чет­ли­во про­яв­ля­ет­ся в Еван­ге­лии. Но оно присутствует в жиз­ни каж­до­го пра­вед­ни­ка, по­сколь­ку они «не от ми­ра се­го». «Но со мною Гос­подь, как силь­ный ра­то­бо­рец; по­это­му го­ни­те­ли мои спо­тк­нут­ся и не одо­ле­ют; силь­но по­сра­мят­ся, по­то­му что по­сту­па­ли не ра­зум­но; по­срам­ле­ние бу­дет веч­ное, ни­ког­да не за­бу­дет­ся. Гос­по­ди сил! Ты ис­пы­ты­ва­ешь пра­вед­но­го и ви­дишь вну­т­рен­ность и серд­це. Да уви­жу я мще­ние Твое над ни­ми, ибо Те­бе вве­рил я де­ло мое. Пой­те Гос­по­ду, хва­ли­те Гос­по­да, ибо Он спа­са­ет ду­шу бед­но­го от ру­ки зло­де­ев
» (Иер. 20:11–13).


В один из са­мых тя­же­лых мо­мен­тов жиз­ни про­рок го­во­рит: «Про­клят день, в ко­то­рый я ро­дил­ся! день, в ко­то­рый ро­ди­ла ме­ня мать моя, да не бу­дет бла­го­сло­вен! Про­клят че­ло­век, ко­то­рый при­нес весть от­цу мо­е­му и ска­зал: “у те­бя ро­дил­ся сын”, и тем очень об­ра­до­вал его. И да бу­дет с тем че­ло­ве­ком, что с го­ро­да­ми, ко­то­рые раз­ру­шил Гос­подь и не по­жа­лел; да слы­шит он ут­ром во­пль и в пол­день ры­да­ние за то, что он не убил ме­ня в са­мой ут­ро­бе – так, что­бы мать моя бы­ла мне гро­бом и чре­во ее ос­та­лось веч­но бе­ре­мен­ным. Для че­го вы­шел я из ут­ро­бы, что­бы ви­деть тру­ды и скор­би и что­бы дни мои ис­чеза­ли в бес­сла­вии?
» (Иер. 20:14–18). По­доб­ный вопль вы­рвал­ся не­ког­да из уст пра­вед­но­го Ио­ва (Иов 3:1–26).


Преподобный Еф­рем Си­рин, объ­яс­няя его смысл, пи­сал: «он или как про­рок пред­ска­зы­вал дру­гим гря­ду­щие бед­ст­вия, или об­на­ру­жи­вал соб­ст­вен­ную свою скорбь по при­чи­нам не пре­до­су­ди­тель­ным, но скры­тым от нас и пре­вы­ша­ю­щим на­ше ра­зу­ме­ние, и вы­ра­жал ее та­ки­ми сло­ва­ми, ко­то­рые сла­гал и оп­ре­де­лял про­ро­кам Сам Дух» [22, т. 5, с. 478].


Не взирая на трудности, про­по­ве­до­вал про­рок Ие­ре­мия весь­ма усерд­но. Мы ви­дим его про­по­ве­ду­ю­щим в хра­ме (Иер. 7 гл.), у го­род­ских во­рот (Иер. 17:19), в по­ле за го­ро­дом, об­ра­ща­ю­щим­ся к ца­рю (Иер. 22 гл.) и да­же про­по­ве­ду­ю­щим во время за­клю­че­ния (Иер. 37:15–21), во дво­ре, стра­же (Иер. 38:13–28). Толь­ко ког­да его опу­с­ти­ли в яму, на­пол­нен­ную гря­зью (Иер. 38:5–13), у не­го уже не бы­ло ни­ка­кой воз­мож­но­с­ти об­ра­щать­ся к на­ро­ду, но, по ми­ло­с­ти Бо­жи­ей, он там про­вел не слиш­ком дол­гое вре­мя, ина­че бы по­гиб.


Ког­да он про­ро­че­ст­во­вал в хра­ме Гос­под­нем, по на­сто­я­нию свя­щен­ни­ка его за­би­ли в ко­лод­ки. По­сле ос­во­бож­де­ния, при­дя во двор хра­ма, Ие­ре­мия воз­ве­ща­ет о его гря­ду­щем раз­ру­ше­нии. «С до­мом сим Я сде­лаю то же, что с Си­ло­мом, и го­род сей пре­дам на про­кля­тие всем на­ро­дам зем­ли
» (Иер. 26:6). Его про­ро­че­ст­во вы­зы­ва­ет раз­ную ре­ак­цию. Не­ко­то­рые тре­бу­ют смер­ти про­ро­ку. Но на­хо­дят­ся все-та­ки здра­во­мыс­ля­щие лю­ди, ко­то­рые го­во­рят, что в преж­ние вре­ме­на про­ро­че­ст­во­вал о раз­ру­ше­нии Ие­ру­са­ли­ма про­рок Ми­хей (Иер. 26:17-19), но не был каз­нен, а на­род во гла­ве с ца­рем по­ка­ял­ся. Не нуж­но ли в слу­чае с Ие­ре­ми­ей по­сту­пить тем же са­мым об­ра­зом, то есть не пы­тать­ся убить Ие­ре­мию, а по­ка­ять­ся пе­ред Бо­гом и ис­пра­вить­ся.


По­ми­мо уст­ной про­по­ве­ди, об­ра­щен­ной к жи­те­лям Ие­ру­са­ли­ма, про­рок Ие­ре­мия по по­ве­ле­нию Бо­жию за­пи­сы­ва­ет сло­ва про­ро­честв в кни­гу и пе­ре­да­ет ца­рю (Иер. 30:2; 36:2). Ког­да эта кни­га по­па­да­ет в ру­ки ца­ря Ио­а­ки­ма (608 – 598 гг. до Р. Х.), то по ме­ре то­го, как ему ее чи­та­ют, он от­ре­за­ет но­жом ку­с­ки от свит­ка и бро­са­ет их в жа­ров­ню, что­бы они сго­ре­ли (Иер. 36:22–24). За это про­рок Ие­ре­мия воз­ве­ща­ет, что «не бу­дет от не­го си­дя­ще­го на пре­сто­ле Да­ви­до­вом, и труп его бу­дет бро­шен на зной днев­ной и на хо­лод ноч­ной
» (Иер. 36:30). Ис­то­ри­че­с­кие кни­ги Пи­са­ния умал­чи­ва­ют о том, как и при ка­ких об­сто­я­тель­ст­вах умер Ио­а­ким. Но ког­да в 597 го­ду На­ву­хо­до­но­сор ов­ла­дел Ие­ру­са­ли­мом, то при том, что сна­ча­ла там на­хо­дил­ся Ио­а­ким, сда­ет Ие­ру­са­лим уже его сын Ие­хо­ния. Потому нет ос­но­ва­ний ду­мать, что это про­ро­че­ст­во не ис­пол­ни­лось. По­сле то­го, как кни­га бы­ла та­ким об­ра­зом унич­то­же­на, Ие­ре­мия по­ве­ле­ва­ет Ва­ру­ху пи­сать но­вую кни­гу (Иер. 36:32), в ко­то­рую вклю­ча­ет и преж­ние, и но­вые про­ро­че­ст­ва. Оче­вид­но, что этот сви­ток и явил­ся ос­но­вой кни­ги про­ро­ка Ие­ре­мии.


Поль­зу­ясь тем, что в Ва­ви­лон от­прав­ля­ет­ся от Се­де­кии по­соль­ст­во (Иер. 29:1-10), в ко­то­ром на­хо­дят­ся двое дру­зей Ие­ре­мии, он от­прав­ля­ет ту­да по­сла­ние, го­во­ря, что плен­ни­ки, ко­то­рых Гос­подь вы­слал из Ие­ру­са­ли­ма, не долж­ны слу­шать про­ро­ков, го­во­ря­щих, что ско­ро со­кру­шит Гос­подь иго ва­ви­лон­ское и что ско­ро все вер­нут­ся по сво­им до­мам. Они долж­ны стро­ить до­ма, об­за­во­дить­ся сво­им хо­зяй­ст­вом, брать жен, рож­дать сы­но­вей и за­бо­тить­ся о бла­го­со­сто­я­нии то­го го­ро­да, в ко­то­рый они вы­се­ле­ны, по­то­му что их соб­ст­вен­ные жизнь и бла­го­со­сто­я­ние от это­го за­ви­сят (Иер. 29:4–9). За это то­же сле­ду­ет го­не­ние на Ие­ре­мию, его об­ви­ня­ют в том, что он под­ры­ва­ет ве­ру и на­деж­ду всех из­ра­иль­тян (Иер. 38:4).


Накануне па­де­ни­я Ие­ру­са­ли­ма Гос­подь да­ет Ие­ре­мии по­ве­ле­ние ку­пить се­бе уча­с­ток по­ля в сво­ем род­ном се­ле­нии (Иер. 32:6–15). Сдел­ка тща­тель­но оформ­ля­ет­ся при сви­де­те­лях и долж­на удо­с­то­ве­рить лю­дей в том, что еще бу­дут об­ра­ба­ты­вать зем­лю в этой стра­не.


В тот мо­мент, ког­да уже пе­ред са­мым па­де­ни­ем Ие­ру­са­ли­ма, ва­ви­ло­ня­не бы­ли вы­нуж­де­ны на не­ко­то­рое вре­мя снять оса­ду, Ие­ре­мия пы­та­ет­ся уй­ти из го­ро­да (Иер. 37:12). Его хва­та­ют и го­во­рят, что он пре­да­тель, ко­то­рый со­би­ра­ет­ся бе­жать и са­жа­ют его во двор тем­нич­ной стра­жи и за­тем, по­сколь­ку он не пе­ре­ста­вал про­ро­че­ст­во­вать, опу­с­ка­ют его в яму, что­бы он там умер (Иер. 38 гл.). Па­де­ние Ие­ру­са­ли­ма он встре­ча­ет в за­то­че­нии. И уже ва­ви­ло­ня­не, ко­то­рые за­хва­ти­ли Ие­ру­са­лим, вы­пу­с­ка­ют его и ока­зы­ва­ют ему по­че­с­ти, как про­ро­ку, че­ло­ве­ку Бо­жию (Иер. 39:11–14). Стран­ное и уди­ви­тель­ное де­ло, ког­да за­хват­чи­ки, вра­ги об­хо­дят­ся с ним луч­ше, чем соп­ле­мен­ни­ки, при­чем луч­ше имен­но на том ос­но­ва­нии, что он че­ло­век Бо­жий. Во­е­на­чаль­ник На­ву­зар­дан пред­ла­га­ет про­ро­ку на вы­бор ли­бо ос­тать­ся в Па­ле­с­ти­не, ли­бо ид­ти куда ему нравится (Иер. 40:5). Ие­ре­мия пред­по­чи­та­ет ос­тать­ся.



30.4. Служение пророка после падения Иерусалима

Че­рез не­ко­то­рое вре­мя груп­па мя­теж­ни­ков во гла­ве с Ис­ма­и­лом уби­ва­ет на­ме­ст­ни­ка Па­ле­с­ти­ны Го­до­лию (Иер. 41:1–3). Ос­тав­ший­ся на­род пре­бы­ва­ет в стра­хе, по­то­му что они бо­ят­ся, что за убий­ст­во на­ме­ст­ни­ка и за то, что они не смог­ли вы­дать то­го, кто это сде­лал, на них об­ру­шит­ся гнев Ва­ви­ло­на. Тог­да они об­ра­ща­ют­ся к про­ро­ку Ие­ре­мии за со­ве­том, что им де­лать – ос­та­вать­ся или бе­жать? «И при­сту­пи­ли все во­ен­ные на­чаль­ни­ки, и Ио­а­нан, сын Ка­рея, и Ие­за­ния, сын Го­ша­ии, и весь на­род, от ма­ло­го до боль­шо­го, и ска­за­ли Ие­ре­мии про­ро­ку: да па­дет пред ли­це твое про­ше­ние на­ше, по­мо­лись о нас Гос­по­ду Бо­гу тво­е­му обо всем этом ос­тат­ке, ибо из мно­го­го ос­та­лось нас ма­ло, как гла­за твои ви­дят нас, что­бы Гос­подь, Бог твой, ука­зал нам путь, по ко­то­ро­му нам ид­ти, и то, что нам де­лать
» (Иер. 42:1–3).


Гос­подь обе­щал, что не про­рок бу­дет хо­дить к ним, а они са­ми уже бу­дут при­хо­дить к не­му за про­ро­че­ст­вом (Иер. 15:19). И вот это исполнилось. «И ска­зал им Ие­ре­мия про­рок: слы­шу, по­мо­люсь Гос­по­ду Бо­гу ва­ше­му по сло­вам ва­шим, и все, что от­ве­тит вам Гос­подь, объ­яв­лю вам, не скрою от вас ни сло­ва. Они ска­за­ли Ие­ре­мии: Гос­подь да бу­дет меж­ду на­ми сви­де­те­лем вер­ным и ис­тин­ным в том, что мы точ­но вы­пол­ним все то, с чем при­шлет те­бя к нам Гос­подь Бог Твой: хо­ро­шо ли, ху­до ли то бу­дет, но гла­са Гос­по­да Бо­га на­ше­го, к Ко­то­ро­му по­сы­ла­ем те­бя, по­слу­ша­ем­ся, что­бы нам бы­ло хо­ро­шо, ког­да бу­дем по­слуш­ны гла­су Гос­по­да Бо­га на­ше­го
» (Иер. 42:4–6). И Гос­подь че­рез Ие­ре­мию им го­во­рит: «если останетесь на земле сей, то Я устрою вас и не разорю, насажду вас и не искореню
» (Иер. 42:10). И ког­да Ие­ре­мия пе­ре­дал это, добавив, что ес­ли вы пой­де­те в Еги­пет, то ум­ре­те там от ме­ча, го­ло­да и мо­ро­вой яз­вы в том ме­с­те, ку­да хо­ти­те ид­ти, что­бы жить там (Иер. 42:16), «тог­да ска­зал Аза­рия, сын Оса­ии, и Ио­а­нан, сын Ка­рея, и все дерз­кие лю­ди ска­за­ли Ие­ре­мии: “Не­прав­ду ты го­во­ришь, не по­сы­лал те­бя Гос­подь Бог наш ска­зать: “Не хо­ди­те в Еги­пет, что­бы жить там”; а Ва­рух, сын Ни­рии, воз­буж­да­ет те­бя про­тив нас, что­бы пре­дать нас в ру­ки Хал­де­ев, что­бы они умерт­ви­ли нас или от­ве­ли нас плен­ны­ми в Ва­ви­лон. И не по­слу­шал <…> весь на­род гла­са Гос­по­да, что­бы ос­тать­ся в зем­ле Иу­дей­ской
» (Иер. 43:2–4). И по­ш­ли в зем­лю Еги­пет­скую, а Ие­ре­мию с взя­ли со­бой, что­бы ему опять бы­ло не­по­вад­но про­тив них про­ро­че­ст­во­вать. Вот кар­ти­на. Сна­ча­ла его мо­лят, что­бы он им воз­ве­с­тил во­лю Бо­жию, но ког­да во­ля Бо­жия ока­зы­ва­ет­ся не та­кая, как им хо­те­лось, тут же ре­ши­тель­но объ­яв­ля­ют, что Гос­подь его не по­сы­лал. И это – «луч­шие лю­ди», му­же­ст­вен­ные, па­т­ри­о­тич­но на­ст­ро­ен­ные. Но, к со­жа­ле­нию, не­ис­пра­ви­мые в пла­не ре­ли­ги­оз­ном. По­это­му Гос­подь обе­ща­ет не сми­рив­шим­ся и бе­жав­шим в Еги­пет иу­де­ям ско­рую по­ги­бель.


Про­ти­во­сто­я­ние меж­ду про­ро­ком и на­ро­дом про­дол­жи­лось. Иудеи стали говорить пророку, что все их беды имели причиной недостаточно усердное идолослужение. Дра­ма­тизм и на­пря­жен­ность си­ту­а­ции яр­ко про­яв­ля­ют­ся в по­след­ней ре­чи, об­ра­щен­ной про­ро­ком к на­ро­ду в Егип­те: «слу­шай­те сло­во Гос­под­не, все Иу­деи, ко­то­рые в зем­ле Еги­пет­ской: так го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф, Бог Из­ра­и­лев: вы и же­ны ва­ши, что ус­та­ми сво­и­ми го­во­ри­ли, то и ру­ка­ми сво­и­ми де­ла­ли; вы го­во­ри­те: “ста­нем вы­пол­нять обе­ты на­ши, ка­кие мы обе­ща­ли, что­бы ка­дить бо­ги­не не­ба и воз­ли­вать ей воз­ли­я­ние”, — твер­до дер­жи­тесь обе­тов ва­ших и в точ­но­с­ти ис­пол­няй­те обе­ты ва­ши. За то вы­слу­шай­те сло­во Гос­под­не, все Иу­деи, жи­ву­щие в зем­ле Еги­пет­ской: вот, Я по­клял­ся ве­ли­ким име­нем Мо­им, го­во­рит Гос­подь, что не бу­дет уже на всей зем­ле Еги­пет­ской про­из­но­си­мо имя Мое ус­та­ми ка­ко­го-ли­бо Иу­дея, го­во­ря­ще­го: “жив Гос­подь Бог!”. Вот, Я бу­ду на­блю­дать над ва­ми к по­ги­бе­ли, а не к до­б­ру; и все Иу­деи, ко­то­рые в зем­ле Еги­пет­ской, бу­дут по­ги­бать от ме­ча и го­ло­да, до­ко­ле сов­сем не ис­тре­бят­ся. Толь­ко ма­лое чис­ло из­бе­жав­ших от ме­ча воз­вра­тит­ся из зем­ли Еги­пет­ской в зем­лю Иу­дей­скую, и уз­на­ют все ос­тав­ши­е­ся Иу­деи, ко­то­рые при­шли в зем­лю Еги­пет­скую, что­бы по­жить там, чье сло­во сбу­дет­ся: Мое или их
» (Иер. 44:21–28).


Пророк по­гиб вско­ре по­сле раз­ру­ше­ния Ие­ру­са­ли­ма. Со­глас­но пре­да­нию, про­рок Ие­ре­мия, уве­ден­ный вме­с­те с бег­ле­ца­ми в Еги­пет, был там сво­и­ми же соп­ле­мен­ни­ка­ми по­бит кам­ня­ми за то, что не пе­ре­ста­вал про­ро­че­ст­во­вать и об­ли­чать их в не­по­слу­ша­нии во­ле Бо­жи­ей. Та­ким об­ра­зом, его слу­же­ние про­дол­жа­лось око­ло 50 лет.


Уже в вет­хо­за­вет­ные вре­ме­на про­ро­ка Ие­ре­мию по­чи­та­ли очень вы­со­ко. Во вто­рой кни­ге Мак­ка­вей­ской опи­са­но, как пе­ред од­ним из сра­же­ний Иу­де Мак­ка­вею в ви­де­нии яв­ля­ет­ся про­рок Ие­ре­мия, о ко­то­ром при этом го­во­рит­ся, что он ве­ли­кий мо­лит­вен­ник и пред­ста­тель пе­ред Бо­гом за на­род иу­дей­ский и за Ие­ру­са­лим. Ие­ре­мия по­дал Иу­де зо­ло­той меч, ко­то­рым тот со­кру­шил вра­гов (2 Макк. 15:12–16).


На во­прос Хри­с­та: «За ко­го лю­ди по­чи­та­ют Ме­ня?
» – апо­с­то­лы от­ве­ти­ли: од­ни за Ио­ан­на Кре­с­ти­те­ля, дру­гие за Илию
, а иные за Ие­ре­мию или за од­но­го из про­ро­ков
(Мф. 16:14). Та­ким об­ра­зом, Ие­ре­мия в на­род­ном со­зна­нии был в ря­ду ве­ли­ких про­ро­ков: Ио­ан­на Пред­те­чи, Илии.



30.5. Зна­че­ние по­слу­ша­ния

При чте­нии кни­ги про­ро­ка Ие­ре­мии воз­ни­ка­ет во­прос. Не оп­рав­ды­ва­ет ли действия про­тив­ни­ков про­ро­ка па­ра­док­саль­ность его тре­бо­ва­ний – по­ко­рить­ся ца­рю Ва­ви­лон­ско­му и про­ро­чества о раз­ру­ше­нии Ие­ру­са­ли­ма и хра­ма Бо­жия?


Гос­подь го­во­рит че­рез про­ро­ка: «Так го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф, Бог Из­ра­и­лев: все­со­ж­же­ния ва­ши при­ла­гай­те к жерт­вам ва­шим и ешь­те мя­со; ибо от­цам ва­шим Я не го­во­рил и не да­вал им за­по­ве­ди в тот день, в ко­то­рый Я вы­вел их из зем­ли Еги­пет­ской, о все­со­ж­же­нии и жерт­ве; но та­кую за­по­ведь дал им: “слу­шай­тесь гла­са Мо­е­го, и Я бу­ду ва­шим Бо­гом, а вы бу­де­те Мо­им на­ро­дом, и хо­ди­те по вся­ко­му пу­ти, ко­то­рый Я за­по­ве­даю вам, что­бы вам бы­ло хо­ро­шо”
». (Иер. 7:21–23). Сле­до­ва­тель­но, ос­но­ва­ни­ем для пре­бы­ва­ния в За­ве­те яв­ля­ет­ся по­слу­ша­ние Бо­гу. А во­лю Его на­до ис­пол­нять так и тог­да, как и ког­да Он это­го хо­чет. Вспом­ним от­каз и по­сле­ду­ю­щую по­пыт­ку за­хва­тить зем­лю обе­то­ван­ную (Чис. 14 гл.), вспомним не­по­слу­ша­ние Са­у­ла в слу­чае с ама­ли­ки­тя­на­ми, о ко­то­ром бы­ло ска­за­но, что «не­по­кор­ность есть [та­кой же] грех, что вол­шеб­ст­во, и про­тив­ле­ние – [то же, что] идо­ло­по­клон­ст­во
» (1 Цар. 15:23). Так и здесь. Гос­подь тре­бу­ет от­ка­за от сте­рео­ти­пов мы­ш­ле­ния и «бла­го­че­с­тия» ра­ди то­го, что­бы из-под них проявилась ве­ра, ко­то­рая есть ос­но­ва­ние Но­во­го За­ве­та – «и Я бу­ду ва­шим Бо­гом
» (Иер. 7:23).


Кни­га про­ро­ка Ие­ре­мии уди­ви­тель­ным об­ра­зом на­по­ми­на­ет нам о про­тив­ле­нии Хри­с­ту иу­де­ев, го­во­рив­ших «Мы се­мя Ав­ра­а­мо­во и не бы­ли ра­ба­ми ни­ко­му ни­ког­да; как же Ты го­во­ришь: сде­ла­е­тесь сво­бод­ны­ми?
» (Ин. 8:33). Связь здесь глуб­же, чем мо­жет по­ка­зать­ся. В кни­ге про­ро­ка Иса­ии мы ви­де­ли, что Ва­ви­лон сим­во­ли­зи­ру­ет ди­а­во­ла (Ис. 14:4). Как же Бог че­рез Ие­ре­мию тре­бу­ет под­чи­нить­ся ему? Пре­по­доб­ный Мак­сим Ис­по­вед­ник от­ве­ча­ет на этот во­прос так: «Бог, бу­ду­чи бла­гим и же­лая пол­но­стью вы­рвать из нас се­мя зла, то есть на­слаж­де­ние, от­ни­ма­ю­щее ум от Бо­же­ст­вен­ной люб­ви, по­пу­с­ка­ет ди­а­во­лу на­во­дить на нас му­ки и ка­ры, тем са­мым че­рез му­ки ду­ши вы­трав­ляя яд на­слаж­де­ния, уже ра­нее за­вла­дев­ше­го ею, а так­же [вну­шая] нам со­вер­шен­ное от­вра­ще­ние и не­на­висть к [ве­щам] пре­хо­дя­щим и ла­с­ка­ю­щим толь­ко чув­ст­во <…> [Бог еще] же­ла­ет со­здать и со­де­лать ка­ра­ю­щую и че­ло­ве­ко­не­на­ви­ст­ни­че­с­кую си­лу ди­а­во­ла при­ну­ди­тель­ной при­чи­ной об­ра­ще­ния к до­б­ро­де­те­ли для тех, кто до­б­ро­воль­но от­пал от нее» [48, кн. 2, с. 73 – 74]. Для яс­но­с­ти мо­жем вспом­нить, как апо­с­тол Па­вел пре­дал блуд­ни­ка из Коринфской Цекрви «са­та­не во из­мож­де­ние пло­ти, что­бы дух был спа­сен в день Гос­по­да на­ше­го Ии­су­са Хри­с­та
» (1 Кор. 5:5), а так­же Име­нея и Алек­сан­д­ра, «что­бы они на­учи­лись не бо­го­хуль­ст­во­вать
» (1 Тим. 1:20).



30.6. Сим­во­ли­че­с­кие ви­де­ния и дей­ст­вия

По­ми­мо пря­мых об­ли­чи­тель­ных ре­чей, у Ие­ре­мии встре­ча­ет­ся и мно­же­ст­во сим­во­лов. Так в на­ча­ле при са­мом при­зва­нии он ви­дит жезл мин­даль­но­го де­ре­ва (Иер. 1:11), на­по­ми­на­ю­щий, что Гос­подь бдит и ви­дит все­гда пе­ред Со­бой де­ла Из­ра­и­ля. «Оре­хо­вый жезл есть об­раз су­да, уго­тов­ля­е­мо­го прав­дою Бо­жи­ею. Ибо как оре­хо­вая ветвь ра­но да­ет цве­ты, так на твой на­род ус­ко­рят прид­ти бед­ст­вия и оп­ре­де­лен­ные го­ро­ду тво­е­му пле­не­ние и пе­ре­се­ле­ние» [22, т. 5, с. 426].


За­тем про­рок ви­дит под­ду­ва­е­мый ве­т­ром ки­пя­щий ко­тел (Иер. 1:13), об­ра­щен­ный к се­ве­ру, что оз­на­ча­ет Ие­ру­са­лим, ки­пя­щий на ог­не при­хо­дя­щих с се­ве­ра, то есть из Ва­ви­ло­на, на­ро­дов.


За­тем важ­ный об­раз льня­но­го по­яса (Иер. 13 гл.), ко­то­рый он, при­об­ре­тя по по­ве­ле­нию Бо­жию, от­но­сит и за­ка­пы­ва­ет в рас­се­ли­не ска­лы, а по про­ше­ст­вии дол­го­го вре­ме­ни он этот по­яс опять вы­ка­пы­ва­ет. По­яс ис­пор­чен, сгнил, и поль­зо­вать­ся им не­воз­мож­но. Гос­подь го­во­рит: «Этот не­год­ный на­род, ко­то­рый не хо­чет слу­шать слов Мо­их, жи­вет по упор­ст­ву серд­ца сво­е­го и хо­дит во след иных бо­гов, что­бы слу­жить им и по­кло­нять­ся им, бу­дет как этот по­яс, ко­то­рый ни к че­му не го­ден. Ибо, как по­яс близ­ко ле­жит к чрес­лам че­ло­ве­ка, так Я при­бли­зил к Се­бе весь дом Из­ра­и­лев и весь дом Иу­дин, го­во­рит Гос­подь, что­бы они бы­ли Мо­им на­ро­дом и Мо­ею сла­вою, хва­лою и ук­ра­ше­ни­ем; но они не по­слу­ша­лись
» (Иер. 13:10–11).


Сим­во­ли­че­с­ким дей­ст­ви­ем мож­но счи­тать и то, что про­рок Ие­ре­мия ос­та­вал­ся без­брач­ным по пря­мо­му ука­за­нию Бо­га, ска­зав­ше­го, что ес­ли он же­нит­ся, то по­гиб­нут все его де­ти, и тру­пы их бу­дут в пи­щу пти­цам не­бес­ным и как на­воз на по­ле (Иер. 16:1–4). И сам он то­же не дол­жен хо­дить ни в дом се­ту­ю­щих, ни в дом ра­ду­ю­щих­ся, по­то­му что пре­кра­тит­ся в этом го­ро­де и вся­кое ра­до­ва­ние, и вся­кое се­то­ва­ние, и не бу­дет в нем ни по­гре­ба­ю­щих, ни же­ни­хов, ни не­вест, но бу­дет от­вер­жен.


Еще один яр­кий об­раз использован в проповеди пророка – об­раз гор­шеч­ни­ка. Ие­ре­мия по­лу­ча­ет ука­за­ние пой­ти в дом гор­шеч­ни­ка, где он ви­дит, как гор­шеч­ник де­ла­ет со­суд на гон­чар­ном кру­ге. И вот этот со­суд раз­ва­лил­ся и тог­да гор­шеч­ник сми­на­ет гли­ну, из ко­то­рой он был сде­лан, и на­чи­на­ет де­лать но­вый. Гос­подь спра­ши­ва­ет, по­че­му Он, Тво­рец, не мо­жет по­сту­пить с Из­ра­и­лем по­доб­но это­му гор­шеч­ни­ку: «Ино­гда Я ска­жу о ка­ком-ли­бо на­ро­де и цар­ст­ве, что ис­ко­ре­ню, со­кру­шу и по­губ­лю его; но ес­ли на­род этот, на ко­то­рый Я это из­рек, об­ра­тит­ся от сво­их злых дел, Я от­ла­гаю то зло, ко­то­рое по­мыс­лил сде­лать ему. А ино­гда ска­жу о ка­ком-ли­бо на­ро­де и цар­ст­ве, что ус­т­рою и ут­вер­жу его; но ес­ли он бу­дет де­лать злое пред оча­ми Мо­и­ми и не слу­шать­ся гла­са Мо­е­го, Я от­ме­ню то до­б­ро, ко­то­рым хо­тел об­ла­го­де­тель­ст­во­вать его
» (Иер. 18:7–10). Это от­но­сит­ся к то­му пе­ри­о­ду, ког­да бы­ла еще ка­кая-то на­деж­да об­ра­тить из­ра­иль­тян: «Итак, ска­жи му­жам Иу­ды и жи­те­лям Ие­ру­са­ли­ма: так го­во­рит Гос­подь: вот, Я го­тов­лю вам зло и за­мы­ш­ляю про­тив вас; итак об­ра­ти­тесь каж­дый от зло­го пу­ти сво­е­го и ис­правь­те пу­ти ва­ши и по­ступ­ки ва­ши. Но они го­во­рят: “не на­дей­ся; мы бу­дем жить по сво­им по­мыс­лам и бу­дем по­сту­пать каж­дый по упор­ст­ву зло­го сво­е­го серд­ца”
» (Иер. 18:11–12). Ка­кой пре­дель­но обо­ст­рен­ный ди­а­лог. Ведь это от­вет Са­мо­му Бо­гу!


Сле­ду­ю­щий об­раз так­же свя­зан с гон­чар­ным ре­мес­лом. Ие­ре­мия по­ку­па­ет у гор­шеч­ни­ка один из со­су­дов, вы­хо­дит из го­ро­да в до­ли­ну сы­но­вей Ен­но­мо­вых, где идолопоклонники приносили младенцев в жертву Молоху (Иер. 7:31)[50]
, раз­би­ва­ет со­суд и го­во­рит: «Слу­шай­те сло­во Гос­под­не, ца­ри Иу­дей­ские и жи­те­ли Ие­ру­са­ли­ма! так го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф, Бог Из­ра­и­лев: вот, Я на­ве­ду бед­ст­вие на ме­с­то сие, о ко­то­ром кто ус­лы­шит, у то­го за­зве­нит в ушах, […] И сде­лаю го­род сей ужа­сом и по­сме­я­ни­ем; каж­дый, про­хо­дя­щий че­рез не­го, изу­мит­ся и по­сви­щет, смо­т­ря на все яз­вы его. […] И ска­жи им: так го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф: так со­кру­шу Я на­род сей и го­род сей, как со­кру­шен гор­шеч­ни­ков со­суд, ко­то­рый уже не мо­жет быть вос­ста­нов­лен
» (Иер. 19:3, 8, 11).


Ког­да уже ста­но­вит­ся оче­вид­ной не­из­беж­ность па­де­ния Ие­ру­са­ли­ма, про­рок ви­дит в ви­де­нии две кор­зи­ны, од­на из ко­то­рых с хо­ро­ши­ми смок­ва­ми, а дру­гая из них с гни­лы­ми, так что их нель­зя есть. И ска­зал Гос­подь: «по­доб­но этим смок­вам хо­ро­шим Я при­знаю хо­ро­ши­ми пе­ре­се­лен­цев Иу­дей­ских, ко­то­рых Я по­слал из се­го ме­с­та в зем­лю Хал­дей­скую; и об­ра­щу на них очи Мои во бла­го им и воз­вра­щу их в зем­лю сию, и ус­т­рою их, а не ра­зо­рю […] и дам им серд­це, что­бы знать Ме­ня, что Я
– Гос­подь, и они бу­дут Мо­им на­ро­дом, а Я бу­ду их Бо­гом; ибо они об­ра­тят­ся ко Мне всем серд­цем сво­им
» (Иер. 24:5–7). Зна­ко­мые нам с ва­ми сло­ва: «Я бу­ду им Бо­гом, а они бу­дут Мо­им на­ро­дом
». Эти сло­ва сра­зу на­по­ми­на­ют о За­ве­те, по­то­му что это цен­т­раль­ное со­дер­жа­ние За­ве­та Бо­га с на­ро­дом Из­ра­иль­ским. «А о ху­дых смок­вах, ко­то­рых и есть нель­зя по не­год­но­с­ти их, так го­во­рит Гос­подь: та­ким Я сде­лаю Се­де­кию, ца­ря Иу­дей­ско­го, и кня­зей его и про­чих Ие­ру­са­лим­лян, ос­та­ю­щих­ся в зем­ле сей и жи­ву­щих в зем­ле Еги­пет­ской; и от­дам их на оз­лоб­ле­ние и на зло­ст­ра­да­ние во всех цар­ст­вах зем­ных, в по­ру­га­ние, в прит­чу, в по­сме­я­ние и про­кля­тие во всех ме­с­тах, ку­да Я из­го­ню их. И по­ш­лю на них меч, го­лод и мо­ро­вую яз­ву, до­ко­ле не ис­треб­лю их с зем­ли, ко­то­рую Я дал им и от­цам их
» (Иер. 24:8–10).


Про­рок по­лу­ча­ет от Бо­га по­ве­ле­ние сде­лать яр­мо и, воз­ло­жив на шею, воз­ве­с­тить о том, что все на­ро­ды от­да­ют­ся во власть ца­ря Ва­ви­лон­ско­го. «И ес­ли ка­кой на­род и цар­ст­во не за­хо­чет слу­жить ему, На­ву­хо­до­но­со­ру, ца­рю Ва­ви­лон­ско­му, и не под­кло­нит выи сво­ей под яр­мо ца­ря Ва­ви­лон­ско­го,
– этот на­род Я на­ка­жу ме­чом, го­ло­дом и мо­ро­вою яз­вою, го­во­рит Гос­подь, до­ко­ле не ис­треб­лю их ру­кою его
» (Иер. 27:8). «Ибо так го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф, Бог Из­ра­и­лев: же­лез­ное яр­мо воз­ло­жу на выю всех этих на­ро­дов, что­бы они ра­бо­та­ли На­ву­хо­до­но­со­ру, ца­рю Ва­ви­лон­ско­му, и они бу­дут слу­жить ему, и да­же зве­рей по­ле­вых Я от­дал ему
» (Иер. 28:14). Этот об­раз на­по­ми­на­ет о том пре­ду­преж­де­нии, ко­то­рое да­но бы­ло че­рез Мо­и­сея, на­пи­сав­ше­го в за­ко­не: «За то, что ты не слу­жил Гос­по­ду Бо­гу тво­е­му с ве­се­ли­ем и ра­до­с­тью серд­ца, при изо­би­лии все­го, бу­дешь слу­жить вра­гу тво­е­му, ко­то­ро­го по­ш­лет на те­бя Гос­подь, в го­ло­де, и жаж­де, и на­го­те и во вся­ком не­до­стат­ке; он воз­ло­жит на шею твою же­лез­ное яр­мо, так что из­му­чит те­бя
» (Втор. 28:47–48).



30.7. Те­ма лич­ной от­вет­ст­вен­но­с­ти

Про­бле­ма лич­но­го воз­да­я­ния за грехи ос­т­ро по­став­ле­на в кни­ге са­мим про­ро­ком, ко­то­рый го­во­рит: «Пра­ве­ден бу­дешь Ты, Гос­по­ди, ес­ли я ста­ну су­дить­ся с То­бою; и од­на­ко же, бу­ду го­во­рить с То­бою о пра­во­су­дии: по­че­му путь не­че­с­ти­вых бла­го­ус­пе­шен, и все ве­ро­лом­ные бла­го­ден­ст­ву­ют? Ты на­са­дил их, и они уко­ре­ни­лись, вы­рос­ли и при­но­сят плод. В ус­тах их Ты бли­зок, но да­лек от серд­ца их
» (Иер. 12:1–2). Здесь прак­ти­че­с­ки по­вто­ря­ют­ся из­ве­ст­ные сло­ва про­ро­ка Иса­ии, ко­то­рые ци­ти­ро­вал Хри­с­тос: «При­бли­жа­ют­ся ко Мне лю­ди сии ус­та­ми сво­и­ми и чтут Ме­ня язы­ком; серд­це же их да­ле­ко от­сто­ит от Ме­ня
» (Ис. 29:13; Мф. 15:8).


Не слу­чай­но про­рок Ие­ре­мия мно­гим из столк­нув­ших­ся с ним лич­но объ­яв­ля­ет их судь­бу (на­при­мер, Па­с­хо­ру (Иер. 20:3), ца­рям Ио­а­ки­му (Иер. 22:19), Ие­хо­нии (Иер. 22:30), Се­де­кии (Иер. 34:3); лже­про­ро­кам Ана­нии (28 гл.), Аха­ву, Се­де­кии, Ше­ма­ии (29 гл.). Важ­ный мо­мент, ко­то­рый мы долж­ны от­ме­тить в книгах про­ро­ка Ие­ре­мии и про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля, – те­ма лич­ной от­вет­ст­вен­но­с­ти пе­ред Бо­гом и зна­чи­мо­с­ти в очах Бо­жи­их каж­дой че­ло­ве­че­с­кой лич­но­с­ти. Пя­ти­кни­жие обращено це­ли­ком к на­ро­ду, и ес­ли мы по­смо­т­рим ис­то­рию, из­ло­жен­ную в Пя­ти­кни­жии, то да­же за гре­хи от­дель­ных лю­дей все рав­но на­ка­зы­ва­ет­ся весь на­род, тем са­мым по­ка­зы­вается не­рас­тор­жи­мость от­дель­но­го че­ло­ве­ка и всей вет­хо­за­вет­ной церк­ви. Хо­тя лич­ная от­вет­ст­вен­ность была про­пи­са­на в За­ко­не: «От­цы не долж­ны быть на­ка­зы­ва­е­мы смер­тью за де­тей, и де­ти не долж­ны быть на­ка­зы­ва­е­мы смер­тью за от­цов; каж­дый дол­жен быть на­ка­зы­ва­ем смер­тью за свое пре­ступ­ле­ние
» (Втор. 24:16), но там это вос­при­ни­ма­лось, скорее, как су­деб­ная нор­ма. У про­ро­ков же, как раз по­ка­зы­ва­ет­ся и та ис­ти­на, что ни­кто не мо­жет ска­зать, что стра­дает толь­ко по­то­му, что при­над­ле­жит к это­му на­ро­ду или про­сто по­то­му, что со­гре­шил кто-то, кто был его пра­де­дом, а Гос­подь обе­щал до чет­вер­то­го ко­ле­на на­ка­зы­вать по­том­ков греш­ни­ка, а он сам не ви­но­вен. Про­рок Ие­ре­мия мно­го­крат­но по­ка­зы­ва­ет, что каж­дый че­ло­век сам от­ве­ча­ет имен­но за свои дей­ст­вия, по­ми­мо уча­с­тия в кол­лек­тив­ной судь­бе каж­до­му бу­дет да­но по де­лам его. В ча­ст­но­с­ти, у не­го го­во­рит­ся: «Я, Гос­подь, про­ни­каю серд­це и ис­пы­ты­ваю вну­т­рен­но­с­ти, что­бы воз­дать каж­до­му по пу­ти его и по пло­дам дел его
» (Иер. 17:10). Гос­подь су­дит не по ка­ким-то внеш­ним дей­ст­ви­ям, но про­ни­ка­ет в серд­це че­ло­ве­ка, что­бы по пу­ти серд­ца его и по пло­дам дел его воз­дать ему. «По пло­дам их уз­на­е­те их
», ска­зал Спа­си­тель (Мф. 7:20). Я при­во­дил по­ка толь­ко от­ри­ца­тель­ные при­ме­ры, но мы ви­дим и дру­гое, ска­жем, се­к­ре­та­ря и по­мощ­ни­ка про­ро­ка Ие­ре­мии, про­ро­ка Ва­ру­ха, ко­то­рый на свои скор­би по­лу­ча­ет от­вет о том, что­бы не про­сить у Гос­по­да ни­че­го, но то, что он уце­ле­ет, – это са­мая боль­шая ми­лость в сло­жив­ших­ся ус­ло­ви­ях: «Ибо вот, Я на­ве­ду бед­ст­вие на вся­кую плоть, го­во­рит Гос­подь, а те­бе вме­с­то до­бы­чи ос­тав­лю ду­шу твою во всех ме­с­тах, ку­да ни пой­дешь
» (Иер. 45:5). Ав­де­ме­ле­ху Ефи­оп­ля­ни­ну, с по­мо­щью ко­то­ро­го Ие­ре­мия был из­бав­лен из ямы, то же са­мое воз­ве­ща­ет­ся, что за ока­зан­ную ми­лость и за ве­ру Гос­подь его по­ми­лу­ет, и он не па­дет от ме­ча ва­ви­лон­ско­го (Иер. 39:17-18). За­ме­тим, что ми­ло­с­ти­вы к Ие­ре­мии толь­ко ино­пле­мен­ни­ки. На кон­крет­ных при­ме­рах про­во­дит­ся та же са­мая мысль, что хо­тя бы че­ло­век и со­сто­ял в чис­ле цар­ских вель­мож, про­тив ко­то­рых объ­яв­ле­на Бо­гом вой­на, тем не ме­нее, он бу­дет су­дить­ся не за то, что он вель­мо­жа, а за кон­крет­ные свои дей­ст­вия. В ча­ст­но­с­ти, за то, что ви­дел че­ло­ве­ка Бо­жия по­пи­ра­е­мым за прав­ду и не всту­пил­ся за не­го. «В те дни уже не бу­дут го­во­рить: “от­цы ели кис­лый ви­но­град, а у де­тей на зу­бах ос­ко­ми­на”, но каж­дый бу­дет уми­рать за свое соб­ст­вен­ное без­за­ко­ние; кто бу­дет есть кис­лый ви­но­град, у то­го на зу­бах и ос­ко­ми­на бу­дет
» (Иер. 31:29). Сре­ди об­щей тра­ге­дии каж­дый че­ло­век про­хо­дит свой путь, и каж­дый в ре­зуль­та­те по­лу­чит по тем пло­дам, ко­то­рые он при­не­сет.


За­тро­ну­тая те­ма при­об­ре­та­ет осо­бое зна­че­ние в свя­зи с от­кро­ве­ни­ем пророку Иеремии о Но­вом За­ве­те (Иер. 31:31–34), ко­то­рый в рав­ной ме­ре име­ет ха­рак­тер и кол­лек­тив­ный, и лич­ный.



30.8. Про­ро­че­ст­во о па­с­ты­рях Из­ра­и­ля

Пророк обличает па­с­ты­рей Из­ра­и­ле­вых и лже­про­ро­ков, ко­то­рые долж­ны бы­ли на­прав­лять на­род на путь ис­тин­ный. «Мно­же­ст­во па­с­ту­хов ис­пор­ти­ли Мой ви­но­град­ник, ис­топ­та­ли но­га­ми уча­с­ток Мой; лю­би­мый уча­с­ток Мой сде­ла­ли пу­с­тою сте­пью
» (Иер. 12:10).


«В про­ро­ках Ие­ру­са­ли­ма ви­жу ужас­ное: они пре­лю­бо­дей­ст­ву­ют и хо­дят во лжи, под­дер­жи­ва­ют ру­ки зло­де­ев, что­бы ни­кто не об­ра­щал­ся от сво­е­го не­че­с­тия
» (Иер. 23:14). «Я слы­шал, что го­во­рят про­ро­ки, Мо­им име­нем про­ро­че­ст­ву­ю­щие ложь. Они го­во­рят: “мне сни­лось, мне сни­лось”
» (Иер. 23:25). «По­се­му вот, Я – на про­ро­ков, го­во­рит Гос­подь, ко­то­рые кра­дут сло­ва Мои друг у дру­га. Вот, Я – на про­ро­ков, го­во­рит Гос­подь, ко­то­рые дей­ст­ву­ют сво­им язы­ком, а го­во­рят: “Он ска­зал”. Вот, Я – на про­ро­ков лож­ных снов, го­во­рит Гос­подь, ко­то­рые рас­ска­зы­ва­ют их и вво­дят на­род Мой в за­блуж­де­ние сво­и­ми об­ма­на­ми и обо­ль­ще­ни­ем, тог­да как Я не по­сы­лал их и не по­ве­ле­вал им, и они ни­ка­кой поль­зы не при­но­сят на­ро­ду се­му, го­во­рит Гос­подь
» (Иер. 23:30–32).


Та­ким об­ра­зом, тре­бу­ет­ся об­нов­ле­ние па­с­тыр­ст­ва, ко­то­рое про­изой­дет пу­тем осо­бо­го бо­же­ст­вен­но­го вме­ша­тель­ст­ва.


«Го­ре па­с­ты­рям, ко­то­рые гу­бят и раз­го­ня­ют овец па­ст­вы Мо­ей! го­во­рит Гос­подь. По­се­му так го­во­рит Гос­подь, Бог Из­ра­и­лев, к па­с­ты­рям, па­су­щим на­род Мой: вы рас­се­я­ли овец Мо­их, и ра­зо­гна­ли их, и не смо­т­ре­ли за ни­ми; вот, Я на­ка­жу вас за злые де­я­ния ва­ши, го­во­рит Гос­подь. И со­бе­ру ос­та­ток ста­да Мо­е­го из всех стран, ку­да Я из­гнал их, и воз­вра­щу их во дво­ры их; и бу­дут пло­дить­ся и раз­мно­жать­ся. И по­став­лю над ни­ми па­с­ты­рей, ко­то­рые бу­дут па­с­ти их, и они уже не бу­дут бо­ять­ся и пу­гать­ся, и не бу­дут те­рять­ся, го­во­рит Гос­подь. Вот, на­сту­па­ют дни, го­во­рит Гос­подь, и вос­став­лю Да­ви­ду От­расль пра­вед­ную, и во­ца­рит­ся Царь, и бу­дет по­сту­пать му­д­ро, и бу­дет про­из­во­дить суд и прав­ду на зем­ле. Во дни Его Иу­да спа­сет­ся и Из­ра­иль бу­дет жить бе­зо­пас­но; и вот имя Его, ко­то­рым бу­дут на­зы­вать Его: “Гос­подь – оп­рав­да­ние на­ше!”
» (Иер. 23:1–6). Это про­ро­че­ст­во го­во­рит, ко­неч­но же, о Хри­с­те. Оно по­том сно­ва по­вто­ря­ет­ся в 33-й гла­ве и бо­лее пол­но рас­кры­ва­ет­ся в кни­ге про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля (Иез. 34 гл.).



30.9. Про­ро­че­ст­во о воз­вра­ще­нии из пле­на и Но­вом За­ве­те

По­сле окон­ча­тель­ных и гроз­ных про­ро­честв о том, что плен, ги­бель, из­гна­ние не­из­беж­ны, сле­ду­ет сра­зу же и уте­ше­ние. По­сле 70-ти­лет­не­го пле­на, о ко­то­ром воз­ве­с­тил про­рок Ие­ре­мия в чет­вер­тый год ца­ря Ио­а­ки­ма (Иер. 25:11), бу­дет воз­вра­щен на­род, вос­ста­нов­ле­но цар­ст­во, и за­клю­чен Но­вый За­вет.


Пророчествуя о воз­вра­ще­нии иудеев из пле­на, пророк говорит: «Вот, на­сту­па­ют дни, го­во­рит Гос­подь, ког­да Я за­клю­чу с до­мом Из­ра­и­ля и с до­мом Иу­ды но­вый за­вет, не та­кой за­вет, ка­кой Я за­клю­чил с от­ца­ми их в тот день, ког­да взял их за ру­ку, что­бы вы­ве­с­ти их из зем­ли Еги­пет­ской; тот за­вет Мой они на­ру­ши­ли, хо­тя Я ос­та­вал­ся в со­ю­зе с ни­ми, го­во­рит Гос­подь
» (Иер. 31:31–32).
За­ме­тим, пер­вый пункт – от­ме­на прежнего За­ве­та. Ведь еще у Синая израильтяне поклонились золотому тельцу, нарушив одно из основных условий завета, и в последствии неоднократно отступали от него. Учитывая, что с формальной точки зрения завет является двусторонним договором, можно сказать, что Бог был свободен от своих обязательств по нему и исполнял их лишь по Своей милости до тех пор, пока не пришло время Нового Завета.


«Но вот за­вет, ко­то­рый Я за­клю­чу с до­мом Из­ра­и­ле­вым по­сле тех дней, го­во­рит Гос­подь: вло­жу за­кон Мой во вну­т­рен­ность их и на серд­цах их на­пи­шу его
». Со­дер­жа­ни­ем это­го за­ве­та бу­дет не ис­пол­не­ние внеш­них за­по­ве­дей, но преображение серд­ца че­ло­ве­че­с­ко­го, ду­ши его в со­от­вет­ст­вии с во­лей Бо­жи­ей. Это воз­вра­ще­ние к древ­не­му по­ряд­ку ве­щей, ког­да Бог пря­мо, без по­сред­ст­ва Пи­са­ний го­во­рил с Адамом. «И бу­ду им Бо­гом, а они бу­дут Мо­им на­ро­дом
» – это то, что от со­тво­ре­ния че­ло­ве­ка и до са­мо­го кон­ца со­хра­ня­ет­ся не­из­мен­ным. «И уже не бу­дут учить друг дру­га, брат бра­та, и го­во­рить: “по­знай­те Гос­по­да”, ибо все са­ми бу­дут знать Ме­ня, от ма­ло­го до боль­шо­го, го­во­рит Гос­подь, по­то­му что Я про­щу без­за­ко­ния их и гре­хов их уже не вос­по­мя­ну бо­лее
» (Иер. 31:31-34). Ког­да при­дет вре­мя Но­во­го За­ве­та, спа­се­ние, ис­це­ле­ние бу­дет за­клю­чать­ся в том, что Гос­подь про­стит все без­за­ко­ния и очистит людей от греха.


Здесь же и объ­яс­не­ние но­во­за­вет­ной Пя­ти­де­сят­ни­цы: но­вый За­кон бу­дет на­пи­сан Ду­хом на скри­жа­лях серд­ца.


«Они бу­дут Мо­им на­ро­дом, а Я бу­ду им Бо­гом. И дам им од­но серд­це и один путь, что­бы бо­я­лись Ме­ня во все дни [жиз­ни], ко бла­гу сво­е­му и бла­гу де­тей сво­их по­сле них. И за­клю­чу с ни­ми веч­ный за­вет, по ко­то­ро­му Я не от­вра­щусь от них, что­бы бла­го­тво­рить им, и страх Мой вло­жу в серд­ца их, что­бы они не от­сту­па­ли от Ме­ня. И бу­ду ра­до­вать­ся о них, бла­го­тво­ря им, и на­саж­ду их на зем­ле сей твер­до, от все­го серд­ца Мо­е­го и от всей ду­ши Мо­ей
» (Иер. 32:38–41)


«В
от на­сту­па­ют дни, го­во­рит Гос­подь, ког­да го­род ус­т­ро­ен бу­дет во сла­ву Гос­по­да
» (Иер. 31:38). Но­вое ус­т­рой­ст­во свя­то­го го­ро­да – то­же от­ли­чи­тель­ная чер­та Но­во­го За­ве­та, име­ю­щая, су­дя по ука­за­ни­ям дру­гих про­ро­че­с­ких книг, от­но­ше­ние уже к ко­неч­ным судь­бам ми­ра.


Здесь сле­ду­ет на­пом­нить еще об од­ном про­ро­че­ст­ве, ко­то­рое на­хо­дит­ся в на­ча­ле кни­ги. «И бу­дет, ког­да вы раз­мно­жи­тесь и сде­ла­е­тесь мно­го­плод­ны­ми на зем­ле, в те дни, го­во­рит Гос­подь, не бу­дут го­во­рить бо­лее: “ков­чег за­ве­та Гос­под­ня”; он и на ум не при­дет, и не вспом­нят о нем, и не бу­дут при­хо­дить к не­му, и его уже не бу­дет. В то вре­мя на­зо­вут Ие­ру­са­лим пре­сто­лом Гос­по­да; и все на­ро­ды ра­ди име­ни Гос­по­да со­бе­рут­ся в Ие­ру­са­лим и не бу­дут бо­лее по­сту­пать по упор­ст­ву зло­го серд­ца сво­е­го
» (Иер. 3:16–17). Здесь то­же идет речь об от­ме­не вет­хо­за­вет­ных по­ста­нов­ле­ний, сим­во­лом ко­то­рых яв­ля­ет­ся ков­чег, и свя­зан­ном с этим при­зва­нии в Цер­ковь языч­ни­ков [22, т. 5, с. 435].



30.10. Мес­си­ан­ские про­ро­че­ст­ва

Мы уже го­во­ри­ли, что пророческое слу­же­ние Ие­ре­мии прообразовало собой жизнь Господа Иисуса Христа. Кро­ме то­го, книга содержит ряд мес­си­ан­ских про­ро­честв.


Выше уже цитировалось пророчество о воцарении праведной отрасли Давида (Иер. 23:5–6).


«И бу­дет вождь его из не­го са­мо­го, и вла­ды­ка его про­изой­дет из сре­ды его; и Я при­бли­жу его, и он при­сту­пит ко Мне; ибо кто от­ва­жит­ся сам со­бою при­бли­зить­ся ко Мне? го­во­рит Гос­подь. И вы бу­де­те Мо­им на­ро­дом, и Я бу­ду вам Бо­гом
» (Иер. 30:21–22). Хри­с­тос про­изой­дет из сре­ды на­ро­да Бо­жия, но не бу­дет «на­род­ным вы­дви­жен­цем» или са­мо­про­воз­г­ла­шен­ным мес­си­ей.


За­тем в 31-й гла­ве со­дер­жат­ся из­ве­ст­ные сло­ва, ко­то­рые ци­ти­ру­ют­ся в Еван­ге­лии: «Так го­во­рит Гос­подь, го­лос слы­шан в Ра­ме, вопль и горь­кое ры­да­ние; Ра­хиль пла­чет о де­тях сво­их и не хо­чет уте­шить­ся о де­тях сво­их, ибо их нет
» (Иер. 31:15). В Но­вом За­ве­те они при­во­дят­ся в свя­зи с из­би­е­ни­ем мла­ден­цев в Ви­ф­ле­е­ме. Это мо­жет по­ка­зать­ся про­из­воль­ным со­от­не­се­ни­ем исторических со­бы­тий, не име­ю­щих ре­аль­ной свя­зи. Но ес­ли учесть, что 31-я гла­ва по­свя­ще­на ус­та­нов­ле­нию Но­во­го За­ве­та, эта связь ста­но­вит­ся бо­лее оче­вид­ной. Плач в Ра­ме – один из при­зна­ков при­бли­же­ния но­во­за­вет­ных вре­мен.


В 16-й гла­ве, ког­да го­во­рит­ся о воз­вра­ще­нии из­ра­иль­тян из рас­се­я­ния, ска­за­но: «Вот, Я по­ш­лю мно­же­ст­во ры­бо­ло­вов, го­во­рит Гос­подь, и бу­дут ло­вить их; а по­том по­ш­лю мно­же­ст­во охот­ни­ков, и они по­го­нят их со вся­кой го­ры, и со вся­ко­го хол­ма, и из уще­лий скал
» (Иер. 16:16). Это уже не мес­си­ан­ское про­ро­че­ст­во, но тесно с ним связано. Согласно толкованию святителя Иоанна Златоуста, здесь пророчески изображается проповедь апостолов, которых Христос сделал «ловцами человеков
» (Лк. 5:10). Со­глас­но по­след­не­му, го­ры и хол­мы здесь символизируют ме­с­та идо­ло­слу­же­ния [29, т. 6, с. 685].



30.11. Окон­ча­ние кни­ги: про­ро­че­ст­ва о язы­че­с­ких на­ро­дах

В по­след­них гла­вах кни­ги со­дер­жит­ся про­ро­че­ст­во о всех ок­ре­ст­ных на­ро­дах: о Ела­ме, Егип­те, Ва­ви­ло­не, фи­ли­с­тим­ля­нах, Мо­а­ве, Едо­ме, Да­ма­с­ке и др (Иер. 46 – 51 глл.). По­след­няя 52-я гла­ва со­дер­жит в се­бе ис­то­ри­че­с­кий эпи­лог, опи­сы­ва­ю­щий па­де­ние Ие­ру­са­ли­ма по­доб­но то­му, как это опи­са­но в 4-й кни­ге Царств (25 гл.).



30.12. Кни­ги Плач Ие­ре­мии, По­сла­ние Ие­ре­мии и Кни­га про­ро­ка Ва­ру­ха

Еще две книги в Священном Писании связаны с именем пророка Иеремии: Плач Иеремии и Послание Иеремии.


Плач Иеремии
– книга каноническая и представляет собой сти­хо­твор­ное про­из­ве­де­ние, на­пи­сан­ное в клас­си­че­с­ком жа­н­ре пла­ча о раз­ру­шен­ном Ие­ру­са­ли­ме. Со­сто­ит она из пя­ти пла­чей, в со­от­вет­ст­вии с раз­би­е­ни­ем по гла­вам. Каж­дый из них име­ет сти­хо­твор­ную фор­му. Че­ты­ре из них представляют собой ал­фа­вит­ный ак­ро­с­тих, то есть име­ют 22 стро­фы, каж­дая из ко­то­рых на­чи­на­ет­ся на со­от­вет­ст­ву­ю­щую бук­ву ев­рей­ско­го ал­фа­ви­та. Пер­вая, вто­рая и чет­вер­тая пес­ни име­ют по 22 сти­ха, каж­дый из ко­то­рых на­чи­на­ет­ся на новую бук­ву, а тре­тья име­ет 66 сти­хов, по 3 сти­ха в стро­фе. Пя­тая гла­ва, плач-мо­лит­ва, то­же име­ет 22 сти­ха, но формы акростиха не имеет.


В Толковой Библии смысл такого построения комментируется следующим образом: «Пророк как бы хочет этим сказать, что он выразил всю полноту страданий своего народа, что он не пропустил ничего, что может быть выражено обыкновенными человеческими словами, с каких бы букв они не начинались. Только тогда, когда скорбь его утихает, именно к 5-й песни, он перестает соблюдать этот акростишный порядок и 5-я песнь сохранила только число букв еврейского алфавита, но не есть акростих» [69, т. 6, с. 155]. Кроме того нарушение формы последней песни может символизировать разоренное и расстроенное со­сто­я­ние Иудеи после нашествия Навуходоносора.


Про­рок оп­ла­ки­ва­ет гибель Ие­ру­са­ли­ма. Он опи­сы­ва­ет ужа­сы оса­ды, то, как ма­те­ри ели сво­их мла­ден­цев, как уми­ра­ли от го­ло­да и ме­ча. Не­по­гре­бен­ные те­ла ле­жа­ли сре­ди раз­ва­лин (Плач 2:21). Рассказывает о своих соб­ст­вен­ных стра­да­ниях и пе­ре­жи­ва­ниях во вре­мя это­го раз­ру­ше­ния (Плач 3 гл.) и го­во­рит о тех гре­хах, о на­ру­ше­нии су­да и спра­вед­ли­во­с­ти, о лже­про­ро­ках, о при­тес­не­ни­ях, ко­то­ры­ми на­пол­нил­ся пе­ред этим Ие­ру­са­лим (Плач 2 гл.). За­тем он воз­но­сит мо­лит­ву к Бо­гу, в ко­то­рой от име­ни на­ро­да ис­по­ве­ду­ет со­зна­ние сво­ей гре­хов­но­с­ти, мо­лит о ми­ло­с­ти и по­мо­щи (Плач 5 гл.).


Изо­б­ра­же­ние пад­ше­го Ие­ру­са­ли­ма пе­ре­кли­ка­ет­ся с еван­гель­ским по­ве­ст­во­ва­ни­ем (Мф. 24 гл.). «Ру­ка­ми вспле­с­ки­ва­ют о те­бе все, про­хо­дя­щие пу­тем, сви­щут и ка­ча­ют го­ло­вою сво­ею о дще­ри Ие­ру­са­ли­ма, го­во­ря: “это ли го­род, ко­то­рый на­зы­ва­ли со­вер­шен­ст­вом кра­со­ты, ра­до­с­тью всей зем­ли?” Ра­зи­ну­ли на те­бя пасть свою все вра­ги твои, сви­щут и скре­же­щут зу­ба­ми, го­во­рят: “по­гло­ти­ли мы его, толь­ко это­го дня и жда­ли мы, дож­да­лись, уви­де­ли!”
» (Плач 2:15–16).


О се­бе про­рок Ие­ре­мия го­во­рит: «Бла­го то­му, кто тер­пе­ли­во ожи­да­ет спа­се­ния от Гос­по­да. Бла­го че­ло­ве­ку, ког­да он не­сет иго в юно­с­ти сво­ей, … под­став­ля­ет ла­ни­ту свою би­ю­ще­му его, пре­сы­ща­ет­ся по­но­ше­ни­ем
» (Иер. 3:26–30). Очевидна параллель с На­гор­ной про­по­ве­дью (Мф. 5:39). Пре­по­доб­ный Еф­ре­м Си­рин ви­дит здесь та­ин­ст­вен­ное ука­за­ние на путь мо­на­ше­с­ко­го по­дви­га [22, т. 5, с. 520].


Послание Иеремии
– книга неканоническая, со­дер­жит в се­бе об­ли­че­ние идо­ло­по­клон­ст­ва, до­воль­но раз­вер­ну­тое изо­б­ра­же­ние тщет­но­с­ти по­чи­та­ния идо­лов и многообразные до­ка­за­тель­ст­ва, что идол не есть бог.


Кни­га про­ро­ка Ва­ру­ха
принадлежит ученику пророка Иеремии – пророку Варуху. Эта книга неканоническая. В ней ска­за­но, что она на­пи­са­на Ва­ру­хом уже во вре­мя ва­ви­лон­ско­го пле­на (Вар. 1:1). Пророк по­вто­ря­ет многое из ска­зан­ного в кни­ге про­ро­ка Ие­ре­мии, воз­ве­ща­ет из­ра­иль­тя­нам при­чи­ны пле­на и о то, что они вер­нут­ся впос­лед­ст­вии об­рат­но (Вар. 2:34). Из кни­ги пророка Варуха, не­смо­т­ря на то, что она не­ка­но­ни­че­с­кая, чи­та­ет­ся один от­ры­вок в ка­че­ст­ве па­ре­мии на ве­чер­не Рож­де­ст­ва Хри­с­то­ва (Вар. 3:36–38; 4:1–4). Однако эта паремия про­воз­гла­ша­ет­ся как про­ро­че­ст­во Ие­ре­мии, что, ви­ди­мо, вер­но, по­сколь­ку мно­гие тек­с­ты, ко­то­рые встре­ча­ют­ся в этой кни­ге, яв­но за­им­ст­во­ва­ны у Ие­ре­мии. Главная тема этого чтения – Боговоплощение: «По­сле то­го Он явил­ся на зем­ле и об­ра­щал­ся меж­ду людь­ми
» (слав. «на зем­ле яви­ся и с че­ло­ве­ки по­жи­ве
») (Вар. 3:38). Пророк говорит также о за­ко­не Бо­жи­ем и о кни­ге за­ко­на: «Кто взо­шел на не­бо и взял ее, и снес с об­ла­ков? Кто пе­ре­шел мо­ря и на­шел ее, и кто при­не­сет ее, луч­шую чи­с­то­го зо­ло­та
?» (Вар. 3:29–30). «Сей есть Бог наш, и ни­кто дру­гой не срав­нит­ся с Ним. Он на­шел все пу­ти пре­му­д­ро­с­ти и да­ро­вал ее ра­бу Сво­е­му Иа­ко­ву и воз­люб­лен­но­му Сво­е­му Из­ра­и­лю. По­сле то­го Он явил­ся на зем­ле и об­ра­щал­ся меж­ду людь­ми. Вот кни­га за­по­ве­дей Бо­жи­их и за­кон, пре­бы­ва­ю­щий во­век. Все, дер­жа­щи­е­ся ее, бу­дут жить, а ос­тав­ля­ю­щие ее ум­рут
» (Вар. 3:36 – 4:1). Со­шед­ший с не­бес Сын Бо­жий – ипо­с­тас­ная Пре­му­д­рость – да­ро­вал лю­дям ис­тин­ную пре­му­д­рость, вос­ста­но­вил ут­ра­чен­ное бо­го­об­ще­ние, от­крыв всем путь жиз­ни. «Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил
» (Ин. 1:18). Мож­но про­чи­тать этот текст и так, что кни­га за­по­ве­дей и за­кон, пре­бы­ва­ю­щий во­век, это как раз та са­мая «ве­ли­кая бла­го­че­с­тия тай­на: Бог явил­ся во пло­ти
» (1 Тим. 3:16), и что «вся­кий дух, ко­то­рый не ис­по­ве­ду­ет Ии­су­са Хри­с­та, при­шед­ше­го во пло­ти, не есть от Бо­га
» (1 Ин. 4:3). Это и есть Благовестие, спа­си­тель­ное для всех лю­дей.



Гла­ва 31. Кни­га про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля

Са­ма кни­га да­ет нам весь­ма ма­ло би­о­гра­фи­че­с­ких све­де­ний об этом про­ро­ке. Пророк на­зы­ва­ет себя Ие­зе­ки­и­лем, сы­ном Ву­зия свя­щен­ни­ка (Иез. 1:3), то есть при­над­ле­жит к ро­ду свя­щен­ни­че­с­ко­му, как и про­рок Ие­ре­мия. Имя пророка мо­жет быть на рус­ский язык пе­ре­ве­де­но как «Бог ук­реп­ля­ет» или «Бог да­ет си­лы». Пророк был уведен в плен вме­с­те с ца­рем Ие­хо­ни­ей в 597 го­ду, и в пя­тый год сво­е­го пле­не­ния он на­чи­на­ет про­ро­че­ст­во­вать. И все да­ты он все­гда при­во­дит, на­чи­ная от го­да сво­е­го пе­ре­се­ле­ния в Вавилон. Са­мая по­зд­няя да­та, ко­то­рая встре­ча­ет­ся в кни­ге, – это 27 год от пе­ре­се­ле­ния (Иез. 29:17). Следовательно, пророческое служение Иезекииля длилось более 20-ти лет. Из кни­ги нам из­ве­ст­но, что по пе­ре­се­ле­нии в Ме­со­по­та­мию в ме­с­те, ко­то­рое на­зы­ва­ет­ся Тель-Авив у ре­ки или у по­то­ка Хо­вар (Иез. 1:3), ко­то­рый был при­то­ком или ка­на­лом, при­мы­ка­ю­щим к Ев­фра­ту, не­да­ле­ко от Ва­ви­ло­на, Ие­зе­ки­иль об­ла­дал соб­ст­вен­ным до­мом. У не­го бы­ла же­на – об этом мы уз­на­ем, по­сколь­ку упо­ми­на­ет­ся о ее смер­ти, и в це­лом жизнь пе­ре­се­лен­цев, су­дя по кни­ге, была до­ста­точ­но мир­ная. Иезекииль был признан народом как пророк; мы ви­дим, что ста­рей­ши­ны при­хо­дят к не­му для то­го, что­бы он во­про­сил Гос­по­да (Иез. 20:1). Свя­тым Епи­фа­ни­ем Кипрским за­фик­си­ро­ва­но пре­да­ние, со­глас­но ко­то­ро­му про­рок Ие­зе­ки­иль был чу­до­твор­цем: бла­го­да­ря ему пе­ре­се­лен­цы Тель-Ави­ва бы­ли из­бав­ле­ны от хо­тев­ших их ис­тре­бить раз­гне­ван­ных хал­де­ев, ког­да про­рок пе­ре­вел их че­рез Хо­вар, как по су­ху; он спас их от ги­бе­ли во вре­мя го­ло­да; и по­след­нее, что го­во­рит о нем свя­той Епи­фа­ний, это то, что за свое рев­но­ст­ное об­ли­че­ние идо­ло­по­клон­ст­ва про­рок был убит сво­и­ми еди­но­пле­мен­ни­ка­ми [89, с. 98].


Слу­же­ние это­го про­ро­ка зна­чи­тель­но от­ли­ча­ет­ся от всех дру­гих биб­лей­ских про­ро­ков. Прежде всего тем, что и при­зва­ние, и слу­же­ние его про­ис­хо­дят за пре­де­ла­ми не толь­ко Ие­ру­са­ли­ма, и Иу­деи, а во­об­ще вне Свя­той Зем­ли от на­ча­ла и до кон­ца. Это об­сто­я­тель­ст­во яв­ля­ет­ся весь­ма важ­ным и очень тес­но свя­за­но с са­мим смыс­лом этой кни­ги, со смыс­лом про­ис­хо­дя­щих со­бы­тий.


Да­же са­мые рев­но­ст­ные лю­би­те­ли ос­па­ри­вать ка­но­нич­ность и це­ло­ст­ность биб­лей­ских книг про­тив един­ст­ва кни­ги про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля, как пра­ви­ло, ни­че­го не име­ли. Кни­га име­ет до­ста­точ­но строй­ный план, и по со­дер­жа­нию она ус­лов­но раз­де­ля­ет­ся на че­ты­ре ча­с­ти.


При­зва­ние к про­ро­че­с­ко­му слу­же­нию (гла­вы 1–3). Об­ли­че­ние иу­де­ев и пред­ска­за­ние па­де­ния Ие­ру­са­ли­ма ( гла­вы 4–24). За­тем про­ро­че­ст­ва о дру­гих на­ро­дах (гла­вы 25–32). Обе­то­ва­ния о воз­вра­ще­нии из пле­на и да­ро­ва­нии Но­во­го За­ве­та (гла­вы 33 – 39). И на­ко­нец, ви­де­ние но­во­го ус­т­рой­ст­ва Свя­той Зем­ли, Ие­ру­са­ли­ма и хра­ма (гла­вы 40–48).


Не­ко­то­рые про­ро­че­ст­ва, в ча­ст­но­с­ти те, которые от­но­сят­ся к дру­гим на­ро­дам, все-та­ки сгруп­пи­ро­ва­ны по смыс­ло­во­му, а не по хро­но­ло­ги­че­с­ко­му прин­ци­пу.



31.1. При­зва­ние к про­ро­че­с­ко­му слу­же­нию

В пер­вом от­де­ле опи­сы­ва­ет­ся при­зва­ние Ие­зе­ки­и­ля к про­ро­че­с­ко­му слу­же­нию. Здесь мы ви­дим не­ве­ро­ят­но слож­ное опи­са­ние или, ско­рее, по­пыт­ку опи­са­ния то­го, что он уви­дел на ре­ке Хо­вар, а имен­но ви­де­ние по­до­бия Сла­вы Бо­жи­ей.


Пророк увидел движущееся с севера облако, окруженное сиянием. В середине его – подобие четырех животных с четырьмя крылами и четырьмя лицами каждое: «Подобие лиц их – лице человека и лице льва с правой стороны у всех их четырех; а с левой стороны лице тельца у всех четырех и лице орла у всех четырех
» (Иез. 1:10). Вид животных был подобен виду горящих углей и они «быстро двигались туда и сюда, как сверкает молния
» (Иез. 1:14).


Возле животных пророк увидел колеса «по одному колесу перед четырьмя лицами их <…> когда они шли, шли на четыре свои стороны; во все время шествия не оборачивались
» (Иез. 1:15, 17).


Выше них находился свод, подобный кристаллу, сверху которого простирались крылья. «А над сводом, который над головами их, было подобие престола по виду как бы из камня сапфира; а над подобием престола было как бы подобие человека вверху на нем. И видел я как бы пылающий металл, как бы вид огня внутри него вокруг; от вида чресл его и выше и от вида чресл его и ниже я видел как бы некий огонь, и сияние было вокруг него. В каком виде бывает радуга на облаках во время дождя, такой вид имело это сияние кругом» (Иез. 1:26–28).


Это видение, являющее всемогущество и вездеприсутствие Бога, окруженного бесплотными силами, дает большой простор для толкования. Укажем здесь лишь то, что выше всего пророк увидел подобие человека
. «Бога никтоже виде нигдеже, Единородный Сын, сый в лоне Отчем, той яви
» (Ин. 1:18), – говорит апостол и евангелист Иоанн Богослов. Сияние в виде радуги напоминает о завете, заключенном Богом со всем человечеством.


Об­ра­ти­те вни­ма­ние, где ему это от­кры­ва­ет­ся. Не в Ие­ру­са­ли­ме, не в хра­ме, а где-то в со­вер­шен­но чу­жой, за­бро­шен­ной язы­че­с­кой зем­ле. Вдруг ему там от­кры­ва­ет­ся Гос­подь, что уже са­мо по се­бе, как бы с са­мо­го на­ча­ла про­ти­во­ре­чит пред­став­ле­ни­ям о том, как все это долж­но про­ис­хо­дить. Где, ска­жем, от­кры­вал­ся Гос­подь Мо­и­сею? В ски­нии над крыш­кой Ков­че­га, от­ту­да ему Гос­подь го­во­рил. Храм дол­жен был быть цен­т­ром это­го от­кро­ве­ния, ведь это все про­ис­хо­дит в мо­мент, ког­да Ие­ру­са­лим еще сто­ит на ме­с­те, храм сто­ит на ме­с­те, там со­вер­ша­ет­ся слу­же­ние и стран­но, по­че­му он ви­дит вдруг Сла­ву Бо­жию сов­сем не там, где ей по­ла­га­ет­ся быть.


Гос­подь при­зы­ва­ет Ие­зе­ки­и­ля на слу­же­ние, обращаясь к нему так: «По­сы­лаю те­бя к сы­нам Из­ра­и­ле­вым, к лю­дям не­по­кор­ным, <…> с ог­ру­бе­лым ли­цем и же­с­то­ким серд­цем; к ним Я по­сы­лаю те­бя, и ты ска­жешь им: так го­во­рит Гос­подь Бог! Бу­дут ли они слу­шать или не бу­дут, ибо они мя­теж­ный дом; но пусть зна­ют, что был про­рок сре­ди них
» (Иез. 2:3–5). К не­му про­сти­ра­ет­ся ру­ка, дер­жа­щая сви­ток, ко­то­рый раз­во­ра­чи­ва­ет­ся пе­ред ним и на ко­то­ром на­пи­са­но: «плач, и стон, и го­ре
». Про­рок по­лу­ча­ет по­ве­ле­ние съесть этот сви­ток, и он съел его, и бы­ло в ус­тах его «слад­ко, как мед
», при­том, что та­кие страш­ные бы­ли на­пи­са­ны сло­ва на этом свит­ке.


И сно­ва Гос­подь об­ра­ща­ет­ся к про­ро­ку: «Встань и иди к до­му Из­ра­и­ле­ву, и го­во­ри им Мо­и­ми сло­ва­ми; ибо не к на­ро­ду с ре­чью не­внят­ною и с не­по­нят­ным язы­ком ты по­сы­ла­ешь­ся, но к до­му Из­ра­и­ле­ву, не к на­ро­дам мно­гим с не­внят­ною ре­чью и с не­по­нят­ным язы­ком, ко­то­рых слов ты не ра­зу­мел бы; да ес­ли бы Я по­слал те­бя и к ним, то они по­слу­ша­лись бы те­бя; а дом Из­ра­и­лев не за­хо­чет слу­шать те­бя; ибо они не хо­тят слу­шать Ме­ня, по­то­му что весь дом Из­ра­и­лев с креп­ким лбом и же­с­то­ким серд­цем. Вот, Я сде­лал и твое ли­це креп­ким про­тив лиц их, и твое че­ло креп­ким про­тив их лба. Как ал­маз, ко­то­рый креп­че кам­ня, сде­лал Я че­ло твое; не бой­ся их и не стра­шись пе­ред ли­цем их, ибо они мя­теж­ный дом
» (Иез. 3:4–9).


По­сле то­го, как про­рок про­во­дит семь дней в изум­ле­нии, Гос­подь го­во­рит, что он от­ны­не страж, хра­ни­тель до­ма Из­ра­и­ле­ва и что он бу­дет го­во­рить и об­ли­чать. Ес­ли он об­ли­чит без­за­кон­ни­ка в его гре­хах, и тот не от­вра­тит­ся от гре­хов сво­их и по­гиб­нет, то про­рок чист от кро­ви его. Но ес­ли он не бу­дет го­во­рить ему сло­ва Гос­по­да, не бу­дет его об­ли­чать, и тот по­гиб­нет, то кровь его на про­ро­ке, без­за­ко­ние греш­ни­ка об­ра­тит­ся на не­го. Гос­подь по­став­ля­ет судь­бу про­ро­ка в за­ви­си­мо­с­ть от судь­бы тех лю­дей, к ко­то­рым он по­сы­ла­ет­ся, и го­во­рит, что ис­пол­не­ние то­го, что ему по­ру­ча­ет­ся, вне его вла­с­ти, но го­во­рить и про­ро­че­ст­во­вать, то есть ри­с­ко­вать жиз­нью, он дол­жен, да­же не имея ни­ка­кой на­деж­ды на то, что его сло­во бу­дет ус­лы­ша­но.



31.2. Про­ро­че­ст­ва о ги­бе­ли Ие­ру­са­ли­ма (сим­во­ли­че­с­кие дей­ст­вия)

Про­рок на­чи­на­ет свое про­ро­че­ст­во сим­во­ли­че­с­кими дей­ст­виями (Иез. 4, 5 глл.). По­че­му? По­то­му что сло­ва, оче­вид­но, уже ма­ло дей­ст­во­ва­ли, и вот про­рок со­вер­ша­ет мно­го раз­ных сим­во­ли­че­с­ких дей­ст­вий, ко­то­ры­ми он пы­та­ет­ся при­влечь вни­ма­ние сво­их со­оте­че­ст­вен­ни­ков. При­чем эти дей­ст­вия ино­гда име­ют скан­даль­ный, со­блаз­ни­тель­ный ха­рак­тер. Про­рок Ие­зе­ки­иль бо­лее чем все дру­гие про­ро­ки мо­жет быть на­зван вет­хо­за­вет­ным юро­ди­вым, он стран­но се­бя ве­дет, стран­но го­во­рит и вы­зы­ва­ет по­сто­ян­но все­об­щее не­до­уме­ние. По-ви­ди­мо­му, это един­ст­вен­ный спо­соб до­сту­чать­ся до тех, кто его ви­дит или слы­шит. В это са­мое вре­мя проповедовал в Ие­ру­са­ли­ме Ие­ре­мия, ко­то­рый пы­тал­ся об­ра­тить на­род к по­ка­я­нию, по­сколь­ку пред­ви­дел уже ги­бель и раз­ру­ше­ние. То же са­мое де­лал на Хо­ва­ре про­рок Ие­зе­ки­иль.


Он бе­рет кир­пич и де­ла­ет на нем изо­б­ра­же­ние Ие­ру­са­ли­ма, ус­та­нав­ли­ва­ет этот кир­пич по­сре­ди се­ле­ния и на­чи­на­ет ве­с­ти про­тив не­го осад­ные ра­бо­ты (Иез. 4 гл.). На­сы­па­ет вал и рас­по­ла­га­ет там стан, стро­ит сте­но­бит­ные ма­шин­ы и ве­дет штурм это­го кир­пи­ча на удив­ле­ние соп­ле­мен­ни­кам, и объ­яс­ня­ет по­том, что это зна­ме­ние грядущей оса­ды Ие­ру­са­ли­ма. В те времена при осаде хорошо укрепленных городов, ес­ли бы­ли си­лы и воз­мож­ность, обыч­но на­сы­па­ли вал из зем­ли та­кой же вы­со­ты, как сте­на, и по­том на­чи­на­ли с это­го ва­ла дви­гать та­кую же ку­чу грун­та к сте­не, чтоб мож­но бы­ло вый­ти на од­ном с ней уров­не. Вот и он стро­ит то­же та­кой же вал во­круг это­го кир­пи­ча и за­тем объ­яс­ня­ет смысл про­ис­хо­дя­ще­го.


При­над­ле­жа к из­бран­но­му на­ро­ду, он не­сет на се­бе от­вет­ст­вен­ность за то, что про­ис­хо­дит. Согласно повелению Божию пророк дол­жен ле­жать сна­ча­ла 390 дней на ле­вом бо­ку, не­ся на се­бе как бы без­за­ко­ния до­ма Из­ра­и­ле­ва по чис­лу дней его, по­том дол­жен ле­жать на пра­вом бо­ку то­же не­по­движ­но и 40 дней не­сти на се­бе без­за­ко­ния до­ма Иу­ди­на, день за год (Иез. 4:4–17). При этом ему да­ет­ся ука­за­ние о том, что здесь имен­но об­ли­че­ние гре­хов, за ко­то­рые гиб­нут эти на­ро­ды: «И об­ра­ти ли­це твое и об­на­жен­ную пра­вую ру­ку твою на оса­ду Ие­ру­са­ли­ма, и про­ро­че­ст­вуй про­тив не­го. Вот, Я воз­ло­жил на те­бя узы, и ты не по­вер­нешь­ся с од­но­го бо­ка на дру­гой, до­ко­ле не ис­пол­нишь дней оса­ды тво­ей
» (Иез. 4:7-8).


За­тем он нала­га­ет на се­бя пост. Из всех ви­дов зер­на, ко­то­рые есть в его рас­по­ря­же­нии, он де­ла­ет се­бе хлеб, и в те дни, ког­да он ле­жит на бо­ку, вкушает 300 грам­мов хле­ба и 600 грам­мов во­ды в день, изо­б­ра­жая этим ме­ру хле­ба и пи­тья, ко­то­рые бу­дут иметь лю­ди в осаж­ден­ном го­ро­де. Бо­лее то­го, его Гос­подь за­став­ля­ет де­лать не­чи­с­тый хлеб, и толь­ко ког­да тот взмо­лил­ся о том, что от юно­с­ти и до­ны­не ни­че­го не­чи­с­то­го и сквер­но­го он не ел (Иез. 4:14), Гос­подь от­став­ля­ет это по­ве­ле­ние и го­во­рит, что вот так в Ие­ру­са­ли­ме не бу­дет хле­ба и бу­дут есть все не­чи­с­тое, как это по­ве­ле­но де­лать те­бе.


Сле­дом за этим участь на­ро­да изо­б­ра­жа­ет­ся сле­ду­ю­щим об­ра­зом. Про­ро­ку по­ве­ле­ва­ет­ся об­рить го­ло­ву и бо­ро­ду; сбритые во­ло­сы раз­де­лить на три ча­с­ти и од­ну часть сжечь ог­нем по­сре­ди это­го го­ро­да, ко­то­рый он со­ору­дил, дру­гую часть рас­сы­пать во­круг это­го го­ро­да и ме­чем из­ру­бить, а тре­тью часть про­сто раз­ве­ять по ве­т­ру, го­во­ря, что так ­же про­изой­дет и с жи­те­ля­ми Ие­ру­са­ли­ма (Иез. 5 гл.). Часть их по­гиб­нет в го­ро­де, часть во­круг не­го и часть бу­дет рас­се­я­на сре­ди всех на­ро­дов, но и из той ча­с­ти, ко­то­рую он дол­жен раз­ве­ять по ве­т­ру, он дол­жен часть удер­жать и сжечь по­том в ог­не, показывая, что и в рассеянии будут наказаны нечестивые.


Глав­ный гре­х, в ко­то­ром Гос­подь об­ви­ня­ет че­рез Ие­зе­ки­и­ля иу­де­ев, – идо­ло­по­клон­ст­во, от­ступ­ле­ние от За­ве­та с Бо­гом, от­ступ­ле­ние от са­мой глав­ной и пер­вой за­по­ве­ди: «да не бу­дут у те­бя дру­гих бо­гов пред ли­цем Мо­им
» (Исх. 20:3).


Даль­ше опи­сы­ва­ет­ся гря­ду­щее раз­ру­ше­ние ка­пищ и из­би­е­ние идо­ло­по­клон­ни­ков и го­во­рит­ся, что толь­ко ос­та­ток, толь­ко пра­вед­ные со­хра­нят­ся.


По­че­му же иудеи не вни­ма­ли про­ро­кам? Пой­ми­те пра­виль­но, это нам си­ту­а­ция вид­на та­кой, ка­кой ее изо­б­ра­жа­ют про­ро­ки: не­по­треб­ст­ва, не­прав­да, от­ступ­ле­ние от Бо­га и т.д. Ес­ли же на нее по­смо­т­реть гла­за­ми современников пророка, то не все так оче­вид­но. Иерусалим – ре­с­пек­та­бель­ный сто­лич­ный го­род, в котором живут при­лич­ные лю­ди, пишущие кни­ги, занимающиеся торговлей, строительством. Труд­но бы­ло, на­вер­ное, по­ве­рить, что вот сей­час все­го это­го не бу­дет, город разрушат, а жителей отведут в плен. Народ, несмотря на предупреждения пророков, оставался беспечным. Гос­подь го­во­рит Ие­зе­ки­и­лю: «Они при­хо­дят к те­бе, как на на­род­ное сход­би­ще, и са­дит­ся пе­ред ли­цем тво­им на­род Мой, и слу­ша­ют сло­ва твои, но не ис­пол­ня­ют их; ибо они в ус­тах сво­их де­ла­ют из это­го за­ба­ву, серд­це их ув­ле­ка­ет­ся за ко­ры­с­тью их. И вот, ты для них – как за­бав­ный пе­вец с при­ят­ным го­ло­сом и хо­ро­шо иг­ра­ю­щий; они слу­ша­ют сло­ва твои, но не ис­пол­ня­ют их. Но ког­да сбу­дет­ся, – вот, уже и сбы­ва­ет­ся, – тог­да уз­на­ют, что сре­ди них был про­рок
» (Иез. 33:31–33).


Мир пленяет людей своей кажущейся незыблемостью, порождающей беспечность. Но когда все вдруг переменится, никто не сможет оправдаться тем, что не был предупрежден и не имел возможности приготовиться.



31.3. Ви­де­ние без­за­ко­ния Ие­ру­са­ли­ма. Вто­рое ви­де­ние сла­вы Бо­жи­ей

Как было сказано выше, осо­бен­но­с­тью кни­ги яв­ля­ет­ся то, что про­рок жи­вет по­сто­ян­но в Ва­ви­ло­не, но нередко говорит и о происходящем в Ие­ру­са­ли­ме. В на­ча­ле од­но­го из ви­де­ний он го­во­рит, что ру­ка Гос­под­ня его взя­ла за во­ло­сы и пе­ре­нес­ла в Ие­ру­са­лим (Иез. 8:3). Там сно­ва яв­ля­ет­ся ему по­до­бие сла­вы Бо­жи­ей. И вот он ви­дит то, что про­ис­хо­дит в хра­ме. Ви­дит че­рез ды­ру в сте­не хра­ма, что в хра­ме в по­та­ен­ных ме­с­тах изо­б­ра­же­ны раз­ные жи­вот­ные, ко­то­рым по­кло­ня­лись в Егип­те и в Ас­си­рии, ви­дит, что им покланяются ста­рей­ши­ны до­ма Из­ра­и­ле­ва. По­том он ви­дит, как вос­хо­дит солн­це и эти ста­рей­ши­ны по­во­ра­чи­ва­ют­ся спи­ной к жерт­вен­ни­ку Бо­жию и на­чи­на­ют тво­рить по­кло­не­ние солн­цу. А у во­рот до­ма Гос­под­ня си­дят жен­щи­ны и со­вер­ша­ют ри­ту­аль­ный плач по ха­на­ан­ско­му бо­гу Фам­му­зу (Иез. 8:7–14).


Он ви­дит, что да­же в тех ме­с­тах, где, ка­за­лось бы, долж­но быть бо­го­слу­же­ние, где долж­на быть чи­с­то­та ве­ры, что и там уже идо­ло­слу­же­ние. По­мни­те в книге пророка Ие­ре­мии описано видение двух кор­зин со смок­ва­ми, где од­на со смок­ва­ми хо­ро­ши­ми, а дру­гая со смок­ва­ми, ко­то­рые не го­дят­ся в пи­щу, под ко­то­ры­ми под­ра­зу­ме­ва­ют­ся жи­те­ли Ие­ру­са­ли­ма (Иер. 24:1–2). Ие­зе­ки­и­лю это яв­ле­но по-дру­го­му.


По­сле это­го он ви­дит семь ан­ге­лов, шесть из ко­то­рых дер­жат ору­жие в сво­их ру­ках, а седь­мой одет в льня­ную одеж­ду и име­ет на по­ясе пись­мен­ный при­бор (Иез. 9:1–3). Он дол­жен обой­ти весь го­род и всех лю­дей, ко­то­рые скор­бят и взды­ха­ют о творящихся мер­зо­с­тях, он дол­жен от­ме­тить, на­чер­тать у них на лбу знак. «Недостаточно было обрезание, – говорит преподобный Ефрем Сирин, – Бог отменил оное, вместо же него воздвиг знамение креста» [22, т. 6, с. 17; см. также 69, т. 6, с. 276]. Также преподобный Ефрем говорит, что это знамение «есть помышление, болезнующее о лукавых делах своих» [22, т. 6, с. 17]. По­сле это­го ос­таль­ные шесть ан­ге­лов, име­ю­щие в ру­ках ору­жие, про­хо­дят по го­ро­ду и ис­треб­ля­ют всех тех, кто не отмечен этим знаком.


Че­ло­век же, оде­тый в льня­ную одеж­ду, дол­жен вой­ти меж­ду ко­ле­са­ми под Хе­ру­ви­ма­ми, взять при­гор­ш­ни го­ря­щих уг­лей от­ту­да и бро­сить на Ие­ру­са­лим в знак его ги­бе­ли. Но этот че­ло­век не мо­жет ту­да при­сту­пить. Тог­да Хе­ру­вим про­сти­ра­ет ру­ку к ог­ню и да­ет это­му че­ло­ве­ку в при­гор­ш­ни, он бе­рет и вы­хо­дит (Иез. 10:2-7). Пре­по­доб­ный Еф­рем Си­рин так го­во­рит об этом ме­с­те: «Уг­ли ог­нен­ные обо­зна­ча­ют те воз­да­я­ния и на­ка­за­ния за бо­го­от­ступ­ни­че­ст­во, ка­кие при по­сред­ст­ве ан­ге­лов по­стиг­нут без­рас­суд­ных. А так­же уг­ли ог­нен­ные и че­ло­век, об­ла­чен­ный в льня­ную одеж­ду, ко­то­рый ис­хо­дит и рас­сы­па­ет уг­ли на на­род, та­ин­ст­вен­но зна­ме­ну­ют свя­щен­ни­ка Бо­жия, при по­сред­ст­ве ко­то­ро­го раз­да­ют­ся жи­вые уг­ли жи­во­тво­ря­ще­го Те­ла Гос­под­ня. И тем, что дру­гой Хе­ру­вим про­сти­ра­ет ру­ку и да­ет уг­ли об­ла­чен­но­му в льня­ную одеж­ду, оз­на­ча­ется, что сам свя­щен­ник не мо­жет хле­ба сде­лать Пло­тью; но со­вер­ша­ет сие дру­гой, имен­но Дух Свя­тый, свя­щен­ник же, как по­сред­ник, воз­де­ва­ет толь­ко ру­ки и ус­та­ми сво­и­ми воз­но­сит мо­лит­вы, как умо­ля­ю­щий раб» [22, т. 6, c. 17].


За­тем про­ис­хо­дит не­что еще бо­лее страш­ное. Ие­зе­ки­иль сно­ва ви­дит яв­ле­ние Сла­вы Бо­жи­ей и по­сте­пен­но, по ме­ре то­го, как он со­зер­ца­ет идо­ло­по­клон­ни­ков и не­че­с­ти­вых вож­дей на­ро­да, он ви­дит, как Сла­ва Бо­жия от­хо­дит от сво­е­го обыч­но­го ме­с­та, где ей по­ла­га­лось пре­бы­вать, меж­ду Хе­ру­ви­ма­ми в Свя­том Свя­тых. От­хо­дит сна­ча­ла к по­ро­гу хра­ма (Иез. 9:3), где ос­та­нав­ли­ва­ет­ся на не­дол­гое вре­мя, по­том от по­ро­га хра­ма от­хо­дит к вос­точ­ным вра­там (Иез. 10:19) и, на­ко­нец, из сре­ды го­ро­да под­ни­ма­ет­ся на го­ру Еле­он­скую, на вос­ток от го­ро­да (Иез. 11:23). Та­ким об­ра­зом, храм и Ие­ру­са­лим ока­зы­ва­ют­ся ли­шен­ны­ми Сла­вы Бо­жи­ей.


Это откровение тесно связано с евангельскими событиям. Гляда на непокорный Иерусалим, Хри­с­тос го­во­рит: «Ие­ру­са­лим! Ие­ру­са­лим! из­би­ва­ю­щий про­ро­ков и кам­ня­ми по­би­ва­ю­щий по­слан­ных к те­бе! сколь­ко раз хо­тел Я со­брать чад тво­их, как пти­ца птен­цов сво­их под кры­лья, и вы не за­хо­те­ли! Се, ос­тав­ля­ет­ся вам дом ваш пуст
» (Лк.13:34–35; Мф. 23:37). И по­сле Тай­ной Ве­че­ри и пе­ред Воз­не­се­ни­ем Он ис­хо­дит из го­ро­да именно на го­ру Еле­он­скую.


Мы по­мним, что во вре­мя при­не­се­ния Со­ло­мо­ном жертв при ос­вя­ще­нии хра­ма Сла­ва Гос­под­ня со­шла и пре­бы­ва­ла в хра­ме и по­па­ли­ла жерт­вы. И тог­да же бы­ло да­но Со­ло­мо­ну и на­ро­ду пре­ду­преж­де­ние: «Ес­ли же вы от­сту­пи­те и ос­та­ви­те ус­та­вы Мои и за­по­ве­ди Мои, ко­то­рые Я дал вам, и пой­де­те и ста­не­те слу­жить бо­гам иным и по­кло­нять­ся им, то я ис­треб­лю Из­ра­и­ля с ли­ца зем­ли Мо­ей, ко­то­рую Я дал им, и храм сей, ко­то­рый Я ос­вя­тил име­ни Мо­е­му, от­верг­ну от ли­ца Мо­е­го и сде­лаю его прит­чею и по­сме­ши­щем у всех на­ро­дов. И о хра­ме сем вы­со­ком вся­кий, про­хо­дя­щий ми­мо не­го, ужас­нет­ся и ска­жет:
“за что по­сту­пил так Гос­подь с зем­лею сею и с хра­мом сим?
” И ска­жут:
“за то, что они ос­та­ви­ли Гос­по­да, Бо­га от­цов сво­их, ко­то­рый вы­вел их из зем­ли Еги­пет­ской, и при­ле­пи­лись к бо­гам иным, и по­кло­ня­лись им, и слу­жи­ли им,
– за то Он на­вел на них все это бед­ст­вие
”» (2 Пар. 7:19–22). Здесь мож­но вспом­нить и кни­гу Вто­ро­за­ко­ние, где в 28-й гла­ве да­ет­ся опи­са­ние то­го, что бу­дет с из­ра­иль­тя­на­ми, ес­ли они не ста­нут слу­шать­ся го­ло­са Бо­жия: «Ес­ли же не бу­дешь слу­шать гла­са Гос­по­да, Бо­га тво­е­го, и не бу­дешь ста­рать­ся ис­пол­нять все за­по­ве­ди Его и по­ста­нов­ле­ния Его, ко­то­рые я за­по­ве­дал те­бе се­го­дня, то при­дут на те­бя все про­кля­тия сии и по­стиг­нут те­бя. … Пре­даст те­бя Гос­подь на по­ра­же­ние вра­гам тво­им; од­ним пу­тем вы­сту­пишь про­тив них, а се­мью пу­тя­ми по­бе­жишь от них; и бу­дешь рас­се­ян по всем цар­ст­вам зем­ли. И бу­дут тру­пы твои пи­щею всем пти­цам не­бес­ным и зве­рям, и не бу­дет от­го­ня­ю­ще­го их. … От­ве­дет Гос­подь тебя и ца­ря тво­е­го, ко­то­ро­го ты по­ста­вишь над со­бою, к на­ро­ду, ко­то­ро­го не знал ни ты, ни от­цы твои, и там бу­дешь слу­жить иным бо­гам, де­ре­вян­ным и ка­мен­ным; и бу­дешь ужа­сом, прит­чею и по­сме­ши­щем у всех на­ро­дов, к ко­то­рым от­ве­дет те­бя Гос­подь Бог. … За то, что ты не слу­жил Гос­по­ду, Бо­гу тво­е­му, с ве­се­ли­ем и ра­до­с­тию серд­ца, при изо­би­лии все­го, бу­дешь слу­жить вра­гу тво­е­му, ко­то­ро­го по­ш­лет на те­бя Гос­подь Бог твой, в го­ло­де, и жаж­де, и на­го­те, и во вся­ком не­до­стат­ке; он воз­ло­жит на шею твою же­лез­ное яр­мо, так что из­му­чит те­бя.
П
о­ш­лет на те­бя Гос­подь на­род из­да­ле­ка, от края зем­ли: как орел на­ле­тит на­род, ко­то­ро­го язы­ка ты не ра­зу­ме­ешь, на­род на­глый, ко­то­рый не ува­жит стар­ца и не по­ща­дит юно­ши
» (Втор. 28:15–50). Чуждый на­род здесь на­зы­ва­ет­ся ор­лом, так же, как и в про­ро­че­ст­вах Ие­зе­ки­и­ля Ва­ви­лон изо­б­ра­жа­ет­ся в ви­де ор­ла, ко­то­рый на­па­да­ет на Па­ле­с­ти­ну и со­кру­ша­ет Еги­пет (Иез. 17:3–7). То есть, на са­мом де­ле по­дроб­но­с­ти то­го, что про­изой­дет, предсказаны дав­ным-дав­но, и ког­да Ие­зе­ки­иль про­ро­че­ст­ву­ет, он не про­сто воз­ве­ща­ет не­что но­вое, а на­по­ми­на­ет, ино­гда бук­валь­но по­вто­ряя то, что бы­ло ска­за­но еще Мо­и­сею. По­это­му, ког­да ука­зы­ва­ют­ся при­чи­ны по­ра­же­ния, уже мож­но вы­чис­лить, ка­кие бу­дут в ре­зуль­та­те по­след­ст­вия.



31.4. Обе­то­ва­ние спа­се­ния

Но ког­да про­рок про­по­ве­ду­ет, то сам, слу­шая свои сло­ва, го­во­рит: «Гос­по­ди Бо­же! не­уже­ли Ты хо­чешь до кон­ца ис­тре­бить ос­та­ток Из­ра­и­ля? И бы­ло ко мне сло­во Гос­под­не: сын че­ло­ве­че­с­кий! тво­им бра­ть­ям, твоим братьям, твоим еди­но­кров­ным и все­му до­му Из­ра­и­ле­ву, всем им го­во­рят жи­ву­щие в Ие­ру­са­ли­ме: “жи­ви­те вда­ли от Гос­по­да; нам во вла­де­ние от­да­на эта зем­ля”. На это ска­жи: так го­во­рит Гос­подь Бог: хо­тя Я и уда­лил их к на­ро­дам и хо­тя рас­се­ял их по зем­лям, но Я бу­ду для них не­ко­то­рым свя­ти­ли­щем в тех зем­лях, ку­да по­ш­ли они
» (Иез. 11:13–16). С од­ной сто­ро­ны, это что-то но­вое, с дру­гой сто­ро­ны, мы по­мним ука­за­ние не да­вать ле­ви­там зем­ли в Па­ле­с­ти­не, по­то­му что Гос­подь го­во­рит: Я бу­ду их ча­с­тью, Я бу­ду их уде­лом. Здесь на­род удаляется с зем­ли, но Гос­подь го­во­рит: Я бу­ду их свя­ти­ли­щем Сам и за­тем: «так го­во­рит Гос­подь Бог: Я со­бе­ру вас из на­ро­дов и воз­вра­щу вас из зе­мель, в ко­то­рые вы рас­се­я­ны; и дам вам зем­лю Из­ра­и­ле­ву. И при­дут ту­да, и из­верг­нут из нее все гнус­но­с­ти ее и все мер­зо­с­ти ее. И дам им серд­це еди­ное, и дух но­вый вло­жу в них, и возь­му из пло­ти их серд­це ка­мен­ное, и дам им серд­це пло­тя­ное, что­бы они хо­ди­ли по за­по­ве­дям Мо­им, и со­блю­да­ли ус­та­вы Мои, и вы­пол­ня­ли их; и бу­дут Мо­им на­ро­дом, а Я бу­ду их Бо­гом
» (Иез. 11:17–20). Здесь го­во­рит­ся, что пре­одо­ле­ние рас­се­я­ния, пре­одо­ле­ние скор­би бу­дет свя­за­но с да­ро­ва­ни­ем Но­во­го За­ве­та. Это есть как раз осо­бен­ность Но­во­го За­ве­та, что не бу­дут да­ны ка­кие-то но­вые ус­та­вы и законы, а бу­дет да­но но­вое серд­це, бу­дет вло­жен дух но­вый, ко­то­рый об­но­вит этих лю­дей, и тог­да эти лю­ди по­ис­ти­не ста­нут людь­ми Бо­жи­и­ми, и Гос­подь тог­да смо­жет быть их Бо­гом.



31.5. Пред­ска­за­ние о пе­ре­се­ле­нии

Даль­ше Ие­зе­ки­иль со­вер­ша­ет но­вое сим­во­ли­че­с­кое дей­ст­вие (Иез. 12 гл.). По по­ве­ле­нию Бо­жию он сре­ди бе­ла дня на гла­зах у всех лю­дей про­ла­мы­ва­ет ды­ру в сте­не сво­е­го соб­ст­вен­но­го до­ма, со­би­ра­ет не­об­хо­ди­мые ве­щи и на­чи­на­ет вы­се­лять­ся че­рез эту ды­ру из сво­е­го до­ма. Ког­да удив­лен­ные со­се­ди спра­ши­вают, что это та­кое стран­ное он де­ла­ет, он объясняет, что так по­бе­гут из Ие­ру­са­ли­ма его жи­те­ли, так бу­дут пе­ре­се­ле­ны в Ва­ви­лон да­же те, кто в нем ос­та­нет­ся. И да­же есть хлеб свой и пить во­ду пророк дол­жен с дро­жа­ни­ем и пе­ча­лью, так, как вско­ре бу­дут есть и пить жи­те­ли Ие­ру­са­ли­ма (Иез. 12:18–19).



31.6. Об­ли­че­ние лже­про­ро­ков и ста­рей­шин-идо­ло­по­клон­ни­ков

Пророк Иезекииль так же, как и пророк Иеремия, обличает лжепророков (Иез. 13 гл.). Он называет их «безумными» и говорит, что они ли­ша­ют иу­де­ев по­след­ней воз­мож­но­с­ти опомниться, уви­деть ре­аль­ное по­ло­же­ние дел и об­ра­тить­ся к Бо­гу. Они име­нем Бо­жи­им ус­по­ка­и­ва­ют людей и го­во­рят, что все в по­ряд­ке, ни­че­го не слу­чит­ся, что бу­дет мир и бе­зо­пас­ность (Иез. 13:10). Вме­с­то то­го, что­бы ог­раж­дать сте­ною дом Из­ра­и­лев и сра­жать­ся за Из­ра­иль, они на­обо­рот ни­че­го не де­ла­ют. Как Иезекииль го­во­рит: «в про­ло­мы вы не вхо­ди­те и не ог­раж­да­е­те стеною дома Израилева
», как по­ло­же­но в день сра­же­ния, что «ви­дят пу­с­тое и пред­ве­щают ложь, го­во­ря: “Гос­подь ска­зал”; а Гос­подь не по­сы­лал их
» (Иез. 13:5–6). Он упо­доб­ля­ет этих про­ро­ков тем, кто по­ко­сив­шу­ю­ся сте­ну, ко­то­рая вот-вот долж­на упасть, вме­с­то то­го, что­бы под­пра­вить и ук­ре­пить, сде­лать ей под­пор­ки, про­сто под­ма­зы­ва­ют гря­зью, что­бы скрыть ще­ли и тре­щи­ны, ко­то­рые в ней об­ра­зо­ва­лись (Иез. 13:10–16), так что кон­чит­ся это тем, что сте­на эта упа­дет на тех, кто бу­дет ми­мо про­хо­дить, и раз­да­вит. Они вме­с­то то­го, что­бы ук­ре­пить эту сте­ну, про­сто при­да­ва­ли ей ка­кой-то бо­лее или ме­нее креп­кий вид. За это они бу­дут по­ра­же­ны Бо­гом. Он об­ли­ча­ет не толь­ко лже­про­ро­ков, но от­дель­ное сло­во еще об­ра­ща­ет и к лже­про­ро­чи­цам, вопрошая, как они думают спасти свои души, уловляя в се­ти сво­их лож­ных про­ро­честв ду­ши других людей (Иез. 13:17–23).


И ког­да к не­му при­хо­дят ста­рей­ши­ны Из­ра­и­ле­вы для то­го, что­бы он во­про­сил Бо­га, Гос­подь ему го­во­рит: «сын че­ло­ве­че­с­кий! Сии лю­ди до­пу­с­ти­ли идо­лов сво­их в серд­це свое и по­ста­ви­ли со­блазн не­че­с­тия сво­е­го пе­ред ли­цем сво­им: мо­гу ли Я от­ве­чать им? По­се­му го­во­ри с ни­ми и ска­жи им: так го­во­рит Гос­подь Бог: ес­ли кто из до­ма Из­ра­и­ле­ва до­пу­с­тит идо­лов сво­их в серд­це свое и по­ста­вит со­блазн не­че­с­тия сво­е­го пе­ред ли­цем сво­им, и при­дет к про­ро­ку, то Я, Гос­подь, мо­гу ли, при мно­же­ст­ве идо­лов его, дать ему от­вет? Пусть дом Из­ра­и­лев пой­мет в серд­це сво­ем, что все они че­рез сво­их идо­лов сде­ла­лись чу­жи­ми для Ме­ня
» (Иез. 14:3–5).


Да­лее Гос­подь го­во­рит, что про­стит и даст от­вет толь­ко то­му, кто по­ка­ет­ся и от­вра­тит­ся от идо­лов, но «ес­ли про­рок до­пу­с­тит обо­ль­стить се­бя и ска­жет сло­во так, как бы Я, Гос­подь, на­учил это­го про­ро­ка, то Я про­ст­ру ру­ку Мою на не­го и ис­треб­лю его из на­ро­да Мо­е­го, Из­ра­и­ля
» (Иез. 14:9). То есть, ес­ли кто из та­ких идо­ло­по­клон­ни­ков при­дет к про­ро­ку и ста­нет де­лать вид, что он хо­чет ус­лы­шать сло­во Бо­жие, и про­рок, не слы­ша дей­ст­ви­тель­но го­ло­са Бо­жия, ре­шит ска­зать что-то от се­бя, не имея по­ве­ле­ния, то он по­гиб­нет вме­с­те с этим идо­ло­по­клон­ни­ком.


По­мни­те, Гос­подь го­во­рил Ие­ре­мии не мо­лить­ся за на­род сей, ибо Он не по­ми­лу­ет его. То же са­мое го­во­рит­ся и здесь, что ес­ли бы на­шлись сре­ди этого на­ро­да три че­ло­ве­ка – «Ной, Да­ни­ил и Иов,
– то они пра­вед­но­с­тью сво­ею спас­ли бы толь­ко свои ду­ши, го­во­рит Гос­подь Бог, <…>
– не спас­ли бы ни сы­но­вей, ни до­че­рей, а они толь­ко спас­лись бы
» (Иез. 14:14, 18, 20), на­столь­ко тя­же­ла бы­ла ви­на Ие­ру­са­ли­ма.



31.7. Об­ли­чи­тель­ные и про­ро­че­с­кие прит­чи

Обличая иудеев, пророк говорит притчами. Ие­ру­са­лим срав­ни­ва­ет­ся с оди­чав­шей ви­но­град­ной ло­зой. Кро­ме пло­дов ви­но­град ни­чем не це­нен. Из его дре­ве­си­ны ни­че­го сде­лать нель­зя, су­хая ло­за пре­да­ет­ся ог­ню (ср. Ин. 15:6).


Иудейский народ пророк символически изо­б­ра­жа­ет в ви­де де­ви­цы, ко­то­рая ре­бен­ком бы­ла по­до­б­ра­на на до­ро­ге. Гос­подь го­во­рит, что Он уви­дел ее бро­шен­ную на по­пра­ние в кро­вях ее, и об­мыл, одел и вы­ра­с­тил, и она вы­рос­ла кра­са­ви­цей (Иез. 16:1–14). Он одел ее во вся­кие на­ря­ды, а она вме­с­то это­го ста­ла блу­дить со все­ми про­хо­дя­щи­ми во­круг. Более того, «всем блуд­ни­цам да­ют по­дар­ки, а ты са­ма да­ва­ла по­дар­ки всем лю­бов­ни­кам тво­им и под­ку­па­ла их, что­бы они со всех сто­рон при­хо­ди­ли к те­бе блу­дить с то­бою
» (Иез. 16:33). «За то вот, Я со­бе­ру всех лю­бов­ни­ков тво­их, <…>. Я бу­ду су­дить те­бя су­дом пре­лю­бо­дейц и про­ли­ва­ю­щих кровь,
– и пре­дам те­бя кро­ва­вой яро­с­ти и рев­но­с­ти; пре­дам те­бя в ру­ки их, и они ра­зо­рят блу­ди­ли­ща твои, и рас­ки­да­ют воз­вы­ше­ния твои, и со­рвут с те­бя одеж­ды твои, и возь­мут на­ря­ды твои, и ос­та­вят те­бя на­гою и не­по­кры­тою. И со­зо­вут на те­бя со­бра­ние, и по­бьют те­бя кам­ня­ми, и раз­ру­бят те­бя ме­ча­ми сво­и­ми
» (Иез. 16:37–40).


Эта и дру­гая прит­ча, где Са­ма­рия и Ие­ру­са­лим изо­б­ра­жа­ют­ся под ви­дом двух се­с­тер – Ого­лы и Ого­ли­вы (гла­ва 23), с предельным натурализмом, используя образ блудной жены, передают идолопоклонство иудеев и грядущее наказание. По причине крайнего бесчувствия народа пророк был вынужден прибегать к подобным резким сравнениям.



31.8. Притча о кедре и про­ро­че­ст­во о На­след­ни­ке

Даль­ше про­рок рассказывает прит­чу о ке­д­ре и двух ор­лах, которые символизируют Ие­ру­са­лим и Ва­ви­лон. Это пророческая притча. «Так го­во­рит Гос­подь Бог: и возь­му Я с вер­ши­ны вы­со­ко­го ке­д­ра, и по­са­жу; с верх­них по­бе­гов его ото­рву неж­ную от­расль и по­са­жу на вы­со­кой и ве­ли­че­ст­вен­ной го­ре. На вы­со­кой го­ре Из­ра­и­ле­вой по­са­жу его, и пу­с­тит вет­ви, и при­не­сет плод, и сде­ла­ет­ся ве­ли­че­ст­вен­ным ке­д­ром, и бу­дут оби­тать под ним вся­кие пти­цы, вся­кие пер­на­тые бу­дут оби­тать в те­ни вет­вей его. И уз­на­ют все де­ре­ва по­ле­вые, что Я, Гос­подь, вы­со­кое де­ре­во по­ни­жаю, низ­кое де­ре­во по­вы­шаю, зе­ле­не­ю­щее де­ре­во ис­су­шаю, а су­хое де­ре­во де­лаю цве­ту­щим: Я, Гос­подь, ска­зал, и сде­лаю
» (Иез. 17:22–24). В вер­хуш­ке ке­д­ра тол­ко­ва­те­ли ви­дят ца­ря Ие­хо­нию, из по­том­ков ко­то­ро­го про­изо­шел Хри­с­тос. По мне­нию бла­жен­но­го Фе­о­до­ри­та, вы­со­кая – по-сла­вян­ски «пре­воз­не­сен­ная», – то есть, не от при­ро­ды, но об­сто­я­тель­ст­ва­ми воз­вы­шен­ная го­ра – это Гол­го­фа, где был при­гвож­ден Хри­с­тос [69, т. 6, с. 325].


За­тем, ког­да про­рок оп­ла­ки­ва­ет ги­бель Иу­деи, го­во­ря, что меч уже в ру­ках ца­ря ва­ви­лон­ско­го и Ие­ру­са­лим бу­дет раз­ру­шен, ему от­кры­ва­ет­ся, что при­дет Тот, ко­му Ие­ру­са­лим при­над­ле­жит по пра­ву, На­след­ник. «Так го­во­рит Гос­подь Бог
<не­до­стой­но­му ца­рю>: сни­ми с се­бя ди­а­де­му и сло­жи ве­нец; это­го уже не бу­дет; уни­жен­ное воз­вы­сит­ся, и вы­со­кое уни­зит­ся. Низ­ло­жу, низ­ло­жу, низ­ло­жу и его не бу­дет, до­ко­ле не при­дет Тот, Ко­му при­над­ле­жит он, и Я дам Ему
» (Иез. 21:27). Это пря­мое мес­си­ан­ское про­ро­че­ст­во, непосредственно связанное с пророчеством патриарха Иакова о колене Иудином (Быт. 49:10).



31.9. Ра­зо­ре­ние Иу­деи – под­тверж­де­ние ис­тин­но­с­ти обе­то­ва­ний

Про­рок де­ла­ет ис­то­ри­че­с­кий экс­курс, вспо­ми­ная жизнь Из­ра­и­ля в Егип­те, ис­ход и стран­ст­вие по пу­с­ты­не (Иез. 20:5–22). Он го­во­рит о том, что, по­сколь­ку Из­ра­иль от­сту­пил от Бо­га, сно­ва ока­зал­ся как бы в Егип­те для то­го, что­бы он очи­с­тил­ся, для то­го, что­бы он ока­зал­ся сно­ва при­год­ным для Бо­га, ему бу­дет ус­т­ро­е­но но­вое стран­ст­вие в пу­с­ты­не. Толь­ко стран­ст­вие не в пу­с­ты­не фи­зи­че­с­кой, а стран­ст­вие в пу­с­ты­не идо­ло­по­клон­ни­че­с­ких на­ро­дов (Иез. 20:40–43). Те, кто этот путь прой­дут и очистятся, они сно­ва вер­нут­ся и бу­дут слу­жить Гос­по­ду. Но сей­час, в дан­ный мо­мент, Ие­ру­са­лим уже об­ре­чен, Ие­ру­са­лим уже при­го­во­рен к ис­треб­ле­нию, меч уже из­вле­чен из но­жен, он уже на­то­чен, очи­щен и вло­жен в ру­ку ца­ря ва­ви­лон­ско­го.


