РефератыФилософияК.К.Поппер и Д.Деннет: архитектура сознания согласно 'Открытой' и 'Закрытой' Вселенной.

К.Поппер и Д.Деннет: архитектура сознания согласно 'Открытой' и 'Закрытой' Вселенной.

Н.С. Юлина


"Отрицая эссенциализм, самость все же можно описывать как 'квази-сущность', как нечто, что представляется существенным для единства и непрерывности ответственной личности" (К.Поппер).


В 1977 году вышла в свет книга Карла Поппера и Джона Экклза "Самость и ее мозг. Аргумент в пользу интеракционизма"[460], на которую последовало множество рецензий. Одной из самых резких была рецензия Дэниела Деннета[461]. Рецензент упрекал авторов во многих грехах, в том числе за то, что сделав мишенью атак старый редукционистский физикализм, они оставили без внимания принципиально новые нередукционистские (прежде всего функционалистские) материалистические теории. (Диалог Поппера и Экклза он сравнил с 'разговором олимпийских богов', не ведающих о том, что творится на земле). В глазах молодого Деннета (тогда ему было 37 лет), полного энтузиазма относительно решения (или снятия) извечных головоломок сознания с помощью новых когнитивных средств - аналогий с искусственным интеллектом и других, - реабилитация авторами идей картезианства и интеракционизма выглядела по меньшей мере архаизмом. Ни Поппер, ни Экклз, насколько нам известно, никак не отреагировали на эту рецензию. Тем не менее, имеет смысл сопоставить взгляды Поппера и Деннета на сознание. Сравнение позиций этих двух философов может пролить дополнительный свет на сложившуюся в современной философии сознания оппозицию монизма и дуализма, а также разницу стратегий, ориентирующихся, если прибегнуть к терминологии Поппера, на образы 'Открытой' и 'Закрытой' Вселенной.


Философию и Деннета, и Поппера в принципе можно отнести одному типу: оба являются натуралистами, эволюционистами, поклонниками науки, рационалистами, верящими в теоретизм философского знания. Оба мыслителя работают в рамках 'дарвиновской' процессуальной парадигмы, что не могло не повлиять на сходство их исследовательских стратегий и идей. Очень много 'фамильных черт' можно найти в их эпистемологических установках. Читатель мог заметить, что в своем главном эволюционистском аргументе, в понимании роли "отбора" и 'адаптационизма' Деннет повторяет многое из сказанного Поппером о биологическом фундаменте знания, о приложимости к развитию знания принципа фальсификационизма и др. Напомним, что Поппер утверждал, что в основе человеческого знания лежит 'знание' биологических организмов, и что по отношению к любому знанию действует 'естественный отбор', направленный на выживание более истинного в конкуренции с менее истинным (по принципу 'try and eliminate errors'). Каждая 'эмердженция'- будь то биологический организм или научная гипотеза - это своего рода 'теория' или 'структура-ожиданиие' с заявкой на жизненность. Через пробные мутации и 'элиминацию ошибок' происходит отбор наиболее приспособленных структур. В процессе адаптации к окружающей среде биологические виды приобретают истинное знание о мире (в противном случае они были бы элиминированы естественным отбором). Хотя их истинность, конечно, не следует понимать в смысле достоверности (последняя приписывается только математическим истинам)[462].


То есть оба видят в знании биологические основы, верят в действие естественного отбора истинностных вариантов знания, рассматривают язык в рамках общего эволюционного развития. В целом можно сказать, что оба работают в рамках социобиологической парадигмы. Эти сходные установки не могли не сказаться сходстве подходов к сознанию.