Гос­подь го­во­рит: «сын че­ло­ве­че­с­кий! дом Из­ра­и­лев сде­лал­ся у Ме­ня из­га­рью; все они – оло­во, медь и же­ле­зо и сви­нец в гор­ни­ле, сде­ла­лись, как из­гарь се­ре­б­ра. По­се­му так го­во­рит Гос­подь Бог: так как все вы сде­ла­лись из­га­рью, за то вот Я со­бе­ру вас в Ие­ру­са­лим. Как в гор­ни­ло кла­дут вме­с­те се­ре­б­ро, и медь, и же­ле­зо, и сви­нец, и оло­во, что­бы раз­дуть на них огонь и рас­пла­вить; так Я во гне­ве Мо­ем и в яро­с­ти Мо­ей со­бе­ру, и по­ло­жу, и рас­плав­лю вас. Со­бе­ру вас и дох­ну на вас ог­нем не­го­до­ва­ния Мо­е­го, и рас­пла­ви­тесь сре­ди не­го. Как се­ре­б­ро рас­плав­ля­ет­ся в гор­ни­ле, так рас­пла­ви­тесь и вы сре­ди не­го, и уз­на­е­те, что Я, Гос­подь, из­лил ярость Мою на вас
» (Иез. 22:18–22).


Ког­да про­рок го­во­рит о том, что бу­дет с Ие­ру­са­ли­мом и с Иу­де­ей, он по­сто­ян­но до­бав­ля­ет: «И уз­на­е­те тог­да, что Я – Гос­подь
». Ког­да Бог го­во­рил Мо­и­сею отой­ти от на­ро­да в пу­с­ты­не, что Он его по­гу­бит и от Мо­и­сея про­изой­дет но­вый на­род, а Мо­и­сей в сво­их моль­бах го­во­рил, что ска­жут тог­да дру­гие на­ро­ды – Бог не смог их вы­ве­с­ти, не смог их вве­с­ти в ту зем­лю, ко­то­рую обе­щал, не смог им по­мочь, и вот они все по­гиб­ли; по­это­му ра­ди сла­вы име­ни Тво­е­го спа­си этот на­род, пусть все зна­ют, что Ты – Гос­подь (Числ. 14:13–19). А здесь мы ви­дим об­рат­ное. Гос­подь го­во­рит: по­то­му что Я их со­кру­шу, все уз­на­ют, что Я – Гос­подь, по­то­му что Я их раз­вею, все уз­на­ют, что Я – Гос­подь, по то­му по­зо­ру, ко­то­ро­му Я их под­верг­ну за тот по­зор, ко­то­ро­му они под­вер­га­ли Мое имя (Иез. 22:15–16).


Господь повелевает пророку взять ко­тел, вло­жить в не­го ко­с­ти, мя­со и ва­рить (Иез. 24:3–14). Он их ва­рит до тех пор, по­ка не пре­вра­ща­ет­ся это ва­ре­во в спек­ший­ся ком и до тех пор, по­ка не рас­ка­ля­ет­ся до­крас­на сам ко­тел. Гос­подь го­во­рит: по­смо­т­ри, сколь­ко вре­ме­ни сто­ит этот ко­тел на ог­не, а на­кипь и на­гар, ко­то­рые на этом кот­ле, до сих пор от не­го не от­ско­чи­ли. То же са­мое Господь все уже сде­лал для Ие­ру­са­ли­ма, но так на­гар с них и не смог о­чи­с­тить и не­чи­с­то­ту их не смог уда­лить. Так го­во­рит Гос­подь: это при­дет, и не от­ме­ню, и не по­ща­жу, и не по­ми­лую. И в этот мо­мент, ког­да это про­ро­че­ст­во про­из­но­сит­ся, не­о­жи­дан­но, в один день, уми­ра­ет же­на про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля (Иез. 24:16–18). Бог го­во­рит, что про­рок не дол­жен про­лить ни од­ной сле­зы, не дол­жен оде­вать­ся в тра­ур­ное оде­я­ние, не дол­жен ус­т­ра­и­вать по ней пла­ча и ни­че­го, по­добающего в та­ких слу­ча­ях, не дол­жен де­лать. Ибо, как он не бу­дет пла­кать и се­то­вать о сво­ей же­не, так не­ко­му бу­дет плакать и се­то­вать по гиб­ну­ще­му Ие­ру­са­ли­му. Про­рок дол­жен умолк­нуть и мол­чать до вре­ме­ни, по­ка не при­дет че­ло­век из Ие­ру­са­ли­ма и не ска­жет о том, что Ие­ру­са­лим пал.



31.10. Те­ма лич­ной от­вет­ст­вен­но­с­ти

С боль­шой си­лой у про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля и бо­лее подробно, чем у про­ро­ка Ие­ре­мии рас­кры­ва­ет­ся те­ма лич­ной от­вет­ст­вен­но­с­ти за грехи (18 гл.). При за­клю­че­нии Си­най­ско­го За­ве­та Гос­подь го­во­рит, что Он – «Бог рев­ни­тель, на­ка­зы­ва­ю­щий де­тей за ви­ну от­цов до тре­ть­е­го и чет­вер­то­го ро­да, не­на­ви­дя­щих Ме­ня, и тво­ря­щий ми­лость до ты­ся­чи ро­дов лю­бя­щим Ме­ня и со­блю­да­ю­щим за­по­ве­ди Мои
» (Исх. 20:5-6). Эти сло­ва, ко­неч­но, мо­гут быть весь­ма пре­врат­но ис­тол­ко­ва­ны. Ведь здесь уже ука­за­ны свой­ст­ва этих бла­го­сло­вен­ных или на­ка­зан­ных ро­дов. Че­рез про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля Гос­подь го­во­рит, что ес­ли в по­том­ст­ве пра­вед­ни­ка об­ря­щет­ся без­за­кон­ник, раз­бой­ник, убий­ца, то он по­гиб­нет, не­смо­т­ря на обе­ща­ние бла­го­сло­вить это по­том­ст­во, и на­обо­рот, ес­ли отец че­ло­ве­ка не­че­с­тив, греш­ник, бо­го­от­ступ­ник, но сын ока­жет­ся пра­вед­ным, то сын спа­сен бу­дет, и гре­хи от­ца его не па­дут на его го­ло­ву. «Вы го­во­ри­те: “по­че­му же сын не не­сет ви­ны от­ца сво­е­го?” По­то­му что сын по­сту­па­ет за­кон­но и пра­вед­но, все ус­та­вы Мои со­блю­да­ет и ис­пол­ня­ет их; он бу­дет жив. Ду­ша со­гре­ша­ю­щая, она ум­рет; сын не по­не­сет ви­ны от­ца, и отец не по­не­сет ви­ны сы­на, прав­да пра­вед­но­го при нем и ос­та­ет­ся, и без­за­ко­ние без­за­кон­но­го при нем и ос­та­ет­ся. И без­за­кон­ник, ес­ли об­ра­тит­ся от всех гре­хов сво­их, ка­кие де­лал, и бу­дет со­блю­дать все ус­та­вы Мои и по­сту­пать за­кон­но и пра­вед­но, жив бу­дет, не ум­рет. Все пре­ступ­ле­ния его, ка­кие де­лал он, не при­пом­нят­ся ему: в прав­де сво­ей, ко­то­рую бу­дет де­лать, он жив бу­дет. Раз­ве Я хо­чу смер­ти без­за­кон­ни­ка? го­во­рит Гос­подь Бог. Не то­го ли, что­бы он об­ра­тил­ся от пу­тей сво­их и был жив? И пра­вед­ник, ес­ли от­сту­пит от прав­ды сво­ей и бу­дет по­сту­пать не­пра­вед­но, бу­дет де­лать все те мер­зо­с­ти, ка­кие де­ла­ет без­за­кон­ник, бу­дет ли он жив? все до­б­рые де­ла его, ка­кие он де­лал, не при­пом­нят­ся; за без­за­ко­ние свое, ка­кое де­ла­ет, и за гре­хи свои, в ка­ких гре­шен, он ум­рет. <…> По­се­му Я бу­ду су­дить вас, дом Из­ра­и­лев, каж­до­го по пу­тям его, го­во­рит Гос­подь Бог; по­кай­тесь и об­ра­ти­тесь от всех пре­ступ­ле­ний ва­ших, что­бы не­че­с­тие не бы­ло вам пре­тк­но­ве­ни­ем. От­верг­ни­те от се­бя все гре­хи ва­ши, ко­то­ры­ми со­гре­ша­ли вы, и со­тво­ри­те се­бе но­вое серд­це и но­вый дух; и за­чем вам уми­рать, дом Из­ра­и­лев? Ибо Я не хо­чу смер­ти уми­ра­ю­ще­го, го­во­рит Гос­подь Бог; но об­ра­ти­тесь и жи­ви­те!
» (Иез. 18:19–24; 30–32).



31.11. Про­ро­че­ст­ва о язы­че­с­ких на­ро­дах. Царь Тир­ский

Как и другие пророки, Иезекииль говорит свое слово о языческих народах (25 – 32 глл.)[51]
. Крат­ко об ам­мо­ни­тянах, мо­а­ви­тянах, иду­ме­ях, фи­ли­с­тим­лянах и пространно о Ти­ре с Си­до­ном и Егип­те. Особое значение имеет пророчество о царе Тирском: «И бы­ло ко мне сло­во Гос­под­не: сын че­ло­ве­че­с­кий! ска­жи на­чаль­ст­ву­ю­ще­му в Ти­ре: так го­во­рит Гос­подь Бог: за то, что воз­нес­лось серд­це твое, и ты го­во­ришь: “ я – бог, вос­се­даю на се­да­ли­ще бо­жи­ем, в серд­це мо­рей”, и, бу­ду­чи че­ло­ве­ком, а не Бо­гом, ста­вишь ум твой на­рав­не с умом Бо­жи­им […] Я при­ве­ду на те­бя ино­зем­цев,…, и они об­на­жат ме­чи свои про­тив кра­сы тво­ей мудрости… ; низве­дут те­бя в мо­ги­лу, и ум­решь в серд­це мо­рей смер­тью уби­тых […]И бы­ло ко мне сло­во Гос­под­не: сын че­ло­ве­че­с­кий! плачь о ца­ре тир­ском и ска­жи ему: так го­во­рит Гос­подь Бог: ты пе­чать со­вер­шен­ст­ва, пол­но­та му­д­ро­с­ти и ве­нец кра­со­ты. Ты на­хо­дил­ся в Еде­ме, в са­ду Бо­жи­ем; твои одеж­ды бы­ли ук­ра­ше­ны вся­ки­ми дра­го­цен­ны­ми кам­ня­ми; … и на­ни­зан­ное на те­бе, при­го­тов­ле­но бы­ло в день со­тво­ре­ния тво­е­го. Ты был по­ма­зан­ным хе­ру­ви­мом, что­бы осе­нять, и Я по­ста­вил те­бя на то; ты был на свя­той го­ре Бо­жи­ей, хо­дил сре­ди ог­ни­с­тых кам­ней. Ты со­вер­шен был в пу­тях тво­их со дня со­тво­ре­ния тво­е­го, до­ко­ле не на­шлось в те­бе без­за­ко­ния. … и Я низ­верг­нул те­бя, как не­чи­с­то­го, с го­ры Бо­жи­ей, из­гнал те­бя, хе­ру­вим осе­ня­ю­щий, из сре­ды ог­ни­с­тых кам­ней. От кра­со­ты тво­ей воз­гор­ди­лось серд­це твое, от тще­сла­вия тво­е­го ты по­гу­бил му­д­рость твою; за то Я по­верг­ну те­бя на зем­лю, пе­ред ца­ря­ми от­дам те­бя на по­зор, … и Я из­вле­ку из сре­ды те­бя огонь, ко­то­рый и по­жрет те­бя: и Я пре­вра­щу те­бя в пе­пел на зем­ле пред гла­за­ми всех, ви­дя­щих те­бя. Все, знав­шие те­бя сре­ди на­ро­дов, изу­мят­ся о те­бе; ты сде­ла­ешь­ся ужа­сом, и не бу­дет те­бя во­ве­ки
» (Иез. 28:1–19). В ис­то­ри­че­с­ком смыс­ле речь мо­жет ид­ти о тир­ском ца­ре Хи­ра­ме, со­вре­мен­ни­ке Да­ви­да, при этом раю упо­доб­ля­ет­ся Ие­ру­са­лим. Но не­ко­то­рые чер­ты это­го об­ра­за поз­во­ля­ют, вслед за пре­по­доб­ным Еф­ре­мом Си­ри­ном, ска­зать, что «в ду­хов­ном, та­ин­ст­вен­ном смыс­ле, сло­ва сии мо­гут быть при­ло­же­ны к ди­а­во­лу, ко­то­рый ук­ра­шен был все­ми ду­хов­ны­ми ле­по­та­ми, как са­мо­цвет­ны­ми кам­ня­ми, и с Хе­ру­ви­ма­ми по­ма­зан свя­то­с­тью, но, по гор­до­с­ти серд­ца сво­е­го, за­был Твор­ца сво­е­го и нис­пал с го­ры Бо­жи­ей» [22, т. 6, c. 35].



31.12. Про­ро­че­ст­ва о Па­с­ты­ре и Но­вом За­ве­те

После того, как пал Иерусалим, тема пророчеств меняется. Теперь вместо сбывшейся угрозы наказания звучит слово утешения и надежды.


Господь говорит Иезекиилю, что Он поставил его стражем дома Израилева, что он от­ве­ча­ет за то, что­бы сло­во Бо­жие бы­ло воз­ве­ще­но лю­дям (Иез. 33:7). И ес­ли пророк не бу­дет об­ли­чать без­за­кон­ни­ка, то кровь без­за­кон­ни­ка взы­щет­ся с не­го (Иез. 33:8).


В 12-й год по­сле пе­ре­се­ле­ния при­хо­дит один из спас­ших­ся из Ие­ру­са­ли­ма и го­во­рит: раз­ру­шен го­род. С то­го мо­мен­та, как умер­ла его же­на, про­рок безмолвствовал, но накануне пришествия вестника раз­ре­ши­лись ус­та его (Иез. 33:21–22).


Про­рок про­из­но­сит об­ви­ни­тель­ную речь про­тив па­с­ты­рей Из­ра­и­ля. Это те­ма для нас не но­ва, мы ее уже ви­де­ли в кни­ге про­ро­ка Ие­ре­мии, но здесь она представлена с большей полнотой. «И бы­ло ко мне сло­во Гос­под­не: сын че­ло­ве­че­с­кий! из­ре­ки про­ро­че­ст­во на па­с­ты­рей Из­ра­и­ле­вых, из­ре­ки про­ро­че­ст­во и ска­жи им, па­с­ты­рям: так го­во­рит Гос­подь Бог: го­ре па­с­ты­рям Из­ра­и­ле­вым, ко­то­рые пас­ли се­бя са­мих! не ста­до ли долж­ны па­с­ти па­с­ты­ри? <…> Так го­во­рит Гос­подь Бог: вот, Я – на па­с­ты­рей, и взы­щу овец Мо­их от ру­ки их, и не дам им бо­лее па­с­ти овец, и не бу­дут бо­лее па­с­ты­ри па­с­ти са­мих се­бя, и ис­торг­ну овец Мо­их из че­лю­с­тей их, и не бу­дут они пи­щею их. Ибо так го­во­рит Гос­подь Бог: вот, Я Сам оты­щу овец Мо­их и ос­мо­т­рю их. … И вы­ве­ду их из на­ро­дов, и со­бе­ру их из стран, и при­ве­ду их в зем­лю их, и бу­ду па­с­ти их на го­рах Из­ра­и­ле­вых, при по­то­ках и на всех оби­та­е­мых ме­с­тах зем­ли сей. Бу­ду па­с­ти их на хо­ро­шей па­жи­ти, и за­гон их бу­дет на вы­со­ких го­рах Из­ра­и­ле­вых; там они бу­дут от­ды­хать в хо­ро­шем за­го­не и бу­дут па­с­тись на туч­ной па­жи­ти, на го­рах Из­ра­и­ле­вых. Я бу­ду па­с­ти овец Мо­их и Я бу­ду по­ко­ить их, го­во­рит Гос­подь Бог. По­те­ряв­шу­ю­ся оты­щу и уг­нан­ную воз­вра­щу, и по­ра­нен­ную пе­ре­вя­жу, и боль­ную ук­реп­лю, а раз­жи­рев­шую и буй­ную ис­треб­лю; бу­ду па­с­ти их по прав­де. <…> И по­став­лю над ни­ми од­но­го па­с­ты­ря, ко­то­рый бу­дет па­с­ти их,
ра­ба Мо­е­го Да­ви­да; он бу­дет па­с­ти их и он бу­дет у них па­с­ты­рем. И Я, Гос­подь, бу­ду их Бо­гом, и раб Мой Да­вид бу­дет кня­зем сре­ди них. Я, Гос­подь, ска­зал это. И за­клю­чу с ни­ми за­вет ми­ра и уда­лю с зем­ли лю­тых зве­рей <…>. И уз­на­ют, что Я, Гос­подь Бог их, с ни­ми, и они, дом Из­ра­и­лев, Мой на­род, го­во­рит Гос­подь Бог, и что вы – ов­цы Мои, ов­цы па­ст­вы Мо­ей; вы – че­ло­ве­ки, а Я Бог ваш, го­во­рит Гос­подь Бог
» (Иез. 34:1-2; 10-16; 23-25; 30-31). В бли­жай­шем ис­то­ри­че­с­ком смыс­ле речь мо­жет ид­ти о Зо­ро­ва­ве­ле. Но даль­ше, ког­да про­рок воз­вра­ща­ет­ся к этой те­ме, он го­во­рит, что Да­вид бу­дет кня­зем у них веч­но (Иез. 37:25), это речение на Зо­ро­ва­ве­ле не ис­пол­ни­лось, но «исполнилось сие на Господе нашем. Он есть истинный пастырь стада, собранного из язычников, работ же Давидом называется потому, что соделался человеком, и восприял зрак раба от рода Давидова» [22, т. 6, с. 42]. Па­с­ты­рем изо­б­ра­жа­ли Ии­су­са Хри­с­та про­ро­ки Иса­ия (Ис. 40:10–11) и Ие­ре­мия (Иер. 23:5–6).


И здесь в свя­зи с яв­ле­ни­ем Па­с­ты­ря сно­ва го­во­рит­ся о За­ве­те. В ре­зуль­та­те то­го, что Гос­подь даст им Но­вый За­вет, они и уз­на­ют, что Он – Гос­подь Бог их. Свой­ст­вом Но­во­го За­ве­та бу­дет бли­зость Бо­га, пре­бы­ва­ние Бо­га с людь­ми и бо­го­по­зна­ние (Иез. 34:30).


В кон­тек­с­те этих слов про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля со­вер­шен­но по-дру­го­му зву­чит прит­ча о до­б­ром па­с­ты­ре из 10-й гла­вы Еван­ге­лия от Ио­ан­на. Взя­тая вне биб­лей­ско­го кон­тек­с­та, она ста­но­вит­ся ми­лой па­с­то­ра­лью, где овеч­ки па­сут­ся, а па­с­тух ох­ра­ня­ет их от вол­ков. Но для лю­дей, ко­то­рые бы­ли зна­то­ка­ми Пи­са­ния, сло­ва о Па­с­ты­ре звучали гроз­ным при­го­во­ром. Ес­ли Па­с­тырь уже при­шел, зна­чит, кон­чи­лось вре­мя Вет­хо­го За­ве­та. Вож­ди Из­ра­и­ля ли­ша­ют­ся сво­ей вла­с­ти и по­сред­ни­че­с­ких функ­ций, ов­цы им бо­лее не под­вла­ст­ны. Толь­ко слепота слу­ша­те­лей Христа и их сознательное про­тив­ле­ние не да­ло им это­го ус­во­ить.


За­тем го­во­рит­ся о су­де над те­ми, кто при­тес­ня­ет Из­ра­иль, дается про­ро­че­ст­во о воз­вра­ще­нии из­ра­иль­тян из плена, о том, что Сам Гос­подь их со­бе­рет, но что сде­ла­ет Он это не ра­ди них, а ради Себя Самого. Это очень важно. Ка­за­лось бы, все рух­ну­ло, всех вер­ну­ли ту­да, от­ку­да ког­да-то вы­шел Ав­ра­ам, но ока­зы­ва­ет­ся, что Гос­подь ве­рен Се­бе. Ока­зы­ва­ет­ся, что не­вер­ность че­ло­ве­ков не уп­ра­зд­ня­ет Его За­ве­та, что Гос­подь все рав­но сде­ла­ет то, что Он хо­чет сде­лать: Я вас из­бав­лю, Я вам дам зем­лю, Я бу­ду ва­шим Бо­гом, Я вас ум­но­жу, Я дам вам Свое бла­го­сло­ве­ние. Мы ви­дим, что все это со­хра­ня­ет­ся по-преж­не­му и здесь, да­же в ус­ло­ви­ях рас­се­я­ния, в ус­ло­ви­ях ка­жу­ще­го­ся про­кля­тия. Гос­подь под­чер­ки­ва­ет, что де­ла­ет это не по при­чи­не пре­вос­ход­ст­ва из­бран­но­го на­ро­да над все­ми про­чи­ми, но по Соб­ст­вен­ной ми­ло­с­ти, ра­ди Се­бя: «И по­жа­лел Я свя­тое имя Мое, ко­то­рое обес­сла­вил дом Из­ра­и­лев у на­ро­дов, ку­да при­шел. По­се­му ска­жи до­му Из­ра­и­ле­ву: так го­во­рит Гос­подь Бог: не для вас Я сде­лаю это, дом Из­ра­и­лев, а ра­ди свя­то­го име­ни Мо­е­го, ко­то­рое вы обес­сла­ви­ли у на­ро­дов, ку­да при­шли. И ос­вя­щу ве­ли­кое имя Мое, бес­сла­ви­мое у на­ро­дов, сре­ди ко­то­рых вы обес­сла­ви­ли его, и уз­на­ют на­ро­ды, что Я
– Гос­подь, го­во­рит Гос­подь Бог, ког­да яв­лю на вас свя­тость Мою пе­ред гла­за­ми их. И возь­му вас из на­ро­дов, и со­бе­ру вас из всех стран, и при­ве­ду вас в зем­лю ва­шу. И ок­роп­лю вас чи­с­тою во­дою, и вы очи­с­ти­тесь от всех скверн ва­ших, и от всех идо­лов ва­ших очи­щу вас. И дам вам серд­це но­вое, и дух но­вый дам вам; и возь­му из пло­ти ва­шей серд­це ка­мен­ное, и дам вам серд­це пло­тя­ное. Вло­жу внутрь вас дух Мой и сде­лаю то, что вы бу­де­те хо­дить в за­по­ве­дях Мо­их и ус­та­вы Мои бу­де­те со­блю­дать и вы­пол­нять.
И бу­де­те жить на зем­ле, ко­то­рую Я дал от­цам ва­шим, и бу­де­те Мо­им на­ро­дом, и Я бу­ду ва­шим Бо­гом.
И ос­во­бо­жу вас от всех не­чи­с­тот ва­ших, и при­зо­ву хлеб, и ум­но­жу его, и не дам вам тер­петь го­ло­да. <…> Не ра­ди вас Я сде­лаю это, го­во­рит Гос­подь Бог, да бу­дет вам из­ве­ст­но. Крас­ней­те и сты­ди­тесь пу­тей ва­ших, дом Из­ра­и­лев
» (Иез. 36:21-29, 32). Речь идет о Но­вом За­ве­те. Как и у про­ро­ка Ие­ре­мии, под­чер­ки­ва­ет­ся, что ре­зуль­та­том Но­во­го За­ве­та бу­дет то, что че­ло­век преобразится, его не бу­дет боль­ше так тя­нуть на гре­хов­ный путь, Гос­подь очи­с­тит его и за­кон Свой сде­ла­ет вну­т­рен­ним со­дер­жа­ни­ем его жиз­ни и человек станет хра­мом Ду­ха Свя­та­го, «Вложу внутрь вас Дух Мой
», го­во­рит Гос­подь (Иез. 36:27).



31.13. Про­ро­че­ст­во о Вос­кре­се­нии

Воз­вра­ще­ние из пле­на, воз­рож­де­ние стра­ны есть про­об­разы Но­во­го За­ве­та, ког­да бу­дет одер­жа­на Хри­с­том по­бе­да над смер­тью. Рас­кры­ва­ет­ся это по­сред­ст­вом ви­де­ния о су­хих ко­с­тях. Пророк Ие­зе­ки­иль ви­дит по­ле, усе­ян­ное су­хи­ми ко­с­тя­ми, и Гос­подь спра­ши­ва­ет, «ожи­вут ли ко­с­ти сии? Я ска­зал: Гос­по­ди Бо­же! Ты зна­ешь это
» (Иез. 37:3). И тог­да Бог по­ве­ле­ва­ет про­ро­че­ст­во­вать на эти ко­с­ти, и вот Иезекииль ви­дит, как про­ис­хо­дит шум и дви­же­ние и со­би­ра­ют­ся ко­с­ти меж­ду со­бой и по­кры­ва­ют­ся пло­тью. «Тог­да ска­зал Он мне: из­ре­ки про­ро­че­ст­во ду­ху, из­ре­ки про­ро­че­ст­во, сын че­ло­ве­че­с­кий, и ска­жи ду­ху: так го­во­рит Гос­подь Бог: от че­ты­рех ве­т­ров при­ди, дух, и дох­ни на этих уби­тых, и они ожи­вут. И я из­рек про­ро­че­ст­во, как Он по­ве­лел мне, и во­шел в них дух, и они ожи­ли, и ста­ли на но­ги свои – весь­ма, весь­ма ве­ли­кое пол­чи­ще
» (Иез. 37:9-10). Здесь сра­зу вспо­ми­на­ет­ся со­тво­ре­ние че­ло­ве­ка. Как со­тво­рен че­ло­век? Господь вдыхает в лицо человека дыхание жизни, и он ста­но­вит­ся ду­шею жи­вою (Быт. 2:7). И здесь мы ви­дим в ка­ком-то смыс­ле но­вое со­тво­ре­ние че­ло­ве­ка: из мерт­вых ко­с­тей со­би­ра­ет Гос­подь те­ле­са и сно­ва дух вхо­дит в них и сно­ва их ожив­ля­ет, и «так го­во­рит Гос­подь Бог: вот, Я от­крою гро­бы ва­ши и вы­ве­ду вас, на­род Мой, из гро­бов ва­ших и вве­ду вас в зем­лю Из­ра­и­ле­ву. И уз­на­е­те, что Я Гос­подь, ког­да от­крою гро­бы ва­ши и вы­ве­ду вас, народ Мой, из гро­бов ваших, и вло­жу в вас дух Мой, и ожи­ве­те, и по­ме­щу вас на зем­ле ва­шей, и уз­на­е­те, что Я, Гос­подь, ска­зал это – и сде­лал, го­во­рит Гос­подь
» (Иез. 37:12-14). Здесь в ис­то­ри­че­с­кой пер­спек­ти­ве по­ка­зы­ва­ет­ся то, что сно­ва бу­дет жить этот на­род на сво­ей зем­ле, а в про­ро­че­с­кой перспективе, ко­неч­но же, речь идет о вос­кре­се­нии. Хочется отметить, что здесь и буквальное и окончательное духовное исполнение пророчества объединятся в момент Второго пришествия. Этот текст уни­ка­лен по сво­е­му бо­го­слу­жеб­но­му упо­треб­ле­нию. Со­дер­жа­щая его па­ре­мия един­ст­вен­ная, ко­то­рая чи­та­ет­ся на ут­ре­не, а не на ве­че­рне или ча­сах. Та­кое ис­клю­че­ние сде­ла­но толь­ко для ут­ре­ни Ве­ли­кой Суб­бо­ты. По­сле ве­ли­ко­го сла­во­сло­вия чи­та­ет­ся имен­но этот от­ры­вок из кни­ги про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля о вос­кре­се­нии и вос­ста­нии су­хих ко­с­тей, имен­но из-за его на­гляд­но­с­ти, яр­ко­с­ти и не­воз­мож­но­с­ти ис­тол­ко­вать его по-дру­го­му.


Гос­подь го­во­рит о том, что со­бе­рет рас­се­ян­ных Из­ра­иль и Иу­ду вме­с­те, как два жез­ла, сло­жен­ные в од­ну ру­ку, и что они не бу­дут боль­ше враж­до­вать, не бу­дут оск­вер­нять­ся идо­ла­ми. «А раб Мой Да­вид бу­дет Ца­рем над ни­ми и Па­с­ты­рем всех их, и они бу­дут хо­дить в за­по­ве­дях Мо­их, и ус­та­вы Мои бу­дут со­блю­дать и вы­пол­нять их. <…>; и раб Мой Да­вид бу­дет кня­зем у них веч­но. И за­клю­чу с ни­ми за­вет ми­ра, за­вет веч­ный бу­дет с ни­ми. И ус­т­рою их, и раз­мно­жу их, и по­став­лю сре­ди них свя­ти­ли­ще Мое наве­ки. И бу­дет у них жи­ли­ще Мое, и бу­ду их Бо­гом, а они бу­дут Мо­им на­ро­дом. И уз­на­ют на­ро­ды, что Я Гос­подь, ос­вя­ща­ю­щий Из­ра­и­ля, ког­да свя­ти­ли­ще Мое бу­дет сре­ди них вове­ки
» (Иез. 37:24-28). Эти сло­ва под­тверж­да­ют, что Но­вый За­вет бу­дет За­ве­том веч­ным, За­ве­том не­пре­хо­дя­щим в от­ли­чие от Вет­хо­го За­ве­та.



31.14. Ве­ли­кая бит­ва

В под­тверж­де­ние гря­ду­щей сла­вы Гос­под­ней и за­щи­ты Им Сво­е­го на­ро­да опи­сы­ва­ет­ся ве­ли­кая бит­ва на­ро­дов. Не­кий царь, на­зы­ва­е­мый Го­гом из зем­ли Ма­гог, при­дет с ве­ли­ки­ми пол­чи­ща­ми, но Гос­подь по­ра­зит их так, что дол­гие дни бу­дут по­гре­бать пав­ших и в те­че­ние се­ми лет иудеи не бу­дут иметь нуж­ды в дро­вах, сжи­гая древ­ки ору­жия вра­гов (Иез. 38:1 – 39:16). В свя­зи с этим про­ро­че­ст­вом свя­ти­тель Ио­анн Зла­то­уст го­во­рит: «Не­ко­то­рые ра­зу­ме­ют это в ино­ска­за­тель­ном смыс­ле о Церк­ви и о ди­а­во­ле, и о го­не­ни­ях, ко­то­рые в раз­ное вре­мя воз­дви­га­е­мы бы­ли не­че­с­ти­вы­ми ца­ря­ми» [29, т. 6, кн. 2, c. 688]. Однако все го­не­ния есть лишь прообраз по­след­не­го го­не­ния. О Го­ге ска­за­но: «не ты ли тот са­мый, о ко­то­ром Я го­во­рил в древ­ние дни чрез ра­бов Мо­их, про­ро­ков Из­ра­и­ле­вых, ко­то­рые про­ро­че­ст­во­ва­ли в те вре­ме­на, что Я при­ве­ду те­бя на них? И бу­дет в тот день, ког­да Гог при­дет на зем­лю Из­ра­и­ле­ву, го­во­рит Гос­подь Бог, гнев Мой вос­пы­ла­ет в яро­с­ти Мо­ей. <…> И вос­тре­пе­щут от ли­ца Мо­е­го ры­бы мор­ские и пти­цы не­бес­ные, и зве­ри по­ле­вые и все пре­смы­ка­ю­ще­е­ся, пол­за­ю­щее по зем­ле, и все лю­ди, ко­то­рые на ли­це зем­ли, и об­ру­шат­ся го­ры, и упа­дут уте­сы, и все сте­ны па­дут на зем­лю. <…> И по­ш­лю огонь на зем­лю Ма­гог и на жи­те­лей ос­т­ро­вов, жи­ву­щих бес­печ­но, и уз­на­ют, что Я
– Гос­подь. И яв­лю свя­тое имя Мое сре­ди на­ро­да Мо­е­го, Из­ра­и­ля, <…> и уз­на­ют на­ро­ды, что Я Гос­подь, Свя­тый в Из­ра­и­ле. Вот, это при­дет и сбу­дет­ся, го­во­рит Гос­подь Бог, – это тот день, о ко­то­ром Я ска­зал
» (Иез. 38:17–18, 20; 39:6–8). Изо­б­ра­жа­е­мая здесь кар­ти­на мо­жет быть от­не­се­на к по­след­ним вре­ме­нам. Об­раз этой по­след­ней бит­вы при­сут­ст­ву­ет и в Апо­ка­лип­си­се: «Ког­да же окон­чит­ся ты­ся­ча лет, са­та­на бу­дет ос­во­бож­ден из тем­ни­цы сво­ей и вый­дет обо­ль­щать на­ро­ды, на­хо­дя­щи­е­ся на че­ты­рех уг­лах зем­ли, Го­га и Ма­го­га, и со­би­рать их на брань; чис­ло их
– как пе­сок мор­ской. И вы­шли на ши­ро­ту зем­ли, и ок­ру­жи­ли стан свя­тых и го­род воз­люб­лен­ный. И нис­пал огонь с не­ба от Бо­га и по­жрал их; а ди­а­вол, пре­ль­щав­ший их, ввер­жен в озе­ро ог­нен­ное
» (Откр. 20:7–10).



31.15. Ви­де­ние Но­во­го Ие­ру­са­ли­ма

В четырнадцатый год после разрушения Иерусалима пророк в видении был приведен в землю Израилеву для созерцания нового откровения.


Преподобный Ефрем Сирин обращает внимание на то, что этот год имел особое значение, так как был юбилейным, то есть годом прощения, освобождения и восстановления [22, т. 6, с. 46].


Человек, «которого вид как бы вид блестящей меди, и льняная вервь в руке его и трость измерения
» (Иез. 40:3) показывает Иезекиилю заново устроенный храм и описывает как в нем должно совершаться богослужение. По толкованию преподобного Ефрема Сирина, «муж, у которого, как видел Иезекииль, была в руке мерительная трость, изображает собою Эммануила, Который измерил и устроил и в порядок привел все видимые и невидимые твари. Трость, содержащая в себе шесть локтей, означает шесть пределов мира; единая же длань в трости сверх шести локтей, составляющая половину локтя, есть мир духов. И что сказано о доме Божием и о всем, что в доме сем, и что видел Иезекииль, разумей о святой Церкви Христовой. Священники дома Божия изображают Апостолов; закланные тельцы суть образы Самого Эммануила» [22, т. 6, с. 47 – 48].


Детали строения описаны необычайно тщательно. Но после плена храм был выстроен по старому образцу. Не только толкователи, но и сам пророк указывает на то, что в этом видении следует искать более пророческий, нежели прагматический смысл. Его понимание может открыться только через покаяние и очищение сердца. Господь повелевает Иезекиилю: «Ты, сын человеческий, возвести дому Израилеву о храме сем, чтобы они устыдились беззаконий своих и чтобы сняли с него меру. И если они устыдятся всего того, что делали, то покажи им вид храма и расположение его, и выходы его, и входы его, и все очертания его, и все уставы его, и все образы его, и все законы его, и напиши при глазах их, чтобы они сохраняли все очертания его и все уставы его и поступали по ним. Вот закон храма: на вершине горы все пространство его вокруг
– Святое Святых; вот закон храма!
» (Иез. 43:10–12).


Далее пророк Иезекииль видит, как Слава Божия возвращается в этот новый храм тем же путем, каким некогда его покинула (Иез. 43:27 – 44:4). Когда будет освящен жертвенник и в течении семи дней на нем будут приноситься жертвы, тогда Сам Господь войдет через закрытые ворота, обращенные к востоку, и воссядет в храме как князь. И Слава Божия наполнила храм, врата же остались закрытыми. Господь говорит пророку: «сын человеческий, <…> прилагай сердце твое ко входу в храм и ко всем выходам из святилища
» (Иез. 44:5). Этот отрывок читается в качестве паремии на Богородичные праздники. Славу Божию явил людям Христос, родившийся в мир, не нарушив девства Своей Пречистой Матери.


Пророчества о восстановлении Израиля могут быть структурированы следующим образом:


примирение с Богом через истинного Пастыря (глл. 33 – 34);


запустение Сеира (Эдома) и население земли обетованной (глл. 35 – 36);


возрождение народа и защита его от врагов (глл. 37 – 39);


устройство храма и организация богослужения (глл. 40 – 46);


окончательное устройство Святой Земли, орошаемой животворящим потоком (глл. 47 – 48).


Это структура ясно показывает, что речь идет о Завете, поскольку все элементы завета здесь присутствуют. Пророк называет его заветом мира
(Иез. 34:25; 37:26). В буквальном смысле эти пророчества отчасти исполнились во времена Зоровавеля и Ездры, а в полноте – в явлении Нового Завета, причем в его эсхатологическом совершении.


Закончив распоряжения о служении в храме, Господь показал пророку поток, текущий из-под храма. Этот поток становился все шире и глубже, превратившись наконец в реку, дающую жизнь земле и исцеляющую мертвое море, которое наполняется рыбой (Иез. 47:1–12). Это пророчество о благодати Божией, исцеляющей землю, и об апостольской проповеди, которая привлечет множество верных [22, т. 6, с. 47], которых из духовно мертвых сделает живыми [29, т. 6, с. 688].


Читая эти пророчества, невозможно не увидеть их необычайного сходства с Откровением святого Иоанна Богослова: «И показал мне чистую реку воды жизни, светлую, как кристалл, исходящую от престола Бога и Агнца. Среди улицы его, и по ту и по другую сторону реки, древо жизни, двенадцать раз приносящее плоды, дающее на каждый месяц плод свой; и листья дерева — для исцеления народов
» (Откр. 22:1–2).


Мы многократно упоминали о том, что Святая Земля есть прообраз Царства Небесного. Может быть в этом пророчестве это явлено ярче всего. В центре увиденной пророком земли – Иерусалим, обнесенный квадратной стеной с двенадцатью воротами, которые называются именами колен Израилевых (Иез. 48:31). Так же описан Иерусалим, «который нисходил с неба от Бога
» (Откр. 21:10) в Апокалипсисе. В видении апостола Иоанна нет храма, «ибо Господь, Бог Вседержитель – храм его, и Агнец
» (Откр. 21:22). Но здесь нет противоречия, так как храм в видении Иезекииля символизирует присутствие Бога среди своего народа, а жертвоприношение в нем – жертву Христову.


Следует обратить внимание, что отвержение жертвоприношений и культа, не сопровождаемых праведной жизнью, которая звучит у многих пророков, не означает их ненужности вообще. В видении Иезекииля поклонение на Святой горе является главным содержанием жизни святого народа. Также и в Апокалипсисе, окружающие престол Божий старцы и животные, подобные виденным Иезекиилем, совершают поклонение и возносят хвалу: «свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, Который был, есть и грядет
» (Откр. 4:8). Все это дает нам возможность осознать, что и совершаемое в наших храмах богослужение не есть дань устаревшей обрядовой традиции, но символ небесной грядущей реальности, которая открывается нам в Писании в виде стройного и согласного славословия и поклонения Богу.


Если прежде Господь обещал пребывать вовеки со своим народов, то и имя нового города, увиденного Иезекиилем будет «Господь там
» (Иез. 48:35). Так, начав с жестоких обличений и возвещения грядущей кары, пророк Иезекииль оканчивает свое пророческое слово величайшей славой, в которой сможет принять участие искупленное Христом человечество.



Гла­ва 32. Кни­га про­ро­ка Да­ни­и­ла

Кни­га про­ро­ка Да­ни­и­ла от­но­сит­ся к груп­пе про­ро­че­с­ких книг, ис­то­ри­че­с­ки свя­зан­ных с ва­ви­лон­ским пле­не­ни­ем. Она от­ли­ча­ет­ся от про­чих про­ро­че­с­ких книг тем, что в ней прак­ти­че­с­ки нет то­го, что мы на­зы­ва­ем про­ро­че­с­ки­ми ре­ча­ми. В ос­нов­ном, это за­пись со­бы­тий из жиз­ни про­ро­ка и его ок­ру­же­ния, а также быв­ших ему или дру­гим ви­де­ний и объ­яс­не­ния этих ви­де­ний, за­пи­сан­ные про­ро­ком.


В ев­рей­ском ка­но­не кни­га про­ро­ка Да­ни­и­ла от­не­се­на к «пи­са­ни­ям», а не к «про­ро­кам». Не­ко­то­рые со­вре­мен­ные ис­сле­до­ва­те­ли объ­яс­ня­ют это вы­ше­наз­ван­ны­ми осо­бен­но­с­тя­ми кни­ги, отмечая, что она но­сит учи­тель­ный ха­рак­тер. Бла­жен­ный Фе­о­до­рит Кир­ский в своем толковании объясняет этот факт нежеланием составителей иудейского канона, зафиксированного во II в. по Р. Х. признавать пророческий авторитет этой книги в связи с тем, что в ней содержится точное указание на время пришествия Христа [74, т. 29, c. 208].


Об осо­бен­но­с­тях кни­ги Даниила про­фес­сор П.А.Юн­ге­ров пи­сал: «Как при изъ­яс­не­нии кни­ги про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля, так и в кни­ге Да­ни­и­ла, тол­ков­ни­ки об­ра­ща­ли вни­ма­ние на осо­бен­ный – сим­во­ли­че­с­кий ха­рак­тер из­ло­же­ния
про­ро­честв. Да­ни­ил разъ­яс­нял сны и сам по­лу­чал от­кро­ве­ния во сне (Дан. 2:19; 4:11; 7:1). Сим­во­лы и сно­ви­де­ния не­ред­ко от­кры­вал и разъ­яс­нял ему Ан­гел (Дан. 7:16 – 8:15); че­рез Ан­ге­ла же он ино­гда по­лу­чал сим­во­ли­че­с­кие от­кро­ве­ния (Дан. 9:24; 10:11). Ча­с­то встре­ча­ю­ща­я­ся апо­ка­лип­си­че­с­кая фор­ма по­лу­ча­е­мых Да­ни­и­лом и из­ла­га­е­мых им от­кро­ве­ний (особ. 7 – 12 глл.) так­же от­ли­ча­ет эту кни­гу от дру­гих вет­хо­за­вет­ных пи­са­ний. По­ра­жа­ет чи­та­те­лей и гран­ди­оз­ность сим­во­ли­ки Да­ни­и­ла, пре­вос­хо­дя­щая с этой сто­ро­ны сим­во­ли­ку Ие­зе­ки­и­ля и За­ха­рии (особ. Дан. 7 гл.). За­мет­но в сим­во­ли­ке Да­ни­и­ла не­ко­то­рое еди­но­об­ра­зие: Сын че­ло­ве­че­с­кий, муж, че­ло­век (Дан. 7:13–15; 8:15–19; 10:5–6, 16, 18; 12:5–8) яв­ля­ют­ся пред­ста­ви­те­ля­ми ан­гель­ско­го ми­ра, цар­ст­ва Бо­жия и цар­ст­ва свя­тых, а зве­ри раз­ных по­род и борь­ба меж­ду ни­ми яв­ля­ют­ся сим­во­ла­ми язы­че­ст­ва и вза­и­мо­от­но­ше­ний язы­че­с­ких царств (Дан. 7:3–8; 8:3–25). В этой раз­но­сти сим­во­лов тол­ков­ни­ки спра­вед­ли­во ви­де­ли ука­за­ние на че­ло­веч­ность и бо­го­по­до­бие цар­ст­ва Бо­жия и его сим­во­лов и на звер­ст­во язы­че­ст­ва, его ха­рак­те­ра и сим­во­лов» [91, кн. 2, с. 337 – 338].


Кни­га про­ро­ка Да­ни­и­ла по со­дер­жа­нию мо­жет быть раз­де­ле­на на две ча­с­ти: ис­то­ри­че­с­кую (1 – 6 глл.) и про­ро­че­с­кую (7 – 12 глл.). В пер­вой ча­с­ти из­ла­га­ют­ся жизнь про­ро­ка Да­ни­и­ла и со­вре­мен­ные ему ис­то­ри­че­с­кие со­бы­тия в ва­ви­лон­ском и ми­до-пер­сид­ском цар­ст­вах. Во вто­рой ча­с­ти из­ла­га­ют­ся ви­де­ния и от­кро­ве­ния, ко­то­рых Гос­подь удо­с­та­и­вал Да­ни­и­ла, от­кры­вая ему со­бы­тия бу­ду­ще­го, ка­са­ю­щи­е­ся не толь­ко его эпо­хи, но и при­ше­ст­вия Спа­си­те­ля, а так­же по­след­них вре­мен.



32.1. Да­ни­ил и Ана­ния, Ми­са­ил и Аза­рия в Ва­ви­ло­не

Про­рок Да­ни­и­л был родом из Иудеи. Он сам пи­шет о се­бе, что ког­да Ие­ру­са­лим под­чи­нил­ся На­ву­хо­до­но­со­ру (ок. 605 г. до Р. Х.), «в тре­тий год цар­ст­во­ва­ния Ио­а­ки­ма, ца­ря Иу­дей­ско­го
» (Дан. 1:1), то­го Ио­а­ки­ма (608 – 598 гг. до Р. Х.), ко­то­ро­го фа­ра­он Не­хао по­са­дил пра­вить в Ие­ру­са­ли­ме, бы­ли взя­ты за­лож­ни­ки из бо­га­тых и знат­ных до­мов в Ва­ви­лон. От­би­ра­лись юноши кра­си­вые ви­дом, не име­ю­щие те­ле­сно­го не­до­стат­ка и не про­сто в ка­че­ст­ве за­лож­ни­ков, но для то­го, что­бы они мог­ли слу­жить при дво­ре Ва­ви­лон­ских ца­рей (Дан. 1:4). Сре­ди них бы­ли от­ро­ки, ко­то­рых увели вме­с­те с Даниилом. В Ва­ви­ло­не всех чет­ве­рых пе­ре­име­но­ва­ли на ва­ви­лон­ский ма­нер: Да­ни­и­ла на­зва­ли Вал­та­са­ром, Ана­нию – Се­д­ра­хом, Ми­са­и­ла – Ми­са­хом и Аза­рию – Ав­де­на­го в честь ме­ст­ных бо­гов (Дан. 1:7).


Они тща­тель­но обе­ре­га­ли ве­ру сво­их от­цов, в том числе и в об­ла­с­ти об­ря­до­вой. Они от­ка­зы­ва­лись от пи­щи, ко­то­рая бы­ла на­зна­че­на всем про­чим за­лож­ни­кам от сто­ла цар­ско­го, по­сколь­ку она бы­ла ли­бо идо­ло­жерт­вен­ная, ли­бо со­сто­я­ла из то­го, что не доз­во­ля­лось Мо­и­се­е­вым за­ко­ном (Дан. 1:8). Ког­да по­став­лен­ный над ни­ми над­зи­ра­тель за­бес­по­ко­ил­ся, что они бу­дут ху­ды и блед­ны ли­ца­ми, и его за это на­ка­жут, они ему пред­ло­жи­ли сделать опыт (Дан. 1:12). И ока­за­лось, что их те­ле­сное со­сто­я­ние, не смотря на пост, ни­чуть не ху­же тех, ко­то­рые ели все то, что при­сы­ла­ли от дво­ра цар­ско­го. И ког­да за­кан­чи­ва­ет­ся вре­мя их обу­че­ния, то все эти уча­щи­е­ся пред­став­ля­ют­ся ца­рю. «И во вся­ком де­ле му­д­ро­го ура­зу­ме­ния, о чем ни спра­ши­вал их царь, он на­хо­дил их в де­сять раз вы­ше всех тай­но­вед­цев и вол­х­вов, ка­кие бы­ли во всем цар­ст­ве его
» (Дан. 1:20). В результате они по­лу­ча­ют вы­со­кие долж­но­с­ти при цар­ском дво­ре.


Ес­ли мы по­смо­т­рим на хро­но­ло­ги­че­с­кие ука­за­ния, ко­то­рые име­ют­ся в кни­ге про­ро­ка Да­ни­и­ла, то уви­дим, что его слу­же­ние про­дол­жа­лось при всех по­сле­ду­ю­щих ца­рях ва­ви­лон­ской ди­на­с­тии, вплоть до Вал­та­са­ра, и про­дол­жа­лось при пер­вых ца­рях Пер­сид­ской ди­на­с­тии. Од­на из по­след­них дат, ко­то­рая там упо­ми­на­ет­ся (но это не последний год его служения, оно продолжалось), – это тре­тий год Ки­ра, ца­ря Пер­сид­ско­го (Дан. 10:1). При­чем, ско­рее все­го, под этим тре­ть­им го­дом сле­ду­ет по­ни­мать тре­тий год по­сле за­хва­та Ва­ви­ло­на, по­то­му что на ис­то­ри­че­с­кой аре­не Кир по­явил­ся гораздо рань­ше. Та­ким об­ра­зом, весь период плена и первые годы правления персидских царей – вре­мя его слу­же­ния. Как ви­дим, ни­ка­кие пе­ре­ме­ны при дво­ре не по­шат­ну­ли его по­ло­же­ния по при­чи­не нрав­ст­вен­ной бе­зу­ко­риз­нен­но­с­ти, ве­ли­кой му­д­ро­с­ти и про­зор­ли­во­с­ти, ко­то­рые ему бы­ли да­ны от Бо­га.



32.2. Сон На­ву­хо­до­но­со­ра

Да­лее опи­сы­ва­ет­ся не­сколь­ко эпи­зо­дов, быв­ших с Да­ни­и­лом во вре­мя слу­же­ния при дво­ре. Ца­рю На­ву­хо­до­но­со­ру при­сни­лось не­что, что он сам вспом­нить не мог, но бу­ду­чи ца­рем, он с этим по­ло­же­ни­ем сми­рять­ся не стал и вы­звал к се­бе всех, ко­го толь­ко бы­ло мож­но, с тре­бо­ва­ни­ем объ­яс­нить, что ему при­сни­лось. Это мо­жет по­ка­зать­ся не­прав­до­по­доб­ным, но ес­ли вспом­нить мас­шта­бы Ва­ви­лон­ской дер­жа­вы, ко­то­рая бы­ла од­ной из мощ­ней­ших в древ­но­с­ти, то че­ло­ве­ку, во­ле ко­то­ро­го прак­ти­че­с­ки не бы­ло ни­ка­ких пре­пят­ст­вий (На­ву­хо­до­но­сор пра­вил около 40 лет), труд­но бы­ло по­тер­петь да­же та­кое, что что-то при­сни­лось, а он это­го не мо­жет вспом­нить. И Да­ни­ил ока­зал­ся един­ст­вен­ным че­ло­ве­ком, ко­то­рый спо­со­бен был рас­ска­зать, по от­кро­ве­нию Бо­жию, ца­рю, что это был за сон и его ис­тол­ко­вать (Дан. 2 гл.).


Ца­рю при­снил­ся ис­ту­кан, у ко­то­ро­го го­ло­ва бы­ла зо­ло­тая, грудь и руки – се­ре­б­ря­ные, ниж­няя часть те­ла у не­го бы­ла мед­ная, голени – же­лез­ные, и сто­пы – впе­ре­меш­ку же­ле­зо с гли­ной (Дан. 2:31–35).


Да­ни­ил объ­яс­нил, что это че­ты­ре цар­ст­ва, ко­то­рые сме­нят од­но за дру­гим друг дру­га. Ко­нец это­го ис­ту­ка­на та­ков, что от не­по­да­ле­ку на­хо­див­шей­ся го­ры от­де­ля­ет­ся сам по се­бе ка­мень, без ка­ко­го-то уси­лия че­ло­ве­че­с­ко­го, и уда­ря­ет в но­ги это­го ис­ту­ка­на, ко­то­рые бы­ли сме­сью гли­ны и же­ле­за, так что весь этот ис­ту­кан рас­па­да­ет­ся и пре­вра­ща­ет­ся в пыль, а ка­мень этот де­ла­ет­ся ве­ли­кою го­рою и на­пол­ня­ет всю зем­лю. Да­ни­ил объ­яс­ня­ет, что эти че­ты­ре цар­ст­ва, ко­то­рые сме­нят друг дру­га, и бу­дут, мо­жет быть, ме­нее рос­кош­ны­ми, но все бо­лее креп­ки­ми и силь­ны­ми, в кон­це кон­цов бу­дут со­кру­ше­ны, «и во дни тех царств Бог не­бес­ный воз­двиг­нет цар­ст­во, ко­то­рое во­ве­ки не раз­ру­шит­ся, и цар­ст­во это не бу­дет пе­ре­да­но дру­го­му на­ро­ду; оно со­кру­шит и раз­ру­шит все цар­ст­ва, а са­мо бу­дет сто­ять веч­но»
(Дан. 2:44). Та­ким об­ра­зом, го­во­рит Да­ни­ил, ве­ли­кий Бог дал знать ца­рю, что бу­дет по­сле не­го.


Обыч­но под зо­ло­тым цар­ст­вом под­ра­зу­ме­ва­ют Ва­ви­лон­ское, под се­ре­б­ря­ным — пер­сид­ское, ко­то­рое ему по­сле­до­ва­ло, под мед­ным – гре­че­с­кое цар­ст­во Алек­сан­д­ра Ма­ке­дон­ско­го, под же­лез­ным не­ко­то­рые по­ни­ма­ют цар­ст­во Рим­ское, дру­гие – цар­ст­во Си­рий­ское, го­су­дар­ст­во се­лев­ки­дов.


Под кам­нем не­ру­ко­се­чным и го­рою по­ни­ма­ют ука­за­ние на чу­дес­ное рож­де­ст­во Хри­с­та от Де­вы Ма­рии: ««Камень нерукосечный от несекомыя горы Тебе, Дево, краеугольный отсечеся, Христос, совокупивый разстоящаяся естества. Тем веселящеся Тя, Богородице, величаем»[52]
.



32.3. Зо­ло­той ис­ту­кан. От­ро­ки в пе­чи Ва­ви­лон­ской

Сле­ду­ю­щий эпи­зод свя­зан с тре­мя дру­зь­я­ми Да­ни­и­ла (Дан. 3 гл.). Царь На­ву­хо­до­но­сор сде­лал зо­ло­той ис­ту­кан и со­брал всех вель­мож для то­го, что­бы со­вер­шать по­кло­не­ние это­му ис­ту­ка­ну. Од­но из воз­мож­ных объ­яс­не­ний та­ко­во, что он сде­лал ста­тую се­бя са­мо­го и по­ве­лел всем при­но­сить се­бе бо­же­с­кие по­че­с­ти. И тут ока­зы­ва­ет­ся, что Ана­ния, Аза­рия и Ми­са­ил от­ка­зы­ва­ют­ся по­кло­нять­ся это­му ис­ту­ка­ну, го­во­ря, что они бу­дут по­кло­нять­ся еди­но­му Бо­гу. И за это они под­вер­га­ют­ся каз­ни, они долж­ны быть бро­ше­ны в ра­зо­жжен­ную печь. Но это не пу­га­ет юно­шей, они го­во­рят му­чи­те­лю: «Бог наш, Ко­то­ро­му мы слу­жим, си­лен спа­с­ти нас от пе­чи, рас­ка­лен­ной ог­нем, и от ру­ки тво­ей, царь, из­ба­вит
» (Дан. 3:17).


Трое друзей ока­зы­ва­ют­ся ввер­жен­ны­ми в печь, где ос­та­ют­ся не­вре­ди­мы. Бо­лее то­го, они вос­пе­ва­ют песнь, и изум­лен­ный царь ви­дит «че­ты­рех му­жей не­свя­зан­ных, хо­дя­щих сре­ди ог­ня, и нет им вре­да; и вид чет­вер­то­го по­до­бен сы­ну Бо­жию
» (Дан. 3:92). При этом те, кто пы­та­лись печь силь­нее раз­жи­гать, са­ми по­ги­ба­ли от не­стер­пи­мо­го пла­ме­ни, ко­то­рое там бу­ше­ва­ло.


В 3-й гла­ве есть до­воль­но большая встав­ка с 24 по 90 сти­х, которой нет в ев­рей­ском тек­с­те, но она име­ет­ся в гре­че­с­ком тек­с­те Свя­щен­но­го Пи­са­ния. Она со­дер­жит в се­бе мо­лит­ву Аза­рии и песнь трех от­ро­ков (Дан. 3:24–90). При­чем в гре­че­с­кой Биб­лии она на­хо­дит­ся не в тре­ть­ей гла­ве, а при­со­е­ди­ня­ет­ся к псал­мам. Эти две молитвы упо­треб­ля­ют­ся на­ми, не­смо­т­ря на то, что они не по­чи­та­ют­ся ка­но­ни­че­с­ки­ми, в ка­че­ст­ве 7 и 8 биб­лей­ских пе­сен ка­но­на на ут­ре­не: «Бла­го­сло­вен еси Гос­по­ди, Бо­же отец на­ших, и хваль­но и про­слав­ле­но имя Твое во­ве­ки
» (Дан. 3:26–45) и «Бла­го­сло­вен еси Гос­по­ди, Бо­же отец на­ших, и хваль­но и пре­воз­но­си­мо во ве­ки и бла­го­сло­вен­но имя Сла­вы Тво­ея, Свя­тое, Пре­хваль­ное, Пре­воз­но­си­мое во­ве­ки
» (Дан. 3:52–90).


В пер­вой мо­лит­ве Аза­рия ис­по­ве­ду­ет спра­вед­ли­вость на­ка­за­ния, ко­то­рое по­стиг­ло Иу­дею, ис­по­ве­ду­ет­ся в гре­хах и про­сит при­нять эту жерт­ву, то есть их са­мо­по­жерт­во­ва­ние в ка­че­ст­ве бо­го­угод­но­го при­но­ше­ния. Он про­сит, ес­ли воз­мож­но, не по­сра­мить их в их упо­ва­нии, со­тво­рить с ни­ми чу­до и дать им из­бав­ле­ние, чтоб по­сты­ди­лись го­ни­те­ли.


Во вто­рой пес­ни, ко­то­рую вме­с­те вос­пе­ва­ли все от­ро­ки, воз­но­сит­ся хва­ла Бо­гу от не­бес и все­го во­ин­ст­ва не­бес­но­го, и от зем­ли, и все­го что ее на­пол­ня­ет. И На­ву­хо­до­но­сор в ре­зуль­та­те тоже про­слав­ля­ет Бо­га: «Тог­да На­ву­хо­до­но­сор ска­зал: бла­го­сло­вен Бог Се­д­ра­ха, Ми­
са­ха и Ав­де­на­го, Ко­то­рый по­слал Ан­ге­ла Сво­е­го и из­ба­вил ра­бов Сво­их, ко­то­рые на­де­я­лись на Не­го и не по­слу­ша­лись цар­ско­го по­ве­ле­ния, и пре­да­ли те­ла свои [ог­ню], что­бы не слу­жить и не по­кло­нять­ся ино­му бо­гу, кро­ме Бо­га сво­е­го! И от ме­ня да­ет­ся по­ве­ле­ние, что­бы из вся­ко­го на­ро­да, пле­ме­ни и язы­ка, кто про­из­не­сет ху­лу на Бо­га Се­д­ра­ха, Ми­са­ха и Ав­де­на­го, был из­руб­лен в ку­с­ки, и дом его об­ра­щен в раз­ва­ли­ны, ибо нет ино­го бо­га, ко­то­рый мог бы так спа­сать
» (Дан. 3:95-96).


Очень ин­те­рес­но: в кни­ге про­ро­ка Да­ни­и­ла не­од­но­крат­но от­ме­ча­ет­ся, что по­сле яв­ле­ния та­ких чу­дес или от­кро­ве­ний ца­ри-языч­ни­ки про­слав­ля­ют Бо­га. Тем не ме­нее это не из­ме­ня­ет со­вер­шен­но их жизнь. Это фе­но­мен язы­че­с­ко­го со­зна­ния: про­слав­ле­ние, да­же на ка­кое-то вре­мя при­зна­ние пре­вос­ход­ст­ва од­но­го бо­га над все­ми ос­таль­ны­ми не при­во­дит их к мыс­ли от­ка­зать­ся от по­чи­та­ния про­чих бо­гов.



32.4. Бе­зу­мие На­ву­хо­до­но­со­ра

Сле­ду­ю­щий эпи­зод, опи­сан­ный в чет­вер­той гла­ве, по­ве­ст­ву­ет о бе­зу­мии На­ву­хо­до­но­со­ра. Этот эпи­зод пред­став­лен в фор­ме ука­за или пись­ма са­мо­го На­ву­хо­до­но­со­ра, где он го­во­рит о про­изо­шед­шем с ним. Ему бы­ло не­кое ви­де­ние, сон, ко­то­рый он не мог по­нять, и тог­да он при­звал Да­ни­и­ла, что­бы тот ему объ­яс­нил. Царь ви­дел не­кое ог­ром­ное пре­крас­ное де­ре­во, по­кры­тое ли­с­ть­я­ми, под ко­то­рым на­хо­ди­лось ме­с­то вся­кой пти­це и жи­вот­но­му, и вот раз­да­ет­ся с не­бес глас, ко­то­рый по­ве­ле­ва­ет сру­бить это де­ре­во и раз­бро­сать пло­ды его, и ос­та­вить толь­ко глав­ный ко­рень, что­бы он в узах же­лез­ных и мед­ных сре­ди по­ле­вой тра­вы оро­шал­ся не­бес­ною ро­сою и с жи­вот­ны­ми бы­ла бы часть его в тра­ве зем­ной.


И Да­ни­ил тог­да го­во­рит ца­рю: «Гос­по­дин мой! тво­им бы не­на­ви­ст­ни­кам этот сон, и вра­гам тво­им зна­че­ние его
» (Дан. 4:16). Дре­во есть твое цар­ст­во, а ко­рень его есть ты сам, что ты сам вме­нишь­ся со ско­та­ми по­ле­вы­ми и бу­дешь пи­тать­ся тра­вою и оро­шать­ся дож­дем, но ес­ли ты по­ка­ешь­ся, ес­ли ты по­свя­тишь се­бя ми­ло­сер­дию к бед­ным, то ты мо­жешь ис­ку­пить гре­хи свои прав­дой, тог­да мир твой про­длит­ся. Тем не ме­нее царь не прислушивается к словам пророка. Че­рез год он об­хо­дит свой дво­рец и го­во­рит се­бе: «это ли не ве­ли­че­ст­вен­ный Ва­ви­лон, ко­то­рый по­ст­ро­ил я в дом цар­ст­ва си­лою мо­е­го мо­гу­ще­ст­ва и в сла­ву мо­е­го ве­ли­чия!
» (Дан. 4:27). Как толь­ко эти гор­дые сло­ва бы­ли про­из­не­се­ны, его по­ра­жа­ет бе­зу­мие, и дей­ст­ви­тель­но, его от­лу­ча­ют от лю­дей, и он ест тра­ву, как вол, об­ра­с­та­ет весь во­ло­са­ми и вме­с­то не­го, ско­рее все­го, его сын ка­кое-то вре­мя пра­вит цар­ст­вом. Впро­чем, На­ву­хо­до­но­со­ра дер­жа­ли, ви­ди­мо, где-то в ук­ром­ном ме­с­те, по­сколь­ку че­рез Да­ни­и­ла бы­ло воз­ве­ще­но, что это «до вре­ме­ни
», то есть ис­це­ле­ние на­ста­нет. Че­рез от­ве­ден­ный срок На­ву­хо­до­но­сор при­хо­дит в себя, ка­ет­ся и про­слав­ля­ет уже в тре­тий раз Бо­га Все­выш­не­го (Дан. 4:34).



32.5. Пир Вал­та­са­ра

Сле­ду­ю­щий эпи­зод, свя­зан­ный с ва­ви­лон­ским цар­ст­вом, от­но­сит­ся уже ко вре­ме­ни Вал­та­са­ра (Дан. 5 гл.), вну­ка или да­же прав­ну­ка На­ву­хо­до­но­со­ра. Опи­сы­ва­ет­ся пир, ко­то­рый этот царь сде­лал для сво­их вель­мож. Су­дя по все­му, этот пир имел ме­с­то тог­да, ког­да пер­сы уже под­хо­ди­ли к Ва­ви­ло­ну. По-ви­ди­мо­му, он имел сво­ей це­лью как-то ук­ре­пить и под­бо­д­рить ва­ви­лон­ских во­е­на­чаль­ни­ков.


По ука­за­нию ца­ря из хра­ни­ли­ща при­не­се­ны со­су­ды Ие­ру­са­лим­ско­го хра­ма, ко­то­рые бы­ли не­ког­да от­ту­да вы­не­се­ны его пра­де­дом. Из них бы­ло при­ка­за­но пить всем: и муж­чи­нам, и жен­щи­нам, – всем, кто на этом пи­ре пре­бы­ва­л (Дан. 5:3–4). Для че­го? Для то­го, что­бы на­пом­нить всем со­брав­шим­ся о мо­щи ва­ви­лон­ской дер­жа­вы, для то­го, что­бы по­ка­зать, что да­же пре­воз­но­си­мый Бог иу­де­ев и Тот ока­зал­ся не в си­лах про­ти­во­стать дер­жа­ве ва­ви­лон­ской, что со­су­ды из Его хра­ма здесь сей­час у них на пи­ру у лю­дей, ко­то­рые пре­вы­ше всех бо­гов.


И в этот мо­мент в том ме­с­те сте­ны, где ви­се­ли лам­па­ды, по­яв­ля­ет­ся ру­ка, ко­то­рая пи­шет та­ин­ст­вен­ные пись­ме­на, ко­то­рые ни­кто не мо­жет про­чи­тать и ра­зо­брать, от­че­го страх по­ра­жа­ет всех со­брав­ших­ся. Тог­да ца­ри­ца, по-ви­ди­мо­му, мать Вал­та­са­ра, ве­лит при­звать Да­ни­и­ла, ко­то­рый читает эту над­пись и ис­тол­ко­вы­ва­ет ее (Дан. 5:24–28).


Преж­де чем ис­тол­ко­вать эту над­пись, Да­ни­ил, ко­то­ро­му бы­ли обе­ща­ны ве­ли­кие да­ры и на­гра­ды за ­тол­ко­ва­ние, от­ка­зы­ва­ет­ся от них: «Да­ры твои пусть ос­та­нут­ся у те­бя, и по­че­с­ти от­дай дру­го­му; а на­пи­сан­ное я про­чи­таю ца­рю и зна­че­ние объ­яс­ню ему
» (Дан. 5:17). Сначала про­рок го­во­рит сле­ду­ю­щее: «Царь! Все­выш­ний Бог да­ро­вал от­цу тво­е­му На­ву­хо­до­но­со­ру цар­ст­во, ве­ли­чие, честь и сла­ву. П­ред ве­ли­чи­ем, ко­то­рое Он дал ему, все на­ро­ды, пле­ме­на и язы­ки тре­пе­та­ли и стра­ши­лись его: ко­го хо­тел, он уби­вал, и ко­го хо­тел, ос­тав­лял в жи­вых; ко­го хо­тел, воз­вы­шал, и ко­го хо­тел, уни­жал. Но ког­да серд­це его над­ми­лось, и дух его оже­с­то­чил­ся до дер­зо­с­ти, он был свер­жен с цар­ско­го пре­сто­ла сво­е­го и ли­шен сла­вы сво­ей, и от­лу­чен был от сы­нов че­ло­ве­че­с­ких, и серд­це его упо­до­би­лось зве­ри­но­му, и жил он с ди­ки­ми ос­ла­ми; кор­ми­ли его тра­вою, как вола, и те­ло его оро­ша­е­мо бы­ло не­бес­ною ро­сою, до­ко­ле он не по­знал, что над цар­ст­вом че­ло­ве­че­с­ким вла­ды­че­ст­ву­ет Все­выш­ний Бог и по­став­ля­ет над ним, ко­го хо­чет. И ты, сын его, Вал­та­сар, не сми­рил серд­ца сво­е­го, хо­тя знал все это, но воз­нес­ся про­тив Гос­по­да не­бес, и со­су­ды до­ма Его при­нес­ли к те­бе, и ты и вель­мо­жи твои, же­ны твои и на­лож­ни­цы твои пи­ли из них ви­но, и ты сла­вил бо­гов се­ре­б­ря­ных и зо­ло­тых, мед­ных, же­лез­ных, деревянных и каменных, ко­то­рые ни ви­дят, ни слы­шат, ни ра­зу­ме­ют; а Бо­га, в ру­ке Ко­то­ро­го ды­ха­ние твое и у Ко­то­ро­го все пу­ти твои, ты не про­сла­вил. За это и по­сла­на от Него эта кисть ру­ки и на­чер­та­но это пи­са­ние. И вот, что на­чер­та­но: МЕ­НЕ, МЕ­НЕ, ТЕ­КЕЛ, УПА­Р­СИН. Вот и зна­че­ние слов: МЕ­НЕ – ис­чис­лил Бог цар­ст­во твое и по­ло­жил ко­нец ему; ТЕ­КЕЛ – ты взве­шен на ве­сах и най­ден очень лег­ким; ПЕ­РЕС — раз­де­ле­но цар­ст­во твое и да­но Ми­дя­нам и Пер­сам. … В ту же са­мую ночь Вал­та­сар, царь хал­дей­ский, был убит, и Да­рий Ми­дя­нин при­нял цар­ст­во, бу­ду­чи ше­с­ти­де­ся­ти двух лет
» (Дан. 5:18–31).


Эта речь яв­ля­ет­ся очень важ­ной для по­ни­ма­ния всей кни­ги. Как уже отмечалось выше, ос­нов­ное вни­ма­ние в ней сосредоточено имен­но на про­ро­чествах ис­то­ри­че­с­ко­го ха­рак­те­ра, су­дьбах царств и су­дьбах ми­ра, и здесь со­дер­жит­ся, ес­ли мож­но так вы­ра­зить­ся, фи­ло­со­фия ис­то­рии. Вся­кое цар­ст­во, вся­кое прав­ле­ние долж­но ­знать над со­бой ру­ку Бо­жию; вся­кое цар­ст­во, вся­кое гос­под­ст­во долж­но по­ни­мать ис­точ­ник цар­ст­ва и гос­под­ст­ва. Наполненный спесью и высокомерием, упи­ва­ю­щий­ся сво­ей вла­с­тью, гор­дя­щий­ся, не име­ет ни­ка­кой цен­но­с­ти в очах Бо­жи­их и под­ле­жит на­ка­за­нию и ра­зо­ре­нию. Един­ст­вен­ное цар­ст­во, ко­то­рое ус­то­ит, един­ст­вен­ное цар­ст­во, на­деж­да на ко­то­рое не по­сты­жа­ет­ся, есть цар­ст­во Бо­жие, ко­то­рое при­дет в кон­це и ко­то­рое бу­дет един­ст­вен­ным, бу­дет цар­ст­вом веч­ным. Все ви­де­ния про­ро­ка Да­ни­и­ла и те сны, ко­то­рые он тол­ку­ет, ка­са­ют­ся имен­но это­го, то есть не про­сто оче­ред­но­с­ти сме­ны ка­ких-то царств, но то­го, что все эти цар­ст­ва па­дут, ус­ту­пив ме­с­то от­кро­ве­нию Цар­ст­ва Не­бес­но­го.


Здесь есть не­ко­то­рая ис­то­ри­че­с­кая слож­ность. Де­ло в том, что кро­ме как из кни­ги про­ро­ка Да­ни­и­ла, мы ни­че­го не зна­ем о Да­рии Ми­дя­ни­не (Дан. 5:39). Пер­вый пред­ста­ви­тель Пер­сид­ской дер­жа­вы, с ко­то­рым мы встре­ча­ем­ся, – это Кир. Есть раз­ные объ­яс­не­ния это­му ме­с­ту, од­но из них на­и­бо­лее про­стое, что Да­рий есть иное имя са­мо­го Ки­ра, Да­рий – пер­сид­ское имя, оз­на­ча­ю­щее «об­ла­да­тель со­кро­ви­ща­ми, бо­гач». Эту точ­ку зре­ния под­тверж­да­ет то, что сам Кир был, по-ви­ди­мо­му, 62 лет, ког­да он за­хва­тил Ва­ви­лон (539 г. до Р. Х.). Но мо­жет быть, речь идет о не­ко­ем его пред­ше­ст­вен­ни­ке, хо­тя то, что го­во­рит­ся об ус­т­рой­ст­ве Да­ри­ем своей дер­жа­вы (он по­ста­вил 120 са­т­ра­пов и над ни­ми трех кня­зей (Дан. 6:1)), – совпадает с ме­ро­при­я­тиями, ко­то­рые бы­ли про­ве­де­ны Ки­ром.



32.6. Да­ни­ил во рву льви­ном

По­след­ний ис­то­ри­че­с­кий эпи­зод свя­зан уже с Пер­сид­ской дер­жа­вой и Да­ри­ем (Дан. 6 гл.). Да­ни­ил был по­став­лен од­ним из трех кня­зей, уп­рав­ля­ю­щих са­т­ра­па­ми, на мак­си­маль­но воз­мож­но вы­со­кой сту­пень­ке го­су­дар­ст­вен­ной ле­ст­ни­цы. Этим он вы­звал за­висть у сво­их кол­лег, но по­сколь­ку ни­ка­ко­го по­ро­ка и пре­гре­ше­ния, с точ­ки зре­ния за­ко­нов Пер­сид­ских, в нем най­ти бы­ло не­воз­мож­но, то они изо­б­ре­ли но­вый за­кон, ко­то­рый бы поз­во­лил, на­ко­нец, рас­пра­вить­ся с Да­ни­и­лом (Дан. 6:4–5). Они пред­ло­жи­ли ца­рю по­чув­ст­во­вать се­бя в ро­ли бо­же­ст­ва и за­пре­тить всем жи­те­лям дер­жа­вы в те­че­ние 30 дней об­ра­щать­ся с лю­бым про­ше­ни­ем, как к че­ло­ве­ку, так и к лю­бо­му бо­же­ст­ву, кро­ме как к са­мо­му ца­рю. Царь с удо­воль­ст­ви­ем со­гла­ша­ет­ся на та­кое по­ста­нов­ле­ние и че­рез не­ко­то­рое вре­мя ему ука­зы­ва­ют на Да­ни­и­ла, ко­то­рый не со­блю­да­ет это тре­бо­ва­ние и каж­дый день мо­лит­ся сво­е­му Бо­гу вме­с­то то­го, что­бы мо­лить­ся Да­рию. Сановники тща­тель­но сле­дят за тем, что­бы царь ис­пол­нил свой указ и Да­ни­ил был ввер­жен в ров ко львам.


Так и бы­ло со­вер­ше­но, при­чем, го­во­рит­ся о том, что царь весь­ма опе­ча­лил­ся и ночь про­вел без сна и с ут­ра по­бе­жал смо­т­реть на ос­тан­ки Да­ни­и­ла. Под­бе­жав к яме, он во­про­сил гром­ким го­ло­сом: «Да­ни­ил, раб Бо­га Жи­ва­го! Бог твой, Ко­то­ро­му ты не­из­мен­но слу­жишь, мог ли спа­с­ти те­бя от львов?
» (Дан. 6:20). И Да­ни­ил, ко­то­рый был жив и здо­ров, воз­ве­с­тил: «Бог мой по­слал Ан­ге­ла Сво­е­го и за­гра­дил пасть львам, и они не по­вре­ди­ли м­не, по­то­му что я ока­зал­ся пред Ним чист, да и пе­ред то­бою, царь, я не сде­лал пре­ступ­ле­ния
» (ст. 22). По­сле че­го Да­ни­и­ла из это­го рва поднимают, и ту­да бы­ли бро­ше­ны те, кто его к этой каз­ни при­го­во­рил. При­чем львы, су­дя по все­му, так про­го­ло­да­лись, что вра­ги Да­ни­и­ла не ус­пе­ли да­же до­ле­теть до дна ямы, как их уже рас­тер­за­ли и съе­ли.


По­сле это­го го­во­рит­ся, что Да­рий из­дал указ о том, что­бы во всех об­ла­с­тях по­чи­та­ли Бо­га Да­ни­и­ла (Дан. 6:26). Однако этот указ ни­как не от­вер­га­ет идо­ло­по­клон­ст­ва. Лег­кость, с ко­то­рой царь со­гла­сил­ся на то, что­бы ему воз­да­ва­ли бо­же­с­кие по­че­с­ти, по­ка­зы­ва­ет, что это по­чи­та­ние Бо­га Да­ни­и­ла бы­ло ни­чем не вы­ше, не креп­че, чем почитание дру­гих так на­зы­ва­е­мых бо­гов.


Ис­то­рия пре­бы­ва­ния Да­ни­и­ла во рву льви­ном по­вто­ря­ет­ся в кни­ге про­ро­ка Да­ни­и­ла еще раз в не­ка­но­ни­че­с­ком при­бав­ле­нии (Дан. 14:31–42).



32.7. Не­ка­но­ни­че­с­кие до­бав­ле­ния

В Синодальном переводе книги Даниила кроме добавления к 3-ей главе, где со­дер­жит­ся мо­лит­ва Аза­рии и песнь от­ро­ков в пе­щи ва­ви­лон­ской, есть еще две гла­вы, 13-я и 14-я, ко­то­рые так­же яв­ля­ют­ся не­ка­но­ни­че­с­ки­ми. В них со­дер­жат­ся три ис­то­рии, свя­зан­ных с име­нем про­ро­ка Да­ни­и­ла – о Су­сан­не (Дан. 13 гл.), о Ви­ле (Дан. 14:1–22) и о дра­ко­не (Дан. 14:23–42).


По­весть о Су­сан­не в гре­че­с­кой Биб­лии на­хо­дит­ся в са­мом на­ча­ле, то есть яв­ля­ет­ся пер­вой гла­вой кни­ги Даниила, по­сколь­ку она пред­став­ля­ет про­ро­ка сов­сем юным от­ро­ком. Сю­жет та­ков. Два стар­ца вос­пы­ла­ли не­чи­с­той стра­с­тью к не­кой жен­щи­не и, не по­лу­чив воз­мож­но­с­ти эту страсть удов­ле­тво­рить, оклеветали ее в пре­лю­бо­де­я­нии так, что все уже ре­ши­лись ее каз­нить, но в этот мо­мент Да­ни­ил всту­пил­ся за нее, ус­т­ро­ил раз­дель­ный до­прос обо­их стар­цев и ули­чил их во лжи. Вы­ска­зы­ва­лось пред­по­ло­же­ние, что имен­но эти стар­цы упо­ми­на­ют­ся у про­ро­ка Ие­ре­мии, ко­то­рый го­во­рит о не­ких ста­рей­ши­нах, ко­то­рые на­хо­дят­ся в Ва­ви­ло­не: «И при­ня­то бу­дет от них все­ми пе­ре­се­лен­ца­ми Иу­дей­ски­ми, ко­то­рые в Ва­ви­ло­не, про­кли­нать так: “да со­де­ла­ет те­бе Гос­подь то же, что Се­де­кии и Аха­ву”, ко­то­рых царь Ва­ви­лон­ский из­жа­рил на ог­не за то, что они де­ла­ли гнус­ное в Из­ра­и­ле: пре­лю­бо­дей­ст­во­ва­ли с же­на­ми ближ­них сво­их и име­нем Мо­им го­во­ри­ли ложь, че­го Я не по­ве­ле­вал им
» (Иер. 29:22–23) [см. 89, с. 130].


Вил – это имя бо­же­ст­ва, в честь ко­то­ро­го сам Да­ни­ил был на­зван в Ва­ви­ло­не Валтасаром (Дан. 4:5), но ко­то­ро­го он не по­чи­тал. Царь в ка­че­ст­ве до­ка­за­тель­ст­ва предъ­я­вил ему то, что каж­дый ве­чер жре­цы ос­тав­ля­ют это­му бо­гу при­но­ше­ния и каж­дое ут­ро они ис­че­за­ют. Од­на­ко Да­ни­ил по­сы­пал пол пеп­лом пе­ред тем, как храм был за­перт, а ут­ром предъ­я­вил сле­ды жре­цов и их жен, ко­то­рые по но­чам по­еда­ли все эти сне­ди, до­ка­зав тем са­мым, что идо­лы их не едят (Дан. 14:1–22).


По­след­няя ис­то­рия по­ве­ст­ву­ет о том, что произошло по­сле то­го, как Да­ни­ил по­гу­бил не­ко­е­го дра­ко­на, ко­то­ро­го по­чи­та­ли в Ва­ви­ло­не (Дан. 14:23–42). За это его по тре­бо­ва­нию тол­пы сбро­си­ли в ров ко львам, и Да­ни­ил про­вел там семь дней, не­тро­ну­тый льва­ми. Там так­же го­во­рит­ся, что про­рок Ав­ва­кум был пере­не­сен ту­да Ан­ге­лом и принес пи­щу Да­ни­и­лу. Не нуж­но пу­тать этот эпи­зод с по­хо­жим из 6-й гла­вы. Но кон­ча­ет­ся рассказ тем же са­мым: Да­ни­и­ла из­вле­ка­ют изо рва, а его вра­ги сбрасываются на растерзание зверям.



32.8. Ви­де­ние че­ты­рех зве­рей

Вторая часть кни­ги (с 7-й по 12-ю главы) со­дер­жит в се­бе про­ро­че­с­кие ви­де­ния.


Пер­вое – это ви­де­ние че­ты­рех зве­рей (Дан. 7 гл.), ко­то­рых Да­ни­ил ви­дит в ноч­ном ви­де­нии. Из мо­ря вы­хо­дят по оче­ре­ди че­ты­ре зве­ря, при­чем пер­вый, как лев с ор­ли­ны­ми кры­ль­я­ми; вто­рой, по­хо­жий на мед­ве­дя с тре­мя клы­ка­ми; тре­тий зверь, как барс, у ко­то­ро­го на спи­не че­ты­ре пти­чь­их кры­ла; и, на­ко­нец, вы­хо­дит «зверь чет­вер­тый, страш­ный и ужас­ный и весь­ма силь­ный; у не­го боль­шие же­лез­ные зу­бы; он по­жи­ра­ет и со­кру­ша­ет, ос­тат­ки же по­пи­ра­ет но­га­ми; он от­ли­чен был от всех преж­них зве­рей, и де­сять ро­гов бы­ло у не­го. Я смо­т­рел на эти ро­га, и вот, вы­шел меж­ду ни­ми еще не­боль­шой рог, и три из преж­них рогов с кор­нем ис­торг­ну­ты были перед ним, и вот, в этом ро­ге бы­ли гла­за, как гла­за че­ло­ве­че­с­кие, и ус­та, го­во­ря­щие вы­со­ко­мер­но»
(Дан. 7:7-8). Да­лее Да­ни­и­лу да­ет­ся объ­яс­не­ние, что эти че­ты­ре зве­ря – это че­ты­ре ца­ря, ко­то­рые вос­ста­нут от зем­ли (Дан. 7:17). Тра­ди­ци­он­ное тол­ко­ва­ние это­го видения та­кое же, как и че­ты­рех ча­с­тей ис­ту­ка­на: о цар­ст­ве ва­ви­лон­ском, пер­сид­ском, гре­че­с­ком и си­рий­ском или рим­ском. Ма­лый рог с оча­ми и ус­та­ми, го­во­ря­щи­ми вы­со­ко­мер­но, в ис­то­ри­че­с­ком пла­не изо­б­ра­жа­ет Ан­ти­оха Епи­фа­на, из­ве­ст­но­го нам по кни­гам Мак­ка­вей­ским (1 Мак. 1:10; 16:20), – че­ло­ве­ка, ко­то­рый пы­тал­ся ис­ко­ре­нить вет­хо­за­вет­ную ре­ли­гию.


Это ви­де­ние окан­чи­ва­ет­ся явлением веч­но­го Цар­ст­ва Сы­на (Дан. 7:14), где го­во­рит­ся: «Ви­дел я, на­ко­нец, что по­став­ле­ны бы­ли пре­сто­лы, и вос­сел Вет­хий дня­ми; оде­я­ние на Нем бы­ло бе­ло, как снег, и во­ло­сы гла­вы Его – как чи­с­тая вол­на; пре­стол Его – как пла­мя ог­ня, ко­ле­са Его – пы­ла­ю­щий огонь. Ог­нен­ная ре­ка вы­хо­ди­ла и про­хо­ди­ла пред Ним; ты­ся­чи ты­сяч слу­жи­ли Ему, и тьмы тем пред­сто­я­ли пред Ним; су­дьи се­ли, и рас­кры­лись кни­ги. Ви­дел я тог­да, что за из­ре­че­ние вы­со­ко­мер­ных слов, ка­кие го­во­рил рог, зверь был убит в гла­зах мо­их, и те­ло его со­кру­ше­но и пре­да­но на со­жже­ние ог­ню. И у про­чих зве­рей от­ня­та власть их, и про­дол­же­ние жиз­ни да­но им толь­ко на вре­мя и на срок. Ви­дел я в ноч­ных ви­де­ни­ях, вот, с об­ла­ка­ми не­бес­ны­ми шел как бы Сын че­ло­ве­че­с­кий, до­шел до Вет­хо­го дня­ми и под­ве­ден был к Не­му. И Ему да­на власть, сла­ва и цар­ст­во, что­бы все на­ро­ды, пле­ме­на и язы­ки слу­жи­ли Ему; вла­ды­че­ст­во Его – вла­ды­че­ст­во веч­ное, ко­то­рое не прей­дет, и цар­ст­во Его не раз­ру­шит­ся
» (Дан. 7:9–14).


«Ви­дел он От­ца, –
пи­шет свя­ти­тель Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский, –
явив­ше­го­ся как бы в стар­че­с­ком воз­ра­с­те, по­кры­то­го се­ды­ми во­ло­са­ми и бли­с­та­ю­ще­го одеж­да­ми, по­доб­ны­ми сне­гу: и кни­ги
, –
ска­за­но, –
от­вер­зо­ша­ся, и су­ди­ще се­де, и ви­дех, и се на об­ла­цех не­бес­ных, яко Сын че­ло­веч идый бя­ше и да­же до Вет­ха­го день­ми дой­де и пред не­го при­ве­де­ся: и то­му да­де­ся власть и честь и цар­ст­во
(Дан. 7:10, 13–14). Итак, ког­да Еди­но­род­ный явил­ся в по­доб­ном нам об­ра­зе, тог­да и Отец рас­крыл кни­ги, пе­ре­стал су­дить по­вин­ных гре­ху и пре­до­ста­вил, на­ко­нец, лю­дям му­же­ст­вен­ным быть вне­сен­ны­ми в пе­ре­пись, за­чис­лять­ся в не­бес­ные ли­ки и со­дер­жать­ся в па­мя­ти Бо­жи­ей» [38, кн. 1, с. 236].


Дает ли это видение основание для изображения Бога Отца в виде старца, как это сделано в иконографии «Новозаветной Троицы»? По-видимому, не дает. Ведь про­рок не го­во­рит, что ви­дел ста­ро­го че­ло­ве­ка и не разъ­яс­ня­ет то­го, как имен­но Он вы­гля­дел, кро­ме одеж­ды и во­лос. Это ви­де­ние символически по­ка­зы­ва­ет Его веч­ность и святость.


Кроме того не нужно забывать, что «Бо­га не ви­дел ни­кто ни­ког­да; Еди­но­род­ный Сын, су­щий в не­дре От­чем, Он явил
» (Ин. 1:18). Ви­де­ние Бо­га в че­ло­ве­че­с­ком об­ли­ке все­гда нас от­сы­ла­ет к Сы­ну Бо­жию во­пло­тив­ше­му­ся. Все вет­хо­за­вет­ные те­о­фа­нии бы­ли яв­ле­ни­я­ми Сы­на, по­это­му и здесь мы мо­жем ра­зу­меть это ви­де­ние как ука­за­ние на Сы­на Бо­жия в Его уни­чи­же­нии по во­пло­ще­нии и Его пред­веч­ной сла­ве как Бо­га. «Видевший Меня, видел Отца
» (Ин. 14:9).


И вот Да­ни­ил под­хо­дит к од­но­му из пред­сто­я­щих и во­про­ша­ет его (Дан. 7:16), и тот го­во­рит, что эти боль­шие зве­ри, ко­то­рых че­ты­ре, оз­на­ча­ют, что че­ты­ре ца­ря вос­ста­нут от зем­ли, по­том при­мут цар­ст­во свя­тые Все­выш­не­го и бу­дут вла­деть цар­ст­вом во век и во ве­ки ве­ков (Дан. 7:17–18). Как уже говорилось, ис­то­ри­че­с­кое объ­яс­не­ние та­ково, что под свя­ты­ми, ко­то­рые бу­дут вла­деть цар­ст­вом, по­ни­ма­ют­ся Мак­ка­веи и их по­том­ки, но по­нят­но, что это ви­де­ние но­сит од­но­вре­мен­но ха­рак­тер апо­ка­лип­ти­че­с­кий. Ког­да мы го­во­ри­ли о Мак­ка­вей­ских кни­гах, то отмечали, что Ан­ти­ох есть про­об­раз Ан­ти­хри­с­та, по­сколь­ку го­не­ние, ко­то­рое воз­двиг Ан­ти­ох, были образцом для всех по­сле­ду­ю­щих го­не­ний, что все го­не­ния на цер­ковь от пер­вых и до по­след­них бы­ли по­ст­ро­е­ны по од­но­му и то­му же плану. Однако по­сколь­ку кни­ги Мак­кавей­ские – не­ка­но­ни­че­с­кие, го­во­рить о про­об­ра­зах там не­кор­рект­но. Про­об­ра­зо­ва­тель­ная связь Ан­ти­оха и ан­ти­хри­с­та ус­та­нав­ли­ва­ет­ся на ос­но­ва­нии бо­го­дух­но­вен­ной кни­ги про­ро­ка Да­ни­и­ла. Кар­ти­на веч­но­го вла­ды­че­ст­ва и не­раз­ру­ши­мо­го цар­ст­ва ни­как не мо­жет быть при­ло­же­на ни к Иу­де Мак­ка­вею, ни к его по­том­кам, которых святыми Всевышнего не называли, а конец их власти был положен Иродом [74, т. 29, ст. 130].


Вот что го­во­рит­ся о ма­лом ро­ге: «зверь чет­вер­тый – чет­вер­тое цар­ст­во бу­дет на зем­ле, от­лич­ное от всех царств, ко­то­рое бу­дет по­жи­рать всю зем­лю, по­пи­рать и со­кру­шать ее. А де­сять ро­гов зна­чат, что из это­го цар­ст­ва вос­ста­нут де­сять ца­рей, и по­сле них вос­ста­нет иной, от­лич­ный от преж­них, и уни­чи­жит трех ца­рей, и про­тив Все­выш­не­го бу­дет про­из­но­сить сло­ва и уг­не­тать свя­тых Все­выш­не­го; да­же воз­меч­та­ет от­ме­нить у них [пра­зд­нич­ные] вре­ме­на и за­кон, и они пре­да­ны бу­дут в ру­ку его до вре­ме­ни и вре­мен и по­лу­вре­ме­ни. За­тем вос­ся­дут су­дьи и от­ни­мут у не­го власть гу­бить и ис­треб­лять до кон­ца. Цар­ст­во же и власть и ве­ли­чие цар­ст­вен­ное во всей под­не­бес­ной да­но бу­дет на­ро­ду свя­тых Все­выш­не­го, Ко­то­ро­го цар­ст­во – цар­ст­во веч­ное, и все вла­с­ти­те­ли бу­дут слу­жить и по­ви­но­вать­ся Ему
» (Дан. 7:23–27).


Желание от­ме­нить пра­зд­нич­ные вре­ме­на и за­кон, ко­неч­но, было присуще и Ан­ти­оху Епи­фа­ну. Но поскольку этот текст относится, главным образом, к Антихристу, тут мы узнаем о продолжительности его власти. Ес­ли под вре­ме­нем по­ни­мать год, под вре­ме­на­ми два и по­лу­вре­ме­нем по­ло­ви­ну, то по­лу­ча­ет­ся три с по­ло­ви­ной го­да. Так это тол­ку­ют свя­той Ип­по­лит Рим­ский [33, c. 124] и бла­жен­ный Фе­о­до­рит Кир­ский [74, т. 29, c. 204]. О том, что ан­ти­христ бу­дет иметь ус­та хуль­ные и бу­дет ве­с­ти вой­ну со свя­ты­ми (Дан. 7:8, 20, 21), го­во­рит­ся и в Апо­ка­лип­си­се (Откр. 13:5–7), как и о том, что он бу­дет бро­шен в огонь (Откр. 20:10).



32.9. Ви­де­ние ов­на и коз­ла

Сле­ду­ю­щее ви­де­ние – это ви­де­ние двух жи­вот­ных: ов­на и коз­ла. Сна­ча­ла пророк видит овна, у ко­то­ро­го два ро­га, но один поз­же по­яв­ля­ет­ся и вы­ра­с­та­ет вы­ше дру­го­го; ко­то­рый сто­ит и ни­кто не мо­жет ус­то­ять про­тив не­го. За­тем яв­ля­ет­ся ко­зел, ко­то­рый бро­са­ет­ся на ов­на и по­ра­жа­ет его. Ко­зел воз­ве­ли­чил­ся, но ког­да он уси­лил­ся, то сло­мил­ся боль­шой рог, и на его ме­с­те вы­шло че­ты­ре, об­ра­щен­ные на че­ты­ре сто­ро­ны све­та. По­ни­ма­ет­ся это обыч­но как про­ро­че­ст­во о цар­ст­ве ва­ви­лон­ском и пер­сид­ском (рога овна), сме­нив­ших друг дру­га на од­ном ме­с­те, и Алек­сан­д­ре Ма­ке­дон­ском (ко­зел), по­сле смер­ти ко­то­ро­го со­кру­шил­ся один боль­шой рог и воз­двиг­лись че­ты­ре (имен­но на та­кое ко­ли­че­ст­во ча­с­тей рас­па­лась по­том его дер­жа­ва). И да­лее го­во­рит­ся: «От
од­но­го из них вы­шел не­боль­шой рог, ко­то­рый чрез­вы­чай­но раз­рос­ся к югу и к вос­то­ку и к пре­крас­ной стра­не, и воз­нес­ся до во­ин­ст­ва не­бес­но­го, и низ­ри­нул на зем­лю часть се­го во­ин­ст­ва и звезд, и по­прал их, и да­же воз­нес­ся на Вож­дя во­ин­ст­ва се­го, и от­ня­та бы­ла у Не­го еже­днев­ная жерт­ва, и по­ру­га­но бы­ло ме­с­то свя­ты­ни Его. И во­ин­ст­во пре­да­но вме­с­те с еже­днев­ною жерт­вою за не­че­с­тие, и он, по­вер­гая ис­ти­ну на зем­лю, дей­ст­во­вал и ус­пе­вал. И ус­лы­шал я од­но­го свя­то­го го­во­ря­ще­го, и ска­зал этот свя­той ко­му-то, во­про­шав­ше­му: “на сколь­ко вре­ме­ни про­сти­ра­ет­ся это ви­де­ние о еже­днев­ной жерт­ве и об опу­с­то­ши­тель­ном не­че­с­тии, ког­да свя­ты­ня и во­ин­ст­во бу­дут по­пи­ра­е­мы?” И ска­зал мне: “на две ты­ся­чи три­с­та ве­че­ров и утр; и тог­да свя­ти­ли­ще очи­с­тит­ся
» (Дан. 8:9–14).


Поскольку бедствие при антихристе будет продолжаться 3,5 го­да, зна­чит здесь, су­дя по сро­ку, речь идет об Ан­ти­охе [74, т. 29, с. 203].


«Под ко­нец же цар­ст­ва их, ког­да от­ступ­ни­ки ис­пол­нят ме­ру без­за­ко­ний сво­их, вос­ста­нет царь на­глый и ис­кус­ный в ко­вар­ст­ве; и ук­ре­пит­ся си­ла его, хо­тя и не его си­лою, и он бу­дет про­из­во­дить уди­ви­тель­ные опу­с­то­ше­ния и ус­пе­вать и дей­ст­во­вать и гу­бить силь­ных и на­род свя­тых, и при уме его и ко­вар­ст­во бу­дет иметь ус­пех в ру­ке его, и серд­цем сво­им он пре­воз­не­сет­ся, и сре­ди ми­ра по­гу­бит мно­гих, и про­тив Вла­ды­ки вла­дык вос­ста­нет, но бу­дет со­кру­шен
– не ру­кою. Ви­де­ние же о ве­че­ре и ут­ре, о ко­то­ром ска­за­но, ис­тин­но; но ты со­крой это ви­де­ние, ибо оно от­но­сит­ся к от­да­лен­ным вре­ме­нам
» (Дан. 8:23–26).


И даль­ше: «И я, Да­ни­ил, из­не­мог и бо­лел не­сколь­ко дней; по­том встал и на­чал за­ни­мать­ся цар­ски­ми де­ла­ми; я изум­лен был ви­де­ни­ем сим и не по­ни­мал его
» (Дан. 8:27). Для не­го слу­же­ние про­ро­че­с­кое бы­ло на грани физических сил. В начале этого видения он пал на землю от ужаса и лежал без чувств (Дан. 8:17–18, ср. 10:9). После получения откровения он «изнемог, и болел несколько дней
» (Дан. 8:27) от потрясения, которое пережил от увиденного им.



32.10. Про­ро­че­ст­во о сед­ми­нах

Изложение пророчества о се­ми­де­ся­ти сед­ми­нах на­чи­на­ет­ся с то­го, что в пер­вый год Да­рия Ми­дя­ни­на, ес­ли под Да­ри­ем по­ни­мать Ки­ра, то в тот год, ког­да ис­пол­ня­лось уже 70 лет ва­ви­лон­ско­го пле­на, Да­ни­ил мо­лил­ся Бо­гу о на­ро­де из­ра­иль­ском и о том, что­бы за гре­хи на­ро­да Гос­подь не про­длил это­го ис­пы­та­ния, что­бы Он ис­пол­нил обе­щан­ное и в этот 70-й год вы­вел на­род из пле­на и да­ро­вал ему про­ще­ние. Ког­да он мо­лил­ся, ему явил­ся ар­хан­гел Га­в­ри­ил и ска­зал: «Да­ни­ил! те­перь я ис­шел, что­бы на­учить те­бя ра­зу­ме­нию. В на­ча­ле мо­ле­ния тво­е­го вы­шло сло­во, и я при­шел воз­ве­с­тить [его] [те­бе], ибо ты муж же­ла­ний; итак вник­ни в сло­во и ура­зу­мей ви­де­ние. Семь­де­сят сед­мин оп­ре­де­ле­ны для на­ро­да тво­е­го и свя­та­го го­ро­да тво­е­го, что­бы по­кры­то бы­ло пре­ступ­ле­ние, за­пе­ча­та­ны бы­ли гре­хи и за­гла­же­ны без­за­ко­ния, и что­бы при­ве­де­на бы­ла прав­да веч­ная, и за­пе­ча­та­ны бы­ли ви­де­ние и про­рок, и по­ма­зан был Свя­тый свя­тых. Итак, знай и ра­зу­мей: с то­го вре­ме­ни, как вый­дет по­ве­ле­ние о вос­ста­нов­ле­нии Ие­ру­са­ли­ма, до Хри­с­та Вла­ды­ки семь сед­мин и шесть­де­сят две сед­ми­ны; и воз­вра­тит­ся [на­род] и об­ст­ро­ят­ся ули­цы и сте­ны, но в труд­ные вре­ме­на. И по ис­те­че­нии ше­с­ти­де­ся­ти двух сед­мин пре­дан бу­дет смер­ти Хри­с­тос, и не бу­дет; а го­род и свя­ти­ли­ще раз­ру­ше­ны бу­дут на­ро­дом вож­дя, ко­то­рый при­дет, и ко­нец его бу­дет как от на­вод­не­ния, и до кон­ца вой­ны бу­дут опу­с­то­ше­ния. И ут­вер­дит за­вет для мно­гих од­на сед­ми­на, а в по­ло­ви­не сед­ми­ны пре­кра­тит­ся жерт­ва и при­но­ше­ние, и на кры­ле [свя­ти­ли­ща] бу­дет мер­зость за­пу­с­те­ния, и окон­ча­тель­ная пре­до­пре­де­лен­ная ги­бель по­стиг­нет опу­с­то­ши­те­ля
» (Дан. 9:22–27).


Это про­ро­че­ст­во о вре­ме­ни при­ше­ст­вия Хри­с­то­ва. Под сед­ми­на­ми тра­ди­ци­он­но все­гда по­ни­ма­лось се­ми­ле­тие, по­сколь­ку на се­ми­лет­них цик­лах бы­л ос­но­ва­н круг пра­зд­нич­ных лет. В тех же слу­ча­ях, ког­да Да­ни­ил го­во­рит о днях, он это ука­зы­ва­ет. Та­ким об­ра­зом, семь­де­сят сед­мин – это 490 лет.


С ка­ко­го мо­мен­та сле­ду­ет ве­с­ти от­счет? С то­го вре­ме­ни, как вый­дет по­ве­ле­ние о вос­ста­нов­ле­нии Ие­ру­са­ли­ма. Та­кой указ дан был Не­емии Ар­так­серк­сом в седь­мой год прав­ле­ния по­след­не­го. По раз­ным оцен­кам это или 458–457 го­ды до Р. Х., или 453 в за­ви­си­мо­с­ти от хро­но­ло­гии, ко­то­рую мы при­мем.


Семь сед­мин да­ны на воз­рож­де­ние и вос­ста­нов­ле­ние Ие­ру­са­ли­ма, эта ци­ф­ра не про­ве­ря­ет­ся, мы пло­хо зна­ем, что про­ис­хо­ди­ло во вре­ме­на по­сле Не­емии, и шесть­де­сят две седмины до то­го, как по­ма­зан бу­дет Свя­той свя­тых. Все­го исполнилось 69 сед­мин, то есть 483 го­да до то­го вре­ме­ни, как явил­ся Хри­с­тос. Как мы по­мним из Еван­ге­лия, Хри­с­тос кре­с­тил­ся при­мер­но в 15 год Ти­бе­рия Ке­са­ря. Это, ес­ли счи­тать с на­ча­ла его са­мо­сто­я­тель­но­го прав­ле­ния, 29 год по Р.Х., а ес­ли счи­тать с то­го вре­ме­ни, как он был со­пра­ви­те­лем Ав­гу­с­та, то 27 год по Р.Х. По­счи­тав, мы уви­дим, что про­ро­че­ст­во до­ста­точ­но точ­но сбы­лось.


По­ло­ви­на сед­ми­ны, в те­че­нии ко­то­рой ут­вер­дит­ся За­вет, это 3,5 го­да – вре­мя слу­же­ния Спа­си­те­ля. А за­тем го­во­рит­ся о на­ро­де, ко­то­рый при­дет и раз­ру­шит Ие­ру­са­лим и храм, что ис­пол­ни­лось че­рез 35 лет по­сле рас­пя­тия Хри­с­то­ва, ког­да Тит при­шел и раз­ру­шил Ие­ру­са­лим. При­чем жерт­ва, о которой идет речь в пророчестве, в Ие­ру­са­лим­ском хра­ме пре­кра­ти­лась не в мо­мент раз­ру­ше­ния, а еще во вре­ме­на оса­ды, по­то­му что зи­ло­ты бы­ли слиш­ком ув­ле­че­ны во­про­са­ми по­ли­ти­че­с­ки­ми и им бы­ло уже не до бо­го­слу­же­ния.



32.11. Ви­де­ние ве­ли­кой бра­ни

И на­ко­нец, по­след­нее, чет­вер­тое ви­де­ние – ви­де­ние по­след­них вре­мен или ве­ли­кой бра­ни за­ни­ма­ет по­след­ние три гла­вы. Да­ни­ил по­стит­ся в те­че­нии трех не­дель и на­ко­нец ему яв­ля­ет­ся Муж, ко­то­рый со­об­ща­ет не­ко­то­рое от­кро­ве­ние. Ес­ли в пер­вом ви­де­нии ему явил­ся ан­гел, то те­перь, по мне­нию св. Ип­по­ли­та Рим­ско­го, «он ви­дит Са­мо­го Гос­по­да, впро­чем еще не как со­вер­шен­но­го че­ло­ве­ка, а толь­ко яв­ля­ю­ще­го­ся в об­ра­зе че­ло­ве­ка» [33, c. 148].


В на­ча­ле опи­сы­ва­ют­ся бу­ду­щие вой­ны и по­бе­да Алек­сан­д­ра Ма­ке­дон­ско­го над пер­сид­ски­ми вой­ска­ми: «Три ца­ря вос­ста­нут в Пер­сии; по­том чет­вер­тый пре­взой­дет всех ве­ли­ким бо­гат­ст­вом, и ког­да уси­лит­ся бо­гат­ст­вом сво­им, то под­ни­мет всех про­тив цар­ст­ва Гре­че­с­ко­го
» (Дан. 11:2). По-ви­ди­мо­му, речь идет о Ксерк­се, ко­то­рый дей­ст­ви­тель­но был чет­вер­тым и при нем на­ча­лись греко-пер­сид­ские вой­ны, и что ре­зуль­та­том это­го бу­дет при­ход и по­бе­да гре­ков, что и про­изо­ш­ло при Да­рии III. За­тем опи­сы­ва­ют­ся вой­ны меж­ду ла­ги­да­ми и се­лев­ки­да­ми. Здесь, дей­ст­ви­тель­но, мно­гие де­та­ли этих войн до­ста­точ­но точ­но пред­ска­за­ны. И сно­ва го­во­рит­ся о ви­де­нии ма­ло­го ро­га, но­во­го ца­ря, под ко­то­рым мы уже не­од­но­крат­но ви­де­ли и Ан­ти­оха Епи­фа­на, и ан­ти­хри­с­та: «И вос­ста­нет на ме­с­то его пре­зрен­ный, и не воз­да­дут ему цар­ских по­че­с­тей, но он при­дет без шу­ма и ле­с­тью ов­ла­де­ет цар­ст­вом. И все­по­топ­ля­ю­щие пол­чи­ща бу­дут по­топ­ле­ны и со­кру­ше­ны им, да­же и сам вождь за­ве­та. Ибо по­сле то­го, как он всту­пит в со­юз с ним, он бу­дет дей­ст­во­вать об­ма­ном, и взой­дет, и одер­жит верх с ма­лым на­ро­дом
» (Дан. 11:21–23). Это про­ро­че­ст­ва о гря­ду­щих ис­то­ри­че­с­ких со­бы­ти­ях. В ча­ст­но­с­ти, здесь го­во­рит­ся: «В на­зна­чен­ное вре­мя опять пой­дет он на юг; но по­след­ний [по­ход] не та­кой бу­дет, как преж­ний, ибо в од­но вре­мя с ним при­дут ко­раб­ли Кит­тим­ские; и он упа­дет ду­хом, и воз­вра­тит­ся, и оз­ло­бит­ся на свя­тый за­вет, и ис­пол­нит свое на­ме­ре­ние, и опять вой­дет в со­гла­ше­ние с от­ступ­ни­ка­ми от свя­та­го за­ве­та. И по­став­ле­на бу­дет им часть вой­ска, ко­то­рая оск­вер­нит свя­ти­ли­ще мо­гу­ще­ст­ва, и пре­кра­тит еже­днев­ную жерт­ву, и по­ста­вит мер­зость за­пу­с­те­ния
» (Дан. 11:29-31). Дей­ст­ви­тель­но, из­ве­ст­но, что ког­да Ан­ти­ох пред­при­нял по­ход в Еги­пет, ту­да же при­был рим­ский флот. Ан­ти­оху бы­ло ука­за­но, что ему не сле­до­ва­ло бы на­па­дать на со­юз­ни­ков Ри­ма, так что ему при­шлось от­ту­да ухо­дить. Свою до­са­ду он по­том вы­ме­с­тил на дру­гих об­ла­с­тях, в частности, на Иудеи.


По­сле это­го воз­ве­ща­ет­ся но­вая тай­на гря­ду­ще­го без­за­ко­ния. От Ан­ти­оха про­ро­че­ст­во вос­хо­дит к ан­ти­хри­с­ту.


«И бу­дет по­сту­пать царь тот по сво­е­му про­из­во­лу, и воз­не­сет­ся и воз­ве­ли­чит­ся вы­ше вся­ко­го бо­же­ст­ва, и о Бо­ге бо­гов ста­нет го­во­рить хуль­ное и бу­дет иметь ус­пех, до­ко­ле не со­вер­шит­ся гнев: ибо что пре­до­пре­де­ле­но, то ис­пол­нит­ся. И о бо­гах от­цов сво­их он не по­мыс­лит, и ни же­ла­ния жен, ни да­же бо­же­ст­ва ни­ка­ко­го не ува­жит; ибо воз­ве­ли­чит се­бя вы­ше всех
» (Дан. 11:36–37). По­след­ние де­та­ли к Ан­ти­оху не­при­ло­жи­мы, по­сколь­ку бо­гов он усерд­но по­чи­тал.


И даль­ше го­во­рит­ся: «И вос­ста­нет в то вре­мя Ми­ха­ил, князь ве­ли­кий, сто­я­щий за сы­нов на­ро­да тво­е­го; и на­сту­пит вре­мя тяж­кое, ка­ко­го не бы­ва­ло с тех пор, как су­ще­ст­ву­ют лю­ди, до се­го вре­ме­ни; но спа­сут­ся в это вре­мя из на­ро­да тво­е­го все, ко­то­рые най­де­ны бу­дут за­пи­сан­ны­ми в кни­ге. И мно­гие из спя­щих в пра­хе зем­ли про­бу­дят­ся, од­ни для жиз­ни веч­ной, дру­гие на веч­ное по­ру­га­ние и по­срам­ле­ние. И ра­зум­ные бу­дут си­ять, как све­ти­ла на твер­ди, и об­ра­тив­шие мно­гих к прав­де – как звез­ды, во­ве­ки, на­всег­да
» (Дан. 12:1–3).


Здесь мы ви­дим мно­гое из то­го, что в Но­вом За­ве­те от­но­сит­ся к по­след­ним вре­ме­нам. Сам Хри­с­тос ци­ти­ру­ет про­ро­ка Да­ни­и­ла и го­во­рит: «Ког­да уви­ди­те мер­зость за­пу­с­те­ния, ре­чен­ную через пророка Да­ни­и­ла, сто­я­щую на святом месте, … тогда на­хо­дя­щи­е­ся в Иу­дее да бе­гут в го­ры
» (Мф. 24:15-16). И за­тем го­во­рит о том, что бу­дет скорбь та­кая, ко­то­рой не бы­ло до то­го вре­ме­ни и не бу­дет (Дан. 12:1).


Пророк получает от Бога повеление: «Сокрой слова сии, и запечатай книгу сию до последнего времени; многие прочитают ее, и умножится ведение
» (Дан. 12:4). Бла­жен­ный Фе­о­до­рит так объясняет это повеление. «По­ло­жи, го­во­рит, на кни­ге пе­ча­ти не­яс­но­с­ти и сде­лай ее не для всех яв­ст­вен­ной, “дон­де­же ум­но­жит­ся ве­де­ние
”, и, по про­ро­че­ст­ву, “на­пол­нит­ся вся зем­ля ве­де­ни­ем Гос­по­да, аки во­да по­кры­ва­ет мо­ре
” (Ис. 11:9). Бла­го­дать Бо­жия Ду­ха, по при­ше­ст­вии Спа­си­те­ля, сняв пе­ча­ти сии, и не­яс­ное со­де­ла­ла для ве­ру­ю­щих яс­ным» [74, т. 29, c. 203 – 204].


«И слышал я, как муж в льняной одежде, находившийся над водами реки, подняв правую и левую руку к небу, клялся Живущим вовеки, что к концу времени и времен и полувремени, и по совершенном низложении силы народа святого, все это совершится. Я слы­шал это, но не по­нял, и по­то­му ска­зал: “гос­по­дин мой! что же по­сле это­го бу­дет?” И от­ве­чал он: “иди, Да­ни­ил; ибо со­кры­ты и за­пе­ча­та­ны сло­ва сии до по­след­не­го вре­ме­ни. Мно­гие очи­с­тят­ся, убе­лят­ся и пе­ре­плав­ле­ны бу­дут [в ис­ку­ше­нии]; не­че­с­ти­вые же бу­дут по­сту­пать не­че­с­ти­во, и не ура­зу­ме­ет се­го ни­кто из не­че­с­ти­вых, а му­д­рые ура­зу­ме­ют. Со вре­ме­ни пре­кра­ще­ния еже­днев­ной жерт­вы и по­став­ле­ния мер­зо­с­ти за­пу­с­те­ния прой­дет ты­ся­ча две­с­ти де­вя­но­с­то дней. Бла­жен, кто ожи­да­ет и до­стиг­нет ты­ся­чи трех­сот трид­ца­ти пя­ти дней. А ты иди к тво­е­му кон­цу и упо­ко­ишь­ся, и вос­ста­нешь для по­лу­че­ния тво­е­го жре­бия в кон­це дней
» (Дан. 12:7–13)[53]
.



Гла­ва 33. Кни­ги про­ро­ков Аг­гея, За­ха­рии и Ма­ла­хии

По­след­ние три про­ро­че­с­кие кни­ги – про­ро­ков Аг­гея, За­ха­рии и Ма­ла­хии от­но­сят­ся уже ко вре­ме­ни по­сле воз­вра­ще­ния из пле­на. В пер­вой кни­ге Ез­д­ры го­во­рит­ся о том, что «про­рок Аг­гей и про­рок За­ха­рия, сын Ад­ды, го­во­ри­ли Иу­де­ям, ко­то­рые в Иу­дее и Ие­ру­са­ли­ме, про­ро­че­с­кие ре­чи во имя Бо­га Из­ра­и­ле­ва
» (1 Езд. 5:1), по­буж­дая на­род к то­му, что­бы за­вер­шить по­ст­рой­ку хра­ма.



33.1. Кни­га про­ро­ка Аг­гея

О са­мом про­ро­ке Аг­гее ни­ка­ких све­де­ний в его кни­ге не со­дер­жит­ся. Пре­да­ние до­но­сит до нас, что он ро­дил­ся в Ва­ви­ло­не, во вре­ме­на ва­ви­лон­ско­го пле­на, еще юно­шей при­шел в Иу­дею вме­с­те с пе­ре­се­лен­ца­ми Зо­ро­ва­ве­лем и Ии­су­сом, или да­же преж­де то­го, и встре­тил их уже в Иу­дее. Свя­тые Епи­фа­ний Кипрский и До­ро­фей Тир­ский го­во­рят о том, что по­сле сво­ей кон­чи­ны он был по­гре­бен там, где по­гре­ба­ли свя­щен­ни­ков, то есть мож­но пред­по­ло­жить, что сам он от­но­сил­ся к свя­щен­ни­че­с­ко­му ро­ду [89, с. 196].


Как известно из книги Ездры, ког­да по эдик­ту Ки­ра иу­деи вер­ну­лись в 538 – 537 го­ду об­рат­но в Па­ле­с­ти­ну, они воз­двиг­ли жерт­вен­ник на преж­нем ме­с­те и ста­ли вос­ста­нав­ли­вать храм. В вос­ста­нов­ле­нии хра­ма по­же­ла­ли при­нять уча­с­тие их но­вые со­се­ди, по­сколь­ку и они по­чи­та­ли Бо­га иу­де­ев. Но иу­деи им от­ка­за­ли, и тог­да по­сле ря­да ин­триг ца­рю по­сла­ли до­нос о том, что вос­ста­нав­ли­ва­ет­ся мя­теж­ный го­род (1 Езд. 4:11–12). Вос­ста­нов­ле­ние хра­ма бы­ло пре­рва­но до вре­ме­ни ца­ря Да­рия, ко­то­рый сно­ва под­твер­дил эдикт Ки­ра, и сно­ва бы­ло во­зоб­нов­ле­но это стро­и­тель­ст­во.


Однако по кни­ге про­ро­ка Аг­гея мож­но за­клю­чить, что за­держ­ка в стро­и­тель­ст­ве бы­ла свя­за­на не толь­ко с внеш­ним про­ти­во­дей­ст­ви­ем, но и с духовным со­сто­я­ни­ем са­мих иу­де­ев. Де­ло в том, что стра­на, в ко­то­рую они вер­ну­лись, бы­ла ра­зо­ре­на, Ие­ру­са­лим пре­бы­вал в раз­ва­ли­нах, и по­это­му же­ла­ние са­мим как-то обу­с­т­ро­ить­ся бы­ло впол­не объ­яс­ни­мо. И вот как раз в этой свя­зи и об­ра­ща­ет свое сло­во к вер­нув­шим­ся иу­де­ям про­рок Аг­гей.


В его кни­ге со­дер­жит­ся 4 про­ро­че­с­кие ре­чи, каж­дая из ко­то­рых точ­но да­ти­ро­ва­на вплоть до дня. Все они от­но­сят­ся к 520 го­ду до Р. Х., ко вто­ро­му го­ду цар­ст­во­ва­ния Да­рия, и ук­ла­ды­ва­ют­ся в по­ло­ви­ну го­да с 7-го ме­ся­ца по 9-й ме­сяц (то есть примерно с августа по декабрь).


В пер­вой сво­ей ре­чи (Аг.1:2–11) пророк го­во­рит, что не­ус­пех в мир­ских де­лах, это не при­чи­на для то­го, чтобы мед­лить с по­ст­ро­е­ни­ем хра­ма, но на­обо­рот – пря­мое след­ст­вие это­го за­мед­ле­ния. От­сут­ст­вие долж­но­го бла­го­че­с­тия и бо­го­по­чи­та­ния, ко­то­рое бы вы­ра­жа­лось в стро­и­тель­ст­ве хра­ма, как раз и ве­дет к то­му, что го­лод, не­уда­чи во вся­ких на­чи­на­ни­ях пре­сле­ду­ют иудеев по­сто­ян­но: «Так ска­зал Гос­подь Са­ва­оф: на­род сей го­во­рит: “не при­шло еще вре­мя, не вре­мя стро­ить дом Гос­по­день”. <…> а вам са­мим вре­мя жить в до­мах ва­ших ук­ра­шен­ных, тог­да как дом сей в за­пу­с­те­нии?
» (Агг. 1: 2, 4). Гос­подь го­во­рит: «а вам са­мим вре­мя жить в до­мах ва­ших ук­ра­шен­ных, в то вре­мя, как дом сей в за­пу­с­те­нии?
» Ло­ги­ка иудеев не­вер­на: «вы се­е­те мно­го, а со­би­ра­е­те ма­ло; еди­те, но не в сы­тость; пье­те, но не на­пи­ва­е­тесь; оде­ва­е­тесь, а не со­гре­ва­е­тесь; за­ра­ба­ты­ва­ю­щий пла­ту за­ра­ба­ты­ва­ет для ды­ря­во­го ко­шель­ка
» (Агг. 1:6). Они долж­ны стро­ить храм, и тог­да Гос­подь по­ш­лет на них бла­го­сло­ве­ние.


Эти сло­ва, воз­мож­но, по­слу­жи­ли од­ним из по­буж­де­ний к то­му, что­бы во­зоб­но­вить стро­и­тель­ст­во. Однако сре­ди иу­де­ев бы­ли и те, кто пе­ре­жил плен и по­мнил еще ста­рый храм, воз­двиг­ну­тый не­ког­да Со­ло­мо­ном. Воз­мож­но, они го­во­ри­ли, что нет смыс­ла на­чи­нать сей­час стро­ить храм, ког­да все рав­но нет воз­мож­но­с­ти от­ст­ро­ить его та­ким, ка­ким он был в преж­ние вре­ме­на, по­сколь­ку средств та­ких нет и не пред­ви­дит­ся. А бу­дет ли Бо­гу угод­на их скром­ная по­ст­рой­ка?


В от­вет про­рок Аг­гей го­во­рит, что стро­и­тель­ст­во име­ет весь­ма боль­шое зна­че­ние: «Не бой­тесь! ибо так го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф: еще раз, и это бу­дет ско­ро, Я по­тря­су не­бо и зем­лю, мо­ре и су­шу, и по­тря­су все на­ро­ды, и при­дет Же­ла­е­мый все­ми на­ро­да­ми, и на­пол­ню дом сей сла­вою, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф. Мое се­ре­б­ро и Мое зо­ло­то, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф. Сла­ва се­го по­след­не­го хра­ма бу­дет боль­ше, не­же­ли преж­не­го, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф; и на ме­с­те сем Я дам мир, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф
» (Агг. 2:5–9). Имен­но в этот храм, ко­то­рый вос­ста­нав­ли­ва­ет Зо­ро­ва­вель, пу­с­кай он и не та­кой бо­га­тый, не та­кой боль­шой, явит­ся Же­ла­е­мый все­ми на­ро­да­ми, то есть Хри­с­тос. И че­рез это сла­ва вто­ро­го хра­ма бу­дет боль­ше сла­вы хра­ма Со­ло­мо­но­ва. Ког­да ос­вя­щал­ся храм Со­ло­мо­нов, со­шел огонь и по­па­лил жерт­вы, об­ла­ко по­кры­ло его, так что не мог­ли ту­да вхо­дить свя­щен­ни­ки для слу­же­ния (3 Цар. 8:11). Но то бы­ло сим­во­лом. А здесь храм на­пол­нит­ся сла­вой, по­то­му что там явит­ся Хри­с­тос, Сам Бог (вспом­ним ви­де­ние про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля о воз­вра­ще­нии в храм сла­вы Бо­жи­ей (Иез. 44 гл.)).


Это про­ро­че­ст­во для нас важ­но тем, что вто­рой храм уже раз­ру­шен (70 г.). И тог­да од­но из двух: ли­бо не ис­пол­ни­лось про­ро­че­ст­во Аг­гея, ли­бо, ес­ли оно ис­пол­ни­лось, тог­да уже нель­зя ждать Мес­сию, по­то­му что Он уже при­шел до то­го, как в 70-м го­ду храм был раз­ру­шен.


В тре­ть­ей ре­чи (Аг. 2:11–19) Аг­гей го­во­рит, что до то­го, как они вос­ста­но­вят храм, они не­чи­с­ты. Все за­ко­ны ри­ту­аль­ной чи­с­то­ты и очи­ще­ния бы­ли свя­за­ны с те­ми или ины­ми жерт­во­при­но­ше­ни­я­ми. Очи­ще­ние, в ча­ст­но­с­ти, очи­ще­ние от гре­ха, бы­ло на­пря­мую свя­за­но с хра­мо­вым куль­том. Ес­ли не бы­ло хра­ма и не бы­ло пол­но­ты бо­го­слу­же­ния, на­при­мер, об­ря­дов суд­но­го дня, то со­от­вет­ст­вен­но не бы­ло воз­мож­но­с­ти очи­с­тить­ся и в чи­с­то­те при­сту­пить к Бо­гу. И по­это­му этим оп­ре­де­ля­лась прак­ти­че­с­кая и ско­рей­шая не­об­хо­ди­мость воз­рож­де­ния хра­ма: очи­с­тив­шись, они по­лу­чат бла­го­сло­ве­ние на все свои тру­ды.


Этот под­ход очень об­раз­но рас­про­ст­ра­нен здесь на нрав­ст­вен­ное со­сто­я­ние на­ро­да: «Так го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф: спро­си свя­щен­ни­ков о за­ко­не и ска­жи: ес­ли бы кто нес ос­вя­щен­ное мя­со в по­ле одеж­ды сво­ей и по­лою сво­ею кос­нул­ся хле­ба, или че­го-ли­бо ва­ре­но­го, или ви­на, или елея, или ка­кой-ни­будь пи­щи: сде­ла­ет­ся ли это свя­щен­ным? И от­ве­ча­ли свя­щен­ни­ки и ска­за­ли: нет. По­том ска­зал Аг­гей: а ес­ли при­кос­нет­ся ко все­му это­му кто-ли­бо, оск­вер­нив­ший­ся от при­кос­но­ве­ния к мерт­ве­цу: сде­ла­ет­ся ли это не­чи­с­тым? И от­ве­ча­ли свя­щен­ни­ки и ска­за­ли: бу­дет не­чи­с­тым. Тог­да от­ве­чал Аг­гей и ска­зал: та­ков этот на­род, та­ко­во это пле­мя пре­до Мною, го­во­рит Гос­подь, и та­ко­вы все де­ла рук их! И что они при­но­сят там, все не­чи­с­то
» (Агг. 2:11–14).


На­род Из­ра­иль­ский дол­жен был быть об­раз­цом и ис­точ­ни­ком ос­вя­ще­ния для всех на­ро­дов (Исх. 19:6). Вме­с­то это­го он сам по­сто­ян­но оск­вер­ня­ет­ся при со­при­кос­но­ве­нии с ок­ру­жа­ю­щей язы­че­с­кой сквер­ной.


Чет­вер­тое и по­след­нее сло­во (Аг. 2:21–23) об­ра­ще­но к Зо­ро­ва­ве­лю, пра­ви­те­лю Иу­деи. Ему обе­ща­но осо­бое не­бес­ное по­кро­ви­тель­ст­во и осо­бое за­ступ­ле­ние: «ска­жи Зо­ро­ва­ве­лю, пра­ви­те­лю Иу­деи: по­тря­су Я не­бо и зем­лю; и нис­про­верг­ну пре­сто­лы царств, и ис­треб­лю си­лу царств язы­че­с­ких, оп­ро­ки­ну ко­лес­ни­цы и си­дя­щих на них, и низ­ри­ну­ты бу­дут ко­ни и всад­ни­ки их, один ме­чом дру­го­го. В тот день, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф, Я возь­му те­бя, Зо­ро­ва­вель, сын Са­ла­фи­и­лев, раб Мой, го­во­рит Гос­подь, и бу­ду дер­жать те­бя как пе­чать, ибо Я из­брал те­бя, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф
» (Агг. 2:21-23). В этом об­ра­ще­нии мож­но ви­деть на­по­ми­на­ние об обе­то­ва­ни­ях, ко­то­рые бы­ли да­ны Да­ви­ду. И че­рез это рас­сма­т­ри­вать Зо­ро­ва­ве­ля как про­об­раз Хри­с­та, как это и встре­ча­ет­ся в дру­гих про­ро­че­с­ких кни­гах.


За бо­го­слу­же­ни­ем кни­га про­ро­ка Аг­гея не упо­треб­ля­ет­ся.



33.2. Кни­га про­ро­ка За­ха­рии

Про­рок За­ха­рия в на­ча­ле кни­ги пред­став­ля­ет­ся нам как За­ха­рия, сын Ва­ра­хи­ин, сын Ад­дов (Зах. 1:1). Ад­до был гла­вой од­но­го из свя­щен­ни­че­с­ких ро­дов, воз­вра­тив­ших­ся из ва­ви­лон­ско­го пле­на вме­с­те с Зо­ро­ва­ве­лем. При пре­ем­ни­ке пер­во­свя­щен­ни­ка Ии­су­са Ио­а­ки­ме За­ха­рия сам был уже гла­вой свя­щен­ни­че­с­ко­го ро­да, об этом го­во­рит­ся в 12 гла­ве кни­ги Не­емии (Не­ем. 12:16). Там За­ха­рия на­зван сы­ном Ид­до. Воз­мож­но, что отец его Ва­ра­хия умер мо­ло­дым, так что внук фак­ти­че­с­ки на­сле­до­вал де­ду [89, с. 200]. Та­ким об­ра­зом, За­ха­рия был из свя­щен­ни­че­с­ко­го ро­да и, бо­лее то­го, был гла­вой это­го ро­да. О про­дол­жи­тель­но­с­ти его слу­же­ния оп­ре­де­лен­ных ука­за­ний в Свя­щен­ном Пи­са­нии не со­дер­жит­ся. В жи­тии го­во­рит­ся о со­ро­ка годах служения. Ряд про­ро­честв в кни­ге да­ти­ро­ва­ны. Пер­вое из них от­но­сит­ся к то­му же вто­ро­му го­ду Да­рия, ког­да про­ро­че­ст­во­вал и Аг­гей (За­ха­рия – на два ме­ся­ца поз­же), что так­же со­гла­су­ет­ся с ука­за­ни­я­ми пер­вой кни­ги Ез­д­ры. По­след­нее да­ти­ро­ван­ное про­ро­че­ст­во от­но­сит­ся к 4-му го­ду Да­рия, то есть, к 518 го­ду. По­сколь­ку оно на­хо­дит­ся в 1-м сти­хе 7-й гла­вы, по­сле­ду­ю­щие гла­вы со­дер­жат в се­бе про­ро­че­ст­ва бо­лее по­зд­не­го пе­ри­о­да.


Кни­га до­ста­точ­но боль­шая – 14 глав. В ней мож­но вы­де­лить два от­де­ла: ви­де­ний (1 – 6 глл.) и про­ро­честв (7 – 14 глл.). Пер­вый– это ви­де­ния и сно­ви­де­ния, быв­шие За­ха­рии, в ко­то­рых со­дер­жат­ся те или иные обе­то­ва­ния или от­кро­ве­ния. Вто­рой вклю­ча­ет в се­бя три про­ро­че­с­кие ре­чи: 7–8, 9–11 и 12–14 гла­вы.


Про­ро­че­с­кие ви­де­ния.
По­сле пер­во­го об­ра­ще­ния (Зах. 1:4), ко­то­рое зву­чит у про­ро­ка За­ха­рии с при­зы­вом по­ка­ять­ся и не быть по­доб­ны­ми от­цам, ко­то­рые сво­и­ми гре­ха­ми на­влек­ли на се­бя плен ва­ви­лон­ский, на­чи­на­ет­ся опи­са­ние ви­де­ния. В про­ро­че­ст­вах до­плен­ных про­ро­ков вре­мя воз­вра­ще­ния из ва­ви­лон­ско­го пле­на сбли­жа­лось со вре­ме­нем мес­си­ан­ским, воз­вра­ще­ние из пле­на долж­но бы­ло со­про­вож­дать­ся ка­ки­ми-то слав­ны­ми и ве­ли­ки­ми со­бы­ти­я­ми, ко­то­рых на де­ле в ис­то­рии не было. И это, не­со­мнен­но, на­кла­ды­ва­ло свой от­пе­ча­ток на на­ст­ро­е­ние и со­сто­я­ние умов тог­даш­них из­ра­иль­тян. В кни­гах За­ха­рии и осо­бен­но Ма­ла­хии, са­мо­го по­след­не­го про­ро­ка, это очень чув­ст­ву­ет­ся. За­ме­тим еще, что по вре­ме­ни слу­же­ния про­рок За­ха­рия был млад­шим со­вре­мен­ни­ком Да­ни­и­ла, и есть параллели с его кни­гой: ви­де­ния, ко­то­рые ви­дит За­ха­рия, он не мо­жет разъ­яс­нить сам, и Ан­гел, по­слан­ный от Бо­га, да­ет ему объ­яс­не­ние.


Ос­нов­ной те­мой все­го цик­ла ви­де­ний яв­ля­ет­ся то, что Гос­подь есть хра­ни­тель и за­щит­ник Из­ра­и­ля. Внеш­ние об­сто­я­тель­ст­ва жиз­ни на­ро­да мо­гут быть не та­кие слав­ные и не та­кие на­деж­ные, как ожи­да­ет­ся, но тем не ме­нее Гос­подь о них по­мнит, Гос­подь их ви­дит, и Гос­подь их не даст ни­ко­му в оби­ду. Пер­вое ви­де­ние о че­ты­рех всад­ни­ках (ко­нях), ко­то­рые яв­ля­ют­ся, об­хо­дят зем­лю и да­ру­ют мир Ие­ру­са­ли­му: «По­се­му так го­во­рит Гос­подь: Я об­ра­ща­юсь к Ие­ру­са­ли­му с ми­ло­сер­ди­ем; в нем со­ору­дит­ся дом Мой, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф, и зем­ле­мер­ная вервь про­тя­нет­ся по Ие­ру­са­ли­му
» (Зах. 1:16). Всад­ни­ки изо­б­ра­жа­ют со­бой бес­плот­ные ан­гель­ские си­лы, ко­то­рые про­ро­ки ви­де­ли по-раз­но­му. «Но не мно­го­лич­ны, а бес­плот­ны сии ум­ные ес­те­ст­ва; со­об­раз­но с по­треб­но­с­тию Вла­ды­ка да­ет нам их ви­ди­мые об­ра­зы» [74, т. 30, c. 71].


После этого про­рок ви­дит 4 ро­га, и по­сле это­го яв­ля­ют­ся ра­бо­чие, ко­то­рые при­хо­дят и сби­ва­ют эти ро­ги на­ро­дов, под­няв­ших свою ру­ку про­тив Иу­ды, что­бы рас­се­ять ее. В этом ви­де­нии – обе­то­ва­ние бе­зо­пас­но­с­ти. За­тем яв­ля­ет­ся че­ло­век с зем­ле­мер­ной ве­рев­кой, ко­то­рый из­ме­ря­ет Ие­ру­са­лим и го­во­рит о том, что он те­сен для всех, кто при­дет и по­же­ла­ет там жить и что все его ок­ре­ст­но­с­ти то­же на­се­лят­ся. При­чи­на это­му – пре­бы­ва­ние в нем Бо­га: «Ли­куй и ве­се­лись, дщерь Си­о­на! Ибо вот, Я при­ду и по­се­люсь по­сре­ди те­бя, <…> И при­бег­нут к Гос­по­ду мно­гие на­ро­ды в тот день, и бу­дут мо­им на­ро­дом; и Я по­се­люсь сре­ди те­бя, и уз­на­ешь, что Гос­подь Са­ва­оф по­слал Ме­ня к те­бе. <…> Да мол­чит вся­кая плоть пред ли­цем Гос­по­да! Ибо Он под­ни­ма­ет­ся от свя­то­го жи­ли­ща Сво­е­го
» (Зах. 2:10–11, 13). То есть, ког­да Гос­подь при­дет и по­се­лит­ся в Ие­ру­са­ли­ме, то мно­гие на­ро­ды при­дут к Не­му и ста­нут Его на­ро­дом.


За­тем сле­ду­ю­щее ви­де­ние – это ви­де­ние пер­во­свя­щен­ни­ка Ии­су­са, ко­то­ро­му пред­сто­ит са­та­на и про­ти­во­дей­ст­ву­ет ему, что-то кле­ве­щет на не­го, хо­тя и не го­во­рит­ся что. Ии­сус сто­ит в за­пят­нан­ных одеж­дах, но Гос­подь за­пре­ща­ет са­та­не кле­ве­тать на не­го и ве­лит ему об­лечь­ся в одеж­ды свет­лые и го­во­рит ему, что он как го­ло­вня, ис­торг­ну­тая из ог­ня, что из всех скор­бей и ис­ку­ше­ний, ко­то­рые его по­стиг­ли, он вы­шел не­вре­ди­мым, хо­тя, мо­жет быть, и не без ка­ких-то пре­гре­ше­ний, ко­то­рые сим­во­ли­зи­ру­ет эта за­пят­нан­ная его одеж­да. Гос­подь по­ве­ле­ва­ет об­лечь его в тор­же­ст­вен­ные одеж­ды, го­во­ря, что ви­на его сни­ма­ет­ся: «И за­сви­де­тель­ст­во­вал Ан­гел Гос­по­день и ска­зал Ии­су­су: так го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф: ес­ли ты бу­дешь хо­дить по Мо­им пу­тям и ес­ли бу­дешь на стра­же Мо­ей, то бу­дешь су­дить дом Мой и на­блю­дать за дво­ра­ми Мо­и­ми. Я дам те­бе хо­дить меж­ду си­ми, сто­я­щи­ми здесь
» (Зах. 3:6–7). Долж­ное ис­пол­не­ние сво­их пер­во­свя­щен­ни­че­с­ких обя­зан­но­с­тей га­ран­ти­ру­ет ему бе­зо­пас­ность и по­кро­ви­тель­ст­во со сто­ро­ны Бо­га.


Здесь от ви­де­ния пер­во­свя­щен­ни­ка Ии­су­са, сы­на Ио­се­де­ко­ва, пе­ре­хо­дит про­рок к ви­де­нию Са­мо­го Ии­су­са Хри­с­та, Ко­то­рый назван От­рас­лью[54]
: «Вы­слу­шай же, Ии­сус, ие­рей ве­ли­кий, ты и со­бра­тия твои, си­дя­щие пе­ред то­бою, му­жи зна­ме­на­тель­ные: вот, Я при­во­жу ра­ба Мо­е­го, От­расль. Ибо вот тот ка­мень, ко­то­рый Я по­ла­гаю пе­ред Ии­су­сом; на этом од­ном кам­не семь очей; вот, Я вы­ре­жу на нем на­чер­та­ния его, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф, и из­гла­жу грех зем­ли сей в один день. В тот день, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф, бу­де­те друг дру­га при­гла­шать под ви­но­град и под смо­ков­ни­цу
» (Зах. 3:8–10).


Сра­зу об­ра­тим вни­ма­ние на по­след­нюю фра­зу – так опи­сы­вал мес­си­ан­ское вре­мя и про­рок Ми­хей (Мих. 4:4). Ког­да бу­дет яв­лен ка­мень, име­ю­щий семь очей, тог­да из­гла­жен бу­дет грех зем­ли сей за один день. Под этим днем, ко­неч­но, сле­ду­ет по­ни­мать день при­не­се­ния жерт­вы Хри­с­то­вой на Гол­го­фе.


Сле­ду­ю­щее ви­де­ние от­кры­ва­ет со­бой как бы вто­рой ряд, в чем-то сим­ме­т­рич­ный пер­во­му.


Про­ро­ку яв­ля­ет­ся ви­де­ние зо­ло­то­го све­тиль­ни­ка и двух мас­лич­ных де­ре­вь­ев, с ко­то­рых те­чет елей и на­пол­ня­ет эти све­тиль­ни­ки, так что свя­щен­ни­ку не нуж­но уже са­мо­му на­пол­нять и по­прав­лять эти све­тиль­ни­ки. Под эти­ми дву­мя мас­ли­на­ми изо­б­ра­жа­ют­ся здесь Зо­ро­ва­вель и Ии­сус, ко­то­рые не­сут на се­бе ве­ли­кое слу­же­ние и глав­ный труд по воз­рож­де­нию на­ро­да Из­ра­иль­ско­го, по на­саж­де­нию в нем ду­ха ве­ры и бла­го­че­с­тия. Со­глас­ные их дей­ст­вия по обес­пе­че­нию го­ре­ния све­тиль­ни­ка изо­б­ра­жают пер­во­свя­щен­ни­че­с­кое и цар­ское слу­же­ние, ко­то­рые ис­пол­нит Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос. Здесь го­во­рит­ся: «ру­ки Зо­ро­ва­ве­ля по­ло­жи­ли ос­но­ва­ние до­му се­му; его ру­ки и окон­чат его, и уз­на­ешь, что Гос­подь Са­ва­оф по­слал Ме­ня к вам
» (Зах. 4:9). По сло­ву свя­ти­те­ля Ки­рил­ла Алек­сан­д­рий­ско­го, ес­ли «Бог го­во­рит <это> о Зо­ро­ва­ве­ле, то рас­сма­т­ри­вая ис­то­ри­че­с­ки, ты мо­жешь от­но­сить эти сло­ва к не­му, а в ду­хов­ном смыс­ле ты мо­жешь ра­зу­меть их о Хри­с­те; ибо Он сде­лал­ся на­шим ос­но­ва­ни­ем, и все мы ду­хов­но по­ст­ро­е­ны для Не­го в храм свя­тый» [69, т. 7, c. 398]. Пре­по­доб­ный Мак­сим Ис­по­вед­ник, ком­мен­ти­руя эти сло­ва Пи­са­ния, го­во­рит, что ес­ли Зо­ро­ва­вель про­об­ра­зу­ет здесь Сы­на Бо­жия, то храм – че­ло­ве­ка, со­тво­рен­но­го Бо­гом и вос­став­лен­но­го по­сле гре­хо­па­де­ния [48, кн. 2, с. 160].


«Кто ты, ве­ли­кая го­ра, пе­ред Зо­ро­ва­ве­лем? ты – рав­ни­на, и вы­не­сет он кра­е­уголь­ный ка­мень при шум­ных вос­кли­ца­ни­ях: “бла­го­дать, бла­го­дать на нем!”
» (Зах. 4:7). «Но не долж­но, как под оча­ми ра­зу­меть очи, так и чис­ло семь при­ни­мать за чис­ло оп­ре­де­лен­ное, по­то­му что оча­ми на­рек дей­ст­вен­ность бо­же­ст­вен­ной бла­го­да­ти, ска­зал же, что очей семь, оз­на­чая сим ея оби­лие и ве­ли­чие. … Кам­нем же на­зы­ва­ет про­рок Зо­ро­ва­ве­ля по его твер­до­с­ти и не­пре­одо­ли­мо­с­ти. А сверх то­го, Зо­ро­ва­вель был об­ра­зом Вла­ды­ки Хри­с­та, ко­то­рый во мно­гих ме­с­тах Свя­щен­но­го Пи­са­ния на­ре­чен кам­нем. … Сей-то ка­мень но­ся в се­бе, Зо­ро­ва­вель (по­то­му что от не­го про­изо­шел по пло­ти Спа­си­тель Все­лен­ной) по спра­вед­ли­во­с­ти и сам, си­яя мно­го­раз­лич­ны­ми да­ро­ва­ни­я­ми, име­ну­ет­ся кам­нем» [74, т. 30, c. 82 – 83].


Следующее видение – летящего свитка, по ко­то­ро­му про­рок За­ха­рия не­ред­ко на­зы­ва­ет­ся сер­по­вид­цем. «И опять под­нял я гла­за мои и уви­дел: вот, ле­тит сви­ток
» (Зах. 5:1). Нуж­но за­ме­тить, что сло­ва «сви­ток» и «серп» по-ев­рей­ски пи­шут­ся оди­на­ко­во, и у 70-ти тол­ков­ни­ков в этом ме­с­те сто­ит как раз сло­во серп. Точ­но так ­же это сло­во пе­ре­ве­де­но на сла­вян­ский язык: про­рок уви­дел ле­тя­щий серп. Ино­гда это объ­яс­ня­ет­ся так, что сви­ток был изо­гнут в ви­де сер­па. Смысл от это­го принципиально не ме­ня­ет­ся. Даль­ше да­ет­ся объ­яс­не­ние: «Он ска­зал мне: это про­кля­тие, ис­хо­дя­щее на ли­це всей зем­ли; ибо вся­кий, кто кра­дет, бу­дет ис­треб­лен, как на­пи­са­но на од­ной сто­ро­не, и вся­кий, кля­ну­щий­ся лож­но, ис­треб­лен бу­дет, как на­пи­са­но на дру­гой сто­ро­не. Я на­вел его, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф, и оно вой­дет в дом та­тя и в дом кля­ну­ще­го­ся Мо­им име­нем лож­но, и пре­бу­дет в до­ме его, ис­тре­бит его и де­ре­ва его, и кам­ни его
» (Зах. 5:3-4). Здесь мож­но про­чи­ты­вать и то, и дру­гое сло­во: как сви­ток, где на­пи­са­но про­кля­тие, и как серп, ко­то­рым бу­дет со­вер­ше­но ис­треб­ле­ние гре­ха.


Ви­де­ние ефы (Зах. 5:5–11), то есть мер­ной ем­ко­с­ти для сы­пу­чих ве­ществ, про­дол­жа­ет пре­ды­ду­щее ви­де­ние. Про­рок ви­дит в ней не­кую жен­щи­ну, оли­це­тво­ря­ю­щую не­че­с­тие. На от­вер­стие ефы кла­дет­ся ку­сок свин­ца, и она под­ни­ма­ет­ся и уно­сит­ся на се­вер, в Ва­ви­лон. Этим ви­де­ни­ем по­ка­зы­ва­ет­ся, что все те по­ро­ки, ко­то­рые свой­ст­вен­ны языческим на­ро­дам, воз­вра­ща­ю­щи­е­ся из­ра­иль­тя­не не долж­ны вно­сить в землю обетованную, что это долж­но быть ос­тав­ле­но в зем­ле пле­не­ния. Пре­по­доб­ный Иси­дор Пе­лу­си­от так ком­мен­ти­ру­ет это ме­с­то: «сви­нец да­ет ра­зу­меть тя­жесть гре­ха, ибо нет ни­че­го тя­же­лее и об­ре­ме­ни­тель­нее гре­ха, ко­то­рый пле­нен­ных им низ­вер­га­ет во дно адо­во. А ме­ра оз­на­ча­ет ко­нец дол­го­тер­пе­ния к со­гре­шив­шим и на­ча­ло на­ка­за­ния, по­то­му что не без ме­ры и не все­гда бу­дет по­пу­с­ка­е­мо гре­шить, но толь­ко до вре­ме­ни, по­ка со­гре­ша­ю­щие не по­не­сут са­мых тяж­ких на­ка­за­ний» [35, т. 2, c. 123].


Пред­по­след­нее ви­де­ние – это ви­де­ние че­ты­рех ко­лес­ниц (Зах. 6:1–8). Здесь есть оче­вид­ная связь с ви­де­ни­ем всад­ни­ков (че­рез иден­тич­ную ок­ра­с­ку ко­ней). Тог­да всад­ни­ки от­прав­ля­лись ос­мо­т­реть зем­лю, а те­перь че­ты­ре ко­лес­ни­цы при­хо­дят для то­го, что­бы ог­ра­дить Иу­дею от всех вра­гов и всех опас­но­с­тей, ко­то­рые с раз­ных сто­рон мо­гут ее по­стиг­нуть.


И на­ко­нец, по­след­нее ви­де­ние – это ви­де­ние пер­во­свя­щен­ни­ка Ии­су­са (Зах. 6:9–15), про­дол­жа­ю­щее со­бой те­му чет­вер­то­го ви­де­ния. Пророку поручается взять се­ре­б­ро и зо­ло­то, вы­не­сен­ные из Ва­ви­ло­на, сделать из них ве­нец и возложить его на го­ло­ву пер­во­свя­щен­ни­ка Ии­су­са. По­сле это­го про­рок дол­жен воз­ве­с­тить пер­во­свя­щен­ни­ку сле­ду­ю­щее: «Вот, муж, имя ему От­расль, Он про­из­ра­с­тет из Сво­е­го кор­ня и со­здаст храм Гос­по­день
» (Зах. 6:12). Ка­жет­ся, что ска­зан­ное це­ли­ком и пол­но­стью от­но­сит­ся к Зо­ро­ва­ве­лю или к са­мо­му Ии­су­су. Но слова: «Он со­здаст храм Гос­по­день и при­мет сла­ву, и вос­ся­дет, и бу­дет вла­ды­че­ст­во­вать на пре­сто­ле Сво­ем; бу­дет и свя­щен­ни­ком на пре­сто­ле Сво­ем, и со­вет ми­ра бу­дет меж­ду тем и дру­гим
» (Зах. 6:13), – толкователи относят ко Христу. За­ме­тим, что свя­щен­ни­ком Зо­ро­ва­вель не был, как и Ии­сус — кня­зем. Свя­ти­тель Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский, про­дол­жая уже при­во­див­ше­е­ся тол­ко­ва­ние, го­во­рит: «Мы с са­мо­го на­ча­ла ут­верж­да­ли, что в Зо­ро­ва­ве­ле и Ии­су­се изо­б­ра­жа­ет­ся Хри­с­тос, как в каж­дом от­дель­но, так и в обо­их вме­с­те, как еди­ная Лич­ность; ибо в Нем сов­ме­ща­ет­ся и Царь Из­ра­и­лев, и Пер­во­свя­щен­ник» [69, т. 7, c. 398]. Че­рез са­мо­го про­ро­ка За­ха­рию, ко­то­рый так­же своим служением прообразовал Хри­с­та, мы уви­дим и тре­тье Его слу­же­ние – про­ро­че­с­кое.


Та­ким об­ра­зом, в раз­лич­ных ви­де­ни­ях пророку Захарии дано еди­ное от­кро­ве­ние, име­ю­щее мес­си­ан­ский смысл. Пророк предвозвещает, что наступит время, когда «из­да­ли при­дут, и при­мут уча­с­тие в по­ст­ро­е­нии хра­ма Гос­под­ня, и вы уз­на­е­те, что Гос­подь Са­ва­оф по­слал ме­ня к вам, и это бу­дет, ес­ли вы усерд­но бу­де­те слу­шать­ся гла­са Гос­по­да Бо­га ва­ше­го
» (Зах. 6:15). Можно понимать эти слова и как пророчество о создании второго храма, и как предсказание о построении Церк­ви, ко­то­рая есть дом Бо­жий и ко­то­рая со­зи­да­ет­ся мно­ги­ми людь­ми, да­же не жив­ши­ми в Ие­ру­са­ли­ме. Эта связь де­ла­ет­ся тем бо­лее проч­ной, что со­бы­тия, свя­зан­ные с воз­вра­ще­ни­ем из пле­на и воз­рож­де­ни­ем Иу­деи, о ко­то­рых идет речь, в про­ро­че­ст­вах до­плен­ных про­ро­ков слу­жи­ли про­об­ра­за­ми яв­ле­ния Хри­с­та.


Три про­ро­че­с­кие ре­чи.
Про­ро­че­с­кие ре­чи, об­ра­щен­ные к из­ра­иль­тя­нам, сно­ва со­дер­жат мысль, что сам по се­бе факт пе­ре­се­ле­ния об­рат­но в Па­ле­с­ти­ну еще не де­ла­ет на­род пра­вед­ны­ми. Из то­го, что они уш­ли из Ва­ви­ло­на и при­шли в Па­ле­с­ти­ну, им еще не га­ран­ти­ро­ва­ны по-преж­не­му все ми­ло­с­ти Бо­жии вне за­ви­си­мо­с­ти от их нрав­ст­вен­но­го со­сто­я­ния.


Пер­вая про­ро­че­с­кая речь свя­за­на с тем, что на­род во­про­ша­ет Бо­га о по­сте. В свя­зи с ва­ви­лон­ским пле­ном бы­ли ус­та­нов­ле­ны че­ты­ре по­ста: в па­мять о дне на­ча­ла оса­ды Ие­ру­са­ли­ма На­ву­хо­до­но­со­ром, о дне на­ча­ла раз­ру­ше­ния стен Ие­ру­са­ли­ма (Иер. 52:4–5), о со­жже­нии го­ро­да и хра­ма (Иер. 52:13) и в па­мять об уби­е­нии иу­дей­ско­го на­ме­ст­ни­ка Го­до­лии (Иер. 41:1–2). Оче­вид­но, речь идет о тре­ть­ем из них – храм бли­зок к вос­ста­нов­ле­нию. Воз­мож­но, под­ра­зу­ме­ва­ют­ся и все вме­с­те. Сто­ит ли дер­жать эти по­сты сей­час, ког­да они уже вер­ну­лись? От­вет при­хо­дит до­воль­но слож­ный, он со­сто­ит из не­сколь­ких ча­с­тей. Гос­подь от­ве­ча­ет во­про­сом на во­прос: «Ска­жи все­му на­ро­ду зем­ли сей и свя­щен­ни­кам так: ког­да вы по­сти­лись и пла­ка­ли в 5 и 7 ме­ся­це, при­том уже 70 лет,
для Ме­ня ли вы по­сти­лись? для Ме­ня ли? И ког­да вы еди­те и ког­да пье­те, не для се­бя ли вы еди­те, не для се­бя ли вы пье­те? Не те же ли сло­ва про­воз­гла­шал Гос­подь че­рез преж­них про­ро­ков, ког­да еще Ие­ру­са­лим был на­се­лен и по­ко­ен, и го­ро­да во­круг не­го, юж­ная стра­на и низ­мен­ность, бы­ли на­се­ле­ны? И бы­ло сло­во Гос­под­не к За­ха­рии: так го­во­рил тог­да Гос­подь Са­ва­оф: про­из­во­ди­те суд спра­вед­ли­вый и ока­зы­вай­те ми­лость и со­ст­ра­да­ние каж­дый бра­ту сво­е­му; вдо­вы и си­ро­ты, при­шель­ца и бед­но­го не при­тес­няй­те и зла друг про­тив дру­га не мыс­ли­те в серд­це ва­шем. Но они не хо­те­ли вни­мать
» (Зах. 7:5–11). Гос­подь на­по­ми­на­ет, что за не­со­блю­де­ние по­след­не­го они и бы­ли рас­се­я­ны по всем на­ро­дам и по всем зем­лям и сей­час то­же де­ло не в по­сте. Пред­воз­ве­ща­ет­ся но­во­за­вет­ное от­кро­ве­ние о том, что «Цар­ст­вие Бо­жие не пи­ща и пи­тие, но пра­вед­ность и мир и ра­дость во Свя­том Ду­хе
» (Рим. 14:17). Ес­ли иудеи бу­дут жить в Ие­ру­са­ли­ме так, как учили про­ро­ки, ес­ли их столица бу­дет го­ро­дом ис­ти­ны и свя­ты­ни, то эти по­сты бу­дут ве­ли­чай­шим пра­зд­ни­ком, и та­кое бу­дет ли­ко­ва­ние сре­ди них, что все на­ро­ды взы­щут Гос­по­да в Ие­ру­са­ли­ме. Все на­ро­ды при­дут и ска­жут один дру­го­му: «пой­дем мо­лить­ся ли­цу Гос­по­да и взы­щем Гос­по­да Са­ва­о­фа; <…> И будут приходить мно­гие пле­ме­на и силь­ные на­ро­ды, что­бы взы­с­кать Гос­по­да Са­ва­о­фа в Ие­ру­са­ли­ме и по­мо­лить­ся ли­цу Гос­по­да. Так го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф: бу­дет в те дни, возь­мут­ся де­сять че­ло­век из всех раз­но­языч­ных на­ро­дов, возь­мут­ся за по­лу Иу­дея и бу­дут го­во­рить: мы пой­дем с то­бою, ибо мы слы­ша­ли, что с ва­ми – Бог
» (Зах. 8:21–23). Ес­ли мы по­смо­т­рим в кни­гу Де­я­ний апо­с­толь­ских, то уви­дим, что ров­но та­ким об­ра­зом это и про­изо­ш­ло. Апо­с­тол Па­вел про­по­ве­до­вал в язы­че­с­ких го­ро­дах, к не­му при­хо­ди­ли и про­си­ли прий­ти к ним и про­по­ве­до­вать имен­но по этой при­чи­не, ибо слы­ша­ли, что с ним Бог. Вспом­ни­те, в бе­се­де с са­ма­рян­кой Гос­подь го­во­рит: «ибо спа­се­ние от иу­де­ев
» (Ин. 4:22). Здесь мы сно­ва встре­ча­ем про­ро­че­ст­во о вхож­де­нии в Цер­ковь языч­ни­ков.


В сле­ду­ю­щих гла­вах на­хо­дят­ся ре­чи, ко­то­рые бы­ли, оче­вид­но, про­из­не­се­ны по­сле по­ст­ро­е­ния хра­ма, по­то­му что эта те­ма в них бо­лее не за­тра­ги­ва­ет­ся. Не раз­би­рая их по­дроб­но, ог­ра­ни­чим­ся рас­смо­т­ре­ни­ем со­дер­жа­щих­ся в них мес­си­ан­ских про­ро­честв.


Вто­рая про­ро­че­с­кая речь со­дер­жит воз­ве­ще­ние бед­ст­вий язы­че­с­ким на­ро­дам и бе­зо­пас­но­с­ти Ие­ру­са­ли­му. Ие­ру­са­лим бу­дет спа­сен, по­то­му что в не­го вой­дет его Царь. «Ли­куй от ра­до­с­ти, дщерь Си­о­на, тор­же­ст­вуй, дщерь Ие­ру­са­ли­ма: се Царь твой гря­дет к те­бе, пра­вед­ный и спа­са­ю­щий, крот­кий, си­дя­щий на ос­ли­це и на мо­ло­дом ос­ле, сы­не подъ­я­рем­ной. Тог­да ис­треб­лю ко­лес­ни­цы у Еф­ре­ма и ко­ней в Ие­ру­са­ли­ме, и со­кру­шен бу­дет бран­ный лук; и Он воз­ве­с­тит мир на­ро­дам, и вла­ды­че­ст­во Его бу­дет от мо­ря до мо­ря и от ре­ки до кон­цов зем­ли
» (Зах. 9:9–10). Мы уже име­ли воз­мож­ность вы­яс­нить, что со­кру­ше­ние ору­жия у из­ра­иль­тян не оз­на­ча­ет по­бе­ды над ни­ми, а оз­на­ча­ет то, что в этом ору­жии не бу­дет бо­лее не­об­хо­ди­мо­с­ти, по­сколь­ку Сам Гос­подь обес­пе­чит им мир. Но на этом это про­ро­че­ст­во не кон­ча­ет­ся. Даль­ше го­во­рит­ся: «Ра­ди кро­ви за­ве­та тво­е­го Я ос­во­бо­жу уз­ни­ков тво­их изо рва, в ко­то­ром нет во­ды. Воз­вра­щай­тесь на твер­ды­ню вы, плен­ни­ки на­де­ю­щи­е­ся!
» (Зах. 9:11–12). Без­вод­ный ров сим­во­ли­зи­ру­ет ад. Это про­ро­че­ст­во чи­та­ет­ся за бо­го­слу­же­ни­ем не­де­ли Ва­ий, по­сколь­ку Хри­с­тос в Ие­ру­са­лим при­хо­дит как по­бе­ди­тель смер­ти и ада.


Пророческое служение Захарии также должно прообразовать земную жизнь Господа. Он по­став­ля­ет­ся как бы па­с­ту­хом над из­ра­иль­тя­на­ми, ко­то­ро­го они в кон­це кон­цов, от­вер­га­ют. Тог­да от­вер­жен­ный па­с­тырь про­сит от­дать ему пла­ту за тру­ды. «И ска­жу им: ес­ли угод­но вам, то дай­те Мне пла­ту Мою; ес­ли же нет – не да­вай­те; и они от­ве­сят в уп­ла­ту Мне 30 се­ре­б­рен­ни­ков. И ска­зал мне Гос­подь: брось их в цер­ков­ное хра­ни­ли­ще, – вы­со­кая це­на, ка­кою они оце­ни­ли Ме­ня! И взял я 30 се­ре­б­рен­ни­ков и бро­сил их в дом Гос­по­день для гор­шеч­ника
» (Зах. 11:12–13). Это од­на из па­ре­мий Ве­ли­ко­го Пят­ка. Воз­мож­но, не­по­нят­ные для со­вре­мен­ни­ков сло­ва, ко­то­рые в точ­но­с­ти ис­пол­ни­лись на де­ле. И мы ви­дим, что 30 мо­нет не про­сто це­на пре­да­тель­ст­ва, но это пла­та на­ро­да Гос­по­ду за все Его бла­го­де­я­ния. Воз­мож­но, это то­же один из сим­во­лов, обо­зна­ча­ю­щих окон­ча­ние Вет­хо­го За­ве­та. Все рас­че­ты по ста­рым вза­и­мо­от­но­ше­ни­ям окон­че­ны. Даль­ше го­во­рит­ся сле­ду­ю­щее: «И от­вра­тит­ся ду­ша Моя от них, как и их ду­ша от­вра­ща­ет­ся от Ме­ня. <…> И возь­му жезл Мой – бла­го­во­ле­ния и пере­лом­лю его, что­бы унич­то­жить за­вет, ко­то­рый за­клю­чил Я со все­ми на­ро­да­ми. И он унич­то­жен бу­дет в тот день, и тог­да уз­на­ют бед­ные из овец, ожи­да­ю­щие Ме­ня, что это – сло­во Гос­по­да. <…> И пере­ло­мил Я дру­гой жезл Мой – “узы”, что­бы рас­торг­нуть брат­ст­во меж­ду Иу­дою и Из­ра­и­лем
» (Зах. 11:8, 10–11, 14). Пре­лом­ле­ние пер­во­го жез­ла, ко­то­рым Гос­подь пас Сво­их овец, – это сим­вол то­го, что в день, ког­да бу­дут бро­ше­ны эти трид­цать се­ре­б­ре­нни­ков, уп­ра­зд­нит­ся Вет­хий За­вет [22, т. 6, с. 188]. Имен­но тог­да, ког­да бы­ли яв­ле­ны на свет эти се­ре­б­ренни­ки, Гос­подь ска­зал о Но­вом За­ве­те. Пре­лом­ле­ние же вто­ро­го жез­ла обо­зна­ча­ет окон­ча­тель­ное раз­де­ле­ние меж­ду пра­вед­ни­ка­ми и греш­ни­ка­ми, или меж­ду уве­ро­вав­ши­ми и не­уве­ро­вав­ши­ми [74, т. 30, с. 112].


В тре­ть­ей про­ро­че­с­кой ре­чи изо­б­ра­жа­ет­ся по­бе­да Из­ра­и­ля над все­ми вра­га­ми и во­ца­ре­ние от­вер­жен­но­го Пастыря. При этом го­во­рит­ся, что это во­ца­ре­ние со­вер­шит­ся следующим образом: «на дом Да­ви­да и на жи­те­лей Ие­ру­са­ли­ма изо­лью дух бла­го­да­ти и уми­ле­ния, и они воз­зрят на Не­го, Ко­то­ро­го прон­зи­ли, и бу­дут ры­дать о Нем, как ры­да­ют о еди­но­род­ном сы­не, и скор­беть, как скор­бят о пер­вен­це
» (Зах. 12:10), то есть во­ца­ре­ние Хри­с­то­во про­изой­дет че­рез Крест Его. «Воз­зрят нань его­же про­бо­до­ша
» – это про­ро­че­ст­во ци­ти­ру­ет­ся в Но­вом За­ве­те еван­ге­ли­с­том Ио­ан­ном (Ин. 19:37). В ре­зуль­та­те это­го про­бо­де­ния «в тот день от­кро­ет­ся ис­точ­ник до­му Да­ви­до­ву и жи­те­лям Ие­ру­са­ли­ма для омы­тия гре­ха и не­чи­с­то­ты
» (Зах. 13:1). Дей­ст­ви­тель­но, че­рез про­бо­де­ние ре­б­ра, из ко­то­ро­го ис­тек­ли кровь и во­да, от­крыл­ся ис­точ­ник для омы­тия гре­ха и не­чи­с­то­ты.


И даль­ше идет про­ро­че­ст­во о поражении Пастыря: «О, меч! под­ни­мись на па­с­ты­ря Мо­е­го и на ближ­не­го Мо­е­го, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф: по­ра­зи па­с­ты­ря, и рас­се­ют­ся ов­цы!
» (Зах. 13:7). Это про­ро­че­ст­во при­во­дит­ся еван­ге­ли­с­том Мат­фе­ем в свя­зи с тем мо­мен­том, ког­да все апо­с­то­лы в Геф­си­ма­нии раз­бе­жа­лись (Мф. 26:31).


Бла­жен­ный Фе­о­до­рит Кир­ский так ком­мен­ти­ру­ет его: «По­ели­ку ска­зал: воз­зрят на Ме­ня, Его­же про­бо­до­ша, то, что­бы не по­дать мыс­ли, буд­то бы про­тив во­ли пре­тер­пел Он спа­си­тель­ное стра­да­ние, на­уча­ет че­рез про­ро­ка, что до­б­ро­воль­но при­шел и «сми­рил Се­бе, по­слу­ш­лив быв да­же до смер­ти, смер­ти же кре­ст­ныя
» (Флп. 2:8). По­се­му-то про­ро­че­с­кое сло­во изо­б­ра­жа­ет Бо­же­ст­вен­ное со­из­во­ле­ние и по­ка­зы­ва­ет, что меч слы­шит спер­ва доз­во­ле­ние От­ца, по­том ус­т­рем­ля­ет­ся на Па­с­ты­ря, а по­сле Не­го на граж­дан, или по пе­ре­во­ду Аки­лы, на соп­ле­мен­ни­ков Его; по­то­му что по­сле Вла­ды­ки ус­т­рем­лял­ся и на свя­щен­ных Апо­с­то­лов и пре­ем­ст­во­вав­ших им про­по­вед­ни­ков» [74, т. 30, с. 120].


За поражением Пастыря следует разделение людей: «И бу­дет на всей зем­ле, говорит Господь, две ча­с­ти на ней бу­дут ис­треб­ле­ны, вы­мрут, а тре­тья ос­та­нет­ся на ней. И вве­ду эту тре­тью часть в огонь, и рас­плав­лю их, как пла­вят се­ре­б­ро, и очи­щу их, как очи­ща­ют зо­ло­то: они бу­дут при­зы­вать имя Мое, и Я ус­лы­шу их и ска­жу: “это Мой на­род”, и они ска­жут: “Гос­подь – Бог мой!”
» (Зах. 13:8–9). «Сие пред­рек Бог и ус­та­ми бо­го­му­д­ро­го За­ха­рии, а имен­но, что две ча­с­ти ис­треб­ле­ны бу­дут за не­ве­рие, тре­тья же, бу­ду­чи пе­ре­жже­на в ис­ку­ше­ни­ях и ока­зав­ша­я­ся до­б­рот­ною, на­и­ме­ну­ет­ся Его на­ро­дом, Его име­нуя Гос­по­дом и Бо­гом. Сие го­во­рит Бог и ус­та­ми дру­го­го про­ро­ка: «и аще» бу­дет чис­ло сы­нов Из­ра­и­ле­вых «яко пе­сок мор­ской, ос­та­нок их спа­сет­ся» (Ис. 10:22)», – пи­шет бла­жен­ный Фе­о­до­рит [74, т. 30, с. 121]. Ди­а­лог, ко­то­рый зву­чит в кон­це это­го про­ро­че­с­ко­го ре­че­ния, не­со­мнен­но, ука­зы­ва­ет нам на от­но­ше­ния За­ве­та (ср. Ос. 2:23).


Следующее про­ро­че­ст­во чи­та­ет­ся в ка­че­ст­ве па­ре­мии на пра­зд­ник Воз­не­се­ния Гос­под­ня: «И ста­нут но­ги Его в тот день на го­ре Еле­он­ской, ко­то­рая пред ли­цем Ие­ру­са­ли­ма к вос­то­ку
» (Зах. 14:4).


Но этим пророчество не ограничивается. В кон­тек­с­те речь идет о Дне Гос­под­нем: «Тог­да вы­сту­пит Гос­подь и опол­чит­ся про­тив этих на­ро­дов, как опол­чил­ся в день бра­ни. И ста­нут но­ги Его в тот день на го­ре Еле­он­ской, ко­то­рая пе­ред ли­цем Ие­ру­са­ли­ма к вос­то­ку; и раз­дво­ит­ся го­ра Еле­он­ская от вос­то­ка к за­па­ду весь­ма боль­шою до­ли­ною, и по­ло­ви­на го­ры отой­дет к се­ве­ру, а по­ло­ви­на ее – к югу. И вы по­бе­жи­те в до­ли­ну гор Мо­их, <…>; и при­дет Гос­подь Бог мой и все свя­тые с Ним. И бу­дет в тот день: не ста­нет све­та, све­ти­ла уда­лят­ся. День этот бу­дет един­ст­вен­ный, ве­до­мый толь­ко Гос­по­ду: ни день, ни ночь; лишь в ве­чер­нее вре­мя явит­ся свет. И бу­дет в тот день, жи­вые во­ды по­те­кут из Ие­ру­са­ли­ма, по­ло­ви­на их к мо­рю вос­точ­но­му и по­ло­ви­на их к мо­рю за­пад­но­му: ле­том и зи­мой так бу­дет. И Гос­подь бу­дет Ца­рем над всею зем­лею; в тот день бу­дет Гос­подь един, и имя Его еди­но
» (Зах. 14:3–9). Та­кое дей­ст­ви­тель­но бы­ло в Ве­ли­кую Пят­ни­цу, ког­да солн­це по­мра­чи­лось и боль­шую часть дня пре­бы­ва­ла тьма, и толь­ко к ве­че­ру эта тьма про­шла. Раз­де­ле­ние го­ры бла­жен­ный Фе­о­до­рит свя­зы­ва­ет с зем­ле­тря­се­ни­ем, быв­шем при смер­ти Спа­си­те­ля [74, т. 30, c. 122].


Многие пророчесткие об­ра­зы нам уже хо­ро­шо зна­ко­мы. По­сле этой по­бе­ды, по­сле во­ца­ре­ния Гос­по­да, по­сле да­ро­ва­ния жи­вой во­ды, истекающей из Ие­ру­са­ли­ма, бу­дет со­вер­шать­ся но­вое слу­же­ние Бо­гу: «За­тем все ос­таль­ные из всех на­ро­дов, при­хо­див­ших про­тив Ие­ру­са­ли­ма, бу­дут при­хо­дить из го­да в год для по­кло­не­ния Ца­рю, Гос­по­ду Са­ва­о­фу, и для пра­зд­но­ва­ния пра­зд­ни­ка ку­щей
» (Зах. 14:16). Тех же, кто не бу­дет при­хо­дить на пра­зд­ник, по­стиг­нет на­ка­за­ние.


Мож­но ска­зать, что в кни­ге про­ро­ка За­ха­рии под­во­дит­ся не­ко­то­рый итог про­ро­че­с­кой про­по­ве­ди. Мно­гое из то­го, о чем здесь го­во­рит­ся, мы ви­де­ли у Ио­и­ля, Иса­ии, Ие­зе­ки­и­ля. По­бе­да и во­ца­ре­ние Гос­по­да, со­вер­шен­ная че­рез стра­да­ние, от­кро­ет изо­биль­ный ис­точ­ник бла­го­да­ти и по­вле­чет за со­бой при­ше­ст­вие всех на­ро­дов для пра­зд­но­ва­ния в Ие­ру­са­лим.



33.3. Кни­га про­ро­ка Ма­ла­хии

Про­рок Ма­ла­хия – по­след­ний по вре­ме­ни слу­же­ния из вет­хо­за­вет­ных про­ро­ков, ес­ли не счи­тать Ио­ан­на Пред­те­чи.


Его про­ро­че­ст­во воз­ве­ща­ет­ся уже по­сле вос­ста­нов­ле­ния хра­ма, при­чем спустя некоторое время. Мы ви­дим здесь яв­но ох­ла­дев­шее бла­го­че­с­тие и дру­гие нрав­ст­вен­ные не­до­стат­ки, ко­то­рые очень близ­ки к тем, о ко­то­рых го­во­рит­ся в кни­гах Ез­д­ры и Не­емии. В этой свя­зи мож­но пред­по­ло­жить, что этот про­рок мог про­ро­че­ст­во­вать ли­бо до их при­хо­да и де­я­тель­но­с­ти в Ие­ру­са­ли­ме, ли­бо, что то­же весь­ма ве­ро­ят­но, в тот пе­ри­од, ког­да Не­емия вре­мен­но от­лу­чил­ся из Ие­ру­са­ли­ма и от­пра­вил­ся сно­ва к Пер­сид­ско­му дво­ру. На­пом­ню, что это про­изо­ш­ло в 433 го­ду до Р. Х. Ког­да че­рез не­ко­то­рое вре­мя Не­емия вер­нул­ся, то ему при­шлось ис­прав­лять нестроения, ко­то­рые весь­ма близ­ки к тем, о ко­то­рых упо­ми­на­ет Ма­ла­хия.


Об­ли­че­ние.
Мы уже име­ли воз­мож­ность за­ме­тить, что ве­ли­кие обе­то­ва­ния, ко­то­рые у до­плен­ных про­ро­ков свя­зы­ва­лись с воз­вра­ще­ни­ем из пле­на, ви­ди­мым об­ра­зом не ис­пол­ни­лись. В этой свя­зи на­ча­лось не­ко­то­рое бро­же­ние умов и па­де­ние бла­го­че­с­тия сре­ди из­ра­иль­тян. Под со­мне­ние ста­вит­ся да­же ис­тин­ность Сло­ва Бо­жия. Как толь­ко на­чи­на­ет­ся ох­лаж­де­ние в пла­не ре­ли­ги­оз­ном, тут же вскры­ва­ют­ся и раз­но­го ро­да на­ру­ше­ния в от­но­ше­ни­ях меж­ду людь­ми. В ча­ст­но­с­ти, это вы­ра­жа­ет­ся в не­вер­но­с­ти. Од­но из во­пи­ю­щих на­ру­ше­ний, ко­то­рые Ма­ла­хия об­ли­ча­ет, – это лег­кость раз­во­дов, бра­ки с ино­пле­мен­ни­ка­ми (Мал. 2:11). Не­вер­ность Бо­гу не­ми­ну­е­мо вле­чет за со­бой и не­вер­ность меж­ду людь­ми.


Строй кни­ги, кста­ти ска­зать, не сов­сем обыч­ный, он ди­а­ло­ги­че­с­кий. Про­рок воз­ве­ща­ет не­ко­то­рую ис­ти­ну, по­том при­во­дит воз­ра­же­ния, ко­то­рые про­тив этой ис­ти­ны воз­ни­ка­ют, и уже на ос­но­ва­нии это­го стро­ит свою даль­ней­шую речь.


Сна­ча­ла Гос­подь на­по­ми­на­ет из­ра­иль­тя­нам, что Он воз­лю­бил их. «Про­ро­че­с­кое сло­во Гос­по­да к Из­ра­и­лю че­рез Ма­ла­хию. Я воз­лю­бил вас, го­во­рит Гос­подь. А вы го­во­ри­те: “в чем явил Ты лю­бовь к нам?”
» (Мал. 1:1–2). И даль­ше Гос­подь при­во­дит им яр­кий ис­то­ри­че­с­кий при­мер: «Не брат ли Исав Иа­ко­ву? го­во­рит Гос­подь; и од­на­ко же Я воз­лю­бил Иа­ко­ва, а Иса­ва воз­не­на­ви­дел”. «Сын чтит от­ца, и раб — гос­по­ди­на сво­е­го; ес­ли Я – отец, то где по­чте­ние ко Мне? и ес­ли Я – Гос­подь, то где бла­го­го­ве­ние п­ре­до Мною? го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф вам, свя­щен­ни­ки, бес­сла­вя­щие имя Мое
» (Мал. 1:6). Это од­но из тех не­мно­гих мест, где Бог в Вет­хом За­ве­те на­зы­ва­ет­ся От­цом. «Вы го­во­ри­те: “чем мы бес­сла­вим имя Твое?” Вы при­но­си­те на жерт­вен­ник Мой не­чи­с­тый хлеб, и го­во­ри­те: “чем мы бес­сла­вим Те­бя?” – Тем, что го­во­ри­те: “тра­пе­за Гос­под­ня не сто­ит ува­же­ния”. И ког­да при­но­си­те в жерт­ву сле­пое, не ху­до ли это? или ког­да при­но­си­те хро­мое и боль­ное, не ху­до ли это?
» (Мал. 1:6–8). Из­ра­иль­тя­не, и в пер­вую оче­редь, свя­щен­ни­ки, по­сколь­ку они долж­ны сле­дить за жерт­ва­ми, при­но­сят в жерт­ву то, что не долж­но, хо­тя по за­ко­ну долж­но при­но­сить­ся са­мое луч­шее. Это при­кры­ва­ет­ся сло­ва­ми о том, что труд­ные вре­ме­на, что труд­но из­брать до­б­рую жерт­ву, что это очень хло­пот­но. Лу­кав­ст­во это ра­зоб­ла­ча­ет­ся очень лег­ко. Гос­подь го­во­рит: «Под­не­си это тво­е­му кня­зю; бу­дет ли он до­во­лен то­бою и бла­го­с­клон­но ли при­мет те­бя?
» (Мал. 1:8). Эти сло­ва свя­тые от­цы со­ве­ту­ют вспо­ми­нать, ког­да ста­но­вим­ся на мо­лит­ву. По­смо­т­ри, как ты сто­ишь на мо­лит­ве пе­ред Гос­по­дом, Твор­цом все­го ми­ра и пред­ставь, что бу­дет, ес­ли ты так­же бу­дешь сто­ять пе­ред ца­рем. А ведь ты, та­ким об­ра­зом, яв­ля­ешь­ся пе­ред Бо­гом и Ему свою мо­лит­ву при­но­сишь.


Свя­щен­ни­ки спра­ши­ва­ют: «чем мы бес­сла­вим имя Твое?
» (Мал. 1:6). В от­вет они слы­шат: «Вы ху­ли­те его [имя Бо­жие], тем, что го­во­ри­те: “тра­пе­за Гос­под­ня не сто­ит ува­же­ния, и до­ход от нее — пи­ща ни­чтож­ная” При­том го­во­ри­те: “вот сколь­ко тру­да!” и пре­не­бре­га­е­те ею,<…> и при­но­си­те ук­ра­ден­ное, хро­мое и боль­ное, <…> мо­гу ли с бла­го­во­ле­ни­ем при­ни­мать это из рук ва­ших? <…> Про­клят лжи­вый, у ко­то­ро­го в ста­де есть не­ис­пор­чен­ный са­мец, и он дал обет, а при­но­сит в жерт­ву Гос­по­ду по­вреж­ден­ное: ибо Я – Царь ве­ли­кий, и имя Мое страш­но у на­ро­дов
» (Мал. 1:12–14).


А меж­ду тем их ви­на еще боль­ше из-за их ис­клю­чи­тель­но­го по­ло­же­ния сре­ди всех на­ро­дов, по­сколь­ку они при­зва­ны слу­жить Бо­гу всей зем­ли. Гос­подь есть не толь­ко Гос­подь иу­де­ев, имя Его бу­дет слав­но у всех на­ро­дов: «Ибо от вос­то­ка солн­ца до за­па­да ве­ли­ко бу­дет имя Мое меж­ду на­ро­да­ми, и на вся­ком ме­с­те бу­ду­т при­но­сить фи­ми­ам име­ни Мо­е­му, чи­с­тую жерт­ву; ве­ли­ко бу­дет имя Мое между народами, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф
» (Мал. 1:11). Здесь тра­ди­ци­он­но ви­дит­ся про­ро­че­ст­во о том, что бо­го­слу­же­ние рас­про­ст­ра­нит­ся сре­ди всех на­ро­дов и под чи­с­той жерт­вой ви­дят ука­за­ние на та­ин­ст­во Ев­ха­ри­с­тии, ко­то­рая бу­дет на вся­ком ме­с­те и во всех на­ро­дах со­вер­шать­ся.


Даль­ше Ма­ла­хия об­ви­ня­ет свя­щен­ни­ков в не­бреж­но­с­ти при уче­нии на­ро­да (что было их обязанностью). По­сколь­ку они не слу­ша­ют­ся и пре­не­бре­га­ют этим, то бу­дут же­с­то­ко на­ка­за­ны: «Ибо ус­та свя­щен­ни­ка долж­ны хра­нить ве­де­ние, и за­ко­на ищут от уст его, по­то­му что он ве­ст­ник Гос­по­да Са­ва­о­фа. Но вы ук­ло­ни­лись от пу­ти се­го, для мно­гих по­слу­жи­ли со­блаз­ном в за­ко­не, раз­ру­ши­ли за­вет Ле­вия, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф. За то и Я сде­лаю вас пре­зрен­ны­ми и уни­жен­ны­ми перед всем на­ро­дом, так как вы не со­блю­да­е­те пу­тей Мо­их, ли­це­при­ят­ст­ву­е­те в де­лах за­ко­на
» (Мал. 2:7–9).


За­тем идет об­ли­че­ние сме­шан­ных бра­ков и раз­во­да. За­кон пре­ду­с­ма­т­ри­вал за­прет на бра­ки с ха­на­не­я­ми (Исх. 34:16; Втор. 7:3), Ма­ла­хия же осуж­да­ет бра­ки с ино­пле­мен­ни­ка­ми во­об­ще. За­кон пре­ду­с­ма­т­ри­ва­ет воз­мож­ность раз­во­да, Ма­ла­хия осуж­да­ет раз­вод.


Кро­ме то­го, иудеи об­ви­ня­ют Бо­га в не­прав­де: «Вы про­гнев­ля­е­те Гос­по­да сло­ва­ми ва­ши­ми и го­во­ри­те: “чем про­гнев­ля­ем мы Его?”. Тем, что го­во­ри­те: “вся­кий, де­ла­ю­щий зло, хо­рош пред оча­ми Гос­по­да, и к та­ким Он бла­го­во­лит”, или: “где Бог пра­во­су­дия?”
» (Мал. 2:17). Из­ве­ст­ная про­бле­ма, ког­да ми­ло­серд­ное дол­го­тер­пе­ние Божие при­ни­ма­ет­ся за по­пу­с­ти­тель­ст­во (2 Пет. 3:3–10).


Про­ро­че­ст­во.
По­сле то­го, как Ма­ла­хия об­ли­ча­ет все эти без­за­ко­ния, он воз­ве­ща­ет путь, ко­то­рым явит­ся пра­во­су­дие: «Вот, Я по­сы­лаю Ан­ге­ла Мо­е­го, и он при­го­то­вит путь пре­до Мною, и вне­зап­но при­дет в храм Свой Гос­подь, Ко­то­ро­го вы ище­те, и Ан­гел за­ве­та, Ко­то­ро­го вы же­ла­е­те; вот, Он идет, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф. И кто вы­дер­жит день при­ше­ст­вия Его, и кто ус­то­ит, ког­да Он явит­ся? Ибо Он – как огонь рас­плав­ля­ю­щий и как ще­лок очи­ща­ю­щий, и ся­дет пе­ре­плав­лять и очи­щать се­ре­б­ро, … пе­ре­пла­вит их, …, что­бы при­но­си­ли жерт­ву Гос­по­ду в прав­де
» (Мал. 3:1–3). Это про­ро­че­ст­во об Ио­ан­не Пред­те­че, вкупе с которым стоит про­ро­че­ст­во о вне­зап­ном яв­ле­нии Гос­по­да в Свой храм. Исполнение этого пророчества мы можем видеть в Евангелии от Иоанна, где по­ве­ст­во­ва­ние о слу­же­нии Хри­с­та начинается с яв­ле­ния Его в хра­ме в пер­вую Па­с­ху. При­чем это яв­ле­ние стало не­о­жи­дан­ностью для иу­де­ев не­смо­т­ря на то, что Ио­анн Пред­те­ча уже го­во­рил: «идет за мною Силь­ней­ший ме­ня
» (Мк. 1:7


Слова о том, что Господь придет как расплавляющий огонь, позволяют связать это пророчество и со Вторым Пришествием Христа. Связь этих двух событий ясно видна во всех пророчествах книги, где речь идет о суде Божием.


Даль­ше пророк снова напоминает о гре­хах на­ро­да. Гос­подь го­во­рит, что они об­кра­ды­ва­ют Его: «Мож­но ли че­ло­ве­ку об­кра­ды­вать Бо­га? А вы об­кра­ды­ва­е­те Ме­ня. Ска­же­те: “чем об­кра­ды­ва­ем мы Те­бя?” Де­ся­ти­ною и при­но­ше­ни­ями. <…> При­не­си­те все де­ся­ти­ны в дом хра­ни­ли­ща, что­бы в до­ме Мо­ем бы­ла пи­ща, и хо­тя в этом ис­пы­тай­те Ме­ня, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф: не от­крою ли Я для вас от­вер­стий не­бес­ных и не изо­лью ли на вас бла­го­сло­ве­ние до из­быт­ка? <…> И бла­жен­ны­ми на­зы­вать бу­дут вас все на­ро­ды, по­то­му что вы бу­де­те зем­лею вож­де­лен­ною, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф
» (Мал. 3:8,10,12). По­ми­мо чи­с­то ис­то­ри­че­с­ко­го зна­че­ния, это очень важ­но и для хри­с­ти­ан­ско­го вну­т­рен­не­го де­ла­ния. По­ка че­ло­век сам пы­та­ет­ся за­ни­мать­ся нрав­ст­вен­ным со­вер­шен­ст­во­ва­ни­ем, са­мо­усо­вер­шен­ст­во­ва­ни­ем, как сей­час при­ня­то го­во­рить, до тех пор он ча­с­то ос­та­ет­ся бес­пло­ден точ­но так­же, как эти иу­деи, ко­то­рые на ос­но­ва­нии то­го, что зем­ля пло­хо ро­дит и уро­жаи не­ве­ли­ки, удер­жи­ва­ли и не от­да­ва­ли по­ло­жен­ной по за­ко­ну де­ся­ти­ны, в надежде обо­га­тить­ся сво­и­ми си­ла­ми и уже потом исполнять повеления Божии. Гос­подь го­во­рит: ис­пы­тай­те Ме­ня, сде­лай­те хо­тя бы то, что Я вам по­ве­лел, и уви­ди­те, что Я воз­дам вам. Точ­но так­ же за­по­ве­ди Бо­жии ка­жут­ся ино­гда че­ло­ве­ку не­ис­пол­ни­мы­ми, не­воз­мож­ны­ми, но тем не ме­нее вся­кий, пы­та­ю­щий­ся жить по этим за­по­ве­дям, при­ни­ма­ет ве­ли­кое воз­да­я­ние и бла­го­дать от Бо­га.


Даль­ше пророк об­ви­ня­ет иу­де­ев в том, что они вос­ста­ют про­тив Господа и го­во­рят, что над­мен­ные сча­ст­ли­вы и «луч­ше ус­т­ра­и­ва­ют се­бя, де­ла­ю­щие без­за­ко­ния, и хо­тя ис­ку­ша­ют Бо­га, но ос­та­ют­ся це­лы
» (Мал. 3:15). «Но бо­я­щи­е­ся Бога го­во­рят друг дру­гу: “вни­ма­ет Гос­подь и слы­шит это, и пред ли­цем Его пи­шет­ся па­мят­ная кни­га о бо­я­щих­ся Гос­по­да и чту­щих имя Его”
» (Мал. 3:16). И ког­да Гос­подь при­дет, то все уви­дят «раз­ли­чие меж­ду пра­вед­ни­ком и не­че­с­ти­вым, меж­ду слу­жа­щим Бо­гу и не слу­жа­щим Ему. Ибо вот, при­дет день, пы­ла­ю­щий как печь; тог­да все над­мен­ные и по­сту­па­ю­щие не­че­с­ти­во бу­дут как со­ло­ма, и по­па­лит их гря­ду­щий день, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф, так, что не ос­та­вит у них ни кор­ня, ни вет­вей. А для вас, бла­го­го­ве­ю­щие пред име­нем Мо­им, взой­дет Солн­це прав­ды, и ис­це­ле­ние в лу­чах Его, и вы вый­де­те и взы­г­ра­е­те, как тель­цы упи­тан­ные; и бу­де­те по­пи­рать не­че­с­ти­вых, ибо они бу­дут пра­хом под сто­па­ми ног ва­ших в тот день, ко­то­рый я со­де­лаю, го­во­рит Гос­подь Са­ва­оф
» (Мал. 3:18 – 4:3). Солн­це Прав­ды – это Хри­с­тос. Подтверждение этому можно найти в Апокалипсисе: «И го­род не име­ет нуж­ды ни в солн­це, ни в лу­не для ос­ве­ще­ния сво­е­го, ибо сла­ва Бо­жия ос­ве­ти­ла его, и све­тиль­ник его – Аг­нец
» (Откр. 21:23).


Бла­жен­ный Фе­о­до­рит по­ла­гал, что «сие при­ли­че­ст­ву­ет и пер­во­му и вто­ро­му при­ше­ст­вию Спа­си­те­ля на­ше­го, по­то­му что в пер­вое при­ше­ст­вие как не­кое солн­це воз­си­ял Он нам, си­дя­щим во тьме и се­ни смерт­ной, ос­во­бо­див нас от гре­ха, со­де­лал при­ча­ст­ни­ка­ми прав­ды, и ду­хов­ны­ми да­ро­ва­ни­я­ми по­крыв нас, как не­ки­ми кры­ла­ми, да­ро­вал ис­це­ле­ние ду­шам на­шим; и во вто­рое при­ше­ст­вие явив­шись из­ну­ря­е­мым в про­дол­же­ние на­сто­я­щей жиз­ни, или про­тив во­ли, или по соб­ст­вен­ной их во­ле, как пра­вед­ный, рас­су­дит их прав­ди­во и даст им обе­то­ван­ные бла­га. И как чув­ст­вен­ное солн­це, вос­хо­дя, одер­жи­мых сном про­буж­да­ет к де­ла­нию: так и Гос­подь, явив­шись, вос­ста­вит одер­жи­мых дол­гим сном – смер­тию. Тог­да имен­но, ска­за­но у про­ро­ка, “изы­ди­те и взы­г­рай­те, яко­же тель­цы от уз раз­ре­ше­ни”, по­то­му что ос­во­бож­де­ны от гре­хов­ных уз» [74, т. 30, с. 144]. Го­во­ря же о по­след­нем сти­хе, он за­ме­ча­ет: «так пеп­лом стал бо­га­тый для Ла­за­ря» [там же, с. 145].


Завершается книга пророка Малахии пророчеством о наступлении дня Господня: «Вот, Я по­ш­лю к вам Илию про­ро­ка пред на­ступ­ле­ни­ем дня Гос­под­ня, ве­ли­ко­го и страш­но­го. И он об­ра­тит серд­ца от­цов к де­тям и серд­ца де­тей к от­цам их, что­бы Я, при­дя, не по­ра­зил зем­ли про­кля­ти­ем
» (Мал. 4:5–6). Эти сло­ва в Но­вом За­ве­те от­но­сят­ся к Ио­ан­ну Пред­те­че (Мф. 17:10–12).


Кни­га про­ро­ка Ма­ла­хии –по­след­няя ка­но­ни­че­с­кая кни­га Вет­хо­го За­ве­та. Мы ви­дим, что Вет­хий За­вет завершается пророчеством о служении Иоанна Предтечи, проповедью которого начинаются Евангелия от Марка и Иоанна. Уче­ни­ки спра­ши­ва­ли Господа: «Как же книж­ни­ки го­во­рят, что Илии над­ле­жит прий­ти преж­де? Ии­сус ска­зал им в от­вет: прав­да, Илия дол­жен прий­ти преж­де и ус­т­ро­ить все; но го­во­рю вам, что Илия уже при­шел, и не уз­на­ли его, а по­сту­пи­ли с ним, как хо­те­ли; так и Сын Че­ло­ве­че­с­кий по­ст­ра­да­ет от них. Тог­да уче­ни­ки по­ня­ли, что Он го­во­рил им об Ио­ан­не Кре­с­ти­те­ле
» (Мф. 17:10–13).


Однако поскольку святой Иоанн Предтеча не был собственно Илией, но пришел «в духе и силе Илии
» (Лк. 1:17), мы ожидаем и пришествия самого Илии с проповедью покаяния перед Вторым Пришествием Спасителя (ср. Откр. 11:3–12).


Таким образом, последняя пророческая книга Ветхого Завета пророчеством об Иоанне Предтече поставляет нас уже на пороге Нового Завета, а пророчеством о дне Господнем указывает на грядущее восстановление всей твари. На этом глас пророческий в Израиле умолкает. Возможная для Ветхого Завета полнота откровения дана, и Иерусалиму остается только узнать «день посещения своего
» (Лк. 19:44).


ПРИЛОЖЕНИЕ
К Введению

Прп. Си­ме­он Но­вый Бо­го­слов


«Так и те, ко­то­рые на­хо­дят­ся во тьме стра­с­тей, у ко­то­рых ум ом­ра­чен не­ве­де­ни­ем о ве­щах ду­хов­ных, – или, пря­мо го­во­ря, те, ко­то­рые не име­ют ума Хри­с­то­ва (а умом Хри­с­то­вым я на­зы­ваю Дух Хри­с­тов, т. е., бла­го­дать Все­свя­та­го Ду­ха, про­све­ща­ю­щую и по­да­ю­щую ду­хов­ное бо­же­ст­вен­ное ве­де­ние), <…> из­вра­ща­ют и вкривь пе­ре­тол­ко­вы­ва­ют все Бо­же­ст­вен­ное Пи­са­ние по по­хо­тям сво­им, и не­ко­то­рым об­ра­зом рас­тле­ва­ют его стра­с­тя­ми сво­и­ми, хо­тя при сем не Бо­же­ст­вен­ное Пи­са­ние рас­тле­ва­ет­ся, а рас­тле­ва­ют­ся они са­ми – кри­во­тол­ко­ва­те­ли его. Итак эти, не име­ю­щие пра­во­го суж­де­ния о ве­щах, но ом­ра­чен­ные стра­с­тя­ми и по гор­до­с­ти не при­ни­ма­ю­щие на­став­ле­ния от дру­гих, как воз­мож­но, ска­жи мне, чтоб они са­ми со­бою по­стиг­ли и ура­зу­ме­ли бо­же­ст­вен­ное и ду­хов­ное? Как сле­пой и не­ви­дя­щий све­та сол­неч­на­го не мо­жет чи­тать пи­с­мен, све­том ос­ве­щен­ных, так и тот, кто слеп умом и не име­ет ума Хри­с­то­ва, ни­как не мо­жет по­нять и ура­зу­меть ве­щей, кои суть во све­те Хри­с­то­вом, и хоть бы он тьмы раз пе­ре­чи­ты­вал на­пи­сан­ное о них в Бо­же­ст­вен­ных Пи­са­ни­ях, не­воз­мож­но, как ду­маю, чтоб он ус­мо­т­рел что-ни­будь и что-ли­бо по­нял в ду­хов­ном, не­ве­ще­ст­вен­ном и све­то­вом, бу­ду­чи сам ове­ще­ств­лен и ом­ра­чен. – И да не пре­ль­ща­ет вас кто-ли­бо из та­ко­вых!» [66, т. 1, с. 227 – 228].


«Из се­го вид­но, сколь не­об­хо­ди­мо для нас ис­сле­до­вать Бо­же­ст­вен­ные Пи­са­ния со всем тща­ни­ем и вни­ма­ни­ем, и Хри­с­тос Гос­подь, да­вая ура­зу­меть, ка­кая ве­ли­кая от се­го про­ис­хо­дит поль­за, го­во­рил: «ис­пы­тай­те Пи­са­ния», — ис­пы­тай­те и удер­жи­вай­те со всей точ­но­с­тью и ве­рою все, что в них го­во­рит­ся, что­бы вер­но знать, та­ким об­ра­зом, во­лю Бо­жию и уметь раз­ли­чать не­по­гре­ши­тель­но до­б­ро от зла, а не вся­ко­му ду­ху ве­ро­вать и но­сить­ся в ви­х­ре вре­ди­тель­ных по­мыс­лов. По­верь­те мне, бра­тья мои, что нет дру­го­го бо­лее лег­ко­го пу­ти ко спа­се­нию, как по­сле­до­вать к бо­же­ст­вен­ным по­ве­ле­ни­ям Хри­с­то­вым, – впро­чем, по­треб­но нам и сле­зы мно­гие, и страх ве­ли­кий, тер­пе­ние боль­шое, не­пре­стан­ная мо­лит­ва, – что­бы от­кры­лась нам си­ла хоть од­но­го вла­дыч­не­го сло­ва, да по­зна­ем ве­ли­кие та­ин­ст­ва, со­кры­тые в ма­лых сло­вах и при­да­дим ду­ши свои на смерть за са­мую ма­лую за­по­ведь Хри­с­то­ву. Сло­во Бо­жие есть меч обо­юдо­ос­т­рый, ко­то­рый от­се­ка­ет и от­де­ля­ет от ду­ши вся­кую по­хоть и вся­кое плот­ское стрем­ле­ние. При этом оно бы­ва­ет и пла­ме­нем ог­нен­ным, вос­пла­ме­ня­ю­щим рев­ность ду­шев­ную и де­ла­ю­щим то, что мы пре­зи­ра­ем все при­скорб­но­с­ти на­сто­я­щей жиз­ни, встре­ча­ем с ра­до­с­тью и ве­се­ль­ем вся­кое при­хо­дя­щее на нас ис­ку­ше­ние и са­мую смерть, ко­то­рая так страш­на для дру­гих лю­дей – же­ла­тель­но при­ем­лем как жизнь и ис­точ­ник жиз­ни» [66, т. 2, с. 236 – 237].


Св. Ан­д­рей Ке­са­рий­ский


«Вся­кое Бо­же­ст­вен­ное Пи­са­ние да­но Ду­хом в тро­я­ком ви­де, как тро­е­ча­с­тен и че­ло­век. Как бы не­ко­то­рое его те­ло со­став­ля­ют бук­вы и под­ле­жа­щий чув­ст­ву рас­сказ, как бы ду­шу — об­раз­ные, пе­ре­но­ся­щие чи­та­те­ля от чув­ст­вен­но­го к мыс­ли­мо­му, вы­ра­же­ния, и как бы дух его — ука­за­ние и со­зер­ца­ние са­мо­го воз­вы­шен­но­го — бу­ду­ще­го. Пер­вое при­ли­че­ст­ву­ет су­щим под за­ко­ном, вто­рое — су­щим под бла­го­да­тью и тре­тье — бла­жен­но­му со­сто­я­нию, в ко­то­ром цар­ст­ву­ет дух, по­бо­ров­ший все плот­ские по­мыс­лы и дви­же­ния. Пер­вое за­ни­ма­ет­ся пе­ре­да­чей со­бы­тий, уже со­вер­шив­ших­ся, но не­ред­ко и не­ма­ло ук­ра­ша­ет­ся и пред­те­ку­щи­ми об­ра­за­ми ис­ти­ны. Вто­рое — по­уче­ни­я­ми при­точ­ны­ми и дру­ги­ми по­доб­ны­ми учи­тель­ны­ми рас­суж­де­ни­я­ми, как на­при­мер: «тер­ния про­зя­ба­ют в ру­це пи­я­ни­цы» (Прит. 26:9), или: «ус­ра­ми­ся Си­до­не, ре­че мо­ре» (Ис. 23:4) и т.п. Тре­тье же, то есть ду­хов­ное, по пре­иму­ще­ст­ву за­клю­ча­ет­ся в Апо­ка­лип­си­се Ио­ан­на Бо­го­сло­ва. Прав­да, вме­с­те с ис­то­ри­че­с­ким и об­раз­ным ви­ди­мо оно во мно­же­ст­ве и у дру­гих про­ро­ков, но здесь в осо­бой ме­ре изо­би­лу­ет; по­се­му Бо­гом и по­ве­ле­но воз­ве­щать его толь­ко со­вер­шен­ным в зна­нии» [1, с. 4].


Свт. Ио­анн Зла­то­уст


«Когда же род человеческий впал в великое нечестие, и тогда совершенно не отвратился Создатель от всего рода человеческого, но так как люди сделались недостойными беседы с Ним, то желая возобновить общение с ними, посылает к людям, как будто к находящимся вдали, писание, чтобы привлечь к Себе весь род человеческий. Это писание послал Бог, а принес Моисей» [29, т. 4, c. 9].


О сотворении мира (Быт. 1:1):


«Итак, прошу вас, будем внимать этим словам так, как будто бы мы слушали не Моисея, но Самого Господа Вселенной, говорящего устами Моисея, и распростимся надолго с собственными рассуждениями: «помышления бо человеческая боязлива и погрешительна умышления их» (Прем. 9,14). С великою благодарностью будем принимать сказанное (Моисеем
), не выступая из своих границ, и не испытуя того, что выше нас» [29, т. 4, с. 9].


О переводе
LXX:


«Это было делом домостроительства Божия, чтобы т.е. этими книгами воспользовались не только знавшие еврейский язык, но и все обитатели вселенной» [29, т. 4, с. 26].


«Не будем же, прошу, пренебрегать чтением (Писания
), но, понимаем ли содержащееся (в нем
), или не понимаем, (во всяком случае
) будем как можно чаще обращаться к нему. Постоянное упражнение в чтении напечатлевает неизгладимо в памяти (прочитанное
) и часто, чего сегодня мы не могли понять при чтении, то вдруг понимаем, снова приступив к чтению, завтра, потому что человеколюбивый Бог невидимо просвещает наш ум» [29, т. 4, с. 376].


«Таково свойство Писания: в немногих словах его часто можно найти множество мыслей. Так как оно есть учение божественное, а не человеческое, то можно видеть, что все оно противоположно мудрости человеческой. Я объясню, каким это образом. Там (я говорю о мудрости человеческой) все старание бывает обращено на изложение слов; здесь – совсем напротив: (Св. Писание) не имеет в виду красоты слов или их (искусного) сочетания: оно само в себе имеет божественную благодать, которая сообщает блеск и красоту словам его. И опять, там (в писаниях человеческих) среди пространного и неизобразимого пустословия едва можно встретить какую-либо мысль; а здесь (в Св. Писании), как вы уже знаете, и краткого изречения часто достаточно было для нас, чтобы составить целое поучение» [29, т. 4, с. 399].


«Как каж­дый че­ло­век со­сто­ит из те­ла, ду­ши и ду­ха, так и Пи­са­ние – из те­ла сло­ва, то есть из со­ста­ва слов при обыч­ном их по­ни­ма­нии, из ко­то­ро­го из­вле­ка­ет поль­зу про­стей­ший – это на­зы­ва­ет­ся бли­жай­шим на­уче­ни­ем; из ду­ши или ана­го­гии, ко­то­рую слу­ша­ет сколь­ко–ни­будь воз­рос­ший (ду­хов­но), и из выс­ше­го ду­хов­но­го со­зер­ца­ния, о ко­то­ром раз­мы­ш­ля­ют и го­во­рят со­вер­шен­ные. Так об ос­ли­це, при­вя­зан­ной про­тив ве­си, на ко­то­рой вос­се­дал Спа­си­тель, [по­нят­но что го­во­рит­ся о вхо­де Гос­под­нем в Ие­ру­са­лим], преж­де все­го на­пи­ши ска­зан­ное [то есть ис­то­ри­че­с­кие об­сто­я­тель­ст­ва это­го вхо­да]. За­тем ана­го­гию, со­сто­я­щую в том, что сло­во, вос­шед на ско­то­вид­ный нрав, при­го­тов­ля­ет его к ра­зум­но­му дви­же­нию. За­тем по ду­хов­но­му со­зер­ца­нию мыс­ли че­ло­ве­че­ст­во вос­при­ни­ма­е­мое из ме­с­та про­тив рая, что­бы оно, но­ся об­раз, во­шло в рай» [29, т. 12, с. 1131].


Прп. Иоанн Кассиан Римлянин


«Глава 34. О мнении того же старца (аввы Феодора), который учил, что монах может приобрести знание Св. Писания не исследованием его, а молитвою и чистотою сердца.


Когда некоторые братия удивлялись его ясным понятиям и просили его изъяснить некоторые места Св. Писания, то он сказал: «монах, желающий понимать Св. Писание, должен заниматься не столько чтением толкователей, сколько очищением сердца от плотских пороков. Если сии пороки будут истреблены, то по снятии покрывала страстей, душевные очи будут созерцать тайны Св. Писания. Ибо оно не с тем открыто от Св. Духа, чтобы мы его не знали; темно же оно от того, что душевные наши очи закрываются покровом пороков; а если им возвращено будет естественное их здравие, то и одного чтения Св. Писания достаточно будет для уразумения истинного смысла его, и не будет нужды в пособии толковников, подобно тому, как телесные глаза не нуждаются ни в какой науке для видения, если только они чисты и нет темноты. От того-то и у самих толкователей произошло столько разностей и погрешностей, что приступая к толкованию Св. Писания, не заботятся об очищении духа: по причине нечистоты сердечной они не только не видят света истины, но еще придумывают много противного вере» [31, с. 68 – 69].


«Глава 3. Ответ о многоразличной пище Св. Писания.


Серен.
Божественное Писание о том, чему хотело научить нас, нечто даже и тем, которые не имеют острого ума, так ясно и очевидно изрекло, что не только никакою тенью сокровенного смысла не помрачено, или не прикрыто, но и не имеет никакой нужды в пособии толкования, выражает свои понятия и мысли в собственном, буквальном значении слов. А некоторые места так прикровенны и как бы затемнены таинственностью, что в исследовании и уразумении их представляется для нас неизмеримое поле упражнения и заботы. Это так Бог устроил по многим причинам, во-первых для того, чтобы божественные тайны, не имея никакого прикровения духовного разумения, не открывались всем людям, то есть как верным, так и неверным с одинаковым знанием и пониманием; через это между нерадивыми и рачительными не было бы такого различия касательно добродетели и благоразумия; потом для того, чтобы и между самыми верующими, когда простирается пред ними неизмеримое поле разумения, обличалось нерадения беспечных и открылась ревность и тщательность усердных. Потому Божественное Писание хорошо сравнивается с тучным, плодоносным полем, которое рождает и приносит много таких плодов, которые полезны для пищи людей без варения на огне; некоторые, если наперед от варения и умягчения на огне не потеряют жестокость своей терпкости , признаются негодными для употребления людей, или вредными; а некоторые признаются удобными для употребления в том и другом виде, так что и невареные они по своей терпкости не противны, или не вредны, однако ж сваренные на огне становятся более полезными. Многие растения также вырастают в пищу только неразумных скотов и животных, или зверей и птиц, а в пищу людям не полезны, которые, оставаясь в своей суровости, без всякого уварения на огне, доставляют животным сытость. Подобное усматриваем и в этом плодоносном саду духовных писаний, в котором некоторые места сияют ясным, очевидным буквальным значением, так что не имеют нужды в высшем истолковании, только простым духовным смыслом достаточно питают слушающих, как например: «слушай, Израиль, Господь Бог твой есть один Бог
», и: «люби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всеми силами твоими
» (Втор. 6, 4–5). А некоторые изречения если не будут утончены аллегорическим изъяснением и умягчены испытанием духовного огня, то без причинения расстройства никак не послужат спасительною пищею для внутреннего человека, и от принятия их последует больший вред, нежели какая либо польза, каково следующее: «да будут чресла ваши препоясаны, и светильники горящи. У кого нет меча, продавай одежду свою, и купи меч
» (Лук. 12,35; 22, 36). «Кто не берет креста своего, и не следует за Мной, тот недостоин Меня
» (Мф. 10,38). Некоторые весьма строгие монахи, имеющие ревность Божию, но не по разуму, понимая это просто, сделали себе деревянные кресты и, нося их постоянно на плечах, всем видящим доставили не назидание, а смех. А некоторые изречения удобно и необходимо прилагаются к тому и другому пониманию, то есть как историческому, так и иносказательному, так что то и другое изъяснение доставляет жизненные соки душе, каково следующее: «если кто ударит тебя в правую щеку твою, то обрати к нему другую
» (Мф. 5,39); «когда будут гнать вас в одном городе, бегите в другой. Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение свое и раздай нищим, и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною
» (Мф. 10,23; 19,21). Произращает оно и сено скотам, каковою пищею наполнены все поля Св. Писания, именно содержит простое и чистое повествование истории, от которого все более простые и менее способные к совершенному и чистому разумению, по состоянию и мере своей делаются здоровее и сильнее только к работе и труду деятельной жизни» [31, с. 306 – 308].


«Глава 10. О приобретении истинного знания.


Авва Нестерой: Если хочешь достигнуть истинного знания Св. Писания, то тебе надобно постараться сначала приобрести непоколебимое смирение сердца, которое усовершением в любви приведет тебя не к тому знанию, которое надмевает, а к тому, которое просвещает. Ибо невозможно неочищенной душе приобрести дар духовного знания. И потому со всею осторожностью избегай, чтобы у тебя через упражнение в чтении, вместо света знания и вечной славы, приобретаемой просвещением науки, не произошли качества, ведущие к погибели, от суетной гордости. Потом надобно тебе всячески стараться, по отвержении всякой заботы и помышления земного, рачительно и даже непрестанно заниматься чтением Св. Писания, пока постоянное размышление напитает твой дух, как бы преобразить в подобие себе, сделав из него некоторым образом ковчег завета, содержащий в себе каменные скрижали, то есть постоянную твердость двоякого завета; также золотую стамну, то есть чистую, беспримесную память, которая бы постоянно твердо сохраняла в себе скрытую манну, то есть вечную, небесную сладость ангельского хлеба, – духовных чувств; также жезл Ааронов, то есть спасительное знамя высочайшего и истинного Первосвященника нашего Иисуса Христа, всегда цветущее свежестью бессмертной памяти. Этот-то жезл, после того как был посечен от корня Иессеева, по умерщвлении теперь еще с большею жизненностью процветает. Все это осеняется двумя херувимами, то есть полнотою исторического и духовного знания. Ибо херувим значит множество знания, которое всегда будет осенять очистилище Божие, то есть спокойствие твоего сердца, и покрывать от всех нападений злых духов. И таким образом дух твой, не только в ковчег Божественного завета, но и в священное царство возведенный посредством ненарушимого расположения чистоты, как бы поглощенный духовным учением, будет исполнять ту первосвященническую заповедь, о которой законодатель говорит так : «от святилища он
(первосвященник) не должен отходить, чтобы не осквернить святилище Божие»
(Лев. 21,12), то есть сердце свое, в котором Господь обещал постоянно пребывать, говоря, «веселюсь в них, и буду ходить среди их»
(Лев. 26,12; 2 Кор. 6,16). Посему надобно прилежно изучать на память, и постоянно прочитывать с размышлением книги Св. Писания. Ибо это постоянное размышление приносит нам двоякий плод: первый тот, когда внимание души занято чтением и размышлением о прочитанном, она не пленяется никакими сетями вредных помыслов; потом тот, что чего из пройденного частым повторением, когда мы старались усвоить памяти, не могли понять духом, в то время не свободным, после освободившись от всех развлечений делами и видением, особенно во время ночного безмолвия размышляя, мы яснее усматриваем, так что, по успокоении и даже погружении в глубокий сон, нам раскрывается разумение сокровеннейшего смысла, которого мы даже и слегка не поняли в бодрственном состоянии» [31, с. 429 – 430].


Еп. Ар­се­ний Жа­да­нов­ский:


«В те­че­ние дня он, по­ми­мо Но­во­го За­ве­та, про­чи­ты­вал жи­тие свя­то­го, служ­бу ему по Ми­нее, а в кон­це жиз­ни осо­бен­но уте­шал­ся пи­са­ни­я­ми про­ро­ков. По по­во­ду по­след­не­го ба­тюш­ка в бе­се­де со­об­щил мне сле­ду­ю­щее: “я те­перь за­нят чте­ни­ем про­ро­ков и не­ма­ло удив­ля­юсь Бо­го­про­с­ве­щен­но­с­ти их: мно­гое от­но­сит­ся к на­шим вре­ме­нам, да и во­об­ще, хо­ро­шо раз­ви­вать­ся сло­вом Бо­жи­им. Ког­да я чи­таю, ощу­щаю, как в нем все на­пи­са­но свя­щен­ны­ми пи­са­те­ля­ми под оза­ре­ни­ем Ду­ха Свя­то­го, но нуж­но на­вык­нуть к та­ко­му ос­мыс­лен­но­му чте­нию. Вспом­нишь се­бя лет трид­цать на­зад – не­лег­ко мне это да­ва­лось. Бе­решь, бы­ва­ло, Свя­тое Еван­ге­лие, а на серд­це хо­лод­но и мно­гое ус­коль­за­ло от вни­ма­ния. Те­перь ду­хов­ный вос­торг ох­ва­ты­ва­ет мое серд­це – так оче­вид­но для ме­ня в сло­ве Бо­жи­ем при­сут­ст­вие бла­го­да­ти. Мне ка­жет­ся, что я при чте­нии впи­ты­ваю ее в се­бя”» [3, с. 155].


П.А. Юн­ге­ров:


«Сверх книг Вет­хо­го За­ве­та, на­хо­дя­щих­ся в ев­рей­ском со­ста­ве свя­щен­но­го вет­хо­за­вет­но­го ка­но­на и при­знан­ных Пра­во­слав­но-вос­точ­ной Цер­ко­вью ка­но­ни­че­с­ки­ми, есть це­лые кни­ги или зна­чи­тель­ные до­пол­не­ния в кни­гах, су­ще­ст­ву­ю­щие в гре­че­с­ком и дру­гих древ­них пе­ре­во­дах Биб­лии, а из них пе­ре­шед­шие и в на­ши сла­вян­ский и рус­ский пе­ре­во­ды и в де­ла­е­мые в Рос­сии из­да­ния сла­вян­ской и рус­ской Биб­лии.


В рус­ских пра­во­слав­но-бо­го­слов­ских тру­дах: ми­т­ро­по­ли­та Ма­ка­рия, арх. Ми­ха­и­ла, проф. Соль­ско­го и др. эти кни­ги и от­де­лы на­зы­ва­ют­ся не­ка­но­ни­че­с­ки­ми, у про­те­с­тан­тов – апо­кри­фа­ми, у ка­то­ли­ков – дев­те­ро­ка­но­ни­че­с­ки­ми и апо­кри­фи­че­с­ки­ми.


Цель­ные не­ка­но­ни­че­с­кие кни­ги сле­ду­ю­щие: кни­га То­ви­та, Иу­дифь, По­сла­ние Ие­ре­мии, Пре­му­д­ро­с­ти Ии­су­са, сы­на Си­ра­хо­ва, Пре­му­д­ро­с­ти Со­ло­мо­на, 1, 2 и 3-я Мак­ка­вей­ские, 2 и 3-я Ез­д­ры и Ва­ру­ха. Не­ка­но­ни­че­с­кие до­бав­ле­ния на­хо­дят­ся в сле­ду­ю­щих кни­гах: в кни­ге Ес­фирь: 1, 1; 3, 13; 4, 17; 5, 1; 8, 12; 10, 3 (в Вуль­га­те и древ­них сла­вян­ских из­да­ни­ях Биб­лии все эти встав­ки по­ме­ща­лись как от­дель­ные гла­вы, как бы до­пол­не­ние к кни­ге Ес­фирь: 11 – 16 глл.); в кни­ге Да­ни­и­ла: 3, 24 – 90, 13 и 14 гла­вы, Пса­лом 151, 2 Пар. 36 гл. (по­сле 23 ст.), Ио­ва 42, 17.


Об­щее пра­во­слав­но-бо­го­слов­ское суж­де­ние о не­ка­но­ни­че­с­ких кни­гах и от­де­лах мо­жет быть вы­ве­де­но из сле­ду­ю­щих цер­ков­но-ис­то­ри­че­с­ких сви­де­тельств. В 85 апо­с­толь­ском пра­ви­ле кни­га «Пре­му­д­ро­с­ти мно­го­уче­но­го Си­ра­ха» на­зна­ча­ет­ся для изу­че­ния «юным», три Ма­ка­вей­ские кни­ги при­зна­ны «чти­мы­ми и свя­ты­ми». Бо­лее раз­дель­но го­во­рит Ори­ген о не­ка­но­ни­че­с­ких кни­гах: «кни­ги То­ви­та, Иу­дифь, Пре­му­д­рость Со­ло­мо­на и Си­ра­ха сле­ду­ет чи­тать ог­ла­шен­ным, по­то­му что они не мо­гут упо­треб­лять твер­дой пи­щи, за­клю­ча­ю­щей­ся в та­ин­ст­вен­ных бо­го­дух­но­вен­ных пи­са­ни­ях» (Hom. 27 in Numer.). Лег­кость ду­хов­ной пи­щи, до­став­ля­е­мой не­ка­но­ни­че­с­ки­ми кни­га­ми, за­ви­сит от то­го, что они не под­ле­жат та­ин­ст­вен­но­му и мно­го­труд­но­му ал­ле­го­ри­че­с­ко­му изъ­яс­не­нию, ко­е­му под­ле­жа­ли ка­но­ни­че­с­кие бо­го­дух­но­вен­ные пи­са­ния, за­клю­чав­шие выс­ший смысл, со­еди­ня­е­мый Св. Ду­хом с их бук­вою. Та­кое же на­зна­че­ние не­ка­но­ни­че­с­ким кни­гам да­ет св. Афа­на­сий: «есть кро­ме сих (т. е. 22-х ка­но­ни­че­с­ких) и дру­гие кни­ги, не вве­ден­ные в ка­нон (ef kanonizowmena)[55]
, но на­зна­чен­ные от­ца­ми для чте­ния но­во­всту­па­ю­щим и же­ла­ю­щим ог­ла­сить­ся сло­вом бла­го­че­с­тия: Пре­му­д­рость Со­ло­мо­но­ва, Пре­му­д­рость Си­ра­хо­ва, Ес­фирь, Иу­дифь и То­виа» (39-е посл. о пра­зд­ни­ках). На Кон­стан­ти­но­поль­ском со­бо­ре (1672 г.) по­ста­нов­ле­но: «хо­тя не­ко­то­рые вет­хо­за­вет­ные кни­ги, пи­сан­ные свящ. пи­са­те­ля­ми, в ис­чис­ле­ни­ях со­бор­ных и оте­че­с­ких (т. е. в чис­ле 22-х книг) не при­чис­ля­ют­ся к свя­щен­ным кни­гам, но не долж­ны быть от­вер­га­е­мы, как ес­те­ст­вен­ные и обыч­ные, а долж­ны быть все­гда счи­та­е­мы до­б­ры­ми и на­зи­да­тель­ны­ми и от­нюдь не пре­зи­ра­е­мы». На­ко­нец, на Ие­ру­са­лим­ском со­бо­ре (1672 г.) по­ста­нов­ле­но: «сле­дуя пра­ви­лу ка­фо­ли­че­с­кой Церк­ви на­зы­ва­ем свя­щен­ным пи­са­ни­ем… Пре­му­д­рость Со­ло­мо­на, кни­гу Иу­дифь, То­вию, ис­то­рию дра­ко­на и Су­сан­ны (Дан. 13–14 глл.), Мак­ка­вей­ские и Пре­му­д­рость Си­ра­ха. Их при­зна­ем не­из­мен­ною ча­с­тью Свящ. Пи­са­ния». Но при­зна­вая «не­из­мен­ною ча­с­тью Свящ. Пи­са­ния», т. е. спи­с­ков Биб­лии, со­бо­ры эти не на­зы­ва­ют не­ка­но­ни­че­с­кие кни­ги бо­го­дух­но­вен­ны­ми. В Ка­ти­хи­зи­се митр. Фи­ла­ре­та по­вто­ря­ет­ся лишь суж­де­ние св. Афа­на­сия о на­зна­че­нии не­ка­но­ни­че­с­ких книг для ог­ла­шен­ных и всту­па­ю­щих в Цер­ковь. Об­щий вы­вод из при­ве­ден­ных ци­тат по во­про­су о не­ка­но­ни­че­с­ких кни­гах дол­жен быть сле­ду­ю­щий: а) они не бо­го­дух­но­вен­ны, б) по­лез­ны и на­зи­да­тель­ны, в) вы­ше всех обыч­ных про­из­ве­де­ний ес­те­ст­вен­но­го ра­зу­ма, г) долж­ны вклю­чать­ся в свя­щен­но-биб­лей­ские спи­с­ки и д) на­зна­чать­ся в пре­иму­ще­ст­вен­ное чте­ние для ог­ла­шен­ных. Но по­след­ним пра­ви­лом, ко­неч­но, от­нюдь не ис­клю­ча­ет­ся чте­ние их и ве­ру­ю­щи­ми, дей­ст­ви­тель­ны­ми чле­на­ми Церк­ви. Из прак­ти­ки Гре­ко-рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви из­ве­ст­но, что ча­с­ти кни­ги Пре­му­д­ро­с­ти Со­ло­мо­на (2 – 5 и 10 глл.) и кни­ги Ва­ру­ха (8 – 4 глл.) чи­та­ют­ся в па­ре­ми­ях за бо­го­слу­же­ни­ем; служ­ба на 1 ав­гу­с­та со­став­ле­на по 2 Мак­ка­вей­ской кни­ге (7 гл.) и на­пол­не­на вы­держ­ка­ми из этой кни­ги; песнь трех от­ро­ков (Дан. 3, 24 – 90) слу­жит ос­но­ва­ни­ем 7 и 8 пес­ней ка­но­на и раз­но­об­раз­но в по­след­них рас­кры­ва­ет­ся и еже­днев­но вос­пе­ва­ет­ся за ут­рен­ним бо­го­слу­же­ни­ем; в па­ре­мии Ве­ли­кой Суб­бо­ты чи­та­ет­ся та же песнь, а мо­лит­ва Ма­нас­сии (2 Пар. 36 гл.) чи­та­ет­ся на ве­ли­ком по­ве­че­рии. Та­ким об­ра­зом, не­ка­но­ни­че­с­кие кни­ги и до­бав­ле­ния не ис­клю­ча­ют­ся не толь­ко из до­маш­не­го, но и из цер­ков­но­го чте­ния и пе­ния для всех ве­ру­ю­щих пра­во­слав­ных хри­с­ти­ан. Эти кни­ги и от­де­лы, вхо­дя в со­став из­да­ва­е­мой Пра­во­слав­ной Цер­ко­вью Биб­лии, при­зна­ют­ся Цер­ко­вью от­де­ла­ми цер­ков­ны­ми, по­лез­ны­ми не толь­ко для до­маш­не­го, но и для цер­ков­но–бо­го­слу­жеб­но­го чте­ния[56]
» [91, 380 – 381].


Свящ. Павел Флоренский


К методологии исторической критики


«Век исторической критики, ХIХ-ый, изменил характер нападок неверия против Церкви и из области философии перенес борьбу в область истории Подлинность или неподлинность того или другого исторического памятника – вот преимущественный предмет горячих пререканий в ХIХ-м веке. Но самая острота этих споров заставляет думать, что молчаливою, общею предпосылкою спорящих сторон было предположение, что можно убедить друг друга, что то или другое мнение рано или поздно непременно возьмет верх и, притом, с непреложностью «объективной» научной теоремы, независимо от общих убеждений каждой из спорящих сторон. Этот исторический рационализм, т.е. убеждение в рациональной доказуемости исторических тезисов есть, конечно, не боле как методологическая наивность. В корне же ее лежит невнимание, некритическое отношение к понятию «вероятности» и его производным, в особенности же к понятиям «математического ожидания» и «ожи­дания нравственного», разработанным формально в теории вероятностей и представляющим явно или подспудно основные понятия всякой исторической науки.


В самом деле, недостаточно сказать «знаю», но нужно еще определить степень знания, необходимо охарактеризовать «количество знания». Другими словами, здравый смысл, которым довольствуется историческая наука, должно, по меткому слову Лапласа «перевести на вычисление» и тем, впервые получить возможность отнестись к своему знания сознательно. Так понятно, что, сознавая неполноту своего знания мы должны стараться уяснить себе меру его. Век ХIХ-ый ознаменован в самом начале своем критикою знания, ХХ-ый же производит критику методов знания. Итог этой критики – тот, что в настоящее время не нуждает­ся уже в подробном объяснении мысли, высказанная ране блестящим Стенли Джевонсом, а именно, что «почти каждая проблема в науке принимает форму балансирования вероятностей» и что, следовательно, не может быть рациональной уверенности в том или другом решении наук апостериорных, но – лишь та или иная степень вероятия. Заключение от следствий к причинам и от фактов к их генезису всегда только вероятно, и вероятность эта определяется законами, открытыми Бернулли, Чебышевым и др. Только бесконечный опыт мог бы дать достоверное знание; вероятность же в нашем знании и есть отражение потенциальной бесконечности опыта. Это относится и к физике, и к астрономии, и к химии, и, в особенности, – к историческим дисциплинам. Однако, в дисциплинах исторических вопрос ставится по-особому. Ведь тут наука имеет дело не с тезисом, более или мене безразличным для духовной культуры, а с духовною ценностью, в охранении или в ниспровержении которой каждый непременно заинтересован, – так или иначе. Поэтому, мы не в силах, да и не в праве, рассматривать ту или иную гипотезу касательно исторической данности безотносительно к ценности, которую имеет в нашем сердце эта данность при сделанной гипотезе; и следовательно, когда задаемся мы той или иной гипоте­зой относительно некоторого памятника духовной культуры, то мы безусловно не можем, – да и нисколько не должны – обследовать ее вне своей оценки этого памятника, хотя и самая оценка тоже, в свою очередь зависит от характера гипотезы. Конечно, во всякой науке есть прагматический момент; но в науках о культуре он относится не только к целому мировоззрению, но и к каждой частности его.


В науках естественных известные основные положения обосновываются прагматически, следствия же чисто внешне, логически, вытекают из предпосылок. В науках же о культуре каждое положение, каждый шаг вырабатывается целестремительно. Тут такая же раз­ница, как между механизмом и организмом. В первом лишь общий план целесообразен, а части – чисто внешне сцепляются друг с другом; во втором же нет ни одной клеточки, которая бы сама не была целестремительной, и весь насквозь он организован. Может быть, мы можем приблизительно «объективно» учитывать вероятность гипотезы (всегда лишь гипотезы) о составе того или другого минерала; но было бы явною нелепостью притязать на «объективное» обсуждение подлинности какой-нибудь реликвии, происхождения Св. Писания или, даже, времени написания диалогов Платона или поэм Гомера. И, кто вообразит, что в этих вопросах он что-то «доказал» с непреложностью, тот очевидно никогда еще даже не ставил себе критической задачи о сущно­сти исторических методов. Должно решительно отказаться от каких бы-то ни было пререканий с ним до тех пор, пока он, хотя бы элементарно, ни проштудирует теории вероятностей, – этого «самого величественного из созданий ума».


Всякое суждение и всякое умозаключение в области исторических наук есть суждение с коэффициентом вероятности; если суждение и умозаключение выражается формулою


a ə
b,


то историческое суждение и историческое умозаключение» во всяком случае, должно выражаться формулою


a ə
p

b,


где символ


ə
p


означает связку, как функцию параметра р, т е. вероятности связи «a ə
b». Язык подтверждает, что связка имеет степени вероятности, ибо дает множество ре­чений, соответствующих различным оттенкам этой связки. Для наглядности, часть этих речений расположим в табличку, представляющую собою лестницу ступеней «нравственного ожидания» известной гипотезы, – так сказать, спектр степеней твердости нашей веры или нашего неверия в гипотезу. Вот эта табличка:











+ ∞




+


Абсолютно да


Наверное, наверняка да


Несомненно, без сомнения, конечно да


Да


Очевидно да


По-видимому да


Вероятно да


Кажется да


Возможно да


Быть может да


Пожалуй да


Как будто да


0


Не знаю; а Бог его знает; и да – и нет; и так и сяк
















Пожалуй нет


Как будто нет


Быть может нет


Возможно нет


Кажется нет


Вероятно нет


По-видимому нет


Очевидно нет


Нет


Несомненно, без сомнения, конечно нет


Наверное, наверняка нет


Абсолютно нет



Итак, исследуя какой-либо памятник, мы имеем в виду его самого
, как некоторую ценность
α, и подлинность
его, – никогда, впрочем, не безусловную, но всегда лишь боле или менее вероятную
– степень подлинности, степень вероятности
, измеряемую некоторым коэффициентом р. Но ни α, ни р не даются нам порознь, ибо мы не можем судить ни о ценности произведения, совершенно отвлеченно от вопроса о его происхождении, – ни о происхождении его, независимо от ценности. Эти величины р и α даются нам в действительной жизни всегда вместе, в виде произведения рα, носящего название «математическое ожидание»; выражение рα или Р и должно быть предметом обследования всякой сознательной критики; попытка же узнать значение отдельно р и отдельно α есть наивная мечта о невозможном, да и не нужном. – Для нас важно то, у чего значительно произведение Р. – Величина же Р определяется либо значительностью р, либо значительностью α, либо тем и другим зараз. При этом, р – всегда положительная, правильная дробь, т. е. большая нуля и меньшая единицы, – ибо никогда не исключен случай возможной подлинности известного творения и никогда не исключена безусловно возможность его неподлинности. Что же до α, то оно простирается от –∞ до +∞, так что:


0 < Р < 1


и


–∞ < α < +∞.


Возможно, что в иных случаях вместо величины α должна быть взята бернуллиева или, если считать ее не­достаточно точною, еще какая-нибудь функции φ(α), так что вместо «математического ожидания» Р полу­чается «нравственное ожидание» Q=рφ(α) или Q’=ψ(р, α).


Но, так или иначе, однако ясно, что при весьма большом α, т.е. при весьма ценном памятнике, даже малая вероятность его подлинности все же может сохранить значительное математическое Р или нравственное Q или Q’ ожидание его. Этот именно случай мы имеем в приведенном ранее Письме Божией Матери. Ведь если бы и впрямь его р было мало (– но оно, во всяком случае, не нуль –), все-таки α его так безмерно велико, что Р получается значительным. А т.к. α определяется не наукою, а другими деятельностями духа, – и в частности α духовных творений определяется Церковью –, то ясное дело, что, в конечном счете, всецело от Церкви же зависит сделать Р как угодно великим. Другими сло­вами, лишь Церкви принадлежит удостоверение подлин­ности или неподлинности тех или иных памятников, но ни в коем случае – не наук. И потому, лишь вера в Церковь или неверие в нее, а вместе с нею – и в еe творчество, – лишь они дают решающий поворот нашим историческим убеждениям, и тем определяют весь уклад научной мысли. В науке, как и в нравственности, есть «два пути»; один из них – путь веры, другой же – неверия, «и различие между ними большое».


Чтобы сделать приводимые здесь соображения совсем наглядными, поясним сказанное аналогией. Представим себе, что мы владеем некоторым имуществом, ко­торое у нас хотят оттягать. Но вообще ни про одну тяжбу нельзя сказать, что она закончится непременно в интересах истца, как ни про одну нельзя сказать и того, что ответчику обеспечен его интерес. Тяжба есть балансирование вероятностей, и потому, как бы ни было мало надежды у ответчика на проигрыш дела истцом, никогда не исключена возможность, что он не лишится имущества, которым владеет. Итак, если дело начинается, то неужели он бросит свое имущество из-за возможного проигрыша? И если вероятность удержания за собою этого имущества α есть Р, то степень твердости р, с которою он будет защи­щать свое право на имущество, выразится вовсе не через р, а через рα или через рφ(α), – через «математическое» или через «нравственное» ожидание выигрыша процесса. А пока что, он будет пользоваться имуществом.


Точно также, владея духовным капиталом и угодьями духовной культуры, Церковь вовсе не отказывается от них из-за того, что неверием возбужден иск против нее. Она продолжает пользоваться ими, а степень ее стойкости в борьбе за свое имущество выражается величиною тематического или нравственного ожидания выигрыша ею этого процесса.