В российской литературе Поппер известен главным образом по его работам в области философии науки. В меньшей мере известна его позиция по проблеме сознания. Коротко напомним ее. Но сначала немного об истории. В период разработки им концепции 'Объективного знания' и концепции 'Трех миров' (60-е годы) его внимание привлекли широко развернувшиеся в англоязычной философии дискуссии об отношении тела и сознания, самости, свободе воли. В доминировавшей в них тенденции к редукционалистскому физикализму и отказу от идеи реальности ментального он увидел влияние идей его коллег Р. Карнапа, У. Куайна, Г. Фейгла, с которыми у него был давний спор. В физикалистской тенденции Поппер увидел угрозу его концепции объективного знания и 'Открытой Вселенной'. Нужно сказать, что космологическая метафизика, которую он фактически выстраивал в результате размышлений о физике, математике, эволюционной теории, существенно отличалась от жесткой, нивелирующей качества, метафизики физикалистов. Приняв на вооружение идеи дарвиновского эволюционизма, эмерджентизма и процессуальности, он стремится нарисовать картину бытия без потери его качественного многообразия. Такая картина предполагает определенную целостность и обязательно должна включать феномен сознания. Поскольку этот феномен не укладывался в физическое объяснение, он не остановился перед тем, чтобы подвергнуть сомнению стандарты и законы существующей науки. Одним словом, толкование Поппером сознания и самости как реальных ментальных феноменов явлилось важной составляющей концепции 'Открытой Вселенной' и брошенного им вызова концепциям 'Закрытой Вселенной'.


В 1969 г. он совершил поездку в США для чтения лекций в Эмори университете, которые в книжном варианте названы "Знание и проблема тело-сознание. В защиту интеракционизма"[463]. В них он открыто объявил себя сторонником картезианства и интеракционизм. Вопросы, которые ему задавали на лекциях, показали, что обсуждение психофизической проблемы требует осведомленности в нейрофизиологии. Не будучи специалистом в этой области, он вступил в творческий контакт с близким ему по взглядам Экклзом, нейробиологом с мировым именем. В 1974 г. в Италии на вилле Сербеллони они провели серию бесед о сознании, мозге и множестве других проблем, результатом которых явилась публикация совместной книги "Самость и ее мозг", название которой указывает на главную идею - именно самость является 'владелицей' мозга, а не наоборот. В этой книге авторы, один с помощью философских, другой научных, аргументов сформулировали основные тезисы, направленные против физикализма. Физикализм, толкующий единство знания на основе детерминистского панобъективизма, говорит Поппер, не в состоянии справиться с самым главным - качественной спецификой содержания сознании. Приписывая статус реальности только физическому миру и заменяя сознание знаково-языковой коммуникацией и внешним поведением, физикализм упрощает картину бытия и недооценивает потенции природы к порождению принципиально нового. И сознание, и человеческая свобода, конечно, являются частью природы, вместе с тем, будучи качественно новыми образованиями, они трансцендируют ее. Вывод Поппера таков: физикализм исходит из концепции каузально 'Закрытой Вселенной', между тем как 'Вселенная Открыта': она и детерминистична и индетерминистична, в ней возможны случайности и появление новых свойств или эмердженций, каковым и является сознание.


Как дарвинистов Поппера и Деннета роднит когнитивизм и процессуальностъ в подходе к сознанию. (Термином 'когнитивизм' в современной философии обозначают позиции, делающие акцент на содержательной и логической сторонах сознания). Оба отрицают возможность объяснения сознания на основе психофизической корреляции. Согласно Попперу, хотя нейрофизиологические процессы мозга происходят одновременно с сознательными процессами, первые нельзя считать презентациями содержательных объектов мышления. Идея бесконечности числового ряда, например, не может быть объяснена физическими событиями мозга, происходящими при размышлении о потенциальной бесконечности. Она принадлежит сфере идеального, в его терминологии, миру 3. Главное в сознании - оперирование с помощью языка и семиотических средств содержательными единицами - проблемами, теориями, логическими следствиями из посылок и т.п. Однажды возникнув, эти единицы способны к автономному развитию (в изобретении числового ряда содержалось потенции развития, приведшие к современной математике). В отличие от физического мира (мира 1), у мира 3 нет пространственно-временных характеристик.