Onus probandi лежит на вчиняющем иск, и верующему беспокоиться о том, написана ли Книга Бытия Моисеем столь же мало подходит, как помещику начать беспокоиться, прадедом или пра-прадедом приобретено поместье, полученное им в наследство. Чем более ценность этого поместья, тем менее у него будет охоты уступать свое право, и потому тем менее убедительными будут для него аргументы противника. Если же эта ценность бесконечно велика, то даже тень надежды, даже ничтожнейшей вероятности выигрыша дела доста­точно для него, чтобы не внимать аргументам, кажущим­ся его противнику весьма сильными. А кто может доказать, что нет надежды ни малейшей! Вера необходимо свя­зана с риском и со стойкостью. Но такова даже и наука, даже естественная наука.


«Сделавши однажды обдуманный выбор, – говорит Ст. Джевонс –, естество-испытатель, может уже с полным правом оставаться непоколебимо верным своей теории. Он не пренебрегает никаким возражением; потому что для него всегда есть шанс встретить фатальное возражение; но он, однако, будет постоянно иметь в виду незначительность сил человеческого ума сравнительно с предстоящим ему делом. Он увидит, что ни одну теорию нельзя сразу же примирить со всеми возражениями, потому что может быть много мешающих причин и сами последствия теории могут иметь сложность, которой не в состоянии исчерпать исследования нескольких поколений. Если, поэтому, теория представляет несколько поразительных совпадений с фактом, то ее не нужно отвергать до тех пор, пока не будет доказано по крайней мере одно решительное разногласие, причем однако нужно иметь в виду и возможную ошибку при установлении этого разногласия. В науке и философии тоже иногда нужен риск».


В итоге, приемы исторической критики, порою кажущиеся наивному уму чем-то неумолимо-логичным, на деле так же основаны на вере, как и убеждения верующего сердца. В сущности, не приемы различны, – они одинаковы, ибо одинаково устроение ума человеческого –, а различны веры, лежащие в основе тех и других. У одного – вера в неверие, вера в сей преходящий и растленный мир, у другого – вера в веру, вера в иной, вечный и духовный, мир. У одного – вера в законы дольнего, у другого – в законы горнего. И, согласно вере своей, каждый говорит, раскрывая в объективных по виду приемах доказательства чаяния своего сердца. «Где сокровище ваше, там и сердце ваше будет» (Мф. 6:21, ср. Лк 12:31). И вот, где полагается сокровище-ценность, туда и устремляется сердце, т. е. на той ценности и «ориентируется» все существо. И потому, если кто сдается на доводы исторической критики, то это не то значит, что они основательны, а то, что он уже расслаб в своей вере, и душа его тайно вожделела с кем бы ей пасть» [88, с. 544 – 551].


К гла­ве 1

Прп. Ио­анн Да­ма­с­кин:


«А так как мы находим, что в Божественном Писании весьма многое символически сказано о Боге очень телесным образом, то должно знать, что нам, как людям и облеченным этою грубою плотью, невозможно мыслить или говорить о Божественных, и высоких, и невещественных действиях Божества, если бы мы не воспользовались подобиями, и образами, и символами, соответствующими нашей природе. Поэтому, то, что сказано о Боге очень телесным образом, сказано символически, и имеет очень возвышенный смысл, ибо Божество – просто и не имеет формы. Итак, очи Божии, и вежди, и зрение да поймем как силу Его – созерцательницу всего, с одной стороны, и – с другой, как знание Его, от которого ничто не скроется, да поймем вследствие того, что у нас при посредстве этого чувства происходит и более совершенное знание, и более полное убеждение. Уши же и слух – как склонность Его к милости и как расположенность к принятию нашего моления. Ибо и мы проявляем благосклонность к умоляющим через посредство этого чувства, радушнее наклоняя к ним ухо. Уста же и речь – как то, что изъясняет Его волю, вследствие того, что у нас заключающиеся в сердце помышления показываются через посредство уст и речи. А пищу и питье – как наше проворное стремление к Его воле. Ибо и мы через чувство вкуса исполняем необходимое желание, свойственное природе. Обоняние же – как то, что показывает направленную к Нему мысль [нашу] и расположение, вследствие того, что у нас через посредство этого чувства происходит восприятие благоухания. Лицо же – и как откровение, и как обнаружение Его через дела, вследствие того, что мы даем знать о себе посредством лица. Руки же – как успешность деятельности Его. Ибо и мы посредством своих рук совершаем полезные и особенно более превосходные дела. Правую же руку – как помощь Его при справедливых делах, вследствие того, что и мы пользуемся правою рукою скорее в делах – более прекрасных и более превосходных и требующих для себя весьма большой силы. Осязание же – как точнейшее Его и распознавание, и исследование даже и очень мелких и очень тайных вещей, вследствие того, что у нас те, кого мы осязаем, не могут скрывать в себе ничего. А ноги и хождение – и как прибытие, и как явление для помощи нуждающимся, или для отмщения врагам, или для какого-либо другого дела, вследствие того, что у нас совершается приход посредством пользования ногами. Клятву же – как непреложность Его решения, вследствие того, что у нас посредством клятвы подкрепляются договоры друг с другом. Гнев же и ярость – и как ненависть к пороку, и как отвращение. Ибо и мы, ненавидя то, что противоположно [нашему] убеждению, приходим в гнев. Забвение же, и сон, и дремоту – как отсрочку отмщения врагам и как медление в деле обычной помощи Своим друзьям. И просто сказать, все то, что телесным образом сказано о Боге, имеет некоторый сокровенный смысл, посредством того, что бывает с нами, научающий тому, что выше нас, если не сказано чего-либо о телесном пришествии Бога Слова. Ибо Он ради нашего спасения восприял всего человека, разумную душу и тело, и свойства человеческой природы, и естественные и беспорочные страсти» [27, с. 70 – 71].


О рае:


«А после того как Бог вознамерился по образу и по подобию Своему сотворить человека как из видимой, так и невидимой природы, как некоторого царя и начальника всей земли и того, что есть на ней, то прежде поставил для него как бы некоторый царский дворец, живя в котором он имел бы блаженную и вполне счастливую жизнь. И этим является Божественный рай, руками Бога насажденный в Эдеме, хранилище веселия и всякой радости. Ибо Эдем
переводится как наслаждение
. Лежа на востоке – выше всей земли, будучи благорастворенным и освещаемый кругом тончайшим и чистейшим воздухом, красуясь вечно цветущими растениями, насыщенный благовонием, наполненный светом, превышая мысль о всякой чувственной прелести и красоте, он – истинно Божественное место и жилище, достойное того, кто создан по образу Божию; в нем[57]
не пребывало ни одно из бессловесных существ, а один только человек – создание Божественных рук.


А в середине этого места Бог насадил древо жизни и древо познания (см. Быт. 2:9). Древо познания – как некоторое испытание и пробу, и упражнение послушания и непослушания человека. Посему оно и названо древом разумения добраго и лукаваго
(Быт. 2:9), или потому, что вкушавшим от него[58]
оно давало способность к познанию их собственной природы, что именно – прекрасно для людей совершенных, но худо – для очень несовершенных и для тех, которые в очень большой степени обладают сластолюбивым желанием, подобно тому как твердая пища – для тех, которые еще нежны [по возрасту] и нуждаются в молоке. Ибо сотворивший нас Бог не желал, чтобы мы заботились и суетились относительно многого, ни того чтобы мы пеклись и промышляли о своей жизни, что именно подлинно и испытал Адам. Ибо вкусивши, он узнал, что был наг, и сделал себе пояс, потому что, взяв листья смоковницы, он препоясался. Прежде же вкушения беста оба нага
, как Адам, так и Ева, и не стыдястася[59]
(Быт. 2:25). Бог желал, чтобы мы были такими же бесстрастными, ибо то свойственно высочайшему бесстрастию; еще же Он желал, чтобы мы были и свободными от забот, имеющими одно дело, дело Ангелов: неусыпно и непрестанно воспевать хвалы Творцу, и наслаждаться Его созерцанием, и на Него возлагать свою заботу, что именно Он и возвестил нам через пророка Давида, говоря: возверзи на Господа печаль твою, и Той тя препитает
(Пс. 54:23). И в Евангелии, наставляя Своих учеников, Он говорит: не пецытеся душею вашею, что ясте… ни телом вашим, во что облечетеся
(Мф. 6:25). И опять: ищите же прежде Царствия Божия и правды его, и сия вся приложатся вам
(Мф. 6:33). И к Марфе: Марфо, Марфо, печешися и молвиши о мнозе, едино же есть на потребу. Мария же благую часть избра, яже не отъимется от нея
(Лк. 10:41–42)[60]
именно: сидение у ног Его и слушание Его слов.


Древо же жизни было древом, имевшим силу, подававшую жизнь или годным для еды одним только тем, которые были достойны жизни и не подлежали смерти. Некоторые, конечно, представляли себе рай чувственным, другие же – духовным. Однако мне, по крайней мере, кажется, что, подобно тому как человек сотворен был состоящим из чувственной вместе и из духовной природ, так и священнейший его храм был чувственным вместе и духовным и имевшим двоякий вид; ибо телом пребывая, как мы рассказали, в месте Божественнейшем и прекрасном, душою же он жил в высшем и более прекрасном месте, жившего в нем Бога имея своим жилищем и Его также имея своим славным покровом, и будучи облечен Его благодатью и наслаждаясь одним только сладчайшим плодом: созерцанием Его, подобно тому как какой-либо иной Ангел, – и питаясь этим созерцанием, что именно, конечно, и названо достойно древом жизни. Ибо сладость Божественного соединения сообщает тем, которые участвуют, жизнь, не прекращаемую смертью, что именно Бог назвал и всяким древом
, сказавши: от всякого древа, еже в раи, снедию снесте
(Быт. 2:16; ср. 17)[61]
. Ибо Сам Он – все, в Нем
и через Него всяческая состоятся
(Кол. 1:17).


Древо же познания добра и зла есть рассмотрение многоразличного зрелища, то есть[62]
познание собственной природы, которое прекрасно для людей совершенных и твердо стоящих в Божественном созерцании, обнаруживая собою великолепие Творца; для людей, не боящихся перехода в другое [т. е. худшее] состояние вследствие того, что, в силу продолжительного упражнения[63]
они дошли до некоторого навыка к такого рода созерцанию; но не прекрасно для людей еще юных и в очень большой степени обладающих сластолюбивым желанием, которых обыкновенно влечет к себе и отвлекает попечение о собственном теле, вследствие нетвердости пребывания их в том, что более превосходно, и вследствие того что они еще некрепко утвердились в привязанности к одному только прекрасному.


Таким образом, Божественный рай, я думаю, был двойной, и истинно передали богоносные отцы, как те, которые учили одним образом, так и те, которые учили иным[64]
. Возможно же понять всякое древо
, как познание Божественного могущества, возникающее благодаря сотворенным вещам, подобно тому как говорит божественным апостол: невидимая бо Его от создания мира творенми помышляема видима суть
(Рим. 1:20). Но из всех размышлений и созерцаний этих более возвышенное то, которое есть о нас; я говорю о том, которое касается нашего устройства, подобно тому как говорит божественный Давид: удивися разум Твой от мене
(Пс. 138:6), то есть от
моего устройства. Однако это познание для Адама, который был недавно сотворен, было не лишено опасности вследствие причин, о которых мы сказали.


Иначе древо жизни можно понять как ту весьма Божественную мысль, которая рождается из всех чувственных вещей, и как происходящее через посредство их возведение ума к Родоначальнику всего, и Творцу, и Причине, что именно Он назвал и всяким древом
, полным и нераздельным, и приносящим одно только пользование прекрасным. Древо же познания добраго и лукаваго
можно понять, как чувственную и доставляющую удовольствие пищу, которая хотя по-видимому и является приятною, однако на самом деле того, кто ее принимает, доставляет в общение со злом. Ибо Бог говорит: от всякого древа, еже в раи, снедию снеси
(Быт. 2:16), объявляя, думаю [как бы так]: через посредство всех творений возвысься ко Мне, Творцу, и от всего собери себе один плод: Меня, Который есмь истинная жизнь; все да приносит тебе плод: жизнь, и наслаждение Мною делай себе началом собственного бытия. Ибо таким образом ты будешь бессмертным. От древа же, еже разумети доброе и лукавое, не снесте от него: а в оньже аще день снесте от него, смертию умрете
(Быт. 2:17). Ибо чувственная пища, согласно с законами природы, есть дополнение того, что исчезло, и она удаляется в нижний проход и гибнет. И невозможно, чтобы оставался нетленным тот, кто питается[65]
чувственной пищей» [27, с. 107 – 110].


Прп. Си­ме­он Но­вый Бо­го­слов


«1. Бог в на­ча­ле, преж­де чем на­са­дил рай и от­дал его пер­во­здан­ным, в пять дней ус­т­ро­ил зем­лю и что на ней, и не­бо и что в нем, а в ше­с­той со­здал Ада­ма и по­ста­вил его гос­по­ди­ном и ца­рем все­го ви­ди­ма­го тво­ре­ния. Рая тог­да еще не бы­ло. Но этот мир бысть от Бо­га, как бы рай не­кий, хо­тя ве­ще­ст­вен­ный и чув­ст­вен­ный. Его и от­дал Бог во власть Ада­му и всем по­том­кам его, как го­во­рит Бо­же­ст­вен­ное Пи­са­ние. И ре­че Бог: со­тво­рим че­ло­ве­ка по об­ра­зу На­ше­му и по по­до­бию: и да об­ла­да­ет ры­ба­ми мор­ски­ми и пти­ца­ми не­бес­ны­ми, и звер­ми, и ско­та­ми, и всею зем­лею, и все­ми га­да­ми пре­смы­ка­ю­щи­ми­ся по зем­ли. И со­тво­ри Бог че­ло­ве­ка, по об­ра­зу Бо­жию со­тво­ри его: му­жа и же­ну со­тво­ри их. Бла­го­сло­ви их Бог, гла­го­ля: рас­ти­те­ся и мно­жи­те­ся, на­пол­ни­те зем­лю, и гос­под­ст­вуй­те ею, и об­ла­дай­те ры­ба­ми мор­ски­ми и пти­ца­ми не­бес­ны­ми, и все­ми ско­та­ми, и всею зем­лею.
Ви­дишь, как Бог от­дал че­ло­ве­ку в на­ча­ле весь этот мир, как рай ка­кой; по­че­му вслед за сим и го­во­рит: се дах вам вся­кую тра­ву сель­ную се­ю­щ­ую се­мя, еже есть по­верх зем­ли, и вся­кое дре­во, еже имать в се­бе плод се­ме­не се­мен­на­го, вам бу­дет в снедь; и всем зве­рем зем­ным, и всем пти­цам не­бес­ным, и вся­ко­му га­ду пре­смы­ка­ю­ще­му­ся по зем­ли, вся­кую тра­ву зе­ле­ную в снедь
(Быт. 1, 26–30). Ви­дишь ли, как все ви­ди­мое, что есть на зем­ле и что есть в мо­ре, все то от­дал Бог во власть Ада­му и по­том­кам его? Ибо что ска­зал Он Ада­му, что ска­зал всем нам, по­доб­но то­му, как и Апо­с­то­лам ска­зал: а яже вам гла­го­лю, всем гла­го­лю
(Мр. 13, 37), – так как ве­дал, что род наш имел раз­мно­жить­ся и лю­дей име­ло быть без­чис­лен­ное мно­же­ст­во. Ес­ли те­перь, по­сле то­го как пре­сту­пи­ли мы за­по­ведь и осуж­де­ны уми­рать, лю­ди столь мно­го раз­мно­жи­лись; то во­об­ра­зи, сколь­ко бы их бы­ло, ес­ли б не уми­ра­ли все рож­ден­ные от со­тво­ре­ния ми­ра? И ка­кою жи­ли бы они жиз­нию, бу­ду­чи без­смерт­ны и не­тлен­ны, чуж­ды гре­ха, пе­ча­лей, за­бот и тя­же­лых нужд?! И как, пре­ус­пев в хра­не­нии за­по­ве­дей и в бла­го­ус­т­ро­е­нии сер­деч­ных рас­по­ло­же­ний, по вре­ме­ни, вос­те­ка­ли бы они к со­вер­шен­ней­шей сла­ве, и из­ме­нив­шись, при­бли­жа­лись бы к Бо­гу, и ду­ша каж­да­го де­ла­лась бы свет­ло­си­ян­ною, по при­чи­не оси­я­ний, ка­кия из­ли­ва­лись бы на нее от Бо­же­ст­ва! И это чув­ст­вен­ное и гру­бо-ве­ще­ст­вен­ное те­ло де­ла­лось бы буд­то не­ве­ще­ст­вен­ным и ду­хов­ным, выс­шим вся­ка­го чув­ст­ва; а ра­дость и ве­се­лие, ка­ки­ми ис­пол­ня­лись бы мы тог­да от вза­им­на­го друг с дру­гом об­ра­ще­ния, во­ис­ти­ну бы­ли бы не­из­гла­го­лан­ны и не­вме­с­ти­мы для по­мыс­ла че­ло­ве­че­с­ко­го. Но воз­вра­тим­ся опять к на­ше­му пред­ме­ту.


Итак, от­дал Бог Ада­му весь этот мир, со­тво­рен­ный Им в шесть дней, – о ка­ко­вом со­тво­ре­нии слу­шай что го­во­рит Бо­же­ст­вен­ное Пи­са­ние: И ви­де Бог вся, ели­ка со­тво­ри: и се до­б­ра зе­ло. И со­вер­ши Бог в день ше­с­тый де­ла Своя, яже со­тво­ри, и по­чи в день сед­мый от всех дел Сво­их, яже со­тво­ри
(Быт. 1, 31; 2, 2). А да­лее то­же Пи­са­ние, же­лая на­учить нас, как Бог со­тво­рил че­ло­ве­ка, го­во­рит: И со­зда Бог че­ло­ве­ка, персть взем от зем­ли, и вду­ну в ли­це его ды­ха­ние жиз­ни, и бысть че­ло­век в ду­шу жи­ву
(Быт. 2, 7). Тог­да уже, как иной царь, или князь, или бо­гач, вла­де­ю­щий ка­кою-либо ме­ст­но­с­тию, не всю ее оп­ре­де­ля­ет на од­но что-ни­будь, а раз­де­ля­ет на мно­гия ча­с­ти, и од­ну оп­ре­де­ля­ет под по­се­вы, на дру­гой раз­во­дит ви­но­град­ни­ки, а иную ос­тав­ля­ет не­воз­де­лан­ною, чтоб за­рос­ла тра­вою и да­ва­ла паст­би­ще; са­мую же луч­шую и кра­си­вей­шую часть из­би­ра­ет для по­ст­ро­е­ния па­лат сво­их, при ко­то­рых раз­во­дит цвет­ни­ки и са­ды, и дру­гое мно­гое при­ду­мы­ва­ет и ус­т­ро­я­ет, что мо­жет до­став­лять удо­воль­ст­вие; и па­ла­ты свои и все по­ме­ще­ния в них ус­т­ро­я­ет на­и­луч­шим об­ра­зом, чтоб они от­ли­ча­лись от жи­лищ дру­гих лю­дей; все это ого­ра­жи­ва­ет сте­ною с во­ро­та­ми и за­по­ра­ми, при ко­то­рых ста­вит стра­жей, чтоб не про­пу­с­ка­ли злых лю­дей и да­ва­ли вход толь­ко лю­дям до­б­рым, зна­е­мым и дру­зь­ям: так и Бог по­доб­ное се­му ус­т­ро­ил для пер­во­здан­но­го. Ибо по­сле то­го, как со­здал все дру­гое, со­тво­рил че­ло­ве­ка, и по­чил в день седь­мый от всех дел, ко­то­рыя на­чал тво­рить, – на­са­дил рай во Еде­ме на вос­то­цех, как цар­ское жи­ли­ще, и ввел в не­го че­ло­ве­ка, ко­то­ра­го со­здал, как ца­ря.


Но по­че­му Бог не ус­т­ро­ил рая в седь­мой день, а на­са­дил его на вос­то­цех уже по­сле то­го, как кон­чил вся­кое дру­гое тво­ре­ние? По­то­му, что Он, как про­ве­дец вся­че­с­ких, все тво­ре­ние ус­т­ро­ил в по­ряд­ке и бла­го­чин­ном по­сле­до­ва­нии; и семь дней оп­ре­де­лил, да бу­дут во об­раз ве­ков, имев­ших прой­ти впос­лед­ст­вии, во вре­ме­ни, а рай на­са­дил по­сле тех се­ми дней, да бу­дет во об­раз бу­ду­ща­го ве­ка. По­че­му же Дух Свя­тый не по­ста­вил в счет ось­ма­го дня вме­с­те с сед­мию? По­то­му, что не­со­об­раз­но бы­ло ста­вить в счет и его вме­с­те с сед­мию, ко­то­рые, кру­го­вра­ща­ясь, про­из­во­дят столь­ко и столь­ко не­дель, го­дов и ве­ков; но над­ле­жа­ло ось­мой день по­ста­вить вне седь­ми, так как он не име­ет кру­го­вра­ще­ния.


Смо­т­ри еще, – Бо­же­ст­вен­ное Пи­са­ние не го­во­рит, что Бог со­здал рай, ни то­го, чтоб Он ска­зал: да бу­дет, но – что на­са­дил его. И на­са­ди Бог рай во Еде­ме на вос­то­цех. И про­зя­бе Бог еще от зем­ли вся­кое дре­во крас­ное в ви­де­ние и до­б­рое в снедь
(Быт. 2, 9), с раз­ны­ми пло­да­ми, ко­то­рые ни­ког­да не пор­ти­лись и ни­ког­да не пре­кра­ща­лись, но все­гда бы­ли све­жи и слад­ки и до­став­ля­ли пер­во­здан­ным ве­ли­кое удо­воль­ст­вие и при­ят­ность. Ибо над­ле­жа­ло до­став­лять и на­слаж­де­ние не­тлен­ное оным те­лам пер­во­здан­ных, ко­то­рыя бы­ли не­тлен­ны. По­че­му и жизнь их в раю бы­ла не об­ре­ме­не­на тру­да­ми и не отя­же­ле­на не­сча­с­ти­я­ми. Адам был со­здан с те­лом не­тлен­ным, од­на­кож ве­ще­ст­вен­ным, а не ду­хов­ным еще, и был по­став­лен Твор­цем Бо­гом, как царь без­смерт­ный над не­тлен­ным ми­ром, не толь­ко над ра­ем, но и над всем тво­ре­ни­ем, су­щим под не­бе­са­ми.


2. Но по­ели­ку Бог дал пер­во­здан­ным за­по­ведь и по­ве­лел им не вку­шать от од­но­го дре­ва по­зна­ния, а Адам пре­зрел сию за­по­ведь Бо­жию, не по­ве­рив сло­вам Твор­ца Вла­ды­ки, Ко­то­рый ска­зал: в онь­же аще день сне­с­те от не­го, смер­тию ум­ре­те,
но по­чет­ши бо­лее вер­ным сло­во лу­ка­ва­го ди­а­во­ла, ска­зав­ша­го: не смер­тию ум­ре­те но в онь­же аще день сне­с­те от не­го… бу­де­те яко бо­зи, ве­дя­ще до­б­рое и лу­ка­вое
, вку­сил от дре­ва то­го: то тот­час об­на­жил­ся от не­тлен­на­го она­го оде­я­ния и сла­вы, и об­лек­ся в на­го­ту тле­ния, и ви­дя се­бя на­гим, скрыл­ся, и сшив ли­ст­вие смо­ков­нич­ное, пре­по­я­сал­ся, что­бы при­крыть сра­мо­ту свою. По­че­му, ког­да Бог воз­звал к не­му: Адам, где еси? от­ве­чал: глас Твой ус­лы­шал, и ви­дя, что наг, убо­ял­ся и скрыл­ся. Бог, при­зы­вая его к по­ка­я­нию, ска­зал ему: кто воз­ве­с­ти те­бе, яко наг еси, аще не бы от дре­ва, его­же за­по­ве­дах те­бе се­го еди­на­го не яс­ти, от ­не­го ял еси?
– Но Адам не за­хо­тел ска­зать: со­гре­шил, а ска­зал па­че про­тив­ное то­му, и по­ста­вил ви­нов­ни­ком пре­ступ­ле­ния сво­е­го Бо­га, Ко­то­рый со­здал вся до­б­ра зе­ло
, го­во­ря Ему: же­на, юже дал еси мне, та ми да­де, и ядох;
а за ним и она сло­жи­ла ви­ну на змия; и не вос­хо­те­ли они сов­сем рас­ка­ять­ся и, пад­ши пред Гос­по­дом Бо­гом, про­сить у Не­го про­ще­ния. За это Бог вы­гнал их из рая, как из цар­ских па­лат, жить в ми­ре сем, как из­гнан­ни­кам, тог­да же оп­ре­де­лив, что­бы пла­мен­ное ору­жие об­ра­ща­е­мое хра­ни­ло вход в рай. И не про­клял Бог рая, так как он был об­ра­зом бу­ду­щей не­скон­ча­е­мой жиз­ни веч­на­го цар­ст­ва не­бес­на­го. Ес­ли б не эта при­чи­на, над­ле­жа­ло бы про­клясть его на­и­па­че, так как вну­т­ри его со­вер­ши­лось пре­ступ­ле­ние Ада­мо­во. Но Бог не сде­лал это­го, а про­клял лишь всю про­чую зем­лю, ко­то­рая то­же бы­ла не­тлен­на и все про­из­ра­ща­ла са­ма со­бою, что­бы Ада­му не иметь бо­лее жиз­ни сво­бод­ной от уто­ми­тель­ных тру­дов и по­тов. Про­кля­та зем­ля в де­лех тво­их
, ска­зал Гос­подь Ада­му, в пе­ча­лех сне­си тую вся дни жи­во­та тво­е­го: тер­ния и волч­цы воз­ра­с­тит те­бе и сне­си тра­ву сель­ную. В по­те ли­ца тво­е­го сне­си хлеб твой, дон­де­же воз­вра­ти­ши­ся в зем­лю, от не­яже взят еси: яко зем­ля еси, и в зем­лю пой­де­ши
(Быт. 3, 17–19).


Итак, то­му, кто сде­лал­ся тлен­ным и смерт­ным по при­чи­не пре­ступ­ле­ния за­по­ве­ди, по всей спра­вед­ли­во­с­ти над­ле­жа­ло и жить на зем­ле тлен­ной и пи­тать­ся пи­щею тлен­ною; ибо, как без­труд­ная жизнь и обиль­ная пи­ща (са­мо­род­ная) сде­ла­ли то, что он за­был Бо­га и бла­га, ко­то­рыя Он да­ро­вал ему, и пре­зрел за­по­ведь Его, то спра­вед­ли­во осуж­ден с по­то­вым тру­дом об­ра­ба­ты­вать зем­лю и та­ким об­ра­зом от нея по­лу­чать ма­ло-по-ма­лу пи­щу, как от ка­ко­го эко­но­ма. Ви­дишь, как тог­да при­ня­ла пре­ступ­ни­ка зем­ля, по­сле то­го как бы­ла проклята и ли­ши­лась пер­во­на­чаль­ной про­из­во­ди­тель­но­с­ти, по ко­то­рой пло­ды по­раж­да­лись из ней са­ми со­бой без тру­да? И для че­го? Для то­го, что­бы быть обра­ба­ты­ва­е­мою им в по­тах и тру­дах, и так да­вать ему то не­мно­гое, что про­из­ра­ща­ет на по­тре­бу его, для под­дер­жа­ния жиз­ни, а ес­ли не бу­дет об­ра­ба­ты­ва­е­ма, ос­та­вать­ся бес­пло­дною, и про­из­ра­щать лишь тер­ния и волч­цы. За­тем и все тва­ри, ког­да уви­де­ли, что Адам из­гнан из рая, не хо­те­ли бо­лее по­ви­но­вать­ся ему, пре­ступ­ни­ку: солн­це не хо­те­ло све­тить ему, ни лу­на, и про­чия звез­ды не хо­те­ли по­ка­зы­вать­ся ему; ис­точ­ни­ки не хо­те­ли ис­то­чать во­ду, и ре­ки про­дол­жать те­че­ние свое; воз­дух ду­мал не дуть бо­лее, что­бы не да­вать ды­шать Ада­му, со­гре­шив­ше­му; зве­ри и все жи­вот­ныя зем­ныя, ког­да уви­де­ли, что он об­на­жил­ся от пер­вой сла­вы, ста­ли пре­зи­рать его, и все тот­час го­то­вы бы­ли на­пасть на не­го; не­бо, не­ко­то­рым об­ра­зом, ус­т­рем­ля­лось бы­ло пасть на не­го, и зем­ля не хо­те­ла но­сить его бо­лее. Но Бог, со­тво­рив­ший вся­че­с­кая и че­ло­ве­ка со­здав­ший – что сде­лал? Зная преж­де со­зда­ния ми­ра, что Адам имел пре­сту­пить за­по­ведь Его, и имея пре­до­пре­де­лен­ную для не­го но­вую жизнь и воз­соз­да­ние, ка­кия имел он по­лу­чить чрез воз­рож­де­ние во свя­том кре­ще­нии, в си­лу во­пло­щен­на­го до­мо­ст­ро­и­тель­ст­ва еди­но­род­на­го Сы­на Сво­е­го и Бо­га на­ше­го, – Он со­дер­жал все эти тва­ри си­лою Сво­ею, и по бла­го­ут­ро­бию и бла­го­сти Сво­ей не дал им тот­час ус­т­ре­мить­ся про­тив че­ло­ве­ка и по­ве­лел, что­бы тварь ос­та­ва­лась в под­чи­не­нии ему, и сде­лав­шись тлен­ною, слу­жи­ла тлен­но­му че­ло­ве­ку, для ко­то­ра­го со­зда­на, с тем, чтоб ког­да че­ло­век опять об­но­вит­ся и сде­ла­ет­ся ду­хов­ным, не­тлен­ным и без­смерт­ным, и вся тварь, под­чи­нен­ная Бо­гом че­ло­ве­ку в ра­бо­ту ему, ос­во­бо­ди­лась от сей ра­бо­ты, об­но­ви­лась вме­с­те с ним и сде­ла­лась не­тлен­ною и как бы ду­хов­ною. Все сие пре­до­пре­де­лил все­ще­д­рый Бог преж­де сло­же­ния ми­ра.


Итак, ког­да все бы­ло ус­та­нов­ле­но Бо­гом, как ска­за­но, – из­гнан был Адам из рая, по­жил, по­ро­дил чад и умер; по­доб­ным об­ра­зом и все те, ко­то­рые про­ис­хо­ди­ли от не­го. Лю­ди то­го вре­ме­ни, уз­нав от Ада­ма и Евы о всем слу­чив­шем­ся, по­мни­ли па­де­ние Ада­мо­во, и по­кла­ня­лись Бо­гу и по­чи­та­ли Его, как Вла­ды­ку сво­е­го. По­че­му Авель вме­с­те с Ка­и­ном при­но­си­ли Бо­гу жерт­вы, каж­дый от име­ния сво­е­го. И Пи­са­ние го­во­рит, что Бог при­нял при­но­ше­ние и жерт­ву Аве­ля, а жерт­ву Ка­и­на не при­нял, что уви­дев Ка­ин, опе­ча­лил­ся до смер­ти, стал за­ви­до­вать бра­ту сво­е­му Аве­лю и убил его. Но по­сле се­го Енох, уго­див Бо­гу, пре­ло­жил­ся
(Быт. 5, 24), как и Илия, по­том взят был на не­бо на ог­нен­ной ко­лес­ни­це. Этим Бог хо­тел по­ка­зать, что ес­ли по­сле при­го­во­ра, про­из­не­сен­на­го над Ада­мом и над по­том­ст­вом его, и по­сле из­гна­ния его, Он бла­го­во­лил Ено­ха и Илию, по­том­ков Ада­мо­вых, уго­див­ших Ему, поч­тить та­ки об­ра­зом – пре­ло­же­ни­ем и дол­го­жи­во­ти­ем, и ос­во­бо­дить от смер­ти и по­ступ­ле­ния в ад, – не тем ли па­че, са­мо­го пер­во­здан­на­го Ада­ма, ес­ли ­бы он не пре­сту­пил дан­ной ему за­по­ве­ди, или по пре­ступ­ле­нии по­ка­ял­ся, про­сла­вил Он и поч­тил, или по­ми­ло­вал и ос­та­вил жить в раю?


Так древ­ние лю­ди, в про­дол­же­ние мно­гих лет, учи­лись один от дру­га­го по пре­да­нию, и по­зна­ва­ли Твор­ца сво­е­го и Бо­га. По­сле, впро­чем, ког­да раз­мно­жи­лись и ста­ли пре­да­вать ум свой от юно­с­ти сво­ей в по­мы­ш­ле­ния злая, за­бы­ли они Бо­га и не по­зна­ва­ли бо­лее Твор­ца сво­е­го, и ста­ли не толь­ко де­мо­нам по­кла­нять­ся, но обо­го­тво­ри­ли да­же та­кие тва­ри, ко­то­рые да­ны бы­ли им от Бо­га в ус­лу­же­ние. От­то­го пре­да­лись во вся­кую не­чи­с­то­ту и оск­вер­ни­ли не­по­треб­ны­ми де­ла­ми сво­и­ми зем­лю, воз­дух, не­бо и все су­щее под не­бом. Ибо ни­что так не оск­вер­ня­ет и не де­ла­ет не­чи­с­тым чи­с­тое де­ло рук Бо­жи­их, как то, ес­ли кто ста­нет бо­го­тво­рить его и кла­нять­ся ему, как Бо­гу, со­здав­ше­му вся­че­с­кая. Ког­да же, на­ко­нец, вся тварь, бы­вая обо­го­тво­рен­ною, сде­ла­лась не­чи­с­тою, и все лю­ди низ­па­ли в край­нюю глу­би­ну зла; тог­да сниз­шел на зем­лю Сын Бо­жий и Бог, чтоб воз­соз­дать че­ло­ве­ка, столь уни­же­на­го, ожи­во­тво­рить его, умерщв­лен­на­го, и воз­звать от пре­ле­с­ти и за­блуж­де­ния.


3. Но про­шу вни­мать сло­ву мо­е­му, по­то­му что оно на­чи­на­ет ка­сать­ся ве­ли­чай­ша­го та­ин­ст­ва, изъ­яс­не­ние ко­то­ра­го ду­ше­с­па­си­тель­но и для нас и для име­ю­щих жить по­сле нас. Над­ле­жит нам вос­хо­дить к со­зер­ца­нию во­пло­ще­ния Сы­на и Сло­ва Бо­жия и не­из­гла­го­лан­на­го рож­де­ния Его от При­сно­де­вы Бо­го­ро­ди­цы Ма­рии, при по­со­бии ка­ко­го-ли­бо об­ра­за и по­сред­ст­вом его при­бли­жать к ура­зу­ме­нию со­кро­вен­ное от век та­ин­ст­во во­пло­щен­на­го до­мо­ст­ро­и­тель­ст­ва, во спа­се­ние на­ше­го ро­да. Как тог­да, при со­тво­ре­нии пра­ма­те­ри на­шей Евы, взял Бог ре­б­ро Ада­мо­во и со­здал из не­го же­ну: та­ким же об­ра­зом и те­перь взял Со­зда­тель наш и Тво­рец Бог, от Бо­го­ро­ди­цы и При­сно­де­вы Ма­рии, плоть, как-бы за­ква­с­ку не­кую и не­кий на­ча­ток от за­ме­си ес­те­ст­ва на­ше­го, и со­еди­нив ее с Сво­им Бо­же­ст­вом, не­по­сти­жи­мым и не­при­ступ­ным или, луч­ше ска­зать, всю Бо­же­ст­вен­ную ипо­с­тась Свою со­еди­нил су­ще­ст­вен­но с на­шим ес­те­ст­вом, и это че­ло­ве­че­с­кое ес­те­ст­во не­смес­но со­че­тал с Сво­им су­ще­ст­вом, и сде­лал его Сво­им соб­ст­вен­ным, так что Сам Тво­рец Ада­ма не­пре­лож­но и не­из­мен­но стал со­вер­шен­ным че­ло­ве­ком. Ибо как из ре­б­ра Ада­мо­ва со­здал Он же­ну, так из дще­ри Ада­мо­вой, При­сно­де­вы и Бо­го­ро­ди­цы Ма­рии, за­им­ст­во­вал дев­ст­вен­ную плоть без­се­мен­но и в нее об­лек­шись, стал че­ло­ве­ком по­доб­ным пер­во­здан­но­му Ада­му, что­бы со­вер­шить та­кое де­ло, имен­но: как Адам чрез пре­ступ­ле­ние за­по­ве­ди Бо­жи­ей был при­чи­ною то­го, что все лю­ди ста­ли тлен­ны и смерт­ны, так чтоб и Хри­с­тос, но­вый Адам, чрез ис­пол­не­ние вся­кой прав­ды стал на­чат­ком воз­рож­де­ния на­ше­го к не­тле­нию и без­смер­тию. Сие изъ­яс­ня­ет бо­же­ст­вен­ный Па­вел там, где го­во­рит: пер­вый че­ло­век от зем­ли пер­стен: вто­рый че­ло­век Гос­подь с не­бе­се. Яков пер­ст­ный, та­ко­ви и пер­ст­нии: и яков не­бес­ный, та­цы же и не­бес­нии
(1 Кор. 15, 47. 48). И по­ели­ку Гос­подь наш Ии­сус Хри­с­тос со­де­лал­ся со­вер­шен­ным че­ло­ве­ком по ду­ше и по те­лу, по­доб­ным нам по все­му, кро­ме гре­ха; то и нам, ко­то­рые ве­ру­ем в Не­го, по­да­ет Он от Сво­е­го Бо­же­ст­ва, и нас со­де­лы­ва­ет срод­ны­ми Се­бе по ес­те­ст­ву и су­ще­ст­ву Бо­же­ст­ва Сво­е­го. По­мыс­ли о пре­див­ном сем та­ин­ст­ве. При­ял Сын Бо­жий от нас плоть, ко­то­рой не имел по ес­те­ст­ву, и со­де­лал­ся че­ло­ве­ком, ко­то­рым не был, тем, кои ве­ру­ют в Не­го, со­об­ща­ет от Бо­же­ст­ва Сво­е­го, ко­то­ра­го ни­ког­да ни­ка­кой не имел че­ло­век, и – ве­ру­ю­щие сии бы­ва­ют бо­га­ми по бла­го­да­ти. Ибо Хри­с­тос да­ет им об­ласть ча­да­ми Бо­жи­и­ми бы­ти
, как го­во­рит Ио­анн Бо­го­слов. Вслед­ст­вие се­го они со­де­лы­ва­ют­ся и на­всег­да по­том пре­бы­ва­ют бо­га­ми по бла­го­да­ти, и ни­ког­да уже не пре­ста­нут быть та­ко­вы­ми. По­слу­шай, как вну­ша­ет нам сие св. Па­вел, го­во­ря: яко­же об­ле­ко­хом­ся во об­раз пер­ст­на­го, да об­ле­чем­ся и во об­раз Не­бес­на­го
(1 Кор. 15, 49). Ска­зан­на­го на­ми о сем до­ста­точ­но. Те­перь воз­вра­тим­ся опять к на­ше­му пред­ме­ту.


По­ели­ку Бог все­го су­ща­го, Гос­подь ­наш Ии­сус Хри­с­тос со­шел на зем­лю и со­де­лал­ся че­ло­ве­ком, для то­го, что­бы воз­соз­дать и об­но­вить че­ло­ве­ка, и низ­весть бла­го­сло­ве­ние на всю тварь, под­верг­шу­ю­ся про­кля­тию за че­ло­ве­ка; то, во-пер­вых, ожи­во­тво­рил Он вос­при­ня­тую Им ду­шу, и обо­жил ее, пре­чи­с­тое же и бо­же­ст­вен­ное те­ло Свое, хо­тя и со­де­лал бо­же­с­ким, но но­сил его тлен­ным и гру­бо ве­ще­ст­вен­ным. Ибо то те­ло, ко­то­рое вку­ша­ет пи­щу, пьет, ут­руж­да­ет­ся, ис­пу­ща­ет пот, свя­зу­ет­ся, за­уша­ет­ся, при­гвож­да­ет­ся ко кре­с­ту, оче­вид­но, тлен­но есть и ве­ще­ст­вен­но; по­то­му что все ска­зан­ное есть при­над­леж­ность те­ла тлен­на­го. По­че­му оно и умер­ло, и по­ло­же­но во гроб мерт­вым; по­сле же трид­нев­на­го вос­кре­се­ния Гос­под­ня, и те­ло Его вос­крес­ло не­тлен­ным и бо­же­ст­вен­ным. По­че­му, ког­да из­шел Он из гро­ба, не раз­ру­шил пе­ча­тей, быв­ших на гро­бе, и по­сле вхо­дил и вы­хо­дил две­рем за­клю­чен­ным
. Но по­че­му вме­с­те с ду­шею тот­час же и те­ла Сво­е­го не сде­лал Он не­тлен­ным и та­ким ду­хов­ным? По­то­му, что Адам, пре­сту­пив за­по­ведь Бо­жию, ду­шею тот­час умер, а те­лом умер уже спу­с­тя столь­ко лет. В со­от­вет­ст­вие это­му и Гос­подь Спа­си­тель преж­де вос­кре­сил, ожи­во­тво­рил и обо­жил ду­шу, ко­то­рая тот­час по пре­ступ­ле­нии за­по­ве­ди по­нес­ла эпи­ти­мию смер­ти, а по­сле бла­го­во­лил Бог ус­т­ро­ить, чтоб и те­ло Его вос­при­я­ло не­тле­ние вос­кре­се­ния, как и во Ада­ме оно спу­с­тя мно­го­ лет по­нес­ло эпи­ти­мию смер­ти. Но не это толь­ко сде­лал Хри­с­тос, но со­шел и во ад, ос­во­бо­дил от веч­ных уз и ожи­во­тво­рил ду­ши свя­тых, ко­то­рыя там со­дер­жи­мы бы­ли, но тел их не вос­кре­сил тог­да же, а ос­та­вил их в гро­бах до об­ща­го вос­кре­се­ния всех.


И та­ин­ст­во сие, яв­но для все­го ми­ра, ска­зан­ным на­ми об­ра­зом, быв­шее во вре­мя во­пло­щен­на­го до­мо­ст­ро­и­тель­ст­ва Хри­с­то­ва, та­ким же об­ра­зом и по­сле то­го со­вер­ша­лось и со­вер­ша­ет­ся в каж­дом хри­с­ти­а­ни­не. Ибо ког­да мы при­ем­лем бла­го­дать Ии­су­са Хри­с­та, Бо­га на­ше­го, то со­де­лы­ва­ем­ся при­ча­ст­ни­ка­ми Бо­же­ст­ва Его (2 Петр. 1, 4), и ког­да вку­ша­ем пре­чи­с­тое те­ло Его, т. е., ког­да при­ча­ща­ем­ся Св. Та­ин, то бы­ва­ем со­те­лес­ни­ка­ми Ему и срод­ни­ка­ми во­ис­ти­ну, как го­во­рит и бо­же­ст­вен­ный Па­вел: за­не уди ес­мы те­ла Его, от пло­ти Его, и от ко­с­тей Его
(Еф. 5, 30), и как опять го­во­рит еван­ге­лист Ио­анн, что от ис­пол­не­ния Его мы вси при­яхом и бла­го­дать воз­бла­го­дать
(Ио­ан. 1, 16). Так по бла­го­да­ти со­де­лы­ва­ем­ся мы по­доб­ны­ми Ему, че­ло­ве­ко­лю­би­во­му Бо­гу на­ше­му и Гос­по­ду, и яв­ля­ем­ся по ду­ше об­нов­лен­ны­ми из вет­хих, и ожи­во­тво­ря­е­мы­ми из мерт­вых, ка­ки­ми бы­ли.


Так вся­кий свя­тый бы­ва­ет та­ким, как мы ска­за­ли; те­ло же их не де­ла­ет­ся тот­час не­тлен­ным и ду­хов­ным. Но как же­ле­зо, раз­жен­ное ог­нем, де­ла­ет­ся при­ча­ст­ным свет­ло­с­ти ог­ня, от­ла­гая при­род­ную свою чер­но­ту, и как толь­ко вый­дет из не­го огонь, и оно ос­ты­нет, яв­ля­ет­ся опять чер­ным; так бы­ва­ет и с те­ла­ми свя­тых, что, ког­да бы­ва­ю­т о­ни при­ча­ст­ны­ми бо­же­ст­вен­на­го она­го ог­ня, т. е. бла­го­да­ти Свя­та­го Ду­ха, ис­пол­ня­ю­ща­го ду­ши их, то ос­вя­ща­ют­ся и, бу­ду­чи про­ни­ца­е­мы бо­же­ст­вен­ным оным ог­нем, бы­ва­ют свет­лы­ми, осо­бен­ны­ми от всех дру­гих тел и че­ст­ней­ши­ми их; но ког­да ду­ша вы­хо­дит из те­ла, тог­да те­ла их пре­да­ют­ся тле­нию, и иныя ма­ло-по-ма­лу раз­ла­га­ют­ся и бы­ва­ют пра­хом, а дру­гия не раз­ла­га­ют­ся в про­дол­же­ние мно­гих лет, и ни не­тлен­ны­ми со­вер­шен­но не бы­ва­ют, ни опять со­вер­шен­но тлен­ны­ми, а со­хра­ня­ют в се­бе при­зна­ки и тле­ния и не­тле­ния, по­ка не вос­при­и­мут со­вер­шен­на­го не­тле­ния и не об­но­вят­ся со­вер­шен­ным вос­кре­се­ни­ем, во вре­мя об­ща­го вос­кре­се­ния мерт­вых. И по ка­кой это при­чи­не? По той, что не по­до­ба­ет те­лам лю­дей об­ле­кать­ся в сла­ву вос­кре­се­ния и де­лать­ся не­тлен­ны­ми, преж­де об­нов­ле­ния всех тва­рей. Но как в на­ча­ле, преж­де вся тварь со­тво­ре­на не­тлен­ною, а по­том из нея взят и со­здан че­ло­век, так над­ле­жит и опять преж­де всей тва­ри сде­лать­ся не­тлен­ною, а по­том об­но­вить­ся и стать не­тлен­ны­ми и тлен­ным те­лам лю­дей, да бу­дет сно­ва весь че­ло­век не­тле­нен и ду­хо­вен и да оби­та­ет в не­тлен­ном, веч­ном и ду­хов­ном жи­ли­ще. А что это ис­тин­но, по­слу­шай, что го­во­рит Апо­с­тол Петр: при­идет день Гос­по­день, яко тать в но­щи, в онь­же не­бе­са убо с шу­мом ми­мо­и­дут, сти­хии же сжи­га­е­мы ра­зо­рят­ся, зем­ля же, и яже на ней де­ла сго­рят
(2 Петр. 3, 10). Не то сие зна­чит, что не­бе­са и сти­хии ис­чез­нут, но что они возъ­у­с­т­ро­е­ны и об­нов­ле­ны бу­дут, и при­идут в луч­шее и не­тлен­ное со­сто­я­ние. И это, что го­во­рю я, яв­но опять из слов то­го ­же Апо­с­то­ла Пе­т­ра, ко­то­рый го­во­рит: но­ва не­бе­се и но­вы зем­ли по обе­то­ва­нию Его ча­ем
(13), т. е. по обе­то­ва­нию Хри­с­та и Бо­га на­ше­го, Ко­то­рый ска­зал: не­бо и зем­ля ми­мо­и­дут, сло­ве­са же Моя не ми­мо­и­дут
(Мф. 24, 35), – ми­мо­ше­ст­ви­ем не­ба на­зы­вая из­ме­не­ние его, т. е., не­бо из­ме­нит­ся, а сло­ве­са Мои не из­ме­нят­ся, а пре­бу­дут на­всег­да не­из­мен­ны­ми. И св. про­рок Да­вид пред­ска­зал то­же там, где го­во­рит: и яко одеж­ду сви­е­ши я, и из­ме­нят­ся. Ты же тойжде еси и ле­та Твоя не ос­ку­де­ют
(Псал. 101, 27). Из та­ких слов, что дру­гое яв­ст­ву­ет, как не то, что я ска­зал?


4. Но по­смо­т­рим, как тварь име­ет во­зоб­но­вить­ся, и прид­ти опять в со­сто­я­ние пер­во­на­чаль­ной кра­со­ты? По­ла­гаю, что ни один хри­с­ти­а­нин не по­ду­ма­ет не по­ве­рить сло­вам Гос­по­да, дав­ша­го обе­то­ва­ние, сде­лать не­бо но­вым и зем­лю но­вою, т. е., то как соб­ст­вен­ныя на­ши те­ла, раз­ре­ша­ю­щи­я­ся те­перь на сти­хии и од­на­кож в ни­что не­об­ра­ща­ю­щи­я­ся, опять во­зоб­нов­ле­ны бу­дут чрез вос­кре­се­ние, – так и не­бо и зем­ля со всем, что на ней, т. е. вся тварь име­ет во­зоб­нов­ле­на быть и ос­во­бож­де­на от ра­бо­ты тле­нию, и эти сти­хии вме­с­те с на­ми сде­ла­ют­ся при­ча­ст­ны­ми свет­ло­с­ти, про­ис­хо­дя­щей от Бо­же­ст­вен­на­го ог­ня. Как ка­кой-ни­будь со­суд мед­ный, об­вет­шав­ший и сде­лав­ший­ся не­го­жим, ког­да мед­ник, рас­то­пив на ог­не, пе­ре­льет его, де­ла­ет­ся опять но­вым: та­ким же об­ра­зом и тварь, об­вет­шав­шая и став­шая не­по­треб­ною по гре­хам на­шим, бу­дет Бо­гом Твор­цем как-бы рас­топ­ле­на в ог­не и пе­ре­ли­та, и явит­ся но­вою, не­срав­нен­но свет­лей­шею, не­же­ли как она те­перь есть. Ви­дишь, как все тва­ри име­ют об­но­вить­ся ог­нем. По­че­му бо­же­ст­вен­ный Петр и го­во­рит: сим убо всем ра­зо­ря­е­мым, ка­цем по­до­ба­ет бы­ти вам во свя­тых пре­бы­ва­ни­их и бла­го­че­с­ти­их?
И не­мно­го ни­же: тем­же воз­люб­лен­нии сих ча­ю­ще, по­тщи­те­ся не­ск­вер­ни и не­по­роч­ни То­му об­ре­с­ти­ся в ми­ре, и Гос­по­да на­ше­го дол­го­тер­пе­ние спа­се­ние неп­щуй­те: яко­же и воз­люб­лен­ный брат наш Па­вел по дан­ней ему бла­го­да­ти на­пи­са вам, яко­же и во всех сво­их по­сла­ни­ях, гла­го­ля в них о сих: в них­же суть не­удобь ра­зум­на не­кая, яже не­на­уче­ни и не­ут­верж­де­ни раз­вра­ща­ют­ся, яко­же и про­чая пи­са­ния к сво­ей их по­ги­бе­ли
(2 Петр. 3, 11. 14–16). И это не тог­да толь­ко де­ла­лось, но и в на­сто­я­щее вре­мя очень мно­гие, или и все поч­ти мы де­ла­ем, по не­ве­же­ст­ву сво­е­му все из­вра­щая и пе­ре­тол­ко­вы­вая сло­ва Бо­же­ст­вен­но­го Пи­са­ния, и всяче­с­ки ста­ра­ясь сде­лать их спо­с­пеш­ни­ка­ми се­бе в стра­с­тях и па­губ­ных по­хо­те­ни­ях сво­их. Но по­смо­т­рим, что го­во­рит и бо­же­ст­вен­ный Па­вел о тво­ре­нии и об­нов­ле­нии его. Ска­зав, что не­до­стой­ны стра­с­ти ны­неш­ня­го вре­ме­ни к хо­тя­щей сла­ве яви­ти­ся в нас
, вслед за сим го­во­рит он: ча­я­ние бо тва­ри от­кро­ве­ния сы­нов Бо­жи­их ча­ет
(Рим. 8, 18. 19). Ча­я­ни­ем на­зы­ва­ет он силь­ное же­ла­ние тва­ри, чтоб по­ско­рее сбы­лось от­кро­ве­ние, или яв­ле­ние во сла­ве сы­нов Бо­жи­их, ка­кое име­ет со­вер­шить­ся во все­об­щее вос­кре­се­ние. Ибо тог­да, во все­об­щее вос­кре­се­ние, с при­ше­ст­ви­ем Сы­на Бо­жия, об­на­ру­жат­ся сы­ны Бо­жии, про­явит­ся кра­со­та их и сла­ва, и они все­це­ло, т. е. и ду­шею и те­лом сде­ла­ют­ся свет­ло­си­ян­ны­ми и пре­про­слав­лен­ны­ми, как на­пи­са­но: тог­да пра­вед­ни­цы
, т. е. сы­ны пра­вед­на­го Бо­га, про­све­тят­ся яко солн­це
(Матф. 13, 43). Но что­бы не по­ду­мал кто, что ска­зан­ное Апо­с­то­лом от­но­сит­ся к дру­гой ка­кой-ли­бо тва­ри – он при­ба­вил: су­е­те бо тварь по­ви­ну­ся не во­лею, но за по­ви­нув­ша­го ю на упо­ва­нии
(20). Ви­дишь, что тварь не хо­те­ла по­ви­но­вать­ся и слу­жить Ада­му, по­сле то­го как он пре­сту­пил за­по­ведь Бо­жию, по­то­му что ви­де­ла, что он нис­пал от бо­же­ст­вен­ной славы? Для се­го-то Бог, преж­де со­тво­ре­ния ми­ра, пре­до­пре­де­лил быть спа­се­нию че­ло­ве­ка чрез воз­рож­де­ние, ка­кое имел он по­лу­чить в си­лу во­пло­щен­на­го до­мо­ст­ро­и­тель­ст­ва Хри­с­то­ва, и на сем ос­но­ва­нии под­чи­нил ему тварь и по­ко­рил ее тле­нию, так как тлен­ным сде­лал­ся че­ло­век, для ко­то­ра­го она со­зда­на – чтоб она каж­до­год­но до­став­ля­ла ему тлен­ную пи­щу, – по­ло­жив, ког­да об­но­вит че­ло­ве­ка и сде­ла­ет его не­тлен­ным, без­смерт­ным и ду­хов­ным, тог­да вме­с­те с ним об­но­вить и всю тварь и сде­лать ее веч­ною и не­тлен­ною. Вот что от­крыл Апо­с­тол при­ве­ден­ны­ми сло­ва­ми: су­е­те тварь по­ви­ну­ся не во­лею, но за по­ви­нув­ша­го ю на упов­нии
, т. е. тварь по­ви­ну­лась лю­дям не са­ма по се­бе, и не по сво­ей во­ле сде­ла­лась тлен­ною, да­ет пло­ды тлен­ные, и про­из­ра­ща­ет тер­ния и волч­цы; но по­ко­ри­лась по­ве­ле­нию Бо­га, Ко­то­рый оп­ре­де­лил сие для нея на упо­ва­нии, что опять об­но­вит ее. Чтоб пол­нее удо­с­то­ве­рить в этом, Апо­с­тол го­во­рит на­ко­нец: яко и са­ма тварь сво­бо­дит­ся от ра­бо­ты ис­тле­ния в сво­бо­ду сла­вы чад Бо­жи­их
(21). Ви­дишь, что вся эта тварь в на­ча­ле бы­ла не­тлен­ною и со­зда­на Бо­гом в чи­не рая? Но по­сле Бо­гом под­чи­не­на тле­нию, и по­ко­ри­лась су­е­те че­ло­ве­ков.


5. По­знай так­же и то, что это за про­слав­ле­ние и све­то­си­ян­ность тва­ри бу­дет в бу­ду­щем ве­ке? Ибо ког­да она об­но­вит­ся, то не бу­дет опять та­кою же, ка­кою бы­ла, ког­да бы­ла со­зда­на в на­ча­ле. Но бу­дет та­кою, ка­ким, по сло­ву бо­же­ст­вен­на­го Пав­ла, бу­дет на­ше те­ло. О те­ле на­шем го­во­рит Апо­с­тол: се­ет­ся те­ло ду­шев­ное, воста­ет
не та­ким, ка­ким бы­ло те­ло пер­во­здан­на­го преж­де пре­ступ­ле­ния за­по­ве­ди, т. е. ве­ще­ст­вен­ным, чув­ст­вен­ным, пре­лож­ным, име­ю­щим нуж­ду в чув­ст­вен­ной пи­ще, – но восста­ет те­ло ду­хов­ное
(1 Кор. 15, 44), и не­пре­лож­ное, та­кое, ка­ким по вос­кре­се­нии бы­ло те­ло Гос­по­да на­ше­го Ии­су­са Хри­с­та, вто­ра­го Ада­ма, пер­во­рож­ден­на­го из мерт­вых, ка­ко­вое не­срав­нен­но пре­вос­ход­нее те­ла пер­во­здан­на­го Ада­ма. Та­ким же об­ра­зом и вся тварь по по­ве­ле­нию Бо­жию име­ет быть, по все­об­щем вос­кре­се­нии, не та­кою, ка­кою бы­ла со­зда­на – ве­ще­ст­вен­ною и чув­ст­вен­ною, но име­ет быть пе­ре­соз­да­на и со­де­лать­ся не­ки­им не­ве­ще­ст­вен­ным и ду­хов­ным оби­та­ли­щем, пре­выс­шим вся­ка­го чув­ст­ва, и как о нас го­во­рит Апо­с­тол: вси же не успнем, вси же из­ме­ним­ся, вско­ре, во мгно­ве­нии ока
(1 Кор. 15, 51), так и вся тварь, по­сле то­го, как пе­ре­го­рит в Бо­же­ст­вен­ном ог­не, име­ет из­ме­нить­ся, да ис­пол­нит­ся и про­ро­че­ст­во Да­ви­да, ко­то­рый го­во­рит, что пра­вед­ни­цы на­сле­дят зем­лю
(Пс. 36, 29), – ко­неч­но, не чув­ст­вен­ную. Ибо как воз­мож­но, что­бы те, ко­то­рые сде­ла­лись ду­хов­ны­ми, на­сле­до­ва­ли зем­лю чув­ст­вен­ную? Нет; они на­сле­дят зем­лю ду­хов­ную и не­ве­ще­ст­вен­ную, что­бы иметь на ней до­стой­ное сла­вы своей жи­ли­ще, по­сле то­го, как спо­до­бят­ся по­лу­чить те­ла свои без­те­лес­ны­ми, выс­ши­ми вся­ка­го чув­ст­ва.


Так вся тварь пос­ле то­го, как об­но­вит­ся и сде­ла­ет­ся ду­хов­ною, ста­нет оби­та­ли­щем не­ве­ще­ст­вен­ным, не­тлен­ным, не­из­мен­ным и веч­ным. Не­бо ста­нет не­срав­нен­но бо­лее бле­с­тя­щим и свет­лым, чем оно те­перь ви­дит­ся, ста­нет сов­сем но­вым; зем­ля вос­при­и­мет но­вую не­из­ре­чен­ную кра­со­ту, одев­шись в мно­го­об­раз­ные не­увя­да­е­мые цве­ты, свет­лые и ду­хов­ные. Солн­це бу­дет си­ять в семь раз силь­нее, чем те­перь, и весь мир сде­ла­ет­ся со­вер­шен­ней­шим па­че вся­ко­го сло­ва. Сде­лав­шись ду­хов­ным и бо­же­ст­вен­ным, со­еди­нит­ся он с ум­ным ми­ром, явит­ся не­ки­им мыс­лен­ным ра­ем, Ие­ру­са­ли­мом не­бес­ным, не­кра­до­мым на­сле­ди­ем сы­нов Бо­жи­их. Этой зем­ли не на­сле­до­вал еще ни один че­ло­век; все мы стран­ни­ки и при­шель­цы. Ког­да же зем­ное со­еди­нит­ся с не­бес­ным, тог­да и пра­вед­ни­ки на­сле­дят ту зем­лю, об­нов­лен­ную уже, ко­то­рой на­след­ни­ка­ми име­ют быть те крот­кие, кои уб­ла­жа­ют­ся от Гос­по­да. Те­перь по­ка иное из зем­на­го со­еди­ня­ет­ся с не­бес­ным, а иное име­ет еще со­еди­нить­ся с ним. Ду­ши свя­тых, как мы ска­за­ли, при всем том, что со­еди­не­ны еще с те­лом в ми­ре сем, со­еди­ня­ют­ся с бла­го­да­тию Свя­та­го Ду­ха, – об­нов­ля­ют­ся, из­ме­ня­ют­ся на луч­шее и вос­кре­са­ют от мыс­лен­ной смер­ти; по­том, по раз­лу­че­нии с те­лом, от­хо­дят в сла­ву и свет­ло­си­ян­ный свет не­ве­чер­ний; те­ла же их не спо­доб­ля­ют­ся еще се­го, но ос­та­ют­ся во гро­бах и в тле­нии. Име­ют и они сде­лать­ся не­тлен­ны­ми, во вре­мя об­ща­го вос­кре­се­ния, ког­да и вся эта ви­ди­мая и чув­ст­вен­ная тварь сде­ла­ет­ся не­тлен­ною и со­еди­нит­ся с не­бес­ным и не­ви­ди­мым. Это­му над­ле­жит со­вер­шить­ся преж­де, – и тог­да при­идет с си­лою и сла­вою мно­гою пре­вож­де­лен­ный и слад­чай­ший Ии­сус Хри­с­тос, Царь и Бог наш, су­дить мир и воз­дать каж­до­му по де­лам его. Для се­го раз­де­лит Он об­нов­лен­ную тварь на мно­гия оби­те­ли и по­ко­и­ща, как-бы дом ка­кой ве­ли­кий, или ка­кия цар­ския па­ла­ты, со мно­же­ст­вом раз­ных по­ме­ще­ний, и даст каж­до­му часть его, ка­кая ко­му по­до­ба­ет со­от­вет­ст­вен­но свет­ло­с­ти и сла­ве, стя­жан­ной до­б­ро­де­те­ля­ми. Так цар­ст­во не­бес­ное бу­дет еди­ное, и иметь еди­на­го Ца­ря вся­че­с­ких, Ко­то­рый от­всю­ду бу­дет ви­ден всем пра­вед­ным; бу­дет Он спре­бы­вать с каж­дым пра­вед­ным, и вся­кий пра­вед­ный бу­дет спре­бы­вать с Ним; бу­дет свет­ло си­ять в каж­дом, и каж­дый бу­дет свет­ло си­ять в Нем. – Но го­ре тем, ко­то­рые окажут­ся тог­да су­щи­ми вне она­го не­бес­на­го оби­та­ли­ща!» [66, т. 1, с. 367– 383].


Прп. Мак­сим Ис­по­вед­ник


«Вопрос V. Что такое проклятая в делах Адама земля
, согласно возвышенному умо­зре­нию, и что зна­чит – есть ее в пе­ча­ли
? Что оз­на­ча­ют по­сле слов тер­ния и волч­цы воз­ра­с­тит те­бе
сло­ва: тра­ву сель­ную
? И, на­ко­нец, что зна­чит: в по­те ли­ца сво­е­го есть хлеб свой
(Быт. 3:17–19)? Ведь ни­ког­да не ви­да­но, что­бы че­ло­век ел зем­лю или тра­ву; рав­ным об­ра­зом, вку­ша­ю­щие хлеб [ни­ког­да] не едят его, в бук­валь­ном смыс­ле сло­ва, в по­те ли­ца.


Ответ. Зем­ля, про­кля­тая в де­лах Ада­ма, есть плоть Ада­ма, вслед­ст­вие дел его, то есть стра­стей и озем­ля­нив­ше­го­ся ума, все­гда под­вер­га­е­мая про­кля­тию в ви­де бес­пло­дия до­б­ро­де­те­лей – этих дел Бо­жи­их. Эту плоть и вку­ша­ет со мно­гим стра­да­ни­ем и пе­ча­лью Адам, на­слаж­да­ясь лишь ма­лым от нее удо­воль­ст­ви­ем. А за та­кое тлен­ное на­слаж­де­ние эта плоть и взра­щи­ва­ет для не­го за­бо­ты и по­пе­че­ния, по­доб­но “тер­ни­ям”, и ве­ли­кие ис­ку­ше­ния и опас­но­с­ти, по­доб­но “волч­цам”, бо­лез­нен­но жа­ля­щим его со всех сто­рон, – и в ра­зу­ме, и в яро­ст­ном (на­ча­ле), и в [на­ча­ле] же­ла­ю­щем, — так что ед­ва мо­жет до­быть и вку­сить, то есть по­лу­чить здо­ро­вье и бла­го­со­сто­я­ние пло­ти, слов­но увяд­шую тра­ву; а за­тем, после многого круговраще­ния ужас­ных [стра­да­ний], в по­те ли­ца, то есть в тя­же­лом тру­де бес­по­лез­но­го рас­смо­т­ре­ния чув­ст­вен­но­го бы­тия в чув­ст­вен­ном [опы­те], иметь, по­доб­но хле­бу, ос­нование для уст­ро­е­ния здеш­ней жиз­ни — ли­бо пу­тем ре­мес­ла, ли­бо пу­тем ка­кой-ни­будь иной при­ду­ман­ной для [под­дер­жа­ния] жиз­ни изо­щ­рен­но­с­ти.


Или луч­ше: “зем­ля” есть серд­це Ада­ма, при­няв­шее за пре­ступ­ле­ние [за­по­ве­ди] “про­кля­тие” – ли­ше­ние не­бес­ных благ. Эту зем­лю во мно­гих скор­бях по де­я­тель­но­му лю­бо­му­д­рию вку­ша­ет [че­ло­век], очи­щая ее от “про­кля­тия” со­ве­с­ти - по­стыд­ных дел. А за­тем, очи­щая ра­зу­мом про­из­ра­с­та­ю­щие в ней по­доб­но “тер­ни­ям” раз­мы­ш­ле­ния о про­ис­хож­де­нии те­ле­сно­го бы­тия и, по­доб­но “волч­цам”, су­хие рас­суж­де­ния о про­мыс­ле и су­де ка­са­тель­но не­те­лес­ных [сущ­но­с­тей], он вку­ша­ет, как “тра­ву”, ду­хов­ным об­ра­зом со­зер­ца­ние. И так, слов­но “в по­те ли­ца”, пу­тем уме­ло­го на­вы­ка в ве­де­нии, [че­ло­век] вку­ша­ет не­тлен­ный Хлеб бо­го­сло­вия, ко­то­рый толь­ко один и яв­ля­ет­ся под­лин­но жи­во­твор­ным и со­хра­ня­ет в не­тле­нии бы­тие вку­ша­ю­щих. Итак, вку­ша­е­мая “зем­ля” в хо­ро­шем смыс­ле есть очи­ще­ние серд­ца че­рез [ду­хов­ное] де­ла­ние, “тра­ва” же – зна­ние твар­ных су­ществ, [до­сти­га­е­мое] в ес­те­ст­вен­ном со­зер­ца­нии, а “хлеб” – ис­тин­ное тай­но­вод­ст­во по бо­го­сло­вию» [48, кн. 2 с. 35].


«Вопрос XLIII. Если в Писании говорится, что мудрость есть древо жизни
(Притч.3:18), а дело мудрости – различать и ведать дерево познания добра и зла
(Быт.2:9), то чем же тогда отличается [последнее] от древа жизни?


Ответ. Учители Церкви, в силу [обитающей] в них благодати могущие сказать многое на сей счет, сочли нужным скорее обойти молчанием это место, поскольку мысль [человеческая] не может достичь глубины многого из того, что начертано [в Писании], – поэтому они и удерживались от того, чтобы изрекать нечто глубокомысленное. А если некоторые [из отцов] и высказывались [по этому поводу], то прежде они определяли способность [восприятия своих] слушателей, а затем изрекали для пользы научаемых лишь некую долю [этой тайны], оставляя большую часть [ее] неисследованной. И я скорее бы рассудил обойти молчанием это место, если бы не догадывался, что [такое умолчание] удручит боголюбезную душу вашу. Поэтому только, ради вас я буду говорить то, что доступно всем и что полезно для разумения как малых, так и великих.


Древо жизни и древо, не являющееся таковым; то, которое именуется "древо жизни" само по себе, и то, которое не есть древо жизни, но только древо познания добра и зла, – [эти оба древа] обладают многими невыразимыми различиями. Ибо древо жизни, разумеется, есть древо, созидающее жизнь, а древо не-жизни есть древо, созидающее смерть. Ибо очевидно, что древо, не созидающее жизнь, поскольку оно не называется "древом жизни", будет созидающим смерть, поскольку ничто другое, [кроме смерти], не противопоставляется жизни в качестве ее противоположности.


Кроме того, древо жизни, как мудрость, обладает величайшим отличием от древа познания добра и зла, которое не есть мудрость и не именуется ею. Мудрости свойственны ум и разум, а состоянию, противоположному мудрости, свойственны неразумие и чувство. Стало быть, поскольку человек был приведен в бытие состоящим из умной души и чувственного тела, постольку пусть будет древо жизни, по одному созерцанию, умом души, в котором и находится мудрость. Соответственно, древо познания добра и зла [тогда будет] чувством тела, в котором, как это очевидно, и происходит движение неразумия. И человек, принявший божественную заповедь – не прикасаться к этому древу опытным и действенным путем, не сохранил ее.


Согласно Писанию, оба древа суть способности различения некоторых [вещей], или же [они суть] ум и разум. Так, ум обладает способностью различать умопостигаемые и чувственные, преходящие и вечные [вещи]; более того, эта способность, будучи различающей способностью души, убеждает последнюю одних вещей придерживаться, а других– избегать. Чувство же обладает способностью различать телесное наслаждение и телесную муку; более того, будучи различающей способностью одушевленных и чувственных тел, оно убеждает [их] к одному привлекаться, а от другого отвращаться. И если бытие человека определяется одним только чувственным и телесным различением наслаждения и муки, то он, преступая божественную заповедь, вкушает от древа познания добра и зла, то есть вкушает неразумие по чувству, обладая только различением, сохраняющим [наши] тела; и в соответствии с этим различением он придерживается, как добра, наслаждения и избегает, как зла, муки. А если бытие его полностью определяется духовным различением, отделяющим преходящее от вечного, то он, соблюдая божественную заповедь, вкушает от древа жизни – я имею в виду мудрость, образовывающуюся в уме, – обладая только различением, сохраняющим [нашу] душу; в соответствии с этим различением он придерживается, как добра, славы вечных [вещей] и отвращается, как от зла, от тления преходящих [вещей].


Итак, многим различаются два древа: как свойственным им по природе различением, так и присущим каждому значением, обретающим внешне похожее звучание, в котором отсутствует разграничение понятий добра и зла и которое может произвести великое заблуждение у тех, кто внимает словесам Духа без [надлежащей] мудрости и осторожности. Однако вы, будучи мудрыми через благодать, знайте, что называемое просто злом не всегда есть зло, но в отношении к одному оно является злом, а в отношении к другому не есть таковое; равным образом и называемое просто добром не всегда есть добро, но в отношении к одному оно – добро, а в отношении к другому не является таковым. [Зная это], вы убережетесь от вреда, имеющего истоки в соименности» [48, кн. 2, с. 113 – 114].


Прп. Си­ме­он Но­вый Бо­го­слов:


«Как толь­ко об­на­жил­ся че­ло­век от бо­же­ст­вен­ной бла­го­да­ти, тот­час же и вся ви­ди­мая тварь, со­здан­ная для че­ло­ве­ка, об­на­жи­лась вме­с­те с че­ло­ве­ком от бо­же­ст­вен­но­го све­та, ее оси­я­вав­ше­го, и рас­тли­лась, как го­во­рит апо­с­тол (Рим. 8:19–22). А ког­да вся ви­ди­мая тварь ли­ши­лась та­ким об­ра­зом бо­же­ст­вен­но­го ос­ве­ще­ния, тог­да на­чал в ней но­сить­ся ди­а­вол с про­чи­ми де­мо­на­ми, как хо­тел, и где хо­тел, и сде­лал­ся кня­зем ми­ра се­го пре­хо­дя­ще­го. Кня­зем и вла­с­ти­те­лем ми­ра се­го был че­ло­век, но ког­да ди­а­вол пре­ль­стил его, то, по по­пу­ще­нию Бо­жию, взял от не­го на­чаль­ст­во и власть, и на­звал­ся кня­зем ми­ра се­го, и вла­ст­ву­ет, как и раз­бой­ни­ки вла­ст­ву­ют над тем, что на­силь­ст­вен­но за­хва­тят в свои ру­ки, не су­щу из­бав­ля­ю­щу, ни­же спа­са­ю­щу
(Пс. 7:3)» [66, т. 1, с. 303].


Свт. Фи­ла­рет Мос­ков­ский


«1). Не­ко­то­рые по­ла­га­ют, что шесть дней тво­ре­ния, со днем по­коя, зна­ме­ну­ют семь ты­ся­че­ле­тий бы­тия ми­ра, в ко­то­рые ус­т­ро­я­ет­ся и со­вер­ша­ет­ся Цер­ковь. (2 Пет. III. 8. Lact. Inst. diu. L. VII. Стр. 14). Но Ии­сус Хри­с­тос не поз­во­ля­ет нам слиш­ком да­ле­ко про­сти­рать свое лю­бо­пыт­ст­во в изы­с­ка­нии вре­мен и сро­ков, ко­то­рые Отец пре­до­ста­вил Сво­ей вла­с­ти, Де­ян. I. 7.


Не дер­жась стро­го­го счис­ле­ния вре­мен, но со­об­ра­жая де­ла Гос­по­да в шес­тид­нев­ном тво­ре­нии ми­ра с Его де­ла­ми в ус­т­ро­е­нии и со­вер­ше­нии всемир­ной Церк­ви, мо­жем пред­ста­вить сие по­след­ние в ше­с­ти по­сле­до­ва­тель­ных об­ра­зо­из­ме­не­ни­ях.


I. В на­ча­ле Цер­ковь бы­ла не­бо и зем­ля вку­пе, или не­бо на зем­ле. Па­де­ние че­ло­ве­ка сде­ла­ло ее зем­лею не­об­ра­зо­ван­ною и пу­с­тою. Тьма по­кры­ла ее так, как буд­то она сов­сем со­еди­ни­лась с без­дною от­пад­ших ду­хов. Но Дух Бо­жий но­сил­ся над во­да­ми, то есть над пле­ме­на­ми че­ло­ве­че­с­ки­ми, ко­то­рые в сло­ве Бо­жи­ем изо­б­ра­жа­ют­ся во­да­ми (Иса. VIII. 6, 7, Апок. XVII. 15), по­ги­бав­ши­ми во Ада­ме, и бла­го­дать осе­ни­ла его. Бог по­слал ему свет от­кро­ве­ния об Ис­ку­пи­те­ле; и раз­лу­чил цар­ст­во све­та от цар­ст­ва тьмы, ве­ру­ю­ще­го че­ло­ве­ка от не­рас­ка­ян­но­го Ди­а­во­ла, се­мя же­ны от се­ме­ни змия, пле­мя Си­фа от пле­ме­ни Ка­и­на, дом Ноя от рас­тлен­но­го в ко­нец пер­во­го ми­ра.


II. Да­бы явить свет от­кро­ве­ния в боль­шей яс­но­с­ти, Бог вос­хо­тел ус­т­ро­ить твердь, то есть та­кое об­ще­ст­во, в ко­то­ром бы не­по­ко­ле­би­мо ут­верж­де­ны бы­ли обе­то­ва­ния Его, и ко­то­рое бы всем про­чим на­ро­дам по­ве­да­ло сла­ву Его и воз­ве­ща­ло бла­го­дат­ное тво­ре­ние рук Его (Пс. XVIII. 1–5, Рим. X. 18). Для се­го смя­те­ния во­ды зем­ных пле­мен, при стол­по­тво­ре­нии Ва­ви­лон­ском, раз­де­ле­ны: и на­ро­ды от­вер­жен­ные, яко во­ды под твер­дию, по­кры­ли зем­лю, мудр­ст­вуя ток­мо доль­няя. Ав­ра­ам и Па­т­ри­ар­хи, яко во­ды над твер­дию, воз­нес­лись до вы­со­чай­ших обе­то­ва­ний и бли­жай­ше­го с Бо­гом со­еди­не­ния, а про­ис­шед­ший от них из­бран­ный на­род очи­щен и ут­верж­ден за­ко­ном.


III. По­том Цер­ковь, по­гру­жен­ная преж­де в во­дах на­ро­дов, яви­лась на твер­дой, соб­ст­вен­ной зем­ле обе­то­ва­ния, и ук­ра­си­лась зем­ны­ми бла­го­сло­ве­ни­я­ми от Бо­га. Ее зем­ля от­верз­лась, да­бы ро­ди­лись пло­ды спа­се­ния и прав­да про­из­рос­ла вку­пе, (Иса. XLV. 8). Сре­ди нее, по­доб­но дре­ву жиз­ни, на­саж­ден был ко­рень Ие­c­се­ев (Иса. XI. 1), ко­то­ро­го жезл дол­жен был ут­вер­дить, но­вая от­расль – об­но­вить, плод – на­пи­тать бес­смер­ти­ем все­лен­ную.


IV. С во­пло­ще­ни­ем Сы­на Бо­жия яви­лось Ду­хов­ное Солн­це ми­ра и но­вая Цер­ковь, по­доб­но лу­не, осе­ян­ная све­том Его. Апо­с­то­лы и учи­те­ли хри­с­ти­ан­ст­ва, со всею Цер­ко­вью, по­доб­но лу­не и звез­дам, пре­пос­ла­ли свет в са­мую нощь язы­че­ст­ва.


V. С про­дол­же­ни­ем жи­во­твор­но­го дей­ст­вия Ду­хов­но­го Солн­ца, во­ды от­вер­жен­ных преж­де на­ро­дов, из­во­дят из се­бя ду­ши? жи­ву­щия ду­хов­ной жиз­нью; и вы­спрен­ные умы над ви­ди­мым и вре­мен­ным воз­ле­та­ют к чи­с­то­му со­зер­ца­нию не­ви­ди­мо­го и веч­но­го.


VI. На­ко­нец и про­цве­тав­шая не­ког­да, но по­том на вре­мя ос­тав­лен­ная воз­со­зи­да­ю­щею ру­кою, зем­ля Из­ра­и­ле­ва по­ка­жет в се­бе ми­ру жизнь из мерт­вых (Рим. XI. 15). Ког­да же та­ин­ст­вен­ное те­ло по­след­не­го Ада­ма (1 Кор. XV. 45), ко­то­рое ны­не, Им са­мим бу­ду­чи сла­га­е­мо и со­став­ля­е­мо, чрез вза­им­ное сцеп­ле­ние чле­нов, со­от­вет­ст­вен­ных дей­ст­ви­ем каж­до­го из них, воз­ра­с­та­ет в сво­ем со­ста­ве (Еф. IV. 15, 16), со­зиж­дет­ся со­вер­шен­но и окон­ча­тель­но: тог­да, воз­двиг­ну­тое сво­ею Гла­вою, про­ник­ну­тое Ду­хом Свя­тым, тор­же­ст­вен­но явит оно во всех сво­их чле­нах еди­ный об­раз Бо­жий, и на­сту­пит Ве­ли­кая Суб­бо­та Бо­га и че­ло­ве­ков.


2). Каж­дый че­ло­век в осо­бен­но­с­ти име­ет свое не­бо и зем­лю, дух и плоть, вну­т­рен­нее и внеш­нее, ос­та­ток пер­во­быт­но­го со­вер­шен­ст­ва и ха­ос гре­хов­но­го рас­тле­ния, из ко­то­ро­го дей­ст­ви­ем Бла­го­да­ти по­сте­пен­но ус­т­ра­и­ва­ет­ся но­вая тварь.


I. Воз­ни­кая из нрав­ст­вен­но­го ни­что­же­ст­ва, он на­хо­дит се­бя зем­лею не­ус­т­ро­ен­ною и пу­с­тою, и тьма за­кры­ва­ет глу­би­ну е­го серд­ца от не­го са­мо­го. Но на слез­ные во­ды по­ка­я­ния нис­хо­дит Дух Бо­жий и Сло­во Бо­жие про­из­во­дит в нем вы­шний свет, ко­то­рый чем яс­нее си­я­ет, тем бо­лее от­де­ля­ет­ся, и ста­но­вит­ся ощу­ти­тель­нее соб­ст­вен­ная тьма че­ло­ве­ка.


II. За днем по­ка­я­ния сле­ду­ет день очи­ще­ния и от­ра­ды, в ко­то­рый Бог ус­т­ро­я­ет твердь в ду­хе и серд­це, от­де­ляя вы­шния во­ды от ниж­них, крот­кие и чи­с­тые сле­зы бла­го­да­ти от чув­ст­вен­ных слез го­ре­с­ти и со­кру­ше­ния.


III. По за­клю­че­нии вод со­кру­ше­ния в не­ко­то­рых пре­де­лах, че­ло­век от­кры­ва­ет в са­мо­по­зна­нии но­вую стра­ну су­хую, не ук­ра­шен­ную, бес­плод­ную, об­на­жен­ную пе­ред све­том Пра­во­су­дия Бо­жия, не оро­шен­ную ни­ка­ки­ми уте­ше­ни­я­ми бла­го­да­ти. Но по­сле се­го ис­пы­та­тель­но­го том­ле­ния, си­лою воз­си­да­ю­ще­го Сло­ва, из мерт­вой су­хо­сти на­чи­на­ют про­из­ра­с­тать бла­гие чув­ст­во­ва­ния и до­б­ро­де­те­ли, спер­ва сла­бые и крат­ко­вре­мен­ные, по­том твер­дые и воз­вы­шен­ные, дол­жен­ст­ву­ю­щие при­не­с­ти плод прав­ды. И то, и дру­гое со­сто­я­ние есть до­б­ро в пу­тях Бо­жи­их, хо­тя ве­до­мая ими ду­ша в на­ча­ле и не по­ми­на­ет их.


IV. Ес­ли че­ло­век по­сто­ян­но про­дол­жа­ет вни­мать гла­го­лю­ще­му о нем Сло­ву Гос­по­да: свет ве­ры в вы­шних си­лах ду­ши его ста­но­вит­ся солн­цем, ко­то­рое ос­вя­ща­ет со­кро­вен­ней­шие глу­би­ны ее, со­гре­ва­ет и ожив­ля­ет ее. Он об­ра­зу­ет так­же не­ко­то­рые ча­ст­ные оза­ре­ния, от­кро­ве­ния, ви­де­ния, ко­то­рые, как звез­ды, бро­са­ют не­ко­то­рые лу­чи в са­мую глу­бо­кую нощь ес­те­ст­вен­но­го не­ве­де­ния.


V. Ии­сус Хри­с­тос, бу­ду­чи солн­цем, си­я­ю­щим в ду­ше и сло­вом, в ней гла­го­лю­щем, про­из­во­дит в ней вну­т­рен­нюю но­вую жизнь. Из са­мых вод скор­бей вну­т­рен­них и внеш­них воз­ни­ка­ют жи­вые и жи­во­твор­ные де­ла люб­ви, воз­ра­с­та­ют и ум­но­жа­ют­ся. В твер­ди очи­щен­но­го ду­ха, в ми­ну­ты вос­хи­ще­ния, яв­ля­ют­ся пре­вы­с­пре­нные по­мы­ш­ле­ния.


VI. Бла­го­дать и на мерт­вой преж­де зем­ле вет­хо­го, чув­ст­вен­но­го, внеш­не­го че­ло­ве­ка час от ча­са бо­лее по­ла­га­ет на­пе­чат­ле­ний ис­ти­ной жиз­ни вну­т­рен­ней. И зем­ные по­мыс­лы по­лу­ча­ют вы­шнее на­прав­ле­ние; и стра­с­ти про­ни­ка­ют­ся Бо­же­ст­вен­ною лю­бо­вью; и раб­ский страх очи­ща­ет­ся ду­хом сы­нов­ней Бо­гу по­кор­но­с­ти. Та­ким об­ра­зом, весь че­ло­век воз­со­зи­да­ется во Об­раз Сы­на Бо­жия: и тог­да со­вер­шен­но в не­го все­ля­ет­ся, в нем жи­вет, в нем вла­ды­че­ст­ву­ет, в нем по­ко­ит­ся, его ос­вя­ща­ет Свя­тый и во всех по­чи­ва­ю­щий» [81, ч. 1, с. 30 – 33].


«В ис­то­рии со­тво­ре­ния пер­во­го че­ло­ве­ка мож­но на­хо­дить не­ко­то­рые про­об­ра­зо­ва­ния о Ии­су­се Хри­с­те. К се­му про­ла­га­ет путь Апо­с­тол Па­вел, ко­то­рый на­зы­ва­ет Ада­ма об­ра­зом бу­ду­ща­го
(Рим. 5:14), а Ии­су­са Хри­с­та, в про­ти­во­по­ло­же­ние с пер­вым че­ло­ве­ком
, име­ну­ет по­след­ним Ада­мом и вто­рым че­ло­ве­ком
(1 Кор. 15:45, 47).


Итак, пер­вый Адам есть об­раз вто­ро­го Ада­ма:


1. в зна­че­нии сво­е­го име­ни
. Пер­вый Черв­лен
по пер­во­на­чаль­но­му ве­ще­ст­ву сво­е­го те­ла, вто­рой об­ле­чен
в ри­зу
пло­ти очерв­ле­нен­ною
кро­вию стра­да­ния (Апок. 19:13).


2. в про­ис­хож­де­нии сво­ем и до­сто­ин­ст­ве су­ще­ст­ва сво­е­го
. Пер­вый Адам не имел от­ца кро­ме Бо­га, рав­но как и вто­рой. В со­ста­ве те­ла пер­во­го Ада­ма из­вле­че­на чи­с­тей­шая персть
из все­го зем­но­го ес­те­ст­ва, об­ра­зо­ван­но­го в пре­ды­ду­щие дни тво­ре­ния; по­доб­ным об­ра­зом в со­ста­ве пло­ти вто­ро­го Ада­ма, в ли­це Де­вы Ма­рии, из­вле­че­но чи­с­тей­шее се­мя же­ны
из все­го ес­те­ст­ва че­ло­ве­че­с­ко­го. По­сте­пен­но до воз­мож­ной сте­пе­ни очи­щен­но­го в пре­ды­ду­щие при­го­то­ви­тель­ные вре­ме­на но­во­го тво­ре­ния. Со­тво­ре­ние пер­во­го Ада­ма со­вер­ше­но вду­но­ве­ни­ем в со­став дев­ст­вен­ной зем­ли ды­ха­ния жиз­ней
от Бо­га; во­пло­ще­ние Сы­на Бо­жия со­вер­ши­лось на­и­ти­ем Свя­та­го Ду­ха и осе­не­ни­ем си­лы Вы­шня­го,
Лук. 1:35, че­рез ко­то­рое в Де­ве Ма­рии, еди­но­сущ­ное Сло­во Бо­жие вве­де­но в дев­ст­вен­ное се­мя же­ны. Та­ким об­ра­зом, пер­вый че­ло­век Адам стал ду­шею жи­вою, по­след­ний Адам ду­хом жи­во­тво­ря­щим
. Пер­вый по об­ра­зу и по по­до­бию
Бо­жию, по­след­ний си­я­ние сла­вы От­чей
и са­мый об­раз Ипо­с­та­си Его
(Евр. 1:3).


3. в от­но­ше­нии к ми­ру
. Адам по­став­лен вла­ды­кою все­лен­ной; Сын Бо­жий на­зна­чен на­след­ни­ком все­го
(Евр. 1:2).


4. в сво­ем ме­с­то­пре­бы­ва­нии
. Для пре­бы­ва­ния пер­во­го Ада­ма Бог соб­ст­вен­ною, так ска­зать, ру­кою на­са­дил сад в Еде­ме, на вос­то­ке
; по­доб­но се­му для уго­тов­ле­ния ме­с­та, где над­ле­жа­ло явить­ся вто­ро­му Ада­му, ру­кою вы­со­кою ви­но­град из Егип­та пе­ре­не­сен и на­саж­ден
(Пс. 79:9).


5. в со­тво­ре­нии же­ны
. Здесь чер­ты сход­ст­ва меж­ду пер­вым и вто­рым Ада­мом сли­ва­ют­ся с чер­та­ми про­ти­во­по­лож­но­с­ти, по­сколь­ку то, что в пер­вом есть бо­лезнь, во вто­ром Вра­чев­ст­во. Сон
пер­во­го Ада­ма в Раю со­де­лал­ся на­ча­лом бо­лез­ней все­го че­ло­ве­че­ст­ва; смерть
вто­ро­го Ада­ма есть ре­ши­тель­ное Вра­чев­ст­во всех бо­лез­ней все­го че­ло­ве­че­ст­ва. Взем­лет­ся ре­б­ро
пер­во­го Ада­ма, и яв­ля­ет­ся же­на
, име­ю­щая быть ору­ди­ем его пре­ль­ще­ния; про­бо­да­ет­ся ре­б­ро
вто­ро­го Ада­ма, и ис­хо­дят кровь и во­да – зна­ме­ния та­инств, очи­ща­ю­щих грех, по­рож­ден­ный ис­шед­шею из ре­б­ра же­ною. Ме­с­то ре­б­ра пер­во­го Ада­ма за­кры­то пло­тию
, и та­ким об­ра­зом вид раз­де­ле­ния по­лу­чил свое со­вер­шен­ст­во; но про­бо­ден­ное ре­б­ро вто­ро­го Ада­ма ос­та­лось от­вер­стым, да­бы сим пу­тем все, раз­де­лен­ное па­де­нием пер­во­го Ада­ма, мог­ло прид­ти в со­еди­не­ние с те­лом вто­ро­го. Со­сто­я­ние вто­ро­го Ада­ма, по­сле его смер­ти, есть с пре­из­быт­ком воз­вра­щен­ное со­сто­я­ние пер­во­го Ада­ма, до его сна в Раю.


6. в су­пру­же­ст­ве
. Со­тво­рен­ная же­на со­че­та­ет­ся с му­жем в та­кой со­юз, по ко­то­ро­му оба со­став­ля­ют плоть од­ну; ис­куп­лен­ные Ии­су­сом Хри­с­том и ве­ру­ю­щие в Не­го так­же суть чле­ны те­ла Его, от пло­ти Его, и от ко­с­тей Его
(Еф. 5:30).


7. в ка­че­ст­ве Гла­вы
ро­да че­ло­ве­че­с­ко­го

. Но пер­вый Адам низ­ри­нул с со­бою все чле­ны, ко­то­рых был гла­вою; вто­ро­му Ада­му пре­до­пре­де­ле­но воз­гла­вить в се­бе все, что есть на не­бе­сах и на зем­ле
(Еф. 1:10)»
[81, ч. 1, с. 50 – 52].


«По­ели­ку гре­хи че­ло­ве­че­с­кие, в не­ко­то­ром от­но­ше­нии, суть пле­мя пер­ва­го гре­ха, по­доб­но как че­ло­ве­ки пле­мя пер­ва­го че­ло­ве­ка: то, ес­те­ст­вен­но, что­бы пер­вые, по­доб­но, как и по­след­ние, в сво­их ча­ст­ных чер­тах име­ли один об­щий об­раз. По сей при­чи­не в ча­ст­ном по­ве­ст­во­ва­нии о гре­хо­па­де­нии пер­вых че­ло­ве­ков мож­но ви­деть об­щий ход и по­след­ст­вия гре­ха. Ис­ку­си­тель по тем же об­щим пра­ви­лам дей­ст­ву­ет на всех че­ло­ве­ков, по ко­то­рым дей­ст­во­вал на пер­ва­го, с тем раз­ли­чи­ем, что змий, ко­то­ро­го упо­треб­ля­ет он сво­им ору­ди­ем, ча­с­то на­хо­дит­ся не вне, но вну­т­ри рас­тлен­но­го ес­те­ст­ва че­ло­ве­че­с­ко­го, и есть воз­буж­ден­ное са­мо­лю­бие. Низ­шая часть сил че­ло­ве­че­с­ких, по­доб­но же­не, со­тво­рен­ная дей­ст­во­вать в за­ви­си­мо­с­ти от ду­ха, пер­вая пре­ль­ща­ет­ся сво­е­воль­ным удо­воль­ст­ви­ем, и по­том ув­ле­ка­ет за со­бою са­мый дух от по­слу­ша­ния Бо­гу. Дей­ст­вие гре­ха об­на­жа­ет че­ло­ве­ка, и от­кры­ва­ет очи его на со­вер­шен­ное ли­ше­ние соб­ст­вен­на­го бла­га, но он же­ла­ет бо­лее скрыть, не­же­ли ис­пра­вить сей не­до­ста­ток. Меж­ду тем Бо­жье пра­во­су­дие от­чуж­да­ет его от жиз­ни Бо­жи­ей; осуж­да­ет на по­мыс­лы зем­ные, на де­ла мерт­вые, на тру­ды бес­плод­ные, на удо­воль­ст­вия уязв­ля­ю­щие, и ос­тав­ля­ет сре­до­с­те­ние меж­ду им и уте­ше­ни­я­ми бла­го­да­ти. Бла­жен, ес­ли це­ною по­ка­я­ния и са­мо­от­вер­же­ния ку­пит от Са­мо­го же Гос­по­да одеж­ды бе­лыя, да об­ле­чет­ся
ве­рою в за­слу­ги Ис­ку­пи­те­ля, и да не явит­ся сра­мо­та
соб­ст­вен­ной на­го­ты
его (Апок. 3:18) и ес­ли, для воз­вра­ще­ния к жиз­ни, с по­кор­но­с­тью всту­пит на путь умерщв­ле­ния» [81, ч. 1, с. 76].


Тру­бец­кой Е.Н.:


«Из этих со­мне­ний срав­ни­тель­но лег­ко раз­ре­ша­ют­ся те, ко­то­рые ко­ре­нят­ся не в са­мом ре­ли­ги­оз­ном со­зна­нии, а ис­хо­дят из внеш­ней ему об­ла­с­ти со­зна­ния на­уч­но­го. Я имею в ви­ду ука­за­ния на не­со­от­вет­ст­вие меж­ду уче­ни­ем Биб­лии и хри­с­ти­ан­ст­ва о на­ча­ле ми­ра, а сле­до­ва­тель­но, – о рае и о гре­хо­па­де­нии – с дан­ны­ми на­уч­но­го ес­те­ст­во­зна­ния. Кол­ли­зия меж­ду на­укой и хри­с­ти­ан­ским от­кро­ве­ни­ем здесь при­зрач­на по той про­стой при­чи­не, что от­кро­ве­ние и на­ука в дан­ном слу­чае трак­ту­ют о раз­ных пла­нах бы­тия. Все ут­верж­де­ния От­кро­ве­ния о все­лен­ной до гре­хо­па­де­ния от­но­сят­ся к та­ко­му ее со­сто­я­нию, где весь ко­с­ми­че­с­кий строй был иной. Там дей­ст­во­ва­ли за­ко­ны при­ро­ды, от­лич­ные от тех, ко­то­рые об­на­ру­жи­ва­ют­ся дан­ны­ми на­ше­го на­уч­но­го опы­та.
За пре­де­ла­ми этих эм­пи­ри­че­с­ких дан­ных на­ука ни­че­го не зна­ет и знать не мо­жет. Во­прос, пред­ше­ст­во­вал ли из­ве­ст­но­му ей ко­с­ми­че­с­ко­му строю ка­кой-ли­бо дру­гой, где не бы­ло ни смер­ти, ни борь­бы за су­ще­ст­во­ва­ние, т. е. во­прос о том, бы­ла ли ког­да-ли­бо иная, ны­не не­из­ве­ст­ная на­уке эм­пи­рия, все­це­ло вы­хо­дит из пре­де­лов ее ком­пе­тен­ции. Оче­вид­на ошиб­ка тех уче­ных или фи­ло­со­фов, ко­то­рые, ис­хо­дя из «дан­ных на­уч­но­го опы­та», пы­та­ют­ся дать тот или дру­гой от­вет на наш во­прос, – все рав­но по­ло­жи­тель­ный или от­ри­ца­тель­ный; она за­клю­ча­ет­ся в том, что они при­да­ют на­уч­но­му опы­ту то аб­со­лют­ное зна­че­ние, ко­то­ро­го он на са­мом де­ле не име­ет. Опыт од­но­го пла­на бы­тия не мо­жет слу­жить ос­но­ва­ни­ем для суж­де­ния о бы­тии во­об­ще. По­это­му ни ко­с­мо­гра­фия, ни би­о­ло­гия, ни ка­кие-ли­бо иные ес­те­ст­вен­ные на­уки не при­зва­ны су­дить о том, дей­ст­во­ва­ли ли ког­да-ли­бо, до воз­ник­но­ве­ния из­ве­ст­ной им все­лен­ной, иные, не из­ве­ст­ные на­уке за­ко­ны вза­и­мо­от­но­ше­ния ду­ха и те­ла и за­ко­ны жиз­ни. В осо­бен­но­с­ти стран­но про­ти­во­по­ла­гать от­кро­ве­нию опыт на­шей пла­не­ты; ибо ут­верж­де­ния хри­с­ти­ан­ско­го уче­ния о со­сто­я­нии все­лен­ной до гре­хо­па­де­ния от­но­сят­ся во­все не к зем­ной пла­не­те в тес­ном смыс­ле сло­ва, а к зем­но­му бы­тию во­об­ще, т. е. ко всей сфе­ре те­ле­сно­го су­ще­ст­во­ва­ния и те­ле­сно­го во­пло­ще­ния. По­пыт­ки бо­го­сло­вов вы­чи­тать в Биб­лии ко­с­мо­гра­фи­че­с­кое уче­ние о на­шей пла­не­те или сол­неч­ной си­с­те­ме по мень­шей ме­ре столь же про­из­воль­ны, как ко­с­мо­гра­фи­че­с­кие оп­ро­вер­же­ния Биб­лии уче­ны­ми. Те и дру­гие сви­де­тель­ст­ву­ют о со­вер­шен­но не­доз­во­ли­тель­ном сме­ше­нии двух пла­нов бы­тия, ко­то­рые долж­ны быть стро­го раз­ли­ча­е­мы» [70, с. 227 – 228].


К гла­ве 2

VI Все­лен­ско­го Со­бо­ра пра­ви­ло 67:


«Бо­же­ст­вен­ное Пи­са­ние за­по­ве­да­ло нам воз­дер­жи­вать­ся от кро­ве и удав­ле­ни­ны и блу­да (Де­ян. 15:29). По­се­му ра­ди ла­ком­ст­ву­ю­ще­го чре­ва, кровь ка­ко­го бы то ни бы­ло жи­вот­но­го, ка­ким ли­бо ис­кус­ст­вом при­уго­тов­ля­ю­щих в снедь, и та­ко оную яду­щих, бла­го­рас­смо­т­ри­тель­но епи­ти­мии под­вер­га­ем. Аще убо кто от­ны­не яс­ти бу­дет кровь жи­вот­но­го ка­ким ли­бо об­ра­зом: то кли­рик бу­дет из­вер­жен, а ми­ря­нин да бу­дет от­лу­чен».


Свт. Фи­ла­рет Мос­ков­ский:


«На­ча­ток страш­но­го зна­ме­ния на не­го <Ка­и­на> по­ло­жен уже тог­да, ког­да «по­ник­ло ли­це его». Тогда как внеш­няя при­ро­да че­ло­ве­ка, со­тво­рен­ная от­пе­чат­ком вну­т­рен­ней, ме­нее бы­ла ис­ка­же­на и раз­роз­не­на с сею по­след­нею, ужас и от­ча­я­ние Ка­и­на мог­ли об­ра­зо­вать во внеш­нем его че­ло­ве­ке яс­ную и не­из­гла­ди­мую пе­чать от­вер­же­ния, ко­то­рая бы со­де­ло­ва­ла его жи­вым па­мят­ни­ком су­да Бо­жия, и уда­ля­ла бы от него всех, его ви­дя­щих. Впро­чем, ев­рей­ский текст в сем ме­с­те до­пу­с­ка­ет и следу­ю­щий пе­ре­вод: «и дал Ие­го­ва знам­ение Ка­и­ну (то есть со­тво­рил не­ко­то­рое чу­до, да­бы ус­по­ко­ить его удо­с­то­ве­ре­ни­ем), что ни­кто, встре­тив его, не убь­ет его» [81, ч. 1, с. 91].


О Ло­те и его до­че­рях:


«Бе­зо­пас­ность и спа­се­ние в го­ре – в не­пре­стан­ном уда­ле­нии от ми­ра и при­бли­же­нии к Бо­гу и по­сле­до­ва­нии во­ли Его.


Но ко­го Бог ввел в ма­лый град, тот уже не дол­жен ис­кать иных пу­тей к сво­ей бе­зо­пас­но­с­ти, а про­по­ве­до­вать дру­гим по­ка­я­ние, бла­го­дать и спа­се­ние.


Ду­ша, на­пол­нен­ная об­ра­за­ми ми­ра, и плоть, от­вра­ща­ю­ща­я­ся умерщв­ле­ния, суть опас­ные со­бе­сед­ни­цы ду­ха, на­чи­на­ю­ще­го, по из­ше­ст­вии из ми­ра, вхо­дить в се­бя. Над ни­ми долж­но бдеть и не усы­пать.


Му­д­рость, ко­то­рую из­но­сят с со­бой из ми­ра, по­доб­на ви­ну, взя­то­му на путь. Не­ко­то­рые, ду­мая под­кре­пить и обо­д­рить се­бя сим ви­ном во вре­мя утом­ле­ния и уны­ния, по­мра­ча­ют свой чи­с­тый смысл, и не­чув­ст­ви­тель­но впа­да­ют в де­ла тьмы» [81, ч. 2, с. 142].


К гла­ве 3

Свт. Иоанн Златоуст


«Бысть
, сказано, егда приближися Авраам внити во Египет, рече Саре жене своей: вем аз, яко жена добролична. Будет убо, егда увидят тя Египтяне, рекут, яко жена его сия: и убиют мя, тебе же снабдят. Рцы убо, яко сестра ему есмь, да добро мне, будет тебе ради, и будет жива душа моя тебе ради
(ст. 11, 12, 13). Видишь из этих слов, в какое беспокойство и робость пришел праведник? И однакож он не упал духом, не поколебался в своей решимости, не думал сам с собою и не говорил: что это? Ужели мы оставлены? Ужели обмануты? Ужели Господь оставил нас без Своего попечения? Сказавший: возвеличу тебя и семени твоему дам землю сию ужели попускает нам подвергнуться крайней опасности и впасть в явную беду? Ничего такого праведник не позволял себе и подумать, но заботился теперь только об одном, какое бы изобрести средство и к спасению от голода, и к избежанию от рук египтян. Вем
, говорит он, яка жена добролична еси
. Смотри, какова была красота жены его; достигнув уже старости и прожив столько лет, она еще была цветущею, и сохранила красоту лица своего, не смотря на то, что перенесла столько трудов и страданий во время путешествий, переселяясь с места на место, переходя из Халдеи в Харран, оттуда в Ханаан, потом в Ханаане отсюда туда и оттуда сюда, а теперь вот еще и в Египет. Кого и из крепких мужей не изнурили бы столь частые переходы? Но эта чудная, и после стольких бедствий, еще блистает красотою лица, и этим внушает праведнику великое и сильное опасением Потому и говорил он: вем аз, яко жена добролична еси. Будет убо, егда увидят тя Египтяне, рекут, яко жена его сия: и убиют мя, тебе же снабдят
. Смотри, как он твердо полагался на нрав своей жены и не побоялся, что она обольстится похвалами, но дает еще вот какой совет: чтобы меня не убили, а тебя снабдили, рцы убо, яко сестра ему есмь, да добро мне будет, и будет жива душа моя тебе ради
. Так как это требование его было не маловажное, то он захотел последующими словами привлечь ее (на свою сторону) так, чтобы и склонить ее к сожалению, и убедить к усердному содействию в его предприятии. Будет убо
, говорит, егда увидят тя Египтяне, рекут, яко жена его сия: и убиют мя, тебе же снабдят.
Не сказал: тебя обезчестят; он пока еще не хочет устрашить ее такими словами, а притом боится и за обетование Божие. Потому говорит: тебе же снабдят; рцы убо, яко сестра ему есмь
. Подумай, в каком состоянии должна была находиться душа праведника, когда он советовал это жене своей? Вы знаете, конечно, что для мужей нет ничего тяжелее, если жена подвергнется даже только подозрению, а праведник старается между тем сделать все, чтобы любодеяние совершилось на самом деле. Вот возлюбленный, не осуди необдуманно праведника, а из этого-то особенно познай и великое благоразумие и мужество его. Мужество в том, что он так доблестно укротил и преодолел волнение помыслов, что мог даже предложить такой совет жене своей. Нет ведь ничего тяжелее подобного состояния; об этом послушай что говорит Соломон: исполнена бо ревности ярость мужа ея: не пощадит в день суда, не изменит многими дарми вражды
(Прит. VI, 34–35); и еще: жестока, яко ад, ревность
(Песн. песн. VIII, 6).


Мы видим, как многие (в подобном положении) доходили до такого неистовства, что не только не щадили жен своих, но часто умерщвляли, вместе с обольстителем, и самих себя. Таково неистовство этой страсти, и так неукротима ревность, что доводит даже до небрежения о собственной жизни того, кто однажды увлекся этою страстию. Итак, из этого можно узнать мужество праведника; великое же благоразумие его видно в том, что, находясь в таком затруднительном положении и как бы опутан будучи сетями, он умел найти средство, по крайней мере, к тому, чтобы зло было меньше. В самом деле, если бы он сказал, что она была ему жена, если бы, вместо того, не назвал ее сестрою, то и ее отняли бы у праведника из-за красоты, которая увлекла бы невоздержных египтян, и праведника убили бы, чтобы не было обличителя их беззакония. Итак, поелику надлежало ожидать, что эти два несчастия непременно случатся – по невоздержности египтян и жестокости их правителя, то, чтобы можно было им найти хотя малое облегчение в таком затруднительном положении, он говорит: рцы, яко сестра ему есмь
: это, может быть, избавит меня от опасности. Что до тебя касается, то, назовешь ли себя сестрою или женою, нельзя сомневаться в том, что тебя тотчас отнимут у меня из-за телесной красоты; а что до меня, то можно полагать, что я избегну опасности, если ты назовешь себя моею сестрою. Видишь благоразумие праведника, как он, застигнутый опасностию, успел найти средство, которым и решился победить коварство египтян? Опять, посуди здесь и о терпении праведника, и о благонравии жены его. О терпении праведника: он не возроптал и не сказал: зачем я вожу ее с собою, когда она причиняет мне столько беспокойства? Что за польза мне жить с нею, когда из-за нее я должен подвергаться крайней опасности? Что за прибыль, когда она не только не доставляет мне никакого утешения, но причиняет даже смерть своею красотою? Ничего такого он и не сказал, и не подумал, но, отринув всякую подобную мысль и нимало не усомнившись в обетовании Божием, об одном только и заботился, как бы ему избегнуть угрожавшей опасности. Помысли здесь, возлюбленный, и о неизреченном долготерпении Божием, как Он доселе не приходит на помощь праведнику и не утешает его, до выжидает, пока бедствия увеличатся и умножатся до самой крайней степени, и тогда-то Он явит Свое попечение (о праведнике). Рцы убо
, говорит, яко сестра ему есмь, да добро мне будет тебе ради, и будет жива душа моя тебе ради
. Это говорит праведник не потому, что будто бы душа его могла умереть (не убойтеся
, сказано, от убивающих тело, души же не могущих убити
(Мф. 10:28); нет, он сказал это жене просто по обычаю. Да добро
, говорит, мне будет тебе ради, и жива будет душа моя тебе ради
, как бы так он говорил к ней: скажи, что я сестра ему, для того, чтобы мне, убежав от голода в Ханаане, не умереть от рук египтян. Будь же для меня виновницею спасения – да добро мне будет тебе ради. Жалостные слова! В великом был он страхе и от невоздержности египтян, и от того, что еще не было разрушено владычество смерти. Вот, почему праведник соглашается на прелюбодеяние жены и как бы содействует прелюбодею обесчестить, чтобы избежать смерти. Да, лице смерти было еще страшно: еще не были сокрушены медные врата, еще не было притуплено ея жало. Видишь союз любви между мужем и женою? Видишь, что осмелился муж предложить жене, и какой совет принимает жена? Она не противоречит, и не ропщет, но делает все по мысли мужа. Да слышат это мужья и жены, и да подражают единомыслию, крепкой любви и великому благочестию этих супругов. Да поревнуем целомудрию Сары, которая, и в старости цветя такою красотою, продолжала состязаться в добродетелях с праведником, за что и сподобилась такого попечения Божия и небесной награды. Итак, никто не обвиняй красоту лица и не говори этих неосновательных слов: такую-то погубила красота, и для такой-то красота была причиною гибели. Не красота виновна в этом, – нет, потому что и она дело Божие, – но развращенная воля: вот причина всех зол! Видишь, как эта чудная жена сияла и красотою души и красотою лица, и однако же шла по следам праведника. Ей-то пусть подражают жены. Здесь вот и красота лица, и неплодство, и такие лета, и великое богатство, и столько переселений и путешествий, и частая и непрерывные искушения, – однако же ничто не поколебало ея сердца, она осталась неизменно твердою. Поэтому и получила достойную награду за свое терпение, и в глубокой старости родила (сына) из бесплодной, омертвевшей утробы. Да добро
, говорит, мне, будет тебе ради, и жива будет душа моя тебе ради
, то есть, ничего другого не осталось мне для спасения, как то, чтобы ты согласилась сказать: яко сестра ему есмь
. Может быть, я избегну ожидаемой опасности, и ради тебя останусь жив, тебе обязан буду сохранением моей жизни. Этих слов довольно было, чтобы привлечь и склонить жену к состраданию.


Вот истинное супружество, когда (муж и жена) разделяют друг с другом не только счастье, но и опасности; это знак искренней любви, это доказательство самой верной дружбы. Не так прославляет царя лежащая на главе его диадема, как эту блаженную (Сару) прославило и возвеличило то послушание, с каким приняла она совет мужа. Кто не изумится, размышляя о такой покорности ея? Кто в состоянии достойно восхвалить ее, когда она, будучи столь целомудренна и в таком уже возрасте, готова была с своей стороны допустить прелюбодеяние, претерпеть сожительство с варварами, чтобы спасти праведника? Но подожди немного, и увидишь премудрость Божия промысла. Он для того и терпел так долго, чтобы и праведника более прославить, и событиями, совершившимися в Египте, показать не только египтянам, но и жителям Палестины, каким благоволением пользуется патриарх у Господа всех. Бысть же
, сказано, егда вниде Аврам во Египет, видевше Египтяне жену, яко добра бяше зело. И видеша ю князи Фараоны, и похвалиша пред Фараоном и введоша ю в дом Фараонов. И Авраму добре бяше ея ради: и быша ему и овцы, и тельцы, и ослы, и рабы, и рабыни, и мехи, и велблюды
(ст. 14, 15,16). Смотри, как на самом деле сбылось то, чего прежде боялся праведник. Как только он взошел в Египет, видевше Египтяне жену, яко добра бяше зело
, - не просто добра, но чрезвычайно привлекательна для всех, кто только видел ее, видевше ю князи Фараони, похвалиша ю пред Фараоном
. Не пройди этих слов, возлюбленный, без внимания, но подивись тому, как это египтяне не напали на жену, как на странницу, пришедшую из чужой земли, не поступили оскорбительно и с мужем, но пошли к царю и объявили. Это было так для того, чтобы самое дело стало известнее и разгласилось повсюду, когда мщение (Божие) совершится не над простым лицом, но над самим царем. И введоша ю к Фараону
. Тотчас разлучили праведника с женою, и она вводится к Фараону. Смотри, как долготерпелив Бог, - как Он не тотчас, не в самом начале являет свой промысл, но попускает совершиться всему, и жене впасть в самые почти челюсти зверя, а потом уже открывает всем и Свою силу. И введоша ю в дом Фараонов
. В каком состоянии была в то время душа жены! Как возмущался ум ея! Какие поднимались волны! Как она не потерпела кораблекрушения, но пребыла неподвижна, как некая скала, полагаясь на помощь свыше! Но что я говорю о жене? Каково было на душе у праведника, когда жену его повели в дом Фараона! И Авраму добра бяше ради ея
, то есть, как брату, и быша ему овцы, и тельцы, и ослы, и рабы, и рабыни, и велблюды, и мехи.
Но эти самые вещи, который даны были ему для удобной и приятной жизни, какой разжигали в нем пламень! Мысль о причине этих даров как не опалила его души и не сожгла его ума? Видишь, как несчастия дошли почти до крайности? Видишь, как уже не оставалось, по человеческим расчетам, никакой надежды на лучшее? Видишь, как по человеческому суждению, дела были в отчаянном положении? Видишь, как жена впала в самые челюсти зверя? Посмотри же теперь на неизреченное человеколюбие Божие, и подивись безмерному величию силы Его. И мучи
, сказано, Господь казньми великими лютыми Фараона, и дом его, Сары ради жены Аврамли
(ст. 17). Что значит: мучи
? Значит – наказал за дерзость и злое покушение» [18, т. 4, с. 343 – 348].


Св. Ири­ней Ли­он­ский


Про­тив ере­сей (
IV.7.1 – 2):


«И Ав­ра­ам, чрез Сло­во зная От­ца, со­тво­рив­ше­го не­бо и зем­лю, ис­по­ве­дал Его Бо­гом, и на­учен­ный от­кро­ве­ни­ем, что Сын Бо­жий бу­дет че­ло­ве­ком сре­ди лю­дей и чрез Его при­ше­ст­вие се­мя его бу­дет как звез­ды не­бес­ные, воз­же­лал ви­деть тот день, что­бы и са­мо­му об­нять Хри­с­та; и, уви­дев его по­сред­ст­вом Ду­ха про­ро­че­с­ко­го, он воз­ра­до­вал­ся. По­се­му и Си­ме­он, один из его по­том­ков, ис­пол­нил ра­до­ст­ное чув­ст­во па­т­ри­ар­ха и ска­зал: “ны­не от­пу­с­ка­ешь ра­ба Тво­е­го, Вла­ды­ко,по слову Твоему, с ми­ром, ибо ви­де­ли очи мои спа­се­ние Твое, ко­то­рое Ты уго­то­вал пред ли­цом всех на­ро­дов, свет к про­све­ще­нию языч­ни­ков и сла­ву на­ро­да Тво­е­го Из­ра­и­ля
” (Лк. 2:29–33). И Ан­ге­лы так­же из­ве­с­ти­ли ве­ли­кую ра­дость па­с­ту­хам, сте­рег­шим ста­до но­чью. И Ма­рия ска­за­ла: “ве­ли­чит ду­ша Моя Гос­по­да, и воз­ра­до­вал­ся дух Мой о Бо­ге, Спа­си­те­ле Мо­ем
” (Лк. 1:46,47). Ибо ра­дость Ав­ра­а­ма нис­хо­дит от не­го на его по­том­ков, бодр­ст­ву­ю­щих, ви­дя­щих Хри­с­та и ве­ру­ю­щих Ему, и в свою оче­редь ра­дость от его чад воз­вра­ща­ет­ся к Ав­ра­а­му, же­лав­ше­му так­же ви­деть день при­ше­ст­вия Хри­с­та. Итак хо­ро­шо Гос­подь наш дал сви­де­тель­ст­во ему, го­во­ря: “Ав­ра­ам, отец ваш, рад был уви­деть день Мой, и уви­дел и воз­ра­до­вал­ся
” (Ин. 8:56)


И это Он сказал не ради только Авраама, но и для того, чтобы показать, что все, от начала знавшие Бога и предсказывавшие пришествие Христа, получили откровение от Самого Сына, Который в последние времена сделался видимым и могущим страдать и говорил с человеческим родом, что Он может из камней воздвигнуть сынов Авраама и исполнить данное Ему Богом обещание и сделать семя его как звезды небесные, как говорит Иоанн Креститель: "Бог может из этих камней воздвигнуть чад Авраама
" (Мф. 3:9). Это и сделал Иисус, отвращая нас от почитания камней и отвлекая от грубых и бесплодных помышлений и утверждая в нас веру подобную Авраамовой. Так и Павел свидетельствует, говоря, что мы дети Авраама по подобию веры и по обетованию наследия (Рим. 4:12)» [34, с. 332].


Прп. Иси­дор Пе­лу­си­от


«По­ло­жи ру­ку твою под стег­но мое, и за­кля­ну тя Бо­гом не­бе­се и зем­ли
(Быт. 24:2), – за­клю­чил Ав­ра­ам по­ве­ле­ние свое слу­жи­те­лю. Ибо он, как Про­рок и про­зи­ра­ю­щий в бу­ду­щее, чи­с­то­тою ума про­ви­дел, что от чресл его во­пло­тит­ся Бог не­бе­си и зем­ли, Гос­подь наш и Вла­ды­ка Хри­с­тос, и от се­ме­ни Ав­ра­а­мо­ва при­имет
(Евр. 2:16)» [35, ч. 1, с. 22].


Свт. Фи­ла­рет Мос­ков­ский


«Апо­с­тол Па­вел да­ет ис­то­рии стран­ст­ву­ю­щих Па­т­ри­ар­хов выс­ший вид и ра­зум, ког­да го­во­рит, что сие стран­ст­во­ва­ние бы­ло хож­де­ние ве­рою, ожи­да­ние не­по­движ­ныя ос­но­ва­ния име­ю­ще­го гра­да, ко­то­ро­го зод­чий и ос­но­ва­тель есть Бог, ис­ка­ние оте­че­ст­ва не­бес­но­го
(Евр. 11:8–16). Сие зна­чит, что внеш­ние и ви­ди­мые при­клю­че­ния Па­т­ри­ар­хов вы­ра­жа­ли ду­хов­ный и вну­т­рен­ний путь.


Ии­сус Хри­с­тос в по­сте­пен­ном дей­ст­вии Сво­е­го хо­да­тай­ст­ва меж­ду Бо­гом и че­ло­ве­ка­ми есть путь и ис­ти­на и жизнь
(Ин. 14:6). В церк­ви па­т­ри­ар­халь­ной и вет­хо­за­вет­ной Он яв­лял­ся как еди­ный сре­ди мно­го­чис­лен­ных рас­пу­тий Путь
, че­рез обе­то­ва­ния, про­об­ра­зо­ва­ния, очи­ще­ния, ве­ду­щий к Бо­же­ст­вен­ной ис­ти­не; в Но­вом За­ве­те Он от­кры­ва­ет­ся пре­иму­ще­ст­вен­но как все­об­щая Ис­ти­на
всех вре­мен и всех на­ро­дов, ве­ще­ст­вен­ность об­ра­зов и се­ней, про­све­ще­ние си­дя­щих во тьме язы­че­ст­ва; во вто­ром, на­ко­нец, при­ше­ст­вии Сво­ем Он про­сла­вит­ся, как еди­ная все­об­щая веч­ная Жизнь
, да и са­ма смерть по­жер­та бу­дет Его по­бе­дою. Две по­след­ние эпо­хи за­клю­ча­ют­ся в пер­вой как цвет и плод в се­ме­ни или но­во­саж­де­нии. И ес­ли ро­дом и об­ра­зом но­во­саж­де­ния пред­ве­ща­ет­ся цвет и плод: то уди­ви­тель­но ли, что вет­хи­ми дня­ми Церк­ви пре­до­б­ра­зу­ют­ся дни ее об­нов­ле­ния и сла­вы?


Но как во все­об­щей Церк­ви каж­дый че­ло­век, об­ра­ща­ю­щий­ся к Бо­гу, есть как бы ча­ст­ная цер­ковь Его, то не долж­но ка­зать­ся сме­ше­ни­ем по­ня­тий и то, ес­ли путь Про­ви­де­ния и ве­ры в церк­ви ви­ди­мой при­ем­лет за ука­за­ние на вну­т­рен­ний путь че­ло­ве­ка к со­еди­не­нию с Бо­гом.


Итак, в ли­це Ав­ра­ма
мы мо­жем пред­став­лять се­бе дух ве­ры, пред­во­ди­мый Бо­гом, пред­во­дя­щий че­ло­ве­ка. Са­ра, не­плод­ная в сво­ем оте­че­ст­ве и в кре­по­с­ти воз­ра­с­та, но ко­то­рая со­де­ла­ет­ся бла­го­чад­ною в стра­не при­шель­ст­вия, в дни ста­ро­сти, есть об­раз ду­ши, ко­то­рая до­то­ле не мо­жет при­но­сить пло­дов ду­хов­ных, до­ко­ле на­хо­дит­ся в се­бе са­мой, и упо­ва­ет на си­лы ес­те­ст­вен­ные, но ко­то­рая под ру­ко­вод­ст­вом ве­ры, ис­хо­дя во сре­те­ние Бла­го­да­ти, уз­рит на­ко­нец си­лу Бо­жию, со­вер­ша­ю­щу­ю­ся в сво­их не­мо­щах. Фар­ра,
не­при­зван­ный Бо­гом, с по­хва­льною, впро­чем, рев­но­с­тью со­пут­ст­ву­ет Ав­ра­му; но уми­ра­ет, не до­стиг­нув зем­ли обе­то­ва­ния: так на­прас­но вет­хий, плот­ский, не воз­рож­ден­ный че­ло­век ду­ма­ет ид­ти ду­хов­ным пу­тем, и при­ро­да си­лит­ся под­ра­жать Бла­го­да­ти; вет­хий Адам дол­жен уме­реть на пу­ти к со­вер­шен­ст­ву» [81, ч. 2, с. 48].


«Путь Ав­ра­ма из зем­ли рож­де­ния в зем­лю обе­то­ва­ния есть об­раз пу­ти са­мо­от­вер­же­ния, ко­то­рым че­ло­век из со­сто­я­ния по­вреж­ден­ной при­ро­ды пе­ре­хо­дить дол­жен в со­сто­я­ние Бла­го­да­ти.


Каж­дый ве­ру­ю­щий име­ет от Бо­га то же по­ве­ле­ние, как и отец ве­ру­ю­щих – ос­та­вить все и от­верг­нуть­ся се­бя са­мо­го. Лю­бя­щий от­ца или мать бо­лее не­же­ли Ме­ня, не до­сто­ин Ме­ня
, гла­го­лет Гос­подь (Мат. 10:37).


Каж­до­му ве­ру­ю­ще­му обе­ща­но и бла­го­сло­ве­ние Ав­ра­мо­во в Ии­су­се Хри­с­те
, (Гал. 3:14). Нет ни­ко­го, кто бы ос­та­вил дом, или бра­ть­ев, или се­с­тер, или от­ца, или мать, или же­ну, или де­тей, или зем­ли, ра­ди Ме­ня и Еван­ге­лия, и не по­лу­чил бы ны­не, во вре­мя сие и при го­не­ни­ях, во сто крат бо­лее до­мов и бра­ть­ев, и се­с­тер, и от­цев, и ма­те­рей и де­тей, и зе­мель, и ве­ке гря­ду­щем жиз­ни веч­ной
(Мар. 10:29–30).


Ве­ру­ю­щий, ос­тав­ляя свою, тво­рит Бо­жию во­лю с та­ким же не­о­гра­ни­чен­ным по­слу­ша­ни­ем, с ка­ким Ав­рам по­шел, как ска­зал ему Ие­го­ва
. Бог гла­го­лет нам в при­ро­де, в св. Пи­са­нии, в со­ве­с­ти, в при­клю­че­ни­ях жиз­ни уп­рав­ля­е­мых Его про­ви­де­ни­ем. Ид­ти, как ска­жет Ие­го­ва
, есть пра­ви­ло, в ко­то­ром за­клю­ча­ет­ся весь путь взы­с­ку­ю­щих гря­ду­ще­го гра­да не­бес­но­го.


По­доб­но Ав­ра­му, ве­ру­ю­щий на­столь­ко при­бли­жа­ет­ся к Бо­гу, на­сколь­ко ос­тав­ля­ет се­бя са­мо­го; и по­доб­но Ав­ра­му, бла­го­да­рит Его за да­ры бла­го­дат­ные. Он при­ем­лет их толь­ко для то­го, что­бы с вер­но­с­тью воз­вра­щать к их На­ча­лу: и там же, и тог­да же, где и ког­да при­ем­лет, при­но­сит оные в жерт­ву Бо­гу» [81, ч. 2, с. 59].


«Пу­те­ше­ст­вие Ав­ра­ма в Еги­пет есть про­дол­же­ние очи­с­ти­тель­ных его ис­ку­ше­ний.


По­сле оби­та­ния в стра­не Хал­дей­ской, пло­до­нос­ной, и в Хар­ра­не, где он ум­но­жил свое иму­ще­ст­во, ед­ва всту­па­ет он в зем­лю обе­то­ва­ния, как из­го­ня­ет­ся из нее гла­дом. В ка­ком мра­ке в сие вре­мя долж­ны бы­ли пред­ста­вить­ся обе­то­ва­ния Бо­жии; и как труд­но бы­ло со­хра­нить­ся от пре­тк­но­ве­ния са­мой твер­дой ве­ре!


Ос­тав­ляя на вре­мя зем­лю, по­ра­жа­е­мую вы­шнею ру­кою, Ав­рам впа­да­ет в ру­ки че­ло­ве­че­с­кие. Опас­ность его ста­но­вит­ся час от ча­са ви­ди­мее; а из­бав­ле­ние пред­став­ля­ет­ся час от ча­са ме­нее удоб­ным. Уже су­пру­гу, от ко­то­рой дол­жен был на­де­ять­ся бла­го­сло­вен­но­го пло­да, он ви­дит в по­зор­ном пле­ну ино­пле­мен­ни­ка.


Ка­за­лось, что пред­во­див­шая и по­кры­вав­шая Ав­ра­ма ру­ка Гос­под­ня сов­сем от­сту­пи­ла от не­го; как вдруг она яв­ля­ет­ся в са­мом Фа­ра­о­не, и, по­ра­жая его, де­ла­ет его сво­им ору­ди­ем для бе­зо­пас­но­с­ти пра­вед­ни­ка.


По­доб­ное не­что слу­ча­ет­ся с че­ло­ве­ком на вну­т­рен­нем пу­ти ве­ры.


По­сле то­го, как, со­вер­шив часть се­го пу­ти, он уже при­ем­лет от Бо­га не­ко­то­рые бла­го­дат­ные да­ры, и на­чи­на­ет вку­шать, яко благ Гос­подь; по­сле то­го как Бла­го­дать как бы пер­стом по­ка­зу­ет ему зем­лю обе­то­ва­ния, – вну­т­рен­нее цар­ст­во Бо­жие, – она скры­ва­ет­ся па­ки, и он ос­та­ет­ся сух и бес­пло­ден, ал­чен и жаж­дущ.


Опас­ное для не­го со­сто­я­ние есть то, ког­да он же­ла­ет и ду­ма­ет най­ти для се­бя пи­щу в Егип­те, – в уп­раж­не­ни­ях ми­ра; ду­ша не­чув­ст­ви­тель­но де­ла­ет­ся плен­ни­цею его су­ет, и уг­ро­жа­ет­ся рас­тле­ни­ем от его пре­ле­с­тей.


В сих об­сто­я­тель­ст­вах ми­ло­серд­ный Про­мы­сел, ча­с­то не­ча­ян­ны­ми, и впро­чем, ино­гда тяж­ки­ми уда­ра­ми, со­кру­ша­ет узы, при­вя­зу­ю­щие че­ло­ве­ка к ми­ру, и воз­вра­ща­ет его в путь свой с но­вою рев­но­с­тью и в но­вой бе­зо­пас­но­с­ти» [81, ч. 2, с. 64].


«Ес­ли от ис­то­рии раз­лу­че­ния Ав­ра­ма и Ло­та от­де­лить мыс­лен­но ча­ст­ные об­сто­я­тель­ст­ва лиц: то в ос­но­ва­нии ее от­кро­ют­ся от­ли­чи­тель­ные свой­ст­ва и дей­ст­вия двух че­ло­ве­ков: од­но­го, по ве­ре, пре­дан­но­го во­ле Бо­жи­ей; дру­го­го, в при­ро­де, сле­ду­ю­ще­го соб­ст­вен­ной во­ле.


И тот, и дру­гой име­ют мно­гие об­щие бла­га, не толь­ко внеш­ние, но ино­гда и вну­т­рен­ние, как то: по­зна­ние глав­ных ис­тин ве­ры и до­б­рые де­ла за­ко­на. Но пре­да­ю­щий се­бя во­ле Бо­жи­ей, по ме­ре ус­пе­ха в умерщв­ле­нии сво­ей во­ли, чув­ст­ву­ет про­ти­во­ре­чие меж­ду сво­и­ми по­буж­де­ни­я­ми и дей­ст­ви­я­ми об­ра­ща­ю­ще­го­ся с ним в об­ще­жи­тии ес­те­ст­вен­но­го че­ло­ве­ка, и, бу­ду­чи впро­чем, при­вя­зан к не­му лю­бо­вью, яко к ближ­не­му и бра­ту, ищет не­ко­то­рым об­ра­зом уда­лить и со­крыть се­бя от не­го, для из­бе­жа­ния обо­юд­но­го со­блаз­на.


Пре­дан­ный во­ле Бо­жи­ей пре­до­став­ля­ет ближ­ним все бла­га, ко­то­ры­ми мо­жет и име­ет пра­во поль­зо­вать­ся, бу­ду­чи рас­по­ло­жен до­воль­ст­во­вать­ся, так ска­зать, ос­тан­ка­ми оных из рук Про­мыс­ла. Но чем бо­лее он со­кра­ща­ет и от­се­ка­ет соб­ст­вен­ные же­ла­ния, да­бы дать ме­с­то во­ле Бо­жи­ей: тем бо­лее ще­д­рит и обо­га­ща­ет его Бог Сво­и­ми да­ра­ми и обе­то­ва­ни­я­ми, со­де­лы­вая каж­дое дей­ст­вие его се­ме­нем жиз­ни веч­ной, и с каж­дым ша­гом пу­ти его при­бли­жая его к оте­че­ст­ву не­бес­но­му.


На­про­тив, ес­те­ст­вен­ный че­ло­век же­ла­ет, как соб­ст­вен­но­с­тью, об­ла­дать всем, что пре­ль­ща­ет очи его; и, по­став­ляя це­лью сво­ей де­я­тель­но­с­ти соб­ст­вен­ную вы­го­ду и ощу­ти­тель­ное удо­воль­ст­вие, меч­та­ет най­ти рай Бо­жий на зем­ле, ищет па­жи­ти при во­дах еги­пет­ских, ду­хов­ной ра­до­с­ти в упо­е­нии са­мо­лю­бия. В сем со­сто­я­нии он не да­лек от то­го, что­бы по­ста­вить в Со­до­ме свой дом и оте­че­ст­во» [81, ч. 2, с. 71].


Ар­хим. Та­в­ри­он Ба­тоз­ский:


«Что­бы яс­но нам пред­ста­вить, в ве­ре ли мы, долж­но про­ве­рить, пре­да­ны ли мы во­ле Бо­жи­ей? За об­ра­зец ве­ры Свя­щен­ное Пи­са­ние пред­ла­га­ет нам Ав­ра­а­ма. Суть его ве­ры в сле­ду­ю­щем. Ког­да един­ст­вен­но­му его сы­ну Иса­а­ку бы­ло 14 лет, Гос­подь яв­ля­ет­ся и го­во­рит: Ав­ра­ам, бе­ри от­ро­ка и на го­ре, ко­то­рую Я те­бе ука­жу, при­не­си его в жерт­ву (ср. Быт. 22:1–2). Ав­ра­ам не стал рас­суж­дать: «Что Ты тре­бу­ешь от от­ца, что­бы лю­би­мо­го, един­ст­вен­но­го сы­на, о ко­то­ром же Ты го­во­рил, что от не­го про­изой­дет на­род мно­го­чис­лен­ный, как пе­сок при бе­ре­ге мо­ря. И вот его соб­ст­вен­ны­ми сво­и­ми ру­ка­ми по­ло­жить на дро­ва, за­ко­лоть и сжечь! Это страш­но и по­ду­мать да­же». Ав­ра­ам об этом не ду­мал, по­то­му что он ве­рил в Бо­га, Ка­ков Он есть. Бог есть лю­бовь, Бог его Отец, Бог его Тво­рец, и он в Бо­ге не со­мне­вал­ся. А ес­ли бы так раз­мы­ш­лял, то он уже про­ве­рял бы Бо­га и на­хо­дил бы не­спра­вед­ли­вость. Но та­ко­го пред­став­ле­ния о Бо­ге не мо­жет быть! Ес­ли Он не лю­бовь, не Все­ве­дец, не Бла­го­стен – Он тог­да не Бог.


Возь­мем дру­го­го че­ло­ве­ка, Ада­ма. Свя­той, бес­смерт­ный, а что же? Гос­подь за­по­ве­дал ему от дре­ва по­зна­ния до­б­ра и зла не вку­шать, ина­че смер­тью ум­рет (Быт. 2:17). Ева пред­ла­га­ет ему плод. Вме­с­то то­го, что­бы ос­та­но­вить, ведь нель­зя, он вни­ма­ет сло­вам ее: «Это по за­ви­с­ти Бог за­пре­тил нам, а ес­ли по­ку­ша­ем, то бу­дем знать зло и до­б­ро» (ср. Быт. 3:4). У Гос­по­да, зна­чит, за­висть есть; ка­кой же Он Бог? Ева по­ве­ри­ла змию, и Адам не вос­про­ти­вил­ся.


По­че­му у лю­дей бы­ва­ет не­ве­рие? А по­то­му, что они сво­е­го бо­га вы­ду­мы­ва­ют. Ни­кто сво­им умом не из­ме­ряй Бо­га! Не бу­дем по­доб­ны Ада­му, а бу­дем по­доб­ны Ав­ра­а­му!» [13, с. 197–198].


К гла­ве 4

Прп. Иси­дор Пе­лу­си­от


«Мно­го­жен­ст­во двух па­т­ри­ар­хов, Ав­ра­а­ма и Иа­ко­ва (ибо Иса­ак жил с од­ною же­ною), про­ис­хо­ди­ло не от из­не­жен­но­с­ти или лю­бо­ст­ра­с­тия, но от сте­че­ния об­сто­я­тельств, а иной ска­жет, – от нуж­ды. По­то­му оно и бы­ло для них из­ви­ни­тель­но. Ибо, сле­дуя Бо­же­ст­вен­но­му Пи­са­нию, рас­смо­т­ри, как про­изо­ш­ло оно.


Ав­ра­ам, ес­ли бы са­мою су­пру­гою, ко­то­рой долж­но бы­ло бы рев­но­вать, не был уп­ро­шен сбли­зить­ся с ра­бою, не сбли­зил­ся бы с нею. Ибо не по сла­с­то­лю­бию (что до­ка­зы­ва­ет про­дол­жи­тель­ное про­шед­шее вре­мя), но из же­ла­ния иметь де­тей ос­та­вил са­мую бла­го­об­раз­ную и пре­крас­ную ли­цом же­ну, ко­то­рая весь Еги­пет вос­хи­ти­ла кра­со­тою, и при­нуж­ден был за­се­ять дру­гую ни­ву, и бе­зо­б­раз­ную, и ху­до­род­ную. При этом он был столь чист от вся­кой стра­с­ти, что по­сле то­го, как ра­бы­ня за­ча­ла и ста­ла, мо­жет быть, ока­зы­вать не­по­чте­ние цар­ст­вен­ной гос­по­же, ду­мая, что пра­во гос­под­ст­ва пе­рей­дет к мла­ден­цу, ко­то­рый от нее ро­дит­ся, из­гнал Агарь из до­ма. При­чем и уш­ла она в пу­с­ты­ню, имея пу­те­во­ди­те­лем нуж­ду. Ес­ли же Ав­ра­ам имел и Хет­ту­ру, то уже по кон­чи­не Ага­ри и Сар­ры.


А Иа­ков, ес­ли бы по­лу­чил ту, ко­то­рую лю­бил сна­ча­ла, то, мо­жет быть, и не кос­нул­ся бы дру­гой же­ны. А что ска­зан­ное – не од­на до­гад­ка, яв­ст­ву­ет из сле­ду­ю­ще­го. Хо­тя тесть вме­с­то млад­шей до­че­ри, об­ла­дав­шей чуд­ной кра­со­той, при­вел к не­му на ло­же стар­шую, ко­то­рая бы­ла бе­зо­б­раз­на, од­на­ко же он, по­зд­но уз­нав об­ман, воз­не­го­до­вал. Прав­да, не от­верг ее, по­чи­тая не­при­стой­ным ото­слать от се­бя ту, ко­то­рая, хоть и та­ким об­ра­зом, но ста­ла его же­ною. По­сле се­го тесть, об­ви­ня­е­мый в об­ма­не, до­б­ро­воль­но изъ­я­вил го­тов­ность вы­дать за не­го и дру­гую, без со­мне­ния, по­то­му, что сие бы­ло доз­во­ле­но и уза­ко­не­но древ­ним обы­ча­ем.


А ког­да Иа­ков со­гла­сил­ся, стар­шая, быв­шая, ему не по серд­цу, рож­да­ла, пле­нив­шая же его лю­бо­вью не име­ла на то и на­деж­ды. И она, объ­я­тая силь­ною пе­ча­лью, уг­ро­жа­ла ли­шить се­бя жиз­ни, ес­ли не ро­дит, ибо го­во­ри­ла: даждь ми ча­да; аще же ни, ум­ру аз
(Быт. 30:1), то есть на­ло­жу на се­бя ру­ки.


И по­сколь­ку от­ча­и­ва­лась, то уп­ро­си­ла му­жа сбли­зить­ся со сво­ей слу­жан­кою, что­бы рож­ден­ных от нее де­тей счи­тать сво­и­ми и вме­нить се­бе это в не­кое уте­ше­ние в та­ком не­сча­с­тии, по­то­му что без­ча­дие при­зна­ва­лось тог­да са­мым ве­ли­ким злом. Иа­ков же слу­ша­ет­ся ее, не стра­с­ти по­ра­бо­тив­шись (он не пре­дал­ся бы слу­жан­ке, ос­та­вив ту, ко­то­рая име­ла не­вы­ра­зи­мую кра­со­ту), но же­лая из­ба­вить от пе­ча­ли су­пру­гу.


А ког­да слу­жан­ка ро­ди­ла, стар­шая так­же воз­рев­но­ва­ла, хо­тя име­ла мно­гих де­тей, и по­ну­ди­ла его вой­ти и к ее ра­бы­не. И он, же­лая унич­то­жить в доме вся­кий пред­лог к раз­до­ру и ссоре, слу­ша­ет­ся. И эта цепь со­вер­шив­ших­ся с ним со­бы­тий сви­та лю­бо­вью к Ра­хи­ли, ибо, ес­ли бы он по­лу­чил ее сна­ча­ла, то, мо­жет быть, ею бы и удо­воль­ст­во­вал­ся. По­сколь­ку же под­верг­ся об­ма­ну, то не по сла­до­ст­ра­с­тию, но ино­гда уп­ра­ши­ва­е­мый, а ино­гда по­нуж­да­е­мый са­ми­ми су­пру­га­ми, ко­то­рым долж­но бы­ло бы рев­но­вать, при­нуж­ден был дой­ти до се­го.


Итак, Иса­ак, как ска­за­но вы­ше, не под­верг­ся та­ко­вой нуж­де, и жил с од­ною су­пру­гою, и тем, что удов­ле­тво­рил­ся ею, по­слу­жил оп­рав­да­ни­ем Ав­ра­а­му и Иа­ко­ву. Но Апо­с­тол воз­во­дит все это в умо­зри­тель­ный смысл, при­ме­няя Агарь и Сар­ру к двум за­ве­там.


По­се­му, ни­кто из тех, ко­то­рые по­ра­бо­ти­лись не­воз­держ­но­с­ти и по­хот­ли­во­с­ти, ос­та­ви­ли сво­их жен, сквер­нят­ся в не­по­треб­ных до­мах, и в соб­ст­вен­ные до­ма вно­сят раз­до­ры и ссо­ры, пусть не при­во­дят в при­мер по­сле­до­вав­ших по при­чи­не об­сто­я­тельств не­до­стат­ков сих до­сто­слав­ных му­жей, ук­ра­шен­ных и вся­кою иною до­б­ро­де­те­лью. Да не ду­ма­ет ни­кто най­ти в этом из­ви­не­ние сво­е­му по­ро­ку и да не по­ку­ша­ет­ся жив­ших до за­ко­на срав­ни­вать с жи­ву­щи­ми по­сле за­ко­на и бла­го­да­ти.


Ибо они, с лю­бо­вью по­свя­тив се­бя до­б­ро­де­те­ли, ко­то­рой не зна­ли еще из­ло­жен­ной в пись­ме­нах, ес­ли бы на­уче­ны ей бы­ли и Пи­са­ни­ем, то, ко­неч­но, еще бо­лее про­си­я­ли бы в ней.


Кто был бы в со­сто­я­нии еди­но­род­но­го, рож­ден­но­го в ста­ро­сти сы­на, в са­мом цве­те воз­ра­с­та его, при­не­с­ти в жерт­ву, как Ав­ра­ам? Кто одер­жал бы та­кую по­бе­ду над ес­те­ст­вом? Кто столь стран­но­лю­бив, что, бу­ду­чи ок­ру­жен мно­же­ст­вом до­мо­чад­цев, по­же­лал бы сам вме­с­те с су­пру­гою ис­пол­нять обя­зан­но­с­ти слуг?


Кто столь­ко ис­пол­нен ве­ры, что­бы по обе­то­ва­ни­ям го­то­вясь быть об­ла­да­те­лем всей Па­ле­с­ти­ны, ког­да по­тре­бо­ва­лось бы ку­пить ме­с­то для по­гре­бе­ния ни­ма­ло не по­ко­ле­бал­ся, как Ав­ра­ам? Кто столь­ко вы­ше лю­бо­стя­жа­тель­но­с­ти, что­бы пре­не­бречь на­граб­лен­ным вар­ва­ра­ми и ве­ли­кой до­бы­чей Пер­сов?


Но не знаю, как до­шел я до то­го, что ос­кор­б­ляю се­го му­жа, срав­ни­вая его с дру­ги­ми? Да и не на­ме­рен я го­во­рить что–ли­бо не­при­ят­ное. Пре­кра­щу же речь, ска­зав толь­ко сле­ду­ю­щее. Ес­ли бы те, ко­то­рые име­ют и пре­иму­ще­ст­ва, и не­до­стат­ки па­т­ри­ар­хов, бу­ду­чи по­том об­ви­нен­ны­ми в не­до­стат­ках, ста­ли вы­став­лять в свое оп­рав­да­ние этих му­жей, то и в та­ком да­же слу­чае не име­ли бы спра­вед­ли­во­го из­ви­не­ния, по­то­му что не од­но и то же жить до за­ко­на и по за­ко­не и бла­го­да­ти, – од­на­ко мог­ли бы еще, мо­жет быть, иметь тень оп­рав­да­ния. А ес­ли не име­ю­щие пре­ус­пе­я­ний этих пра­вед­ни­ков, но под­вер­жен­ные их не­до­стат­кам, от­ло­жив в сто­ро­ну их пре­иму­ще­ст­ва, ста­нут ука­зы­вать на их не­до­стат­ки, то та­ко­вые до­стой­ны вся­ко­го осуж­де­ния» [35, ч. 2–3, с. 44 – 47].


Свт. Фи­ла­рет Мос­ков­ский


«Рас­сма­т­ри­вая не­ко­то­рые при­клю­че­ния Иа­ко­ва в Ме­со­по­та­мии, Бла­жен­ный Ав­гу­с­тин за­ме­ча­ет, что св. Пи­са­ние не вхо­ди­ло бы в столь мел­кие, по-ви­ди­мо­му, по­дроб­но­с­ти, ес­ли бы не за­клю­ча­лось в них не­что ве­ли­кое и та­ин­ст­вен­ное, со­от­вет­ст­вен­но об­ще­му пра­ви­лу ве­ры, от­кры­то­му Апо­с­то­лом Пав­лом, по ко­то­ро­му всю Ис­то­рию От­цов Вет­хо­го За­ве­та со­став­ля­ют об­ра­зы
(1 Кор. 10:6, 11).


К ура­зу­ме­нию та­ин­ст­ва, за­клю­ча­ю­ще­го­ся в ис­то­рии пу­те­ше­ст­вия Иа­ков­ле­ва, про­ла­га­ет путь тот же Апо­с­тол, ког­да трем стран­ст­во­ва­ни­ям Па­т­ри­ар­хов: Ав­ра­а­ма, Иса­а­ка и Иа­ко­ва со­во­куп­но да­ет од­но зна­ме­но­ва­ние – стран­ст­во­ва­ние к оте­че­ст­ву не­бес­но­му (Евр. 11:9–16).


Глав­ная раз­ность меж­ду стран­ст­во­ва­ни­ем Ав­ра­а­ма и стран­ст­во­ва­ни­ем Иа­ко­ва со­сто­ит в том, что пер­вое на­чи­на­ет­ся от зем­ли Хал­дей­ской и Ме­со­по­та­мии, а окан­чи­ва­ет­ся в зем­ле обе­то­ван­ной; на­про­тив, по­след­нее на­чи­на­ет­ся от зем­ли обе­то­ван­ной, про­дол­жа­ет­ся в Ме­со­по­та­мии, но так­же име­ет це­лью обе­то­ван­ную зем­лю. Итак, ес­ли стран­ст­во­ва­ние Ав­ра­а­ма зна­ме­ну­ет ше­ст­вие от со­сто­я­ния при­ро­ды к со­сто­я­нию бла­го­да­ти, от ро­да зем­но­го к рож­де­нию не­бес­но­му, от плот­ско­го со­ю­за с ми­ром к ду­хов­но­му об­ще­нию с Бо­гом; то стран­ст­во­ва­нию Иа­ко­ва со­от­вет­ст­ву­ет хож­де­ние сы­на бла­го­да­ти меж­ду сы­на­ми при­ро­ды, че­ло­ве­ка ду­хов­но­го и вну­т­рен­не­го в об­ла­с­ти ми­ра и пло­ти, ку­да он по не­об­хо­ди­мо­с­ти дол­жен ис­хо­дить, не те­ряя, впро­чем, из ви­ду оте­че­ст­ва не­бес­но­го.


Иа­ков, уг­ро­жа­е­мый Иса­вом, уе­ди­нен и нищ ис­хо­дит из зем­ли обе­то­ван­ной, да­бы вне ее не­уто­ми­мым тру­дом при­об­ре­с­ти и пло­ды обе­то­ва­ния, и бе­зо­пас­ность от раз­дра­жен­но­го бра­та; по­доб­но се­му об­нов­ля­е­мый во Хри­с­те че­ло­век, во вну­т­рен­но­с­ти бо­ри­мый че­ло­ве­ком вет­хим, же­ла­ю­щим удер­жать свое пер­вен­ст­во, да ис­хо­дит во внеш­нюю жизнь труд­ни­че­с­кую; пре­да­ни­ем сво­ей пло­ти по­сто­ян­но­му по­дви­гу он при­ве­дет се­бя в бе­зо­пас­ность от стра­с­тей и по­хо­тей во­ю­ю­щих на ду­шу и уг­ро­жа­ю­щих ей ду­хов­ной смер­тью, и тер­пе­ни­ем стя­жа­ет со­кро­ви­ще упо­ва­ния.


Иа­ков ис­хо­дит из зем­ли обе­то­ва­ния в вет­хое оте­че­ст­во пред­ков сво­их для пре­хо­дя­ще­го по­дви­га, но не воз­вра­ща­ет­ся в оное для пре­бы­ва­ния: так ис­крен­но еди­нож­ды от­ре­шив­ший­ся от ми­ра, ис­хо­дит в не­го сво­ею де­я­тель­но­с­тью, но не воз­вра­ща­ет­ся при­ст­ра­с­ти­ем.


Сон Иа­ко­ва в Ве­фи­ле, по изъ­яс­не­нию Гри­го­рия Ве­ли­ко­го, есть об­раз да­ру­е­мо­го Бо­гом ми­ра, в ко­то­ром ду­ша, уп­ра­зд­ня­ясь от смя­те­ний стра­с­тей, по­чи­ет так, что мо­жет ска­зать с оною не­ве­с­тою: «я сплю, а серд­це мое бдит
» (Песн. 5:2). Я сплю вне, и все зем­ное, ме­ня ок­ру­жа­ю­щее, вме­няю за при­зрак и меч­ту, но бодр­ст­вую вну­т­ри и бе­ре­гусь, что­бы не воз­дре­мать пред ли­цем Бо­жи­им». По­ло­жить ка­мень на воз­гла­вие
, про­дол­жа­ет тот же учи­тель, зна­чит, ут­вер­дить­ся во Хри­с­те. Меж­ду тем, как по­ла­га­ю­щие гла­ву на зем­ле блуж­да­ют в тем­ных и су­ет­ных меч­та­ни­ях, ут­верж­ден­ный во Хри­с­те по­ла­га­ет, как го­во­рит Про­рок, в серд­це сво­ем вос­хож­де­ния
(Пс. 83:6), или сте­пе­ни до­б­ро­де­те­лей, по ко­то­рым его по­мыс­лы и чув­ст­во­ва­ния не­пре­стан­но вос­хо­дят в люб­ви Бо­же­ст­вен­ной, и не­пре­стан­но нис­хо­дят в сми­ре­нии.


Иа­ков встре­тил­ся с Ра­хи­лью на том же ме­с­те, где преж­де раб Ав­ра­а­ма с Ре­век­кою, но Ре­век­ка по­да­ла ра­бу во­ду, а Ра­хиль по­лу­чи­ла ее от Иа­ко­ва. Раз­ность сия со­от­вет­ст­ву­ет то­му, что Ре­век­ка и Иа­ков име­ли в се­бе дар Бо­жий, во­ду жи­вую
(Ин. 4:10), ибо име­ли в се­бе Хри­с­та, дол­жен­ст­во­вав­ше­го ро­дить­ся от них, и по­то­му мог­ли от­вер­зать ис­точ­ник бла­го­да­ти и дру­гим жаж­ду­щим прав­ды и спа­се­ния.


В Лии, бо­лез­нен­ной оча­ми, страж­ду­щей сре­ди са­мых бла­го­сло­ве­ний су­пру­же­ст­ва, са­мо имя ко­то­рой оз­на­ча­ет труд или ут­руж­де­ние те­ле­сное
или ду­шев­ное
, пред­став­ле­ны труд­но­с­ти ду­хов­ной жиз­ни, или сло­вом, крест. В Ра­хи­ли, до­б­роз­рач­ной и воз­люб­лен­ной, изо­б­ра­же­ны сла­до­сти вну­т­рен­не­го со­сто­я­ния: теп­лая мо­лит­ва, со­зер­ца­ние, вос­хи­ще­ния, ви­де­ния. И сие мож­но рас­сма­т­ри­вать ча­с­тью в са­мих ли­цах Лии и Ра­хи­ли, ча­с­тью в от­но­ше­нии их к Иа­ко­ву.


Об­ру­че­ние и су­пру­же­ст­во ино­гда изо­б­ра­жа­ет со­юз ду­хов­но­го че­ло­ве­ка с ду­хов­ны­ми ка­че­ст­ва­ми, на­при­мер, с пре­му­д­ро­с­тью (Притч. 6:4; Прем. 8:2). По­се­му Лия и Ра­хиль в су­пру­же­ст­ве Иа­ко­ва изо­б­ра­жа­ют со­бою крест и ус­лаж­де­ния ду­хов­ные, по­сколь­ку они со­во­куп­но или по от­дель­но­с­ти по­се­ща­ют че­ло­ве­ка ду­хов­но­го в ми­ре, и с ним со­че­та­ют­ся в серд­це и люб­ви его.


Иа­ков пред­по­чи­та­ет Лии Ра­хиль, и за нее со­гла­ша­ет­ся быть ра­бом в до­ме Ла­ва­на. Так че­ло­век, еще не ис­ку­сив­ший­ся, пред­по­чи­та­ет кре­с­ту сла­до­сти ду­хов­ные, и тог­да толь­ко на­хо­дит лег­ки­ми по­дви­ги и са­мо­уни­чи­же­ние, ког­да име­ет в ви­ду сию на­гра­ду. Но Лия есть стар­шая се­с­т­ра Ра­хи­ли, и крест в ду­хов­ном воз­ра­с­те вы­ше ус­лаж­де­ний со­зер­ца­ния.


Вме­с­то Ра­хи­ли, при­ст­ра­ст­но вож­де­лен­ной, Иа­ков по­лу­ча­ет Лию; так бла­го­дат­ное Про­ви­де­ние под­вер­га­ет ис­ку­ша­е­мо­го че­ло­ве­ка го­ре­ст­ной, но спа­си­тель­ной не­ча­ян­но­с­ти. Ког­да он чрез­мер­но при­леп­ля­ет­ся ко вну­т­рен­ним ус­лаж­де­ни­ям, ища в них не Бо­га, но се­бя, они взем­лют­ся не­при­мет­но, и крест яв­ля­ет­ся на их ме­с­те.


Иа­ков ду­мал, что со­че­тал­ся с Ра­хи­лью, но на­ста­ло ут­ро, и ока­за­лось, что это Лия. Так в день оза­ре­ния ума, по боль­шей ча­с­ти, лю­бят Ра­хиль, – ищут ду­хов­ных уте­ше­ний, в но­щи пре­дан­ной Бо­гу ве­ры не от­вер­га­ют­ся кре­с­та, ус­по­ка­и­ва­ют­ся с ним, и да­же не уз­на­ют его.


Лия не крас­на, но мно­го­чад­на; Ра­хиль до­б­роз­рач­на, но не­плод­на. Крест го­рек, но пи­та­ет ду­шу и обо­га­ща­ет ее пло­да­ми ду­хов­ны­ми. Ус­лаж­де­ние при­хо­дит и про­хо­дит, ос­тав­ляя толь­ко чув­ст­во ли­ше­ния.


Но, на­ко­нец, и Ра­хиль рож­да­ет Ио­си­фа. И неж­ные ду­ши в кон­це сво­е­го те­че­ния при­но­сят плод во свя­ты­ню, сла­до­ст­ный, но не столь обиль­ный, как те, ко­то­рые бо­лее ве­дут­ся кре­ст­ным пу­тем.


Впро­чем, Ра­хиль пло­до­нос­на лишь тог­да, ког­да чув­ст­ву­ет нуж­ду в Лии, при­ми­рясь с нею и по­жерт­во­вав ей сво­им пре­иму­ще­ст­вом. Так и со­зер­ца­тель­ная жизнь при­но­сит плод не ина­че, как, по­знав це­ну кре­с­та и всту­пив с ним в со­юз, в го­тов­но­с­ти по­жерт­во­вать ему сво­и­ми сла­до­стя­ми.


Чем бо­лее Иа­ков слу­жит Ла­ва­ну, тем бо­лее страж­дет от его ко­ры­с­то­лю­бия и за­ви­с­ти. Так и че­ло­век Бо­жий, бла­го­де­тель­ст­ву­ю­щий ми­ру.


Де­сять крат Ла­ван из­ме­ня­ет и по­хи­ща­ет на­гра­ду Иа­ко­ва, но столь­ко же крат Бог Сам воз­да­ет ему. Так ви­ди­мые по­те­ри в ми­ре не­ви­ди­мо воз­вра­ща­ют­ся в Бо­ге, ес­ли Ему еди­но­му, как Иа­ков, по­ру­ча­ем мы на­шу прав­ду.


Но един­ст­вен­ное ре­ши­тель­ное сред­ст­во бе­зо­пас­но­с­ти Иа­ко­ва от Ла­ва­на – есть бег­ст­во. Так и от ми­ра.


Од­на­ко Иа­ков не сов­сем сра­зу ос­тав­ля­ет Ла­ва­на, как по вну­ше­нию от Бо­га. Так и те, ко­то­рые не суть от ми­ра, суть в ми­ре, до­ко­ле не уз­рят ма­но­ве­ния Бо­жия, по­ве­ле­ва­ю­ще­го со­вер­шен­но рас­торг­нуть все узы его.


Ра­хиль и Лия по­сле­ду­ют Иа­ко­ву в бег­ст­ве от Ла­ва­на и в воз­вра­ще­нии в стра­ну обе­то­ва­ния. Так и дей­ст­вуя в ми­ре, и уда­ля­ясь от не­го, и ис­хо­дя во внеш­нее, и воз­вра­ща­ясь во вну­т­рен­нее, – че­ло­век все­гда име­ет близ се­бя и скор­би кре­с­та, и сла­до­сти со­зер­ца­ния; или еще бли­же во вре­мя бег­ст­ва и уда­ле­ния. Ибо долж­но опа­сать­ся, что­бы Ла­ван не раз­лу­чил Иа­ко­ва от Лии и от Ра­хи­ли, то есть мир пре­пят­ст­ву­ет и пло­дам кре­с­та, и уте­ше­ни­ям со­зер­ца­ния.


Ла­ван пре­сле­ду­ет Иа­ко­ва и раз­дра­жа­ет­ся на не­го за по­хи­ще­ние сво­их идо­лов. Так и мир го­нит сво­их бег­ле­цов за по­хи­ще­ние сво­их идо­лов, за бо­го­тво­ри­мые в нем стра­с­ти, ко­то­рые они низ­ла­га­ют и по­пи­ра­ют.


Иа­ков обе­зо­ру­жи­ва­ет Ла­ва­на тем, что тот не об­ре­та­ет у не­го сво­их идо­лов. Так бе­гу­щий от ми­ра бе­зо­па­сен от коз­ней его сво­им бес­ст­ра­с­ти­ем.


Про­стив­шись с Ла­ва­ном, Иа­ков ви­дит Ан­ге­лов. Ос­та­вив­ший мир всту­па­ет в со­юз с ми­ром вы­шним.


При­бли­жа­ясь к оте­че­ст­ву, Иа­ков стра­шит­ся, как опас­ней­ше­го вра­га, сво­е­го бра­та, но сво­ею ос­то­рож­но­с­тью, мо­лит­вою, по­жерт­во­ва­ни­я­ми, сми­ре­ни­ем, и про­зор­ли­вым от об­ще­ния его ук­ло­не­ни­ем, без бра­ни ос­та­ет­ся его по­бе­ди­те­лем. Та­ко­вы­ми же ору­жи­я­ми, осо­бен­но креп­кою, до из­не­мо­же­ния пло­ти, мо­лит­вою ду­ха, вну­т­рен­не воз­мо­га­ет че­ло­век но­вый над вет­хим и не­по­ко­ле­би­мо ут­верж­да­ет­ся в бла­го­да­ти и обе­то­ва­нии» [81, ч. 3, с.73].


«В при­клю­че­ни­ях Ио­си­фа есть та­кие сход­ст­ва с со­сто­я­ни­ем уни­чи­же­ния и про­слав­ле­ния Ии­су­са Хри­с­та, что мно­гие при­ни­ма­ют их за об­раз этих со­сто­я­ний.


Ио­сиф пер­ве­нец Ра­хи­ли воз­люб­лен­ной; Ии­сус пер­ве­нец Ма­рии бла­го­дат­ныя
(Лук. 1:28).


Ио­сиф, сын лю­би­мый Иа­ко­вом, па­че всех сы­нов его (Быт. 37:3). Ии­сус Сын Бо­жий воз­люб­лен­ный, в ко­ем все бла­го­во­ле­ние
Бо­га От­ца (Мф. 3:17).


Ио­сиф по­сы­ла­ет­ся к бра­ть­ям сво­им и ов­цам Иа­ко­ва (Быт. 37:14). Ии­сус к ов­цам по­гиб­шим до­му Из­ра­и­ле­ва
(Мф. 15:24).


Ио­сиф при­хо­дит к сво­им бра­ть­ям и на­хо­дит в них вра­гов сво­их. Ии­сус при­шел к сво­им, но свои Его не при­ня­ли
(Ин. 1:11).


От за­ви­с­ти под­вер­га­ет­ся бед­ст­вию Ио­сиф. Из за­ви­с­ти пре­да­ет­ся
Ии­сус (Мф. 26:18).


Ио­сиф про­да­ет­ся ино­пле­мен­ни­кам. Ии­сус так­же пре­да­ет­ся языч­ни­кам (Мф. 20:19) за трид­цать сре­б­ре­ни­ков (Мф. 26:15).


Кро­ме се­го, в при­клю­че­ни­ях Ио­си­фа мож­но на­хо­дить во­об­ще об­раз ду­ши, из­бран­ной Бо­гом, и по пре­ду­с­та­нов­ле­нию ве­до­мой к ве­ли­ко­му пред­наз­на­че­нию.


Как Ио­сиф, ду­ши пре­ду­с­та­нов­лен­ные от юно­с­ти но­сят на се­бе зна­ме­ния осо­бен­ной люб­ви Бо­жи­ей, име­ют не­кие пред­ве­с­тия и пред­чув­ст­вия сво­е­го на­зна­че­ния, и не скры­ва­ют их. Че­рез сие они воз­буж­да­ют за­висть в со­бра­ть­ях, и та­ким об­ра­зом по­вер­га­ют­ся в ог­нен­ное ис­пы­та­ние, ко­то­рое долж­но их очи­с­тить и ут­вер­дить» [81, ч. 3, с.103].


«По про­об­ра­зо­ва­нию, при­ме­чен­но­му в ис­то­рии Ио­си­фа От­ца­ми Церк­ви, стра­да­ния его в Егип­те со­от­вет­ст­ву­ют стра­да­ни­ям Ии­су­са Хри­с­та в ру­ках языч­ни­ков, а ос­во­бож­де­ние и воз­вы­ше­ние Ио­си­фа – дей­ст­вию и со­сто­я­нию пре­воз­не­се­ния Хри­с­то­ва.


Ио­сиф осуж­да­ет­ся, как не­вер­ный раб, хо­тя Фо­ти­фар чув­ст­во­вал не­спра­вед­ли­вость при­не­сен­ной на не­го жа­ло­бы; Ии­сус так­же осуж­да­ет­ся, как воз­му­ти­тель­ный раб Ке­са­ря, хо­тя Пи­лат ни­ка­кой ви­ны не на­шел в Нем
(Ин. 18:38).


Хо­тя вре­мя пре­бы­ва­ния Ио­си­фа в тем­ни­це
точ­но не оп­ре­де­ле­но в св. Пи­са­нии, од­на­ко яс­но ука­за­ны три
го­да се­го вре­ме­ни (Быт. 40:4; 41:1). В этом есть не­ко­то­рое по­до­бие пре­бы­ва­ния Ии­су­са Хри­с­та в серд­це зем­ли
, (Мф. 12:40) или в со­сто­я­нии смер­ти, ко­то­рое не в стро­гой пол­но­те чис­ла на­зы­ва­ет­ся трид­нев­ным
.


Ио­сиф, за­клю­чен­ный в тем­ни­це, воз­ве­ща­ет уз­ни­кам, од­но­му по­ми­ло­ва­ние, а дру­го­му ко­неч­ное осуж­де­ние. Ии­сус, еще на кре­с­те воз­ве­с­тив од­но­му из двух раз­бой­ни­ков спа­се­ние, по­том, со­шед­ши про­по­ве­ду­ет и су­щим в тем­ни­це ду­хам
(1 Петр. 3:19).


Вы­шед из тем­ни­цы, Ио­сиф по­став­ля­ет­ся над до­мом и це­лым цар­ст­вом Фа­ра­о­на, при­ем­лет от не­го но­вую одеж­ду, цар­скую ко­лес­ни­цу, по­честь ко­ле­но­пре­кло­не­ния, имя тай­но­ис­тол­ко­ва­те­ля, и всту­пив в дан­ные ему пра­ва, де­ла­ет­ся спа­си­те­лем Егип­тян и Ев­ре­ев. Ии­су­су, по вос­ста­нию от гро­ба, да­ет­ся вся­кая власть на не­бе­си и на зем­ли
(Мф. 28:18), сми­рен­ная одеж­да пло­ти его из­ме­ня­ет­ся в про­слав­лен­ную; по­кор­ная Ему Цер­ковь бы­с­т­ро про­но­сит Его имя от стра­ны в стра­ну, упо­доб­ля­ясь ко­ням в ко­лес­ни­цах Фа­ра­о­но­вых
(Песн. 1:8). Пре­кло­ня­ет­ся пред име­нем Его вся­кое ко­ле­но не­бес­ных, зем­ных и пре­ис­под­них
(Флп. 2:10). В Нем от­кры­ва­ет­ся свет, в Нем ут­верж­да­ет­ся вза­им­ный со­юз, Им со­вер­ша­ет­ся спа­се­ние Иу­де­ев и языч­ни­ков.


Ио­сиф, пи­тая хле­бом, по­ра­бо­тил Фа­ра­о­ну весь Еги­пет (Быт. 47:21). Ии­сус, пи­тая сло­вом жи­во­та, по­ко­ря­ет всех От­цу Сво­е­му (1 Кор. 15:28)» [81, ч. 3, с.129].


К гла­ве 5

Блаж. Фе­о­до­рит Кир­ский


«Оже­с­то­чи же Гос­подь серд­це фа­ра­о­но­во, и не по­слу­ша их, яко­же по­ве­ле Гос­подь Мо­и­сею
. И вско­ре по­том ска­зал Бог са­мо­му фа­ра­о­ну: се­го ра­ди по­ща­ден еси, да по­ка­жу на те­бе кре­пость Мою, и яко да про­по­вест­ся имя Мое по всей зем­ли
. И по­том не­сколь­ко ни­же ска­за­но сле­ду­ю­щее: ви­дев же фа­ра­он, яко пре­ста дождь и град и гро­ми, и при­ло­жи фа­ра­он со­гре­ша­ти, и отяг­чи серд­це свое и ра­бов сво­их; и оже­с­то­чи­ся серд­це фа­ра­о­но­во, и не от­пу­с­ти сы­нов Из­ра­и­ле­вых, яко­же гла­го­ла Гос­подь к Мо­и­сею
(34 – 35). Сло­ва яко­же гла­го­ла по­ка­зы­ва­ют Бо­жие пред­ве­де­ние; ими как бы вы­ра­жа­ет­ся: «все сие не бы­ло не­из­ве­ст­но Бо­гу вся­че­с­ких, но в са­мом на­ча­ле пред­рек Он это». Все же сие опи­сал Мо­и­сей в на­ме­ре­нии по­ка­зать, что фа­ра­он не был зол по при­ро­де и что не Вла­ды­ка Бог со­де­лал во­лю его же­с­то­кою и упор­ною. Ибо кто скло­ня­ет­ся то на од­но, то на дру­гое, тот по­ка­зы­ва­ет в се­бе сво­бо­ду про­из­во­ле­ния. Но раз­ре­шим не­до­уме­ние и не­ко­то­рым по­до­би­ем. Солн­це дей­ст­ви­ем теп­ло­ты об­ра­ща­ет воск в жид­кость, а грязь су­шит, и пер­вый умяг­ча­ет, а по­след­нюю де­ла­ет же­ст­кою. По­се­му как солн­це од­ним и тем же дей­ст­ви­ем про­из­во­дит про­ти­во­по­лож­ное, так и в дол­го­тер­пе­нии Бо­га вся­че­с­ких од­ни по­жи­на­ют поль­зу, дру­гие – вред, од­ни умяг­ча­ют­ся, а дру­гие оже­с­то­ча­ют­ся» [73, с. 84].


Свт. Ио­анн Зла­то­уст


«Ви­дишь, как Он на­пе­ред бла­го­де­тель­ст­ву­ет и яв­ля­ет не­из­ре­чен­ныя ще­д­ро­ты, а по­том уже да­ет и за­по­ве­ди? А у лю­дей бы­ва­ет не так. Лю­ди на­пе­ред хо­тят, что­бы их при­ка­за­ния бы­ли ис­пол­не­ны, и что­бы при­ни­ма­ю­щие и ис­пол­ня­ю­щие их при­ка­за­ния по­ка­за­ли при этом пол­ное усер­дие, а по­том уже ду­ма­ют и о воз­на­г­раж­де­нии тех, ко­то­рые ока­за­ли со­вер­шен­ную по­кор­ность. Но об­щий всех Вла­ды­ка по­сту­па­ет на­про­тив: на­пе­ред бла­го­де­тель­ст­ву­ет и мно­же­ст­вом бла­го­де­я­ний при­вле­ка­ет к се­бе на­шу при­ро­ду, а по­том уже да­ет лег­кия и удо­бо­ис­пол­ни­мыя за­по­ве­ди, что­бы мы, по­буж­да­ясь и лег­ко­с­тию за­по­ве­дей, и по­лу­чен­ны­ми бла­го­де­я­ни­я­ми, рев­но­ст­но ста­ра­лись об их ис­пол­не­нии» [29, т. 4, с. 278].


Прп. Иси­дор Пе­лу­си­от


«Ков­чег за­ве­та и очи­с­ти­ли­ще, слу­жив­шее кры­шею ки­во­та, да­ва­ли ви­деть яс­ные при­зна­ки че­ло­ве­ка, со­хра­ня­ю­ще­го сло­ве­са Бо­жии, поль­зу­ю­ще­го­ся Бо­жи­им к не­му бла­го­во­ле­ни­ем и ох­ра­ня­е­мо­го Бо­же­ст­вен­ны­ми си­ла­ми, как го­во­рит Пес­но­пе­вец: в серд­це мо­ем скрых сло­ве­са Твоя (Пс. 118:11). По­то­му он и ска­зал: в кро­ве кри­лу Тво­ею по­кры­е­ши мя (Пс. 16:8), по­доб­но то­му, как из Бо­же­ст­вен­ных сил Хе­ру­ви­мы кры­ла­ми ох­ра­ня­ли ки­вот и очи­с­ти­ли­ще, а в смыс­ле бо­лее ес­те­ст­вен­ном да­ва­ли со­бою ви­деть яс­ные при­зна­ки Хри­с­та, ис­пол­нив­ше­го за­кон, со­де­лав­ше­го­ся очи­ще­ни­ем о гре­сех на­ших (1Ин. 2:2), по­то­му что Он, ис­пол­ня­ю­щий за­кон, очи­ща­ет грех ми­ра.


Его, как го­во­рит та­ин­ник Вла­дыч­них гла­го­лов, пред­по­ло­жи Бог очи­ще­ние (Рим. 3:25), что­бы в кро­ви Его по­ка­зать соб­ст­вен­ную Свою прав­ду. Ибо Он Еди­но­род­но­го дал в це­ну ис­куп­ле­ния, что­бы бла­го­дать име­ла ос­но­ва­ние, по­то­му что, при­няв еди­ную за всех и пре­вы­ша­ю­щую до­сто­ин­ст­во всех жерт­ву, и враж­ду ис­тре­бил, и осуж­де­ние от­ме­нил, и ввел в сы­но­по­ло­же­ние, и ук­ра­сил тьмо­чис­лен­ны­ми бла­га­ми.


А Хе­ру­ви­мы, как пре­стол и ко­лес­ни­ца Бо­жия (ибо се­дяй на Хе­ру­ви­мех яви­ся (Пс. 79:2)), да­ва­ли ра­зу­меть, что Тот, Ко­му ус­т­ро­ен был храм, не­вме­с­тим и не­изо­бра­зим. Хе­ру­ви­мы же по­став­ле­ны бы­ли в зна­ме­но­ва­ние Его цар­ст­вен­но­го до­сто­ин­ст­ва. По­сколь­ку не име­ет зна­че­ния храм, ко­то­рый не увен­чи­ва­ет изо­б­ра­же­ние, а Вождь и Тво­рец Хе­ру­ви­мов вы­ше вся­ко­го ес­те­ст­ва и че­ло­ве­че­с­ко­го по­мы­ш­ле­ния, то сие и обо­зна­чи­ло Пи­са­ние, изо­б­ра­зив на ков­че­ге пре­сто­л Все­ца­ря Вла­ды­ки. Ман­на же ука­зы­ва­ет на то, что хра­ни­тель Бо­же­ст­вен­ных за­ко­нов при­об­щит­ся бо­же­ст­вен­ной сне­ди и бо­же­ст­вен­но­го на­слаж­де­ния, а про­зяб­ший жезл Аа­ро­нов – на то, что пре­сту­па­ю­щие сии за­ко­ны и при­сту­па­ю­щие к свя­щен­ст­ву не как долж­но, бу­дут уце­ло­му­д­ре­ны» [35, ч. 2–3, с. 363 – 364].


Свт. Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский


«Ки­вот для нас есть об­раз и по­до­бие Хри­с­та, по­то­му что, рас­сма­т­ри­вая об­раз во­че­ло­ве­че­ния Еди­но­род­но­го, уви­дим от От­ца рож­ден­ное Сло­во пре­бы­ва­ю­щим как бы в ки­во­те, в хра­ме, вос­при­ня­том от Де­вы: ибо в Том жи­вет вся­ко ис­пол­не­ние Бо­же­ст­ва те­ле­сне,
по Пи­са­ни­ям (Кол. 2, 9). Сло­во же Бо­жие пред­став­ля­ли со­бою за­клю­чав­ши­е­ся в ки­во­те све­де­ния
. Де­ре­ва ки­во­та бы­ли не­гни­ю­щие, зо­ло­том же чи­с­тым и ис­пы­тан­ным ук­ра­шен был он вну­т­ри и из­вне: по­то­му что не­тлен­но Те­ло Хри­с­та, си­лою и свет­ло­с­тию оби­та­ю­ще­го в нем Сло­ва и жи­во­тво­ря­щим ес­те­ст­вом и дей­ст­вом Свя­то­го Ду­ха, как бы ка­ким зо­ло­том, удер­жи­ва­е­мое в не­тле­нии» [38, кн. 1, c. 413].


«Итак, зо­ло­той све­тиль­ник пред­став­ля­ет об­раз Хри­с­та;
ибо Сын ес­те­ст­вом и ис­ти­ною есть Бог; меж­ду тем зо­ло­ту долж­на быть упо­доб­ля­е­ма, как мы и вы­ше объ­яс­ня­ли, Бо­же­ст­вен­ная свет­лость и пре­вос­ход­ст­во. Из­ва­ян
же (све­тиль­ник), по­то­му что пре­кра­сен и пре­вы­ше вся­ко­го сло­ва, что ка­са­ет­ся до бла­го­об­ра­зия мыс­лен­но­го, Ем­ма­ну­ил: ибо на­пи­са­но, что Он кра­сен до­б­ро­тою па­че сы­нов че­ло­ве­че­с­ких
(Пс. 44, 3)» [38, кн. 1, c. 418].


«Итак, смо­т­ри, в том, что ал­тарь слу­же­ния по за­ко­ну был со­вер­шен­но ли­шен зо­ло­та, Бог га­да­тель­но, но весь­ма яс­но ука­зы­ва­ет нам, что за­кон ме­нее все­го мог бы со­об­щить нам Свя­то­го Ду­ха и что си­ла про­об­ра­зо­ва­тель­но­го слу­же­ния не по­чте­на бы­ла та­ко­вою бла­го­да­тью, ибо на Из­ра­и­ле был дух раб­ст­ва; нам же со­об­щен был этот дар чрез Хри­с­та по­сле Вос­кре­се­ния Его из мерт­вых: ибо Он ду­нул, го­во­ря: при­ми­те Дух Свят
(Ин. 20, 22). По­се­му и Па­вел про­воз­гла­шал к уве­ро­вав­шим: не при­яс­те бо ду­ха ра­бо­ты па­ки в бо­язнь, но при­я­сте Ду­ха сы­но­по­ло­же­ния, о нем же во­пи­ем: Ав­ва От­че
(Рим. 8, 15)» [38, кн. 1, c. 422].


«Ис­тин­но, пре­слав­ное и глу­бо­кое Его та­ин­ст­во весь­ма лег­ко мо­жет по­ка­зать это ре­шив­шим­ся точ­но и ос­т­ро­ум­но ис­сле­до­вать та­ко­го ро­да пред­ме­ты; имен­но, ка­диль­ный ал­тарь сде­лан был из де­рев не­гни­ю­щих и весь по­крыт был зо­ло­том: ибо не­тлен­но Те­ло Хри­с­то­во и в се­бе са­мом из­бы­то­че­ст­ву­ет Бо­же­ст­вен­ным ес­те­ст­вом, по­то­му что Сло­во плоть бысть, и все­ли­ся в ны
(Ин. 1, 14)» [38, кн. 1, с. 425].


Св. Ири­ней Ли­он­ский


Про­тив ере­сей (
IV
.9.3):


«Так как пророки знали Новый Завет и возвещали его, то и Он, Который имел устроить его согласно с волею Отца, был возвещаем и открываем людям, как было угодно Богу, дабы они, веруя в Него, всегда могли преуспевать и посредством (последовательных) Заветов постепенно достигать совершенного спасения. Ибо одно спасение и один Бог; а много заповедей, образующих человека, и не мало ступеней, приводящих его к Богу» [34, c. 338 – 339].


Про­тив ере­сей (
IV.20.5–11):


«Это пророчески возвещали пророки, а не то, чтобы, как некоторые говорят, тот (Бог), Который видим был пророками, был различен от Отца всего, Который невидим. Люди, это говорящие, совсем не знают, что такое пророчество. Ибо пророчество есть предсказание будущего, т.е., предъизвещение о том, что после будет. Итак, пророки предвозвещали, что Бог будет видим людьми, как и Господь говорит: "блаженны чистые сердцем, ибо они увидят Бога
" (Мф. 5:8). По величию же Его и дивной славе, "никто не увидит Бога и жив будет
" (Исх. 33:20), ибо Отец непостижим; но по любви и благоволению к людям, а также по Своему всемогуществу, Он любящим Его дарует и это, т.е., видеть Бога, что и предсказывали пророки. Ибо "невозможное у людей возможно у Бога
" (Лк. 18:27). Человек сам по себе не видит Бога. Но Он, когда хочет, бывает видим людьми, которыми видим быть хочет, когда и как Он хочет Ибо Бог всемогущ: тогда Он был видим пророчески чрез Духа, видим (и теперь) чрез Сына по усыновлению и будет видим отечески в Царстве Небесном, так как Дух приготовляет человека к Сыну Божию, а Сын приводит к Отцу, Отец же дарует нетление в жизнь вечную, которая для всякого происходит от видения Отца
. Как видящие свет находятся внутри света и причастны его сиянию, так видящие Бога находятся в Боге и причастны Его сияния. Сияние же Его животворит их, поэтому, видящие Бога причастны жизни. И потому Он непостижимый, необъятный и невидимый сделал Себя видимым, объемлемым и постижимым для верующих, дабы оживотворить приемлющих и видящих Его верою
. Ибо как величие Его неисследимо, так и неизреченна Его благость, по которой Он бывает видим и дарует жизнь видящим Его. Невозможно жить без жизни; а бытие жизни происходит от общения с Богом; общение с Богом состоит в познании Бога и в наслаждении Его благостью.


Итак, люди будут видеть Бога, чтобы жить, чрез видение сделавшись бессмертными и достигая даже до Бога. Это, как я сказал, пророки образно показали, (именно) что будут видеть Бога люди, носящие Дух Его и всегда ожидающие Его пришествия. Так Моисей во Второзаконии говорит: "в тот день увидим, что Бог будет говорить с человеком и жить
" (Вт. 5:24) Ибо некоторые из них видели Дух пророческий и Его действия, простиравшиеся на все роды дарований; другие (видели) пришествие Господа и бывшее от начала домостроительство, чрез которое Он совершил волю Отца как на небе, так и на земле; иные же (видели) славы Отца, сообразные с временами и с теми, которые видели и которые тогда их слышали, и всеми, которые потом имели слышать. Так открывался Бог; ибо чрез все это является Бог Отец, так как Дух действует, Сын служит, Отец одобряет, а человек совершается ко спасению. Так говорил Он чрез пророка Осию: "Я умножил видения и явился в подобиях руками пророков
" (Ос. 12:10). То же самое изложил и Апостол, говоря: "различны дарования, но Тот же Дух; и различны служения, но Тот же Господь, и различны действия, но Тот же Бог, делающий все во всем. Каждому же дается проявление Духа на пользу
" (1 Кор. 12:4–7). Но поелику Бог все действует во всем, то Он, хотя по Своей природе и величию невидим и неизречен для всех тварей, однако не неведом; ибо все они чрез Его Слово познают, что Один Бог Отец, все содержащий и всему дающий бытие, как написано в Евангелии: "Бога никто не видел, кроме Единородного Сына, сущего в недре Отца: Он объявил Его
" (Ин. 1:18).


Итак Сын Отца, изначала сущий с Отцом, изначала открывает (Его): Он и пророческие видения и различные дарования (Духа) и Свое служение и славу Отца показывал роду человеческому последовательно и связно в надлежащее время для пользы его. Ибо, где последовательность там постоянство, где постоянство, там и благовременность, где благовременность, там и польза; и: потому Слово сделалось раздаятелем благодати Отца для пользы людей, ради которых Он сделал столь великие распоряжения, людям показывая Бога, а человека представляя Богу, и сохраняя невидимость Отца, дабы человек не сделался презрителем Бога и всегда имел, к чему бы мог стремиться, а с другой стороны; чрез многие распоряжения, указывая видимо Бога людям, дабы человек не отпал совсем от Бога и не перестал существовать. Ибо слава Божия есть живущий человек; а жизнь человека есть видение Бога. Если откровение Бога чрез творение доставляет жизнь всем на земле живущим, тем более откровение Отца чрез Слово дарует жизнь видящим Бога.


Поелику же Дух Божий чрез пророков возвещал будущее, предуготовляя нас к покорности Богу, а человеку предстояло еще в будущем по благоволению Святого Духа видеть (Бога), то необходимо было тем, чрез которых предсказывалось будущее, видеть Бога, о видении Коего они сами возвещали людям, так чтобы Бог и Сын Божий, Сын и Отец не пророчески только были возвещаемы, но и были видимы всеми членами, освященными и наставленными в божественном, дабы человек наперед воспитался и предуготовился к участию в той славе, которая после откроется любящим Бога. Ибо пророки предсказывали не только словами, но и видениями и образом жизни и действиями, которые совершали, сообразно с внушениями Духа, на этом-то основании они видели невидимого Бога, как и Исаия говорит: "я видел очами моими Царя Господа воинств
" (Ис. 6:5), – показывая, что человек увидит очами Бога и услышит Его голос. На этом же основании они видели и Сына Божия человеком, обращающимся с людьми, тогда как они предсказывали будущее, говоря, что Тот, Кто еще не пришел, уже присутствует, бесстрастного представляя подверженным страданию и возвещая, что сущий на небесах низшел "в персть смерти
" (Пс. 21:16). И прочие Его распоряжения по исполнению принятого Им на Себя дела они частью видели чрез видения, частью возвещали их словом, частью образно назнаменовывали действием, очами видя то, что имело быть видимым, словами проповедуя, что имело быть услышано, и действием совершая то, что должно было сделаться, а все возвещая пророчески. Посему и Моисей народу преступившему Закон, говорил, что Бог есть истребляющий огонь (Вт. 4:24), угрожая, что Бог наведет на них огненный день, а богобоязненным говорил: "Господь Бог милосерд и благ, долготерпелив и многомилостив, и истинен, и соблюдает, правду и милость на тысячи, прощающий неправды, беззакония и грехи
" (Исх. 34:6,7).


И Само Слово являлось и говорило с Моисеем, "как говорит человек с другом своим
" (Исх. 33:11)

. Но Моисей желал ясно видеть говорившего с ним, и ему было сказано: "стань на высоком месте скалы, и Я покрою тебя рукою Моею. Когда же пройдет Моя слава, то увидишь Мой зад, а лица Моего ты не увидишь, ибо человек не увидит лица Моего и будет жить
" (Исх. 33:20–22). Здесь указывается то и другое, и что человеку невозможно видеть Бога и что по премудрости Божией человек в последние времена увидит Его на высоте скалы, т.е., по пришествии Его, как человека. И поэтому Он лицом к лицу беседовал с ним на высоте горы, в присутствии также Илии, как повествует Евангелие (Мф. 17:3), и, наконец, исполнил древнее обещание.


Итак, пророки не видели самого лица Божия, но распоряжения и таинства, посредством которых человек имел видеть Бога. Так и Илье было сказано: "выйди утром и стань пред Господом, и вот пройдет Господь: и вот (поднимется) великий и сильный ветер, который будет разрушать горы и разрывать скалы пред Господом, но нет Господа в ветре; и после ветра (будет) землетрясение, но нет Господа в землетрясении; и после землетрясения – огонь, но нет Господа в огне; и после огня будет голос тихого веяния
" (3 Цар. 19:11,12). Чрез это и пророк, сильно негодовавший на преступность народа и убиение пророков, был вразумлен действовать более кротко, и вместе означалось пришествие Господа, как человека, которое будет после данного Моисеем Закона тихое и кроткое, в котором Он ни тростника сломленного не сокрушил, ни льна курящегося не угасил; показывался также и кроткий и мирный покой Его царства. Ибо после ветра, сокрушающего горы, после землетрясения и после огня настают тихие и мирные времена Его царства, в которые Дух Божий со всею тишиною оживотворяет и возвращает человека. Еще яснее показано Иезекиилем, что пророки отчасти видели распоряжения Божии, но не собственно самого Бога. Ибо когда он увидел видение Божие, – херувимов и их колеса, и когда рассказал тайну всего их обращения, и когда увидел над ними подобие престола и на престоле подобие человеческого образа и то, что было вверху его чресл в виде янтаря, и что внизу, в виде огня, и когда представил все остальное видение престолов, то чтобы кто не подумал, что он здесь видел собственно Бога, присовокупил: "вот видение подобия славы Господней
" (Иез. 2:1).


Итак, если ни Моисей, ни Илия, ни Иезекииль, имевшие много небесных видений, не видели Бога, а что видели они, было подобием славы Господней и пророчествами о будущем; то очевидно, что Отец невидим, как и Господь сказал: "Бога никто не видел никогда
" (Ин. 1:18); а Слово Его, как Сам Он хотел и для пользы видящих, открывало славу Отца и изъясняло Его распоряжения, как и Господь сказал: "Единородный Бог, сущий в недре Отца, Он объявил
" и Он же называется Словом Отца; будучи богато и велико, Оно не в одном образе и не в одном характере являлось видевшим Его, но сообразно с причинами или целями Его распоряжений, как написано у Даниила. Ибо однажды Оно для окружавших Ананию, Азарию и Мисаила казалось присутствующим с ними в горящей печи и избавляющим их от огня; "и образ четвертого
, – говорится – подобен Сыну Божию
" (Дан. 3:26). В другой же раз Оно явилось "камнем от горы отсеченным без рук
" (Дан. 2:34,35), и поражающим временные царства и уничтожающим их и наполняющим собою всю землю. Потом оно же является как Сын Человеческий, грядущий на облаках небесных и приближающийся к Ветхому деньми и берущий у Него всю власть и славу, и царство. "И власть Его
– сказано – власть вечного и царство Его не погибнет
" (Дан. 7:13,14). И Иоанн, ученик Господа, видя в откровении священническое и славное пришествие Его царства, говорит: "я обратился, чтобы видеть, чей голос. говоривший со мною, и обратившись увидел семь золотых светильников и посреди светильников подобного Сыну Человеческому, облеченного в подир и по персям опоясанного золотым поясом. Глава Его и волосы белы, как белая волна, как снег, и очи Его, как пламень огненный; и ноги Его подобны халколивану, как бы раскаленному в печи; и голос Его, как шум вод. И Он имеет в деснице Своей семь звезд; и из уст Его выходил острый с обеих сторон меч, и лице Его как солнце сияющее в силе своей
" (Отк. 1:12–17). В этих словах он указывает на нечто славное от Отца, как глава, на нечто священническое, как подир – и потому Моисей дал одежду первосвященнику по сему образцу, – и на нечто, относящееся к концу (мира), как халколиван, раскаленный в печи, что означает твердость веры и постоянство в молитве, по причине грядущего в конце времен огненного воспламенения. Когда же Иоанн не выносил видения, – ибо говорит – "я упал к ногам Его, как мертвый
" (Откр. 1:17), чтобы сбылось написанное: "никто не увидит Бога и жив будет
", – то Слово, оживотворяя Его и напоминая, что Он есть Тот, на груди Коего возлежал он на вечери и спрашивал, кто имел предать Его, говорило: "Я первый и последний и живой; и Я был мертв и вот жив во веки веков, и имею ключи смерти и ада
" (Откр. 1:17). Потом во втором видении, видя Того же Господа, говорит: "И я увидел, посреди престола и четырех животных и посреди старцев Агнца стоящего, как бы закланного, имеющего семь рогов и семь очей, которые суть семь духов Божиих, посланных во всю землю
" (Откр. 5:6). И еще о том же Агнце говорит: "и вот конь белый и сидевший на нем назывался Верный и Истинный, Который праведно судит и воинствует; очи у Него, как пламень огненный и на голове Его много диадем. Он имел имя написанное, Которого никто не знает, кроме Его Самого. Он был облечен в одежду, обагренную кровью, и имя Его называется Слово Божие. И воинства небесные следовали за Ним на конях белых, облеченные в виссон белый и чистый. Из уст же Его исходит острый меч, чтобы им поражать народы. Он пасет их жезлом железным; Он топчет точило вина ярости гнева Бога всемогущего. На одежде и на бедре Его написано имя: Царь царей и Господь господствующих
" (Откр. 19:11–16). Так всегда Слово Божие имеют, так сказать, очертания будущих вещей и показывало как бы виды распоряжений Отца людям, научая нас Божиему» [34, c. 371 – 377].


Свт. Николай Сербский


«Не сокрушайся более ни о школе, ни об учителях твоих, ни о теориях и понятиях, что придумали люди. Всё это или прошло, или пройдет, и только истина, объявленная в Священной Книге Божией, останется на веки вечные. И в той вечной Книге не упоминаются законы природы. А не упоминаются они потому, что не существуют. Ибо невозможно представить, что в Библии, где упомянуты гораздо более незначительные вещи, не были бы упо­мянуты законы природы, если бы эти законы суще­ствовали.


Путник.
И всё-таки должен признаться, что тебе не удалось развеять мои сомнения. Я непоколебимо верю Библии. Это Божия книга, Божие Откровение истины людям. И в той Книге книг с первой страницы до последней говорится о законе. Так возможно ли, чтобы в целой Библии, где бы в ней ни говорилось о законе, нигде, ни в едином случае не подразумевался бы закон природы?


Проводник.
Да, так и есть. Это факт. Во всей великой Книге Божией говорится о законе – и ни о чем так много не говорится, как о законе, – но нигде и никогда не подразумевается закон природы. Однако поднимайся, пойдем дальше. Нам нужно спешить. …


Когда наши современники говорят о законах природы, они делятся на два враждебных лагеря. Из одного лагеря слышится утверждение, что природа сама себе и законодатель, и законоисполнитель. А из другого лагеря – что Бог суть Законодатель законов природы, а природа исполнитель.


Любители истины, взгляды которых не запороше­ны пылью партизанской войны этих двух лагерей, спотыкаются и об одно, и о другое утверждение. И приговоры, которые они выносят и тому, и другому суждению, весьма тяжки.


Они обращают внимание приверженцев обеих точек зрения на один очевидный факт, за которым стоят реальность и логика: Тот, Кто устанавливает законы, и тот, кто их принимает к исполнению, должны быть мыслящими сущностями. Не может бессознательный предписывать законы сознательному, как и сознательный не может устанавливать законы для бессознательного. Ибо закон по сути своей – творение мыслящего разума. Закон предполагает, что с обеих сторон его присутствует сознательный разум: со стороны дающего закон и со стороны принимающего закон. Если на какой-то из сторон нет мыслящего разума, то закон – не закон, а нечто совершенно другое, и должен называться по-другому.


Вынеся общий приговор обоим лагерям сразу, сторонники истины теперь обращаются отдельно к после­дователям первой точки зрения и говорят им следующее: если природа одновременно и законодатель, и исполнитель законов, то это значит, что она, не обладая мышлением и разумом, устанавливает для себя законы и сама же следует им. Однако это противоречит самому понятию закона, ибо закон, в сущности, есть творение мыслящих разумных существ с обеих сторон.


А последователям второй точки зрения сторонники истины говорят следующее: вы утверждаете, что законы природы создал Бог. Это, с одной стороны, кажется логичным, но с другой стороны – нет. То есть, в вашем случае, Законодатель – воистину разумная Сущность, но законоприимец – вещь не мыслящая, бессознатель­ная. И эта точка зрения не отвечает понятию закона, которое предполагает наличие сознательного мышления у обеих сторон.


Согласно этому природа не может ни создавать и диктовать законы, ни их принимать и исполнять. А из этого следует, что так называемые законы природы не существуют.


На одном философском сходе собравшиеся бурно дискутировали о законах природы. После долгих споров и препирательств один из участников встал и сказал следующее: «Некоторые из нас стоят за законы природы, а другие – за природные, то есть естественные, законы». Все вокруг зашумели, говоря, что не видят различия между этими двумя понятиями. А он им ответил: «Различие огромное. За законы природы стоят те из вас, кто считает природу законодателем, а за естественные законы – те, что считают Бога законода­телем природы. Оба суждения возможны, но и оба подлежат критике. Я не знаю, к какому мнению присо­единиться».


Там оказался и один из приверженцев чистой истины. Он встал и сказал: «А я не могу присоединиться ни к тому, ни к другому мнению. О законах природы и речи не может быть, ибо подобным предположением отрицается Бог как надприродная, сознательно мысля­щая и самостоятельная Сущность, а на Его место поставлена природа, которой приписывается мысли­тельная и законодательная роль. Тем самым природа сама себя обожествляет и делается своим собственным творцом и законодателем. А это не что иное, как бессмысленное идолопоклонство.


Но точно так же не может быть и речи о естествен­ных законах, данных природе Богом. Разве кто-нибудь решится устанавливать законы для камня, или дерева, или птицам и рыбам, или овцам и козам, или слонам и верблюдам? Разумеется, никто. Как же тогда можно приписывать Богу такую бессмыслицу?!


Закон идет от разума к разуму, от мыслящей сущности к разумной, от подобного к подобному. По­этому природа не могла ни сама себе установить зако­ны, ни принять их от Бога. Поистине, одного только Бога можно представить в роли Законодателя, кем Он фактически и является. Однако Бог как Законодатель изо всего сотворенного Им сущего во вселенной мог установить законы только для человека.


Бог и в самом деле дал закон человеку, и только человеку. Это и есть тот самый единственно существующий закон. А то, чем Бог наделил остальную приро­ду, внешне напоминающее закон, по сути – не закон, а нечто другое, что ученые называют инстинктом, чуть­ем, подсознательным чувством. Из сказанного ясно следует, что ни закона природы, ни естественных зако­нов не существует, потому что и то, и другое противо­речит логичному, реальному понятию закона» [56, с. 9 – 12].


«Хотя законов природы не существует, во вселенной все упорядочено. Священная Книга Божия, в которой ни слова не говорится о каких бы то ни было естественных законах, богата словами, воспевающими божественный порядок существования всего тварного мира.


Закон – это одно, но порядок – другое. Если войти в красивый, прекрасно обставленный дом, нелепо говорить о законе мебели, можно говорить лишь о порядке ее размещения. То же самое касается и торговых рядов, и цветочных лавок, и пасеки –словом, любого другого ухоженного хозяйства, где прежде всего виден порядок, а не закон.


О законе можно говорить только в отношении людей в этом мире или в отношении ангелов на небесах. Но в отношении животного или растительного мира, неживой природы, природных стихий, звездной системы можно говорить только о порядке, но никак не о законе.


В первой главе книги Бытия сказано буквально следующее: И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма
(Быт 1: 31).


Праведный Иов, восхищаясь красотой и бесчисленностью сотворенного, говорит о Создателе, что Он творит дела великие и неисследимые, чудные без числа
(Иов 5: 9).


Весь мир сотворен соразмерно, всему указан прису­щий ему порядок, всему назначен свой путь. Кто присутствовал, когда Бог ветру полагал вес и располагал воду по мере, когда назначал устав дождю и путь для молнии громоносной
(Иов 28: 25–26)? Бог спросил страдальца Иова: ...где был ты, когда Я
полагал основания земли? ...Кто положил меру ей? ...На чем утверждены основания ее, или кто положил краеугольный камень ее, при общем ликовании утренних звезд, когда все сыны Божий восклицали от радости? ..Давал ли ты когда в жизни своей приказания утру и указывал ли заре место ее?..
(Иов 38: 4–7, 12)


Премудрый Экклезиаст так проницательно рассматривает время и способ существования всего, что есть на земле, и говорит: Всему свое время, и время
всякой вещи под небом
(Еккл 3:1). И затем: ...все соделал Он прекрасным в свое время, и вложил мир в сердце их, хотя человек не может постигнуть дел, которые Бог делает, от начала до
конца (Еккл 3: 11).


Время, порядок, основа, ритм – во всем, как в музыке. Род проходит, и род приходит, а земля
пребывает во веки. Восходит солнце, и заходит солнце, и спешит к месту своему, где оно восходит. Идет ветер к югу, и переходит к северу, кружится, кружится на ходу своем, и возвраща­ется ветер на круги свои. Все реки текут в море, но море не переполняется: к тому месту, откуда реки текут, они возвращаются, чтобы опять течь
(Еккл 1: 4–7). Всему есть свое время и свой путь.


Богодухновенный Псалмопевец так говорит о кра­соте сотворенного мира: Господи, Боже мой!... Ты облечен славою и величием... Как многочисленны дела Твои, Господи! Все соделал Ты премудро; земля полна произведений Твоих
(Пс 103: 1, 24). Дело Его
– слава и красота
... (Пс 110: 3) Небеса
возвещают правду Его, и все народы видят славу Его
(Пс 96: 6). И небеса провозгласят правду Его
(Пс 49: 6). И еще, и еще: Когда взираю я на небеса Твои
– дело Твоих перстов, на луну и звезды, которые Ты поставил, то что есть человек, что Ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его
(Пс 8: 4–5)


И так, страница за страницей, повествует Библия о порядке, мере, гармонии, громаде и величии сотворен­ного мира. И хотя ученые часто говорят о случае и случайностях (противореча тем самым своему утверждению о существовании законов природы), Библия не признает ничего случайного. Согласно этой божествен­ной Книге можно сказать, что все лучи солнца сочте­ны, как и все волосы на нашей голове, и каждая капля дождя имеет некое целесообразное назначение. Сло­вом, в окружающем нас мире нет места для случая. Нет места для случая и в нравственной жизни людей.


Несмотря на то, что мы отвергаем действие законов природы, мы видим в природе такой непревзойден­ный порядок, что глаз нельзя отвести и умом человеческим понять и проникнуть в его смысл. Но весь этот порядок сам собою законом не является. Он лишь отображение нравственного закона, на котором осно­ван сотворенный мир.


Вся беспредельная вселенная блистает и дышит святостью. Она и не догадывается об этой своей святости; понимают это лишь Бог и человек. Вселенная – словно некий величественный храм, изукрашенный символами святости. Сам храм не сознает ни своей символичной святости, ни реальной святости Бога и человека, которую он собою представляет. Это созна­ют лишь Бог и человек.


Вселенная, блистающая звездами, – словно храм, украшенный и наполненный символами святости, реальность которой в Боге и человеке. Подобно тому как входящий в храм и видящий всю символику его говорит не о законах самого храма, но об устройстве, красоте, выразительности и ясности того, что он должен собой представлять, так и видящий свет вселенной и размыш­ляющий о нем не может говорить о законах света, но, снова, об устроении, порядке, красоте, величии, выразительности и ясности того, что тот свет вселенной являет нам и обозначает.


Если всё же говорить о неком законе природы, то о нем следует говорить лишь как об отблеске нравственного закона в ней. Этот отблеск то менее ясен, то более. Например, он различим в таких моральных категориях, как уважение к родителям и благодарность им, как жертвенная родительская любовь, как самопожертво­вание, даже как взаимная любовь – разве не видим мы всего этого у животных?


Я бы сказал, что вселенная – храм, все стены которого представляют собой скрижали с заповедями нравственного закона Бога. Мы их отчасти по складам разобрали, но не в состоянии прочесть до самого конца.


Иероглифами творений и явлений записаны там и закон неотвратимой правды, и закон любви. Колючей проволокой неумолимой правды ограждена божественная любовь, которая есть и основное побуждение к сотво­рению мира, и главная цель его. Ибо где источник, там и устье всего божественного.


Но кто ответит на вопрос о хаосе в природе? Это весьма беспокоит те ученые головы, что говорят о законах природы и часто пугаются и беспокоятся по поводу аномалий, катаклизмов и всевозможных сбоев природы, которые не вписываются в рамки их законов. Случай – вот их единственный ответ. Однако если случай, тогда – нет разума, но если нет разума, тогда под вопросом и законы природы, ибо то, что называется законом, в любом смысле исключает неразумие.


В предыдущих главах мы уже разобрались в причинах хаоса в природе, беспорядка, дисгармонии, роковой борьбы стихий, несвоевременности и несогласованности явлений, губительной для человека и всего, что человеку дорого, силы некоторых явлений природы. Мы выясни­ли, что всё это – ответ природы на нарушение Божиих заповедей, на попрание людьми нравственного закона Бога, на беззаконие человеческое.


В подтверждение этого приводилось несколько примеров из Ветхого Завета – их там очень много. Можно привести также примеры и из Нового Завета. Когда Спаситель умер от рук злодеев, завеса в храме
раздралась надвое, сверху донизу; и земля потряс­лась; и камни расселись; и гробы отверзлись
(Мф 27. 51–52). Вот оно – то, что мы назвали ответом природы на беззаконие людское.


По верному, прозорливому предсказанию Спасителя, в последние дни будут глады, моры и земле­трясения по местам... солние померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут с неба, и силы небесные поколеблются
(Мф 24:7, 29).


Из-за чего же всё это так будет? Из-за попрания закона Бога. На кого обрушится гнев звездного неба и земли? На грешных людей – из-за того, что возрастут ненависть, безбожие и всяческое беззаконие и во мно
гих охладеет любовь
(Мф 24: 12). На это ответят земля и солнце, луна и звезды, ветры и камни, огонь и вода – словом, все стихии поднебесные, вся природа.


Таким образом, нарушение порядка в природе следует объяснять только нравственными причинами. Од­нако даже и эти беспорядки кажутся беспорядком только нашему физическому зрению. Стоит лишь перенести эти явления в область морали и поставить пред зеркалом нравственных суждений и понятий, они теряют вид беспорядка и являются в свете одного необходимого порядка – нравственного. И в этом свете вселенная от начала до конца времен – прекрасна, стройна, целесообразна.


Поэтому можно сделать вывод, что вся бескрайняя вселенная – на службе у нравственного закона Бога. Ни сознательно, ни бессознательно, но по промыслу Того, Который не спускает Своего всевидящего ока ни с нее, ни с человека» [56, с. 104 – 109].


К гла­ве 6

Блаж. Фе­о­до­рит Кир­ский


Для че­го по­ве­лел Бог при­но­сить жерт­вы?


«…Ибо, уза­ко­няя со­раз­мер­ное с си­ла­ми, иное, как при­но­си­мое не по за­кон­ной не­об­хо­ди­мо­с­ти, но из бо­го­лю­би­во­го усер­дия, на­и­ме­но­вал да­ром
, а иное – жерт­ва­ми спа­се­ния
(Лев. 3, 1.6), при­чем са­мим на­и­ме­нов­а­ни­ем оз­на­ча­ет из­бав­ле­ние от не­ду­га или от дру­гих ка­ких не­вз­год. При­но­си­мы же бы­ли жерт­вы о гре­хе, о пре­ступ­ле­нии и о не­ве­де­нии. Сло­вом грех
оз­на­ча­ет­ся про­из­воль­ное на­ру­ше­ние ка­ко­го-ли­бо за­ко­на, сло­вом пре­ступ­ле­ние
– по ка­ко­му-ли­бо об­сто­я­тель­ст­ву учи­нен­ное без­за­ко­ние. Ибо слу­ча­лось ино­му про­тив во­ли при­бли­жать­ся или к про­ка­жен­но­му, или к мерт­во­му, или к из­ли­ва­ю­ще­му се­мя. Зна­че­ние же сло­ва не­ве­де­ние
са­мо со­бою оче­вид­но. Ибо не вся­кий знал все за­ко­ны. Что ка­са­ет­ся до гре­хов ду­шев­ных, то их по­ка­зы­ва­ет са­ма при­ро­да. Но в рас­суж­де­нии то­го, что тре­бо­ва­лось от од­них иу­де­ев, име­ли они нуж­ду в на­став­ни­ках… Жерт­ва о гре­хе при­но­си­ма бы­ла без елея и фи­ми­а­ма, по­то­му что у си­дя­щих во тьме гре­ха нет пи­щи све­ту и нет ве­се­лья, как у обя­зан­ных воз­ды­хать, по сло­вам же про­ро­ка, елей ума­ща­ет ли­цо (Пс. 103, 15), нет и бла­го­уха­ния, как у не ос­та­вив­ших зло­во­ние лу­кав­ст­ва. По­ели­ку же, по сло­вам бо­же­ст­вен­но­го апо­с­то­ла, за­кон име­ет сень гря­ду­ще­го, а не са­мый об­раз ве­щей
(Евр. 10, 1), и жив­шие под за­ко­ном долж­ны бы­ли слу­жить об­ра­зу и сте­пе­ни не­бес­ных
(Евр. 8, 5), то, как ду­маю, не бу­дет ни­че­го стран­но­го ска­зать, что раз­ным ро­дам бес­сло­вес­ных жи­вот­ных, при­но­си­мых в жерт­ву, упо­доб­ля­ют­ся при­но­ся­щие Бо­гу се­бя са­мих» [73, с. 115].


По­че­му свя­щен­ни­ки, воз­ло­жив ру­ки на жерт­ву, та­ким об­ра­зом свя­щен­но­дей­ст­во­ва­ли (Исх. 29, 10)?


«Не на все жерт­вы воз­ла­га­ли ру­ки, но толь­ко на те, ко­то­рые бы­ли при­но­си­мы за них, и особ­ли­во – гре­ха ра­ди. На про­чие же воз­ла­га­ли ру­ки при­но­сив­шие. А сие бы­ло зна­ме­ни­ем, что жерт­ва за­ме­ня­ет со­бою при­но­ся­ще­го, за не­го при­ем­ля за­кла­ние… Но те­лец, при­но­си­мый в жерт­ву гре­хов ра­ди, со­жи­га­ем был вне ста­на. Тем­же
, как го­во­рит бо­же­ст­вен­ный апо­с­тол, и Вла­ды­ка Хри­с­тос вне врат
по­ст­ра­дал (Евр. 13, 12), и к про­об­ра­зо­ва­нию при­ло­жил дей­ст­ви­тель­ность. А на ал­та­ре при­но­сим был тук из ут­ро­бы. Ибо го­во­рит Мо­и­сей: и да возь­ме­ши весь тук, иже на ут­ро­бе, обе поч­ки, и тук иже на них, и пе­ре­пон­ку пе­че­ни
(Исх. 29, 13) (ко­то­рую дру­гие пе­ре­вод­чи­ки на­зва­ли из­лиш­ком пе­че­ни). А сим га­да­тель­но ука­зу­ют­ся на­ши стра­с­ти. Тук, по­кры­ва­ю­щий ут­ро­бу, оз­на­ча­ет бо­лезнь чре­во­уго­дия, поч­ки оз­на­ча­ют сла­до­ст­ра­с­тие, пе­ре­пон­ка пе­че­ни – раз­дра­жи­тель­ность, по­то­му что с пе­че­нью со­еди­нен жел­че­при­ем­ный со­суд. За­кон по­ве­ле­ва­ет при­но­сить сие в жерт­ву и как бы мерт­вою пред­став­лять про­яв­ля­ю­щу­ю­ся в них не­до­б­рую де­я­тель­ность» [73, с. 108 – 109].


По­че­му от каж­дой жерт­вы, при­но­си­мой о спа­се­нии, за­кон по­ве­лел свя­щен­ни­ку брать пра­вое ра­мо и грудь (Исх. 29, 26–28)?


«Под об­ра­зом гру­ди за­кон тре­бу­ет у свя­щен­ни­ка ра­зум­ной и со­зер­ца­тель­ной жиз­ни, по­то­му что грудь – по­кров серд­ца. А под об­ра­зом пра­во­го ра­ма – пра­вой де­я­тель­но­с­ти, по­то­му что од­на ве­ра не­до­ста­точ­на для спа­се­ния, но нуж­ны для со­вер­шен­ст­ва и де­ла» [73, с. 109 – 110].


«…Коз­лов же по­ста­но­вил раз­ли­чать по жре­бию и од­но­го за­клать в жерт­ву, а дру­го­го от­пу­с­кать в пу­с­ты­ню. Иные, по­ни­мая это не­ра­зум­но, ду­ма­ли, что упо­ми­на­е­мое здесь от­пу­ще­ние есть не­кий де­мон. Ибо Мо­и­сей ска­зал: един Гос­по­ду,
а дру­гий от­пу­ще­нию
(8). Но они пред­по­ла­га­ли сие по ве­ли­кой про­сто­те ума. Ибо воз­мож­но ли, что­бы Из­рек­ший да не бу­дут те­бе бо­зи инии раз­ве Ме­не; да не по­кло­ни­ши­ся, ни по­слу­жи­ши
Бо­гу ино­му, кро­ме Ме­ня (Исх. 20, 3–5), по­ве­лел ка­ко­му-то де­мо­ну от­де­лять жерт­ву, оди­на­ко­вую с при­но­си­мою Ему Са­мо­му. Долж­но бы­ло об­ра­тить мысль на то, что и от­пу­с­ка­е­мо­го коз­ла Бог по­ве­лел при­не­с­ти в жерт­ву Ему же. Ибо го­во­рит: да возь­мет коз­ла жи­ва пред Гос­по­дем, яко по­мо­ли­ши­ся над ним и яко от­пу­с­ти­ши его во от­пу­ще­ние в пу­с­ты­ню
(Лев. 16, 10). А сие да­ет ви­деть, что от­пу­ще­ни­ем на­зван сам ко­зел, как от­пу­с­ка­е­мый в пу­с­ты­ню. Сие вид­но и из по­сле­ду­ю­ще­го: и воз­мет ко­зел на ся без­за­ко­ния их в зем­лю не­про­хо­ди­му
(там же). Сим­мах сло­во от­пу­ще­ние
пе­ре­вел «на коз­ла от­хо­дя­ще­го, что­бы от­пу­с­тить его в от­пу­ще­ние», а Аки­ла – «на коз­ла, от­ре­ша­е­мо­го в пу­с­ты­ню». По­се­му не бо­гу ка­ко­му или де­мо­ну от­сы­ла­ем был ко­зел, но оба коз­ла при­но­си­мы бы­ли ис­тин­но­му Бо­гу, и один за­ка­ла­ем в жерт­ву, а дру­гой при­ни­мал на се­бя гре­хи на­ро­да и от­пу­с­ка­ем был в пу­с­ты­ню… И это бы­ли так­же про­об­ра­зо­ва­ния Вла­ды­ки Хри­с­та, и сих двух жи­вот­ных долж­но при­ни­мать за об­раз не двух лиц, но двух ес­теств. По­ели­ку ко­зел смер­тен и не­воз­мож­но бы­ло од­ним коз­лом изо­б­ра­зить во Вла­ды­ке Хри­с­те и смерт­ное, и бес­смерт­ное, то по не­об­хо­ди­мо­с­ти за­кон по­ста­но­вил при­во­дить двух, что­бы за­ка­ла­е­мый в жерт­ву про­об­ра­зо­вал удо­бо­ст­раж­ду­щую плоть, а от­пу­с­ка­е­мый изо­б­ра­жал бес­ст­ра­с­тие Бо­же­ст­ва… И ни­кто да не по­чи­та­ет не­при­лич­ным то­го, что коз­лы про­об­ра­зо­ва­ли стра­да­ние Спа­си­те­ля, ког­да и ве­ли­кий Ио­анн на­и­ме­но­вал Его агнцем. Да при­мем же во вни­ма­ние, что при­нес Он Се­бя не за пра­вед­ных толь­ко, но и за греш­ных. Коз­ли­щам же упо­до­бил со­бра­ние греш­ных Сам Вла­ды­ка» [73, с. 129 – 130].


Пр­п. Еф­рем Си­рин:


Что изо­б­ра­жа­ет за­кон жерт­во­при­но­ше­ния ры­жей юни­цы? (Числ. 19:1–10)


«Тай­ну смер­ти Хри­с­то­вой; а цве­том жерт­вы ука­зы­ва­ет­ся на кровь, и тем, что при­но­си­мая в жерт­ву юни­ца не ис­пы­та­ла яр­ма, оз­на­ча­ет­ся, что Хри­с­тос не под­кло­нил­ся под иго раб­ст­ва и гре­ха. Из­би­ра­лась же в жерт­ву юни­ца в по­ка­за­ние не­мо­щи ес­те­ст­ва че­ло­ве­че­с­ко­го пред ес­те­ст­вом Бо­жи­им» [22, т. 6, c. 391].


«Ког­да же Гос­подь по­ве­ле­ва­ет, что­бы огонь все­со­ж­же­ния не уга­сал до ут­ра; тог­да оз­на­ча­ет­ся сим, что огнь за­ко­на не угас­нет на ал­та­ре до ут­ра яв­ле­ния Ем­ма­ну­и­ло­ва» [22, т. 6, c. 390].


«О том, что кровь приносимого в жертву тель­ца долж­на вы­ли­вать­ся к под­но­жью жерт­вен­ни­ка все­со­ж­же­ния, ко­то­рый на­хо­дил­ся у вхо­да в ски­нию, свя­ти­тель Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский го­во­рит так: «Из­ли­ва­ет­ся ос­таль­ная кровь у под­но­жия ал­та­ря при­но­ше­ния в пер­вой ски­нии, и кровь слу­жит об­ра­зом ду­ши. По­ло­жил же ду­шу свою Ем­ма­ну­ил не за од­ну толь­ко цер­ковь из языч­ни­ков, но и за под­за­кон­ных, то есть из­ра­иль­тян, ибо мы куп­ле­ны Кро­вью Хри­с­та, все со­во­куп­но и эл­ли­ны и иу­деи» [цит. по 59, с. 109].


К главе 7

Блаж. Феодорит Кирский


«Почему от угрызения змей повелел Бог врачевать медным змием? (Числ. 21:9)


Сие прообразовало спасительное страдание, потому что через змия прозяб грех, почему змий и понес на себе проклятие от Бога всяческих. Поэтому змий есть образ греха и клятвы. А поелику Владыка Христос, как говорит божественный апостол, пришел в подобии плоти греха
(Рим. 8:3), потому что действительно приял на Себя тело, греха
же не сотвори, ни обретеся лесть во устех Его
(1 Пет. 2:22), то спасительное страдание прообразуется медным змием. Ибо как медный змий был изображением змиев, но не имел змеиного яда, так и Единородный Сын имел человеческое тело, но не имел греховной скверны. И как угрызаемые змеями, взирая на медного змия, получали спасение, так уязвляемые грехом, несомненно веруя в страдание Спасителя нашего, оказываются победителями смерти и приобретают вечную жизнь» [73, с. 158].



К главе 8

Богослужебное употребление Пятикнижия


Богослужебное употребление книги Бытия


«Из книги Бытия берется 35 паремий. Они, большей частью, рядовые, то есть такие, которые берутся подряд и читаются непрерывно во все дни четыредесятницы, исключая субботы и воскресенья. Таким образом, в шесть недель Великого поста вычитывается почти вся книга Бытия. Этим чтением Церковь хочет возбудить в молящихся дух покаяния, соответствующий времени Великого поста через воспоминание о невинном, блаженном состоянии прародителей в раю и о грехопадении, через воспоминание Божьего милосердия к падшим, примеры страшного и грозного суда Божия. В Великую или Страстную седмицу берется чтение о жертвоприношении Исаака (Быт. 22). В праздники Богородичные – о лестнице, виденной Иаковом (Быт. 28:10–17) и пр.» [43].


Богослужебное употребление книги Исход


«В богослужении книга Исход имеет широкое употребление.


На первое место следует поставить песнь Моисея по переходе евреев через Чермное море (гл. 15). которая послужила основной частью для первой книги канона утреннего богослужения Православной Церкви.


В качестве же паремий из книги Исход читаются:


1 и 2 главы (о рабстве евреев в Египте, рождении, воспитании, о бегстве Моисея) на вечернях в первые три дня Страстной седмицы;


2:5–10 (о спасении младенца Моисея из воды) 5-го января,


3:1–8 (о явлении Бога Моисею в купине) 25-го марта;


4:15–29 (о встрече Моисея с Аароном перед отправлением в Египет и явлении их перед израильтянами в Египте) 5-го января;


12:1–11 (об установлении Пасхи) на вечерни Великой субботы;


15:22–27; 16:1 (об услаждении древом горьких вод Мерры) 5-го января и в праздник Честному Кресту;


19:10–19 (о приготовлении евреев к вступлению в завет с Богом перед Синайским законодательством) на вечерне в Великий четверг;


24:12–18 (о новом воззвании Моисея на гору Синай для принятия законов) 6-го августа и в праздники Господние;


33:13–23 (о ходатайстве Моисея за народ и просьбе его явить ему славу Божию) на вечерне Великой пятницы и 6-го августа;


34:1–35 (о явлении славы Божией Моисею, восстановлении Завета и лучезарной славе Моисея) 21-го ноября» [43].


Богослужебное употребление книги Левит


«12:1–8 (об очищении нечистот рождения) в качестве паримии в день Сретения Господня (2 февраля).


26:3–23 (об обетованиях за исполнение и угрозах за нарушение законов Божиих) в качестве паримий 1-го сентября в день церковного новолетия» [43].


Богослужебное употребление книги Чисел


«В качестве паримийных чтений из книги Чисел употребляются:


11:16–29 (об избрании Моисеем 70 старейшин в помощь себе и их пророчествовании действием Святого Духа) в день Пятидесятницы, когда празднуется сошествие Святого Духа на апостолов;


24:2–18 (пророчество Валаама о звезде от Иакова) на вечерне навечерия Рождества Христова».


Богослужебное употребление книги Второзаконие


«В качестве паримийных чтений из книги Второзаконие берутся:


1:8–17, 10:1–5 (об избрании Моисеем помощников себе для управления народом) в неделю Святых Отец и 1 января в день памяти св. Василия Великого;


4:6–15 (увещание Моисея о соблюдении Синайского законодательства), 5:1–26 и 6:3–18 (о величественных обстоятельствах синайского законодательства и об обязанностях исполнять со страхом заповеди Божией) в день 16 августа.


10:14–22 (об избрании и отделении еврейского народа из среды других народов) в неделю Святых Отец и 30 января день памяти трех Святителей.


Обличительная песнь Моисея (32:1–43) является основой содержания второй песни великопостных канонов» [34].


К гла­ве 9

Свт. Гри­го­рий Нис­ский


«Итак, ут­верж­даю, что все­го за­ко­но­по­ло­же­ния, как дан­но­го Бо­гом, цель од­на, при­няв­ших за­кон со­блю­с­ти чи­с­ты­ми от де­ла­ния по­ро­ка, и весь за­кон, воз­бра­няя за­пре­щен­ное, по­ве­ле­ва­ет суб­бот­ст­во­вать от дел лу­ка­вых. И скри­жа­ли, и ле­вит­ское со­блю­де­ние, и стро­гость, пред­пи­сан­ная во Вто­ро­за­ко­нии, тре­бу­ют от нас быть пра­зд­ны­ми и без­дей­ст­вен­ны­ми в том де­ла­нии, что есть по­рок. По­се­му, ес­ли кто при­ни­ма­ет за­кон в том смыс­ле, что че­ло­ве­ку долж­но быть пра­зд­ным от по­ро­ка, то со­гла­сен и я, что му­д­рый Ек­кле­си­аст оп­ре­де­ля­ет вре­мя, – бро­сать кам­ни в со­би­ра­ю­ща­го се­бе дро­ва, чем воз­бра­ня­ет­ся со­би­ра­ние су­хих су­чь­ев по­ро­ка, со­би­ра­е­мых в пи­шу ог­ню. Ес­ли же ос­та­нет­ся го­лый бук­валь­ный смысл; то не ви­жу, по­че­му за­кон при­зна­вать бо­го­леп­ным» [19, с. 115].


Св. Ири­ней Ли­он­ский


Про­тив ере­сей (IV.14.3):


«Так Он пред­пи­сал на­ро­ду (иу­дей­ско­му) со­зда­ние ски­нии и ус­т­ро­е­ние хра­ма, и из­бра­ние ле­ви­тов, жерт­вы и при­но­ше­ния, и ус­та­вы, и все про­чее слу­же­ние За­ко­на. Сам Он ни в чем этом не нуж­да­ет­ся, ибо все­гда пре­ис­пол­нен всех благ, имея в Се­бе вся­кую во­ню сла­до­сти и все ку­ре­ния бла­го­уха­ю­щие, преж­де чем был Мо­и­сей; но Он обу­чал на­род, склон­ный воз­вра­тить­ся к идо­лам, раз­но­об­раз­ны­ми сред­ст­ва­ми при­зы­ва­ния на­ст­ра­и­вая его быть по­сто­ян­ным и слу­жить Бо­гу, и по­сред­ст­вом вто­ро­сте­пен­но­го при­зы­вая к пер­во­сте­пен­но­му, т. е., по­сред­ст­вом об­ра­зов к ис­ти­не, по­сред­ст­вом вре­мен­но­го к веч­но­му, по­сред­ст­вом плот­ско­го к ду­хов­но­му, по­сред­ст­вом зем­но­го к не­бес­но­му, как и ска­за­но Мо­и­сею: “ты все дол­жен сде­лать по об­раз­цу то­го, что ви­дел на го­ре
” (Исх. 25:40). Он (Мо­и­сей) в про­дол­же­ние со­ро­ка дней изу­чал сло­ва Бо­жии, не­бес­ные на­чер­та­ния, ду­хов­ные об­ра­зы и про­об­ра­зо­ва­ния бу­ду­ще­го, как и Па­вел го­во­рит: “они пи­ли из по­сле­ду­ю­ще­го кам­ня, ка­мень же был Хри­с­тос
” (1 Кор. 10:4). По­том, по при­ве­де­нии ска­зан­но­го в За­ко­не, он при­ба­вил: “все сие про­ис­хо­ди­ло с ни­ми, как об­ра­зы, а опи­са­но в на­став­ле­ние нам, до­стиг­шим по­след­них ве­ков
” (1 Кор. 10:11). Ибо по­сред­ст­вом об­ра­зов они на­уча­лись бо­ять­ся Бо­га и пре­бы­вать в по­ви­но­ве­нии Ему» [34, с. 351].


Свт. Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский


«Ибо сло­ва за­по­ве­ди Мо­и­се­е­вой по­ка­зы­ва­ют нам об­ра­зы ве­щей, а не по­ка­зы­ва­ют яс­но са­мих ве­щей. Ты мо­жешь ви­деть еще, как за­кон ма­ло по­ма­лу при­во­дит нас к рас­по­ло­же­нию са­мой выс­шей вза­им­ной люб­ви… Ес­ли най­дешь за­блу­див­ший­ся скот или по­те­рян­ную одеж­ду, то сбе­ре­ги их для бра­та тво­е­го; и ес­ли слу­чи­лось, что вьюч­ное жи­вот­ное па­ло на зем­лю и бы­ло по­дав­ля­е­мо бре­ме­нем, по­мо­ги и под­ни­ми его. А это не что иное зна­чит, как ока­зы­вать поль­зу вла­дель­цу, уп­раж­нять­ся в ми­ло­сер­дии, вос­пи­ты­вать­ся в люб­ви к ближ­ним, ста­рать­ся да­ле­ко от­го­нять обид­чи­вость и из­бе­гать раз­до­ров, что­бы не яв­лять­ся на­ру­ша­ю­щи­ми лю­бовь и за­кон бра­то­лю­бия» [38, кн. 1, с. 390].


«А что и древ­нее От­кро­ве­ние хо­чет сде­лать нас дру­же­люб­ны­ми и со­ст­ра­да­тель­ны­ми, это ты лег­ко мо­жешь уз­нать, слы­ша, как оно в од­ном ме­с­те го­во­рит так: от­вер­зая да от­вер­зе­ши серд­це
твое бра­ту тво­е­му, нуж­да­ю­ще­му­ся в те­бе
(Втор. 15, 7–8)» [38, кн. 1, с. 392].


«Что ка­са­ет­ся до во­ли За­ко­но­да­те­ля, в пред­ме­те у Не­го бы­ло, что­бы име­ю­щие из­бы­ток без ску­по­с­ти ока­зы­ва­ли бла­го­во­ле­ние и бла­го­де­я­ния и чу­жим, и бра­ти­ям. Вся­ко­му про­ся­ще­му у те­бе дай
, – го­во­рит Хри­с­тос, – и от взи­ма­ю­ще­го твоя не ис­тя­зуй
(Лк. 6, 30). По­ели­ку же ум древ­них не очень был си­лен в спра­вед­ли­во­с­ти, так что­бы мог бе­зу­ко­риз­нен­но со­вер­шать до­б­рое, то за­кон, ру­ко­вод­ст­вуя к это­му, идет впе­ред ма­ло-по­ма­лу и по­ла­га­ет ме­ру спра­вед­ли­во­го об­ра­за дей­ст­вий по от­но­ше­нию к бра­ти­ям и близ­ким, а со­вер­шен­ст­во ми­ло­сер­дия, ще­д­рость к чу­жим, об­щи­тель­ность со все­ми со­блю­да­ет для со­вер­шен­ней­ше­го де­то­во­ди­тель­ст­ва; ибо до вре­ме­ни ис­прав­ле­ния
(Евр. 9, 10) про­дол­жа­лись те­ни, а вре­ме­нем этим бы­ло вре­мя Хри­с­то­ва при­ше­ст­вия» [38, кн. 1, с. 394].


«Бо­же­ст­вен­но­му Пи­са­нию обыч­но все про­дол­же­ние на­сто­я­ще­го ве­ка упо­доб­лять сед­ми­це, по при­чи­не кру­го­во­го воз­вра­ще­ния дней к на­ча­лу… Ко­нец сед­ми­цы есть суб­бо­та, и сле­ду­ю­щий за нею тот­час вось­мой день при­но­сит нам с Вос­кре­се­ни­ем Хри­с­то­вым как бы но­вое на­ча­ло ве­ка.


Ко­с­вен­но и га­да­тель­но от­кры­вал нам за­кон Бо­же­ст­вен­ную тай­ну, по­ве­ле­вая де­лать от­пу­ще­ние чрез семь лет; и на сте­зи бла­го­сти вво­дит Он, на­учая лю­бовь к бра­ти­ям счи­тать луч­шею бо­гат­ст­ва и убеж­дая бла­го­по­дат­ли­вым бы­ти и об­щи­тель­ным
(1 Тим. 6, 18), че­ло­ве­ко­лю­бие к бра­ту и ближ­не­му по­став­ляя как бы не­ко­то­рым уп­раж­не­ни­ем в бо­лее вы­со­ком чув­ст­ве со­ст­ра­да­тель­но­с­ти ко всем» [38, кн. 1, с. 395].


«Сколь бес­чис­лен­ны­ми пу­тя­ми за­кон при­во­дит нас к по­лез­но­му! И еще не пред­ла­га­ет пи­щи, при­лич­ной му­жам и бо­лее твер­дой, но мо­ло­ком пи­та­ет древ­них, как бы мла­ден­цев, ма­ло-по­ма­лу при­во­дя их к та­ин­ст­ву Хри­с­та: ибо, что за­кон ду­хо­вен и со сто­ро­ны и те­ни, и об­ра­зов как бы не съе­до­бен и не по­ле­зен для ду­хов­ной пи­щи, но бу­дет та­ко­вым, ес­ли бу­дет при­ме­ня­ем к со­зер­ца­нию еван­гель­ско­му и к та­ин­ст­ву Хри­с­та, это ты яс­но ура­зу­ме­ешь из на­пи­сан­но­го о том пре­му­д­рым Мо­и­се­ем. Он ска­зал в кни­ге Ле­вит: ег­да же вни­де­те в зем­лю, юже Гос­подь Бог ваш да­ет вам, и на­са­ди­те вся­ко дре­во снед­ное и очи­с­ти­те не­чи­с­то­ту его, плод его три ле­та не­чист да бу­дет вам, да не снест­ся: в ле­то же чет­вер­тое бу­дет всяк плод его свят, по­хва­лен Гос­по­ду: в ле­то же пя­тое да сне­с­те плод его, при­бы­ток вам пло­ды его: Аз Гос­подь Бог ваш
(Лев. 19, 23–25): ибо пи­са­ния Мо­и­сея ка­жут­ся нам по­доб­ны­ми пло­до­нос­ней­шим са­дам, за­клю­чая в се­бе раз­но­об­раз­ные про­из­ра­с­те­ния за­по­ве­дей и бу­ду­чи ук­ра­ше­ны, как бы де­ре­вь­я­ми, за­ко­на­ми на вся­кий слу­чай. Но на каж­дом де­ре­ве очи­с­ти­те
, – ска­за­но, – не­чи­с­то­ту его
, то есть от­се­ки бес­по­лез­ность ис­то­рии и сни­ми как бы дре­ве­си­ну бук­вы и дой­ди до са­мой серд­це­ви­ны рас­те­ния, тща­тель­но ис­сле­дуй вну­т­рен­ний плод за­по­ве­дан­но­го, и это упо­тре­би в пи­щу. Но плод его
, – ска­за­но, – три ле­та не­чист да бу­дет: да не снест­ся
. Год по­став­лен здесь вме­с­то про­дол­жи­тель­но­го пе­ри­о­да, по­то­му что пер­вых три пер­вых вре­ме­ни бы­ло, в ко­то­рые за­кон был еще не­чист, отяг­чен­ный тол­щею ис­то­рии, и как бы бес­по­лез­ною ко­рою, по­кры­тый се­нию» [38, кн. 1, c. 406].


К гла­ве 11

Блаж. Фе­о­до­рит Кир­ский.


Толкование на книгу Судей:


«Вопрос 4. Почему писатель наименовал здесь Иовавом тестя законодателева, в прежних повествованиях названного Иофором и Рагуилом?


Говорил уже я, что Иовав был сын Иофора. Писатель называет его тестем, как брата жены. И ныне многие так называют сих родственников. Посему дети Иовава суть внуки Иофоровы» [48, с. 209].