Примерно в том же духе вопрос о соотношении нейрофизиологии и содержания сознания решает Деннет. Он не исключает, но считает маловероятным объяснение содержания сознания нейрофизиологическим устройством мозга. Секрет сознания состоит не в наличии в физическом мозгу связки нейронов, а в том, что сознание представляет собой чистую функцию, логически упорядоченные информационные процессы, в которых мысли сами себя мыслят: из одной идеи рождается другая, из нее третья и т.д. Мысли всегда представлены в виде языково оформленных единиц. Как и мир 3 Поппера, содержательная составляющая когнитивного процесса, в терминологии Деннета 'Информационная диаспора', не имеет пространственно - временной локализации, она - виртуальная машина без свойств.


Но дальше начинается существенное расхождение. Поппер без колебания назвал мир 3 - 'реальностью', существующей наряду с физическим миром. Деннет категорически против умножения 'реальностей'. Виртуальная машина сознания - это только функциональные отношения, а не особое свойство, имеющее статус реальности: кроме физической, никакой другой реальности не существует. Тем не менее, если не обращать внимание на разницу философских разночтения понятий 'виртуальный' и 'реальный', когнитивизму этих двух мыслителей, с нашей точки зрения, присущи признаки платонизма: в любом толковании содержание сознания выносится на иной по сравнению с телом уровень.


Все же главное расхождение Деннета и Поппера начинается в другом, там, где заходит речь об 'авторе' мыслительных процессов: выступает ли автором человеческая личность (самость), или они могут быть безличными. По Попперу, процесс мышления не может происходить без 'автора'. Именно самость (или сознание живой человеческой личности) является 'автором", направляющим, контролирующим и корректирующим все сознательные процессы. Самость, говорил он, столь же реальна, как стола и стулья, но в отличие от последних, обладает свойством самоактивности. Благодаря ее самоактивности творятся смыслы, а вместе с ними артефакты и культура. Ее роль он сравнивал с ролью программиста, если мозг сравнивать с компьютером. "Самости являются единственными активными агентами во Вселенной: единственными агентами, по отношению к которьм термин 'активность' может быть применен в подлинном смысле этого слова"[464].


У Деннета, как мы видели, совершенно иной взгляд на авторство. Для того, чтобы мысли себя мыслили, а одни тексты порождали другие тексты, 'автор' не обязательно должен быть человеческим субъектом. Там, где мысли сами себя мыслят, не имеет значения, в ком или в чем реализуется мыслительный процесс. Вполне возможна множественная реализация: объектом реализации может быть органический мозг, физический компьютер или социальный институт. Производимая компьютером новая информация тоже может интерпретироваться как самотворчество; она не сводится к физическому веществу, устройству или исходной программе компьютера. Представление об уникальной природе ментальной самости, командующей сознательными процессами, пришло в противоречие с фактом когнитивных возможностей компьютера. Поэтому утверждать, что только человеческий субъект способен к творчеству - ошибочно. В принципе робот тоже способен к саморефлексии. То, что мы представляем в виде наших интимных самостей, в действительности сплетены из имеющихся в социуме дискурсов нашими разговорами о самих себе и разговорами о нас других людей, то есть являются артефактами культуры, а не проявлением метафизической самости.


Разное понимание авторства сознания, естественно, сказалось и на разном понимании его 'архитектуры'. Согласно Попперу, в 'архитектуре' сознания присутствуют три уровня бытия или три 'реалии': нейрофизиология (мир 1), субъективные ментальные состояния (Мир 2) и объективные содержательные продукты мышления (проблемы, теории, идеи и другие 'идеальные обитатели' Мира 3). Напомним, что при объяснении объективности знания