«Из сего-то заключил я, что большая часть сказанного здесь есть краткое повторение о том, что сделано при Иисусе. Ибо писатель сказал: и отпусти Иисус люди, и отыдоша сынове Израилевы кийждо в
место свое и
кийждо в наследие свое наследити землю. И работаша людие Господеви во вся дни Иисусовы и во вся дни старейшин, елицы пожиша многи дни со Иисусом, елицы разумеша все дело Господне великое, еже сотвори Израилю
(6–7)… Думаю же, что есть и другая причина, по которой евреи не овладели всею землею Обетованною, именно следующая: для сохранения сообразного с законом образа жизни требовалась страна, заключенная в весьма тесные пределы, потому что закон повелевал три раза в год праздновать всем, сошедшись в одно место, на котором впоследствии соорудили божественный храм. Там повелевал Бог приносить начатки и десятины, первородных овец и другие жертвы. Посему, сообразно с сим, Бог ограничил евреев небольшим пространством земли, чтобы и ленивые без труда собирались в посвященных Богу храм» [48, с. 210 – 211].


П.А. Юн­ге­ров


«От­но­си­тель­но хро­но­ло­гии кни­ги Су­дей су­ще­ст­ву­ют сле­ду­ю­щие да­ты. Ес­ли сло­жить все ци­ф­ро­вые дан­ные са­мой кни­ги о прав­ле­нии су­дей и про­ме­жу­точ­ных про­дол­жи­тель­ных пе­ри­о­дах гос­под­ст­ва над ев­ре­я­ми раз­ных вра­гов, то по­лу­чим сле­ду­ю­щий ряд цифр: Ху­сар­са­фем гос­под­ст­во­вал 8 лет (3:8), Го­фо­ни­ил су­дил 40 лет (3:11), мо­а­ви­тя­не гос­под­ст­во­ва­ли 18 лет (3:14), Аод су­дил, и ев­реи по­ко­и­лись 80 лет (3:30), Иа­вин гос­под­ст­во­вал 20 лет (4:3), Де­во­ра су­ди­ла 40 лет (5:31), ма­ди­а­ни­тя­не при­тес­ня­ли 7 лет (6:1), Ге­де­он су­дил 40 лет (8:28), Ави­ме­лех 3 го­да (9:22), Фо­ла 23 го­да (10:2), Иа­ир 22 го­да (10:3), ам­мо­ни­тя­не при­тес­ня­ли 18 лет (10:8), Иеф­фай су­дил 6 лет (12:7), Есе­вон 7 лет (12:9), Елон 10 лет (12:11), Ав­дон 8 лет (12:14), фи­ли­с­тим­ля­не гос­под­ст­во­ва­ли 40 лет (13:1), Сам­сон су­дил 20 лет (16:31). – Все­го 410 лет. Ес­ли к это­му при­ба­вить 40-лет­нее прав­ле­ние по­след­не­го су­дьи и пер­во­свя­щен­ни­ка Илия (1 Цар. 4:18), то по­лу­чим 450-лет­ний пе­ри­од для всей эпо­хи су­дей. С этим, по-ви­ди­мо­му, со­гла­су­ет­ся да­та, ука­зы­ва­е­мая ап. Пав­лом: низ­ло­жи язык седмь в зем­ли Ха­на­ан­стей, да­де им в на­сле­дие зем­лю их. И по сих яко лет че­ты­ре­с­та и пять­де­сят да­де им су­дьи до Са­му­и­ла про­ро­ка
(Де­ян. 13:19–20). – Оба при­ве­ден­ные счис­ле­ния, как вид­но сход­ные меж­ду со­бою, со­став­ля­ют, мож­но ска­зать, од­ну да­ту. Дру­гая да­та за­клю­ча­ет­ся в сле­ду­ю­щих двух вет­хо­за­вет­ных ука­за­ни­ях. В (Суд. 11:26) чи­та­ем: ег­да все­ли­ся Из­ра­иль во Есе­во­не и в пре­де­лех его… и во всех гра­дех у Иор­да­на, три­с­та лет.
– Так го­во­рит Иеф­фай ца­рю ам­мо­нит­ско­му, на­зна­чая 300-лет­ний пе­ри­од для эпо­хи с Мо­и­сея (Ва­лак, царь мо­а­вит­ский, упо­ми­на­ет­ся в 25 ст.) до сво­е­го вре­ме­ни. Это счис­ле­ние, оче­вид­но, не сов­па­да­ет с вы­ше­при­ве­ден­ной да­той, по­то­му что сю­да вхо­дит прав­ле­ние Ии­су­са На­ви­на (25 лет по Фла­вию. Antiqu. V. I. 23) и всех пре­ды­ду­щих до Иеф­фая су­дей (долж­но бы­ло по­лу­чить­ся 350 лет, ес­ли со смер­ти Мо­и­сея на­чать счет). Но еще боль­шее чис­ло­вое со­кра­ще­ние за­клю­ча­ет­ся в тре­ть­ей да­те: (3 Цар. 6:1): и бысть в че­ты­ре­де­сят­ное и в чет­ве­ро­сот­ное ле­то ис­хо­да сы­нов Из­ра­и­ле­вых из Егип­та, в ле­то чет­вер­тое, в ме­сяц вто­рый, цар­ст­ву­ю­щу ца­рю Со­ло­мо­ну над Из­ра­и­лем и со­зда храм Гос­по­де­ви
. По этой да­те на­зна­ча­ет­ся 440-лет­ний (по ны­неш­не­му ев­рей­ско­му тек­с­ту 480 лет) пе­ри­од для всей эпо­хи с ис­хо­да до 4-го го­да прав­ле­ния Со­ло­мо­на. Ес­ли сле­до­вать этой да­те (да­же по ев­рей­ско­му тек­с­ту) и от­нять от этой ци­ф­ры 40 лет стран­ст­во­ва­ния по пу­с­ты­не, 25 лет прав­ле­ния Ии­су­са На­ви­на, 40 лет пер­восв. Илия[66]
, 40 лет прав­ле­ния Са­у­ла, 40 лет Да­ви­да и три го­да Со­ло­мо­на, все­го 188 лет, то на эпо­ху су­дей ос­та­нет­ся лишь 220 лет, вме­с­то 410.


Вы­ход из пред­став­лен­ных хро­но­ло­ги­че­с­ких не­до­уме­ний со­вре­мен­ные биб­ле­и­с­ты-апо­ло­ге­ты на­хо­дят лишь в до­пу­ще­нии ана­хро­низ­ма в кни­ге Су­дей. Пред­по­ла­га­ют, что прав­ле­ние не­ко­то­рых су­дей бы­ло од­но­вре­мен­ным и «по­кой» зем­ли был так­же ча­с­тич­ным и сов­па­дал с под­чи­не­ни­ем не­ко­то­рых ко­лен вра­гам. Так, су­дьи Иеф­фай, Есе­вон и Ав­дон бы­ли со­вре­мен­ни­ка­ми Сам­со­на, а по­след­ний был со­вре­мен­ни­ком Илия. В 80 лет по­коя по­сле по­ра­же­ния мо­а­ви­тян Иа­вин при­тес­нял се­вер­ные ко­ле­на (4:3; 5:31). Ког­да ам­мо­ни­тя­не при­тес­ня­ли за­и­ор­дан­ские ко­ле­на (10:7), фи­ли­с­тим­ля­не гос­под­ст­во­ва­ли над юго-за­пад­ны­ми ко­ле­на­ми (13:1). Та­ким об­ра­зом, при не­из­мен­но­с­ти дру­гих счис­ле­ний (стран­ст­во­ва­ния, прав­ле­ния Иисуса На­ви­на, Илия, Са­у­ла и Да­ви­да), мо­жет зна­чи­тель­но со­кра­тить­ся эпо­ха, опи­сы­ва­е­мая в кни­ге Су­дей, и ос­та­нет­ся в со­гла­сии с да­той кни­ги Царств[67]
.


Что ка­са­ет­ся сви­де­тель­ст­ва апо­с­то­ла Пав­ла, то оно уме­ря­ет­ся его соб­ст­вен­ным до­бав­ле­ни­ем: яко
– wjх, по рус. око­ло
. С дру­гой сто­ро­ны, как спра­вед­ли­во за­ме­чал еще Ие­ро­ним[68]
, хро­но­ло­ги­че­с­кие во­про­сы не име­ли су­ще­ст­вен­но­го зна­че­ния для биб­лей­ских пи­са­те­лей, не име­ют они его и для хри­с­ти­ан­ских чи­та­те­лей Биб­лии, а по­то­му не бу­дем дол­го ос­та­нав­ли­вать­ся на них. По­сле­ду­ю­щие биб­ле­и­с­ты, мо­жет быть, най­дут иное ре­ше­ние это­го во­про­са» [59, с. 125 – 126].


Блаж. Фе­о­до­рит Кир­ский.


Толкование на книгу Руфь:


«Она сказала: да внидеши, и открыеши уног его, и ляжеши; и той повесть тебе, яже имаши творити
(3, 4). Так доверяла она целомудрию и правдивости мужа. И дела подтвердили сказанное. По внушениям свекрови, когда все объяты были сном, Руфь легла у ног Вооза. Он спросил, кто это. Руфь напомнила о родстве с умершим. Вооз похвалил ее поступок, но не изменил целомудрию, ввести же их в супружеское общение предоставил закону. Он сказал: благословена ты Господем Богом, дщи, яко разблажила еси милость твою последнюю паче первыя, еже не ити тебе вслед
юнош, аще убогих, аще богатых (10). Поступком своим сказала ты, что, не вожделению поработившись, соделала сие, иначе пошла бы к юновозрастным, рассуждая не о богатстве, не о нищете, а только об удовлетворении сластолюбию. Напротив того, пришла ты к человеку, который по летам может быть тебе отцом. Ибо сие означает слово дщи
. Вооз даже двукратно наименовал ее сим именем» [48, с. 226].


К гла­ве 12

П.А. Юн­ге­ров


О кни­гах Царств:


«Пи­са­тель из­ла­га­ет свя­щен­ную ис­то­рию ев­рей­ско­го на­ро­да, как на­ро­да из­бран­но­го, ру­ко­во­ди­мо­го и спа­са­е­мо­го Бо­гом, а вме­с­те с тем, ис­то­рию спа­се­ния че­ло­ве­че­с­ко­го ро­да от гре­ха и под­го­тов­ле­ния к вос­при­я­тию бу­ду­ще­го Мес­си­ан­ско­го спа­се­ния ев­ре­я­ми и все­ми на­ро­да­ми. С этой точ­ки зре­ния, по­доб­но Мо­и­сею, пи­са­тель из­ла­га­ет лишь со­бы­тия, вы­ра­жав­шие со­бою по­пе­че­ние Бо­жие о спа­се­нии ев­рей­ско­го на­ро­да и че­рез не­го все­го че­ло­ве­че­с­ко­го ро­да, и все опи­сы­ва­е­мые ли­ца и со­бы­тия опи­сы­ва­ет те­о­кра­ти­че­с­ки: как Гос­подь из­брал (Са­му­и­ла, Са­у­ла, Да­ви­да) из­ве­ст­ных лиц на их слу­же­ние, как по­мо­гал им и со­вер­шал че­рез них со­бы­тия и ру­ко­во­дил жиз­нью все­го ев­рей­ско­го на­ро­да. Все опи­сы­ва­е­мые ли­ца и со­бы­тия сто­ят не раз­роз­нен­но и «про­ти­во­ре­чи­во», а в тес­ней­шей вза­им­ной свя­зи, ру­ко­во­ди­мые яс­ною для них, свя­щен­но­го ис­то­ри­ка и вся­ко­го чи­та­те­ля его кни­ги, во­лею Бо­жи­ей. По­след­няя всех их вза­им­но объ­е­ди­ня­ет, а ис­то­рик ею ос­ве­ща­ет все свое пи­са­ние во­об­ще и каж­дый факт в ча­ст­но­с­ти. При­ме­ров се­му при­во­дить не нуж­но, они на­хо­дят­ся поч­ти в каж­дом сти­хе обо­зре­ва­е­мых книг.


Нель­зя, да­лее, не об­ра­тить вни­ма­ния на про­во­ди­мую все­ми свя­щен­ны­ми ис­то­ри­ка­ми и яс­но за­мет­ную и в обо­зре­ва­е­мых кни­гах мысль о том, что зем­ное бла­го­по­лу­чие ев­рей­ско­го на­ро­да все­гда сто­я­ло в тес­ной свя­зи с бла­го­че­с­ти­ем. Эта мысль, как мы ви­де­ли, очень ре­ль­еф­но про­во­дит­ся в кни­ге Су­дей. Но в рас­кры­тии ее есть не­ко­то­рая раз­ность меж­ду кни­га­ми Су­дей и Царств, со­от­вет­ст­ву­ю­щая раз­но­сти опи­сы­ва­е­мых в них эпох. Пи­са­тель кни­ги Су­дей об­ра­ща­ет вни­ма­ние на жизнь все­го ев­рей­ско­го на­ро­да: сы­ны Из­ра­и­ле­вы де­ла­ли злое в очах Бо­жи­их, по­за­бы­ли Гос­по­да… Гос­подь пре­дал их в ру­ки вра­гов… Тог­да во­зо­пи­ли сы­ны Из­ра­и­ле­вы ко Гос­по­ду, и Он воз­двиг им спа­си­те­ля
… (Суд. 2:6–23; 3:7–30; 4:1–3…). Этот взгляд со­от­вет­ст­ву­ет об­щей ха­рак­те­ри­с­ти­ке и объ­яс­не­нию всех не­до­стат­ков пе­ри­о­да су­дей, да­ва­е­мым ис­то­ри­ком: «в те дни не бы­ло ца­ря у Из­ра­и­ля, каж­дый де­лал то, что ка­за­лось ему спра­вед­ли­вым
» (Суд. 18:1; 19:1; 21:25). То есть, пол­ная ав­то­но­мич­ность и са­мо­сто­я­тель­ность, без­на­ча­лие в по­ве­де­нии ев­рей­ско­го на­ро­да ве­ли за со­бою и пол­ную его от­вет­ст­вен­ность в пе­ри­од су­дей. Не так бы­ло в эпо­ху, опи­сы­ва­е­мую в 1 и 2 кни­гах Царств. В это вре­мя у ев­ре­ев бы­ли пра­ви­те­ли, имев­шие гро­мад­ней­ший ав­то­ри­тет в ев­рей­ском на­ро­де, сво­ею лич­но­с­тью как бы за­сло­няв­шие весь на­род и в очах Бо­жи­их (1 Цар. 7:7–11; 12:19; 1 Цар. 24:11–18) и в гла­зах на­блю­да­те­ля – свя­щен­но­го ис­то­ри­ка. Та­ко­вы: Са­му­ил, Са­ул и Да­вид. На них и их жиз­ни и по­ве­де­нии со­сре­до­то­чи­ва­ет свое вни­ма­ние свя­щен­ный ис­то­рик, тща­тель­но от­ме­чая все вы­да­ю­ще­е­ся в до­б­рую или дур­ную сто­ро­ну. Их же по­ве­де­ние, по его су­ду, яв­ля­ет­ся от­вет­ст­вен­ным за бла­го­по­лу­чие все­го ев­рей­ско­го на­ро­да. Так, пре­ступ­ле­ние пер­во­свя­щен­ни­ка Илия, как от­вет­ст­вен­но­го и за­кон­но­го пред­ста­ви­те­ля все­го ев­рей­ско­го на­ро­да пе­ред Бо­гом (Исх. 28 гл.; Лев. 16 гл.; 1 Цар. 2:25), и ца­ря Са­у­ла на­влек­ли на весь на­род по­ра­же­ние и по­ра­бо­ще­ние фи­ли­с­тим­ля­нам (1 Цар. 4 и 31 глл.); бла­го­че­с­тие Са­му­и­ла и Да­ви­да по­ве­ло за со­бою из­бав­ле­ние от фи­ли­с­тим­ско­го ига и бла­го­по­лу­чие внеш­нее и вну­т­рен­нее все­го ев­рей­ско­го на­ро­да (1 Цар. 7 гл.; 2 Цар. 5 и 10 глл.). Со­глас­но с при­зна­ни­ем Да­ви­да и пи­са­тель при­зна­ет, что «как за пре­ступ­ле­ния па­с­ты­ря стра­да­ют и гиб­нут ов­цы», так и за пре­ступ­ле­ние Да­ви­да гиб­ли его под­дан­ные (2 Цар. 24:17). По­это­му за лич­ные пре­ступ­ле­ния Да­ви­да: грех с Вир­са­ви­ей и лич­ное са­мо­пре­воз­но­ше­ние его – по­ст­ра­да­ли его под­дан­ные от меж­до­усо­бия и мо­ро­вой яз­вы (2 Цар. 12:11–12; 18; 24 глл.). По­доб­ное же объ­яс­не­ние и ос­ве­ще­ние да­ет­ся свя­щен­ным ис­то­ри­ком и всем дру­гим со­бы­ти­ям опи­сы­ва­е­мо­го им пе­ри­о­да.


Но, со­сре­до­то­чи­вая вни­ма­ние на пра­ви­те­лях ев­рей­ско­го на­ро­да, их жиз­ни и по­ве­де­нии, свя­щен­ный ис­то­рик, как ес­те­ст­вен­но ожи­дать, яв­ля­ет­ся да­ле­ко не про­стым лишь би­о­гра­фом их, счи­та­ю­щим не­пре­мен­ным дол­гом за­но­сить в свое по­ве­ст­во­ва­ние все со­бы­тия их жиз­ни. Он опи­сы­ва­ет из их жиз­ни лишь те со­бы­тия и эпо­хи, ко­то­рые со­от­вет­ст­во­ва­ли це­ли и идее его пи­са­ния. Так, он ве­ро­ят­но имел све­де­ния о всей жиз­ни пер­во­свя­щен­ни­ка Илия (1 Цар. 2:30), но опи­сы­ва­ет из нее лишь по­след­нее вре­мя, со­бы­тия, ка­са­ю­щи­е­ся – или со­вре­мен­ные – Са­му­и­лу (1 Цар. 1–3 глл.). По­дроб­но го­во­рит о юно­с­ти Са­му­и­ла и ма­ло о его прав­ле­нии, ско­ро пе­ре­хо­дя к кон­цу его и к из­бра­нию Са­у­ла (1 Цар. 7 – 8:1). Из прав­ле­ния Са­у­ла опи­сы­ва­ют­ся лишь от­но­ше­ния это­го ца­ря к Са­му­и­лу и Да­ви­ду и пе­чаль­ный ко­нец его (1 Цар. 31 гл.). Да­же не оп­ре­де­ля­ет­ся хро­но­ло­гия Са­му­и­ла (1 Цар. 7: 15–17) и Са­у­ла (1 Цар. 31 гл.), меж­ду тем как в прав­ле­нии Да­ви­да точ­но оз­на­ча­ют­ся не толь­ко го­да, но и ме­ся­цы (2 Цар. 5:5). Без со­мне­ния, пи­са­тель имел све­де­ния и о мно­гих со­бы­ти­ях в жиз­ни Да­ви­да, на­ме­рен­но опу­щен­ных им, на­при­мер, о со­бы­ти­ях, опи­сы­ва­е­мых в кни­гах Па­ра­ли­по­ме­нон (1 Пар. 14:1; 15 гл.; 22:5). Во­об­ще, из обо­зре­ния опи­сы­ва­е­мых лиц и со­бы­тий мож­но за­клю­чать, что пи­са­тель из­ла­га­ет те­о­кра­ти­че­с­ки и те­о­кра­ти­че­с­кую ис­то­рию ев­рей­ско­го на­ро­да и из­ла­га­ет со­бы­тия в жиз­ни Са­му­и­ла, Са­у­ла и Да­ви­да, в ко­их осо­бен­но вы­ра­зи­лось их те­о­кра­ти­че­с­кое слу­же­ние. – Об­щий же вы­вод тот, что пер­вая и вто­рая кни­ги Царств су­ще­ст­вен­но от­лич­ны от бе­зы­дей­ной ле­то­пи­си и име­ют ха­рак­тер си­с­те­ма­ти­че­с­ко­го ис­то­ри­че­с­ко­го пи­са­ния.


Рас­сма­т­ри­вая пер­вую и вто­рую кни­ги Царств в по­сле­до­ва­тель­ном ря­ду вет­хо­за­вет­ных ис­то­ри­че­с­ких пи­са­ний, бо­го­сло­вы на­хо­дят меж­ду ни­ми вза­им­ное со­от­но­ше­ние в рас­кры­ва­е­мых пи­са­те­ля­ми те­о­кра­ти­че­с­ких иде­ях. Ос­нов­ные идеи и це­ли свя­щен­ных пи­са­те­лей по­сле­до­ва­тель­но рас­кры­ва­ют­ся в ис­то­ри­че­с­ких кни­гах сле­ду­ю­щим об­ра­зом. В кни­ге Иисуса На­ви­на пи­са­тель рас­кры­ти­ем вер­но­с­ти Бо­га в ис­пол­не­нии Его обе­то­ва­ний о ев­рей­ском на­ро­де убеж­да­ет ев­ре­ев по­доб­ной же вер­но­с­тью пре­бы­ва­ния в за­ве­те с Бо­гом от­ве­чать на Гос­под­ню вер­ность. В кни­гах Су­дей и Руфь, рас­кры­вая уче­ние о Бо­же­ст­вен­ной прав­де по от­но­ше­нию к ев­рей­ско­му на­ро­ду, пи­са­тель убеж­да­ет на­род на­гляд­ны­ми при­ме­ра­ми и всем сво­им по­ве­ст­во­ва­ни­ем в той ис­ти­не, что без­мя­теж­ное бла­го­по­лу­чие для ев­ре­ев мо­жет сле­до­вать лишь за ис­пол­не­ни­ем ими за­ко­на, за на­ру­ше­ние же его долж­но сле­до­вать не­бла­го­по­лу­чие и все не­сча­с­тия. Пер­вая и вто­рая кни­ги Царств при­мы­ка­ют к идее кни­ги Иисуса На­ви­на и ос­но­вы­ва­ют­ся на рас­кры­тии вер­но­с­ти Гос­по­да древ­ним обе­то­ва­ни­ям. До эпо­хи Са­му­и­ла Гос­подь ис­пол­нил еще не все Свои па­т­ри­ар­халь­ные обе­то­ва­ния. Так, в обе­то­ва­нии Иа­ко­ва бы­ли пред­воз­ве­ще­ны: про­ис­хож­де­ние Мес­сии от по­том­ст­ва Иу­ды, цар­ская Его власть над все­ми на­ро­да­ми, а вме­с­те и цар­ст­вен­ное сре­ди дру­гих ко­лен зна­че­ние Иу­ди­на ко­ле­на, слав­ные по­бе­ды над вра­га­ми, не­пре­рыв­ное цар­ст­вен­ное по­том­ст­во в этом ко­ле­не до яв­ле­ния Мес­сии (Быт. 49, 8–10), а меж­ду тем об ис­пол­не­нии это­го обе­то­ва­ния до­се­ле не го­во­ри­лось. Во вре­мя 40-лет­не­го стран­ст­во­ва­ния Иу­ди­но ко­ле­но ве­ло на­рав­не с дру­ги­ми ко­ле­на­ми ко­че­вую жизнь. Прав­да, в обе­то­ван­ной зем­ле оно по­лу­чи­ло луч­ший удел, по смер­ти Ии­су­са На­ви­на оно пред­во­ди­тель­ст­во­ва­ло в не­ко­то­рых вой­нах с ха­на­не­я­ми (Суд. 1 – 2 глл.) и в на­ка­за­нии Ве­ни­а­ми­но­ва ко­ле­на (Суд. 20:18), а за­тем оно за­те­ря­лось и при­ни­ма­ло лишь не­по­хваль­ное уча­с­тие в вы­да­че Сам­со­на фи­ли­с­тим­ля­нам (Суд. 15 гл.). Итак, ве­ли­че­ст­вен­ное обе­то­ва­ние Гос­под­не как буд­то пре­да­но заб­ве­нию. Но Гос­подь ве­рен всем Сво­им обе­то­ва­ни­ям, это и по­ка­зы­ва­ют пер­вая и вто­рая кни­ги Царств. Уже кни­га Су­дей на­ме­ка­ла на нуж­ду в цар­ской вла­с­ти для ев­ре­ев и за­кон­че­на при­зы­вом ее (Суд. 21:25), а кни­га Руфь за­кон­че­на име­нем Да­ви­да и Иу­ди­на ко­ле­на, из ко­е­го он про­изо­шел (Руфь 4:18–22). В кни­гах Царств по­ка­зы­ва­ет­ся, что на­сту­пи­ло вре­мя тор­же­ст­вен­но­го ис­пол­не­ния се­го обе­то­ва­ния, так как на­род был при­го­тов­лен к вос­при­я­тию этой идеи: опы­том жиз­ни он на­учен был, что обе­то­ван­ный ски­петр мо­жет по­лу­чить на­ча­ло не от ка­ко­го-ли­бо не­до­стой­но­го ца­ря, а толь­ко от ца­ря «по серд­цу Бо­жию», по сво­ей нрав­ст­вен­ной вы­со­те до­стой­но­го это­го ве­ли­ко­го да­ра; с дру­гой сто­ро­ны, то­му из по­том­ков Иу­ды бу­дет при­над­ле­жать это обе­то­ва­ние, ко­е­му по­кло­нят­ся все ко­ле­на Иа­ко­ва, чья хра­б­рая ру­ка бу­дет воз­ле­жать на пле­чах вра­гов его, кто как лев бу­дет гро­зен и мо­щен. Та­ко­вым и был и изо­б­ра­жа­ет­ся здесь Да­вид.


Итак, пи­са­тель имел це­лью изо­б­ра­зить лич­ность Да­ви­да, как пер­во­го угод­но­го Бо­гу ца­ря и ро­до­на­чаль­ни­ка Мес­сии из ко­ле­на Иу­ди­на. По­се­му с на­и­боль­шей по­дроб­но­с­тью опи­сы­ва­ет­ся жизнь его пре­иму­ще­ст­вен­но в фак­тах, ха­рак­те­ри­зу­ю­щих его нрав­ст­вен­ный и те­о­кра­ти­че­с­ки-по­ли­ти­че­с­кий об­лик. О Са­му­и­ле го­во­рит­ся, как о про­ро­ке, по­ма­зав­шем и из­брав­шем Да­ви­да, о Са­у­ле пре­иму­ще­ст­вен­но в его от­но­ше­ни­ях к Да­ви­ду и в по­ступ­ках, вы­звав­ших его от­вер­же­ние Гос­по­дом и вы­яс­няв­ших нрав­ст­вен­ный ха­рак­тер Да­ви­да. Ука­зан­ная идея от­ра­зи­лась и на пла­не кни­ги. Во вве­де­нии – мо­лит­ве Ан­ны лич­ность Са­му­и­ла упо­доб­ля­ет­ся как бы пред­те­че Да­ви­да и вы­ра­жа­ет­ся на­деж­да, что Гос­подь ук­ре­пит «По­ма­зан­ни­ка Сво­е­го
» (1 Цар. 2:10); в се­ре­ди­не кни­ги на­хо­дит­ся, как бы центр все­го по­ве­ст­во­ва­ния, про­ро­че­ст­во На­фа­на о до­ме Да­ви­да и его веч­ном пре­сто­ле (2 Цар. 7 гл.), а в кон­це по­ме­ще­на мо­лит­ва Да­ви­да, ис­пол­нен­ная на­дежд на «веч­ный за­вет
» с ним Гос­по­да и на про­ис­хож­де­ние «Вла­ды­ки вер­но­го, дей­ст­ву­ю­ще­го по стра­ху Бо­жию
» (2 Цар. 23:2–5), то есть Мес­сии. О смер­ти Да­ви­да, хо­тя и из­ве­ст­ной пи­са­те­лю (2 Цар. 5:5), по­след­ний умал­чи­ва­ет, по­то­му что она не гар­мо­ни­ро­ва­ла с его иде­ей о веч­но­с­ти цар­ст­во­ва­ния до­ма Да­ви­до­ва. Мож­но ду­мать, что кни­га кон­ча­ет­ся соб­ст­вен­но 23 гла­вой – про­ро­че­ст­вом о «бу­ду­щем Вла­ды­ке
», а по­след­няя 24-я гла­ва есть как бы при­ло­же­ние, со­став­ля­ю­щее пе­ре­ход к эпо­хе Со­ло­мо­на, стро­и­те­ля хра­ма, так как в ней по­ве­ст­ву­ет­ся о по­ст­ро­е­нии Да­ви­дом жерт­вен­ни­ка на гум­не Ор­ны. Так, обо­зрен­ные на­ми ис­то­ри­че­с­кие кни­ги на­хо­дят­ся, по Бо­же­ст­вен­но­му Про­мы­ш­ле­нию, в тес­ной вза­им­ной по­сле­до­ва­тель­ной свя­зи, не толь­ко хро­но­ло­ги­че­с­кой, но и бо­го­словcко-учи­тель­ной. А это да­ле­ко не то, что ре­ко­мен­ду­е­мое кри­ти­че­с­ки­ми ги­по­те­за­ми при­зна­ние их «бе­зы­дей­ным кон­гло­ме­ра­том» или «мо­за­и­кой фраг­мен­тов»… Вид­но, что свя­щен­ные вет­хо­за­вет­ные кни­ги и пи­са­лись, и со­би­ра­лись в свя­щен­ный ка­нон не слу­чай­но и без раз­бо­ру, а по выс­шим пла­нам Гос­под­ня про­ви­де­ния» [59, с. 160 – 162].


О кни­гах Па­ра­ли­по­ме­нон:


«От­но­си­тель­но един­ст­ва, си­с­те­ма­тич­но­с­ти и идей­но­с­ти книг Па­ра­ли­по­ме­нон, ка­жет­ся ед­ва ли мо­жет быть у бес­при­с­т­ра­ст­но­го ис­сле­до­ва­те­ля со­мне­ние, так как боль­шин­ст­во при­ст­ра­ст­ных кри­ти­че­с­ких ис­сле­до­ва­те­лей счи­та­ли «тен­ден­ци­оз­ным» по­ве­ст­во­ва­ние Па­ра­ли­по­ме­нон[69]
. Ос­тав­ляя по­ка во­прос о тен­ден­ци­оз­но­с­ти[70]
, ука­жем лишь при­зна­ки на­ме­рен­но­го вы­бо­ра свя­щен­ным ис­то­ри­ком сво­е­го ма­те­ри­а­ла и во­об­ще идей­но­с­ти, си­с­те­ма­тич­но­с­ти его ис­то­ри­о­гра­фии. Эта на­ме­рен­ность за­мет­на еще в пер­вой, ге­не­а­ло­ги­че­с­кой, ча­с­ти. Так, здесь из­ла­га­ет­ся ге­не­а­ло­гия да­ле­ко не все­го ев­рей­ско­го на­ро­да, а лишь не­ко­то­рых его вет­вей и по­ко­ле­ний. Та­ко­вою вет­вью нуж­но счи­тать, преж­де все­го, род Да­ви­да, все чле­ны ко­е­го точ­но по­име­но­ва­ны в вос­хо­дя­щей (че­рез Иу­ду – 1 гл.) до Ада­ма и нис­хо­дя­щей до по­том­ков Зо­ро­ва­ве­ля ли­нии. Это­му ро­ду и ко­ле­ну Иу­до­ву по­свя­ще­но бо­лее двух (2 – 3 и 4:1–23) глав. Из по­том­ков Да­ви­да пре­иму­ще­ст­вен­но пе­ре­чис­ля­ют­ся ли­ца, за­ни­мав­шие цар­ский пре­стол. Из дру­гих ко­лен бо­лее по­дроб­но ис­чис­ля­ют­ся по­том­ки Ле­вия (6:1–71 и 9:10–22) и Ве­ни­а­ми­на (7:6–11; 8:1–40; 9:35–44). Ос­таль­ные же ко­ле­на очень крат­ко ис­чис­ля­ют­ся, все ко­ле­на в двух с не­боль­шим (4:24–43; 5 и 7) гла­вах. Пе­ре­чень с ис­то­ри­че­с­ки­ми за­ме­ча­ни­я­ми ча­с­то пре­ры­ва­ет­ся ука­за­ни­я­ми на от­но­ше­ние раз­ных лиц и со­бы­тий к Да­ви­ду и его цар­ст­во­ва­нию (1 Пар. 4:31; 5:2; 6:31–32; 7:2…). Ро­до­сло­вия де­ся­ти ко­лен из­ра­иль­ско­го цар­ст­ва до­во­дят­ся лишь до эпо­хи Да­ви­да, а ос­тав­ши­е­ся вер­ны­ми Да­ви­ду Иу­до­во, Ле­ви­и­но и Ве­ни­а­ми­но­во ко­ле­на ис­чис­ля­ют­ся до пле­на (1 Пар. 6:1–81; 7:6–12; 8:1–40; 9:18, 35–44). – Нель­зя не ви­деть во всем этом на­ме­рен­но­го вы­бо­ра имен и лиц, близ­ких к Да­ви­ду, вы­бо­ра из об­щих, не­со­мнен­но из­ве­ст­ных свя­щен­но­му ис­то­ри­ку (как вид­но из 4:41; 5:17; 7:5, 9:40; 9:1) ге­не­а­ло­ги­че­с­ких таб­лиц все­го ев­рей­ско­го на­ро­да. Ес­ли с эти­ми чер­та­ми ге­не­а­ло­гии со­по­с­та­вить даль­ней­шее (с 10 гла­вы) по­ве­ст­во­ва­ние, на­чи­на­ю­ще­е­ся смер­тью Са­у­ла и во­ца­ре­ни­ем Да­ви­да и по­дроб­но из­ла­га­ю­щее прав­ле­ние Да­ви­да (1 Пар. 12 – 29 глл.), его сы­на Со­ло­мо­на (2 Пар. 1 – 9 глл.) и его цар­ст­вен­ных по­том­ков на иу­дей­ском пре­сто­ле (2 Пар. 10 – 36 глл.), с пол­ным про­пу­с­ком всей ис­то­рии из­ра­иль­ско­го цар­ст­ва, так же хо­ро­шо из­ве­ст­ной свя­щен­но­му ис­то­ри­ку из «книг иу­дей­ских и из­ра­иль­ских ца­рей» (1 Пар. 9:1; 2 Пар. 13; 16:11), то лег­ко мож­но по­нять един­ст­во идеи всех ча­с­тей Па­ра­ли­по­ме­нон: цар­ст­во­ва­ние Да­ви­да и его цар­ст­вен­ный дом с обе­то­ва­ни­ем Гос­под­ним (1 Пар.28:4) со­став­ля­ют цен­т­раль­ный пункт ге­не­а­ло­гий и по­ве­ст­во­ва­ний свя­щен­но­го ис­то­ри­ка.


В по­ве­ст­во­ва­нии о Да­ви­де и его пре­ем­ни­ках (1 Пар. 11 – 2 Пар. 36 гл.) свя­щен­ный ис­то­рик так­же не до­пу­с­ка­ет ка­кой-ли­бо раз­бро­сан­но­с­ти и не­о­пре­де­лен­но­с­ти. Он со­об­ща­ет да­ле­ко не все фак­ты, из­ве­ст­ные ему, от­но­си­тель­но опи­сы­ва­е­мых лиц и со­бы­тий, а де­ла­ет оп­ре­де­лен­ный их вы­бор. Здесь цен­т­ром его по­ве­ст­во­ва­ния слу­жат: Ие­ру­са­лим, храм и бо­го­слу­же­ние. Так, по­дроб­но опи­сы­ва­е­мая в кни­гах Царств борь­ба Да­ви­да с Са­у­лом (1 Цар. 17 –31 глл.) опу­с­ка­ет­ся пи­са­те­лем Па­ра­ли­по­ме­нон, его цар­ст­во­ва­ние опи­сы­ва­ет­ся с во­ца­ре­ния в Хе­в­ро­не, при­чем пре­иму­ще­ст­вен­но го­во­рит­ся, как в ге­не­а­ло­ги­ях о жи­те­лях Ие­ру­са­ли­ма (1 Пар. 9:1–34), так и здесь о за­во­е­ва­нии Ие­ру­са­ли­ма (1 Пар. 11:1–9), пе­ре­не­се­нии ту­да ков­че­га (13 – 17:27), оп­ре­де­ле­нии по чу­дес­но­му от­кро­ве­нию ме­с­та для хра­ма (21:1–30), при­го­тов­ле­нии ма­те­ри­а­ла для по­след­не­го (28 гл.) и рас­пре­де­ле­нии служ­бы ле­ви­тов в ски­нии (23–26 глл.). За­кан­чи­ва­ет­ся ис­то­рия Да­ви­да за­ве­ща­ни­ем его и мо­лит­вой о бла­го­че­с­ти­вой жиз­ни Со­ло­мо­на и ев­рей­ско­го на­ро­да (1 Пар. 29 гл.). О вой­нах Да­ви­да и от­но­ше­нии к Вир­са­вии и Авес­са­ло­му не го­во­рит­ся. В по­ве­ст­во­ва­нии о Со­ло­мо­не (3-я часть) так­же го­во­рит­ся лишь о по­ст­ро­е­нии и ос­вя­ще­нии хра­ма и жерт­вах в нем (2 Пар. 1– 8 глл.), не­мно­го о ца­ри­це Сав­ской и по­ст­ро­е­нии двор­ца (9 гл.). Дру­гие со­бы­тия так­же опу­с­ка­ют­ся. По­доб­ным же об­ра­зом из­ла­га­ет­ся ис­то­рия и даль­ней­ших иу­дей­ских ца­рей (4-я часть). Из прав­ле­ния их упо­ми­на­ют­ся и по­дроб­но опи­сы­ва­ют­ся не­мно­гие фак­ты: в прав­ле­ние Асы раз­ру­ше­ние язы­че­с­ких идо­лов и вы­сот и тор­же­ст­вен­ное об­ще­на­род­ное бо­го­слу­же­ние (2 Пар. 14 – 16:14); в прав­ле­ние Ио­са­фа­та обу­че­ние ле­ви­та­ми ев­рей­ско­го на­ро­да за­ко­ну Бо­жию (19 гл.); в прав­ле­ние Ио­а­са вос­ста­нов­ле­ние хра­ма и бо­го­слу­же­ния (23 – 24, 27), осо­бен­но же по­дроб­но опи­сы­ва­ют­ся за­бо­ты о хра­ме, ле­ви­тах, пра­зд­ни­ках и бо­го­слу­же­нии ца­рей Езе­кии и Ио­сии (2 Пар. 29 – 31 и 34 – 35:27). За­кан­чи­ва­ют­ся кни­ги ука­зом Ки­ра о доз­во­ле­нии ев­ре­ям стро­ить храм (2 Пар. 36 гл.). В па­рал­лель с хра­мом и бо­го­слу­же­ни­ям свя­щен­ный ис­то­рик с осо­бой по­дроб­но­с­тью, во всех же ча­с­тях сво­их книг, го­во­рит о ле­ви­тах и по­пол­ня­ет кни­ги Царств. Как вы­ше за­ме­че­но, в ге­не­а­ло­ги­ях ко­ле­ну Ле­ви­и­ну от­во­дит­ся боль­шое ме­с­то (1 Пар. 6 и 8 глл.), при­чем цен­т­ром его ге­не­а­ло­гии яв­ля­ет­ся пер­во­свя­щен­ник Са­док, и его род ис­чис­ля­ет­ся в вос­хо­дя­щей ли­нии че­рез Еле­а­за­ра до Ле­вия и нис­хо­дя­щей до Ио­се­де­ка (6:1–15). В ис­то­рии Да­ви­да по­дроб­но опи­сы­ва­ют­ся уча­с­тие ле­ви­тов и Ле­ви­и­на ко­ле­на в пе­ре­не­се­нии ков­че­га, служ­бы их по чре­дам, уча­с­тие в про­ек­те и при­го­тов­ле­ни­ях Да­ви­да к по­ст­ро­е­нию хра­ма (1 Пар.15 – 17; 23 – 26; 28 глл.). В цар­ст­во­ва­нии Со­ло­мо­на опи­сы­ва­ет­ся уча­с­тие их в ос­вя­ще­нии хра­ма (2 Пар. 5 гл.); при его пре­ем­ни­ках – пе­ре­се­ле­ние их из из­ра­иль­ско­го цар­ст­ва в иу­дей­ское, обу­че­ние на­ро­да при Ио­са­фа­те (2 Пар.17 и 19 глл.), по­мощь их Ио­са­фа­ту в сра­же­нии с ам­мо­ни­тя­на­ми и мо­а­ви­тя­на­ми (2 Пар. 20:18–23); уча­с­тие при очи­ще­нии хра­ма и Ие­ру­са­ли­ма при Ио­дае, Ио­а­се и Ио­сии (2 Пар. 23:6–8, 18; 24:5–14; 34:9–33); за­бо­ты о них и со­дер­жа­ние их Со­ло­мо­ном, Езе­ки­ей и Ио­си­ей (2 Пар .8; 31; 35 глл.).


В со­от­вет­ст­вии с вы­да­ю­щи­ми­ся пред­ме­та­ми по­ве­ст­во­ва­ния: хра­мом, бо­го­слу­же­ни­ем, ле­ви­та­ми и свя­щен­ни­ка­ми – на­хо­дит­ся и об­щий взгляд свя­щен­но­го ис­то­ри­ка на опи­сы­ва­е­мое вре­мя, те­о­кра­ти­че­с­кое объ­яс­не­ние пе­чаль­ных и ра­до­ст­ных со­бы­тий в ис­то­рии на­ро­да Бо­жия. Раз­де­ляя об­щий взгляд свя­щен­ных ис­то­ри­ков на тес­ную связь меж­ду бла­го­че­с­ти­ем и зем­ным бла­го­по­лу­чи­ем, пи­са­тель Па­ра­ли­по­ме­нон под бла­го­че­с­ти­ем ра­зу­ме­ет пре­иму­ще­ст­вен­но за­бо­ты ца­рей о хра­ме, бо­го­слу­же­нии, ле­ви­тах, пра­зд­ни­ках, а под не­че­с­ти­ем – рав­но­ду­шие к вы­со­там и не­ис­треб­ле­ние их (ср. 2 Пар. 14:3–5; 20:33). Свое суж­де­ние свя­щен­ный ис­то­рик вы­ска­зы­ва­ет соб­ст­вен­ны­ми сло­ва­ми и ха­рак­те­ром по­ве­ст­во­ва­ния, а еще ча­ще мно­го­чис­лен­ны­ми, до­слов­но при­во­ди­мы­ми, ре­ча­ми про­ро­ков, под вли­я­ни­ем ко­их ца­ри и на­род сми­ря­лись, Гос­подь про­щал их гре­хи и смяг­чал уг­ро­жав­шее бед­ст­вие (2 Пар. 12:1–9; 13:3–12, 20; 14:7–8, 11–12; 15:1–10; 16:7–14; 18; 19:1–11; 21:12–15). Ес­ли же на­род и царь не сми­ря­лись, то по­сти­га­ло их воз­ве­ща­е­мое бед­ст­вие (2 Пар. 13:16–17; 21:16–20; 22:1–8; 24:18–27; 25:15–27…). От мно­же­ст­ва соб­ст­вен­ных суж­де­ний свя­щен­но­го ис­то­ри­ка о том, как Гос­подь за гре­хи на­ка­зы­вал на­род, а за бла­го­че­с­тие на­граж­дал, и зна­чи­тель­но­го мно­же­ст­ва (ред­кая гла­ва в 2 Пар. 10 – 36 об­хо­дит­ся без та­ко­вых ре­чей) упо­мя­ну­тых уве­ща­тель­ных и по­учи­тель­ных про­ро­че­с­ких ре­чей, кни­ги Па­ра­ли­по­ме­нон по­лу­чи­ли па­рэ­не­ти­че­с­кий на­зи­да­тель­но-учи­тель­ный ха­рак­тер и тем от­ли­ча­ют­ся от книг Царств, что осо­бен­но за­мет­но в па­рал­лель­ных по­ве­ст­во­ва­ни­ях (ср. 3 Цар. 13:25–28 = 2 Пар. 12:2–12; 3 Цар. 15:2–6 = 2 Пар. 13:2–19; 3 Цар. 15:19–24 = 2 Пар. 14:1–15:8… и мн. др.).


Мо­жет быть, та­кой «учи­тель­ный» ха­рак­тер по­ве­ст­во­ва­ния книг Па­ра­ли­по­ме­нон, за­ме­чен­ный еще иу­дей­ски­ми бо­го­сло­ва­ми, по­слу­жил ос­но­ва­ни­ем при­чис­ле­ния этих книг в иу­дей­ском ка­но­не к от­де­лу “Пи­са­ний – ketubim”, где по­ме­ща­ют­ся все учи­тель­ные кни­ги. Как бы то ни бы­ло, но все при­ве­ден­ные ха­рак­тер­ные чер­ты не­со­мнен­ной “идей­но­с­ти” книг Па­ра­ли­по­ме­нон, при­су­щие всем их по­ве­ст­во­ва­ни­ям, до­ка­зы­ва­ют с не­со­мнен­но­с­тью един­ст­во и си­с­те­ма­тич­ность книг Па­ра­ли­по­ме­нон и един­ст­во их пи­са­те­ля» [59, с. 150 – 152].


К гла­ве 13

Прп. Мак­сим Ис­по­вед­ник


«…Ибо оче­вид­но, что не­вра­зум­лен­ный пер­вым ви­дом гне­ва [Бо­жи­е­го], то есть бо­го­ос­тав­лен­но­с­тью, и не­сми­рив­ший­ся, при­ни­ма­ет на се­бя вто­рой гнев, ли­ша­ю­щий его [бла­го­дат­но­го] дей­ст­вия [Бо­же­ст­вен­ных] ха­ризм и от­би­ра­ю­щий от не­го обе­ре­га­ю­щую его до сих пор Си­лу. Оти­му ог­раж­де­ние его
, – го­во­рит Бог о не­бла­го­дар­ном Из­ра­и­ле, – и бу­дет в раз­граб­ле­ние; и ра­зо­рю сте­ну его, и бу­дет в по­пра­ние. И ос­тав­лю ви­но­град Мой, и кто­му не об­ре­жет­ся, ни­же по­ко­па­ет­ся, и взы­дет на нем, яко­же на ля­ди­не, тер­ние; и об­ла­ком за­по­вем, еже не одож­ди­ти на не­го дож­дя
(Ис. 5:5–6) – как воз­ве­с­тил, стра­дая, и Са­ул, пер­вый царь Из­ра­и­ля. Ибо он вме­с­те с цар­ст­вом вос­при­нял че­рез по­ма­за­ние и бла­го­дать про­ро­че­ст­ва, но ког­да не со­хра­нил ее, то при­нял на се­бя пер­вый гнев [Бо­жий] – дей­ст­вие лу­ка­во­го ду­ха. Ког­да же не осо­знал [этой сво­ей ви­ны], был изоб­ли­чен дру­гим гне­вом, ли­шил­ся [цар­ско­го тро­на] и, че­рез свое бе­зу­мие, ока­зал­ся пе­ред смер­тью не­име­ю­щим ни­ка­ко­го бла­го­че­с­тия. Это об­на­ру­жи­ва­ет [сам Са­ул], ког­да, стра­дая, он сна­ча­ла был одер­жим бе­сом, а за­тем с по­мо­щью вол­шеб­ни­цы пе­ре­бе­жал до­б­ро­воль­но к бе­сам и, по­доб­но без­бож­ни­кам, со­вер­шил слу­же­ние этим бе­сам че­рез вол­х­во­ва­ние» [32, с. 148 – 149].


К гла­ве 15

Прп. Иси­дор Пе­лу­си­от


«Да­ви­дов во­ен­чаль­ник Ио­ав, от­ли­ча­ю­щий­ся во­е­на­чаль­ни­че­с­ким ду­хом, си­лою и зна­ни­ем во­ен­но­го де­ла, по за­ви­с­ти сво­ею хи­т­ро­с­тию по­гу­бив во­е­на­чаль­ст­во­вав­ших вме­с­те с ним, не ук­рыл­ся на­ко­нец от пра­во­су­дия. Ду­мая от­ра­зить его ка­ким-то ис­кус­ст­вен­ным спо­со­бом, не ос­та­вил он дру­га Адо­нии, до­би­вав­ше­го­ся цар­ст­ва, но со­дей­ст­во­вал воз­ве­де­нию его на пре­стол. Ибо ожи­дал, что ес­ли при­об­ре­тет бла­го­с­клон­ность ца­ря, то не толь­ко из­бе­жит на­ка­за­ния за со­вер­шен­ные убий­ст­ва, но да­же за­слу­жит и бла­го­дар­ность. А за сие и по­тер­пел боль­шее на­ка­за­ние. То, бо­ясь че­го, он со­дей­ст­во­вал по­хи­ти­те­лю вла­с­ти, то са­мое и уго­то­ва­ла ему эта хи­т­рость; чем ду­мал из­бег­нуть Да­ви­до­вых про­кля­тий, тем са­мым при­вел их в ис­пол­не­ние. Ухи­щ­ре­ние сде­ла­лось се­тью; то, че­го из­бе­гал, что­бы не по­тер­петь, по­тер­пел; имен­но от­то­го, что из­бе­гал, пред­при­ня­тое в на­деж­де от­вра­тить скорб­ные со­бы­тия, ока­за­лось, по­слу­жи­ло к уго­тов­ле­нию бед­ст­вий» [23, ч. 2–3, с. 460– 461].


Пр­п. Мак­сим Ис­по­вед­ник


«Вопрос XXXI. Ес­ли Бог не в ру­ко­тво­рен­ных хра­мах жи­вет (Де­ян.17:24), то по­че­му Он оби­тал в хра­ме иу­де­ев?


Ответ. Бог, пре­му­д­ро и со­раз­мер­но за­бо­тя­щий­ся об опе­ка­е­мых [Им], пер­во­на­чаль­но ру­ко­во­дил уп­рав­ля­е­мы­ми по­сред­ст­вом об­ра­зов, срод­ных чув­ст­ву, и вел их к ис­ти­не, при­ме­ши­вая Се­бя ко всем [этим] об­ра­зам, дан­ным вет­хо­му на­ро­ду и со­вер­шая [та­ким об­ра­зом] вос­хож­де­ние вос­пи­ту­е­мых [к ис­ти­не]. По­это­му Бог оби­тал в хра­ме иу­де­ев об­раз­но, а не ис­тин­но, опи­суя та­ко­вым оби­та­ни­ем в хра­ме не­из­ре­чен­ный со­вет вся­ко­го тай­но­вод­ст­вен­но­го вос­пи­та­ния опе­ка­е­мых. На­и­бо­лее же при­год­ным для оби­та­ния Бо­га яв­ля­ет­ся один толь­ко чи­с­тый ум; ра­ди не­го [Бог] со­гла­сил­ся по­ст­ро­ить об­раз­ный храм, же­лая ум иу­де­ев, от­корм­лен­ный де­бе­лы­ми сим­во­ла­ми, на­пол­нить не­чув­ст­вен­ны­ми об­ра­за­ми и из­влечь его из ма­те­рии. Но Бог уви­дел его не­при­год­ным для Сво­е­го оби­та­ния, по­сколь­ку [этот ум] был при­вер­жен к ма­те­рии, не­со­вме­с­тим [с Про­мыс­лом Бо­жи­им] и все­це­ло со­чув­ст­во­вал то­му, что при­род­ным об­ра­зом со­жи­тель­ст­ву­ет с ним.


Не ве­дая это­го, иу­дей, уме­ю­щий толь­ко по [лож­но­му] бла­го­че­с­тию пи­тать [свою] спесь вы­со­ко­ме­ри­ем, спра­вед­ли­во ли­ша­ет­ся и об­ра­за, и зло­на­ме­рен­но от­чуж­да­ет се­бя от ис­ти­ны» [32, с. 89].


Блаж. Фе­о­до­рит Кир­ский


«Вопрос 7. Иные упрекают Соломона в том, что убил брата (3 Цар. 2:25)?


Различна жизнь человеческая: одни упражняются в высоком любомудрии, другие – в так называемой гражданской добродетели; иные управляют царством или войском. Поэтому надобно судить каждого по тому роду жизни, который он проходит. Следовательно, от Соломона должно требовать не пророческого или апостольского совершенства, но сообразного царям. А он знал, что Адония желает самовластия, потому что покушался уже восхитить царство. Посему, хотя простил его за первое покушение и обещал пощадить его жизнь, если будет вести себя скромно, однако же когда Адония попросил в жену Ависагу, согревающую отца, не дал ее, потому что прошение сие было путем к самовластию, но радея о безмятежии царства, повелел умертвить его.


Вопрос 8. Для чего Соломон умертвил Иоава, прибегнувшему к Богу (3 Цар. 2:29–34)?


Повелевал сие Божий закон, предписывавший предавать смерти убийцу, прибегнувшего к алтарю (Исх. 21:14). А Семей сам на себя навлек смертный приговор, потому что обещавшись жить в столице и обещание подтвердив клятвою, нарушил клятву и вопреки условию осмелился выйти из города (3 Цар. 2:36–46)» [48, с. 299].


К гла­ве 17

Прп. Иси­дор Пе­лу­си­от:


«Ие­ру­са­лим (вос­поль­зу­юсь яс­ным при­ме­ром), ког­да был под­креп­ля­ем Бо­жи­им спо­бор­ни­че­ст­вом, сто­ял не­пре­клон­но и без тру­да и кро­во­про­ли­тия одер­жи­вал по­бе­ды, а ког­да ли­шал­ся оно­го за то, что вос­та­вал про­тив Не­го, вра­же­с­кий огонь удоб­но пре­кло­нял его к зем­ле. Так и ду­ша, ког­да за по­сто­ян­ст­во нра­вов она бу­дет ог­раж­де­на си­лой свы­ше, лег­ко пре­одо­ле­ет вра­гов, а ког­да со­гре­шит, бу­дет и здесь объ­я­та ог­нем стра­с­тей, и там му­чи­ма ог­нем су­да» [23, ч. 2–3, с. 75].


К гла­ве 19

М.Д. Му­ре­тов.


Ро­до­сло­вие Хри­с­та


«Здесь на­хо­дят ос­ве­ще­ние все осо­бен­но­с­ти ро­до­сло­вия Хри­с­та. И преж­де все­го, что для нас ста­но­вит­ся яс­ным, это де­ле­ние мес­си­ан­ско­го ро­до­сло­вия на три эпо­хи. Вся­кий ор­га­ни­че­с­ки раз­ви­ва­ю­щий­ся про­цесс не­об­хо­ди­мо пе­ре­жи­ва­ет три ста­дии: пе­ри­од по­сте­пен­но­го рос­та и фор­ми­ро­ва­ния в оп­ре­де­лен­ный и за­кон­чен­ный вид, пе­ри­од выс­ше­го раз­ви­тия и про­цве­та­ния всех жиз­нен­ных сил ор­га­низ­ма и, на­ко­нец, пе­ри­од по­сте­пен­но­го ос­лаб­ле­ния и увя­да­ния ор­га­низ­ма, что­бы дать ме­с­то пре­ем­ни­ку. Вот этот не­пре­лож­ный за­кон ор­га­ни­че­с­ко­го про­цес­са еван­ге­лист при­ме­ня­ет или, точ­нее, рас­кры­ва­ет и на ро­до­слов­ном дре­ве Мес­сии. Пе­ри­од от Ав­ра­а­ма до Да­ви­да пред­став­ля­ет по­сте­пен­ное воз­ра­с­та­ние мес­си­ан­ско­го на­ро­да, в пе­ри­од от Да­ви­да до Ва­ви­лон­ско­го пле­на мес­си­ан­ское дре­во до­сти­га­ет сво­е­го на­и­выс­ше­го раз­ви­тия и про­цве­та­ния, в по­сле­плен­ную эпо­ху и до Хри­с­та со­вер­ша­ет­ся по­сте­пен­ное увя­да­ние мес­си­ан­ско­го дре­ва, по­ка от не­го не ос­та­нет­ся, на­ко­нец, один толь­ко усе­чен­ный ко­рень Иес­сея, от ко­то­ро­го дол­жен был взой­ти но­вый Рос­ток, про­из­рос­ший в но­вый, все­мир­ный и веч­ный ор­га­низм на ме­с­те ста­ро­го и вре­мен­но­го. Та­ким об­ра­зом, этим де­ле­ни­ем на три эпо­хи еван­ге­лист яс­но го­во­рит нам, что Вет­хий За­вет умер и дол­жен был уме­реть, ибо пе­ре­жил все три воз­мож­ные для не­го пе­ри­о­да, так что на ме­с­те его дол­жен явить­ся Но­вый За­вет со­вер­шен­ней­ший. <…>


…Ро­до­слов­ное мес­си­ан­ское дре­во, по­ро­див­шее со­вер­шен­ней­ший плод, хо­тя и об­ра­ти­лось в су­хой ствол и умер­ло, но в сво­ем По­рож­де­нии, или Рост­ке, оно вос­про­из­ве­ло свой тип и про­дол­жа­ет уже веч­но жить в Нем. Ге­не­зис, или ис­то­рия, Мес­сии по­это­му долж­на сто­ять в ти­по­ло­ги­че­с­ком от­но­ше­нии с ис­то­ри­ей Его ро­до­слов­но­го дре­ва. Еван­ге­лие, хо­тя и есть но­вый ор­га­низм, все­мир­ный и веч­ный, про­из­рос­ший из умер­ше­го ста­ро­го, вре­мен­но­го и ме­ст­но­го, но этот Но­вый За­вет про­об­ра­зо­ван был, или ти­по­ло­ги­че­с­ки пре­ду­ка­зан, в За­ве­те Вет­хом, вос­при­нял в се­бя и от­ра­зил в се­бе ти­пи­че­с­кие осо­бен­но­с­ти сво­е­го пра­ро­ди­те­ля» [35, с. 278 – 279].


«Мы зна­ем уже, что в эпо­ху воз­ра­с­та­ния ро­до­слов­но­го дре­ва Хри­с­та ро­ды из­би­ра­лись не по за­ко­ну плот­ско­го пер­во­род­ст­ва или внеш­не-юри­ди­че­с­ко­го пра­во­нас­ле­дия, но по за­ко­ну ве­ры и нрав­ст­вен­ным ка­че­ст­вам ро­до­на­чаль­ни­ков. Из всех рас­се­яв­ших­ся по­сле раз­де­ле­ния язы­ков по всей зем­ле лю­дей из­би­ра­ет­ся Ав­ра­ам за свою ве­ру и пре­дан­ность Бо­гу: ему да­ет­ся обе­то­ва­ние о Се­ме­ни, в Ко­то­ром бла­го­сло­вят­ся все на­ро­ды. Из двух плот­ских де­тей Ав­ра­а­ма про­дол­жа­те­лем ро­да ста­но­вит­ся сын обе­то­ва­ния и ве­ры Иса­ак, а не Из­ма­ил. Так­же из двух бра­ть­ев-близ­не­цов, де­тей Иса­а­ка, пер­во­род­ст­во по­лу­ча­ет не ди­кий ко­чев­ник и зве­ро­лов Исав, но крот­кий и мир­ный оби­та­тель ша­т­ров Иа­ков. Он ста­но­вит­ся ро­до­на­чаль­ни­ком це­ло­го на­ро­да и его ко­лен. Но из две­над­ца­ти его сы­но­вей из­би­ра­ет­ся не не­до­стой­ный пер­ве­нец Ру­вим, но до­стой­ней­ший Иу­да, ко­то­ро­му воз­ве­ща­ет­ся ски­петр до при­ше­ст­вия При­ми­ри­те­ля на­ро­дов. За­тем два не­до­стой­ные сы­на Иу­ды ус­т­ра­ня­ют­ся, и мес­си­ан­ский род на­хо­дит се­бе до­стой­но­го пра­от­ца в ли­це са­мо­го Иу­ды и до­стой­ней­шую пра­ма­терь в ли­це Фа­ма­ри. Так по­сте­пен­но рас­тет и раз­ви­ва­ет­ся мес­си­ан­ская ро­до­слов­ная ветвь на об­щем дре­ве мес­си­ан­ско­го на­ро­да Бо­жия, об­хо­дя и ус­т­ра­няя лиц не­до­стой­ных, но, на­про­тив, из­би­рая до­стой­ней­ших и ус­во­яя луч­шие си­лы из язы­че­ст­ва в ли­це Воо­за от Ра­ха­вы и Ови­да, де­да Да­ви­до­ва и от­ца Иес­се­е­ва, от Ру­фи – до Да­ви­да ца­ря. В ли­це Да­ви­да впер­вые осу­ще­ств­ля­ет­ся обе­то­ва­ние Иу­де о ски­пе­т­ре и за­ко­но­да­те­ле от чресл его, но не по­то­му, что Бог не смо­т­рит на ли­цо, как че­ло­век, но смо­т­рит на серд­це. В Да­ви­де ца­ре бо­лее, чем во всех дру­гих по­том­ках Иу­ды, от­пе­чат­лел­ся тип бу­ду­ще­го За­ко­но­по­лож­ни­ка и При­ми­ри­те­ля на­ро­дов. Но с Да­ви­дом вхо­дит в жизнь мес­си­ан­ско­го ро­да но­вая сто­ро­на – внеш­не-юри­ди­че­с­кое пра­во­нас­ле­дие цар­ско­го до­сто­ин­ст­ва Да­ви­до­ва, раз­де­ля­ю­щее мес­си­ан­скую ветвь на две от­рас­ли. Внеш­нее пра­во­нас­ле­дие мес­си­ан­ско­го пре­сто­ла не пред­по­ла­га­ет не­об­хо­ди­мо и вну­т­рен­не­го до­сто­ин­ст­ва в но­си­те­ле это­го пра­ва, так что мно­гие из цар­ст­вен­ных по­том­ков Да­ви­да, не ис­клю­чая да­же и Со­ло­мо­на, от­ли­ча­лись идо­ло­слу­же­ни­ем и бо­го­от­ступ­ни­че­ст­вом, а иные – да­же край­ним не­че­с­ти­ем. Эти ли­ца, как но­си­те­ли цар­ско­го до­сто­ин­ст­ва, мог­ли толь­ко внеш­ним об­ра­зом и по не­об­хо­ди­мо­с­ти про­дол­жать юри­ди­че­с­кое пра­во Мес­сии на те­о­кра­ти­че­с­кий пре­стол Да­ви­да, но не рас­ти и жить на мес­си­ан­ской вет­ви в ка­че­ст­ве пра­ро­ди­те­лей без­греш­ной пло­ти Спа­си­те­ля. И ес­ли внеш­нее пра­во­нас­ле­дие цар­ст­ва в си­лу ис­то­ри­че­с­кой не­об­хо­ди­мо­с­ти со­вер­ша­лось по за­ко­ну пло­ти, не­за­ви­си­мо от лич­ных уси­лий и нрав­ст­вен­ных ка­честв по­том­ков Да­ви­да, то, на­про­тив, от пра­от­цев Хри­с­та по пло­ти, как мы зна­ем из пер­вой эпо­хи ро­до­сло­вия у Мат­фея, тре­бо­ва­лись пе­чать мес­си­ан­ско­го иде­а­ла, нрав­ст­вен­но-ре­ли­ги­оз­ное со­от­вет­ст­вие про­об­ра­за Об­ра­зу и лич­ные ду­хов­ные до­сто­ин­ст­ва.


Та­ким об­ра­зом, то, что в пер­вую эпо­ху со­еди­ня­лось в пра­от­цах Гос­по­да, по­сле Да­ви­да долж­но бы­ло обо­со­бить­ся в двух от­дель­ных ро­дах. По­том­ки Да­ви­да че­рез Со­ло­мо­на про­дол­жа­ют цар­ст­вен­ное ро­до­сло­вие Мес­сии до Ио­си­фа, мни­мо­го и юри­ди­че­с­ко­го от­ца Ии­су­са Хри­с­та, но не по­то­му, что они бы­ли до­стой­ны­ми но­си­те­ля цар­ст­вен­но-мес­си­ан­ско­го иде­а­ла, а толь­ко «ра­ди Да­ви­да, от­ца их, ко­е­му обе­щал Бог све­тиль­ник в де­тях его на все вре­ме­на», и ра­ди Иу­ды, ко­то­ро­му воз­ве­щен был «за­ко­но­да­тель до при­ше­ст­вия При­ми­ри­те­ля». По этой ли­нии Хри­с­тос по­лу­чал толь­ко внеш­нее пра­во на пре­стол от­ца Его Да­ви­да. На­про­тив, род Да­ви­да че­рез На­фа­на хо­тя и не имел цар­ст­вен­ных прав, но хра­нил в се­бе мес­си­ан­скую жизнь и мес­си­ан­ские иде­а­лы во всей чи­с­то­те и си­ле. И ес­ли род Да­ви­да че­рез Со­ло­мо­на, не го­во­ря да­же о са­мом Со­ло­мо­не, имел та­ких не­че­с­тив­цев, как Ио­рам и его по­том­ки от Ие­за­ве­ли, Ахаз, Ио­а­ким и поч­ти все, кро­ме не­мно­гих, то о ли­цах ро­да На­фа­но­ва нам или ни­че­го не­из­ве­ст­но, или же из­ве­ст­но од­но толь­ко пре­крас­ное, как о Са­ла­фи­и­ле, Зо­ро­ва­ве­ле и Илие-Ио­а­ки­ме и его же­не Ан­не, не го­во­ря уже о Пре­чи­с­той Де­ве Ма­рии. По все­му мож­но пред­по­ла­гать, что это все бы­ли ис­тин­ные и пра­вед­ные из­ра­иль­тя­не, по­доб­но стар­цу Си­ме­о­ну и про­ро­чи­це Ан­не, свя­то хра­нив­шие и из ро­да в род в не­при­кос­но­вен­ной чи­с­то­те пе­ре­да­вав­шие мес­си­ан­ские иде­ал и ча­я­ние Уте­хи Из­ра­и­ле­вой. Так, пу­тем нрав­ст­вен­но-те­о­кра­ти­че­с­ко­го из­бра­ния в этой вет­ви про­дол­жа­ла со­хра­нять­ся и раз­ви­вать­ся ис­тин­но мес­си­ан­ская жизнь до по­след­не­го и чи­с­тей­ше­го по­рож­де­ния ее – Ма­рии Де­вы, от Ко­то­рой вос­при­ял Хри­с­тос Свою без­греш­ную плоть.


Та­ким об­ра­зом, в бра­ке Ио­си­фа и Ма­рии, по див­ным пу­тям Бо­же­ст­вен­но­го По­мыс­ла, цар­ст­вен­но-мес­си­ан­ский род Да­ви­да со­еди­ня­ет­ся с нрав­ст­вен­но-мес­си­ан­ским. По­доб­но Сво­е­му про­об­ра­зу Да­ви­ду, Вто­рой Да­вид пред­став­ля­ет в Сво­ем Ли­це со­че­та­ние юри­ди­че­с­ких прав на те­о­кра­ти­че­с­кий пре­стол с нрав­ст­вен­ны­ми ка­че­ст­ва­ми, яв­ля­ясь как бы двой­ным сы­ном Да­ви­да – и по пра­ву, и по пло­ти. Как че­рез мни­мо­го от­ца Сво­е­го Ио­си­фа Хри­с­тос яв­ля­ет в Се­бе вто­ро­го Да­ви­да – Ца­ря, Пер­во­свя­щен­ни­ка и Про­ро­ка но­во­го ду­хов­но­го Из­ра­и­ля, так че­рез дей­ст­ви­тель­ную Мать Свою Ма­рию Де­ву Он есть так­же и Вто­рой Адам, рож­да­ю­щий но­вое и ду­хов­ное че­ло­ве­че­ст­во, чьим про­об­ра­зом бы­ли Ав­ра­ам, Да­вид, все бла­го­че­с­ти­вые предки Хри­с­та и все вет­хо­за­вет­ные пра­вед­ни­ки» [35, с. 368–371].


К гла­ве 20

Прп. Иси­дор Пе­лу­си­от


«По­че­му мно­го го­во­рив­ший о се­бе фа­ри­сей осуж­ден, а Иов, ска­зав­ший о се­бе боль­ше, и при­том важ­ней­шее, по­хва­лен?


Ди­вишь­ся и изум­ля­ешь­ся, как ска­зал ты, по­че­му мно­го го­во­рив­ший о се­бе фа­ри­сей воз­бу­дил не­го­до­ва­ние, а Иов, ска­зав­ший о се­бе боль­ше, и при­том важ­ней­шее, за­слу­жил одо­б­ре­ние. По­се­му, вы­слу­шай крат­кий от­вет. Ина­че и быть не мог­ло. Фа­ри­сей, ко­то­рый, ни­кем не при­зы­ва­е­мый и ни­кем не по­буж­да­е­мый, мно­го­сло­вит и один в це­лой все­лен­ной ду­ма­ет о се­бе вы­со­ко, спра­вед­ли­во воз­бу­дил не­го­до­ва­ние, по­то­му что стра­дал гор­до­с­тью. А кто, ког­да одо­б­ря­ют его, ута­и­ва­ет свои пре­иму­ще­ст­ва, ког­да же ху­лят, рас­ска­зы­ва­ет о них, что­бы от­ра­зить от се­бя воз­во­ди­мые на не­го об­ви­не­ния, как по­сту­пил до­сто­слав­ный и выс­ший вся­ких по­хвал Иов, тот сто­ит вне вся­ко­го об­ви­не­ния, по­то­му что оно пе­ре­хо­дит на по­ху­лив­ших его не по пра­ву.


Под­лин­но, не­ра­зум­ное это де­ло и ка­жет­ся оно не­ра­зум­ным, да и ка­жет­ся спра­вед­ли­во, – хва­лить са­мо­му се­бя без на­сто­я­тель­ной в том нуж­ды. Но ес­ли че­ло­век, слы­ша то, че­го не сле­до­ва­ло бы о се­бе слы­шать, не­воль­но во­вле­ка­ет­ся в та­кие ре­чи, то ви­на на тех, кто до­вел его до сей не­об­хо­ди­мо­с­ти. По­то­му-то и по Бо­же­ст­вен­но­му при­го­во­ру не одо­б­рен тот, кто, ни­кем не по­буж­да­е­мый оп­рав­ды­вал сам се­бя и осуж­дал всех про­чих, не ува­жил и сто­яв­ше­го с ним мы­та­ря, но увен­чан ве­ли­ки­ми по­хва­ла­ми тот, кто до­ве­ден был до се­го не­об­хо­ди­мо­с­тью. Ибо умол­ча­ли ли дру­зья Ио­ва хоть о чем-то из то­го, что мог­ло раз­дра­жить его?» [35, т. 2, с. 237 – 238].


«Дерз­но­ве­ние, с ка­ким пра­вед­ные го­во­рят о соб­ст­вен­ной сво­ей прав­де, про­изо­ш­ло, до­сто­чуд­ный, не от мно­го­сло­вия, но от не­об­хо­ди­мо­с­ти. Ибо не­об­хо­ди­мость не по­дать мыс­ли, что они стра­да­ют спра­вед­ли­во, по­нуж­да­ла их при­хо­дить в та­кое дерз­но­ве­ние. По­это­му ни один из них не про­из­но­сил та­ко­вых слов, пре­бы­вая в по­кое, а на­про­тив то­го, на­зы­ва­ли они се­бя кто – зем­лею, кто – пеп­лом, кто – чер­вем. Но, бу­ду­чи ос­тав­лен в труд­ных ис­ку­ше­ни­ях, пра­вед­ник вы­нуж­ден был опи­сы­вать соб­ст­вен­ную свою жизнь, что­бы не ду­ма­ли, буд­то бы стра­да­ет он за лу­ка­вые де­ла. Бо­ясь из-за то­го са­мо­го, что стра­да­ли, за­слу­жить се­бе ху­дую сла­ву от мно­гих не­ра­зум­ных, луч­ше же ска­зать, бу­ду­чи уко­ря­е­мы, как страж­ду­щие за грех, пра­вед­ные вы­нуж­де­ны бы­ли, как за­ме­тил я, доз­во­лять се­бе та­кие о се­бе ре­чи.


Ибо ли­шен­ные ума и му­д­ро­с­ти име­ют обы­чай за не­сча­с­тия, встре­тив­ши­е­ся ко­му-ли­бо в этой жиз­ни, осуж­дать са­мую жизнь. Это и му­же­ст­вен­но­му Ио­ву ска­за­ли дру­зья: не по до­сто­ин­ст­ву, не о них­же со­гре­шил ты, уяз­вил те­бя
(Иов. 33:27). И свя­то­го Пав­ла вар­ва­ры по­чли че­ло­ве­ко­убий­цею и зло­де­ем, уви­дев ехид­ну, по­вис­шую на его ру­ке; по­то­му и ска­за­ли: вся­ко убий­ца есть че­ло­век сей, его же спа­се­на от мо­ря суд Бо­жий жи­ти не ос­та­ви
(Де­ян. 28:4). И этот не­удер­жи­мый на язык Се­мей на­звал убий­цею Пес­но­пев­ца, го­ни­мо­го сы­ном, про­из­не­ся о нем тот злой при­го­вор по при­чи­не его бед­ст­вий.


По­се­му и ты не осуж­дай всех, под­вер­га­ю­щих­ся бед­ст­ви­ям, но дер­жись той мыс­ли, что иные тер­пят и ра­ди вен­цов. А ес­ли ди­вишь­ся и не­до­уме­ва­ешь, то с не­ба при­не­сем те­бе сей при­го­вор. По­се­му, что ска­зал уче­ни­кам Сво­им Вос­при­няв­ший дер­жа­ву над всем? В ми­ре скорб­ни бу­де­те
(Ин. 16:33). И об Ио­ве ска­за­но: мни­ши ли Мя ина­ко со­твор­ша, раз­ве да яви­ши­ся прав­див
(Иов. 40:3)? Ибо под­лин­но, его же лю­бит Гос­подь, на­ка­зу­ет, би­ет же вся­ка­го сы­на, его же при­ем­лет
(Прит. 3:12).


И в этом нет ни­че­го не­со­об­раз­но­го. Ибо те, ко­то­рые в друж­бе с ца­рем, все­го бо­лее под­вер­га­ют­ся опас­но­с­ти на вой­нах, при­ни­ма­ют ра­ны, по­сы­ла­ют­ся в чу­жие зем­ли. И сие-то бо­лее все­го да­ет им пра­во иметь дерз­но­ве­ние пред ца­рем и с тем, кто вы­ше их, об­хо­дить­ся, на­ко­нец, как с рав­ным, по­то­му что но­сят на те­лах ра­ны — эти за­ло­ги друж­бы.


Ес­ли же спро­сишь: а что из это­го тем, для ко­го слу­жит это пре­тк­но­ве­ни­ем? От­ве­чу: для них слу­жит это пре­тк­но­ве­ни­ем по их не­смыс­лен­но­с­ти, а не по свой­ст­ву де­ла, по­то­му что воз­да­я­ние за тру­ды не здесь; на­про­тив то­го, здесь по­дви­ги, на­гра­ды же по­сле се­го. По­это­му да не ищут упо­ко­е­ния во вре­мя по­дви­гов и да не сме­ши­ва­ют вре­мен.


Но ска­жешь, мо­жет быть, “я немо­щен”. Бог про­мы­ш­ля­ет и о те­бе; и здесь Он на­ка­зы­ва­ет мно­гих по­роч­ных и на­граж­да­ет иных пра­вед­ных. По­се­му, ес­ли со­блаз­ня­ют те­бя те пра­вед­ни­ки, ко­то­рые в скор­би, то да на­зи­да­ют те, ко­то­рые в по­кое и че­с­ти. И ес­ли слу­жат для те­бя пре­тк­но­ве­ни­ем те по­роч­ные лю­ди, ко­то­рые бла­го­ден­ст­ву­ют, то да ис­пра­вят те­бя те, ко­то­рые не­сут на­ка­за­ние и му­ча­ют­ся» [35, т. 1, с. 335 – 337].


К гла­ве 21

Свт. Ва­си­лий Ве­ли­кий


«Бла­жен муж, иже не иде на со­вет не­че­с­ти­вых. Стро­и­те­ли до­мов, воз­во­дя в вы­со­ту ог­ром­ные зда­ния, и ос­но­ва­ния по­ла­га­ют со­раз­мер­но вы­со­те. И ко­раб­ле­с­т­ро­и­те­ли, при­го­тов­ляя ко­рабль к под­ня­тию боль­ших гру­зов, ук­реп­ля­ют под­вод­ную часть, со­об­ра­жа­ясь с тя­же­с­тью на­гру­жа­е­мых то­ва­ров <…> Но что зна­чат ос­но­ва­ние в до­ме, под­вод­ная часть в ко­раб­ле, <…> та­кую же си­лу, ка­жет­ся мне, име­ет и это крат­кое пре­дис­ло­вие в от­но­ше­нии к це­ло­му со­ста­ву псал­мов. По­сколь­ку псал­мо­пе­вец, с про­дол­же­ни­ем сло­ва, на­ме­рен уве­ще­вать ко мно­го­му та­ко­му, что труд­но и ис­пол­не­но бес­чис­лен­ных по­дви­гов и уси­лий; то он и по­движ­ни­кам бла­го­че­с­тия пред­ва­ри­тель­но ука­зы­ва­ет на бла­жен­ный ко­нец, что­бы мы в ча­я­нии уго­то­ван­ных нам благ бес­пе­чаль­но пе­ре­но­си­ли скор­би на­сто­я­щей жиз­ни. Так и для пу­те­ше­ст­вен­ни­ков, иду­щих по не­глад­ко­му и не­удо­бо­про­хо­ди­мому пу­ти, об­лег­ча­ет­ся труд ожи­да­е­мым ими удоб­ным при­ста­ни­щем; и куп­цов от­важ­но пу­с­кать­ся в мо­ре за­став­ля­ет же­ла­ние при­об­ре­с­ти то­ва­ры; и для зем­ле­дель­цев де­ла­ет не­при­мет­ны­ми тру­ды на­деж­да пло­до­ро­дия. По­се­му и об­щий На­став­ник в жиз­ни, ве­ли­кий Учи­тель, Дух ис­ти­ны, пре­му­д­ро и бла­го­ис­кус­но пред­ло­жил на­пе­ред на­гра­ды, что­бы мы, про­сти­рая взор да­лее тех тру­дов, ко­то­рые под ру­ка­ми, по­спе­ша­ли мыс­лию на­сла­дить­ся веч­ны­ми бла­га­ми. Бла­жен муж, иже не иде на со­вет не­че­с­ти­вых. – Итак есть ис­тин­ное бла­го, ко­то­рое в соб­ст­вен­ном и пер­во­на­чаль­ном смыс­ле долж­но на­звать бла­жен­ным; и это есть Бог» [12, ч. 1, с. 180 – 181].


Еп. Афа­на­сий (Са­ха­ров)


«В ка­че­ст­ве тор­же­ст­вен­ной вос­крес­ной ка­физмы не­по­роч­ны вно­сят­ся и в за­упо­кой­ные по­сле­до­ва­ния, при по­ми­но­ве­нии скон­чав­ших­ся в на­деж­де вос­кре­се­ния и жиз­ни, и как бы в под­тверж­де­ние этой на­деж­ды и в уте­ше­ние скор­бя­щим о раз­лу­ке, ко­то­рая долж­на окон­чить­ся вос­кре­се­ни­ем. И са­мое со­дер­жа­ние псал­ма 118 не о смер­ти на­по­ми­на­ет, а к жиз­ни воз­вра­ща­ет мысль. Об ужа­сах смер­ти нет ре­чи в нем. В нем, на­обо­рот, мно­го­крат­ные прось­бы: «жи­ви мя», да­руй мне жизнь (Пс. 118, 17, 25, 37, 40, 88, 107, 149, 154, 157, 159), под­креп­ля­е­мые ис­по­ве­да­ни­ем, что и до сих пор Гос­подь че­рез сло­во Свое ожив­ля­ет ме­ня (118:50) и по­то­му пе­ре­хо­дя­щие в твер­дую уве­рен­ность, что я – вся­кий вер­ный за­ко­ну – «жив бу­ду» (Пс. 118, 77,116,144), жив бу­ду для веч­но­с­ти (118:93), «жи­ва бу­дет ду­ша моя» (118:175)…


Не­по­роч­ны – это песнь о за­ко­не, это ис­по­ве­да­ние ду­ши, вос­тор­га­ю­щей­ся Бо­жи­им за­ко­ном, скор­бя­щей о сво­их от­ступ­ле­ни­ях от не­го, умо­ля­ю­щей Гос­по­да быть ми­ло­с­ти­вым. На вос­крес­ной ут­ре­ни это ис­по­ве­да­ние от ли­ца всех мо­ля­щих­ся, по­это­му оно по­ет­ся все под­ряд без вся­ких при­пе­вов. На за­упо­кой­ном бо­го­слу­же­нии это ис­по­ве­да­ние от ли­ца усоп­ших. Но и жи­ву­щие – пред­сто­я­щие, не же­лая ос­тать­ся толь­ко слу­ша­те­ля­ми и сви­де­те­ля­ми это­го ис­по­ве­да­ния, пре­ры­ва­ют его ча­с­ты­ми взы­ва­ни­я­ми ко Гос­по­ду и от се­бя, и от ли­ца всей Церк­ви. И со­от­вет­ст­вен­но раз­лич­но­му на­зна­че­нию раз­лич­ных за­упо­кой­ных по­сле­до­ва­ний, на каж­дом осо­бые при­пе­вы, осо­бый спо­соб ис­пол­не­ния» [6, с. 98 – 100].


Прп. Си­ме­он Но­вый Бо­го­слов


«Мо­лит­ва и пе­ние бо­же­ст­вен­ных псал­мов не что иное есть, как бе­се­до­ва­ние с Бо­гом, в ко­ем мы или умо­ля­ем Его, да да­ру­ет нам, что со­об­раз­но Бо­гу да­ро­вать че­ло­ве­кам, или про­слав­ля­ем Его за все тво­ре­ния, со­тво­рен­ные Им, или вос­пе­ва­ем чу­де­са Его, ка­кие от ве­ка по вре­ме­нам тво­рил Он во сла­ву Свою, во спа­се­ние лю­дей и в воз­да­я­ние и на­ка­за­ние не­пра­вед­ных и злых, – или воз­ве­ща­ем про­мыс­ли­тель­ные дей­ст­вия Его, кои по до­мо­ст­ро­и­тель­ст­ву Сво­е­му со­вер­ша­ет Он та­ин­ст­вен­но и со­кро­вен­но, – или ве­ли­ча­ем ве­ли­кое та­ин­ст­во во­че­ло­ве­че­ния Сы­на и Сло­ва Бо­жия, имен­но как Сын Бо­жий, не от­лу­ча­ясь от все­го про­че­го тво­ре­ния, от­лу­чил­ся в пре­не­по­роч­ное чре­во При­сно­де­вы Ма­рии и со­де­лал­ся че­ло­ве­ком, ро­дил­ся и вос­пи­тал­ся и явил нам жи­тие и жизнь бо­же­ст­вен­ные, рас­пял­ся, умер и вос­крес из мерт­вых, да­ро­вав че­рез то и ро­ду че­ло­ве­че­с­ко­му на­деж­ду вос­кре­се­ния и жиз­ни веч­ной, и воз­нес­ся яко че­ло­век на не­бе­са, что­бы нис­пос­лать на ве­ру­ю­щих в Не­го, от Еди­но­го Бо­га От­ца ис­хо­дя­ще­го Ду­ха Свя­то­го, Ко­то­ро­го от на­ча­ла имел пер­вый че­ло­век и ли­шил­ся за не­ве­рие свое, ког­да не по­ве­рил сло­ве­сам Бо­жи­им» [66, т. 1, 78 – 79].


Свт. Гри­го­рий Нис­ский.


«I. Весь со­став псал­мов де­лит­ся на пять ча­с­тей. И в сих от­де­лах есть не­кое ис­кус­ст­вен­ное рас­по­ло­же­ние и рас­пре­де­ле­ние. Объ­ем сих от­де­лов де­ла­ет­ся яв­ным, од­но­об­раз­но за­клю­ча­ясь не­ки­ми сла­во­сло­ви­я­ми Бо­гу, ко­то­рые мож­но знать по ука­зан­но­му у нас раз­де­ле­нию псал­мо­пе­ния. Чис­ло же псал­мо­пе­ний в каж­дом от­де­ле сле­ду­ю­щее: в пер­вом их со­рок, во вто­ром – трид­цать од­но; в тре­ть­ем – сем­над­цать, в чет­вер­том – столь­ко же, в пя­том – со­рок и пять» [17, с. 15].


«По­се­му, вре­мя те­перь крат­ко ска­зать о том ис­кус­ст­вен­ном по­ряд­ке, ка­кой при­ме­ти­ли мы в сих от­де­лах. В пер­вом от­де­ле Про­рок жи­ву­щих по­роч­но удер­жи­ва­ет от не­уме­ст­но­го за­блуж­де­ния, при­вле­ка­ет же к из­бра­нию луч­ше­го, что­бы не сле­до­ва­ли они бо­лее обо­ль­ще­ни­ям не­че­с­ти­вых, не сто­я­ли твер­дой но­гою на дур­ной сте­зе гре­ха, не пре­да­ва­лись по­ро­ку, по­сто­ян­но и глу­бо­ко в них уко­ре­нив­ше­му­ся, но при­леп­ля­лись к за­ко­ну Бо­же­ст­вен­но­му, при по­уче­нии се­бя в оном пре­ус­пев в не­по­гре­ши­тель­ном ше­ст­вии так, что­бы, по­доб­но дре­ву, уко­ре­нил­ся в них на­вык к луч­ше­му, под­дер­жи­ва­е­мый Бо­же­ст­вен­ны­ми уче­ни­я­ми. По­се­му, пер­вое вступ­ле­ние на путь до­б­ра есть уда­ле­ние от про­ти­во­по­лож­но­го, след­ст­ви­ем че­го бы­ва­ет об­ще­ние с луч­шим.


II. Вку­сив­ший уже до­б­ро­де­те­ли и соб­ст­вен­ным опы­том ура­зу­мев­ший свой­ст­во до­б­ра, бы­ва­ет та­ков не по­то­му, что ка­кой-то не­об­хо­ди­мо­с­тью и по вра­зум­ле­ни­ям дру­гих от­вле­ка­ет­ся от при­ст­ра­с­тия к по­ро­ку и об­ра­ща­ет взор к до­б­ро­де­те­ли, но по­то­му, что па­че все­го жаж­дет луч­ше­го; ибо не­о­пре­де­ли­мое и силь­ное же­ла­ние псал­мо­пе­вец упо­доб­ля­ет жаж­де, при­ис­кав меж­ду жи­вот­ны­ми по­ро­ду на­и­бо­лее чув­ст­ви­тель­ную к жаж­де, что­бы си­ла по­же­ла­ния на­и­па­че вы­ра­зи­лась при­ме­ром жи­вот­но­го, чрез­мер­но жаж­ду­ще­го (Пс. 41:2)… По­се­му, кто по пер­вой ча­с­ти псал­мо­пе­ния пред­на­чал до­б­ро­де­тель­ную жизнь, вку­ше­ни­ем по­знал сла­дость вож­де­лен­но­го, ис­тре­бил в се­бе вся­кий пре­смы­ка­ю­щий­ся вид по­хо­те­ния, … тот об­ще­ния с Бо­гом воз­жаж­дет па­че, или столь­ко же, как и елень же­ла­ет на ис­точ­ни­ки вод­ныя
(Пс. 41:2). А до­стиг­ше­му ис­точ­ни­ка по­сле чрез­мер­ной жаж­ды, ес­те­ст­вен­но столь­ко по­гло­тить во­ды, сколь­ко ста­нет по­же­ла­ния и сил вме­с­тить. Но кто при­нял в се­бя же­ла­е­мое, тот по­лон то­го, че­го же­лал; по­то­му что со­де­лав­ше­е­ся пол­ным не пу­с­те­ет сно­ва, по­доб­но пол­но­те в те­ле; и пи­тие не ос­та­ет­ся не­дей­ст­вен­ным са­мо в се­бе, а, на­про­тив то­го, Бо­же­ст­вен­ный Ис­точ­ник, в ком бы он ни был, в Се­бя пре­тво­ря­ет к Не­му при­кос­нув­ше­го­ся и со­об­ща­ет то­му соб­ст­вен­ную Свою си­лу.


III. Но Бо­же­ст­ву, соб­ст­вен­но, при­над­ле­жат си­ла над­зо­ра над су­ще­ст­ва­ми и дей­ст­вен­ность. По­се­му, кто име­ет в се­бе, че­го же­лал, тот сам де­ла­ет­ся над­зи­ра­те­лем и про­зи­ра­ет в ес­те­ст­во су­ществ. По­то­му тре­ть­е­му от­де­лу псал­мо­пе­ния по­ло­же­но та­кое на­ча­ло, на ос­но­ва­нии ко­то­ро­го Пи­са­ние (Пс. 72) ис­сле­ду­ет на­и­па­че, ка­ким об­ра­зом прав­да су­да Бо­жия со­хра­нит­ся при ви­ди­мом жи­тей­ском бе­зу­ряд­ст­ве, ког­да все­го ча­ще не по до­сто­ин­ст­ву про­из­во­ле­ния до­ста­ет­ся лю­дям бла­го­ден­ст­вие в на­сто­я­щей жиз­ни; по­то­му что в од­ном и том же не­ред­ко мож­но ус­мо­т­реть две край­но­с­ти, а имен­но: че­ло­век до­шел до по­след­ней сту­пе­ни по­ро­ка и сто­ит на са­мом вер­ху бла­го­ден­ст­вия. <…>


По­се­му, кто воз­вы­шен ра­зу­мом, и, как бы с вы­со­кой ка­кой баш­ни, про­сти­ра­ет око на от­да­лен­ные пред­ме­ты, тот ви­дит, в чем со­сто­ит раз­ность по­ро­ка и до­б­ро­де­те­ли, а имен­но, что суд о них со­вер­ша­ет­ся не по на­сто­я­ще­му, но по по­след­не­му. <…>


А при­об­ре­та­ю­щий бла­га не­бес­ные вслед за тем при­со­во­куп­ля­ет: мне же при­леп­ля­ти­ся Бо­го­ви бла­го есть, по­ла­га­ти на Гос­по­да упо­ва­ние мое
(Пс. 72:28), по­ка­зы­вая, что, не­ко­то­рым об­ра­зом, тот вхо­дит в еди­не­ние с Бо­гом, кто при­леп­ля­ет­ся к Нему упованием и делается с Ним едино» [17, с. 16 – 20].


«IV. Итак, в третьем отделе, по совершении такого восхождения в высоту, до та­кой меры вознесенный мыслью и вступив ещё на высшую степень, че­ло­век делает­ся сам себя больше и выше в четвертой части, как бы подобно Павлу, вошедши на тре­тье не­кое не­бо и став вы­ше прой­ден­ных до­то­ле вы­сот; потому что всту­па­ет ту­да не как про­стой че­ло­век, но как при­ле­пив­ший­ся уже к Бо­гу и вступивший с Ним в едине­ние. Сло­во же, на­чи­ная сле­ду­ю­щую часть, го­во­рит так: мо­литва Моисеа, человека Бо­жия (
Пс. 89:1). <…>


Он-то служит началовождем в чет­вер­том вос­хож­де­нии и вместе с собою возносит то­го, кто, прой­дя уже три ука­зан­ные преж­де сту­пе­ни, со­де­лал­ся ве­ли­ким. Ибо кто на сей вы­со­те, тот, не­ко­то­рым об­ра­зом, сто­ит на об­щем пре­де­ле из­ме­няемого и Не­из­ме­ня­е­мо­го ес­те­ст­ва, со­ответственно се­му посредству­ет меж­ду крайностя­ми, Бо­гу при­но­ся мо­ле­ния за из­ме­нив­ших­ся по причине греха, по­ми­ло­ва­ние же передавая от Пре­выс­шей вла­с­ти име­ю­щим нуж­ду в по­ми­лова­нии. Почему и из сего можем до­знать, что, чем бо­лее да­лек кто от пер­ст­но­го и земно­го, тем па­че приближается к Ес­те­ст­ву, пре­вос­хо­дя­ще­му вся­кий ум, и благотворностью уподобляется Бо­же­ст­ву, де­лая то, что свой­ст­вен­но Ес­те­ст­ву Бо­же­ст­вен­но­му; свой­ствен­ным же на­зы­ваю бла­го­тво­рить вся­ко­му, име­ю­ще­му нуж­ду в бла­го­тво­ре­нии, в той имен­но ме­ре, в ка­кой то для не­го по­треб­но» [17, с. 20 – 22].


«Так Про­рок ра­зу­ме­ние вос­хо­дя­щих с ним вме­с­те воз­но­сит на чет­вер­тую сте­пень пса­лом­ско­го вос­хож­де­ния и по­став­ля­ет вы­ше вся­кой су­е­ты, о ка­кой за­бо­тят­ся мно­гие в на­сто­я­щей жиз­ни, по­ка­зы­вая им, что, по­доб­ная па­у­ти­не и не­со­сто­я­тель­ная ве­ще­ст­вен­ной жиз­ни обо­ль­сти­тель­ность, при­во­дит осу­е­тив­ших­ся ни к ка­ко­му до­б­ро­му кон­цу.


V. Вслед за сим, спо­соб­но­го ид­ти за ним до вы­со­ты и твер­дым кры­лом рас­торг­ше­го спле­те­ния жи­тей­ских па­у­тин, Про­рок в пя­той ча­с­ти псал­мов воз­во­дит как бы на ка­кую вер­ши­ну, на вы­со­чай­шую сте­пень со­зер­ца­ния. Ед­ва опу­шив­ши­е­ся и не­о­креп­шие при сла­бом и небы­с­т­ром по­ле­те, по­доб­но му­хам, ла­комясь лип­ко­с­тя­ми на­сто­я­щей жиз­ни, как мрежа­ми ка­ки­ми, оп­ле­та­ют­ся и опу­ты­ва­ют­ся се­тью та­ко­вых ни­тей, ра­зу­мею, за­ба­вы, по­че­с­ти, сла­ву и раз­лич­ные поже­ла­ния и, как бы обер­ну­тые па­у­тин­ны­ми ка­ки­ми тка­ня­ми, де­ла­ют­ся до­бы­чею и пи­щею это­го зве­ря, улов­ля­ю­ще­го их та­ки­ми ве­ща­ми. А ес­ли кто по ес­те­ст­ву быстр, как орел, не­у­клон­ным оком ду­ши взи­ра­ет на луч све­та и, про­сти­ра­ясь в вы­со­ту, при­бли­зит­ся к та­ким па­у­тин­ным тка­ням; то при од­ном взма­хе крыл в стре­ми­тель­но­с­ти по­ле­та унич­то­жа­ет все, се­му по­доб­ное, что ни при­бли­зи­лось бы к кры­лам.


И та­ко­во­го воз­вы­шен­ный Про­рок, вос­хи­тив с со­бою, ве­дет на вер­ши­ну пя­то­го вос­хож­де­ния, в ко­то­ром за­клю­ча­ет­ся как бы вся пол­но­та и гла­виз­на че­ло­ве­че­с­ко­го спа­се­ния, ибо в объ­яс­нен­ном вы­ше псал­ме сло­ва­ми Мо­и­се­е­вы­ми из­ло­жив про­ст­ран­но лю­бо­му­д­рое уче­ние об из­ме­ня­е­мом и не­из­ме­ня­е­мом, и имен­но, что од­но все­гда пре­бы­ва­ет тем, что оно есть, а дру­гое не­пре­стан­но де­ла­ет­ся тем, чем оно не есть; по­то­му что из­ме­не­ние есть пе­ре­ход из то­го, ка­ким есть, в то, ка­ким не есть, и, по­ка­зав, что ес­те­ст­во на­ше сво­бод­но од­ною и тою же си­лою, как нис­па­да­ет во зло, так че­рез об­ра­ще­ние сно­ва воз­во­дит­ся к до­б­ру, и по­то­му воз­мож­но свет­ло­с­ти Бо­жи­ей сно­ва вос­си­ять в жиз­ни че­ло­ве­че­с­кой, те­перь от­кры­ва­ет в сло­ве всю бла­го­дать, по­да­ва­е­мую нам Бо­гом, мно­го­об­раз­но пред­став­ляя ее взо­ру тех, ко­то­рые с вы­со­ты смо­т­рят на чу­де­са Бо­жии. Ибо не удо­воль­ст­во­вал­ся тем, что­бы в од­ном ви­де по­ка­зать бла­го­дать, а на­про­тив то­го, в раз­лич­ных ви­дах изо­б­ра­жа­ет бед­ст­вия, в ка­кие впа­ли мы, по на­клон­но­с­ти к злу, и мно­го­об­раз­но опи­сы­ва­ет ока­зы­ва­е­мое нам Бо­гом со­дей­ст­вие в до­б­ре, что­бы пре­из­бы­то­че­ст­во­ва­ли по­во­ды к бла­го­да­ре­нию, ког­да по ме­ре благ из­бы­то­че­ст­ву­ет бла­го­дар­ность к Бо­гу» [17, с. 27 – 29].


«Сии пять от­де­лен­ий псал­мов, пред­ста­вив се­бе в не­ко­то­ром по­сле­до­ва­тель­ном по­ряд­ке, как бы не­ки­ми сту­пе­ня­ми, од­на над дру­гой воз­вы­ша­ю­щи­ми­ся, раз­гра­ни­чи­ли мы по ска­зан­ным при­зна­кам, а имен­но, что окон­ча­тель­ное вы­ра­же­ние каж­до­го от­де­ла со­став­ля­ет не­кое пре­се­че­ние речи и ос­нов­ную мысль, вы­ра­жа­ю­щую в се­бе пре­дел пре­ды­ду­ще­го сла­во­сло­ви­ем и бла­го­дар­ст­вен­ным из­ре­че­ни­ем, со­сто­я­щим из слов: бла­го­сло­вен Гос­подь во век: бу­ди, бу­ди
(Пс. 88, 53) Ибо ими оз­на­ча­ет­ся не­кое, не­пре­стан­но про­дол­жа­ю­щи­е­ся, бла­го­да­ре­ние; по­то­му что Пи­са­ние, ска­зав од­наж­ды: бу­ди,
не за­клю­чи­ло сим бла­го­сло­ве­ния, но дву­крат­ным по­вто­ре­ни­ем се­го ре­че­ния уза­ко­ня­ет веч­ное бла­го­да­ре­ние. В каж­дой же ча­с­ти псал­мов, рас­пре­де­лен­ных на сии от­де­лы, Пи­са­ние да­ло за­ме­тить осо­бое не­кое бла­го, в ко­то­ром по­да­ет­ся нам от Бо­га бла­жен­ст­во, в не­ко­ем по­сле­до­ва­тель­ном по­ряд­ке ус­ма­т­ри­ва­е­мых каж­дым благ по­сто­ян­но воз­во­дя ду­шу к выс­ше­му, по­ка не до­стиг­нет вы­со­чай­ше­го из благ» [17, с. 38 – 39].


«По­се­му та­ко­вой путь к бла­жен­ст­ву ука­зан нам сим вы­со­ким лю­бо­му­д­ри­ем в псал­мах, и пу­те­во­ди­мых ими на вы­со­ту воз­во­дит он все­гда к то­му, что еще важ­нее в до­б­ро­де­тель­ном жи­тии, а имен­но че­ло­ве­ку ука­зы­ва­ет воз­мож­ность до­стиг­нуть та­кой ме­ры бла­жен­ст­ва, что о пре­вы­ша­ю­щем сию ме­ру и ра­зум не в со­сто­я­нии по ка­ким-ни­будь до­гад­кам и пред­по­ло­же­ни­ям за­клю­чить что-ли­бо, и сло­во не на­хо­дит, что ска­зать о сле­ду­ю­щем за нею по по­ряд­ку, да и са­мая на­деж­да, ко­то­рая во всем про­сти­ра­ет­ся да­лее и да­лее, ос­тав­ляя по­за­ди се­бя на­ше по­же­ла­ние, как ско­ро при­бли­жа­ет­ся к пре­вы­ша­ю­ще­му упо­ва­ние, ос­тав­ля­ет­ся в без­дей­ст­вии, а что вы­ше се­го, то луч­ше ча­е­мо­го, как сви­де­тель­ст­вует и са­мое лю­бо­му­д­рие псал­мо­пе­ния, ус­мо­т­рен­ным в нем по­ряд­ком.


Оно с пер­вых же слов, как бы не­кую дверь и вход в бла­жен­ную жизнь, от­вер­за­ет нам в уда­ле­нии от зла (ибо се­му учат пер­вые ре­че­ния псал­мо­пе­ния, на­ча­лом бла­жен­ст­ва на­зы­вая от­чуж­де­ние от зла), по­том пред­ла­га­ет за­блуж­да­ю­щим ру­ко­вод­ст­во за­ко­на, обе­щая в след­ст­вие та­ко­вой жиз­ни упо­доб­ле­ние все­гда зе­ле­не­ю­ще­му де­ре­ву, и, по­ка­зав го­ре­с­ти иду­щих про­ти­во­по­лож­ным пу­тем, по­сле­ду­ю­щи­ми за тем вос­хож­де­ни­я­ми, поль­зу­ю­ще­го­ся сим ру­ко­вод­ст­вом, воз­во­дит на са­мый верх бла­жен­ст­ва. Ибо сие по­ка­зы­ва­ет те­бе смысл по­след­не­го псал­ма, по ко­то­ро­му, при вос­кли­ца­нии всту­пив­ших в со­юз и об­щий лик Ан­ге­лов и че­ло­ве­ков, со­вер­шит­ся еди­ное тор­же­ст­во, и все воз­не­сет со­глас­ную хва­лу Бо­гу, рав­но в твер­до­с­ти си­лы вос­при­яв не­пре­клон­ность к по­ро­ку, и ве­ли­чествию
Его
, как бы ве­ле­глас­ною ка­кою тру­бою, воз­но­ся бла­гохва­леб­ный глас. Ког­да в один лик ус­т­ро­ит­ся вся тварь из всех гор­них и доль­них, и тварь ра­зум­ная, да­же раз­де­лен­ная ны­не гре­хом, и не­со­глас­ная меж­ду со­бою, по на­шем со­гла­сии, по­доб­но ким­ва­лу, из­даст до­б­рый глас; ког­да сте­кут­ся вме­с­те и ан­гель­ское и на­ше ес­те­ст­во, из сли­я­ния се­го со­ста­вив­ший­ся Бо­жий полк, при по­ра­же­нии вра­гов, про­воз­гла­сит по­бед­ную песнь По­бе­ди­те­лю: тог­да от вся­ко­го ды­ха­ния воз­не­сет­ся хва­ла, навсе­гда про­дол­жа­ю­щая ми­лость, и сво­им при­ра­ще­ни­ем не­пре­стан­но уве­ли­чи­ва­ю­щая бла­жен­ст­во, ра­зу­мею то ис­тин­ное бла­жен­ст­во, при ко­то­ром без­дей­ст­вен­но га­да­ю­щее о ве­де­нии ра­зу­ме­ние, без­дей­ст­вен­на так­же и упо­ва­ни­ем по­ощ­ря­е­мая на­ша де­я­тель­ность; за­сту­пит же их ме­с­то не­из­ре­чен­ное, не­до­мыс­ли­мое, вся­ко­го ра­зу­ме­ния пре­выс­шее со­сто­я­ние, ко­то­ро­го и око не ви­де­ло, и ухо не слы­ша­ло, и серд­це че­ло­ве­че­с­кое не вме­ща­ло (1 Кор. 2:9). Ибо так Бо­же­ст­вен­ный Апо­с­тол оп­ре­де­лил бла­га, уго­то­ван­ные в свя­ты­не» [17, с. 40 – 42].


«По­се­му, ка­кой же по­ря­док в об­ра­бот­ке на­ших душ? В пер­вом от­де­ле псал­мо­пе­ния, от­лу­че­ны мы от по­роч­ной жиз­ни, а в сле­ду­ю­щих от­де­лах не­пре­рыв­ною по­сле­до­ва­тель­но­с­тью упо­доб­ле­ние до­ве­де­но до со­вер­шен­ст­ва. Посему порядок псалмов строен, потому что, как сказано, Духу желательно научить нас не простой истории, но души наши образовать добродетелью по Богу, как требует сего последовательное уразумение написанного в псалмах, а не как сие нужно в исторической последовательности. <…>


По­се­му, идет ли речь в пер­вых псал­мах о Го­ли­а­фе и Са­у­ле, а в по­след­них об Авес­са­ло­ме, об Урии, о сло­ве­с­тех Хусиевых
(Пс. 7:1), о встре­че с Вир­са­ви­ею, нет до се­го де­ла то­му, кто об­ра­зу­ет ими серд­ца на­ши, но толь­ко бы от каж­до­го псал­ма бы­ло ка­кое-ли­бо со­дей­ст­вие к на­ше­му бла­гу; сие од­но име­ет в ви­ду и по­сле­до­ва­тель­ность в де­ле спа­се­ния. На­и­луч­шим по­ряд­ком де­ла­ет­ся по­сле­до­ва­тель­ность и по­ря­док в том, что со­дей­ст­ву­ет нам в этом» [17, с. 83 – 84].


К гла­ве 22

Свт. Ва­си­лий Ве­ли­кий.


На на­ча­ло кни­ги Прит­чей


«И во-пер­вых, из прит­чей мож­но по­зна­ти пре­му­д­рость и на­ка­за­ние
(Прит. 1:2). А пре­му­д­рость есть зна­ние ве­щей Бо­же­ст­вен­ных и че­ло­ве­че­с­ких, так­же и их при­чин. По­се­му, кто с ус­пе­хом бо­го­слов­ст­ву­ет, тот по­знал пре­му­д­рость.


Но есть и че­ло­ве­че­с­кая не­кая му­д­рость; это — опыт­ность в де­лах жи­тей­ских, по ко­то­рой на­зы­ва­ем пре­му­д­ры­ми све­ду­щих в од­ном ка­ком-ни­будь из по­лез­ных ис­кусств…


По­ели­ку же в зло­ху­дож­ну ду­шу не вни­дет пре­му­д­рость
(Прем. 1:4), то преж­де все­го ду­ши, на­ме­ре­ва­ю­щи­е­ся бе­се­до­вать с му­д­ро­с­тию, очи­ща­ет Бо­жи­им стра­хом. Ибо тай­ны спа­се­ния по­вер­гать пред вся­ким без раз­бо­ра и при­ни­мать оди­на­ко­во всех, да­же не име­ю­щих ни чи­с­той жиз­ни, ни ра­зу­ма ис­пы­тан­но­го и точ­но­го, по­хо­дит на то же, что и в не­чи­с­тый со­суд вли­вать мно­го­цен­ное ми­ро…


Вто­рым из обе­щан­но­го бы­ло: по­зна­ти на­ка­за­ние
. А на­ка­за­ние есть не­ко­то­рое по­лез­ное для ду­ши об­ра­зо­ва­ние, ко­то­рое ча­с­то очи­ща­ет ее от пя­тен гре­ха не без тру­да, и в это вре­мя не мнит­ся ра­дость бы­ти, но пе­чаль: по­сле­ди же плод ми­рен на­уче­ным тем воз­да­ет
во спа­се­ние (Евр. 12:11). По­это­му по­зна­ти
сие на­ка­за­ние
не вся­ко­му уму воз­мож­но; по­то­му что мно­гие, от­ка­зав­шись от труд­но­с­ти на­сто­я­ще­го, по не­ве­же­ст­ву не ждут по­лез­но­го окон­ча­ния де­ла, но, огор­ча­ясь су­ро­во­с­тию при­ла­га­е­мо­го о них по­пе­че­ния, ос­та­ют­ся в не­ду­ге не­ве­же­ст­ва…


Вни­ма­тель­но чи­тая Прит­чи и не­ле­ност­но из­вле­кая из них при­год­ное, мож­но еще ура­зу­ме­ти сло­ве­са му­д­ро­с­ти
(fr)onhsiV), ибо мож­но ура­зу­меть по­лез­ное. Ска­за­но: зло­бою мла­ден­ст­вуй­те, умы же со­вер­шен­ни бы­вай­те
(1 Кор. 14:20). О му­д­ро­с­ти зна­ем, что она есть од­на из ро­до­вых до­б­ро­де­те­лей, по­сред­ст­вом ко­то­рой мы, че­ло­ве­ки, де­ла­ем­ся све­ду­щи­ми в том, что до­б­ро и зло, и что без­раз­лич­но…


Ис­тин­ная же му­д­рость есть рас­по­зна­ние то­го, что долж­но де­лать и че­го не долж­но. Кто сле­ду­ет ей, тот ни­ког­да не от­сту­пит от дел до­б­ро­де­те­ли и ни­ког­да не бу­дет про­ник­нут па­гу­бою по­ро­ка.


По­се­му, ра­зу­ме­ва­ю­щий сло­ве­са му­д­ро­с­ти,
зна­ет, кто лже­ум­ст­во­ва­тель и об­ман­щик и кто вну­ша­ет луч­шие пра­ви­ла жиз­нен­ной де­я­тель­но­с­ти. Он, как ис­кус­ный торж­ник
, удер­жит у се­бя до­б­рот­ное, сам же удер­жит­ся от вся­ко­го ро­да зла (1 Фес. 5:21–22). Сия-то му­д­рость со­зи­да­ю­ще­му хра­ми­ну свою
по­мо­га­ет по­ло­жить ос­но­ва­ние ее на ка­ме­ни
, то есть опе­реть­ся на ве­ру во Хри­с­та, что­бы ос­та­вать­ся не­зыб­ле­мым во вре­мя дож­дей, ве­т­ров и ус­т­рем­ле­ний реч­ных (Мф. 7:24–25)…


По­сле се­го по­смо­т­рим, что зна­чит: при­яти из­ви­тия сло­вес
(Прит. 1:3). Ис­тин­ное и от здра­во­го ра­зу­ме­ния про­ис­хо­дя­щее сло­во про­сто и еди­но­об­раз­но, об од­ном и том же все­гда го­во­рит од­но; а сло­во изу­кра­шен­ное и ис­кус­ст­вен­ное, за­клю­чая в се­бе мно­го хи­т­ро­спле­тен­но­го и изы­с­кан­но­го, при­ни­ма­ет ты­ся­чи ви­дов и из­ви­ва­ет­ся в бес­чис­лен­ных из­ви­ти­ях, бу­ду­чи пре­об­ра­зу­е­мо в угод­ность слу­ша­ю­щим. По­то­му прит­чи до­став­ля­ют нам ве­ли­кую поль­зу, де­лая спо­соб­ны­ми креп­ко про­ти­во­сто­ять при­ра­же­нию ис­кус­ст­вен­ных слов. И кто вни­ма­те­лен к прит­чам и не с не­ра­де­ни­ем слу­ша­ет их со­ве­ты, тот, как бы во­ору­жен­ный опыт­но­с­тию, без­вред­но при­ем­лет из­ви­тия сло­вес
, не со­вра­ща­ясь ими и ни в чем не от­сту­пая от ис­ти­ны. Ког­да ина­че вещь су­ще­ст­ву­ет в при­ро­де, а ина­че уве­ря­ет о ней сло­во; тог­да бу­дет это из­ви­тие
, луч­ше же ска­зать, из­вра­ще­ние ис­ти­ны сло­вом…


И про­ти­во­по­ло­же­ния лже­имен­но­го ве­де­ния суть ка­кие-то из­ви­тия сло­вес
. Ибо не при­ем­лю­щие про­сто­ты ду­хов­но­го уче­ния, изо­щ­рен­ные же ди­а­лек­ти­кою на про­ти­во­ре­чия; прав­до­по­до­би­ем лже­ум­ст­во­ва­ний пре­воз­мо­га­ют, не­ред­ко, твер­дость ис­ти­ны. Итак, ог­раж­ден­ный прит­ча­ми при­ем­лет
сии из­ви­тия сло­вес
. Хо­тя и встре­тит он ино­гда та­кие спор­ные во­про­сы, что до­во­ды с обе­их сто­рон рав­но­силь­ны, и труд­но раз­ли­чить, где бо­лее ве­ро­ят­но­с­ти; од­на­ко же ум его, как уп­раж­няв­ший­ся в прит­чах, не при­дет в за­ме­ша­тель­ст­во, да­же ког­да со­бе­сед­ни­ки сво­и­ми до­во­да­ми на­но­сят друг дру­гу, по-ви­ди­мо­му, со­вер­шен­но поч­ти рав­ные уда­ры…


Прит­ча да­ет так­же ура­зу­ме­ти прав­ду ис­тин­ную
(Прит. 1:3)… Но как есть прав­да, соб­ст­вен­но в нас на­хо­дя­ща­я­ся, имен­но: при­сво­е­ние каж­до­му долж­но­го, и хо­тя мы не до­сти­га­ем се­го в точ­но­с­ти, од­на­ко же, по­сту­пая с са­мым прав­ди­вым рас­по­ло­же­ни­ем, не ук­ло­ня­ем­ся да­ле­ко от це­ли, так есть прав­да, по­сти­га­ю­щая нас с не­бе­си от пра­вед­но­го Су­дии, – прав­да то ис­прав­ля­ю­щая, то воз­на­г­раж­да­ю­щая, в ко­то­рой мно­гое для нас не­удо­бо­объ­яс­ни­мо по вы­со­те за­клю­ча­ю­щих­ся в ней оп­ре­де­ле­ний. О ней, ду­маю, го­во­рит псал­мо­пе­вец: прав­да Твоя, яко го­ры Бо­жия
(Пс. 35:7). Итак, кни­га сия обе­ща­ет эту под­лин­но ис­тин­ную
и Бо­жию прав­ду
пред­ста­вить в яс­но­с­ти уп­раж­няв­шим­ся в при­точ­ном уче­нии…


По­это­му ура­зу­ме­ти прав­ду ис­тин­ную
под­лин­но есть де­ло ве­ли­ко­го ума и са­мо­го со­вер­шен­но­го серд­ца… А ед­ва ли кни­га сия не обе­ща­ет и то­го, что обу­чив­ший­ся прит­чам бу­дет уже в со­сто­я­нии за­нять­ся точ­ным изу­че­ни­ем бо­го­сло­вия. Ибо ис­тин­ная прав­да есть Хри­с­тос, Иже бысть нам пре­му­д­рость от Бо­га, прав­да же и ос­вя­ще­ние и из­бав­ле­ние
(1 Кор. 1:30).


С по­зна­ни­ем прав­ды ис­тин­ной со­пря­же­но и то, что­бы суд ис­прав­ля­ти
(Прит. 1:3). <Это свя­за­но и с внеш­ним су­до­про­из­вод­ст­вом, и с вну­т­рен­ним>…


По­ели­ку в нас есть ка­кое-то ес­те­ст­вен­ное су­ди­ли­ще, на ко­то­ром раз­ли­ча­ем до­б­рое и лу­ка­вое, то при из­бра­нии то­го, что де­лать, не­об­хо­ди­мо нам со­став­лять пра­виль­ные суж­де­ния о ве­щах и, по­доб­но су­дье, ко­то­рый бес­при­с­т­ра­ст­но и со всею спра­вед­ли­во­с­тию да­ет при­го­вор тя­жу­щим­ся, до­ве­рять до­б­ро­де­те­ли и осуж­дать по­рок…


Ког­да каж­дая за­по­ведь су­дит­ся у те­бя с про­ти­во­по­лож­ным ей по­ро­ком, тог­да за­ко­ну Бо­жию до­став­ляй по­бе­ду над гре­хом… Ес­ли сде­ла­ешь, что в каж­дом де­ле бу­дет пре­по­беж­дать у те­бя луч­шее, то бу­дешь бла­жен в день
оный, ег­да су­дит Бог тай­ная че­ло­ве­ком, по бла­го­ве­с­тию
на­ше­му меж­ду со­бою по­мыс­лом осуж­да­ю­щим или от­ве­ща­ю­щим
(Рим. 2:16, 15), не пой­дешь осуж­ден­ным за пре­клон­ность к ху­до­му, но по­чтен бу­дешь вен­ца­ми прав­ды, ка­ки­ми в про­дол­же­ние всей сво­ей жиз­ни сам ты увен­чи­вал до­б­ро­де­тель. Сколь­ко же благ до­ста­вит те­бе кни­га Прит­чей, на­уча­ю­щая знать ис­тин­ную прав­ду и суд ис­прав­ля­ти
?


Что же еще, кро­ме се­го? Ска­за­но: да даст не­зло­би­вым ко­вар­ст­во, от­ро­ча­ти же юну чув­ст­во же и смысл
(Прит. 1:4).


Но по­ели­ку хи­т­рый бе­рет­ся за вся­кое де­ло, в чис­ле же вся­ких дел бы­ва­ют и де­ла не­год­ные, то на­и­ме­но­ва­ние хи­т­ро­го име­ет два зна­че­ния. Кто про­мы­ш­ля­ет де­ла свои ко вре­ду дру­гих, тот лу­ка­вый хи­т­рец; а по­хваль­но хитр, кто ско­ро и смы­ш­ле­но оты­с­ки­ва­ет свой­ст­вен­ное се­бе бла­го и из­бе­га­ет вся­ко­го вре­да, ко­вар­но и зло­на­ме­рен­но за­мы­ш­ля­е­мо­го про­тив не­го дру­ги­ми. По­это­му тща­тель­но вни­кай в сло­во “хи­т­рость”, и знай, что есть сред­нее ка­кое-то со­сто­я­ние, в ко­то­ром че­ло­век, с здра­вым рас­по­ло­же­ни­ем к соб­ст­вен­ной сво­ей поль­зе и к поль­зе ближ­не­го поль­зу­ю­щий­ся хи­т­ро­с­тию, до­сто­ин одо­б­ре­ния.


Впро­чем, здесь Пи­са­ние одо­б­ря­ет хи­т­рость, упо­треб­ля­е­мую на поль­зу, слу­жа­щую как бы ору­жи­ем в де­лах жи­тей­ских и ог­раж­да­ю­щую со­бою ду­ши лю­дей про­сто­го нра­ва. Ес­ли бы хи­т­рость сию име­ла Ева, то не бы­ла бы улов­ле­на обо­ль­ще­ни­я­ми змея. По­это­му не­зло­би­во­го, у ко­то­ро­го мыс­ли, по до­вер­чи­во­с­ти его ко вся­ко­му сло­ву, удоб­но рас­тле­ва­ют­ся, пред­ла­га­е­мое уче­ние ог­раж­да­ет, как бы на вспо­мо­же­ние ему в де­лах жи­тей­ских, пред­ла­гая поль­зу хи­т­ро­с­ти.


Сле­ду­ет рас­смо­т­реть, как от­ро­ча­ти юну
да­ет чув­ст­во и смысл
. По­ели­ку че­ло­век, как Апо­с­тол го­во­рит, двой­ст­вен, а имен­но: есть че­ло­век внеш­ний
и есть че­ло­век вну­т­рен­ний
(2 Кор. 4:16), то и воз­ра­с­ты, как в че­ло­ве­ке ви­ди­мом, так и в умо­пред­став­ля­е­мом втай­не, на­доб­но нам по­ни­мать при­бли­зи­тель­но к то­му и дру­го­му. Ска­зать, что но­во­рож­ден­ный мла­де­нец при­об­ре­та­ет те­ле­сное чув­ст­во, не­да­ле­ко от смеш­но­го, по­то­му что ка­кое из чувств мо­жет дать кни­га, ког­да зре­ние, и слух, и обо­ня­ние, и вкус, и ося­за­ние при­рож­де­ны уже нам, и не вслед­ст­вие уче­ния по­яв­ля­ют­ся, но са­ма при­ро­да на­де­ля­ет ими жи­вое су­ще­ст­во? По­это­му и сло­во: от­ро­ча
, на­доб­но ра­зу­меть не те­ле­сно, и под чув­ст­вом по­ни­мать не од­но из сих пе­ре­чис­лен­ных чувств.


Сле­до­ва­тель­но, и здесь прит­ча на­зы­ва­ет от­ро­ча­тем юным
воз­рож­ден­но­го ба­нею па­ки­бы­тия, вос­корм­лен­но­го, сде­лав­ше­го­ся, яко от­ро­ча
, и в этом со­сто­я­нии спо­соб­но­го уже к Не­бес­но­му Цар­ст­ву. Та­ко­му но­во­рож­ден­но­му мла­ден­цу, воз­же­лав­ше­му сло­вес­но­го и не­ле­ст­но­го мле­ка, кни­га Прит­чей, чрез уп­раж­не­ние в ней, да­ет чув­ст­во и смысл
, чув­ст­во для на­сто­я­ще­го, а смысл для бу­ду­ще­го; ибо обу­ча­ет то­му, что свой­ст­вен­но че­ло­ве­ку, и де­ла­ет лю­дей чув­ст­ви­тель­ны­ми к пред­ме­там, что­бы не по­ра­бо­ща­лись удо­воль­ст­ви­ям не­при­лич­ным и не при­хо­ди­ли в изум­ле­ние пред су­ет­ною сла­вою ми­ра се­го; так­же со­об­ща­ет и по­ня­тие о бу­ду­щем ве­ке, и тем, что го­во­рит, при­во­дит к ве­ре в обе­то­ва­ния» [12, ч. 4, 196 – 210].


Пр­п. Иси­до­ра Пе­лу­си­о­та


На сло­ва: «всяк муж яв­ля­ет­ся се­бе пра­ве­ден» (Прит. 21:2):


«Мно­гие из лю­дей (по­мед­лю ска­зать: все, хо­тя, по-ви­ди­мо­му, и под­тверж­да­ет то Пи­са­ние) не по­то­му, что лю­бят прав­ду, но по­то­му, что смо­т­рят на тех, кто еще ме­нее дер­жит­ся прав­ды, срав­ни­вая се­бя с худ­ши­ми, со­став­ля­ют мне­ние о сво­ей пра­вед­но­с­ти. Они не вни­ка­ют в Бо­же­ст­вен­ные за­по­ве­ди, ка­ко­вы он са­ми по се­бе, и не по их пра­ви­лу бла­го­ус­т­ра­и­ва­ют соб­ст­вен­ную свою жизнь, но из­ме­ря­ют свое по­ве­де­ние по­ступ­ка­ми не­ра­ди­вых ближ­них.


По­се­му-то ска­за­но и то, что же­лал ты уз­нать: всяк муж яв­ля­ет­ся се­бе пра­ве­ден
, ибо слеп он для то­го, что­бы ви­деть пре­ус­пе­я­ния ближ­не­го, но зор­ко ви­дит их не­до­стат­ки, как и кор­шу­ны, ча­с­то про­ле­тая ми­мо лу­гов и са­дов, бро­са­ют­ся на мерт­вые те­ла. По­се­му Пи­са­ние при­со­во­ку­пи­ло: уп­рав­ля­ет же серд­ца Гос­подь
, – серд­ца или ус­т­ра­нив­ших от се­бя та­кое мне­ние, или бла­го­ус­т­ро­ив­ших жизнь свою по Бо­же­ст­вен­ным за­по­ве­дям, или пре­взо­шед­ших то, что свой­ст­вен­но че­ло­ве­ку, и до­бле­ст­ным жи­ти­ем до­стиг­ших выс­ше­го жре­бия и до­сто­ин­ст­ва, по ска­зан­но­му: Аз рех: бо­зи ес­те и сы­но­ве Вы­шня­го вси
(Пс. 81:6)» [35, т. 2, с. 210].


На сло­ва: «аще ал­чет враг твой, ух­ле­би его» (Рим. 12:20; Прит. 25:21)


«Не зна­ешь ты, ка­жет­ся, что но­вое лю­бо­му­д­рие воз­вы­шен­нее древ­не­го со­ве­та, дан­но­го мла­ден­цам. Ибо пра­ви­ло, для те­бя уди­ви­тель­ное: аще ал­чет враг твой, ух­ле­би его; аще ли жаж­дет, на­пой его
, – пред­пи­сы­ва­ет не что-ли­бо край­не ве­ли­кое и от­важ­ное, но да­же же­ла­е­мое. Дой­ти че­ло­ве­ку до та­кой край­но­с­ти, что­бы во­зы­меть нуж­ду в со­ст­ра­да­нии вра­га, как я по­ла­гаю, тя­же­лее вся­ко­го бед­ст­вия и вся­ко­го на­ка­за­ния. Так при­зна­ва­ли это мно­гие, го­во­ря: “не при­му по­да­я­ния от вра­гов мо­их”. Итак, ес­ли для тех, кто это де­ла­ет, сие со­глас­но с их же­ла­ни­ем, а для тер­пя­щих слу­жит на­ка­за­ни­ем, то че­му удив­ля­ешь­ся? И особ­ли­во, ког­да это не про­стое бла­го­де­я­ние, но об­ра­ща­ю­ще­е­ся в ве­ли­кое му­че­ние. Сие бо тво­ря уг­лие ог­нен­ное со­би­ра­е­ши на гла­ву его
(Прит. 25:22).


Итак, ес­ли де­ло са­мо по се­бе об­ра­ща­ет­ся в на­ка­за­ние, да и де­ла­ет­ся оно с тем, что­бы при­ла­гать но­вое му­че­ние (не за­слу­жи­ва­ют вни­ма­ния те, ко­то­рые сло­ва при­точ­ни­ка объ­яс­ня­ют так: “со­гре­ешь в нем вла­ды­че­ст­вен­ный ум и за­ста­вишь его вос­пря­нуть”; ибо тог­да При­точ­ник не ска­зал бы о край­но­с­ти го­ло­да, но по­ве­лел бы поль­зо­вать­ся сим во вся­кое вре­мя), то я со сво­ей сто­ро­ны, удив­ля­юсь не тем, ко­то­рые так по­сту­па­ют, но тем, ко­то­рые, ви­дя вра­гов в бла­го­ден­ст­вии, не не­го­ду­ют на них, но хва­лят их и мо­лят­ся о них, как пред­пи­сы­ва­ет но­вое лю­бо­му­д­рие, го­во­ря: лю­би­те вра­ги ва­ша, до­б­ро тво­ри­те не­на­ви­дя­щим вас, и мо­ли­те­ся за тво­ря­щих вам на­пасть и из­го­ня­щия вы
(Мф. 5:44). Ибо там сми­ря­ет нуж­да, а здесь ис­пы­ты­ва­ет­ся од­но сер­деч­ное рас­по­ло­же­ние. Ес­ли же и Апо­с­тол упо­тре­бил древ­ний со­вет, то для вся­ко­го яв­но, что сло­во его бы­ло к не­со­вер­шен­ным» [35, т. 2, с. 313–314].


На сло­ва: «вше­дый к же­не му­жа­тей не без ви­ны бу­дет» (Прит. 6:29).


«Спра­ши­вал ты, по ка­кой при­чи­не по­сле на­пи­сан­но­го: вше­дый к же­не му­жа­тей не без ви­ны бу­дет
, ска­за­но: ни­же всяк при­ка­са­яй­ся ей
. От­вет­ст­вую, что при­точ­ник сло­во вни­ти
упо­тре­бил в смыс­ле иметь об­ще­ние, по ска­зан­но­му Сар­рою Ав­ра­а­му: вни­ди к ра­бе мо­ей
, и ча­да со­тво­ри от нея
(Быт.16:2); а сло­во при­кос­нуть­ся
упо­тре­бил в смыс­ле лоб­зать и об­ни­мать. Ибо и по­след­нее, хо­тя в срав­не­нии с об­ще­ни­ем не пред­став­ля­ет­ся гре­хом, од­на­ко же, по су­ду ис­ти­ны, спра­вед­ли­во на­зы­ва­ет­ся па­де­ни­ем. Ес­ли и пыт­ли­вое воз­зре­ние при­зна­ет­ся пре­лю­бо­де­я­ни­ем, то тем па­че бу­дет сим при­зна­но при­кос­но­ве­ние. Как на кар­ти­нах кра­с­ка про­из­во­дит боль­шее впе­чат­ле­ние, не­же­ли очер­та­ние, так и в от­но­ше­нии тел при­кос­но­ве­ние дей­ст­ву­ет силь­нее воз­зре­ния. По­се­му, ес­ли осуж­да­ет­ся воз­зре­ние, ко­то­рое ме­нее гру­бо, то не без ос­но­ва­ния вос­пре­ще­но при­кос­но­ве­ние, как на­слаж­де­ние бо­лее гру­бое» [35, т. 2, с. 392].


На сло­ва: «яко­же суть не по­доб­на ли­ца ли­цам, си­це ни­же серд­ца че­ло­ве­ков» (Прит. 27:19):


«Хо­тя все до­б­ро­де­те­ли вож­де­лен­ны лю­би­те­лям пре­крас­но­го, од­на­ко же иные бо­лее рас­по­ло­же­ны к не­ко­то­рым из них. По пре­иму­ще­ст­ву кто чтил це­ло­му­д­рие, кто прав­ду, кто му­д­рость, кто му­же­ст­во, кто иные до­б­ро­де­те­ли, хо­тя не ос­тав­ля­ли и про­чих, но по ним сде­ла­лись бо­лее из­ве­ст­ны­ми. Так на­при­мер (по­смо­т­рим на пер­вую, или вто­рую, или тре­тью из до­б­ро­де­те­лей), об Ио­си­фе го­во­рит­ся, что он был це­ло­му­д­рен­ней­ший, хо­тя под­ви­зал­ся и во мно­гих дру­гих до­б­ро­де­те­лях. Ав­ра­ам име­ну­ет­ся стран­но­лю­би­вым и вер­ным, хо­тя ук­ра­шал­ся и мно­ги­ми дру­ги­ми до­б­ры­ми ка­че­ст­ва­ми. Иов при­зна­ет­ся му­же­ст­вен­ным, хо­тя пре­ус­пе­вал во вся­кой до­б­ро­де­те­ли. В чем каж­дый на­и­бо­лее был си­лен, от то­го и за­им­ст­во­ва­но для не­го имя.


А что сие дей­ст­ви­тель­но так, уви­дим, ес­ли всмо­т­рим­ся в пра­ви­ла ис­ти­ны, ра­зу­мею Бо­же­ст­вен­ное Пи­са­ние. Что же го­во­рит оно? Яко­же суть не­по­доб­на ли­ца ли­цам, си­це ни­же серд­ца че­ло­ве­ков.
Ка­кое чу­до! У всех су­ще­ст­вен­ные чер­ты од­ни те же, и в та­ком мно­же­ст­ве лиц, ко­неч­но, есть раз­ли­чие, так что по­зна­ние взи­ра­ю­щих на ли­ца не­о­ди­на­ко­во. Ес­ли в не­ко­то­рых, по-ви­ди­мо­му, и есть ино­гда сход­ст­во, то, не­пре­мен­но, оты­щет­ся и что-ли­бо от­ли­чи­тель­ное. У мно­гих гла­за пре­крас­ны, но и в них есть раз­ни­ца: у од­них гла­за го­лу­бые, у дру­гих они по­доб­ны гро­з­дь­ям; у ко­го они чер­ные, а у ко­го свет­лые. Есть так­же осо­бен­ность и в во­ло­сах. Бы­ва­ют и кур­но­сые, но не все оди­на­ко­во. На­про­тив то­го, у од­но­го тот, а у дру­го­го дру­гой член кра­си­вее. Один бел, а дру­гой че­рен. И не­пре­мен­но есть что-ли­бо от­ли­чи­тель­ное. Ибо все­го пе­ре­чис­лить не­воз­мож­но.


Так и серд­ца у лю­дей. Не всем од­но и то же нра­вит­ся; но од­ним – од­но, а дру­гим – дру­гое. Да­же са­мые лю­би­те­ли од­но­го и то­го же не оди­на­ко­во рас­по­ло­же­ны по от­но­ше­нию к лю­би­мо­му, но од­ни же­ла­ют се­го в боль­шей, а дру­гие – в по­сред­ст­вен­ной ме­ре. Сколь­ко це­ло­му­д­рен­ных, но не оди­на­ко­во! Од­ни воз­лю­би­ли дев­ст­во, дру­гие – воз­дер­жа­ние, а иные – че­ст­ной брак. Сколь­ко ми­ло­с­ти­вых, но раз­ли­ча­ю­щих­ся меж­ду со­бою! Сколь­ко спра­вед­ли­вых, но не по­хо­жих друг на дру­га!


То же мож­но ви­деть в от­но­ше­нии не толь­ко до­б­ро­де­те­лей, но и по­ро­ков. Сколь­ко са­мых зло­нрав­ных! Но они рас­поз­на­ют­ся по их от­ли­чи­тель­ным свой­ст­вам. Сколь­ко по­хот­ли­вых! Но не все пле­не­ны од­ним и тем же. А ес­ли и од­ним пле­не­ны, то не все оди­на­ко­во к это­му рас­по­ло­же­ны, но од­ни на­слаж­да­ют­ся удо­воль­ст­ви­я­ми ес­те­ст­вен­ны­ми, а дру­гие – не свой­ст­вен­ны­ми при­ро­де.


Од­ни ру­га­ют­ся над ес­те­ст­вом в том, что для не­го за­кон­но, а дру­гие – в том, что не­за­кон­но. Од­ни трус­ли­вы, а дру­гие го­то­вы ки­дать­ся в опас­но­с­ти. Од­ни слиш­ком бе­реж­ли­вы, дру­гие рас­то­чи­тель­ны. Од­ни и сло­ва вы­слу­шать не мо­гут, дру­гие не тре­пе­щут и на­ка­за­ний. Од­ни льсти­вы, дру­гие хо­тят, что­бы им льсти­ли. Од­ни уве­се­ля­ют­ся пьян­ст­вом, дру­гие – зре­ли­ща­ми; иные – пес­ня­ми, а иные – пла­чем. Од­ни раз­бой­ни­ча­ют в пу­с­ты­нях, дру­гие – в го­ро­дах. Од­ни уби­ва­ют лю­дей, дру­гие не тер­пят и ви­да уби­то­го жи­вот­но­го. Од­ни роб­ки, дру­гие дерз­ки. Но ес­ли бы ре­шил­ся я пе­ре­чис­лить все гре­хи, то не мог бы кон­чить, хо­тя бы и за­хо­тел. По­се­му, воз­дав че­ст­во­ва­ние свя­щен­ным и Бо­же­ст­вен­ным Пи­са­ни­ям, пре­кра­щаю свою речь» [35, т. 2, с. 398 – 399].


На срав­не­ние в Пи­са­нии пре­лю­бо­де­я­ния и во­ров­ст­ва: «аще кто ят бу­дет кра­дый» (Прит. 6:30 и сл.):


«Не зна­ешь ты, ка­жет­ся, что чер­ты срав­не­ния бе­рут­ся, ког­да речь идет о пред­ме­тах од­но­род­ных, а не раз­но­род­ных, и не в про­ти­во­по­лож­ные ря­ды ста­вит­ся срав­ни­ва­е­мое по этим чер­там, а по­ка­зы­ва­ет­ся ими ма­лость и пре­вос­ход­ст­во. Как гре­хо­па­де­ние од­но ху­до, дру­гое ху­же, а тре­тье всех ху­же, на­при­мер, во­ров­ст­во ху­до, ху­же блуд, а пре­лю­бо­де­я­ние все­го ху­же, так и пре­ус­пе­я­ние од­но хо­ро­шо, дру­гое луч­ше, а тре­тье все­го луч­ше; на­при­мер, брак хо­рош, воз­дер­жа­ние луч­ше, а дев­ст­во все­го луч­ше.


По­се­му мень­шее из на­и­луч­ше­го ста­вит­ся не в про­ти­во­по­лож­ный ряд, но в тот же, толь­ко ни­же. Кто це­ло­му­д­рен, тот бу­дет срав­ни­вать не блуд с дев­ст­вом, но воз­дер­жа­ние и че­ст­ный брак. И Пи­са­ние, де­лая срав­не­ние во­ров­ст­ва и пре­лю­бо­де­я­ния, ска­за­ло: не див­но, аще кто ят бу­дет кра­дый; кра­дет бо, да на­сы­тит ду­шу свою ал­чу­щую. Пре­лю­бо­дей же за ску­дость ума по­ги­бель ду­ши сво­ей со­де­ва­ет
(Прит. 6:30,32). Из­рек­ло же сие не в из­ви­не­ние кра­ду­ще­му и не ос­во­бож­дая его от ви­ны, но, срав­ни­вая во­ров­ст­во с пре­лю­бо­дей­ст­вом, ко­то­рое все­го ху­же, по­ка­за­ло, что во­ров­ст­во ме­нее гру­бо и лег­че, осо­бен­но ког­да оно след­ст­вие ни­ще­ты» [35, т. 2, с. 400].


На сло­ва: «дол­го­тер­пе­ли­ве муж мног в ра­зу­ме» (Прит. 14:29):


«Под­лин­но дол­го­тер­пе­ли­вый муж мног в ра­зу­ме
. Ибо го­во­рит­ся сие о нем, по­то­му что он име­ет не­кую мно­го­объ­ем­лю­щую и ве­ли­кую, ни­кем не об­ли­ча­е­мую ду­шу. Он обуз­ды­ва­ет и удер­жи­ва­ет в долж­ных пре­де­лах раз­дра­жи­тель­ность, ко­то­рая стре­ми­тель­нее всех стра­с­тей, по­мра­ча­ет по­ня­тия, пре­ду­преж­да­ет по­мыс­лы. Се­му ве­ли­ко­душ­но­му че­ло­ве­ку пре­му­д­рый про­ти­во­по­с­та­вил ма­ло­душ­но­го, ска­зав: ма­ло­душ­ный же креп­ко бе­зу­мен
, по­то­му что, по ма­ло­ду­шию ко­леб­ле­мый все­ми стра­с­тя­ми, он весь­ма ма­ло­умен» [35, т. 2, с. 434].


На сло­ва: «сед­ме­ри­цею па­дет пра­вед­ный» (Прит. 24:16):


«Сие: сед­ме­ри­цею па­дет пра­вед­ный
, – ска­за­но не про­сто, но по­то­му, что бо­рю­щий­ся за­кон­но па­дет не­об­хо­ди­мо и по­движ­ни­че­с­ки. Сие же не во вся­ком слу­чае яв­ля­ет­ся при­чи­ною по­ра­же­ния, но ча­с­то при­во­дит и к по­бе­де. И мно­гие, пав, ис­то­щи­ли си­лу тех, ко­то­рые ду­ма­ли ус­то­ять, уда­ром но­ги за­ста­вив их по­верг­нуть­ся всем те­лом на зем­лю и по­хи­тив у них по­бе­ду. По­че­му при­точ­ник не толь­ко ска­зал: па­дет
, но при­со­во­ку­пил: и воз­ста­нет
, – что­бы ука­зать на ве­нец. Ес­ли же че­ло­век, ког­да и па­дет, не­мед­лен­но со­бе­рет­ся с си­ла­ми и вос­ста­нет, то рас­су­ди, на­сколь­ко он до­бле­с­тен» [35, т. 2, с. 438].


Свт. Гри­го­рий Нис­ский.


Точ­ное ис­тол­ко­ва­ние Эк­кле­си­а­с­та Со­ло­мо­на


«Итак, по­че­му же од­на кни­га по пре­иму­ще­ст­ву ук­ра­ша­ет­ся над­пи­са­ни­ем Ек­кле­си­а­с­та? Что же пред­по­ло­жить нам об этом? Не то ли, что во всех дру­гих пи­са­ни­ях, ис­то­ри­че­с­ких и про­ро­че­с­ких, цель их кло­нит­ся и к че­му-ли­бо дру­го­му, не во­все по­лез­но­му для Церк­ви. Ибо ка­кая нуж­да для Церк­ви в точ­но­с­ти изу­чать бед­ст­вен­ные по­след­ст­вия вой­ны, или кто бы­ли кня­зь­я­ми у на­ро­дов, ос­но­ва­те­ля­ми го­ро­дов, кто от ко­го вы­се­лил­ся, или ка­кие цар­ст­ва впос­лед­ст­вии вре­ме­ни ис­чез­нут, сколь­ко та­ких бра­ков и ча­до­рож­де­ний, о ко­то­рых тща­тель­но упо­мя­ну­то, и все­му се­му по­доб­ное, о чем толь­ко мож­но по­черп­нуть све­де­ние в каж­дом пи­са­нии, мо­жет ли, сколь­ко со­дей­ст­во­вать церк­ви в де­ле бла­го­че­с­тия? А уче­ни­ем сей кни­ги име­ет­ся в ви­ду та­кой толь­ко об­раз жиз­ни, ка­ко­го тре­бу­ет цер­ковь, и пре­по­да­ет­ся то, чем мож­но че­ло­ве­ку пре­ус­петь в до­б­ро­де­тель­ной жиз­ни. Ибо цель ска­зу­е­мо­го здесь, по­ста­вить ум вы­ше чув­ст­ва, ос­та­вить, на­ко­нец, все, что в су­ще­ст­вах есть ка­жу­ща­го­ся ве­ли­ким и бли­с­та­тель­ным, об­ра­тить­ся ду­шой к то­му, что не­до­ступ­но чув­ст­вен­но­му по­ни­ма­нию, вос­при­ять вож­де­ле­ние то­го, что не­до­сти­жи­мо для чув­ст­ва.


А, мо­жет быть, на­пи­са­ние име­ет в ви­ду и Вож­дя Церк­ви. Ибо ис­тин­ный Ек­кле­си­аст, со­би­ра­ю­щий рас­се­ян­ное в еди­ную пол­но­ту и блуж­да­ю­щих мно­го­крат­но по раз­ным об­ман­чи­вым пу­тям во­цер­ков­ля­ю­щий в еди­ный сонм, – кто иной, как не ис­тин­ный Царь Из­ра­и­лев, Сын Бо­жий, Ко­то­ро­му На­фа­на­ил ска­зал: Ты еси Сынъ Бо­жий, Ты еси Царъ Из­ра­и­левъ
(Ин. 1:49)? По­се­му, ес­ли гла­го­лы
сии Ца­ря Из­ра­и­ле­ва, а Он же са­мый, как го­во­рит Еван­ге­лие, и Сын Бо­жий; то Он же име­ну­ет­ся Ек­кле­си­а­с­том. Да и не без ос­но­ва­ния, мо­жет быть, зна­че­ние над­пи­са­ния воз­во­дим до се­го смыс­ла, но что­бы до­знать чрез это, что си­ла и сих гла­го­ловъ
воз­во­дит­ся к То­му, Кто на Еван­ге­лии ут­вер­дил Цер­ковь. Ибо ска­за­но: гла­го­лы Ек­клесiас­та, сы­на Да­ви­до­ва.
А так и Его име­ну­ет Мат­фей в на­ча­ле Еван­ге­лия, на­зы­вая Гос­по­да Сы­ном Да­ви­до­вым» [19, с. 6 – 7].


«Су­е­та есть или не­име­ю­щее мыс­ли сло­во, или бес­по­лез­ная вещь, или не­о­су­ще­ст­ви­мый за­мы­сел, или не­ве­ду­щее к кон­цу тща­ние, или во­об­ще что ли­бо не слу­жа­щее ни к че­му по­лез­но­му» [19, с. 8].


«Ибо об­ви­не­ние па­ло бы на Со­твор­ше­го все, ес­ли бы и все бы­ло су­е­тою, и со­зда­те­лем се­го ока­зал­ся у нас Тот, Кто все при­вел в бы­тие из ни­че­го» [19, с. 10].


«Нет па­мя­ти о преж­нем; да и о том, что бу­дет, не ос­та­нет­ся па­мя­ти у тех, ко­то­рые бу­дут по­сле
» (Еккл. 1:11).


Он как бы так ска­зал: па­мять о том, что бы­ло по пер­во­на­чаль­ном бла­го­ден­ст­вии, и от че­го че­ло­ве­че­ст­во ста­ло по­гру­жен­ным во зло, из­гла­дит то, что по про­ше­ст­вии дол­го­го вре­ме­ни про­изой­дет на­пос­ле­док. Ибо не бу­дет па­мя­ти о сем по со­вер­шив­шем­ся на­пос­ле­док, то есть все­це­лое унич­то­же­ние па­мя­то­ва­ния зол со­де­ла­но для ес­те­ст­ва по­след­ним вос­ста­нов­ле­ни­ем о Хри­с­те Ии­су­се. Ему сла­ва и дер­жа­ва, во ве­ки ве­ков! Аминь» [19, с. 24].


«И пре­дал я серд­це мое то­му, что­бы ис­сле­до­вать и ис­пы­тать му­д­ро­с­тью все, что де­ла­ет­ся под не­бом
» (Еккл. 1:13).


Вот при­чи­на, по ко­то­рой Гос­подь при­шел к лю­дям во пло­ти, – вдать серд­це Свое, еже рас­смо­т­ре­ти в му­д­ро­с­ти Сво­ей о бы­ва­ю­щих под не­бе­сем
. Ибо что вы­ше не­бес, то, как не­о­дер­жи­мое бо­лез­нью, не име­ло нуж­ды в на­зи­ра­ю­щем и во вра­чу­ю­щем. По­се­му, так как зло на зем­ле (пре­смы­ка­ю­щий­ся и на­глый зверь – змий, вла­чась на пер­сях и на чре­ве, в пи­щу се­бе об­ра­ща­ет зем­лю, не пи­та­ясь ни­чем не­бес­ным, но, вла­чась по то­му, что по­пи­ра­ет­ся, по­пи­ра­е­мое име­ет все­гда в ви­ду, блю­дя пя­ту че­ло­ве­че­с­ко­го ше­ст­вия, и вли­вая яд в ут­ра­тив­ших власть на­сту­па­ти на зми­ев
(Лк. 10:19)); то вдал по­се­му серд­це Свое взы­с­ка­ти и рас­мо­т­ре­ти о всех, бы­ва­ю­щих под не­бе­сем
. Ибо в том, что пре­вы­ше не­бес, Про­рок не­унич­жен­ным ви­дит бо­же­ст­вен­ное ве­ли­ко­ле­пие, го­во­ря: взят­ся ве­ли­ко­ле­пие Твое пре­вы­ше не­бес
(Пс. 8:2). Сие-то при­шел рас­смо­т­реть Ек­кле­си­аст, а имен­но, что под не­бом про­изо­ш­ло та­ко­го, че­го не­бы­ло преж­де: как про­изо­ш­ла су­е­та, по­че­му ста­ло пре­об­ла­дать не­о­су­ще­ст­вив­ше­е­ся, ка­кое вла­ды­че­ст­во у то­го, че­го нет? Ибо зло не са­мо­сто­я­тель­но; по­то­му что не от су­ще­го име­ет свою особ­ность. А что не от су­ще­го, то, ко­неч­но, не су­ще­ст­ву­ет осо­бым ес­те­ст­вом; и од­на­ко­же упо­до­бив­шим­ся су­е­те пре­об­ла­да­ет су­е­та. По­это­му при­шел изы­с­кать Сво­ею пре­му­д­ро­с­тью, что про­изо­ш­ло под солн­цем? Что за сме­ше­ние в том, что де­ла­ет­ся здесь? Как су­щее по­ра­бо­ти­лось не су­ще­му? По­че­му не­о­су­ще­ст­вив­ше­е­ся вла­ды­че­ст­ву­ет над су­щим?» [19, с. 26 – 27].


«Взду­мал я в серд­це мо­ем ус­лаж­дать ви­ном те­ло мое и, меж­ду тем, как серд­це мое ру­ко­во­ди­лось му­д­ро­с­тью, при­дер­жать­ся и глу­по­с­ти, до­ко­ле не уви­жу, что хо­ро­шо для сы­нов че­ло­ве­че­с­ких, что долж­ны бы­ли бы они де­лать под не­бом в не­мно­гие дни жиз­ни сво­ей
» (Еккл. 2:3) .


И сверх это­го еще иное бла­го че­ло­ве­ку в дет­ст­ве и иное в цве­ту­щем воз­ра­с­те, и иное при­шед­ше­му в зре­лость, дру­гое же в пре­клон­ном воз­ра­с­те, и иное опять стар­цу, смо­т­ря­ще­му в зем­лю. Но я, го­во­рит Ек­кле­си­аст, ис­кал то­го бла­га, ко­то­рое во вся­ком воз­ра­с­те и во вся­кое вре­мя жиз­ни рав­но есть бла­го – та­кое бла­го, что и пре­сы­ще­ния им не ча­ет­ся, и сы­то­с­ти в нем не на­хо­дит­ся, но и при удов­ле­тво­ре­нии про­дол­жа­ет­ся вож­де­ле­ние, вме­с­те с на­слаж­де­ни­ем уси­ли­ва­ет­ся по­же­ла­ние, и не ог­ра­ни­чи­ва­ет­ся воз­ра­с­том лю­би­те­ля; но чем бо­лее че­ло­век на­слаж­да­ет­ся сим бла­гом, тем па­че с на­слаж­де­ни­ем воз­ра­с­та­ет по­же­ла­ние, а с по­же­ла­ни­ем воз­го­ра­ет­ся на­слаж­де­ние, и во все про­дол­же­ние жиз­ни все­гда бы­ва­ет пре­крас­но для об­ла­да­ю­щих, ни­ма­ло не из­ме­ня­ясь от не­по­сто­ян­ст­ва воз­ра­с­тов и вре­мен; сме­жа­ет ли кто очи, или подъ­ем­лет взор, бла­го­ден­ст­ву­ет, или пе­ча­лен, ночь ли про­во­дит, или день, — од­ним сло­вом вся­ко­му в жиз­ни слу­жит та­ким бла­гом, ко­то­рое и для впад­ше­го в ка­кое ли­бо не­сча­ст­ное об­сто­я­тель­ст­во не де­ла­ет­ся чем ни есть худ­шим, или луч­шим, не ума­ля­ет­ся, не уве­ли­чи­ва­ет­ся. Та­ко­во, по мо­е­му раз­суж­де­нию, в под­лин­ном смыс­ле бла­го, ко­то­рое уви­деть до­мо­гал­ся Со­ло­мон, еже и тво­рятъ лю­ди подъ солн­цемъ во
все чис­ло дней жи­во­та ихъ.
Не иным чем ка­жет­ся оно мне, как де­лом ве­ры, дей­ст­ви­тель­ность ко­то­рой есть для всех об­щая, рав­но пред­ла­га­ет­ся же­ла­ю­щим, все­силь­ная, по­сто­ян­но пре­бы­ва­ет в жиз­ни. Вот – то бла­гое де­ло, ко­то­рое да бу­дет и в нас, о Хри­с­те Ии­су­се, Гос­по­де на­шем. Ему сла­ва во ве­ки ве­ков! Аминь» [19, с. 39 – 40].


«… и Со­ло­мон, ес­ли ис­пы­тал это, то, ко­неч­но, по­доб­но ка­ко­му-ни­будь лов­цу в мо­ре пур­пу­ро­вых ра­ко­вин, по­гру­жал­ся в на­слаж­де­ние не для то­го, что­бы на­пол­нить­ся со­ле­ною мор­скою во­дою (а под сей во­дою ра­зу­мею удо­воль­ст­вие), но что­бы в та­кой глу­би­не оты­с­кать что-ли­бо по­лез­ное для ума» [19, с. 44].


«Вре­мя раз­бра­сы­вать кам­ни, и вре­мя со­би­рать кам­ни; вре­мя об­ни­мать, и вре­мя ук­ло­нять­ся от объ­я­тий
» (Еккл. 3:5).


Без со­мне­ния же над­ле­жит ра­зу­меть, что убий­ст­вен­ные для по­ро­ка по­мыс­лы суть те мет­ко бро­са­емые из пра­щи Ек­кле­си­а­с­то­вой кам­ни, ко­то­рые все­гда на­доб­но и бро­сать и со­би­рать. Бро­сать к низ­ло­же­нию то­го, что вы­сит­ся про­тив на­шей жиз­ни; а со­би­рать, что­бы ло­но ду­ши все­гда бы­ло пол­но та­ко­вых за­го­тов­ле­ний, и иметь нам под ру­ка­ми, что бро­сить во вра­га, ес­ли про­тив нас ина­че из­мыс­лит кознь.


По­се­му от­ку­да же со­бе­рем кам­ни, что­бы за­ме­тать ими вра­га? Слы­шал я про­ро­че­ст­во, ко­то­рое го­во­рит: ка­менiе свя­то ва­ля­ет­ся на зем­ли
(Зах. 9:16). А это – сло­ве­са схо­дя­щия к нам от бо­го­дух­но­вен­но­го Пи­са­ния; их над­ле­жит со­би­рать в ло­но ду­ши, что­бы во­вре­мя вос­поль­зо­вать­ся ими про­тив огор­ча­ю­щих нас; ме­та­ние их так пре­крас­но, что и вра­га они уби­ва­ют, и не от­да­ля­ют­ся от ру­ки ме­щу­ща­го. Ибо кто кам­нем це­ло­му­д­рия ме­щет в не­воз­держ­ный по­мысл, в удо­воль­ст­ви­ях со­би­ра­ю­щий дро­ва в пи­щу ог­ню,<ср. Чис. 15:32-36>, тот и по­мысл по­бо­ра­ет сим ме­та­ни­ем, и ору­жие все­гда но­сит в ру­ке. Так и прав­да де­ла­ет­ся кам­нем для не­прав­ды, и ее уби­ва­ет, и хра­нит­ся в ло­не по­ра­зив­ше­го. Та­ким же об­ра­зом все, ра­зу­ме­е­мое луч­шим, бы­ва­ет убий­ст­вен­но для по­ни­ма­е­мо­го, как худ­шее, и не от­да­ля­ет­ся от пре­ус­пе­ва­ю­щего в до­б­ро­де­те­ли» [19, с. 116 – 117].


«По­се­му, ес­ли Да­вид по­ве­ле­ва­ет нам объ­ять Си­он (Пс. 47:13), а Со­ло­мон ска­зал, что поч­тив­шие пре­му­д­рость объ­ем­лют­ся ею, то не по­гре­шим про­тив над­ле­жа­ще­го ра­зу­ме­ния, до­знав то са­мое, обы­ма­ние че­го бла­го­вре­мен­но. Си­он есть го­ра, воз­вы­ша­ю­ща­я­ся над ие­ру­са­лим­скою кре­по­с­тью. По­это­му со­ве­ту­ю­щий те­бе об­нять его, по­ве­ле­ва­ет быть при­вер­жен­ным к вы­со­кой жиз­ни, что­бы до­стиг­нуть са­мой твер­ды­ни до­б­ро­де­те­лей, ко­то­рую Да­вид за­га­доч­но оз­на­чил име­нем Си­о­на. А уго­тов­ля­ю­щий­ся со­жи­тель­ст­во­вать с пре­му­д­ро­с­тью, воз­ве­ща­ет те­бе о том объ­я­тии, ка­кое у них по­сле­ду­ет. Итак, вре­мя объ­и­ма­ти Си­он, и вре­мя быть объ­я­тым пре­му­д­ро­с­тию, так как име­нем Си­о­на ука­зы­ва­ет­ся вы­со­та жиз­ни; а пре­му­д­рость оз­на­ча­ет со­бою вся­кую в ча­ст­но­с­ти до­б­ро­де­тель. По­се­му, ес­ли из ска­зан­но­го уз­на­ли мы бла­го­вре­мен­ность объ­я­тия, то из се­го же са­мо­го на­учи­лись, с кем раз­ли­че­ние по­лез­нее со­ю­за. Ибо ска­за­но:


Вре­мя уда­ля­ти­ся отъ объ­и­манiя.
Кто ос­во­ил­ся с до­б­ро­де­те­лью, тот чуж­да­ет­ся сно­ше­ния с по­ро­ком. Ибо кое об­щенiе све­ту ко тме, или Хри­с­то­ви съ велiаромъ?
или как воз­мож­но то­му, кто слу­жит дво­им про­ти­во­по­лож­ным меж­ду со­бою гос­по­дам, со­де­лать­ся угод­ны­ми для обо­их? Ибо лю­бовь од­но­го про­из­во­дит не­на­висть в дру­гом. По­се­му, ког­да чув­ст­во люб­ви име­ет хо­ро­шее по­след­ст­вие, а это есть бла­го­вре­мен­ность, тог­да дей­ст­ви­тель­но по­сле­ду­ет от­чуж­де­ние от про­ти­во­по­лож­но­го. Ес­ли ис­тин­но воз­лю­бил ты це­ло­му­д­рие, то воз­не­на­ви­дишь про­ти­во­по­лож­ное. Ес­ли с лю­бо­вью взи­ра­ешь на чи­с­то­ту; то яв­но, что воз­гну­шал­ся ты зло­во­ни­ем гря­зи. Ес­ли при­вя­зан к до­б­ро­му, то не­премен­но стал да­лек от при­вя­зан­но­с­ти к ху­до­му» [19, с. 118 – 119].


«Вре­мя раз­ди­рать, и вре­мя сши­вать; вре­мя мол­чать, и вре­мя го­во­рить
» (Еккл. 3:7).


Сии мыс­ли, ка­жет­ся мне, вну­ша­ют­ся ска­зан­ным: (7) вре­мя раз­дра­ти, и вре­мя сши­ти,
а имен­но, что­бы мы, от­торг­шись от то­го, с чем на зло се­бе срод­ни­лись, при­ле­пи­лись к то­му, еди­не­ние с чем для нас бла­го. Ибо ска­за­но: мне при­леп­ля­ти­ся Бо­го­ви бла­го есть, по­ла­га­ти на Гос­по­да упо­ванiе мое
(Пс. 72:28). Иной мо­жет ска­зать, что со­вет сей по­ле­зен и для мно­го­го ино­го; на­при­мер: из­ми­те зла­го отъ васъ са­мехъ
(1 Кор. 5:13). Сие по­ве­ле­ва­ет бо­же­ст­вен­ный Апо­с­тол об осуж­ден­ном за без­за­ко­нное сме­ше­ние, при­ка­зы­вая от­торг­нуть его от об­щей пол­но­ты Церк­ви, что­бы и малъ квасъ,
как го­во­рит он, по­ро­ка в осуж­ден­ном не со­де­лал бес­по­лез­ным все сме­шенiе
цер­ков­ной мо­лит­вы.


От­торг­ну­то­го же за грех сно­ва сши­ва­ет Апо­с­тол по­ка­я­ни­ем, го­во­ря: да не мно­гою скорбiю по­жренъ бу­детъ
(2 Кор. 2:7). Так бла­го­вре­мен­но умел он и ото­драть за­гряз­нен­ную часть цер­ков­ной ри­зы, и сно­ва при­шить бла­го­вре­мен­но, ког­да ста­ла омы­та от сквер­ны по­ка­я­ни­ем» [19, стр. 126 – 127].


«Вре­мя лю­бить, и вре­мя не­на­ви­деть; вре­мя вой­не, и вре­мя ми­ру
» (Еккл. 3:8).


По­се­му ска­зав­ший: вре­мя лю­би­ти,
ука­зал, что дей­ст­ви­тель­но за­слу­жи­ва­ет друж­бу и до­сто­лю­без­но; и пред­пи­сав­ший вре­мя для не­на­ви­с­ти на­учил, от че­го над­ле­жит иметь от­вра­ще­ние. <…> Ибо од­но толь­ко до­сто­лю­без­но по ес­те­ст­ву – ис­тин­но Су­щее, о чем за­ко­но­по­ло­же­ние го­во­рит в де­ся­то­сло­вии: воз­лю­би­ши Гос­по­да Бо­га тво­е­го отъ все­го серд­ца тво­е­го,
и от все­го по­мы­ш­ле­ния тво­е­го (Втор. 6:5). И од­но так­же по­ис­ти­не не­на­ви­ст­но, это — изо­б­ре­та­тель гре­ха, враг на­шей жиз­ни, о ко­то­ром за­кон го­во­рит: воз­не­на­ви­ди­ши вра­га тво­е­го
(Мф. 5:43). Лю­бовь к Бо­гу со­де­лы­ва­ет­ся кре­по­с­тью лю­бя­ща­го; а рас­по­ло­жен­ность к по­ро­ку при­но­сит по­ги­бель лю­бя­ще­му зло. Ибо так го­во­рит про­ро­че­ст­во: воз­люб­лю Тя, Гос­по­ди, кре­пость моя: Гос­подь ук­реп­ленiе мое, и при­бе­жи­ще мое, и из­ба­ви­тель мой
(Пс. 17:2,3). О про­ти­во­по­лож­ном же го­во­рит: лю­бяй не­прав­ду, не­на­ви­дитъ свою ду­шу. Одож­дитъ на греш­ни­ки се­ти
(Пс. 10:5,6). По­се­му вре­мя для люб­ви к Бо­гу – вся жизнь, и вре­мя для от­чуж­де­ния от со­про­тив­ни­ка – це­лая жизнь. Кто хо­тя ма­лую ка­кую часть жиз­ни сво­ей пре­бы­ва­ет вне люб­ви Бо­жи­ей, тот, без со­мне­ния, бы­ва­ет вне То­го, от люб­ви к Ко­му от­да­лил­ся он» [19, с. 143–144].


Свт. Ио­анн Зла­то­уст


«Но ска­жет кто-ни­будь: ес­ли (то или дру­гое) су­ет­но и ве­дет к су­е­те, то для че­го же су­ще­ст­ву­ет? Ес­ли при том это – де­ло Бо­жие, то как оно мо­жет быть су­ет­но? И мно­го есть по­доб­ных воз­ра­же­ний, ка­са­тель­но это­го пред­ме­та. Но по­слу­шай, воз­люб­лен­ный! Не де­ла Бо­жии на­звал Ек­кле­си­аст су­ет­ны­ми; нет! Не не­бо су­ет­но, не зем­ля су­ет­на, нет! – ни солн­це, ни лу­на, ни звез­ды, ни те­ло на­ше. Ибо все это до­б­ро зе­ло
. Что же су­ет­но? По­слу­ша­ем, что го­во­рит сам Ек­кле­си­аст: со­тво­рих ми вер­то­гра­ды…; со­тво­рих ми по­ющих и по­ющия…; и стя­жа­ние ско­та и стад мно­го ми бысть…; со­брах ми зла­то и сре­б­ро… и ви­дех, яко вся су­ет­на
(2:6–11). По­слу­шай, что го­во­рит и про­рок: со­кро­ви­ще­ст­ву­ет
че­ло­век и не весть ко­му со­бе­рет я
(Пс. 38:7). И так, вот что су­е­та су­ет­ст­вий: оби­лие и из­бы­ток зо­ло­та, тол­пы не­воль­ни­ков, шум­но бе­гу­щих за то­бою по пло­ща­ди, гор­дость и тще­сла­вие, вы­со­ко­ме­рие и над­мен­ность; это – су­е­та, ибо про­изо­ш­ло не от Бо­га, но со­став­ле­но людь­ми. <Да­лее го­во­рит о том, что су­ет­ны бы­ва­ют по упо­треб­ле­нию сво­е­му.> Да­же и бла­го­че­с­тие мо­жет быть су­ет­но. Так бы­ло с не­ко­то­ры­ми из ел­ли­нов. Они ве­ли стро­гую жизнь, но по пу­с­то­му, не имея в ви­ду ни­ка­кой по­лез­ной це­ли, по­сту­пая так из тще­сла­вия, для сни­с­ка­ния по­че­та от тол­пы» [29, т. 11, с. 107].


Прп. Максим Исповедник


Максима монаха к Фалассию, благочестивейшему пресвитеру и игумену о различных затруднительных местах священного писания. Вопрос LV


«Итак, как мне кажется, духовное толкование [этих] вызывающих затруднение [слов Священного Писания] подошло к своему пределу. Возможно, кто-нибудь благодаря обретенному богатству пышных волос ведующей благодати, наподобие великого Самуила духовным оком обозрев предшествующее, премудро откроет нам сокрытую в этих начертанных словах мысль, умозрительным образом излучающую на всех горний свет Истины и убеждающую могущих понять это, что нет ничего неуместного и напрасного в написанном Святым Духом. И хотя мы не в силах вместить [полностью] подобную мысль, [воспримем] всё таинственным образом, благовременно и ради человеческого спасения, началом и концом которого является премудрость. Она, возникая, сначала творит страх, а затем, завершаясь, созидает [божественное] томление любви. Вернее сказать, эта премудрость изначала ради нас домостроительно сама становится страхом, чтобы возлюбивший [Бога] перестал [творить] зло; позднее же, в [самом] конце, она естественным образом оказывается [божественным] томлением любви, дабы преисполнить духовным веселием тех, кто сожитие с ней предпочел всему сущему» [48, кн. 2, с. 174].


Афанасьев Д.


Тол­ко­ва­ние кни­ги «Песнь Пес­ней», со­став­лен­ное Д. Афа­на­сь­е­вым на ос­но­ва­нии ука­за­ний свя­тых от­цов


За­ме­ча­ние в изъ­яс­не­ние та­ин­ст­вен­но­го смыс­ла пер­во­го яв­ле­ния в пер­вом дей­ст­вии
. – Под Воз­люб­лен­ной, как вы­ше уже бы­ло за­ме­че­но, в та­ин­ст­вен­ном смыс­ле нуж­но ра­зу­меть об­ще­ст­во ве­ру­ю­щих
и имен­но из языч­ни­ков, что впол­не под­тверж­да­ет­ся рас­смо­т­рен­ным со­дер­жа­ни­ем пер­во­го яв­ле­ния, где Воз­люб­лен­ная пред­став­ля­ет­ся ино­ст­ран­кою сре­ди дще­рей Ие­ру­са­лим­ских и во двор­це ца­ря Со­ло­мо­на; под ца­рем – Воз­люб­лен­ным нуж­но ра­зу­меть са­мо­го Бо­га Хри­с­та
. Из со­дер­жа­ния пер­во­го яв­ле­ния вид­но, что об­ще­ст­во ве­ру­ю­щих из языч­ни­ков на­хо­дит­ся в осо­бен­но дру­же­ст­вен­ных от­но­ше­ни­ях с об­ще­ст­вом ве­ру­ю­щих из Ев­ре­ев, т.е. с цер­ко­вью за­вет­ною, ко­то­рую изо­б­ра­жа­ют «дще­ри Ие­ру­са­лим­ския», и вме­с­те с ни­ми уча­ст­ву­ет на пи­ре у Ца­ря Бо­га, ко­неч­но ду­хов­ном, со­сто­я­щем в об­ще­нии ве­ры и люб­ви и в ра­до­с­ти о Гос­по­де. Те­перь во­прос: ка­кой ис­то­ри­че­с­кий мо­мент ре­ли­ги­оз­но­го со­сто­я­ния ве­ру­ю­щих из языч­ни­ков ри­су­ет­ся в этом пер­вом яв­ле­нии?
В пер­вое вре­мя, по­сле от­де­ле­ния Ав­ра­а­ма из сре­ды на­ро­дов, «сме­шан­ных в еди­но­мыс­лии зла» (Прем. 10:5), и по­сле об­ра­зо­ва­ния Церк­ви за­вет­ной сре­ди по­том­ков Ав­ра­а­мо­вых, ос­тав­ши­е­ся ве­ру­ю­щие в сре­де язы­ков про­дол­жа­ли жить ре­ли­ги­оз­но-ду­хов­но по за­ве­ту Бо­га с Но­ем, поль­зу­ясь об­щим от­кро­вен­ным пре­да­ни­ем, со­хра­нив­шим­ся в от­дель­ных ро­дах и се­мей­ст­вах и от­ча­с­ти ожив­ля­е­мым и под­дер­жи­ва­е­мым осо­бен­ны­ми яв­ле­ни­я­ми Бо­га: это мы ви­дим из ис­то­ри­че­с­ких при­ме­ров Мел­хи­се­де­ка и дру­гих лиц, с ко­то­ры­ми Ав­ра­ам вхо­дил в сно­ше­ние (см. Быт. 20:3, 22:22–24; 23:5–6), так­же из при­ме­ра Ва­ла­а­ма (Чис. 22–24), Ио­ва и др. Но по­сте­пен­но пре­да­ние за­бы­ва­лось и ис­ка­жа­лось в об­ра­зо­вав­ших­ся ре­ли­ги­оз­ных куль­тах язы­че­с­ких, а к вос­при­я­тию не­по­сред­ст­вен­ных от­кро­ве­ний от Бо­га языч­ни­ки де­ла­лись все бо­лее и бо­лее не­спо­соб­ны­ми, как это мы ви­дим из при­ме­ра Ва­ла­а­ма. Меж­ду тем в сре­де языч­ни­ков все­гда бы­ли ду­ши, то­мя­щи­е­ся от не­удов­ле­тво­ре­ния по­треб­но­с­ти ве­ры и ре­ли­ги­оз­ной люб­ви, и ищу­щие Бо­га ис­тин­но­го. Они, ко­неч­но, мог­ли на­хо­дить и дей­ст­ви­тель­но на­хо­ди­ли, ис­тин­ное удов­ле­тво­ре­ние сво­им ре­ли­ги­оз­ным по­треб­но­с­тям че­рез при­ня­тие ре­ли­гии Ев­ре­ев; и дей­ст­ви­тель­но, со вре­ме­ни ис­хо­да Ев­ре­ев из Егип­та мы ви­дим сре­ди Из­ра­и­ля цер­ков­ное об­ще­ст­во при­шель­цев, или про­зе­ли­тов, пра­ва ко­то­рых оп­ре­де­ля­ют­ся за­ко­на­ми. Но та­кой спо­соб, имен­но че­рез про­зе­ли­тизм, про­све­ще­ния языч­ни­ков ис­тин­ною ве­рою мог при­ме­нять­ся толь­ко в осо­бо ис­клю­чи­тель­ных слу­ча­ях и толь­ко сре­ди языч­ни­ков, ко­то­рые жи­ли на од­ной тер­ри­то­рии с Из­ра­и­лем и из ко­то­рых вы­сту­па­ют в ис­то­рии ве­ли­кие пред­ста­ви­те­ли ве­ру­ю­щих из языч­ни­ков, ка­ко­вы – Ра­ав и Руфь Мо­а­ви­тян­ка. Но оче­вид­но, что это бы­ли ис­клю­чи­тель­ные слу­чаи и тем бо­лее ис­клю­чи­тель­ные, что с ха­на­ан­ски­ми на­ро­да­ми и с дру­ги­ми тер­ри­то­ри­аль­ны­ми со­се­дя­ми Ев­реи по­сто­ян­но бы­ли во враж­де и ве­ли вой­ны. Вне же сфе­ры тер­ри­то­ри­аль­ных от­но­ше­ний и свя­зей на­хо­дил­ся це­лый мир языч­ни­ков и при­том языч­ни­ков про­све­щен­ней­ших, и в со­ци­аль­но-граж­дан­ском и ум­ст­вен­ном от­но­ше­ни­ях да­ле­ко ушед­ших впе­ред срав­ни­тель­но с Ев­ре­я­ми. С эти­ми языч­ни­ка­ми, напр. Фи­ни­ки­я­на­ми, Егип­тя­на­ми и др., до вре­мен Да­ви­да и Со­ло­мо­на не бы­ло у Из­ра­и­ля мир­ных не­по­сред­ст­вен­ных сно­ше­ний. Ког­да же Со­ло­мон во­шел в та­кие сно­ше­ния с ука­зан­ны­ми на­ро­да­ми, то тот­час воз­ник во­прос о ре­ли­ги­оз­ном об­ще­нии Из­ра­и­ля с эти­ми даль­ни­ми языч­ни­ка­ми и об удов­ле­тво­ре­нии их ре­ли­ги­оз­ных нужд и по­треб­но­с­тей, с ко­то­ры­ми они на­стой­чи­во тол­ка­лись к име­ю­щим клю­чи цар­ст­ва Бо­жия. Из ис­то­ри­че­с­ких свящ. книг мы зна­ем, как про­све­щен­ный Бо­же­ст­вен­ною му­д­ро­с­тью Со­ло­мон ре­шал этот во­прос, пред­ла­гая ищу­щим Бо­га языч­ни­кам ре­ли­ги­оз­ное еди­не­ние в со­здан­ном им хра­ме Бо­гу ис­тин­но­му на един­ст­вен­ном ус­ло­вии ве­ры их и па­с­ты­рем на поч­ве ес­те­ст­вен­но­го ре­ли­ги­оз­но­го ве­де­ния без цер­ков­но-об­ря­до­вых ус­ло­вий за­ко­на Мо­и­се­е­ва (см. 3 Цар. 4:29–34); по­то­му что эти «при­хо­дя­щие из­да­ле­ча» языч­ни­ки по ус­ло­ви­ям сво­ей со­ци­аль­ной и граж­дан­ской жиз­ни не хо­те­ли, да и не мог­ли быть при­шель­ца­ми и при­сель­ни­ка­ми
у Из­ра­и­ля, граж­дан­ская и со­ци­аль­ная жизнь ко­то­ро­го име­ла со­вер­шен­но са­мо­сто­я­тель­ное раз­ви­тие, не­при­ме­ни­мое к жиз­ни граж­дан­ски-са­мо­сто­я­тель­ных языч­ни­ков. В «Пес­ни Пес­ней» ре­ша­ет­ся тот же са­мый во­прос, но толь­ко здесь это ре­ше­ние пред­став­ля­ет­ся в его иде­аль­но-нор­маль­ном, долж­ном ви­де; и в пер­вом яв­ле­нии пер­во­го дей­ст­вия ри­су­ет­ся ис­то­ри­че­с­кий мо­мент ре­ли­ги­оз­но­го со­сто­я­ния об­ще­ст­ва ве­ру­ю­щих из языч­ни­ков и от­но­ше­ния их к на­ро­ду Бо­жию в том фа­зи­се, в ко­то­рый всту­пи­ли они во вре­мя Со­ло­мо­на
. Воз­люб­лен­ная изо­б­ра­жа­ет пред «дще­ря­ми Ие­ру­са­лим­ски­ми» свое со­сто­я­ние и по­ло­же­ние на ро­ди­не, т.е. ре­ли­ги­оз­но-нрав­ст­вен­ное со­сто­я­ние ищу­щих Бо­га ис­тин­но­го сре­ди языч­ни­ков, в та­ком ви­де: имея до­б­рые стрем­ле­ния и не­о­до­ли­мое вле­че­ние к ис­ти­не, она бы­ла очер­не­на в сво­ем за­блуж­да­ю­щем­ся зна­нии, ос­леп­ле­на бы­ла ду­хов­но, имен­но ис­пы­та­тель­ным ис­сле­до­ва­ни­ем при­ро­ды, ко­то­рая сво­ею ос­ле­пи­тель­ною кра­со­тою и по­дав­ля­ю­щим вли­я­ни­ем сти­хий­ных сил при­во­ди­ла лишь к не­раз­ре­ши­мым ес­те­ст­вен­ным умом ре­ли­ги­оз­ным во­про­сам, – и вот, «солн­це опа­ли­ло ее» (Песн. 1:4–5; ср. Прем. 13:3–7). Ее во­про­са­ми и бес­по­кой­ны­ми тре­бо­ва­ни­я­ми не­до­воль­ны бы­ли ее стар­шие бра­тья от дру­го­го от­ца и, же­лая оту­чить ее от иде­аль­ни­ча­ния, на­зна­чи­ли чуж­дую для ее ду­ха ра­бо­ту – сте­речь их ви­но­град­ни­ки, при­чем она ока­за­лась, ко­неч­но, пло­хим сто­ро­жем (Песн. 1:5): стар­шие бра­тья от дру­го­го от­ца суть языч­ни­ки, ко­то­рые спо­кой­но уже жи­ли «по ве­ку ми­ра се­го, по кня­зю вла­с­ти воз­душ­ные» (Еф. 2:2), со­вер­шен­но под­чи­нив­шись от­цу сво­е­му ди­а­во­лу (Ин. 8:44), и ко­то­рые с не­удо­воль­ст­ви­ем и враж­деб­но смо­т­ре­ли на тех в сво­ей сре­де, ко­то­рые не мог­ли и не хо­те­ли удов­ле­тво­рить­ся их ре­ли­ги­оз­ны­м ми­ро­со­зер­ца­ни­ем. Ви­но­град­ни­ки у этих бра­ть­ев суть язы­че­с­кие ре­ли­ги­оз­но-бо­го­слу­жеб­ные куль­ты
, а по­став­ле­ние ими сво­ей бес­по­кой­ной се­с­т­ры стра­жем в этих ви­но­град­ни­ках изо­б­ра­жа­ет по­свя­ще­ние в тай­ны раз­ных ре­ли­ги­оз­ных ми­с­те­рий и язы­че­с­ких бо­го­слов­ских си­с­тем. Но ду­ши с ис­тин­ным ре­ли­ги­оз­ным чув­ст­вом и с энер­ги­че­с­кою жаж­дою ис­тин­но­го бо­го­ве­де­ния не мог­ли удов­ле­тво­рить­ся ми­с­те­ри­я­ми и бо­го­слов­ски­ми си­с­те­ма­ми, ча­с­то без­нрав­ст­вен­ны­ми и пря­мо не­ле­пы­ми, – и вот они про­дол­жа­ют ис­кать ис­ти­ну и взы­вать с моль­бою о по­мо­щи к не­ве­до­мо­му Бо­гу (Песн. 1:6; ср. Де­ян. 17:22–23). Та­ким-то имен­но языч­ни­кам Бог от­крыл­ся во вре­ме­на Со­ло­мо­на, при­гла­шая их че­рез осо­бен­ные яв­ле­ния, со­вер­шив­ши­е­ся тог­да сре­ди Из­ра­и­ля, из­бран­но­го на­ро­да, к сле­до­ва­нию по пу­тям бо­го­ве­де­ния, от­кры­тым это­му ста­ду Бо­жию и к по­у­че­нию у бо­го­по­с­тав­лен­ных па­с­ты­рей (Песн. 1:7). Та­ким па­с­ты­рем-учи­те­лем для языч­ни­ков был сам Со­ло­мон (но он по та­ин­ст­вен­но­му зна­ме­но­ва­нию сво­е­му в «Пес­ни Пес­ней» яв­ля­ет­ся об­ра­зом еди­но­го Бо­га) и по­том про­ро­ки Ие­го­вы; кро­ме них, про­све­ще­нию языч­ни­ков мог­ли и долж­ны бы­ли слу­жить все ис­тин­ные Из­ра­иль­тя­не, ко­то­рые ре­ли­ги­оз­но-нрав­ст­вен­ную лю­бовь к ближ­ним не ог­ра­ни­чи­ва­ли уз­ким кру­гом на­ци­о­наль­но­го род­ст­ва (см. Лк. 10:29–37) и ко­то­рые в «Пес­ни Пес­ней» изо­б­ра­жа­ют­ся под «дще­ря­ми Ие­ру­са­лим­ски­ми». Обя­зан­но­с­ти та­ких чле­нов Церк­ви под­за­кон­ной по от­но­ше­нию к языч­ни­кам долж­ны бы­ли со­сто­ять, по ука­за­нию «Пес­ни Пес­ней», в под­го­тов­ле­нии их к встре­че и к долж­но­му при­ня­тию име­ю­ще­го явить­ся Гос­по­да в ли­це Мес­сии, с од­ной сто­ро­ны, ука­зы­вая по име­ю­щим­ся от­кро­ве­ни­ям при­зна­ки при­ше­ст­вия Воз­люб­лен­но­го Бо­га и му­д­ро сдер­жи­вая не­тер­пе­ли­вые по­ры­вы не­о­буз­дан­ных игом за­ко­на языч­ни­ков, а с дру­гой – ста­раясь об ук­ра­ше­нии их нрав­ст­вен­ны­ми до­б­ры­ми ка­че­ст­ва­ми (см. Песн. 1:3, 4, 7, 9–10). На­ко­нец, су­ще­ст­вен­ное и глав­ное в пер­вом яв­ле­нии пер­во­го дей­ст­вия, а так­же и во всех даль­ней­ших яв­ле­ни­ях, со­став­ля­ет от­но­ше­ние к Воз­люб­лен­ной Воз­люб­лен­но­го ца­ря, под ко­то­рым в та­ин­ст­вен­ном смыс­ле нуж­но ра­зу­меть Са­мо­го Бо­га. В рас­сма­т­ри­ва­е­мом яв­ле­нии это от­но­ше­ние про­яв­ля­ет­ся в том, что Царь Из­ра­и­лев, при­вле­кая сла­вою о сво­ей му­д­ро­с­ти серд­ца ищу­щих му­д­ро­с­ти (Песн. 1: 1–2), лю­без­но и с че­с­тью при­ни­ма­ет в сво­ем двор­це ино­ст­ран­ку Воз­люб­лен­ную, «вво­ди ее в чер­то­ги свои» и «в дом пи­ра» (Песн. 1:3, 2:4), где она уча­ст­ву­ет на пи­ре в ка­че­ст­ве по­чет­ной гос­тьи, по ее прось­бе да­ет ей му­д­рые со­ве­ты от­но­си­тель­но му­д­ро­го по­ве­де­ния (– «иди се­бе по сле­дам овец») и ру­ко­вод­ст­вен­но­го уп­рав­ле­ния дру­ги­ми (– «па­си коз­лят тво­их», – вид­но, что Воз­люб­лен­ная – ли­цо цар­ст­вен­ное,
– ст. 7), для ук­ра­ше­ния ее да­ет ей по­дар­ки и, на­ко­нец, удо­с­та­и­ва­ет ее осо­бен­ной люб­ви и ду­хов­но­го еди­не­ния на ло­не при­ро­ды, т.е. в сфе­ре ес­те­ст­вен­но­го зна­ния, или, по ны­неш­не­му, на на­уч­ной поч­ве (Песн. 1:5). В та­ин­ст­вен­ном смыс­ле это зна­чит, что Бог, Ие­го­ва Из­ра­и­лев, как царь не толь­ко Ев­ре­ев, а и языч­ни­ков, ми­ло­с­ти­во до­пу­с­ка­ет ищу­щих Бо­га языч­ни­ков к ре­ли­ги­оз­но­му об­ще­нию и уча­с­тию в пра­зд­не­ст­вен­ном цер­ков­ном тор­же­ст­ве сре­ди Сво­е­го из­бран­но­го на­ро­да и в Сво­ем хра­ме, где ми­ло­с­ти­во слы­шит их мо­ле­ния (см. 3 Цар. 8: 41–43) и че­рез бо­го­про­с­ве­щен­ных му­жей да­ет им раз­ре­ши­тель­ные от­ве­ты на их не­до­умен­ные во­про­сы (см. 3 Цар. 10:1–9; ср. Мф. 12: 42). За­ме­ча­тель­ны в этом, ри­су­е­мом в Пес­ни ре­ли­ги­оз­ном про­све­ще­нии языч­ни­ков, две су­ще­ст­вен­ные чер­ты, имен­но: цер­ков­но-ре­ли­ги­оз­ное об­ще­ние Ев­ре­ев, как чле­нов Церк­ви под­за­кон­ной, с языч­ни­ка­ми без при­ня­тия по­след­них в эту Цер­ковь че­рез об­ре­за­ние и в ка­че­ст­ве про­зе­ли­тов, и про­мыс­ли­тель­ное про­све­ти­тель­ное воз­дей­ст­вие на языч­ни­ков Са­мо­го Бо­га че­рез яв­ле­ния при­ро­ды, ка­ко­вое воз­дей­ст­вие пред­став­ля­ет­ся в «Пес­ни Пес­ней» об­щим про­све­ти­тель­ным сред­ст­вом для всех языч­ни­ков; са­мо об­ще­ние Бо­га с языч­ни­ка­ми че­рез ес­те­ст­вен­ное бо­го­по­зна­ние и по­кло­не­ние Ему, как Твор­цу и Зиж­ди­те­лю все­го, пред­став­ля­ет­ся ес­те­ст­вен­но цер­ков­ным (– «ло­же у нас – зе­лень; кров­ли до­мов на­ших – ке­д­ры; по­тол­ки на­ши – ки­па­ри­сы»: об­раз церк­ви
) со­ю­зом Бога с че­ло­ве­ка­ми. То по­ня­тие о ре­ли­ги­оз­ном об­ще­нии Ев­ре­ев с языч­ни­ка­ми, к ко­то­ро­му стре­мил­ся и ко­то­рое осу­ще­ств­ля­ет Со­ло­мон, не бы­ло ус­во­е­но всем на­ро­дом Ев­рей­ским, в ко­то­ром, на­про­тив, раз­ви­лись впос­лед­ст­вии ре­ли­ги­оз­но-на­ци­о­наль­ные не­тер­пи­мость и ис­клю­чи­тель­ность; но луч­шие бо­го­про­с­ве­щен­ные му­жи Из­ра­и­ля по осо­бо­му дей­ст­вию Бо­жию вхо­ди­ли и в по­сле­ду­ю­щие вре­ме­на в та­кое об­ще­ние с языч­ни­ка­ми, ка­кое ри­су­ет­ся в «Пес­ни Пес­ней». При­мер это­го мы ви­дим в де­я­тель­но­с­ти пророка Илии, по­слан­но­го к вдо­ви­це Са­реп­ты Си­дон­ской (3 Цар. 17:8–23; ср. Лк 4:25–26), – пророка Ели­сея, ис­це­лив­ше­го от про­ка­зы языч­ни­ка Не­ема­на Си­ри­я­ни­на и поз­во­лив­ше­го это­му языч­ни­ку по­кло­нять­ся и слу­жить Бо­гу ис­тин­но­му на сво­ей ро­ди­не, не по­ки­дая сво­их обя­зан­но­с­тей при язы­че­с­ком ца­ре (4 Цар. 5:1–19; ср. Лк. 4:27), – пророка Ио­ны, по­слан­но­го про­по­ве­до­вать спа­си­тель­ное по­ка­я­ние Ни­не­ви­тя­нам (см. его кни­гу), – пророка Да­ни­и­ла, быв­ше­го гла­вою «над все­ми му­д­ры­ми Ва­ви­лон­ски­ми» и ре­ли­ги­оз­ным ру­ко­во­ди­те­лем не­сколь­ких язы­че­с­ких ца­рей, и др. Факт же об­ще­ния Бо­га с языч­ни­ка­ми на ло­не при­ро­ды, ко­то­рая для мно­гих из них бы­ла хра­мом ис­тин­но­го Бо­га, где они по­кла­ня­лись Ему и по­уча­лись от Не­го, за­сви­де­тель­ст­во­ван вдох­но­вен­ным пев­цом, про­ро­ком и ца­рем Да­ви­дом, ко­то­рый та­ки­ми ве­ли­че­ст­вен­ны­ми чер­та­ми опи­сы­ва­ет этот храм: «не­бе­са про­по­ве­ду­ют сла­ву Бо­жию, и о де­лах рук Его ве­ща­ет твердь. День дню пе­ре­да­ет речь, и ночь но­чи от­кры­ва­ет зна­ние. Нет язы­ка, и нет на­ре­чия, где не слы­шал­ся бы го­лос их. По всей зем­ле про­хо­дит звук их, и до пре­де­лов все­лен­ной сло­ва их» (Пс. 18:2–5). Та­ким имен­но спо­со­бом, – разъ­яс­ня­ет но­во­за­вет­ный ве­ща­тель тайн Бо­жи­их, – «что мож­но знать о Бо­ге, яв­но для них, т.е. для языч­ни­ков
, по­то­му что Бог явил им. Ибо не­ви­ди­мое Его, веч­ная си­ла Его и Бо­же­ст­во, от со­зда­ния ми­ра че­рез рас­сма­т­ри­ва­ние тво­ре­ний ви­ди­мы» (Рим. 1:19–20). Так и в этом-то не­ру­ко­тво­рен­ном хра­ме, как Ев­ре­ям в хра­ме Ие­ру­са­лим­ском, Бог от­кры­вал Се­бя языч­ни­кам, «да­бы они ис­ка­ли Бо­га, не ощу­тят ли Его, и не най­дут ли»: и Он был не­да­ле­ко от каж­до­го из них (Де­ян. 17:22–28). Та­кое об­ще­ние Бо­га с языч­ни­ка­ми на ло­не при­ро­ды и ри­су­ет­ся об­раз­но в Пес­ни так: «ле­вая ру­ка Его у ме­ня под го­ло­вою, а пра­вая об­ни­ма­ет ме­ня» (Песн. 2:6). Про­мысл Бо­жий этим ес­те­ст­вен­ным пу­тем вос­хо­тел ве­с­ти языч­ни­ков ко спа­се­нию, и рев­ни­те­ли за­ко­на, чле­ны Церк­ви под­за­кон­ной, ве­до­мые к то­му же, но иным пу­тем, не долж­ны бы­ли тре­во­жить языч­ни­ков в их ре­ли­ги­оз­ном раз­ви­тии, не­ра­зум­ным на­вя­зы­ва­ни­ем им сво­их за­кон­ных
те­о­кра­ти­че­с­ких уч­реж­де­ний. «Не бу­ди­те и не тре­вожь­те Воз­люб­лен­ной, – за­кли­на­ет дще­рей Ие­ру­са­лим­ских сам Воз­люб­лен­ный, – до­ко­ле ей угод­но» (Песн. 2:7)[71]


За­ме­ча­ние в изъ­яс­не­ние та­ин­ст­вен­но­го смыс­ла вто­ро­го яв­ле­ния в пер­вом дей­ст­вии.
В пер­вой по­ло­ви­не рас­ска­за Воз­люб­лен­ной (Песн. 2:8–14), – где она опи­сы­ва­ет свою вну­т­рен­нюю жизнь под жи­вым впе­чат­ле­ни­ем ви­ден­но­го преж­де об­ра­за сво­е­го Воз­люб­лен­но­го, и ис­пы­тан­но­го ею сла­до­ст­но­го чув­ст­ва упо­е­ния его лю­бо­вью, а так­же под жиз­нен­ным вли­я­ни­ем при­ро­ды, вну­т­рен­ний смысл яв­ле­ний ко­то­рой от­крыл­ся тог­да для ее вдох­нов­лен­но­го лю­бо­вью взо­ра, – в та­ин­ст­вен­ном смыс­ле изо­б­ра­жа­ют­ся ре­ли­ги­оз­ная жизнь и ре­ли­ги­оз­ное ве­де­ние языч­ни­ков, пи­та­е­мые и под­дер­жи­ва­е­мые «че­рез рас­сма­т­ри­ва­ние тво­ре­ний», ко­то­рые го­во­ри­ли им о «при­сно­сущ­ной си­ле и бо­же­ст­ве Твор­ца». «Нет язы­ка, и нет на­ре­чия, на ко­то­ром бы не слы­шал­ся та­кой го­лос их»; но смысл это­го го­ло­са по­ня­тен был толь­ко для тех из языч­ни­ков, ко­то­рые че­рез ре­ли­ги­оз­ные и иные сно­ше­ния с Из­ра­и­лем, осо­бен­но и имен­но в век Со­ло­мо­на, уз­на­ли о Бо­ге ис­тин­ном и от са­мо­го Со­ло­мо­на, ко­то­рый «на­пол­нил зем­лю за­га­доч­ны­ми прит­ча­ми, имя ко­то­ро­го про­нес­лось до от­да­лен­ных на­ро­дов и ко­то­ро­му удив­ля­лись стра­ны за пес­ни и из­ре­че­ния, за прит­чи и изъ­яс­не­ния» (Сир. 47:17–19), на­учи­лись изу­чать при­ро­ду с ис­тин­ной ре­ли­ги­оз­ной точ­ки зре­ния и по­зна­вать в ее чу­де­сах ис­тин­но­го еди­но­го Твор­ца Бо­га. Та­кое ре­ли­ги­оз­ное на­прав­ле­ние про­тив­но бы­ло дру­го­му, гос­под­ст­ву­ю­ще­му и чи­с­то язы­че­с­ко­му воз­зре­нию на при­ро­ду, по ко­то­ро­му раз­ные яв­ле­ния и пред­ме­ты ее, на­при­мер «огонь, или ве­тер, или дви­жу­щий­ся воз­дух, или зве­зд­ный круг, или бур­ную во­ду, или не­бес­ные све­ти­ла по­чи­та­ли за бо­гов, пра­вя­щих ми­ром» (Прем. 13:2). Пред­ста­ви­те­ли это­го по­след­не­го воз­зре­ния, имея за со­бою ав­то­ри­тет древ­но­с­ти и си­лу боль­шин­ст­ва, с не­удо­воль­ст­ви­ем и ро­по­том вос­ста­ли на тех му­д­ре­цов языч­ни­ков, ко­то­рые хо­те­ли в ре­ли­ги­оз­но-нрав­ст­вен­ных воз­зре­ни­ях дер­жать­ся со­ло­мо­но­вой му­д­ро­с­ти (хох­мы
), про­ник­шей в мир язы­че­с­кий. Пер­вые по спра­вед­ли­во­с­ти опа­са­лись, что со­ло­мо­но­ва му­д­рость в сре­де языч­ни­ков от­кры­ва­ет пря­мой до­ступ кри­ти­че­с­ким раз­ру­ши­тель­ным на­па­де­ни­ям на весь язы­че­с­кий ре­ли­ги­оз­ный культ, так про­цве­тав­ший в то вре­мя (см. Песн. 2:15). Та­кое от­но­ше­ние пред­ста­ви­те­лей язы­че­с­кой ре­ли­ги­оз­ной му­д­ро­с­ти к пред­ста­ви­те­лям со­ло­мо­но­вой му­д­ро­с­ти вы­зы­ва­ло по­след­них из со­зер­ца­тель­но­го со­сто­я­ния на за­щи­ту сво­е­го убеж­де­ния по су­ще­ст­ву, т.е. на за­щи­ту ве­ры в еди­но­го ис­тин­но­го Бо­га. При этом на поч­ве од­но­го ре­ли­ги­оз­но­го ес­те­ст­во­ве­де­ния они ус­то­ять не мог­ли; по­то­му что этою поч­вою со­вер­шен­но за­вла­де­ли язы­че­с­кая на­ука и язы­че­с­кая ре­ли­гия. Меж­ду тем, что­бы раз­ви­вать да­лее со­ло­мо­но­во ре­ли­ги­оз­ное ми­ро­воз­зре­ние, у них не до­ста­ва­ло от­кро­вен­но­го ве­де­ния, при ко­то­ром, и лишь при нем од­ном, мог быть по­ня­тен язык при­ро­ды, как про­по­ве­ду­ю­щий об еди­ном ис­тин­ном Бо­ге. Про­све­ти­тель­ная же связь языч­ни­ков с Из­ра­и­лем, един­ст­вен­ным тог­да но­си­те­лем от­кро­вен­ной ре­ли­гии, по­сле Со­ло­мо­на по­рва­лась; к то­му же и сре­ди са­мо­го Из­ра­и­ля со­ло­мо­но­ва му­д­рость уже не име­ла рав­но­силь­ных Со­ло­мо­ну пред­ста­ви­те­лей. Так, образованные языч­ни­ки, ищу­щие Бо­га, пре­до­став­лен­ные са­ми се­бе, без све­то­ча от­кро­ве­ния, и по­дав­ля­е­мые ав­то­ри­те­том и си­лою язы­че­с­кой ре­ли­гии, долж­ны бы­ли толь­ко за­щи­щать свое един­ст­вен­ное до­сто­я­ние – ве­ру в еди­но­го Бо­га, лю­бовь к Ко­то­ро­му в них жи­ла креп­ко, ста­ра­ясь най­ти оп­рав­да­ние сво­ей ве­ры и ут­верж­де­ние ее в яв­ле­ни­ях сре­ди са­мо­го язы­че­ст­ва (см. Песн. 2:16–17). Та­ким об­ра­зом, на­чал­ся но­вый фа­зис в ре­ли­ги­оз­ной жиз­ни ве­ру­ю­щих в Бо­га языч­ни­ков, ко­то­рый ри­су­ет­ся во вто­рой ча­с­ти рас­ска­за Воз­люб­лен­ной (см. Песн. 3:1–3). Этот фа­зис в их жиз­ни ха­рак­те­ри­зу­ет­ся ис­ка­ни­ем Бо­га, воз­люб­лен­но­го ими, в сре­де ре­ли­ги­оз­ных и по­ли­ти­че­с­ких уч­реж­де­ний са­мо­го язы­че­ст­ва. Во мра­ке «но­чей», т.е. ре­ли­ги­оз­ных язы­че­с­ких за­блуж­де­ний (Ис. 9:2), сре­ди ко­то­рых ца­ри­ла власть «ми­ро­дер­жа­те­лей тьмы ве­ка се­го, ду­хов зло­бы под­не­бес­ных» (Еф. 6:12), они ис­ка­ли ис­тин­но­го Бо­га и от язы­че­с­ких ми­с­те­рий и ман­ти­ки жда­ли от­ве­та на свои то­ми­тель­ные, го­ря­чие во­про­сы о ре­ли­ги­оз­ной ис­ти­не; но, ко­неч­но, не на­хо­ди­ли ис­ко­мо­го Бо­га и не по­лу­ча­ли над­ле­жа­щих от­ве­тов на свои во­про­сы (см. Песн. 3:1). Из об­ла­с­ти ре­ли­ги­оз­ной ис­ка­ния их пе­ре­шли в об­ласть по­ли­ти­че­с­ки-граж­дан­скую; но и эта об­ласть так­же глу­бо­ко по­гру­же­на бы­ла во мра­к язы­че­с­ко­го ре­ли­ги­оз­но­го ми­ро­воз­зре­ния, так что за­пра­ви­те­ли граж­дан­ско­го по­ряд­ка, эти за­бот­ли­вые «стра­жи, об­хо­дя­щие го­род», да­же не по­ня­ли ве­ли­ко­го, жиз­нен­но­го и для граж­дан­ско­го об­ще­ст­ва, во­про­са Воз­люб­лен­ной: «не ви­да­ли ли вы то­го, ко­то­ро­го лю­бит ду­ша моя?» (Песн. 3:2–3) Для за­пра­ви­те­лей тог­даш­не­го граж­дан­ско­го по­ряд­ка, ве­ро­ят­но, ка­за­лись стран­ны­ми и жал­ки­ми му­чи­тель­ные во­про­сы ис­ка­те­лей ре­ли­ги­оз­ной ис­ти­ны, и на та­кие во­про­сы, они по­доб­но Пи­ла­ту, мог­ли от­ве­тить толь­ко: кто это та­кой – Воз­люб­лен­ный
(ср. Ин. 18:37–38)? и от­хо­ди­ли прочь от жал­ких ис­ка­те­лей. Таким образом, ис­сле­до­ва­ния в обе­их ука­зан­ных об­ла­с­тях при­во­ди­ли к от­ри­ца­тель­ной кри­ти­ке язы­че­с­кой жиз­ни по дан­но­му во­про­су, т.е. к то­му, что во всех сфе­рах язы­че­с­кой жиз­ни не бы­ло ре­ли­ги­оз­ной ис­ти­ны и нор­маль­ной ре­ли­ги­оз­но-нрав­ст­вен­ной жиз­ни. Но что же там бы­ло? что на­шли до­б­ро­со­ве­ст­ные и, от­ча­с­ти про­све­щен­ные ис­ти­ною, ис­сле­до­ва­те­ли? Они на­шли там преж­де все­го мрак ноч­ной
, т.е. не­ве­же­ст­во и за­блуж­де­ние во всех сфе­рах жиз­ни, и, вме­с­те с этим, и от се­го про­ис­хо­дя­щие ужа­сы
не­нор­маль­ных яв­ле­ний, ис­ка­же­ний фи­зи­че­с­кой, ре­ли­ги­оз­ной и ду­хов­но-нрав­ст­вен­ной жиз­ни и вза­им­ных люд­ских от­но­ше­ний (см. Рим. 1:22–31); об этих ужа­сах го­во­рит­ся в сле­ду­ю­щем тре­ть­ем яв­ле­нии (Песн. 3:8). Яв­ле­ние Са­мо­го ис­ко­мо­го Гос­по­да при­зы­ва­ю­щим Его языч­ни­кам, по­сле­до­вав­шее по ука­за­нию Пес­ни в граж­дан­ской сре­де са­мих языч­ни­ков (Песн. 3:4), ис­то­ри­че­с­ки по­сле­до­ва­ло со вре­ме­ни пле­на Ва­ви­лон­ско­го и имен­но в ли­це Из­ра­и­ля, т.е. его ре­ли­ги­оз­ных пред­ста­ви­те­лей, ког­да граж­дан­ски пле­нен­ные Ев­реи при­нес­ли в мир язы­че­с­кий ре­ли­ги­оз­ную ис­ти­ну, весть о Бо­ге ис­тин­ном. Про­све­ти­тель­ное для языч­ни­ков вли­я­ние Ев­ре­ев (рас­се­я­ние ко­то­рых на­ча­лось пле­ном Ва­ви­лон­ским, про­дол­жа­лось по­том, и рас­про­ст­ра­ня­лось по все­му тог­даш­не­му ис­то­ри­че­с­ко­му язы­че­с­ко­му ми­ру) из­ве­ст­но, – из­ве­ст­на так­же та при­ем­ле­мость к ре­ли­ги­оз­ной ис­ти­не, ка­кую ока­за­ли языч­ни­ки и ко­то­рая об­на­ру­жи­лась в яв­ле­нии иу­дей­ско­го про­зе­ли­тиз­ма сре­ди них. Языч­ни­ки и вос­хи­ща­ли у Ев­ре­ев Воз­люб­лен­но­го Гос­по­да: они при­сво­и­ли и удер­жа­ли у се­бя ве­ли­ко­го му­д­ре­ца и про­ро­ка Да­ни­и­ла, они сде­ла­ли сво­им до­сто­я­ни­ем пи­сан­ное от­кро­ве­ние Бо­жие че­рез пе­ре­вод его на гре­че­с­кий язык, во­об­ще они пе­ре­са­жи­ва­ли на свою поч­ву, ко­неч­но при по­сред­ст­ве Ев­ре­ев же, ре­ли­ги­оз­ную ис­ти­ну от­кро­ве­ния. Ис­пы­ты­ва­ю­ще­му тай­ны Бо­жии пророку Да­ни­и­лу от­кры­то бы­ло в ви­де­нии, что пред­ста­ви­те­ли царств язы­че­с­ких, их ан­ге­лы-хра­ни­те­ли ус­пеш­но бо­рют­ся пред Гос­по­дом по­беж­да­ю­щею к Не­му лю­бо­вию языч­ни­ков с пред­ста­ви­те­ля­ми и хо­да­та­я­ми-ан­ге­ла­ми за Ев­ре­ев (Дан. 10:13, 20–21)…


За­ме­ча­ние в изъ­яс­не­ние та­ин­ст­вен­но­го смыс­ла тре­ть­е­го яв­ле­ния в пер­вом дей­ст­вии
. – Опи­сы­ва­е­мое в тре­ть­ем яв­ле­нии тор­же­ст­во «бра­ко­со­че­та­ния» в та­ин­ст­вен­ном смыс­ле оз­на­ча­ет со­юз Бо­га с че­ло­ве­ка­ми че­рез во­пло­тив­ше­го­ся Сы­на Бо­жия, Мес­сию, Ии­су­са Хри­с­та
. В са­мом со­дер­жа­нии это­го яв­ле­ния нуж­но раз­ли­чать два глав­ных пред­ме­та: опи­са­ние тор­же­ст­ва бра­ко­со­че­та­ния, как дей­ст­вия, и речь Же­ни­ха – Гос­по­да с обе­то­ва­ни­я­ми, дан­ны­ми Не­ве­с­те – Церк­ви. В дей­ст­вии бра­ко­со­че­та­ния глав­ное ме­с­то за­ни­ма­ет при­вод Не­ве­с­ты-ино­ст­ран­ки к Же­ни­ху, в ко­то­ром де­я­тель­но уча­ст­ву­ют «силь­ные Из­ра­и­ле­вы» и «дще­ри Ие­ру­са­лим­ския». В та­ин­ст­вен­ном смыс­ле это оз­на­ча­ет, что со­юз Бо­га с че­ло­ве­ком че­рез Мес­сию, о Ко­то­ром Из­ра­иль имел столь­ко обе­то­ва­ний и про­ро­честв, име­ет глав­ною це­лью об­нять все че­ло­ве­че­ст­во и при­ве­с­ти к Бо­гу во Хри­с­те все язы­че­с­кие на­ро­ды, ко­то­рые со вре­ме­ни Ав­ра­а­ма ста­ли вне за­вет­ной Церк­ви, но для бла­го­сло­ве­ния ко­то­рых «в Се­ме­ни Ав­ра­а­мо­вом» вы­де­лен был сам отец ве­ру­ю­щих от срод­ст­ва сво­е­го, из до­ма от­ца сво­е­го (см. Быт. 12:1–3 и 22:18; ср. Гал. 3:14, 16). При этом при­ве­де­нии язы­че­с­ких на­ро­дов к Же­ни­ху – Хри­с­ту, а че­рез Не­го к Бо­гу От­цу, на­зна­че­ние Из­ра­и­ля как из­бран­но­го на­ро­да Бо­жия, долж­но бы­ло со­сто­ять в де­я­тель­ном со­дей­ст­вии языч­ни­кам – помочь им ус­во­ить тай­ны ве­ры и сде­лать­ся чле­на­ми Церк­ви Хри­с­то­вой; так в «Пес­ни Пес­ней» и изо­б­ра­жа­ет­ся уча­с­тие Из­ра­и­ля в тор­же­ст­ве бра­ко­со­че­та­ния Со­ло­мо­на с ино­ст­ран­ною ца­ре­вною: шесть­де­сят силь­ных Из­ра­и­ле­вых ох­ра­ня­ют за­бот­ли­во «от ужа­са в но­щех» Не­ве­с­ту и при­во­дят ее к ца­рю – Же­ни­ху: «дще­ри Ие­ру­са­лим­ския» встре­ча­ют с тор­же­ст­вом Не­ве­с­ту и для са­мо­го Же­ни­ха с лю­бо­вию уго­тов­ля­ют удоб­ный и ве­ли­ко­леп­ный брач­ный одр (Песн. 3:6–11). «Силь­ные Из­ра­и­ле­вы» – это суть апо­с­то­лы Хри­с­то­вы
, ко­то­рых Гос­подь по­слал воз­ве­с­тить сла­ву Свою у всех на­ро­дов, что­бы они при­шли и уви­де­ли в Церк­ви сла­ву Его (см. Ис. 66:18–19 и Рим. 10:18); а под «дще­ря­ми Ие­ру­са­лим­ски­ми», ко­то­рые так де­я­тель­но за­бо­ти­лись о сла­ве сво­е­го ца­ря во вре­мя бра­ко­со­че­та­ния, нуж­но ра­зу­меть ве­ру­ю­щих из Иу­де­ев, имен­но цер­ковь Ие­ру­са­лим­скую
, ко­то­рая при апо­с­то­лах, бли­с­тая все­ми со­вер­шен­ст­ва­ми ве­ры и люб­ви (см. Де­ян. 2:42, 47; 4:32–37) бы­ла для ве­ру­ю­щих из языч­ни­ков об­раз­цом и иде­а­лом. Вре­мя это­го при­ве­де­ния языч­ни­ков ко Хри­с­ту, при де­я­тель­ном уча­с­тии ве­ру­ю­щих из Ев­ре­ев, ог­ра­ни­чи­ва­ет­ся ве­ком апо­с­толь­ским, а на­ча­ло его и как бы мо­мент от­кры­тия это­го тор­же­ст­вен­но­го при­ве­де­ния мы ви­дим при жиз­ни Ии­су­са Хри­с­та на зем­ле, ког­да апо­с­то­лы Фи­липп и Ан­д­рей пред­ста­ви­ли Гос­по­ду Ел­ли­нов, воз­же­лав­ших «ви­деть Ии­су­са», при­чем Сам Ии­сус Хри­с­тос ука­зал на ми­ро­вое зна­че­ние это­го фак­та и мо­мен­та: «при­иде час, да про­сла­вит­ся Сын че­ло­ве­че­с­кий»… и д. (Ин. 12:20–36).


В об­ра­ще­ной к Не­ве­с­те ре­чи Же­ни­ха (Песн. 4 гл.), в та­ин­ст­вен­ном ее смыс­ле, нуж­но ви­деть ве­ро­учи­тель­ное изо­б­ра­же­ние Церк­ви Хри­с­то­вой в том со­сто­я­нии, в ка­ком она пред­став­ле­на бы­ла Гос­по­дом Са­мо­му Се­бе Его слу­же­ни­ем «в зра­ке ра­ба» (Флп. 2:5–11), и с те­ми обе­то­ва­ни­я­ми, ка­кие по­лу­чи­ла от Сво­е­го Гла­вы и Ос­но­ва­те­ля; по­се­му все чер­ты это­го изо­б­ра­же­ния не нуж­но от­но­сить к со­сто­я­нию ка­ко­го-ли­бо от­дель­но­го ис­то­ри­че­с­ко­го мо­мен­та Церк­ви, а нуж­но от­но­сить во­об­ще к Все­лен­ской Церк­ви всех вре­мен. Преж­де все­го, в рас­сма­т­ри­ва­е­мой ре­чи изо­б­ра­жа­ет­ся нрав­ст­вен­ное со­вер­шен­ст­во Не­ве­с­ты – Церк­ви, ко­то­рая «вся пре­крас­на и по­ро­ка нет в ней» (Песн. 4:7); к это­му со­вер­шен­ст­ву она воз­ве­де­на бы­ла стра­да­ни­я­ми Ии­су­са Хри­с­та за весь род че­ло­ве­че­с­кий и при­не­се­ни­ем Им Се­бя в уми­ло­с­ти­ви­тель­ную жерт­ву Бо­гу (ст. 6). Ком­мен­та­ри­ем на ука­зан­ное ме­с­то Пес­ни мо­гут слу­жить сле­ду­ю­щие сло­ва ап. Пав­ла: «Хри­с­тос воз­лю­бил Цер­ковь, и пре­дал Се­бя за нее
, что­бы ос­вя­тить ее, очи­с­тив ба­нею вод­ною в гла­го­ле (en rhmati): что­бы пред­ста­вить ее Се­бе слав­ною Цер­ко­вью, не ­име­ю­щею пят­на или по­ро­ка, или че­го-ли­бо по­доб­но­го, но да­бы она бы­ла свя­та и не­по­роч­на
» (Еф. 5:25–27). – Да­лее, по ука­за­нию «Пес­ни Пес­ней» (Песн. 4:6–8), Же­них – Гос­подь да­ет за­по­ведь Не­ве­с­те – Церк­ви сле­до­вать за Со­бою пу­тем по­ка­ян­но­го очи­ще­ния греш­ных лю­дей и ве­ры в Спа­си­те­ля Бо­га при са­мо­от­вер­жен­ном слу­же­нии на спа­се­ние ближ­них (Ин. 13:15; 14:1; 15:12–18 и др.), пу­тем все­це­ло­го обет­но­го по­свя­ще­ния се­бя Бо­гу и борь­бы со вра­га­ми спа­се­ния (Мф. 10:37–39; 1 Ин. 2:15–17; 4:4; 5:4–5 и др.), и при этом обе­ща­ет все­гда пре­бы­вать с Нею в люб­ви (Песн. 4:9–11; ср. Пс. 44:11; Ин. 15:9–11). – На­ко­нец, Он да­ет обе­то­ва­ние о креп­ком ог­раж­де­нии Церк­ви от всех вра­же­с­ких на­па­де­ний (– «вер­то­град за­клю­чен, ис­точ­ник за­пе­чат­лен» ср. Мф. 16:18) и о бла­го­дат­ном про­цве­та­нии Церк­ви при по­сред­ст­ве Св. Ду­ха, дей­ст­вия Ко­то­ро­го пред­став­ле­ны под об­ра­зом во­ды
и ве­т­ра
(Песн. 4:13–16; ср. Ин. 3:5–8; 7:37–39).


С та­ки­ми со­вер­шен­ст­ва­ми и с та­ки­ми обе­то­ва­ни­я­ми яви­лась Цер­ковь, ос­но­ван­ная Ии­су­сом Хри­с­том во вре­мя Его тор­же­ст­вен­но­го слу­же­ния во пло­ти ро­ду че­ло­ве­че­с­ко­му; Его го­лос, как глас Же­ни­ха во уши Сво­ей Не­ве­с­ты Церк­ви, раз­дал­ся, по сви­де­тель­ст­ву Ио­ан­на Кре­с­ти­те­ля (Ин. 3:29) с вы­ступ­ле­ни­ем Ии­су­са Хри­с­та на про­по­ведь: «по­кай­тесь; ибо при­бли­зи­лось цар­ст­во не­бес­ное» (Мф. 4:17). Бра­тья и ближ­ние
, при­гла­ша­е­мые Же­ни­хом к уча­с­тию в брач­ном пир­ше­ст­ве (Песн. 5:1), суть апо­с­то­лы (см. Мф. 9:15): Ио­анн Кре­с­ти­тель (Ин. 3:29) и дру­гие бли­жай­шие по­сле­до­ва­те­ли Хри­с­та.


В ре­чи Же­ни­ха на­ме­чен уже и даль­ней­ший ход ис­то­ри­че­с­ко­го рас­кры­тия жиз­ни Церк­ви и вме­с­те ход раз­ви­тия со­дер­жа­ния Пес­ни, имен­но: Цер­ковь долж­на, по­сле­дуя за Хри­с­том, с од­ной сто­ро­ны во­об­ра­зить
Хри­с­та в гре­хов­ном ми­ре (Гал. 4:19), при­зы­вая его к по­ка­я­нию и ве­ре, а с дру­гой, ох­ра­няя сво­их чле­нов от всех со­блаз­нов и ув­ле­че­ний, воз­ра­с­тить их в ме­ру воз­ра­с­та Хри­с­то­ва и при­ве­с­ти их в со­зи­да­ю­щую и ук­реп­ля­ю­щую лю­бовь Бо­жию (Еф. 4:11–16)…


За­ме­ча­ние в изъ­яс­не­ние та­ин­ст­вен­но­го смыс­ла пер­во­го яв­ле­ния во вто­ром дей­ст­вии
. – Глав­ны­ми фак­та­ми в этом яв­ле­нии по от­но­ше­нию к со­сто­я­нию Воз­люб­лен­ной яв­ля­ет­ся ис­ка­ние ею сво­е­го Воз­люб­лен­но­го во мра­ке но­чи по го­род­ским ули­цам с пре­тер­пе­ни­ем по­бо­ев и ос­кор­б­ле­ний от го­род­ских стра­жей и ее речь о до­сто­ин­ст­ве и пре­вос­ходств Воз­люб­лен­но­го пред дще­ря­ми Ие­ру­са­лим­ски­ми и все­ми жи­те­ля­ми го­ро­да. Ис­ка­ние Воз­люб­лен­ною сво­е­го Воз­люб­лен­но­го но­чью сре­ди го­ро­да оз­на­ча­ет в этом яв­ле­нии, как и во вто­ром яв­ле­нии пер­во­го дей­ст­вия (Песн. 3:1–3), ис­ка­ние Гос­по­да во мра­ке язы­че­с­ко­го бо­го­не­ве­де­ния и вся­че­с­ких за­блуж­де­ний
; но это по­след­нее ис­ка­ние су­ще­ст­вен­но от­ли­ча­ет­ся от пер­во­го сво­им ха­рак­те­ром и це­лью. Пер­вое от­ли­ча­ет­ся ха­рак­те­ром не­о­пре­де­лен­но­го ски­та­ния и смут­но­с­тью соб­ст­вен­ных ре­ли­ги­оз­ных пред­став­ле­ний Воз­люб­лен­ной, по­се­му и це­лью ее тог­даш­не­го ис­ка­ния Гос­по­да бы­ло удов­ле­тво­ре­ние соб­ст­вен­ных ре­ли­ги­оз­ных нужд и разъ­яс­не­ние соб­ст­вен­но­го не­ве­де­ния (см. по­добн. Пс. 26:7–8, 11; 104:4; Де­ян. 17:26–27 и Рим. 1:19–21); тог­да как те­перь Воз­люб­лен­ная са­ма оп­ре­де­лен­но зна­ет сво­е­го Воз­люб­лен­но­го, по­то­му что на­хо­дит­ся с Ним уже в брач­ном со­ю­зе (см. яв­лен. тре­тье в пер­вом дей­ст­вии
) и са­мим же Воз­люб­лен­ным вы­во­дит­ся во мрак но­чи, в го­род­скую сре­ду; по­се­му и це­лью это­го вто­ро­го ис­ка­ния слу­жит при­вле­че­ние дру­гих к люб­ви Хри­с­то­вой и про­све­ще­ние кос­не­ю­щих в не­ве­де­нии, сло­вом – под этим ис­ка­ни­ем нуж­но ра­зу­меть ис­ше­ст­вие ос­но­ван­ной Церк­ви Хри­с­то­вой в сре­ду за­блуж­да­ю­ще­го­ся иу­дей­ст­ва и не­ве­ду­ще­го Бо­га язы­че­ст­ва, осо­бен­но в сре­ду язы­че­ст­ва, что­бы во­об­ра­зить
и най­ти Хри­с­та в языч­ни­ках (Гал. 4:19 и Кол. 1:27–29) и пре­об­ра­зить мир об­нов­ле­ни­ем ума и ве­рою все­лить Хри­с­та в серд­ца их (Рим. 12:2 и Еф. 3:17). Речь Воз­люб­лен­ной о сво­ем Воз­люб­лен­ном пред дще­ря­ми Ие­ру­са­лим­ски­ми и жи­те­ля­ми го­ро­да есть еван­гель­ская все­лен­ская про­по­ведь Церк­ви о Хри­с­те для об­ра­ще­ния не­ве­ру­ю­щих к ве­ре. Ис­ше­ст­вие Не­ве­с­ты Хри­с­то­вой, Церк­ви, с та­кою пре­об­ра­зо­ва­тель­ною це­лью во мрак иу­дей­ско­го[72]
и язы­че­с­ко­го ми­ра, ес­те­ст­вен­но, вы­зы­ва­ет со сто­ро­ны пред­ста­ви­те­лей и блю­с­ти­те­лей по­ряд­ка, и имен­но граж­дан­ски-со­ци­аль­но­го по­ряд­ка это­го ми­ра, враж­деб­ные дей­ст­вия про­тив Церк­ви, го­не­ния до про­ли­тия кро­ви ее пред­ста­ви­те­лей и про­по­вед­ни­ков (Песн. 5:7). Таким образом, в этом от­де­ле «Пес­ни Пес­ней» рас­кры­ва­ет­ся ис­то­ри­че­с­кая эпо­ха рас­про­ст­ра­не­ния Церк­ви Хри­с­то­вой «во всех на­ро­дах, на­чи­ная с Ие­ру­са­ли­ма» (Лк. 24:47) «и да­же до по­след­них зем­ли» (Де­ян. 1:8), при кро­ва­вых го­не­ни­ях ее вер­ных со сто­ро­ны не­ве­ру­ю­щих иу­де­ев и языч­ни­ков. Эта эпо­ха об­ни­ма­ет по пре­иму­ще­ст­ву пер­вые три ве­ка эры Хри­с­ти­ан­ской, от пер­во­го го­не­ния на хри­с­ти­ан в Ие­ру­са­ли­ме (Де­ян. 6 – 8) до Кон­стан­ти­на Ве­ли­ко­го, хо­тя, ко­неч­но, и в дру­гие вре­ме­на по­доб­ное рас­про­ст­ра­не­ние Церк­ви сре­ди не­ве­ру­ю­щих про­дол­жа­лось и про­дол­жа­ет­ся. Ре­зуль­та­том та­кой про­све­ти­тель­ной де­я­тель­но­с­ти Церк­ви сре­ди мра­ка язы­че­с­ко­го бо­го­не­ве­де­ния и стра­да­ний Церк­ви во вре­мя го­не­ний бы­ло пол­ное по­бед­ное тор­же­ст­во Церк­ви, – и она яви­лась в век Кон­стан­ти­на Ве­ли­ко­го «пре­крас­ною, как Фир­ца, лю­без­ною, как Ие­ру­са­лим, гроз­ною для ду­хов­ных вра­гов, как пол­ки с зна­ме­на­ми» (Песн. 6:4), а пред­ста­ви­те­ли хри­с­ти­ан­ст­ва, ие­рар­хия Церк­ви, ста­но­вят­ся во гла­ве и в сла­ве сре­ди всех уве­ро­вав­ших во Хри­с­та, при­ве­ден­ных в Его лю­бовь, пред­ста­ви­те­лей граж­дан­ско­го, со­ци­аль­но­го и нрав­ст­вен­но­го по­ряд­ка об­ществ че­ло­ве­че­с­ких (Песн. 6:4–8; ср. Пс. 44:12–15). Кро­ме вы­ше­ука­зан­но­го, при изъ­яс­не­нии та­ин­ст­вен­но­го смыс­ла дан­но­го от­де­ла, воз­ни­ка­ют и тре­бу­ют уяс­не­ния два во­про­са: как по­ни­мать в та­ин­ст­вен­ном смыс­ле не­же­ла­ние и мед­ли­тель­ность Воз­люб­лен­ной от­во­рить две­ри сво­е­му Воз­люб­лен­но­му (Песн. 5:2–4) и ко­го нуж­но ра­зу­меть под «дще­ря­ми Ие­ру­са­лим­ски­ми», и ка­ко­во их от­но­ше­ние к Церк­ви (Песн. 5:8–9, 16)? Под кос­не­ни­ем Воз­люб­лен­ной от­во­рить две­ри сво­ей опо­чи­валь­ни и впу­с­тить из­мок­ше­го Воз­люб­лен­но­го, нуж­но ра­зу­меть ес­те­ст­вен­ное опа­се­ние и мед­ли­тель­ность пер­вен­ст­ву­ю­щих хри­с­ти­ан и са­мих апо­с­то­лов от­ре­шить­ся от ус­ло­вий и по­ряд­ков обыч­ной вет­хо­за­вет­ной и иу­дей­ской цер­ков­ной жиз­ни и вы­сту­пить на путь пре­об­ра­зо­ва­ний, с ре­ши­тель­ным от­вер­же­ни­ем все­го уз­ко-на­ци­о­наль­но­го, иу­дей­ско­го, и на путь при­спо­соб­ле­ния вет­хо­за­вет­ных по­ряд­ков к тре­бо­ва­ни­ям Церк­ви, пред­наз­на­чен­ной быть все­лен­скою, – осо­бен­но та­кая ос­то­рож­ность и мед­ли­тель­ность долж­ны были явить­ся в Церк­ви, ког­да прак­ти­че­с­ки нуж­но бы­ло урав­ни­вать в цер­ков­ных пра­вах Иу­де­ев и языч­ни­ков. В кни­ге Де­я­ний Апо­с­толь­ских мы ви­дим, ка­кие за­труд­не­ния встре­ча­лись при вы­хо­де Церк­ви из ус­ло­вий вет­хо­за­вет­но­го по­ряд­ка и, осо­бен­но, при об­ра­зо­ва­нии еди­ной Церк­ви из Иу­де­ев и языч­ни­ков, при­чем все­гда и рез­ко по­ды­ма­лись не­удо­воль­ст­вие и опас­ли­вость за свои пра­ва и за пра­ва и за пра­во­сла­вие Церк­ви в сре­де ве­ру­ю­щих Иу­де­ев (см. Де­ян. 6:1; 11:1–3, 18–22; 15 гл.). Так что нуж­но бы­ло осо­бен­ное дей­ст­вие Про­мыс­ла Бо­жия, что­бы из­бран­ные, как пер­во­му­чен­ник Сте­фан, вы­сту­пи­ли с про­по­ве­дью об «из­ме­не­нии обы­ча­ев, яже пре­да­де Мо­и­сей» (Де­ян. 6:14), что­бы апо­с­то­лы, как например, Петр к Кор­ни­лию (Де­ян. 10:9–20), вы­шли на про­по­ведь к языч­ни­кам. Для се­го по­след­не­го де­ла да­же нуж­но бы­ло по­двиг­нуть Цер­ковь кро­ва­вым го­не­ни­ем в Ие­ру­са­ли­ме, рас­се­яв­шим про­по­вед­ни­ков до Ан­ти­охии, где об­ра­зо­ва­лась пер­вая цер­ковь из языч­ни­ков (Де­ян. 11:19–26), и из­брать осо­бо­го апо­с­то­ла язы­ков, Пав­ла (Де­ян. 9 гл.). Это осо­бен­ное дей­ст­вие про­мыс­ла Бо­жия, вы­звав­ше­го Цер­ковь во мрак язы­че­ст­ва, и изо­б­ра­жа­ет­ся в Пес­ни гла­сом Воз­люб­лен­но­го, сту­ком в дверь и при­кос­но­ве­ни­ем пер­ста его (ср. Лк. 11:20). На­ко­нец, под «дще­ря­ми Ие­ру­са­лим­ски­ми» здесь, как и во всех яв­ле­ни­ях Пес­ни, нуж­но ра­зу­меть ве­ру­ю­щих из Ев­ре­ев, но при том та­ких, ко­то­рые и в цар­ст­ве Хри­с­то­вом хо­те­ли ос­тать­ся со сво­и­ми ре­ли­ги­оз­но-на­ци­о­наль­ны­ми осо­бен­но­с­тя­ми, со сво­и­ми на­жи­ты­ми пред­став­ле­ни­ям о Мес­сии. По­се­му-то они ока­зы­ва­ют­ся не­зна­ю­щи­ми то­го Хри­с­та, Ко­то­рый про­по­ве­дал­ся языч­ни­кам (Песн. 5:9), и хо­тя, ув­ле­чен­ные пред­ста­ви­те­ля­ми Церк­ви, апо­с­то­ла­ми, хо­тят вме­с­те с ни­ми ид­ти на про­по­ведь, но, как сви­де­тель­ст­ву­ет ап. Па­вел, «не­ко­то­рые по за­ви­с­ти и лю­бо­пре­нию, а дру­гие с до­б­рым рас­по­ло­же­ни­ем про­по­ве­ду­ют Хри­с­та» (Флп. 1:14–15), во вся­ком же слу­чае, с опас­ли­во­с­тью и с не­зна­ни­ем, ку­да при­ве­дет их та­кое ис­ка­ние Гос­по­да (Песн. 5:17). Да­лее, в сле­ду­ю­щем яв­ле­нии, мы уви­дим, что чув­ст­во за­ви­с­ти к сво­бо­де и сла­ве Церк­ви из языч­ни­ков бо­лее и бо­лее раз­ви­ва­ет­ся в ве­ру­ю­щих из Иу­де­ев и от­тор­га­ет их от еди­не­ния в люб­ви с этою Цер­ко­вью…


За­ме­ча­ние в объ­яс­не­ние та­ин­ст­вен­но­го смыс­ла вто­ро­го яв­ле­ния во вто­ром дей­ст­вии
. – В пре­ды­ду­щем яв­ле­нии мы ви­де­ли изо­б­ра­же­ние то­го ис­то­ри­че­с­ко­го мо­мен­та со­сто­я­ния Церк­ви, ког­да она яви­лась в но­чи язы­че­с­ко­го бо­го­не­веде­ния с про­по­ве­дью о Воз­люб­лен­ном Хри­с­те и тер­пе­ла кро­ва­вые го­не­ния от не­ве­ру­ю­щих; в на­сто­я­щем же от­де­ле Цер­ковь под об­ра­зом Воз­люб­лен­ной, за­ни­ма­ю­щей­ся хо­зяй­ст­вом в сво­ем са­ду (Песн. 6:11), яв­ля­ет­ся в ис­то­ри­че­с­ком мо­мен­те пре­иму­ще­ст­вен­но вну­т­рен­не­го ре­ли­ги­оз­но-ум­ст­вен­но­го и нрав­ст­вен­но­го сво­е­го ус­т­ро­е­ния. Но здесь она встре­ча­ет за­дер­жи­ва­ю­щее пре­пят­ст­вие к сво­бод­но­му рас­кры­тию ду­ха еван­гель­ской сво­бо­ды и люб­ви, во-пер­вых, со сто­ро­ны раб­ско­го ду­ха иу­дей­ской фор­ма­ли­с­ти­ки в ис­пол­не­нии за­ко­на
, что изо­б­ра­жа­ет­ся не­о­до­б­ри­тель­ны­ми и ро­пот­ны­ми пе­ре­су­да­ми от­но­си­тель­но по­ве­де­ния Воз­люб­лен­ной от дще­рей Ие­ру­са­лим­ских, и, во-вто­рых, со сто­ро­ны язы­че­с­ко­го лег­ко­мыс­лия и нрав­ст­вен­ной рас­пу­щен­но­с­ти, при­кры­тых бле­с­ком му­д­ро­ва­ния об ис­тин­ных до­сто­ин­ст­вах раз­ви­тия Церк­ви, что пред­став­ле­но под об­ра­зом рос­ко­ше­ст­ву­ю­щих «знат­ных на­ро­да мо­е­го», т.е. Воз­люб­лен­ной, и в их льсти­во-ко­вар­ной ре­чи к ней (Песн. 6:11 – 7:9). Во вну­т­рен­ней борь­бе с эти­ми (осо­бен­но с язы­че­с­ким
), враж­деб­ными раз­ви­тию ис­тин­ной хри­с­ти­ан­ской жиз­ни на­прав­ле­ни­я­ми, Цер­ковь ос­та­ет­ся не­по­ко­ле­би­мою и не­у­клон­но по­свя­ща­ет свои си­лы на слу­же­ние Бо­гу и спа­се­ние немощ­ных (Песн. 7:9–10), и, во сви­де­тель­ст­во сво­е­го му­д­ро­го и пло­до­нос­но­го по­пе­че­ния об ус­т­ро­е­нии жиз­ни ве­ру­ю­щих, пред­став­ля­ет пред воз­люб­лен­ным Гос­по­дом вет­хие и но­вые пло­ды, т.е. древ­ние про­яв­ле­ния и фор­мы жиз­ни, оду­хо­тво­рен­ные но­вым уче­ни­ем Хри­с­то­вым (Песн. 7:13; ср. Мф. 13:52). Эти­ми уси­ли­я­ми Церк­ви в борь­бе с враж­деб­ны­ми ее ду­ху на­прав­ле­ни­я­ми до­сти­га­ет­ся тес­ней­шее и бла­жен­ней­шее еди­не­ние ве­ру­ю­щих со Хри­с­том, как сво­им Же­ни­хом – бра­том (ср. Притч. 4:6, 8; 7:4–5) и Учи­те­лем (– «та­мо мя на­учи­ши
» ср. Мф. 23:8, 10 и Ис. 54:13), и их упо­ко­е­ние под неж­но-ма­те­рин­ским по­кро­вом бла­го­да­ти Бо­жи­ей
, как лю­бя­щей ма­те­ри всех при­бе­га­ю­щих к ней (Песн. 8:1–2; ср. Ис. 49:15; 66:13 и Тит. 2:11–13).