Поппер взял на вооружение антипсихологический лозунг 'Познание без познающего субъекта'. Тем не менее, столкнувшись с необходимостью объяснения феномена сознания, он ввел в свою схему мир 2, роль которого состоит в осуществлении интеракции между физическим миром (Миром 1) и миром идеальных форм (Миром 3). Без введения такого медиума - субъективных, психологических, ментальных состояний - он не видел никакой другой возможности объяснить взаимодействие нейрофизиологии с идеальным содержанием Мира 3. (С нашей точки зрения, Мир 2 у Поппера прописан слабее Мира 3. Остается не ясным, откуда у Мира 2 появляется способность к усвоению языка и интеракции 'миров' и отчего он обладает чудесной свойством наделять самость свободой и самоактивностью).


Слоган 'познание без познающего субъекта', как нам кажется, с большим правом применим именно к позиции Деннета. Деннет прекрасно понимает уязвимость любого психологизма (и играет на этом). Он принимает Мир 3 (как когнитивный, информационный срез сознания, но не как 'реальность'), но элиминирует из 'архитектуры' Мир 2 - мир, субъективного и феноменального. Допущение его реальности блокирует объяснение сознания.


Попперовская идея 'трех реальностей', с точки зрения Деннета, неоправданная спекуляция. Реальность только одна - физическая, - исходя из нее, мы должны объяснять все явления. Ментального посредника между нейрофизиологией и содержанием мышления не существует. Представление о его существовании - картезианская иллюзия, возникшая из нерефлексивной интуиции. Сознание есть функция без субстрата, отношение без свойств, виртуальная машина, запущенная процессом коэволюции биологического и социального и импламентированная в биологии мозга. Поэтому любой сравнимой с ней виртуальной машине можно приписывать сознание.


В свете широкого применения Деннетом компьютерных аналогий интересно посмотреть, как Поппер отнесся к феномену искусственного интеллекта (AI). (У него не было специальной работы на этот счет, однако отдельные высказывания говорят о наличии у него ясного мнения). Если использовать нынешнюю классификацию позиций в отношении искусственного интеллекта, Поппера, наверное, можно было бы отнести к сторонникам 'слабого АГ. Как мы уже говорили в предыдущих разделах, сторонники 'слабого АГ считают возможным симуляцию работы мозга (и сознания) на компьютере, но отрицают дублирование; субъективность и феноменальность опыта не поддаются этому.


Поппер назвал компьютер 'типичным объектом мира 3' и в смысле его проекта, и в смысле производимой им продукции - информации. Он говорил следующее: "Хорошо натренированный мозг, как и надежно работающий компьютер, работают в соответствии с принципами логики, присущими миру 3, так же как и в соответствии с законами физики и электрохимии"[465]. Стандарты логики являются бестелесными стандартами. На таких же стандартах строятся и программы компьютеров, выступая стандартами достоверности и рациональности. Появление новых технических средств делает возможным решать проблемы более эффективно. Нет никаких оснований считать компьютеры глупее нас. "Эйнштейн как-то сказал: 'мой карандаш умнее меня'. Под этим он, конечно, подразумевал следующее: при помощи карандаша можно получать результаты, которые без него нельзя представить. Компьютер не что иное как 'прославленный карандаш': вооруженные им, мы можем стать более чем в два раза умнее, чем без него. Вооруженные компьютером (типичным объектом мира 3), мы, возможно, станем в сотни раз умнее, чем без него; с более совершенными компьютерами нет нужды ставить этому границы"[466]. Тем не менее, заявления энтузиастов, что наши мозги, а может быть, и наши сознания, являются компьютерами, Поппер отнес к фантастике. При всем глубочайшем уважение к Тьюрингу, говорил он, я не могу согласиться с ним, что компьютеры могут мыслить. "'Разум', который усматривают в компьютере программисты или специалисты по искусственному интеллекту, вложен в него нами, и то обстоятельство, что компьютер может делать больше из того, что делаем мы, обязано факту, что именно мы вкладываем в компьютер мощные операционные силы; на деле принципы автономного мира З"[467]. Наши самости создали идею компьютера и придали значения символам программ, а не наоборот.


Как мы уже сказали, и Поппер, и Деннет в общем и целом работают в рамках социобиологической парадигмы. Внутри ее возможны различные стратегии. При всем том, что у Поппера Мир З состоит из языковых и семиотических единиц (т.е. социологичен), в объяснении сознания он в большей мере склонен к биологицизму (в этом отношении он близок Дж.Серлю, А.Кларку, П.Черчленду). Он не исключал, что люди когда-либо смогут научить хотя бы рудиментарно мыслить шимпанзе, и что углубление знания принципов естественного отбора поможет с помощью искусственного отбора создать какие-то новые биологические виды, способные конкурировать с людьми. Во всяком случае, заявлять о невозможности всего этого было бы неосмотрительным. Однако он был твердо убежден, что "мы не в состоянии построить электронные компьютеры, наделенные сознательным субъективным опытом"[468]. У Деннета противоположное мнение. Если главным признаком сознания считать функционирование когнитивных информационных процессов (то есть признак, присущий Миру 3 Поппера), тогда привязка их к биологии становится не обязательной и пропасть между сознанием и компьютером исчезает. Начиненный гигантской информацией робот в принципе мог бы дублировать человеческое сознание: и не только в смысле логических операций, но и в смысле самоинтерпретации собственных мыслей. В принципе, говорит он, "могла бы существовать сознательная самость, чьим телом был бы робот, а мозгом компьютер"[469].


Как всегда, спор философов о 'что' упирается в вопрос 'как': как обосновать достоверность принятых стратегий. По Деннету, нет никаких оснований подвергать сомнению принятую в науке каузальную и (интерсубъективную) модель объективности. Нет оснований думать, что идея эмерджентизма несовместима с детерминизмом. Как нет смысла гадать о будущем открытии новых физических законов, охватывающих и атомы, и радость от хорошей погоды, или уповать на появление принципиально нового концептуального аппарата (что свойственно Дж.Серлю, Т.Нагелю, К.МакГинну и другим пишущим о сознании современным философам). В мире действует принцип каузальности и, используя терминологию Поппера, 'Вселенная Закрыта'. Нужно только с большим философским воображением использовать зарекомендовавшие себя в естественных науках модели объяснения. Уже сегодня они дают возможность нарисовать нейтральную картину мира, в которой нет необходимости делить ее на 'реальности'.


Поппер, конечно, понимал, что его тезис о реальности сознания и самоактивной самости вступает в противоречие с физическими законами термодинамики. Преодоление этого противоречия он связывал с революцией в физике и принятием гипотезы 'Открытой Вселенной'. Если физика не в состоянии найти в своих законах место для сознания, то, как говорится, тем хуже для нее. Возможно, что в будущей физике такое место найдется. Здесь мы хотели бы подчеркнуть, что в отличие от Нагеля, Серля и других философов, абстрактно уповающих на будущую концептуальную революцию, Поппер более конкретен. Он связал революцию в науке с принятием гипотезы 'Мира предрасположенностей' или диспозиций, не поддающихся детерминистскому объяснению и вероятностному исчислению[470]. Эта гипотеза, считал он, помимо того, что устраняет многие противоречия теории вероятности, дает основу для объяснения сознания и свободы человека. Примечательно при этом, что Поппер не выводит 'предрасположенности' за рамки физики. Он относит их к реальным 'ненаблюдаемым диспозиционным свойствам физического мира' или 'полям физических сил'. Иначе говоря, вопреки прокламируемому им дуализму и поношениям физикализма, конечное (идеальное) объяснение сознания он мыслил все же физикалистки в этом отношении мало чем отличался от критикуемого им Куайна.[471] Одним словом, понимание им как дуализма, так и физикалистского монизма еще очень неопределенно.