Два вы­ше­ука­зан­ных на­прав­ле­ния, про­тив­ных вну­т­рен­ней ду­хов­но-бла­го­дат­ной жиз­ни ве­ру­ю­щих, про­ник­ли в Цер­ковь и про­яви­лись еще со вре­мен апо­с­то­лов в фор­ме, с од­ной сто­ро­ны, рас­ко­ла иу­дей­ст­ву­ю­щих, а с дру­гой – ере­сей гно­с­ти­че­с­ких, ве­ро­учи­тель­ную борь­бу с ко­то­ры­ми вел, по пре­иму­ще­ст­ву, апо­с­тол язы­ков, па­мят­ни­ка­ми ко­то­рой ос­та­лись по­сла­ния это­го ве­ли­ко­го «учи­те­ля язы­ков» (см. по­сла­ния к Римл., Га­лат., Ко­ринф., Ко­лосс., Ефес., к Тим. и Ти­ту
). Эти же на­прав­ле­ния и осо­бен­но по­след­нее, язы­че­с­кое, с осо­бен­ною си­лою про­яв­ля­лись по внеш­нем уми­ро­тво­ре­нии Церк­ви со вре­ме­ни Кон­стан­ти­на Ве­ли­ко­го; – и из­ве­ст­на бли­с­та­тель­ная борь­ба с ни­ми Пра­во­слав­ной Церк­ви в эпо­ху все­лен­ских Со­бо­ров, на­чи­ная с чет­вер­то­го ве­ка. Эта борь­ба име­ет про­дол­жить­ся во все вре­ме­на Церк­ви, во­ин­ст­ву­ю­щей на зем­ле, и толь­ко по вре­ме­нам Гос­подь и Гла­ва Церк­ви да­ет ей как под­креп­ле­ние утом­лен­но­му ра­бо­той спо­кой­ный сон, вну­т­рен­ний мир и ти­ши­ну (см. Песн. 8:3–4).


За­ме­ча­ние в изъ­яс­не­ние та­ин­ст­вен­но­го смыс­ла тре­ть­е­го яв­ле­ния во вто­ром дей­ст­вии
. – В этом по­след­нем от­де­ле Пес­ни Воз­люб­лен­ная, т.е. Церк­овь Хри­с­то­ва из языч­ни­ков, изо­б­ра­жа­ет­ся в со­сто­я­нии сво­е­го (сво­их чле­нов
) воз­мож­но­го со­вер­шен­ст­ва на зем­ле, имен­но: во-пер­вых, она яв­ля­ет­ся «убе­лен­ною
» (Песн. 8:5), или в оде­я­нии бе­лом
, ко­то­рое есть «пра­вед­ность свя­тых» Церк­ви (Откр. 19:8), в про­ти­во­по­лож­ность пер­во­на­чаль­но­го сво­е­го очер­не­ния (Песн. 1:4–5); из­мо­вен­ная, очи­щен­ная, ос­вя­щен­ная и про­све­щен­ная бла­го­да­тью Хри­с­то­вою, она пред­ста­ет те­перь пред сво­им Же­ни­хом Гос­по­дом «слав­ною Цер­ко­вью, не име­ю­щею пят­на, или по­ро­ка, или че­го ли­бо по­доб­но­го, но свя­тою и не­по­роч­ною» (см. Еф. 5:25–27); во-вто­рых, лю­бовь ее к сво­е­му Воз­люб­лен­но­му Гос­по­ду, преж­де не­о­пре­де­лен­но-по­ры­ви­с­тая и ко­леб­ле­мая (см. пер­вое яв­лен. в перв. действ.
), те­перь, очи­щен­ная вся­че­с­ки­ми ис­ку­ше­ни­я­ми (см. в 1 и 2 яв­лен. вто­ро­го действ.
) и вос­пла­ме­нен­ная ог­нем Ду­ха Бо­жия (см. Иак. 4:1–5; ср. Песн. 8:6), воз­рос­ла во всех ее ве­ру­ю­щих чле­нах до то­го, что «ни смерть, ни жизнь, ни Ан­ге­лы, ни На­ча­ла, ни Си­лы, ни на­сто­я­щее, ни бу­ду­щее, ни вы­со­та, ни глу­би­на, ни дру­гая ка­кая тварь не мо­жет от­лу­чить их от люб­ви Бо­жи­ей во Хри­с­те Ии­су­се, Гос­по­де на­шем» (см. Рим. 8:38–39; ср. Песн. 8:6–7); в-тре­ть­их, на­ко­нец, вос­пи­тан­ная бла­го­да­тью и уче­ни­ем Хри­с­то­вым, Цер­ковь, так­же в про­ти­во­по­ложность преж­не­му сво­е­му не­до­сто­ин­ст­ву и от­чуж­де­нию от Воз­люб­лен­но­го Гос­по­да (см. Песн. 1 гл.), яв­ля­ет­ся как жи­вое те­ло Хри­с­та
, а чле­ны ее – от пло­ти Его и от ко­с­тей Его
(Еф. 5:29–30), «пол­но­тою (to plhrwma) всех со­вер­шенств На­пол­ня­ю­ще­го все во всем» (Еф. 1:23), и по­се­му име­ет по­доб­но сво­е­му Же­ни­ху – Гла­ве все вла­де­тель­ные, гос­под­ст­вен­ные пра­ва (Песн. 8:12–13). За­тем вос­хож­де­ние Воз­люб­лен­ной под ру­ку с сво­им Воз­люб­лен­ным «на го­ры аро­ма­тов» (Песн. 8:5, 14) зна­ме­ну­ет ше­ст­вие ве­ру­ю­щих в оби­тель От­ца
не­бес­но­го, по обе­то­ва­нию Гос­по­да: «иду при­го­то­вить ме­с­то вам; и ког­да пой­ду, и при­го­тов­лю вам ме­с­то, при­ду опять, и возь­му
вас к Се­бе, что­бы и вы бы­ли, где Я» (Ин. 14:2–3). В этом по­след­нем яв­ле­нии Пес­ни изо­б­ра­жа­ют­ся по­след­ние по­дви­ги Церк­ви во­ин­ст­ву­ю­щей на зем­ле, ког­да она го­то­ва бу­дет при­сту­пить «к Ие­ру­са­ли­му небес­но­му, к тор­же­ст­ву­ю­ще­му со­бо­ру
и церк­ви пер­вен­цев, на­пи­сан­ных на не­бе­сах» (Евр. 12:22–23). Вме­с­те с этим име­ет со­вер­шить­ся по­след­нее в му­ках ду­хов­ное рож­де­ние Цер­ко­вью Хри­с­та, т.е. пред­ста­ви­те­ли церк­ви (ие­рар­хия
), «сно­ва и в по­след­ний раз бу­дут в му­ках рож­де­ния ча­да­ми Бо­жи­и­ми, до­ко­ле не во­об­ра­зит­ся в них Хри­с­тос» (Песн. 8:5; ср. Откр. 12:1–2, 5 – 6; Гал. 4:19 и Флм. 1:10).


По­ло­же­ние Из­ра­и­ля по от­но­ше­нию к Церк­ви из языч­ни­ков в этом по­след­нем яв­ле­нии Пес­ни та­ко­во, что Из­ра­иль бо­лее и бо­лее ста­но­вит­ся ду­хов­но да­ле­ким от Церк­ви и от Хри­с­та (см. Песн. 8:5), и таким образом, Из­ра­иль за­нял по­ло­же­ние со­вер­шен­но про­тив­ное то­му, в ко­то­ром он на­хо­дил­ся к ве­ру­ю­щим из языч­ни­ков и к обе­то­ван­но­му Мес­сии, по изо­б­ра­же­нию се­го в пер­вом яв­ле­нии пер­во­го дей­ст­вия, т.е. в век Со­ло­мо­на. Но та­кое ду­хов­ное претк­но­ве­ние Из­ра­и­ля не к то­му, что­бы сов­сем пасть; слав­ное спа­се­ние языч­ни­ков, по­лу­чен­ное ими па­де­ни­ем Из­ра­иль­тян, долж­но на­ко­нец «воз­бу­дить в сих по­след­них рев­ность» к то­му, что­бы воз­вра­тить по­те­рян­ное ими до­сто­ин­ст­во ис­тин­ных чад Бо­жи­их (Рим. 11:11 и д.; ср. Втор. 32:21). Дей­ст­ви­тель­но, в рас­сма­т­ри­ва­е­мом от­де­ле Пес­ни пред­став­ля­ет­ся близ­ким это вре­мя спа­се­ния все­го Из­ра­и­ля, по­то­му что Цер­ковь, в ко­то­рую уже «во­шло пол­ное чис­ло языч­ни­ков» (Рим. 11:25), хо­да­тай­ст­ву­ет пред Воз­люб­лен­ным Гос­по­дом и са­ма за­бо­тит­ся о ду­хов­ном со­вер­шен­ст­ве и ук­ра­ше­нии сво­ей млад­шей се­с­т­ры, т.е. Из­ра­и­ля, так как ско­ро «слав­ное за­го­во­рит­ся о Си­о­не» (Пс. 86:3), о его ду­хов­ном бра­ке с от­вер­жен­ным им не­ког­да Мес­си­ею – Гос­по­дом (см. Песн. 8:8–9). И так, здесь в Пес­ни пре­ду­ка­зы­ва­ет­ся та ве­ли­кая тай­на, ко­то­рую разъ­яс­нил ап. Па­вел, что в оп­ре­де­лен­ное Бо­гом вре­мя «весь Из­ра­иль спа­сет­ся, как на­пи­са­но: при­идет от Си­о­на Из­ба­ви­тель и от­вра­тит не­че­с­тие от Иа­ко­ва. И сей за­вет им от Ме­ня, ког­да сни­му с них гре­хи их» (Рим. 11:26–27).


А при­ня­тие Из­ра­и­ля опять в со­юз с Бо­гом не бу­дет ли пре­ду­ка­за­ни­ем то­го, что на­сту­па­ет «жизнь из мерт­вых» (Рим. 11:15)?


Итак, в по­след­нем яв­ле­нии изо­б­ра­жа­ет­ся та­кое ис­то­ри­че­с­кое со­сто­я­ние Церк­ви на зем­ле, ко­то­рое еще и для на­ше­го вре­ме­ни со­кры­то в бу­ду­щем и мо­жет быть со­зер­ца­е­мо от­ча­с­ти толь­ко по про­ро­че­с­ким ука­за­ни­ям Пи­са­ний Но­во­го За­ве­та» [7, с. 268–294].


П.А. Юн­ге­ров


«По со­дер­жа­нию кни­га Песнь Пес­ней раз­де­ля­ет­ся на две ча­с­ти, вну­т­рен­не чрез­вы­чай­но тес­но со­еди­нен­ные един­ст­вом опи­сы­ва­е­мых лиц и со­бы­тий. Пер­вая часть: 1 – 5:1 – опи­сы­ва­ет дра­ма­ти­че­с­ки лю­бовь Су­ла­ми­ты к ее Воз­люб­лен­но­му, ее же­ла­ние тес­ней­ше­го еди­не­ния с ним и ис­пол­не­ние это­го же­ла­ния. Вто­рая часть: 5:2 – 8:14 – опи­сы­ва­ет разъ­е­ди­не­ние Су­ла­ми­ты и ее Воз­люб­лен­но­го, их вза­им­ные чув­ст­ва скор­би по по­во­ду его и вто­рич­ное креп­чай­шее еди­не­ние их» [91, кн. 2, с. 134].


К гла­ве 23

Прп. Иси­дор Пе­лу­си­от.


О раз­лич­ных об­ра­зах, в ко­то­рых Пре­му­д­рый оли­це­тво­ря­ет пре­му­д­рость.


«По­сколь­ку спра­ши­вал ты, по ка­кой при­чи­не об­ра­зы при­ни­ма­ют­ся не во всех чер­тах, то от­ве­чаю: по той, что они долж­ны быть по­до­би­я­ми, а не тож­де­ст­вом. И ос­та­вив про­чее, по­пы­та­юсь, на­сколь­ко мож­но, объ­яс­нить ска­зан­ное.


Не­кто муж му­д­рый, ра­зу­мею сы­на Си­ра­хо­ва, опи­сав­ше­го нам оную пре­му­д­рость, не на­шел воз­мож­но­с­ти упо­до­бить ее че­му-то од­но­му, не на­шел ей оли­це­тво­ре­ния в ка­ком-то од­ном рас­те­нии. Но, что­бы пред­ста­вить ее кра­со­ту, вы­со­ту, бла­го­уха­ние и про­чие ка­че­ст­ва пре­му­д­ро­с­ти, Пре­му­д­рый пе­ре­брал, по воз­мож­но­с­ти, все рас­те­ния. От каж­до­го он взял со­об­раз­ное и на­и­бо­лее при­ли­че­ст­ву­ю­щее для ее изо­б­ра­же­ния, и опи­сал ее лю­дям, от од­но­го рас­те­ния за­им­ст­вуя кра­со­ту, от дру­го­го – вы­со­ту, от тре­ть­е­го – бла­го­уха­ние. И, как бы за­клю­чив в не­кую со­кро­вищ­ни­цу не все, что есть в рас­те­ни­ях, но од­но то, что тре­бо­ва­лось для изо­б­ра­же­ния, дал нам спо­соб пред­ста­вить в уме не­что, до­стой­ное пре­му­д­ро­с­ти. А что­бы не по­ка­за­лось, буд­то бы я скрыт­но де­лаю те­бе уп­ре­ки в не­ве­же­ст­ве, не при­вел я са­мых из­ре­че­ний, ко­то­рые, ве­ро­ят­но, у те­бя под ру­ка­ми» [35, т. 2, с. 493 – 494].


К гла­ве 24

Свт. Ва­си­лий Ве­ли­кий


«Но, мо­жет быть, иной воз­ра­зит про­тив на­ше­го мне­ния, на ос­но­ва­нии ска­зан­но­го: «Рцы лю­дем сим
», не со­гла­ша­ясь, чтоб здесь бы­ло про­ро­че­ст­во о вре­ме­нах Спа­си­те­ля. Ибо, ес­ли сло­во: «Сим» есть ука­за­тель­ное, а из лю­дей, на ко­то­рых бы­ло ука­за­но, ни­кто не мог слы­шать Спа­си­те­ля, или ви­деть чу­де­са Его; то как же сло­ва: «лю­дем сим» при­ли­че­ст­ву­ет жив­шим го­раз­до по­зд­нее Про­ро­ка? Но на этот во­прос най­дем удоб­ное ре­ше­ние в дру­гих про­ро­че­с­ких сло­вах. Ибо у од­но­го из две­над­ца­ти Про­ро­ков ска­за­но: «лю­дие Мои, что со­тво­рих вам? Или чим ос­кор­бих вас? Или чим сту­жих вам? От­ве­щай­те Ми. За­не из­ве­дох вас из зем­ли Еги­пет­ския, и из до­му ра­бо­ты из­ба­вих вас, и по­слах пред ва­ми Мо­и­сея, и Аа­ро­на, и Ма­ри­ам
» (Мих. 6:3, 4). Как тог­да жив­ший при Про­ро­ке на­род не ви­дал Егип­та и не поль­зо­вал­ся пу­те­вод­ст­вом по­мя­ну­тых вож­дей, од­на­ко же, он уко­ря­ет­ся как не­бла­го­дар­ный за сии бла­го­де­я­ния: так и те­перь ука­зы­ва­ет­ся на со­бра­ние лю­дей, жив­ших при Про­ро­ке, а пред­ре­чен­ное ему в про­ро­че­ст­ве сбы­ва­ет­ся над ро­дом, жив­шим в при­ше­ст­вие Гос­по­да. Да и в об­щем сло­во­упо­треб­ле­нии обык­но­ве­нен та­кой об­раз ре­чи, ко­то­рый у иных на­зы­ва­ет­ся за­имо­слов­ным. На­при­мер, ра­зу­мея из­ве­ст­ный лик, со­сто­я­щий из из­ве­ст­но­го чис­ла лю­дей, ког­да один из ли­ка вы­шел, и его ме­с­то за­сту­пил дру­гой, о ли­ке го­во­рим, что он ос­та­ет­ся тот же. И ес­ли из ли­ка вый­дет, дру­гой, тре­тий и так да­лее, и на ме­с­то каж­до­го вво­дим бу­дет кто-ни­будь иной: то, хо­тя, с по­сте­пен­ным за­ме­не­ни­ем со­став­ля­ю­щих лик, все в нем один за дру­гим пе­ре­ме­ни­лись, од­на­ко же, на­и­ме­но­ва­ние у ли­ка со­хра­ня­ет­ся то же. Так о го­ро­де и о вой­ске го­во­рят, что они те же, го­во­рят не по­то­му, что­бы в них все по­оди­ноч­ке ос­та­ва­лись те же, но по­то­му что це­лое со­бра­ние удер­жи­ва­ет за со­бою од­но и то же на­и­ме­но­ва­ние. Так ни­что не пре­пят­ст­ву­ет, что­бы и те­перь на­род, ука­за­тель­но пред­став­ля­е­мый Иса­ии, был тот же и при Гос­по­де, не по­то­му, что­бы жи­ли те же лю­ди, в от­дель­но­с­ти взя­тые, но по об­ще­му на­и­ме­но­ва­нию пле­ме­ни» [12, ч. 2, c. 211 – 212].


«На­доб­но, что­бы зна­ме­ние все­гда пред­сто­я­ло и бы­ло ви­ди­мо в на­сто­я­щем вре­ме­ни; оз­на­ча­е­мое же им неред­ко при­над­ле­жит трем вре­ме­нам. Ибо бы­ва­ет на­сто­я­щее зна­ме­ни­ем на­сто­я­ще­го, как вы­хо­дя­щий из до­ма дым есть зна­ме­ние го­ря­ще­го вну­т­ри ог­ня. Бы­ва­ет же на­сто­я­щее зна­ме­ни­ем бу­ду­ще­го, как ви­ди­мое стол­пе­ние об­ла­ков есть зна­ме­ние, что бу­дет дождь. Но еще на­сто­я­щее бы­ва­ет зна­ме­ни­ем и про­шед­ше­го, как ос­тат­ки уг­ля слу­жат зна­ме­ни­ем со­жжен­но­го на том ме­с­те ко­ст­ра. Пи­са­ние же на­зы­ва­ет зна­ме­ни­ем ка­ко­го-то та­ин­ст­вен­но­го сло­ва» [12, ч. 2, с. 224]


К гла­ве 25

Свт. Ва­си­лий Ве­ли­кий


«Но мно­гое уже то­му вре­ме­ни, как го­во­рит­ся о при­бли­же­нии дня Гос­под­ня; по­то­му что все Про­ро­ки сви­де­тель­ст­ву­ют о бли­зо­с­ти его, что­бы ни­кто не рас­сла­бе­вал от за­мед­ле­ния его и не был за­стиг­нут не­го­то­вым. Об этом сви­де­тель­ст­ву­ет и Со­фо­ния. Го­во­ря: «Убой­те­ся от ли­ца стра­ха Гос­под­ня, за­не близ день Гос­по­день
». И немно­го по­сле: «Близ день Гос­по­день ве­ли­кий, близ и скор зе­ло: глас дне Гос­под­ня го­рек и же­с­ток. День той, день скор­би и нуж­ды, день без­го­дия и ис­чез­но­ве­ния, день тмы и мра­ка, день об­ла­ка и мглы, день тру­бы и во­пля
» (Соф. 1:7, 14, 15). Но хо­тя бы и да­лек был день скон­ча­ния все­го ми­ра, од­на­ко же бли­зок соб­ст­вен­ный день ис­хо­да для каж­до­го из нас, то есть скон­ча­ние од­но­го че­ло­ве­ка; и сей-то день имея пред оча­ми, долж­но со­блю­дать ска­зан­ное у Иса­ии: «Ры­дай­те, близ бо день Гос­по­день
», и верь­те го­во­ря­ще­му: «Бла­же­ни пла­чу­щии
» (Матф. 5:4. Лук. 6:21)» [12, ч. 1, с. 301 – 302].


К гла­ве 26

Олесницкий А.


«Вслед­ст­вие раз­лич­но­го ха­рак­те­ра ца­рей, при ко­то­рых про­ро­че­ст­во­вал Иса­ия, его про­ро­че­с­кие ве­ща­ния име­ют не­о­ди­на­ко­вый ха­рак­тер: ино­гда про­рок про­из­но­сит бо­лее уг­ро­зы, ког­да Из­ра­иль пре­да­ет­ся не­че­с­тию, а ино­гда вво­дит в про­ро­че­ст­во сло­во обе­то­ва­ния за до­б­рые де­ла” (Ки­рилл Алек­сандр. Тол­ков. на пр. Иса­ию. Пре­дис­ло­вие).


В ча­ст­но­с­ти, про­ро­че­ст­ва о Хри­с­те Си­ноп­сис И.Зла­то­ус­та ука­зы­ва­ет в сле­ду­ю­щих гла­вах кни­ги про­ро­ка Иса­ии (Над­ле­жит за­ме­тить, что ны­неш­ний счет глав, из­ве­ст­ный толь­ко с 13 ве­ка, ука­зы­ва­ет­ся здесь толь­ко для боль­шей яс­но­с­ти из­ло­же­ния. В дей­ст­ви­тель­но­с­ти от­де­лы книг по­ка­зы­ва­ют­ся у от­цов Церк­ви не сче­том глав, но их об­щим со­дер­жа­ни­ем, на­чаль­ны­ми и глав­ны­ми в них сло­ва­ми. – Прим. авт.). Во вто­рой гла­ве за­клю­ча­ет­ся про­ро­че­ст­во о Церк­ви Хри­с­то­вой; в гла­вах от 7 до 12 про­ро­че­ст­во о рож­де­нии Хри­с­та по пло­ти от Де­вы (объ­яс­няя про­ро­че­ст­во Иса­ии: се Де­ва во чре­ве при­имет, Ис. 7:14, все от­цы Церк­ви на­прав­ля­ют объ­яс­не­ние это­го ме­с­та про­тив иу­де­ев, ко­то­рые, за­кос­не­вая в не­ве­рии, тол­ко­ва­ли его о ес­те­ст­вен­ном рож­де­нии; см. так­же Пре­дис­ло­вие сла­вян­ской Биб­лии 1751 го­да, с.11. – Прим. авт.
) и о ве­ру­ю­щих в Не­го; в гла­вах от 27 до 31 о по­губ­ле­нии ди­а­во­ла Ии­су­сом Хри­с­том и о ве­ре во Хри­с­та; в гла­ве 32-й про­ро­че­ст­во о Церк­ви Хри­с­то­вой, в ко­то­рой пра­ви­те­лем бу­дет Царь пра­вед­ный; в гла­вах 35 и 36 ис­то­рия Церк­ви, изо­б­ра­же­ние, в бук­валь­ном смыс­ле от­но­ся­ще­е­ся к Иду­мее и Ие­ру­са­ли­му, но в та­ин­ст­вен­ном смыс­ле зна­ме­ну­ю­щее опу­с­то­ше­ние и рас­се­я­ние иу­де­ев и про­цве­та­ние Церк­ви Хри­с­то­вой; в гла­ве 40 из­ла­га­ет­ся про­ро­че­ст­во об Ио­ан­не Пред­те­че; в гла­вах 53, 54 и 55 – про­ро­че­ст­во о стра­да­нии Ии­су­са Хри­с­та, смер­ти, вос­кре­се­нии и про­слав­ле­нии Его, о при­зы­ва­нии к при­ня­тию Еван­ге­лия и о мно­же­ст­ве ве­ру­ю­щих в Не­го; в гла­вах 60, 61, 62 – про­ро­че­ст­во о Хри­с­те и Апо­с­то­лах, о сла­ве и про­цве­та­нии Церк­ви Его; в за­клю­че­нии кни­ги осуж­де­ние не­ве­ру­ю­щих в бу­ду­щую жизнь” (Си­ноп­сис Злат.)» [57, с. 93 – 94].


Свт. Василий Великий


Из тол­ко­ва­ния на (Ис. 1:17)


«По­ели­ку же во мно­гих ме­с­тах пи­са­ния Бог го­во­рит о ду­ше че­ло­ве­че­с­кой, как о Сво­ей не­ве­с­те: то, ес­ли ду­ша ста­ла вдо­вою, по при­чи­не от­па­де­ния от Хри­с­та, ду­хов­но блу­до­дей­ст­во­ва­ла чрез идо­ло­слу­же­ние и от­лу­че­на от со­ю­за с Же­ни­хом – Сло­вом, на­доб­но, что­бы она оп­рав­да­лась и на­учи­лась оп­рав­да­нию чрез по­ка­я­ние. Или, по­ели­ку Из­ра­иль по п­ло­ти есть вдов­ст­ву­ю­щая Цер­ковь, ос­во­бо­див­ша­я­ся от раб­ст­ва за­кон­но­го, так что она, без на­ре­ка­ния в пре­лю­бо­де­я­нии, мо­жет при­над­ле­жать дру­го­му му­жу – Хри­с­ту, об­ру­ча­ю­ще­му ее Се­бе во спа­се­ние, на­доб­но, что­бы и она оп­рав­да­лась, на­учен­ная на­ми Еван­гель­ской прав­де Хри­с­то­вой» [12, ч. 2, с. 57]


«Мас­ло и мед снесть, преж­де, не­же ра­зу­ме­ти Ему, или из­во­ли­ти злая, из­бе­рет бла­гое»
(Ис. 7:15). «Ем­ма­ну­ил упо­треб­ля­ет по пло­ти дет­скую пи­щу – мас­ло и мед. Впро­чем, на­хо­дясь во мла­ден­че­с­ком еще со­сто­я­нии, по оби­та­ю­щей в Нем бла­го­сти, преж­де со­вер­шен­но­го воз­ра­с­та, от­вер­га­ет Он лу­ка­вое и из­би­ра­ет бла­гое. <…> Вос­хо­дя к на­пи­сан­но­му в кни­ге Бы­тия о «ра­зу­ме­тель­ном до­б­ра­го и лу­ка­ва­го»
(Быт. 2:9), най­дешь там со­сто­я­ние Ада­ма до гре­ха близ­ким к опи­сан­но­му те­перь; <…> По­че­му и Гос­подь в дет­ском со­сто­я­нии под­ра­жал не­вин­но­му и не­по­вреж­ден­но­му со­сто­я­нию Ада­ма; а тем, что от­верг­нул лу­кав­ст­во, воз­на­гра­дил пре­слуш­ное за­ко­но­пре­с­туп­ле­ние» [12, ч. 2, с. 228].


Прп. Максим Исповедник


О да­рах Свя­то­го Ду­ха че­ло­ве­ку (на Ис. 11:2):


«…рас­суж­де­ние, по­ка­зы­ва­ю­щее сво­е­об­ра­зие и свой­ст­во каж­дой ду­хов­ной ха­риз­мы. Ибо сво­е­об­раз­ным свой­ст­вом ха­риз­мы стра­ха Бо­жия яв­ля­ет­ся воз­дер­жа­ние от зла; кре­по­с­ти – де­ла­ние бла­гих дел; со­ве­та – спо­соб­ность раз­ли­чать про­ти­во­по­лож­но­с­ти; зна­ния – бе­зу­преч­ное по­зна­ние долж­но­го; ве­де­ния – дей­ст­вен­ное по­сти­же­ние бо­же­ст­вен­ных ло­го­сов, со­дер­жа­щих­ся в до­б­ро­де­те­лях; ра­зу­ма – все­це­лая рас­по­ло­жен­ность ду­ши к по­зна­ва­е­мо­му; пре­му­д­ро­с­ти – не­по­сти­жи­мое еди­не­ние с Бо­гом, вслед­ст­вие ко­то­ро­го в до­стой­ных воз­ни­ка­ет по­рыв к по­сто­ян­но­му вку­ше­нию [бо­же­ст­вен­ной ра­до­с­ти], по со­при­ча­с­тию де­ла­ю­щей бо­гом при­ча­ст­но­го ей, и он ста­но­вит­ся тол­ко­ва­те­лем бо­же­ст­вен­но­го бла­жен­ст­ва, со­от­вет­ст­вен­но не­ис­ся­ка­ю­ще­му и тай­но­му вы­ступ­ле­нию и ис­хож­де­нию Бо­жи­их тайн» [48, кн. 2, с. 257].


К гла­ве 28

Блаж. Феодорит Кирский


Из тол­ко­ва­ния на про­ро­ка Ио­ну:


«Бог вся­че­с­ких, со­здав всех че­ло­ве­ков, о всех оди­на­ко­во про­мы­ш­ля­ет. Ес­ли, по-ви­ди­мо­му, древ­ле имел Он ино­гда бо­лее по­пе­че­ния об Из­ра­иль­тя­нах, то и сим ока­зы­вал об­щее всем че­ло­ве­кам бла­го­де­я­ние. Ибо, как при­ла­гая над­ле­жа­щее по­пе­че­ние об Из­ра­и­ле, не с каж­дым бе­се­до­вал, и не каж­до­му по­ка­зы­вал Бог, что долж­но ему де­лать, но из­би­рая од­но­го из всех со­вер­шен­ней­ше­го, и бе­се­дуя, то с ве­ли­ким Мо­и­се­ем, то с Ии­су­сом На­ви­ном, а ино­гда с Са­му­и­лом, в дру­гое же вре­мя с Или­ею, и чрез каж­до­го из по­име­но­ван­ных, или по­ста­нов­ляя за­ко­ны, или со­вер­шая чу­де­са, или пред­ла­гая уве­ща­ния, всех ру­ко­во­дил ко спа­се­нию: так, от иных на­ро­дов от­де­лив на­род из­ра­иль­ский, по­пе­че­ни­ем о нем, ча­с­ты­ми яв­ле­ни­я­ми и не­ска­зан­ны­ми чу­до­дей­ст­ви­я­ми, и дру­гим на­ро­дам ука­зы­вал путь к Бо­го­ве­де­нию. Се­му на­учил Он нас и ус­та­ми бо­го­му­д­ро­го Осии; ибо го­во­рит: страж Еф­рем с Бо­гом, Про­рок (Ос. 9:8); по­то­му что Бог как бы стра­жем и Про­ро­ком по­ста­вил на­род сей к поль­зе и спа­се­нию дру­гих на­ро­дов. Так и Еги­пет чрез них до­знал не­из­ре­чен­ную си­лу Бо­га вся­че­с­ких; мол­ва же о ги­бе­ли Егип­тян, рас­про­ст­ра­нив­ша­я­ся у всех лю­дей, всех за­ста­ви­ла удив­лять­ся прав­ди­во­с­ти Бо­жия про­мыс­ла. От­сю­да Ра­ав блуд­ни­ца за­им­ст­во­вав луч Бо­го­ве­де­ния, ска­за­ла со­гля­да­та­ям: на­па­де страх ваш и тре­пет ваш на ны: слы­ша­хом бо яко из­су­ши Гос­подь Бог мо­ре черм­ное пред ли­цем ва­шим, и пре­вел вас, яко Гос­подь Бог ваш, Бог на не­бе­си го­ре и на зем­ли до­ле (Ис. Нав. 2:9–11). И по про­ше­ст­вии мно­гих лет Фи­ли­с­тим­ля­не, уви­дев ки­вот, со стра­хом и ужа­сом взы­ва­ли: сей есть Бог по­бив­ший Егип­та (1 Цар. 4:8). И мно­гие тьмы Ас­си­ри­ян по­ра­зив под сте­на­ми Ие­ру­са­ли­ма и при­ну­див Сен­на­хи­ри­ма бе­жать с ма­лым чис­лом, мо­гу­ще­ст­во Свое со­де­лал Бог яв­ным для всех лю­дей. И в Ва­ви­ло­не, от­дан­но­го львам Да­ни­и­ла со­хра­нив не­вре­ди­мым, и оный же­с­то­кий пла­мень пе­щи пре­тво­рив в ро­су, так что бла­жен­ные от­ро­ки сре­ди нее со­ста­ви­ли лик и сло­жи­ли песнь, как гор­до­го ца­ря при­вел в изум­ле­ние, так чрез не­го на­учил и под­дан­ных его, что Бог Из­ра­и­лев есть Бог еди­ный. И при Ки­ре пер­сид­ском, пре­слав­но воз­вра­тив на­род свой в оте­че­ст­во, им од­ним из всех быв­ших плен­ни­ка­ми да­ро­вав ос­во­бож­де­ние от раб­ст­ва, вос­ста­но­вил храм Свой, и при­ве­дя Ие­ру­са­лим в преж­нее бла­го­со­сто­я­ние, тем са­мым не толь­ко для близ­ких на­ро­дов, но и для жи­ву­щих вда­ли, сно­ва со­де­лал яв­ным, что Он един до­воль­но име­ет си­лы, что­бы про­мы­ш­лять о ком Ему угод­но и уп­рав­лять все­ми. Не­од­но­крат­но и при Ма­ке­до­ня­нах яв­лял мо­гу­ще­ство Свое, и чрез Про­ро­ков тво­ря чу­де­са, и пред­ска­зы­вая бу­ду­щее, мно­гих из языч­ни­ков при­вел к ис­ти­не. Так ве­ли­ко­го Ели­сея бо­ял­ся на­род си­рий­ский, то по­мра­чен­ный от не­го об­ла­ком не­ви­де­ния, то уви­дев­ший очи­ще­ние Не­ема­на. Ибо столь­ко че­ст­во­вал се­го Про­ро­ка, что царь их, впав в не­дуг, к не­му по­слал Аза­и­ла, во­про­сить; вы­здо­ро­ве­ет ли он? И са­мо­го Аза­и­ла Про­рок сей по­ма­зал в ца­ря Си­ри­я­нам. Да и бо­же­ст­вен­но­го Ие­ре­мию та­кой че­с­ти спо­до­бил царь ва­ви­лон­ский, что са­мо­му ему пре­до­ста­вил из­брать ме­с­то­пре­бы­ва­ние. Всех про­чих и ца­рей, и кня­зей, от­вел плен­ни­ка­ми, од­но­му же Ие­ре­мии дал пра­во жить, где хо­чет. Так и бла­жен­но­го Ио­ну Бог вся­че­с­ких по­ста­вил Про­ро­ком для Ни­не­ви­тян. А Ни­не­вия в древ­но­с­ти бы­ла весь­ма ве­ли­ким го­ро­дом и сто­ли­цею ца­ря ас­си­рий­ска­го. По­ели­ку еди­но­род­ное Бо­жие Сло­во име­ло явить­ся лю­дям в ес­те­ст­ве че­ло­ве­че­с­ком и про­све­тить все на­ро­ды све­том Бо­го­ве­де­ния, то, преж­де Сво­е­го во­че­ло­ве­че­ния, по­ка­зы­ва­ет языч­ни­кам бо­же­ст­вен­ное Свое про­мы­ш­ле­ние, что­бы пред­ше­ст­во­вав­шим под­твер­дить бу­ду­щее и всех на­учить, что не Иу­де­ев толь­ко Он Бог, но и языч­ни­ков, и что­бы по­ка­зать срод­ст­во но­во­го и вет­хо­го за­ве­та. А ес­ли бы до во­че­ло­ве­че­ния об языч­ни­ках не имел ни­ка­ко­го про­мы­ш­ле­ния, то Иу­деи по­чли бы его иным Бо­гом, как по­сту­па­ю­ще­го во­пре­ки Дав­ше­му за­кон; по­то­му что Бог дав­ший за­кон имел по­пе­че­ние толь­ко об Иу­де­ях, а Он при­ла­га­ет по­пе­че­ние Свое о всех лю­дях. В сие за­блуж­де­ние впал мерз­кий Мар­ки­он, ут­верж­дав­ший, что иной есть Бог Но­во­го, и иной Вет­хо­го За­ве­та, хо­тя и в вет­хом за­ве­те ви­дел про­мы­ш­ле­ние Бо­жие о всех лю­дях. Но что­бы не про­дол­жить сло­ва сверх ме­ры, при­сту­пим к са­мо­му ис­тол­ко­ва­нию Про­ро­ка» [74, т. 29, с. 334–336].


П.А.Юн­ге­ров


«Кни­га про­ро­ка На­ума, по со­дер­жа­нию сво­е­му впол­не ес­те­ст­вен­но раз­де­ля­ясь на три гла­вы, со­от­вет­ст­вен­но им раз­де­ля­ет­ся и на три ча­с­ти: в пер­вой гла­ве и ча­с­ти опи­сы­ва­ет­ся мо­гу­ще­ст­во Гос­под­не, на­деж­да на Не­го иу­де­ев, и воз­ве­ща­ет­ся им ра­дость про­ро­че­ст­вом о по­ги­бе­ли Ни­не­вии, враж­деб­ной Бо­гу и иу­де­ям. Во вто­рой гла­ве и ча­с­ти по­дроб­но пред­воз­ве­ща­ет­ся за­во­е­ва­ние и раз­ру­ше­ние Ни­не­вии. В тре­ть­ей гла­ве и ча­с­ти вы­яс­ня­ют­ся при­чи­ны па­де­ния Ни­не­вии – ее без­за­ко­ния – и предъ­и­зо­б­ра­жа­ет­ся кар­ти­на веч­но­го бу­ду­ще­го за­пу­с­те­ния Ни­не­вии» [91, т. 2, с. 363].


К гла­ве 29

Прп. Никодим Святогорец


«Ус­лы­шах, Гос­по­ди, смо­т­ре­ния Тво­е­го та­ин­ст­во, ра­зу­мех де­ла Твоя, и про­сла­вих Твое Бо­же­ст­во» – «Сей ир­мос при­ло­жим и к те­бе, воз­люб­лен­ный. Ибо ес­ли ты, по­доб­но Ав­ва­ку­му, ста­нешь на стра­жу твою и сту­пишь на ка­мень, как он го­во­рит: «на стра­жи мо­ей ста­ну, и взы­ду на ка­мень» (Авв. 2:1), то и ты удо­с­то­ишь­ся бла­го­да­ти про­ро­ка Ав­ва­ку­ма. Что же оз­на­ча­ет стра­жа эта, и что – ка­мень? По­слу­шай! Стра­жа есть вни­ма­тель­ность и ох­ра­не­ние ра­зу­ма от вся­ко­го бо­го­хуль­но­го, по­стыд­но­го и лу­ка­во­го по­мы­ш­ле­ния, а ка­мень есть серд­це, или луч­ше, ка­мень есть слад­чай­шее имя Гос­по­да Ии­су­са Хри­с­та, слу­жа­щее пред­ме­том за­ня­тия серд­ца. Сам Ии­сус Хри­с­тос есть тот твер­дый ка­мень, о ко­то­ром ска­зал ве­ли­кий Па­вел: ка­мень же бе Хри­с­тос
(1 Кор. 10:4)» [54, с. 47].


К гла­ве 30

Прп. Ефрем Сирин


На слова «Я Господь… наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвертого рода» (Исх 20:5)


«Бог, по долготерпению Своему, терпит человека лукавого, и сына его, и внука его, но если они не покаются, налагает наказание на главу четвертого, как скоро он в лукавстве своем подобен отцам своим» [22, т. 6, с. 369].


К гла­ве 31

Прп. Иси­дор Пе­лу­си­от


О по­ве­ле­нии, дан­ном Ан­ге­лам-гу­би­те­лям: «от свя­щен­ных Мо­их нач­ни­те» (Иез. 9:6)


«Ес­ли по­свя­щен­ные в сан свя­щен­ст­ва най­дут и про­чтут нам из­ре­че­ние Пи­са­ния, по ко­то­ро­му над­ле­жит им не тру­дить­ся и не уп­раж­нять­ся в до­б­ро­де­те­лях, а толь­ко учить сло­вом, то пусть ос­та­ют­ся при том об­ра­зе мыс­лей, ка­кой ими при­нят. Но ес­ли Сло­во Бо­жие вез­де вос­хва­ля­ет лю­би­те­лей до­б­ро­де­те­ли и от­лу­ча­ет на­ме­ре­ва­ю­щих­ся обу­чать толь­ко сло­вом, то по­че­му, ос­та­вив то, что по­ве­ле­ва­ют Бо­же­ст­вен­ные ус­та­вы, ве­ли­ча­ют­ся од­ним свя­щен­ст­вом, как са­мо­управ­ною вла­с­тью?


Ибо Бо­же­ст­вен­ные по­ста­нов­ле­ния спо­до­бив­шим­ся свя­щен­ст­ва по­ве­ле­ва­ют пре­иму­ще­ст­вен­но пред все­ми быть в тру­дах и по­дви­гах, что­бы под­на­чаль­ные, ви­дя тру­дя­щи­ми­ся тех, ко­то­рые име­ют пра­во при­ка­зать, от сты­да де­ла­лись бо­лее рев­но­ст­ны­ми к до­бле­ст­ной жиз­ни. Обык­но­вен­но же во­оду­шев­ля­ет не столь­ко сло­во, сколь­ко нрав уча­щих.


А эти, как буд­то по­ру­че­но им толь­ко го­во­рить, воз­дер­жи­ва­ют­ся от то­го, что­бы де­лать. Их-то вы­став­ляя на по­зор, бо­же­ст­вен­ный Апо­с­тол ска­зал: про­по­ве­дуя не кра­с­ти, кра­де­ши
(Рим. 2:22), и у Ие­зе­ки­и­ля в сло­вах, смыс­ла ко­то­рых ты до­ис­ки­вал­ся, Бо­же­ст­вен­ный при­го­вор по­ве­ле­вал Ан­ге­лам, го­то­вя­щим­ся на­ло­жить на­ка­за­ние на Ие­ру­са­лим: от свя­щен­ных Мо­их нач­ни­те
. Это же пер­во­вер­хов­ный Апо­с­тол вы­ра­зил дру­ги­ми сло­ва­ми, ска­зав: вре­мя на­ча­ти суд от до­му Бо­жия
(1 Пет. 4:17).


Ес­ли же нач­нет­ся с нас, то ка­кой ко­нец не­уве­ро­вав­шим в Еван­ге­лие Бо­жие? Ибо име­ю­щим пре­иму­ще­ст­во в че­с­ти и са­не, ес­ли со­гре­шат, спра­вед­ли­во иметь боль­шую часть и в на­ка­за­ни­ях» [35, т. 1, с. 349 – 350].


Что зна­чит на­пи­сан­ное у Про­ро­ка Ие­зе­ки­и­ля: «оп­рав­да­ния Моя от­ри­ну­ша и по за­ко­ном Мо­им не хо­ди­ша» (Иез. 5:6)?


«Спра­ши­вал ты: по ка­кой при­чи­не Бог ска­зал у Ие­зе­ки­и­ля: оп­рав­да­ния Моя от­ри­ну­ша и по за­ко­ном Мо­им не хо­ди­ша
. По­се­му вос­поль­зу­юсь крат­ким на сие тол­ко­ва­ни­ем. Ска­за­но: они не толь­ко изоб­ли­че­ны в не­че­с­тии, но ока­за­лись лу­ка­вы­ми по от­но­ше­нию к ближ­ним. По не­ко­е­му ро­до­во­му по­ня­тию все за­по­ве­ди де­лят­ся на две ча­с­ти: то, что ка­са­ет­ся слу­же­ния Бо­гу, и то, что ка­са­ет­ся че­ло­ве­ко­лю­бия к срод­ным, – по­че­му и две на­пи­са­ны скри­жа­ли. В от­но­ше­нии пер­во­го боль­шин­ст­во лю­дей мог­ло впа­дать в за­блуж­де­ние, по не­ве­де­нию луч­ше­го и по при­чи­не обо­ль­ще­ния со сто­ро­ны тех, кто же­ла­ет вво­дить в об­ман, и это тем удоб­нее, что Бо­же­ст­во не­ви­ди­мо и мне­ние о Нем раз­лич­но. А по­се­му и при­со­во­куп­ле­но вто­рое, для всех оче­вид­ное.


Ибо нет че­ло­ве­ка, ко­то­рый бы не знал, что ху­ды и до­стой­ны на­ка­за­ния убий­ст­во, пре­лю­бо­де­я­ние, лю­бо­стя­жа­тель­ность и про­чее с сим срод­ное. По­се­му, ког­да Бог об­ви­нил иу­дей­ский на­род в не­че­с­тии, что­бы Иу­деи не пред­ста­ви­ли в оп­рав­да­ние не­ве­де­ния или не ска­за­ли, что они до­стой­ны из­ви­не­ния, как улов­лен­ные в это ка­ки­ми-ли­бо злы­ми людь­ми, Он об­ли­ча­ет их в не­прав­де по от­но­ше­нию к еди­но­пле­мен­ни­кам и пред­став­ля­ет их не за­слу­жи­ва­ю­щи­ми ни­ка­ко­го из­ви­не­ния. Ибо они не удер­жа­лись и от то­го, в чем об­ви­ня­ет их об­щая че­ло­ве­че­с­кая при­ро­да, но без­рас­суд­но вда­лись в без­за­ко­ния. По­се­му тем са­мым, что на­ру­ше­но яв­ное, Гос­подь по­ка­зал, что и пред­став­ля­ю­ще­е­ся не­яв­ным пре­сту­пи­ли они зло­на­ме­рен­но и по зло­нра­вию» [35, т. 2, с. 482].


Св. Ири­ней Ли­он­ский


Про­тив ере­сей (IV.20.4):


«Итак, Один Бог, все сотворивший и устроивший Своим Словом и Премудростию; Он есть и Творец (Демиург), даровавший мир сей человеческому роду, Который по величию Своему неведом всем тварям Своим, – ибо никто ни из древних почивших ни из ныне живущих не исследовал Его высоты, – но по любви Своей всегда познается посредством Того, Которым Он все устроил. Это есть Слово Его, Господь наш Иисус Христос, Который в последние времена сделался человеком среди человеков. чтобы конец соединить с началом, т.е., человека с Богом. Поэтому, пророки, получая от того же Слова пророческое дарование, предсказали Его во плоти пришествие, чрез которое по благоволению Отца совершилось соединение и общение Бога и человека; ибо Слово Божие изначала предвозвещало, что Бог будет видим человеками и будет жить с ними на земле и говорить
, и будет присутствовать с Своим созданием
, спасая его и делаясь доступным ему и освобождая нас от рук всех ненавидящих нас, т.е. от всякого духа преступления, и делая нас (способными) служить Ему в святости и праведности во все дни наши, дабы человек, приняв Духа Божия вошел в славу Отца» [34, с. 370].


К гла­ве 32

Свт. Ва­си­лий Ве­ли­кий


Из толкования на пророка Исаию:


«И кни­ги, упо­мя­ну­тые у Да­ни­и­ла (Дан.7:10), что иное оз­на­ча­ют, как не воз­буж­де­ние Гос­по­дом в па­мя­ти че­ло­ве­че­с­кой об­ра­зов все­го со­де­лан­но­го, что­бы каж­дый вспом­нил свои де­ла, и что­бы мы ви­де­ли, за что под­вер­га­ем­ся на­ка­за­нию» [12, ч. 2, с. 58].


Прп. Иси­дор Пе­лу­си­от


О му­д­ро­с­ти Да­ни­и­ла и трех от­ро­ков:


«Не хал­дей­ские бес­по­лез­ные на­уки изу­ча­ли три от­ро­ка и Да­ни­ил, и не ду­май се­го. Ибо при­ла­гав­шие столь­ко по­пе­че­ния о бла­го­че­с­тии пред Бо­гом, что не вку­ша­ли цар­ских сне­дей, раз­ве со­гла­си­лись бы по­гряз­нуть в раб­ской уче­но­с­ти, хо­тя бы и уг­ро­жа­ли им ты­ся­чи смер­тей? А что сие дей­ст­ви­тель­но так, се­му до­сто­вер­ный сви­де­тель – Пи­са­ние, ко­то­рое го­во­рит: да­де им Бог смысл и му­д­рость во вся­кой книж­ней пре­му­д­ро­с­ти
(Дан. 1:17), то есть они при­об­ре­ли уче­ность, за­клю­ча­ю­щу­ю­ся в пись­ме­нах, ско­рее вся­ко­го ожи­да­ния и сверх на­деж­ды, ибо книж­ною на­зы­ва­ет Пи­са­ние му­д­рость, за­клю­чен­ную в пись­ме­нах. И что сие ис­тин­но, яв­ст­ву­ет и из то­го, что не по­кло­ни­лись они цар­ско­му об­ра­зу, и еще из то­го, что од­но­го из них ува­жи­ли львы, а дру­гих – огонь. Ес­ли же ска­жут, что сие бы­ло след­ст­ви­ем пер­сид­ской об­ра­зо­ван­но­с­ти, то пусть им от­вет­ст­ву­ют: по­че­му тог­да од­них из тех, ко­то­рые име­ли са­мые вы­со­кие чи­ны и обу­че­ны бы­ли вся­кой пер­сид­ской пре­му­д­ро­с­ти, умерт­ви­ли львы преж­де, не­же­ли кос­ну­лись они зем­ли, а дру­гих – огонь?» [35, т. 2, с. 147 – 148]


О па­де­нии и вос­ста­нов­ле­нии На­ву­хо­до­но­со­ра:


«Ца­рю ва­ви­лон­ско­му, ко­то­рый так глу­бо­ко пал, пре­сту­пил пре­де­лы ес­те­ст­ва и без­рас­суд­но воз­меч­тал о ра­вен­ст­ве с Бо­гом, кон­цом бед­ст­вия бы­ло по­зна­ние Все­со­вер­шен­но­го, ибо по­сле то­го, как по­знал он свое ес­те­ст­во и ис­по­ве­дал не­срав­нен­ное пре­вос­ход­ст­во Ца­ря Не­бес­но­го, вос­при­нял он преж­нюю свою власть. По­се­му, как же ду­ма­ешь, буд­то бы на­ка­за­ния на­ла­га­ют­ся на нас про­сто, а не для ка­кой-ли­бо поль­зы?» [35, т. 2, с. 57]


На сло­ва: «пер­сты руч­нии» (Дан. 5:24):


«По­сколь­ку спра­ши­вал ты, что зна­чат сло­ва: пер­сты руч­нии
, то слу­шай. Ког­да вар­вар, упо­ен­ный са­мо­вла­с­ти­ем, ис­пол­нив­ший­ся вы­со­ко­ме­рия и об­ре­ме­нив­ший го­ло­ву ви­ном, пред­ло­жил свя­щен­ные со­су­ды в упо­треб­ле­ние не толь­ко му­жам, но и же­нам, ус­лу­жи­вав­шим его сла­с­то­лю­бию, тог­да яви­лась часть ру­ки, на­чи­ная с лок­тя, пи­шу­щая оп­ре­де­ле­ние. Ибо как жи­во­пис­цы (пред­став­лю в до­ка­за­тель­ст­во их сме­лость), и бес­плот­ное ста­ра­ясь пред­ста­вить в ви­де не­ко­е­го те­ла, изо­б­ра­жа­ют од­ну ру­ку, ко­то­рая увен­чи­ва­ет гла­вы цар­ст­ву­ю­щих на зем­ле, по­ка­зы­вая сим, что на­чаль­ст­во да­но им с не­ба, так и тог­да, по сни­с­хож­де­нию Бо­жию, яви­лась ру­ка и по­ка­за­ла, что Царь вся­че­с­ких про­из­но­сит му­чи­те­лю при­го­вор и пи­шет оп­ре­де­ле­ние» [35, т. 2, с. 163].


На сло­ва: «И па­де на зем­лю от звезд и от сил» (Дан. 8:10):


«По­сколь­ку и для весь­ма вни­ма­тель­ных к чте­нию сие ос­та­ва­лось не­по­нят­ным, то не бу­ду ви­нить те­бя, как не чи­та­ю­ще­го, но ска­жу крат­ко сле­ду­ю­щее. Как Апо­с­тол тех, ко­то­рые до­бле­ст­ным жи­ти­ем просве­ща­ют взи­ра­ю­щих на них, на­зы­ва­ет звез­да­ми, на­пи­сав: в них­же яв­ля­е­те­ся, яко­же све­ти­ла в ми­ре
(Флп. 2:15), так и Да­ни­ил на­зы­ва­ет звез­да­ми тех, кто сла­вит­ся бла­го­че­с­ти­ем и до­бле­ст­ным жи­ти­ем, ибо го­во­рит: и па­де на зем­лю от звезд и от сил
. Он ра­зу­ме­ет не звез­ды спав­шие, как ду­ма­ли иные (да не бу­дет се­го), но Ан­ти­оха Епи­фа­на – ибо о нем бы­ла речь у Ан­ге­ла – бли­с­та­тель­но по­беж­ден­но­го Мак­ка­ве­я­ми и ли­шив­ше­го­ся вла­с­ти над Иу­де­ею.


Не ска­зал Про­рок: “па­ли звез­ды”, но ска­зал он па­де от звезд
, слав­но под­ви­зав­ших­ся, то есть по­беж­ден ими.


Ес­ли же кто сло­во па­де
при­мет в зна­че­нии: по­ра­зил (не­ред­ко чи­та­ет­ся и так, на­при­мер: по­ра­зи и ру­ки его ис­це­лят
(Иов. 5:18)), то мож­но ска­зать, что он по­ра­зил се­ме­рых бра­ть­ев, ма­терь и свя­щен­ни­ка Еле­а­за­ра, ко­то­рые по­ка­за­ли свет­лое и бли­с­та­тель­ное жи­тие и как звез­ды яви­лись на зем­ле. Ибо сло­во Мак­ка­вей по-пер­сид­ски зна­чит “по­ве­ли­тель”, то есть “вла­с­те­лин”. По­се­му, в те вре­ме­на, ког­да Ан­ти­ох от­ва­жил­ся на это пла­чев­ное де­ло про­тив сих бла­го­ис­кус­ных му­жей, Мак­ка­веи, со­еди­нив­шись, из­гна­ли его из стра­ны. По­че­му и за пре­тер­пев­ши­ми му­че­ние ос­та­лось сие имя, ибо Мак­ка­ве­я­ми на­зва­ны те, ко­то­рые в Мак­ка­вей­ские вре­ме­на под­вер­га­лись чрез­мер­ным стра­да­ни­ям, но не из­ме­ни­ли оте­че­с­ким за­ко­нам» [35, т. 2, с. 61 – 62].


Как объ­яс­нить Да­ни­и­ло­вы сед­ми­ны?


«Ты, как че­ло­век тру­до­лю­би­вый и лю­бо­зна­тель­ный, поже­лал уз­нать, как ис­пол­ни­лись упо­ми­на­е­мые у Да­ни­и­ла шесть­де­сят де­вять сед­мин го­дов, ве­ду­щие счет свой с по­ст­ро­е­ния Ие­ру­са­ли­ма и окан­чи­ва­ю­щи­е­ся его взя­ти­ем (Дан. 9:25–26). По­се­му знай, что по­ст­ро­ен он не при Ки­ре, но в двад­ца­тый год цар­ст­во­ва­ния Дол­го­ру­ко­го, ибо тог­да, как по­ве­ст­ву­е­те Ез­д­ра, Не­емия при­шел и со­здал го­род.


По­се­му, как же, спра­ши­ва­ешь, семь­де­сят сед­мин со­кра­ти­ша­ся о лю­дех тво­их и о гра­де свя­тем
(Дан. 9:24)? Так, что в 69-ю сед­ми­ну, имен­но: четы­ре­с­та во­семь­де­сят тре­ть­ем го­ду, во­зы­ме­ла на­ча­ло вой­на, а в сле­ду­ю­щую сед­ми­ну лет она кон­чи­лась вме­с­те с окон­ча­ни­ем дел иу­дей­ских. Ес­ли же ска­жет: как же имен­но? То долж­но знать, что с 20-го го­да Дол­го­ру­ко­го до то­го вре­ме­ни, ког­да кон­чи­лось цар­ст­во Пер­сид­ское, про­шло сто три­над­цать лет, по­сле не­го цар­ст­во Ма­ке­дон­ское про­дол­жа­лось до двух­сот де­вя­но­с­то че­ты­рех лет; по­том Рим­ское, в цар­ст­во­ва­ния: Ав­гу­с­та – со­рок три го­да, Ти­ве­рия – двад­цать два, Га­ия – че­ты­ре, Клав­дия – семь.


В вось­мой же год на­ча­лось у Иу­де­ев дви­же­ние, от ко­то­ро­го воз­го­ре­лась вой­на с Рим­ля­на­ми, имев­шая по­след­ст­ви­ем взя­тие Ие­ру­са­ли­ма. Ибо Иу­деи под­вер­г­лись пле­ну при Не­ро­не, пре­ем­нике Клав­ди­е­вом, по­сле слав­ной и силь­ной с ни­ми вой­ны, ве­ден­ной Ве­с­па­си­а­ном, ко­то­рый был в то вре­мя пол­ко­вод­цем Не­ро­но­вым, а в по­след­ст­вии сам цар­ст­во­вал» [35, т. 2, с. 113].


На сло­ва Пи­са­ния: «по­тре­бит­ся по­ма­за­ние» и пр. (Дан. 9:26):


«Свя­щен­ст­вом и цар­скою вла­с­тью, со­имен­ник мой, ус­т­ра­и­ва­ют­ся де­ла об­ще­ст­вен­ные. И хо­тя во мно­гом они раз­ли­ча­ют­ся меж­ду со­бою (од­но есть ду­ша, а дру­гая — те­ло), но один име­ют в ви­ду ко­нец – спа­се­ние под­вла­ст­ных. По­се­му-то, ког­да за­рож­дал­ся на­род иу­дей­ский, как са­мое не­об­хо­ди­мое, бы­ло уза­ко­не­но и дол­гое вре­мя про­дол­жа­лось свя­щен­ст­во. А так как Иу­деи, бу­ду­чи плот­ски­ми и оде­бе­лев­ши­ми, взы­с­ка­ли и цар­ской вла­с­ти, бы­ла да­на им и она, как по­лез­ная и вос­став­ля­ю­щая от па­де­ния непо­кор­ных свя­щен­ст­ву.


Ча­с­тью они бы­ли слав­ны по­то­му, что име­ли свя­щен­ст­во, и ча­с­тью спа­са­лись по­то­му, что бы­ла у них цар­ская власть. А по унич­то­же­нии то­го и дру­го­го не ос­та­лось у них ни­ка­ко­го спо­со­ба ко спа­се­нию. По­се­му Про­рок Да­ни­ил, на­ме­ре­ва­ясь по­ка­зать со­вер­шен­ное рас­ст­рой­ст­во об­ще­ст­вен­ных дел у Иу­де­ев по­сле Кре­с­та, так что не ока­жет­ся тог­да у них и ос­тат­ка до­б­рой на­деж­ды, не вид­но бу­дет и ожи­да­ния че­го-ли­бо луч­ше­го, ска­зал: по­тре­бит­ся по­ма­за­ние и суд не бу­дет в нем
, – сло­вом по­ма­за­ние
обо­зна­чая свя­щен­ст­во и сло­вом суд
– цар­скую власть и граж­дан­ское со­сто­я­ние.


Ска­зав об унич­то­же­нии свя­щен­ст­ва, все­го бо­лее обо­зна­чил уже он унич­то­же­ние и цар­ской вла­с­ти, и все­го про­че­го. По­то­му что по со­вер­шен­ном пре­кра­ще­нии глав­ней­ше­го и су­ще­ст­вен­ней­ше­го не мог­ло ус­то­ять и что-ли­бо иное, и ос­но­ва­ни­ем цар­ст­ву слу­жи­ло бла­го­че­с­тие пред Бо­гом, ко­то­рое и по­став­ля­лось в слу­же­нии Бо­гу. Од­на­ко же Про­рок ска­зал, что и цар­ст­во кон­чит­ся, пред­ре­кая тем ко­неч­ное унич­то­же­ние граж­дан­ской вла­с­ти у иу­де­ев и сви­де­тель­ст­вуя о воз­ве­де­нии все­го к го­раз­до луч­ше­му и бо­же­ст­вен­ней­ше­му бо­го­слу­же­нию» [35, т. 2, с. 218 – 219].


На ска­зан­ное: град и свя­тое рас­сып­лет со Ста­рей­ши­ною гря­ду­щим (Дан. 9:26):


«Ес­ли ска­зан­ное Да­ни­и­лу Ан­ге­лом: град и свя­тое
рас­сып­лет со Ста­рей­ши­ною гря­ду­щим
, – по­чи­та­ют из­ре­чен­ным о ком-ли­бо дру­гом, то пусть тол­ку­ют, как хо­тят, ни­ма­ло не вре­дя ис­ти­не. Ес­ли же на­зы­ва­е­мый Гря­ду­щим есть Хри­с­тос, со­глас­но со сло­ва­ми Пи­са­ния: Бла­го­сло­вен Гря­дый во имя Гос­под­не
(Пс. 117:26), и: Ты ли еси Гря­дый, или ино­го ча­ем?
(Мф. 11:3) – то смысл из­ре­че­ния та­ков: все до­сто­чти­мое и зна­ме­ни­тое у иу­де­ев нис­про­вер­га­ет не Отец толь­ко, но и Хри­с­тос, ожи­да­е­мый ими как их из­ба­ви­тель. По­сколь­ку воз­не­и­с­тов­ст­во­ва­ли они на Са­мо­го Сы­на Ца­ре­ва, то по­не­сут до­стой­ные на­ка­за­ния. Не толь­ко го­род, но и свя­тое рас­сып­лет­ся, то есть храм бу­дет ра­зо­рен.


И смо­т­ри, ка­кая точ­ность! Не ска­зал: “рас­сып­лет­ся со Ста­рей­ши­ною”, как ду­ма­ют иные, но: Отец рас­сып­лет
храм и го­род при со­дей­ст­вии Ста­рей­ши­ны
, и имен­но по­ру­ган­но­го ими в пер­вое Его при­ше­ст­вие. Ес­ли же сие не­яс­но, то пусть ска­за­но бу­дет еще яс­нее. Бог и Ста­рей­ши­на рас­сып­лют град и храм, по­это­му, хо­тя де­ло сие при­пи­сы­ва­ет­ся Рим­ля­нам, но в дей­ст­ви­тель­но­с­ти бы­ло след­ст­ви­ем Бо­же­ст­вен­но­го гне­ва. И сви­де­тель се­му Ио­сиф Фла­вий, ко­то­рый го­во­рит: “Не Рим­ля­нам обя­за­ны мы тем, что вой­на с ни­ми ра­зо­ри­ла всех нас; не их си­ла­ми со­вер­ши­лось это, но выс­шая бы­ла при­чи­на, ко­то­рая до­ста­ви­ла им мни­мую по­бе­ду”. Ка­кая же это бы­ла при­чи­на? Оче­вид­но: то, что сде­ла­но со Спа­си­те­лем, по­вер­г­ло Ие­ру­са­лим в это, и об­ще­ст­вен­ные де­ла их пре­кло­ни­лись до­лу, луч­ше же ска­зать, об­ра­ти­лись в со­вер­шен­ное ни­что. Ес­ли же не ве­рят Иу­деи, то пусть ска­жут: по ка­кой при­чи­не плен их до­ны­не ос­та­ет­ся не­воз­врат­ным?» [35, т. 2, с. 223 – 224].


Блаж. Фе­о­до­рит Кир­ский


На (Дан. 9:23
):


«На­зы­ва­ет же Га­в­ри­ил Про­ро­ка му­жем же­ла­ний, или как пре­дав­ше­го­ся по­сту и из­ну­ре­нию и му­же­ст­вен­но бо­рю­ща­го­ся с плот­ски­ми вож­де­ле­ни­я­ми, или как вож­де­ле­ва­ю­ще­го ви­де­ний и же­ла­ю­ще­го до­знать, что бу­дет с на­ро­дом Бо­жи­им, или еще по­то­му, что Да­ни­ил, си­яя лу­ча­ми до­б­ро­де­те­ли, при­вле­кал к се­бе лю­бовь, и лю­бовь в са­мой выс­шей сте­пе­ни» [74, т. 29, с.154].


На (Дан. 10:13):


«Вся­ко­му сколь­ко-ни­будь из­ве­ст­но, что ес­те­ст­во ан­гель­ское не воз­му­ща­ет­ся стра­с­тя­ми и ис­пол­не­но свя­ты­ни; ото­всю­ду так­же мож­но до­знать, что ан­ге­лы, ни­ма­ло не ко­леб­лясь, сле­ду­ют бо­же­ст­вен­ным ма­но­ве­ни­ям. По­се­му как же князь <т.е. ан­гел, ср. Втор. 32:8 в греч. тек­с­те> цар­ст­ва пер­сид­ско­го, по-ви­ди­мо­му, про­ти­вит­ся по­пе­че­нию об из­ра­иль­тя­нах? Но ес­ли по­же­ла­ет кто тща­тель­но вник­нуть, то най­дет смысл ска­зан­но­го. Ибо князь пер­сид­ский и князь ел­лин­ский, ко­то­рым по­ру­че­но хра­не­ние Пер­сов и Ел­ли­нов и по­пе­че­ние о них, как с лю­бо­вью бла­го­рас­по­ло­жен­ные к на­ро­дам, о ко­то­рых име­ли по­пе­че­ние, ви­дя без­за­ко­ние из­ра­иль­тян, не­об­хо­ди­мо огор­ча­лись, при­ме­чая, что из­ра­иль­тя­не поль­зу­ют­ся боль­шим о них про­мы­ш­ле­ни­ем, по­то­му что не зна­ли тай­ны, со­кро­вен­ной в со­тво­рив­шем все Бо­ге. По во­че­ло­ве­че­нии уже Спа­си­те­ля на­ше­го, как ска­зал бла­жен­ный Па­вел, ска­за­ся «на­ча­лом и вла­с­тем на не­бес­ных цер­ко­вию мно­го­раз­лич­ная пре­му­д­рость Бо­жия» (Еф. 3:10). По­се­му, не зная сей тай­ны, и ви­дя ве­ли­кое Бо­жие про­мы­ш­ле­ние об Из­ра­и­ле, обя­зан­ные иметь по­пе­че­ние о дру­гих на­ро­дах от­вер­га­лись, особ­ли­во ког­да при­ме­ча­ли, что Из­ра­иль­тя­не, по­сле за­ко­на и про­ро­ков, по­сле пре­по­дан­но­го им уче­ния и яв­лен­но­го о них по­пе­че­ния, ве­дут се­бя ху­же па­со­мых ими на­ро­дов, и за­ра­же­ны боль­шим чис­лом по­ро­ков. Сие и ска­зал бла­жен­но­му Да­ни­и­лу явив­ший­ся ан­гел: «и князь цар­ст­ва пер­сид­ско­го сто­я­ше про­ти­ву мне два­де­сят и един день» (10:13): то есть, все сии дни про­дол­жал я убеж­дать его, что из­ра­иль­тя­не спра­вед­ли­во удо­с­то­е­ны про­мы­ш­ле­ния о них; за­щи­щал же их и Ми­ха­ил, «един от ста­рей­шин пер­вых». «И то­го», го­во­рит он, «ос­та­вих та­мо с кня­зем цар­ст­ва пер­сид­ско­го» [74, т. 29, с. 174 – 175].


«Ес­ли же ра­зу­меть про­ро­че­ст­во не так; то по­ели­ку чис­ло 490 лет протек­ло, и сверх то­го про­шло еще бо­лее 440 лет, пусть по­ка­жут, при ком при­шло в ис­пол­не­ние про­ро­че­ст­во Ар­хан­ге­ла при Мак­ка­ве­ях? Но до них от Да­рия, да­же от Ки­ра, пер­во­го ца­ря пер­сид­ско­го, нет 490 лет; по­то­му что от Ки­ра до Ан­ти­оха Епи­фа­на, при ко­то­ром Мак­ка­веи воз­рев­но­вав, всту­пи­ли в де­ла прав­ле­ния, око­ло трех­сот се­ми­де­ся­ти двух лет. При­том же, кто у них на­зы­ва­ет­ся Свя­тым Свя­тых? Иу­да, или Ио­на­фан, Си­мон, или кто по­сле сих? Од­на­ко же ни па­т­ри­арх Ав­ра­ам, ни за­ко­но­да­тель Мо­и­сей, ни ве­ли­чай­ший у про­ро­ков Илия ни­ког­да не был на­зы­ва­ем Свя­тым свя­тых. Итак, и вре­мя, и на­и­ме­но­ва­ния яс­но пре­ду­ка­за­ли нам при­ше­ст­вие Гос­по­да на­ше­го Ии­су­са Хри­с­та» [74, т. 29, с. 186].


П.А.Юн­ге­ров


«Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос в про­ро­че­ст­ве о кон­чи­не ми­ра ска­зал: ег­да убо уз­ри­те мер­зость за­пу­с­те­ния, ре­чен­ную Да­ни­и­лом про­ро­ком, сто­я­щу на ме­с­те свя­те: иже чтет да ра­зу­ме­ет, тог­да су­щии во Иу­деи да бе­жат в го­ры (Мф. 24:15–16). Здесь ут­верж­да­ет­ся не толь­ко су­ще­ст­во­ва­ние са­мо­го про­ро­ка Да­ни­и­ла, но и под­лин­ность его важ­ней­ше­го про­ро­че­ст­ва о седь­ми­нах (Дан. 9:25–27), при­чем это про­ро­че­ст­во при­зна­ет­ся «ре­чен­ным» Да­ни­и­лом, хо­тя оно бы­ло от­кры­то ему Га­в­ри­и­лом (Дан. 9:21–27), «ре­че­но» же оно в том смыс­ле, что за­пи­са­но и пре­да­но Церк­ви про­ро­ком Да­ни­и­лом. Та­ким об­ра­зом, Ии­сус Хри­с­тос ут­верж­да­ет впол­не под­лин­ность и до­сто­вер­ность кни­ги, а так­же и бо­го­дух­но­вен­но про­ро­че­ст­вен­ный ха­рак­тер ее. Гос­подь Ии­сус Хри­с­тос разъ­яс­ня­ет ис­пол­не­ние и дру­го­го про­ро­че­ст­ва Да­ни­и­ла: уз­рят Сы­на че­ло­ве­че­с­ка­го, гря­ду­ща на об­ла­цех не­бес­ных с си­лою и сла­вою мно­гою (Мф. 24:30 = Дан. 7:13–14). Из вет­хо­за­вет­ных про­ро­ков Да­ни­ил пре­иму­ще­ст­вен­но и ис­клю­чи­тель­но в мес­си­ан­ском смыс­ле упо­треб­лял на­и­ме­но­ва­ние «Сын че­ло­ве­че­с­кий» (Дан. 7:13), и Ии­сус Хри­с­тос это на­и­ме­но­ва­ние ча­с­то ус­во­ял Се­бе (Mк. 14:62; Мф. 8:20; 9:6; 10:23), чем так­же ут­вер­дил про­ро­че­ст­вен­ный ха­рак­тер кни­ги Да­ни­и­ла и его слу­же­ния» [91, кн. 2, с. 332].


«Кни­га про­ро­ка Да­ни­и­ла, по­доб­но пи­са­ни­ям Ез­д­ры и Не­емии, на­пи­са­на на двух, хо­тя и срод­ных меж­ду со­бою, язы­ках: ев­рей­ском и ара­мей­ском. На ев­рей­ском на­пи­са­ны пер­вая гла­ва, со­став­ля­ю­щая как бы вве­де­ние ко всей кни­ге, че­ты­ре сти­ха вто­рой и по­след­ние пять глав (8–12); на ара­мей­ском: Дан. 2:4 – 7:28. Труд­но вы­яс­нить при­чи­ну та­ко­го дво­язы­чия. Ко­неч­но, про­рок, в юно­с­ти взя­тый в Ва­ви­лон и обу­чен­ный при дво­ре хал­дей­ской му­д­ро­с­ти, сво­бод­но вла­дел ара­мей­ским язы­ком и мог сво­бод­но пи­сать и го­во­рить на обо­их язы­ках. Но это еще не от­вет. У Ез­д­ры, как мы ви­де­ли, на ара­мей­ском язы­ке пре­иму­ще­ст­вен­но из­ла­га­ют­ся ино­зем­ные цар­ские ука­зы и пись­ма в под­тверж­де­ние их ис­то­ри­че­с­кой точ­но­с­ти (1 Езд. 4:11–22; 5:6–17). У Да­ни­и­ла в тех же ви­дах из­ла­га­ет­ся по-ара­мей­ски речь хал­дей­ских ма­гов и На­ву­хо­до­но­со­ра к ним (Дан. 2:4–11). Что ка­са­ет­ся ос­таль­ных от­де­лов, пи­сан­ных ара­мей­ским язы­ком (Дан. 2:12 – 7:28), то здесь мо­жет быть име­ло зна­че­ние са­мое со­дер­жа­ние их: ис­то­ри­че­с­кие со­бы­тия в ва­ви­лон­ском цар­ст­ве, по­ме­ща­е­мые здесь цар­ские ва­ви­лон­ские ука­зы, пи­сан­ные ве­ро­ят­но на ара­мей­ском язы­ке (Дан. 3:96–100; 4 гл.; 6:25–27), и во­об­ще со­бы­тия об­ще­го­су­дар­ст­вен­ной важ­но­с­ти, имев­шие зна­че­ние и ин­те­рес для всех ва­ви­лон­ских под­дан­ных. Что­бы по­ве­ст­во­ва­ние о них бы­ло из­ве­ст­но и по­нят­но всем жи­те­лям Ва­ви­ло­на, оно и из­ла­га­ет­ся об­ще­упо­тре­би­тель­ным ара­мей­ским язы­ком. По тем же мо­жет быть по­буж­де­ни­ям на­пи­са­но на ара­мей­ском язы­ке и ви­де­ние седь­мой гла­вы, име­ю­щее пред­ме­том сво­им все­мир­ный суд, дол­жен­ст­во­вав­ший быть из­ве­ст­ным всем на­ро­дам и всем под­дан­ным Ва­ви­ло­на. В со­от­вет­ст­вие та­ко­му объ­яс­не­нию мож­но ду­мать, что от­де­лы, пи­сан­ные на ев­рей­ском язы­ке (Дан. 1 и 8–12 глл.), име­ли осо­бен­ное зна­че­ние лишь для ев­рей­ско­го на­ро­да. Та­ко­ва, на­при­мер, жизнь про­ро­ка Да­ни­и­ла и его при­зва­ние ко дво­ру цар­ско­му (1 гл.). Та­ко­во же зна­че­ние его ви­де­ний о язы­че­с­ких цар­ст­вах и их от­но­ше­ни­ях к ев­рей­ско­му на­ро­ду, как пре­ду­ка­за­ние бу­ду­ще­го по­ли­ти­че­с­ко­го со­сто­я­ния ев­рей­ско­го на­ро­да (Дан. 8; 10–11 глл.), про­ро­че­ст­во о седь­ми­нах (9 гл.) и бу­ду­щем вос­кре­се­нии (12 гл.). Не­ко­то­рые из этих про­ро­честв по­ве­ле­ва­лось Да­ни­и­лу «скры­вать
» (Дан. 8:26) и «за­пе­ча­тать
» (Дан. 12:4), как на­зна­чен­ные не для со­вре­мен­ни­ков. Эти про­ро­че­ст­ва не нуж­ны бы­ли со­вре­мен­ным про­ро­ку ва­ви­ло­ня­нам, а на­зна­ча­лись «для из­бран­ных и свя­тых
» из ев­рей­ско­го на­ро­да и бу­ду­щих, при­том, его по­ко­ле­ний. Из пред­став­лен­но­го объ­яс­не­ния вид­но, что раз­ли­чие по язы­ку ча­с­тей кни­ги про­ро­ка Да­ни­и­ла, во­пре­ки кри­ти­че­с­ким пред­по­ло­же­ни­ям, не мо­жет ука­зы­вать на раз­ли­чие пи­са­те­лей кни­ги. Кро­ме то­го, эти ча­с­ти на­хо­дят­ся во вну­т­рен­ней тес­ней­шей вза­им­ной свя­зи. Ара­мей­ский от­дел пер­вой ча­с­ти (Дан. 2:4 – 6 гл.) ни­как нель­зя от­де­лить от ев­рей­ско­го (Дан. 1:1 – 2:3), по­то­му что на­ча­ло по­ве­ст­во­ва­ния (о Да­ни­и­ле и сне На­ву­хо­до­но­со­ра) на­хо­дит­ся в ев­рей­ском, а пря­мое про­дол­же­ние в ара­мей­ском. Так, во 2: 4 чи­та­ем: «и ска­за­ли хал­деи ца­рю по-ара­мей­ски
»… По ка­ко­му по­во­ду, где, ког­да и ка­ко­му ца­рю они ска­за­ли и кто та­кие хал­деи? От­вет толь­ко в ев­рей­ском от­де­ле 2:1–3. В ара­мей­ской ча­с­ти упо­треб­ля­ют­ся без по­яс­не­ния оба име­ни: Да­ни­ил и Вал­та­сар (Дан. 2:26; 4:5–6, 15–16; 5:12), так как объ­яс­не­ние да­но, оче­вид­но, тем же ис­то­ри­ком, в ев­рей­ской ча­с­ти (1:7). Точ­но так­же ев­рей­ский от­дел вто­рой ча­с­ти (Дан. 8:1) на­чи­на­ет­ся так: «яви­лось мне, Да­ни­и­лу, ви­де­ние по­сле то­го, ко­то­рое яви­лось мне преж­де
»… А ка­кое это «преж­нее» ви­де­ние? — От­вет лишь в пре­ды­ду­щей 7-й ара­мей­ской гла­ве. В (8:27) Да­ни­ил го­во­рит: «я на­чал за­ни­мать­ся цар­ски­ми де­ла­ми
». А ка­кие это де­ла и кто ему по­ру­чил их? — От­вет в пре­ды­ду­щей ара­мей­ской ча­с­ти (Дан. 2:48–49; 5:29; 6:28). Кро­ме этих ча­ст­но­с­тей, вид­на и во­об­ще за­ви­си­мость вза­им­ная ев­рей­ской и ара­мей­ской ча­с­тей и сход­ст­во бли­жай­шее меж­ду ни­ми, как по мыс­лям, так и по об­ра­зам и вы­ра­же­ни­ям» [91, кн. 2, с.323 – 324].


К гла­ве 33

Прп. Иси­дор Пе­лу­си­от


«Имея воз­мож­ность из всех Свя­щен­ных Пи­са­ний до­ка­зать, что де­ла иу­дей­ские ре­ши­тель­но по­гиб­ли и не бу­дут вос­ста­нов­ле­ны, по­пы­та­юсь до­ка­зать со­вер­шен­ное их унич­то­же­ние еще тем са­мым из­ре­че­ни­ем, на ос­но­ва­нии ко­то­ро­го пре­пи­рав­ший­ся с то­бою Иу­дей пред­по­ла­гал их вос­ста­нов­ле­ние. Ибо ка­кое это ме­с­то Пи­са­ния, о ко­то­ром вы­со­ко ду­ма­ет Иу­дей? Ска­за­но: и бу­дет сла­ва хра­ма по­след­няя па­че пер­выя
(Агг. 2:9).


Но преж­де, не­же­ли при­ступ­лю к ис­тол­ко­ва­нию, не знаю, что мне сде­лать: осу­дить ли его за не­ве­же­ст­во или воз­не­на­ви­деть за зло­нра­вие? Ибо не­веж­ду над­ле­жит на­учить, а зло­нрав­но­го – об­ли­чить. Луч­ше же ска­зать, по­сколь­ку ис­тол­ко­ва­ние по­слу­жит и на­уче­ни­ем не­ве­ду­щим, и об­ли­че­ни­ем зло­нрав­ным, то рас­смо­т­рим са­мое из­ре­че­ние. По­се­му ска­зы­ваю: храм, воз­двиг­ну­тый Со­ло­мо­ном, царь ва­ви­лон­ский ра­зо­рил и Иу­де­ев от­вел в плен. По­это­му, ког­да, по воз­вра­ще­нии из пле­на, Иу­де­ям долж­но бы­ло воз­двиг­нуть храм, но не от­ку­да бы­ло взять на сие де­нег, Бог, поощ­ряя их к бла­гим на­деж­дам, что­бы при­сту­пи­ли они к де­лу, ска­зал: Мое сре­б­ро, и Мое зла­то. И бу­дет сла­ва хра­ма се­го по­след­няя па­че пер­выя
.


Вник­ни же в это умом. Зо­ро­ва­вель при­сту­пил к вто­рич­но­му по­ст­ро­е­нию, и о нем из­ре­ка­ет­ся про­ро­че­с­кое сло­во: ру­це Зо­ро­ва­ве­ле­вы ос­но­ва­ша храм сей, и ру­це его со­вер­шат его
(Зах. 4:9). Сло­во ос­но­ва­ша как по­ка­зы­ва­ет со­вер­шен­ное за­пу­с­те­ние по воз­вра­ще­нии из Ва­ви­ло­на, так ука­зы­ва­ет и на вто­рич­ное по­ст­ро­е­ние. По­се­му, ког­да храм был вос­ста­нов­лен и при­ве­ден в боль­шее преж­не­го ве­ли­ко­ле­пие, тог­да сно­ва, по впа­де­нии Иу­де­ев в грех вос­ста­ни­ем про­тив Хри­с­та, он был пре­дан в ру­ки Рим­лян, ко­то­рые срав­ня­ли его с зем­лею.


Итак, ес­ли бы сле­до­ва­ло ему быть сно­ва вос­ста­нов­лен­ным, то Про­рок ска­зал бы: бу­дет сла­ва хра­ма се­го вто­рая па­че пер­выя
. Но, ска­зав: па­че пер­выя
, – Про­рок вто­рую сла­ву на­рек по­след­нею. По­че­му, как пер­вой сла­ве не бы­ло пред­ше­ст­ву­ю­щей, так и за по­след­нею не бу­дет по­сле­ду­ю­щей. Ес­ли бы ска­зал: “вто­рая па­че преж­ней”, спра­вед­ли­во бы­ло бы ожи­дать и тре­ть­ей. А ес­ли вто­рую на­звал по­след­нею, то за­граж­ден им вся­кий путь бес­стыд­ст­ва» [35, т. 2, с. 317 – 318].



Литература

1. Аве­рин­цев С.С. Пре­му­д­рость в Вет­хом За­ве­те // Аль­фа и Оме­га. М., 1994, №1.


2. Ан­д­рей Ке­са­рий­ский, св. Тол­ко­ва­ние на Апо­ка­лип­сис. Ре­принт по изд. М., 1901. Ио­си­фо–Во­ло­ко­лам­ский мо­на­с­тырь, 1992.


3. Арсений (Жадановский), еп. Из воспоминаний о святом праведном Иоанне Кронштадтском. М.: ПСТБИ, 1995.


4. Афа­на­сий Ве­ли­кий, свт. Си­ноп­сис // Хри­с­ти­ан­ское Чте­ние. 1841, 24.


5. Афа­на­сий Ве­ли­кий, свт. Тво­ре­ния. Т. 4. М., 1994.


6. Афа­на­сий (Са­ха­ров), еп., Ко­в­ров­ский, свт. О по­ми­но­ве­нии усоп­ших по ус­та­ву Пра­во­слав­ной Церк­ви. СПб.: Са­тис, 1995


7. Афа­на­сь­ев Д. Ру­ко­вод­ст­во к изу­че­нию Свя­щен­но­го Пи­са­ния Вет­хо­го За­ве­та. Ч. 3. Учи­тель­ные кни­ги. Джор­дан­вилль, 1975.


8. Буйе Л. О Биб­лии и Еван­ге­лии. Брюс­сель, 1988.


9. Вар­на­ва (Бе­ля­ев), еп. Ос­но­вы ис­кус­ст­ва свя­то­с­ти: В 4 т. Н.Нов­го­род. 1995.


10. Ва­си­лий Ве­ли­кий, свт. Де­ся­тая бе­се­да на Ше­с­тод­нев // Жур­нал Мос­ков­ской Па­т­ри­ар­хии. 1972, № 1, с. 29–30. http://www.orthlib.ru/Basil/sixday10.html.


11. Ва­си­лий Ве­ли­кий, свт. Один­над­ца­тая бе­се­да на Ше­с­тод­нев // Жур­нал Мос­ков­ской Па­т­ри­ар­хии. 1972, № 3. http://www.orthlib.ru/Basil/sixday11.html.


12. Ва­си­лий Ве­ли­кий, свт. Тво­ре­ния. Ре­принт по изд. «Тво­ре­ния иже во свя­тых от­ца на­ше­го Ва­си­лия Ве­ли­ка­го, ар­хи­епи­с­ко­па Ке­са­ри Кап­па­до­кий­ския». М., 1845 – 1891. М., 1991 – 1993. Ч. 1. М., 1991. Ч. 2. М., 1993. Ч. 4. М., 1993.


13. Вильгерт Владимир, свящ. Архимандрит Тав­ри­он (Батозский). Жизнеописание, воспоминания ду­хов­ных чад, проповеди. М.: Отчий дом, 2001.


14. Гри­го­рий Бо­го­слов, свт. Со­бра­ние тво­ре­ний: В 2 т. Свя­то–Тро­иц­кая Сер­ги­е­ва Ла­в­ра, 1994.


15. Гри­го­рий Нис­ский, свт. Изъ­яс­не­ние Пес­ни пес­ней Со­ло­мо­на. М.: Изд–во име­ни свя­ти­те­ля Иг­на­тия Ста­в­ро­поль­ско­го, 1999.


16. Гри­го­рий Нис­ский, свт. О жиз­ни Мо­и­сея за­ко­но­да­те­ля. М., 1999.


17. Гри­го­рий Нис­ский, свт. О над­пи­са­нии псал­мов. М.: Изд–во име­ни свя­ти­те­ля Иг­на­тия Ста­в­ро­поль­ско­го, 1998.


18. Гри­го­рий Нис­ский, свт. Об ус­т­ро­е­нии че­ло­ве­ка. СПб., 1995.


19. Гри­го­рий Нис­ский, свт. Точ­ное тол­ко­ва­ние Эк­кле­зи­а­с­та Со­ло­мо­но­ва. М.: Изд–во име­ни свя­ти­те­ля Иг­на­тия Ста­в­ро­поль­ско­го, 1997.


20. Грилихес Леонид, прот. Шестоднев в контексте Священного Писания // Журнал «Альфа и Омега», № 2/43, 2005.


21. Да­вы­ден­ков О., свящ. Дог­ма­ти­че­с­кое бо­го­сло­вие. Курс лек­ций. Ч. 3. М., 1997.


22. Еф­рем Си­рин, прп. Тво­ре­ния. М.: Изд–во «От­чий дом», 1995.


23. За­ве­де­ев П. Лек­ции по бо­го­слов­ским на­укам (Пол­ное ру­ко­вод­ст­во для под­го­тов­ки к эк­за­ме­ну на свя­щен­ни­ка). Свя­щен­ное Пи­са­ние Вет­хо­го За­ве­та. 1908.


24. Иерофей (Влахос) митр. Господские празд­ни­ки. Симферополь: «Таврия», 2002.


25. Ие­ро­фей (Вла­хос) митр. Пра­во­слав­ная пси­хо­те­ра­пия (свя­то­оте­че­с­кий курс вра­че­ва­ния ду­ши). СТСЛ, 2004.


26. Иоанн Дамаскин, прп. Творения. М.: Изд. «Мартис», 1997.


27. Ио­анн Да­ма­с­кин, прп. Точ­ное из­ло­же­ние пра­во­слав­ной ве­ры. М.: Издательство Сретенского монастыря, 2003.


28. Ио­анн, еп. Тай­на Ио­ва [Электронный ресурс] // http://www.bible–center.ru/article/jobsecret – адрес сайта на 12.10.2007. Текст при­ве­ден по из­да­нию: Бу­э­нос–Ай­рес, 1950 (пе­ре­пе­чат­ка с пер­во­го па­риж­ско­го из­да­ния 1933 го­да. Пред­по­ло­жи­тель­но ав­то­ром яв­ля­ет­ся ар­хи­епи­с­коп Ио­анн (Ша­хов­ской).


29. Ио­анн Зла­то­уст, свт. Пол­ное со­бра­ние тво­ре­ний: В 12 т. Ре­принт по изд. СПб. Ду­хов­ная Ака­де­мия, 1898–1906. М.: Пра­во­слав­ное брат­ст­во «Ра­до­неж», 1991–2004. Т. 4. Бе­се­ды на кни­гу Бы­тия. М., 1993; Т. 6, кн. 1. Тол­ко­ва­ние на про­ро­ка Исайю. М., 1998; Т. 6, кн. 2. Обо­зре­ние книг Вет­хо­го За­ве­та. М., 1998; Т. 7, кн. 1. Бе­се­ды на Еван­ге­лие от Мат­фея. М., 1993; Т. 8. Бе­се­ды на Еван­ге­лие от Ио­ан­на. М., 1993; Т. 9. Бе­се­ды на Де­я­ния Апо­с­толь­ские. М., 1994; Т. 12, кн. 3. Бе­се­ды на Прит­чи Со­ло­мо­на. М. 2004.


30. Ио­анн Зла­то­уст, свт. Со­кро­ви­ще Бо­же­ст­вен­ных Пи­са­ний. М., 1999.


31. Ио­анн Кас­си­ан Рим­ля­нин, прп. Пи­са­ния. Ре­принт по изд. М., 1892. СТСЛ, 1993.


32. Ио­анн (Ша­хов­ской), ар­хи­еп. Фи­ло­со­фия пра­во­слав­но­го па­с­тыр­ст­ва. СПб., 1996.


33. Ип­по­лит Рим­ский, свт. Тво­ре­ния. Т. 1. Казань, 1898. Репринт СТСЛ, 1997.


34. Ири­ней Ли­он­ский, св. Тво­ре­ния. М.: Па­лом­ник,1996.


35. Иси­дор Пе­лу­си­от, прп. Пись­ма. М.: Изд. име­ни свя­ти­те­ля Иг­на­тия Ста­в­ро­поль­ско­го, 2000 – 2001. Ч. 1. М., 2000; Ч. 2 – 3. М., 2001.


36. История Древнего Востока. От ранних государственных образований до древних империй. Т. 3. М., 2004.


37. Кар­та­шев А.В. Вет­хо­за­вет­ная биб­лей­ская кри­ти­ка. Па­риж, 1947.


38. Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский свт. Тво­ре­ния. М., 2000 – 2001. Кн. 1. О по­кло­не­нии и слу­же­нии в ду­хе и ис­ти­не. М., 2000. Кн. 2. Гла­фи­ры или ис­кус­ные объ­яс­не­ния из­бран­ных мест из Пя­ти­кни­жия Мо­и­сея. М., 2001.


39. Кирилл Александрийский, свт. Толкование на пророка Аввакума // Творения, ч. 10. М., 1894.


40. Кирилл Александрийский, свт. Толкование на пророка Наума // Богословский вестник, 1894, 9, стр. 227 – 239.


41. Кня­зев Алек­сей, прот. Про­ро­ки. М.: Изд. свв. Ки­рил­ла и Ме­фо­дия, 2001.


42. Ко­зы­рев Ф.Н. Ис­ку­ше­ние и по­бе­да свя­то­го Ио­ва. СПб., 1997.


43. Конспект по Ветхому Завету – Пятикнижие (для 2–го класса). Киевская духовная семинария [Электронный ресурс] // http://www.sedmica.orthodoxy.ru/kdais/kds–vz–2.htm. – Адрес сайта на 01.10.2007.


44. Корсунский И.Н.. Перевод LXX (толковников). Его значение в истории греческого языка и словесности. Сергиев Посад, 1897.


45. Ла Сор У.С.С., Хаб­бард Д.А., Буш Ф.У. Об­зор Вет­хо­го За­ве­та. Одес­ская се­ми­на­рия ЕХБ, 1998.


46. Ле­ст­ви­ца, воз­во­дя­щая на не­бо, пре­по­доб­но­го Ио­ан­на Ле­ст­вич­ни­ка, игу­ме­на мо­на­хов Си­най­ской го­ры.


47. Лос­ский В.Н. Бо­го­сло­вие и Бо­го­ви­де­ние. Сбор­ник ста­тей. М., 2000.


48. Мак­сим Ис­по­вед­ник, прп. Тво­ре­ния в 2 кни­гах. М.: Мар­тис, 1993.


49. Ме­фо­дий Па­тар­ский, сщмч. Пир де­ся­ти дев. М., 1996.


50. Ми­ха­ил (Гри­ба­нов­ский), еп. Над Еван­ге­ли­ем. М.: ПСТБИ, 2001.


51. Ми­ха­ил Псёлл. Бо­го­слов­ские со­чи­не­ния. СПб.,1998.


52. Му­ре­тов М.Д. Из­бран­ные тру­ды. М., 2002.


53. Не­сте­ро­ва О. Ти­по­ло­ги­че­с­кая эк­зе­ге­за: спор о ме­то­де // Аль­фа и Оме­га, 1998, №4 (18).


54. Ни­ко­дим Свя­то­го­рец, прп. Тол­ко­ва­ние ка­но­на на Воз­дви­же­ние Че­ст­но­го и Жи­во­тво­ря­ще­го Кре­с­та Гос­под­ня. М.: Изд. име­ни свя­ти­те­ля Иг­на­тия Ста­в­ро­поль­ско­го – СПб.: Изд–во «Зна­ме­ние, 1998.


55. Николай Сербский (Велимирович), свт. Молитвы на озере. М.: Изд. Московского подворья СТСЛ. 2004.


56. Николай Сербский (Велимирович), свт. Слово о Законе (номология). М.: Изд. Братства святителя Алесия; изд. "Феофания", 2005.


57. Олес­ниц­кий А. Ру­ко­вод­ст­вен­ные о Свя­щен­ном Пи­са­нии Вет­хо­го и Но­во­го За­ве­та све­де­ния из тво­ре­ний свя­тых от­цов и учи­те­лей Церк­ви. Ре­принт по изд. СПб.: Си­но­даль­ная ти­по­гра­фия, 1894. М.: Изд. мос­ков­ско­го по­дво­рья СТСЛ, 2002 .


58. Па­и­сий Свя­то­го­рец, мо­нах. От­цы–свя­то­гор­цы и свя­то­гор­ские ис­то­рии. Св.–Тро­иц­кая Сер­ги­е­ва ла­в­ра, 2001.


59. По­ли­кар­пов Д., прот. Тол­ко­ва­ния свя­тых от­цов и учи­те­лей Церк­ви и бо­го­слу­жеб­ные пес­но­пе­ния на мес­си­ан­ские ме­с­та Биб­лии. Кни­ги за­ко­но­по­ло­жи­тель­ные и ис­то­ри­че­с­кие. М., 2000.


60. Псалтирь учебная / Пер. Е.Н. Бируковой и И.Н. Бируков. – М.: Правило веры, 2000. – 795 с.


61. Ри­не­кер Ф., Май­ер Г. Биб­лей­ская эн­цик­ло­пе­дия Брок­га­у­за. Christliche Ver­lag­buch­hand­lung Paderborn, 1999.


62. Сер­гий (Со­ко­лов), ар­хим. Свя­щен­ное Пи­са­ние Вет­хо­го За­ве­та. Ис­то­ри­че­с­кие кни­ги. Сер­ги­ев По­сад, 1995.


63. Сер­гий (Со­ко­лов), еп. Свя­щен­ное Пи­са­ние Вет­хо­го За­ве­та. Про­ро­че­с­кие кни­ги. Сер­ги­ев По­сад, 1996.


64. Си­до­ров А.И. Свя­ти­тель Ки­рилл Алек­сан­д­рий­ский. Его жизнь, цер­ков­ное слу­же­ние и тво­ре­ния. В кн. «Тво­ре­ния свя­ти­те­ля Ки­рил­ла, епи­с­ко­па Алек­сан­д­рий­ско­го». Кн. 1. М.: Па­лом­ник, 2000.


65. Си­ме­он Но­вый Бо­го­слов, прп. Де­я­тель­ные и бо­го­слов­ские гла­вы // До­б­ро­то­лю­бие. Т. 5. М., 1900.


66. Си­ме­он Но­вый Бо­го­слов, прп. Тво­ре­ния в 3–х то­мах. СТСЛ, 1993.


67. Со­фро­ний (Са­ха­ров), ие­ро­мо­нах. Ста­рец Си­лу­ан. Па­риж, 1952.


68. Тол­ко­ва­ние на па­ре­мии (на ос­но­ва­нии тру­да еп. Вис­са­ри­о­на Не­ча­е­ва). М., 1997.


69. Тол­ко­вая Биб­лия или ком­мен­та­рий на все кни­ги Свя­щен­но­го Пи­са­ния Вет­ха­го и Но­ва­го За­ве­та (из­да­ние пре­ем­ни­ков А.П.Ло­пу­хи­на): В 12 т. Ре­принт по изд. СПб., 1904 – 1913. Т. 1, 1904. Т. 2, 1905. Т. 3, 1906. Т. 4, 1907. Т. 5, 1908. Т. 6, 1909. Т. 7, 1910. Т. 8, 1911. Т. 9, 1912. Т. 10, 1912. Т. 11, 1913. Т. 7а 1913. Сток­гольм, 1987.


70. Тру­бец­кой Е.Н. Смысл жиз­ни // Из­бран­ные про­из­ве­де­ния. – Рос­тов–на–До­ну: «Фе­никс», 1998.


71. Фе­о­дор (Поз­де­ев­ский), ар­хи­еп. Жиз­не­опи­са­ние. Из­бран­ные тру­ды. СТСЛ, 2000.


72. Фе­о­до­рит Кир­ский, блж. Изъяснение псалмов. М.: Изд. Совет РПЦ, 2004.


73. Фе­о­до­рит Кир­ский, блж. Изъ­яс­не­ние труд­ных мест Бо­же­ст­вен­но­го Пи­са­ния. М.: Из­да­тель­ский Со­вет Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви, 2003.


74. Фе­о­до­рит Кир­ский, блж. Тво­ре­ния. СТСЛ, 1906 – 1907. Се­рия: тво­ре­ния свя­тых от­цов в рус­ском пе­ре­во­де. Изд–во при МДА. Т. 29. Часть 4. Т. 30. Часть 5.


75. Феофан (Быстров), архиеп. Тетраграмма или Божественное ветхозаветное имя הוה. Киев. 2004.


76. Фе­о­фан За­твор­ник, свт. На­чер­та­ние хри­с­ти­ан­ско­го нра­во­уче­ния: В 2 тт. М.: Изд–во Свя­то–Ус­пен­ско­го Пско­во–Пе­чер­ско­го мо­на­с­ты­ря; изд–во «Па­лом­ник», 1994.


77. Фе­о­фан За­твор­ник, свт. Тол­ко­ва­ние по­сла­ний апо­с­то­ла Пав­ла. 1 По­сла­ние к ко­рин­фя­нам. М., 1998.


78. Фе­о­фан За­твор­ник, свт. Тол­ко­ва­ние по­сла­ний апо­с­то­ла Пав­ла. По­сла­ние к га­ла­там. М., 1996.


79. Фе­о­фан За­твор­ник, свт. Тол­ко­ва­ние по­сла­ний апо­с­то­ла Пав­ла. По­сла­ние к ефе­се­ям. М., 1998.


80. Фе­о­фан За­твор­ник, свт. Тол­ко­ва­ние по­сла­ний апо­с­то­ла Пав­ла. По­сла­ние к ко­лос­са­ем и фи­лип­пий­цам. М., 1998.


81. Фи­ла­рет (Дроз­дов), митр. Мос­ков­ский, свт. За­пи­с­ки, ру­ко­вод­ст­ву­ю­щие к ос­но­ва­тель­но­му ра­зу­ме­нию кни­ги Бы­тия. М., 1867. (есть ре­принт б.в.д.)


82. Фи­ла­рет (Дроз­дов), митр. Мос­ков­ский, свт. О дог­ма­ти­че­с­ком до­сто­ин­ст­ве и ох­ра­ни­тель­ном упо­треб­ле­нии гре­че­с­ко­го се­ми­де­ся­ти тол­ков­ни­ков и сла­вян­ско­го пе­ре­во­дов Свя­щен­но­го Пи­са­ния. Тво­ре­ния. М., 1994 (ЖМП, 1992, №11 – 12).


83. Фи­ла­рет (Дроз­дов), митр. Мос­ков­ский, свт. Про­ро­че­с­кие кни­ги Вет­хо­го За­ве­та // Чте­ния об­ще­ст­ва лю­би­те­лей ду­хов­но­го про­све­ще­ния, 1873, I по­лу­го­дие.


84. Фи­ла­рет (Дроз­дов), митр. Мос­ков­ский, свт. Про­ст­ран­ный хри­с­ти­ан­ский ка­те­хи­зис. М.: Си­но­даль­ная ти­по­гра­фия, 1895.


85. Фи­ла­рет (Дроз­дов), митр. Мос­ков­ский, свт. Ру­ко­вод­ст­во к по­зна­нию кни­ги Псал­мов, осо­бен­но си­с­те­ма­ти­че­с­ко­му и бо­го­слов­ско­му // Чте­ния об­ще­ст­ва лю­би­те­лей ду­хов­но­го про­све­ще­ния, 1872.


86. Флавий Иосиф. Иудейская война. М., 2004.


87. Флавий Иосиф. Иудейские древности.


88. Фло­рен­ский П., свящ. Столп и ут­верж­де­ние ис­ти­ны: Опыт пра­во­слав­ной те­о­ди­цеи в две­над­ца­ти пись­мах. Ре­принт по изд. М.: Изд. «Путь», 1914. М.: Леп­та, 2002.


89. Хер­го­е­зер­ский А. Обо­зре­ние про­ро­че­с­ких книг Вет­хо­го За­ве­та. М., 1998.


90. Шульц С.Д. Ветхий Завет говорит...: Пер. с англ. – 3. изд. – М.: Духов. возрождение, 2000.


91. Юн­ге­ров П.А. Вве­де­ние в Вет­хий За­вет в 2 кни­гах. М.: ПСТБИ, 2003.


92. Юнгеров П.А. Вероучение Псалтири, его особенности и значение в общей системе библейского вероучения. К.: «Пролог», 2006.


93. Юн­ге­ров П.А. Псал­тирь в рус­ском пе­ре­во­де с гре­че­с­ко­го тек­с­та. Св.–Тро­иц­кая Сер­ги­е­ва Ла­в­ра, 1996.


94. Tarazi, Paul Nadim. The Old Testament. Intro­duction. Vol.1 Historical Traditions. Crestwood, NY, 1991.


[1]
В си­лу ог­ра­ни­чен­но­с­ти объ­е­ма кур­са из не­ка­но­ни­че­с­ких книг на­ми бу­дут крат­ко рас­смо­т­ре­ны толь­ко кни­ги Мак­ка­вей­ские, по­сколь­ку с их по­мо­щью мы смо­жем «пе­ре­бро­сить мос­тик» от вет­хо­за­вет­ной биб­лей­ской эпо­хи к но­во­за­вет­ной.


[2]
Св. Афанасий Александрийский. Из 39 послания о праздниках. См. Книгу правил.


[3]
Дополнительные сведения о делении книг Священного Писания даны в Приложении.


[4]
См. напр. статью Библеистика // Православная Энциклопедия, т. V, М., 2002.


[5]
См. напр. статью Археология библейская // Православная Энциклопедия, т. III, М., 2001.


[6]
См. напр. Ранняя Космогоническая поэзия // Фрагменты ранних греческих философов. Ч. 1. М., 1989, с.33 – 80


[7]
Подробнее об антропоморфизмах в Священном Писании см. в Приложении


[8]
Примеры святоотеческих толкований приведены в Приложении.


[9]
Подробнее см. в Приложении.


[10]
В неделю сыропустную, в субботу вечера. Сти­хи­ра на «Гос­по­ди, воз­звах», слава // Три­одь По­ст­ная.


[11]
См. напр. Д.В.Деопик. Курс лекций по библейской археологии. М.: Изд-во ПСТБИ, 1994.


[12]
Подробнее см. в Приложении.


[13]
Текст толкования свт. Иоанна Златоуста см. в Приложении.


[14]
Следует заметить, что в буквальном смысле это обетование уже было исполнено во времена Соломона. Поэтому теперь следует ожидать исполнения духовного смысла этого пророчества.


[15]
Кстати, название «Советский Союз» переводилось на иврит как «брит hамуацот», буквально – «Союз Советов».


[16]
Подробнее см. в Приложении.


[17]
Библейские песни канона на утрени, общим числом 10 имеют мессианский характера и содержат пророчества о спасении во Христе. Из книг Ветхого Завета взяты 8 песней. Две – Песнь Богородицы и песнь Захарии, отца Иоанна Предтечи, взяты из Евангелия.


[18]
Воз­дви­же­ние честнаго Кре­с­та, утра. Ка­нон Креста, пес­нь 1, ир­мос // Минея, 14 сентября.


[19]
«И не ве­рив­шие ни­че­му ра­ди ча­ро­дей­ст­ва, при по­губ­ле­нии пер­вен­цев, при­зна­ли, что этот на­род есть сын Бо­жий» (Прем. 18:13).


[20]
Подробнее толкование свмч. Иринея Лионского приведено в Приложении.


[21]
Классический образец – свт. Григорий Нисский «О жизни Моисея законодателя».


[22]
Подробнее о богослужебном употреблении Пятикнижия см. в Приложении


[23]
Подробнее о содержании книг Царств и Паралипоменон см. в Приложении


[24]
Впрочем, мы уже неоднократно сталкивались с тем, что число в Писании имеет в первую очередь символическое значение, и только потом – количественное. Суммарное число – 1000 в данном случае побуждает предположить, что здесь нам дано указание на то, что жен было очень много, а не на точное их количество.


[25]
«В ев­рей­ской Биб­лии эти кни­ги на­зы­ва­ют­ся «Сло­ва дней» – на­и­ме­но­ва­ни­ем, пе­ре­ве­ден­ным Ие­ро­ни­мом – Chronica. Это по­след­нее на­зва­ние очень рас­про­ст­ра­не­но в со­вре­мен­ной за­падной про­те­с­тант­ской ли­те­ра­ту­ре. У LXX на­зы­ва­ют­ся: b. Paraleipomevnwn – то есть до­пол­не­ние опу­щен­но­го в пре­ды­ду­щих ис­то­ри­че­с­ких вет­хо­за­вет­ных кни­гах (Зла­тоуст, Фе­о­до­рит, Афа­на­сий, Про­ко­пий Газ­ский так объ­яс­ня­ют гре­че­с­кое на­и­ме­но­ва­ние)» [79, с. 159].


[26]
В среду средния седмицы на утрени. Канон Креста, 7 песнь, 1 тропарь // Триодь Постная.


[27]
По­сле име­ни каж­до­го ца­ря в скоб­ках да­ны при­мер­ные да­ты их прав­ле­ния.


[28]
Аса, Иосафат, Езекия и Иосия в некоторые периоды жизни «делали угодное очах Господних и ходили путем Давида». Иоас, Амасия, Озия и Иоафам «делали угодное в очах Господних», но не как Давид.


[29]
Бла­жен­ный Ие­ро­ни­м вы­ска­зал пред­по­ло­же­ние, что это спи­сок Вто­ро­за­ко­ния. Но­вей­шие кри­ти­ки счи­та­ют, что свя­щен­ни­ки сами со­чи­ни­ли кни­гу и под­су­ну­ли ца­рю под ви­дом древ­ней. Од­на­ко во вре­ме­на Ма­нас­сии и Амо­на дей­ст­ви­тель­но труд­но бы­ло со­хра­нить свя­щен­ные кни­ги, если не спря­тать их в на­деж­ном тай­ни­ке. Мне­ние, что бы­ло най­де­но толь­ко Вто­ро­за­ко­ние, сла­бо ар­гу­мен­ти­ро­ва­но. По­че­му не весь За­кон?


[30]
В новозаветное время происходит обратное. Не народ становится Церковью, но Церковь определяет и формирует новый народ, независимо от национальной принадлежности ее членов.


[31]
Диаспора (гр. διασπορά – рассеяние) – часть народа, живущая вне исторической родины.


[32]
Здесь в Писании, возможно, присутствует анахронизм, поскольку преемником Кира был Камбис, которого сменил Дарий. Поэтому это письмо действительно могло относиться к более поздним попыткам иудеев восстановить Иерусалим.


[33]
Служ­ба Ио­ву Мно­го­ст­ра­даль­но­му, вечера. Сти­хи­ра на ли­тии // Ми­нея, 6 мая.


[34]
См. Приложение.


[35]
Подробнее см. в Приложении.


[36]
Во святый и ве­ли­кий Чет­вер­ток на утрени. Ка­нон, песнь 1, тро­па­ри 1 – 3 // Триодь Постная.


[37]
Именно так объясняет начало 12-й главы Екклесиаста свт. Ипполит Римский [33, c. 125].


[38]
См. Приложение.


[39]
Тол­ко­ва­ние кни­ги «Песнь Пес­ней», со­став­лен­ное Д. Афа­на­сь­е­вым на ос­но­ва­нии ука­за­ний свя­тых от­цов см. в Приложении.


[40]
Неделя по Рождестве Христовом, на утрене. Стихира на «Хвалитех», слава // Минея.


[41]
Служ­ба св. про­ро­ку Иса­ие на утрене. Ка­нон, песнь 9, тро­парь 2 // Ми­нея, 9 мая.


[42]
Датировка правления иудейских царей сделана по книге: История Древнего Востока. РАН. М. 2004. С. 470 – 475.


[43]
Сретение Господа и Бога нашего Иисуса Христа, на утрени. Канон, 5 песнь, 3 тропарь // Минея, 2 февраля.


[44]
Еже по плоти Рождество Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, на утрени. Канон первый, 5 песнь, ирмос // Минея, 25 декабря.


[45]
По тек­с­ту Ели­за­ве­тин­ской Биб­лии – «рев­ность»
.


[46]
В среду вечера 6 седмицы по Пасхе Воз­не­се­ние Гос­пода Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, на ве­ли­кой ве­чер­не. Сти­хи­ра на сти­хо­вне // Триодь Цветная.


[47]
Прп. Мак­сим Ис­по­вед­ник: «Пи­са­ние обо­зна­ча­ет сло­вом „не­бо“ еще и не­бес­ные си­лы, со­глас­но ре­че­нию: Не­бо пре­стол Мой (Ис. 66:1), по­сколь­ку Бог по­чи­ва­ет сре­ди свя­тых и не­те­лес­ных ес­теств» [48, кн. 2, с. 138].


[48]
Идумеи – жители Едома, происходят от Исава брата Иакова. Исав или Едом означает «красный» (Быт. 36:1).


[49]
Служ­ба св. про­ро­ку Ие­ре­мии, на утрене. Ка­нон, песнь 6, тро­парь 3 // Ми­нея, 1 мая.


[50]
Отсюда впоследствии произошло название «гейхинном» – «геена», применительно к преисподней (ср. Мф. 5:29) [61, с. 600].


[51]
Следует заметить, что в книге этот раздел помещен в период между повелением пророку умолкнуть и не обращаться более к соплеменникам, до времени, когда пал Иерусалим и Господь открыл
пророку уста
(Иез. 33:22)


[52]
Глас 4, в неделю утра. Канон воскресный, песнь 9, ирмос // Октоих.


[53]
Некоторые толкования на книгу пророка Даниила см. в Приложении.


[54]
Это на­и­ме­но­ва­ние Мессии зна­ко­мо нам по другим пророкам (см. Ис. 4:2; 11:1; Иер. 33:15; Зах. 6:12).


[55]
В этих сло­вах св. Афа­на­сия на­хо­дит­ся яс­ное ос­но­ва­ние для со­вре­мен­ных пра­во­слав­ных бо­го­сло­вов упо­треб­лять тер­мин: «не­ка­но­ни­че­с­кие» кни­ги, в от­ли­чие от ка­то­ли­че­с­ко­го тер­ми­на «дев­те­ро­ка­но­ни­че­с­кие» и про­тестант­ско­го «апо­кри­фи­че­с­кие». Этим тер­ми­ном и мы поль­зу­ем­ся, хо­тя ми­т­ро­по­ли­ты Фи­ла­рет (Ака­дем. лек­ции) и Ар­се­ний (Вве­де­ние. 165 – 194 стр.) поль­зу­ют­ся тер­ми­ном «апо­кри­фи­че­с­кие» кни­ги. По­след­ний тер­мин, прав­да, име­ет се­бе ос­но­ва­ние в оте­че­с­кой пись­мен­но­с­ти (у Ие­ро­ни­ма. Prolog. gal.), но в со­вре­мен­ной рус­ской бо­го­словской ли­те­ра­ту­ре при­ла­га­ет­ся к кни­гам бо­лее низ­ко­го до­сто­ин­ст­ва: Ено­ха, Заветы 12 па­т­ри­ар­хов и др., со­дер­жа­ние ко­их ере­тич­но и бас­но­слов­но и чте­ние ко­их за­пре­ща­ет­ся Цер­ко­вью. В оте­че­с­кой же пись­мен­но­с­ти тер­мин «апо­к­рифы» и «апо­кри­фи­че­с­кие кни­ги» при­ла­гал­ся к пи­са­ни­ям ере­ти­ков (Афа­на­сий. 39 посл. о праздн.), от чте­ния ко­их пре­до­хра­ня­лись пра­во­слав­ные хри­с­ти­а­не.


[56]
Но употребление за богослужением не может означать богодухновенности употребляемой книги, потому что песнопения и каноны, поемые и читаемые в церкви и составляющие большую часть содержания богослужения, - не считаются богодухновенными, по нуждам времени свободно умножаются и пополняются, а богодухновенная Библия считается неизменной на все времена.


[57]
Буквально: в котором
.


[58]
Буквально: принимавшим участие
.


[59]
У преподобного Иоанна Дамаскина не двойственные числа, а множественные, что, конечно, безразлично.


[60]
В греческом: суетишься
.


[61]
В славянском: снеси
(единственное число).


[62]
Буквально: а это есть
.


[63]
Буквально: вследствие времени
.


[64]
Буквально: «учили этим
образом, так и те, которые учили тем
образом».


[65]
Буквально: кто пребывает в общении с.


[66]
Опускаем, не указанное в Библии, число лет правления Самуила.


[67]
Так решается этот вопрос у Вигуру. Руководство к изучению Библии. 2, 47 – 52 стр. Keil. Tinleitung. 192 – 194 ss. Cornely. Introd. spec. I, 224 – 227 pp.


[68]
Epist. 52, 5.


[69]
Kittel. Die B. d. Chronik. 1902 г. VI – X. 56, 123 ss. Таковое же мнение разделялось и цитируемыми автором «предшественниками» его.


[70]
С этою «тенденциозностью» встретимся еще при разборе достоверности книг Паралипоменон.


[71]
Выше приведенные замечания в изъяснение таинственного смысла одной части «Песни Песней» конечно не исчерпывают его во всей глубин и всех его предметов. Но мы и имеем целью дать только самое общее руководственное для школьного преподавания изъяснение этой глубоко таинственной и многосодержательной книги, а не предложить для всех совершенных христиан подробное толкование этой книги. Посему же мы оставляем изъяснение таинственного смысла Песни в приложении к религиозно-нравственной жизни и развитию каждой верующей души, в каковом приложении изъясняли смыслы Песни некоторые святые мужи, отцы Церкви, опытные в явлениях духовно-благодатной жизни, каковы – Ориген, св. Василий Великий, св. Григорий Богослов, бл. Феодорит, св. Макарий Египетский и др. Под руководством этих авторитетов можно указывать особенные черты духовной жизни верующей души, Невесты Христовой, раскрываемые в каждом явлении Песни. Но при этом нужно всегда иметь в виду, что в жизни каждой верующей души явления, которые совершаются во всем обществе верующих и которые собственно изображает «Песнь Песней», отображаются только отчасти, и притом не все в жизни каждого верующего имеют место, и совершаются часто не в том порядке, в каком представлены в «Песни» и бывают в жизни целого церковного общества и человечества.


[72]
Со времени открытия жизни Церкви Христовой, т.е. со времени сошествия Св. Духа на апостолов и др. верующих в день Пятидесятницы, Евреи в смысле особой и отдельной нации теряют свое значение в Церкви и своим отвержением Христа уравниваются с язычниками.

Сохранить в соц. сетях:
Обсуждение:
comments powered by Disqus

Название реферата: Курс лекций Издательство Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета Москва

Слов:234640
Символов:1784179
Размер:3,484.72 Кб.