Это относится не только к Попперу. Нужно сказать, что несмотря на широкое употребление в современной философии термина 'физикализм', смысл его еще далек от ясности. Чаще всего физике приписывается онтологический авторитет относительно того, что есть в мире, и эпистемический авторитет в отношении стандартов получения адекватного знания о мире. В таком толковании остается много неясного. Понимается ли под физикализмом 'каузальная закрытость' физического мира, то есть все, о чем может быть сказано как о существующем, может быть только физическим и подчиняться законам физики? Или физическая система, говоря словами Поппера, является 'открытой'; одновременно и детерминистской и индетерминистской, законосообразной и случайной, способной порождать непредсказуемые, не укладывающиеся в традиционные каузальные схемы, феномены? Если имеется в виду 'закрытость', можно ли считать язык физики адекватным для описания всего сущего, в том числе фактов, изучаемых в биологических, психологических и социальных дисциплинах, использующих другие языки, не редуцируемые к языку физики? А если это не так, почему их языки нельзя признать адекватными для описания того, что есть? В том числе признать язык психологии адекватным для описания ментальных явлений? Возникают и другие вопросы. Исчерпывается ли содержание физикализма физикой наших дней или физикализм имеет в виду какую-то будущую идеальную физику? Если имеется в виду первое, то это неверно. Вряд ли можно отрицать, что нынешняя физика неполна, развивается и со временем ее содержание может существенно измениться, как это произошло в движении науки от Ньютона к Эйнштейну. Если же имеется в виду второе, то никто не знает, что станет содержанием будущей идеальной физики и не исключено, что там появятся какие-то принципиально новые законы. Во всяком случае, утверждать с уверенностью что в ней не образуется законное пространство для 'духа' нельзя. На эти вопросы физикалисты обычно отвечают так: со временем, конечно, физическое знание изменится. Возможно, что для объяснения некоторых феноменов в физику потребуется ввести не редуцируемые 'духи', но тогда 'духи' будут физическими по определению. Однако ни сейчас, ни и в будущем не будет иного, кроме физики, стандарта, в соответствии с которым можно было бы наиболее адекватно отвечать на вопрос о том, что есть в мире.


Со времени выхода в свет книги Поппера и Экклза "Самость и ее мозг" и последующей на нее рецензии Деннета прошла четверть века. Обозревая проходившие за это время дискуссии о сознании, можно сказать, что трудности в объяснении человеческого сознания и субъективности (при помощи компьютерных метафор или без них) заставили многих философов дрейфовать к различным версиям дуализма. Мы уже указали на некоторые переклички между позициями Поппера и Джона Серля: оба связывают сознание только с одним органическим носителем - мозгом; инкарнация сознания в разных носителях невозможна. С другой стороны, сторонники физикалистского монизма, опираясь на растущий массив данных когнитивных наук о ложности интроспективных отчетов субъектов о своих внутренних состояниях, усиливают атаки на феноменализм: они настаивают на социальности сознания, его творимости языком и культурой и отсюда о принципиальной возможности его компьютерного дублирования. Одним словом, вопрос о сознании остается открытым, а спор дуалистов и монистов продолжается.


И последнее историко-философское наблюдение. Сходство позиций этих двух мыслителей мы видим еще и в том, что и тот, и другой начали со скромных 'инженерных' заявок, а пришли к Grand Syntheses. Подобно тому, как в своем синтезе Поппер остановился перед вопросом, относящемуся к Misterium Tremendum - 'Почему мир таков, какой он есть?', Деннет тоже проявляет нерешительность перед 'конечным вопросом' (Ultimate Question) - 'Почему Матери-Природе свойственны исходная интенциональность и талант дизайнера?'

Сохранить в соц. сетях:
Обсуждение:
comments powered by Disqus

Название реферата: К.Поппер и Д.Деннет: архитектура сознания согласно 'Открытой' и 'Закрытой' Вселенной.

Слов:3166
Символов:24118
Размер:47.11 Кб.